Судья Усов А.С. Дело № 22-1752/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Новосибирск 10 апреля 2024 года

Новосибирский областной суд в составе:

председательствующего судьи Кашиной Е.В.,

при секретаре Татаринцевой В.М.,

с участием

прокурора прокуратуры Новосибирской области ФИО1,

осужденных ПКА, ХВА,

адвокатов Сашкиной Н.И., Котляровой И.Ю.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Сахоненко А.А., по апелляционным жалобам осужденного ПКА, адвоката Сашкиной Н.И., адвоката Котляровой И.Ю., осужденного ХВА, на приговор Новосибирского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в отношении:

ПКА, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, ранее судимого: 

- ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей 1 судебного участка 

<

адрес> по ч.1 ст.158 УК РФ (2 преступления), с применением ч.2 ст.69 УК РФ, к 1 году 2 месяцам лишения свободы;

- ДД.ММ.ГГГГ Чулымским районным судом 

<

адрес> по п.п. «б,в» ч.2 ст.158, п.п. «а,б» ч.2 ст.158 УК РФ, с применением ч.2 ст.69 УК РФ, к 2 годам лишения свободы. На основании ч.5 ст.69 УК РФ наказание частично сложено с наказание по приговору Чулымского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 2 года 3 месяца лишения свободы;

- ДД.ММ.ГГГГ Чулымским районным судом 

<

адрес> по ч.3 ст.30 п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ (2 преступления), п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ, с применением ч.2 ст.69 УК РФ, к 2 годам 3 месяцам лишения свободы. На основании ч.5 ст.69 УК РФ наказание частично сложено с наказание по приговору Чулымского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 3 года лишения свободы. Освободился условно-досрочно ДД.ММ.ГГГГ на 1 год 6 месяцев 20 дней;

- ДД.ММ.ГГГГ Чулымским районным судом 

<

адрес> по п. «а,б» ч.2 ст.158, ч.1 ст.158, п. «б» ч.2 ст.158, п. «б» ч.2 ст.158, п.п. «б,в» ч.2 ст.158, п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ, с применением ч.3 ст.69 УК РФ, к 3 годам лишения свободы. На основании ст.70 УК РФ к наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Чулымского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 3 года 3 месяца лишения свободы;

- ДД.ММ.ГГГГ Чулымским районным судом 

<

адрес> по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы. На основании ч.5 ст.69 УК РФ наказание частично сложено с наказанием по приговору Чулымского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 3 года 4 месяца лишения свободы;

ХВА, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, ранее судимого:

- ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>вым судом по ч.3 ст.30 п. «з» ч.2 ст.105, ч.2 ст.162 УК РФ, с применением ч.3 ст.69 УК РФ, к 9 годам 11 месяцам лишения свободы. На основании ч.5 ст.69 УК РФ наказание частично сложено с наказанием по приговору Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 10 лет 1 месяц (с учетом постановлений 

<

адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ, новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ); освобожден ДД.ММ.ГГГГ по отбытию наказания;

- ДД.ММ.ГГГГ Ордынским районным судом 

<

адрес> по ст.ст.264.1 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года с лишением права управления транспортными средствами на 2 года 6 месяцев;

- ДД.ММ.ГГГГ Ордынским районным судом 

<

адрес> по ст.ст.264.1 УК РФ (4 преступления), с применением ч.2 ст.69 УК РФ, к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года с лишением права управления транспортными средствами на 3 года;

- ДД.ММ.ГГГГ Ордынским районным судом 

<

адрес> по ч.1 ст.158, ч.1 ст.158, 264.1 УК РФ, с применением ч.2 ст.69 УК РФ, к 1 году 6 месяцам лишения свободы с лишением права управления транспортными средствами на 2 года;

- ДД.ММ.ГГГГ Ордынским районным судом 

<

адрес> по ч.2 ст.314.1 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы. На основании ст.70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговорам Ордынского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, назначено 2 года 3 месяца лишения свободы с лишением права управления транспортными средствами на срок 3 год. На основании ч.ч.4,5 ст.69 УК РФ наказание частично сложено с наказанием по приговору Ордынского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы с лишением права ууправления транспортными средствами на срок 3 ода;

- ДД.ММ.ГГГГ Ордынским районным судом 

<

адрес> по ч.2 ст.159, п.п. «а» ч.2 ст.161 УК РФ, с применением ч.3 ст.69 УК РФ к 3 годам лишения свободы. На основании ч.5 ст.69 УК РФ с назначенным наказанием частично сложено наказание по приговору Ордынского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы с лишением права управления транспортными средствами на срок 3 года;

УСТАНОВИЛ:

по настоящему приговору ПКА и ХВА осуждены по ч.2 ст.313УК РФ к 2 годам лишения свободы, каждый.

В соответствии со ст.70 УК РФ ПКА к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Чулымского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 2 года 2 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст.70 УК РФ ХВА к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Ордынского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено 3 года 2 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года.

Мера пресечения в отношении осужденных оставлена прежней – в виде заключения под стражу.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания ПКА и ХВА под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Разрешена судьба вещественных доказательств и гражданского иска.

Преступление совершено в 

<

адрес> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В судебном заседании подсудимые ПКА и ХВА вину признали частично. Уголовное дело рассмотрено в общем порядке принятия судебного решения.

В апелляционном представлении государственный обвинитель САА ставит вопрос об изменении приговора ввиду неправильного применения уголовного закона.

Автор представления, ссылаясь на нормы уголовно-процессуального и уголовного закона, указывает, что требования ч.4 ст.70 УК РФ, при назначении наказания ХВА выполнены не были, поскольку ему по совокупности приговоров было назначено наказание в виде лишения свободы, которое больше назначенного наказания за совершенное преступление и неотбытой части наказания по предыдущему приговору.

Просит по совокупности приговоров на основании ст.70 УК РФ назначить ХВА наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 2 месяца с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ПКА ставит вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение.

В обоснование своей жалобы осужденный указывает, что во время судебного заседания он направлял ходатайства о вызове и допросе свидетелей, а также об истребовании из ИК-2 его заявления, которые в нарушение УПК РФ, судом первой инстанции рассмотрены не были, чем были нарушены его права.

Кроме того, обращает внимание, что срок наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ закончился ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, по его мнению, судом необоснованно к назначенному наказанию присоединена неотбытая часть наказания по предыдущему приговору. 

Также указывает на нарушение его права на защиту, поскольку суд первой инстанции не дал ему времени подготовиться к судебным прениям и согласовать позицию с защитником.

Считает, что сотрудниками ИК-2 подделано его заявление о снятии его с довольствия, на выездном объекте он находился без продуктов питания, что и явилось основанием покинуть данный объект.

Указывает, что приговор суда не соответствует фактическим обстоятельствам, доказательств вступления его и ХВА в предварительный сговор в материалах дела не имеется.

Обращает внимание, что свидетели по данному уголовному делу в суд не вызывались; судом не дана оценка обстоятельствам, указанным им в судебном заседании, о причинах его ухода с участка колонии-поселения.

В апелляционной жалобе адвокат Сашкина Н.И. в защиту осужденного ПКА просит приговор суда изменить, поскольку выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, а также ввиду суровости назначенного ПКА наказания.

Автор жалобы считает, что доказательств виновности ПКА в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.313 УК РФ, не имеется. Судом необоснованно отвергнуты показания ПКА и ХВА об отсутствии предварительной договоренности на совершение побега. Решение суда в данной части не мотивировано.

Кроме того, судом не дана оценка тому, что мотивом совершения преступления послужило отсутствие организации питания на выездном участке колонии-поселения.

В апелляционной жалобе адвокат Котлярова И.Ю. в интересах осужденного ХВА просит приговор суда отменить.

В обосновании своих доводов указывает, что ХВА назначено чрезмерно суровое наказание. Судом необоснованно не применены положения ч.ч.2, 3 ст.68 УК РФ. Суд не учел, что ХВА признал свою вину, раскаялся в содеянном, написал явку с повинной, а также то, что состояние здоровья осужденного ухудшается.

Осужденный ХВА в своей апелляционной жалобе (основной и дополнительных) просит приговор суда отменить, как незаконный и необоснованный, дело направить на новое рассмотрение.

В обоснование своих доводов осужденный указывает, что при назначении ему наказания суд необоснованно не учел полное признание им своей вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию совершенного преступления, явку с повинной. Также суд не учел состояние его здоровья и наличие у него хронических заболеваний.

Считает, что судом незаконно назначено ему дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года, поскольку данный срок истек ДД.ММ.ГГГГ.

Выводы суда, изложенные в приговоре, опровергаются показаниями свидетелей и справкой 2 НДФЛ; осужденные на выездном объекте находятся на самообеспечении, продукты им не выдаются. На совершение преступления его спровоцировал сотрудник исправительного учреждения КВГ, который никак не отреагировал на его заявление о переводе.

Считает, что заявление о снятии его с довольствия подделано, в связи с чем, он ходатайствовал о назначении почерковедческой экспертизы. Судом необоснованно отказано в удовлетворении данного ходатайства. 

Обращает внимание на то, что в судебном заседании были оглашены показания не всех свидетелей, свидетели в суд не вызывались и не допрашивались. В приговоре суд не указал по каким причинам не были взяты во внимание показания свидетелей защиты.

Считает, что судебное заседание проведено с обвинительным уклоном, поскольку были исследованы только доказательства стороны обвинения. Судом его ходатайства, направленные из СИЗО, об истребовании доказательств, разрешены не были, не исследовались, были оставлены без рассмотрения.

Обращает внимание на то, что суд не предоставил ему время для подготовки к прениям сторон и согласования позиции с защитником. После оглашения приговора, в него были внесены существенные изменения, так из аудиозаписи следует, что ему не назначалось дополнительное наказание и окончательный срок наказания был озвучен 2 года 2 месяца. Однако, при получении приговора, он увидел, что срок наказания в виде лишения свободы изменен на 3 года 2 месяца и появилось дополнительное наказание, что является нарушением закона.

Заслушав мнения участников судебного заседания, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обстоятельства, при которых ПКА и ХВА совершено указанное выше умышленное преступление, и подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ, судом установлены верно.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы суда о виновности и ПКА, и ХВА в том, что они, отбывая наказание, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, совершили побег из места лишения свободы, основаны на совокупности доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании, получивших надлежащие анализ и оценку в приговоре суда, и соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела.

В подтверждение виновности ПКА и ХВА в совершении данного преступления суд обоснованно сослался в приговоре на следующие доказательства:

- показания свидетеля МЕЕ о том, что во время очередной проверки в 00 часов ДД.ММ.ГГГГ выяснилось, что осужденные ПКА и ХВА отсутствуют на территории выездного объекта участка колонии-поселении при ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по 

<

адрес> «Пашино военный городок» (т.1 л.д.1348-143);

- показания свидетеля ГАН о том, что ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов осужденный ПКА осуществил звонок с его мобильного телефона. Он слышал, как ПКА кому-то указал место, где можно остановить машину. На его вопрос П сказал, что сбежит с ХВА, побегают немного и вернутся. Около 24 часов он видел двух мужчин, идущих в другую сторону от колонии и понял, что это ПКА и ХВА (т.1 л.д.156-159);

- показания свидетеля МЕЮ о том, что ночью ДД.ММ.ГГГГ он на такси забирал с участка колонии-поселения, расположенного возле 

<

адрес>, ХВА и ранее незнакомого ему мужчину по имени К (т.1 л.д.160-163);

- показания свидетеля СЭР о том, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа от младшего инспектора участка колонии-поселения МЕЕ поступило сообщение об отсутствии осужденных ПКА и ХВА (т.1 л.д.209-214);

- показания свидетеля ХОЕ о том, что утром ДД.ММ.ГГГГ к ней домой приехал ХВА с ранее незнакомым ей мужчиной (т.2 л.д.15-20).

Показания свидетелей не противоречат и объективно подтверждены иными доказательствами, подробно изложенными в приговоре суда, а именно протоколами осмотра места происшествия (т.1 л.д.18-20, 34-39); постановлениями Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым осужденные ХВА и ПКА, соответственно, переведены для дальнейшего отбывания наказания в виде лишения свободы в колонию поселение (т.1 л.д.181-182, 194-195).

Также вина ПКА и ХВА в совершении данного преступления подтверждается и иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Все представленные доказательства суд первой инстанции проверил и оценил в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, сопоставил между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности - с точки зрения достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора. Вышеприведенные показания свидетелей суд обоснованно положил в основу приговора, поскольку они последовательны, согласуются как между собой, так и с другими доказательствами, даны свидетелями после разъяснения им процессуальных прав и предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности свидетелей в привлечении ПКА и ХВА. к уголовной ответственности не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, согласно протоколу судебного заседания и его аудиозаписи, показания свидетелей судом первой инстанции были оглашены с согласия сторон, в том числе и с согласия подсудимых ПКА и ХВА.

Также суд апелляционной инстанции соглашается с той оценкой, которую суд первой инстанции дал показаниям подсудимых ПКА и ХВА, в соответствии с которыми они не отрицали факт совершения ими побега из места лишения свободы. Из показаний осужденных ПКА и ХВА, данных на предварительном следствии и в судебном заседании, следует, что территорию выездного объекта участка колонии-поселения они покинули с целью продолжения распития спиртных напитков.

Так, при допросе в качестве подозреваемого в присутствии защитника ПКА пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ, когда они с ХВА находились в котельной колонии-поселения, во время употребления пива, ХВА предложил ему съездить в город для употребления алкоголя, на что он ответил согласием, и, взяв телефон у сотрудника, позвонил другу, с которым договорился, что тот приедет за ними на такси. Примерно через час он и ХВА вышли с территории участка колонии-поселения, по дороге направились к месту, где их ждал автомобиль, на котором направились в 

<

адрес>.

ХВА при допросе в качестве подозреваемого с участием защитника также указал, что ДД.ММ.ГГГГ во время распития спиртного с ПКА в котельной участка колонии-поселении, они приняли совместное решение о том, что поедут в город для дальнейшего употребления спиртного и еды.

Судом достоверно установлено, что ПКА и ХВА по прибытии на участок колонии-поселения ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по 

<

адрес> для отбывания наказания в установленном порядке были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 313 УК РФ за самовольный уход за границу колонии-поселения (т.1 л.д.227, 229, 230, 241, 242, 243, 244, 245), им было разъяснено, что в свободное от работы время осужденные должны находиться в пределах границы участка колонии-поселения, а в период от отбоя до подъема - в помещении общежития. Разрешение ПКА и ХВА на выезд за пределы участка колонии-поселения администрацией колонии не выдавалось, что не оспаривалось осужденными. До начала выполнения объективной стороны преступления осужденными была достигнута договоренность о его совместном совершении, что подтверждается как приведенными выше показаниями ПКА и ХВА в ходе предварительного расследования, так и показаниями свидетеля ГАН, о том, что в ночное время ДД.ММ.ГГГГ ПКА и ХВА, находясь в колонии-поселения, договаривались вместе ехать куда-то на такси, а также о том, что П ему сообщил о том, что сбежать они собираются вместе с ХВА. 

Следовательно, вопреки доводам апелляционных жалоб, действия ПКА и ХВА по самовольному оставлению территории участка колонии-поселения носили умышленный характер, были совместными и согласованными, то есть осужденные действовали по предварительному сговору группой лиц.

Вопреки доводам стороны защиты суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для переквалификации действий осужденных ПКА и ХВА, связанных с совершенным ими побегом из места лишения свободы, на ч. 1 ст. 313 УК РФ, равно как и для освобождения их от уголовной ответственности.

Судебным следствием на основании показаний осужденных ПКА и ХВА, данных на стадии предварительного следствия, установлено, что последние в период отбывания наказания в виде лишения свободы приняли решение совместно совершить побег из места лишения свободы, после чего вместе скрылись, самовольно покинув участок колонии-поселения, получив свободу передвижения вплоть до их задержания сотрудниками полиции.

В соответствии с ч. 2 ст. 35 УПК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

При таких обстоятельствах договоренность ПКА и ХВА на совместное совершение побега до начала действий, образующих объективную сторону преступления, и последовавшее вслед за этим совместное оставление ими участка колонии-поселении, суд обоснованно признал совершением ПКА и ХВА побега из места лишения свободы группой лиц по предварительному сговору.

Относительно доводов жалоб осужденных и адвокатов о том, что мотивом для самовольного оставления осужденными участка колонии-поселения, явилось отсутствие продуктов питания, следует отметить, что в диспозиции ст. 313 УК РФ цель побега не указана в качестве обязательного признака субъективной стороны состава преступления, в связи с чем цель совершения осужденными побега, на доказанность их вины и квалификацию их действий не влияет.

Отсутствуют основания и полагать, что вышеуказанные действия ПКА и ХВА совершили в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, либо в состоянии крайней необходимости, поскольку данных о том, что у них отсутствовали продукты питания, материалы дела не содержат. Более того, доводы осужденных о совершении ими побега из-за отсутствия продуктов питания, опровергаются совокупностью исследованных доказательств, в том числе и показаниями самих осужденных, в соответствии с которыми целью побега было продолжение распития спиртных напитков, а не приобретение продуктов питания.

В связи с изложенным доводы осужденных о подделке сотрудниками исправительного учреждения их заявлений о снятии с котлового довольствия являются несостоятельными и не относящимися к предмету доказывания по настоящему делу, поскольку, как установлено судом, мотивом совершения побега явилось желание продолжить распивать спиртное. 

Доводы осужденного ХВА о том, что на совершение преступления его спровоцировал сотрудник исправительного учреждения ФИО2, являются несостоятельными.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о провокации со стороны сотрудников исправительного учреждения, в котором ХВА отбывал наказание, вопреки доводам осужденного, в материалах уголовного дела не имеется.

Из установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств и исследованных доказательств видно, что ДД.ММ.ГГГГ во время совместного распития спиртных напитков ХВА и ПКА совместно решили покинуть участок колонии – поселения с целью продолжения распития спиртных напитков. 

Между тем, полицейская провокация имеет место в случае, когда намерение совершить преступление у лица возникает в результате вмешательства правоохранительных органов. 

В данном случае умысел у ХВА и ПКА на совершение побега из места лишения свободы, сформировался самостоятельно, независимо от действий сотрудников исправительного учреждения, к совершению побега осужденных никто из сотрудников не склонял, не подстрекал и иным образом не побуждал.

Изложенные обстоятельства исключают какой-либо провокационный характер действий со стороны сотрудников исправительного учреждения, учитывая, что в материалах дела отсутствуют объективные данные, которые бы давали основания полагать, что по настоящему уголовному делу имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения. С учетом указанных обстоятельств, доводы жалобы осужденного ХВА о провокации совершения преступления являются несостоятельными.

Как следует из материалов дела, оно расследовано в строгом соответствии с требованиями УПК РФ, нарушений прав осужденных допущено не было. Судом на основании исследованных материалов дела не было установлено фактов неправомерного применения методов и способов ведения расследования, влияющих на установление вины ПКА и ХВА, оказания психологического или физического давления со стороны сотрудников полиции. Допросы осужденных производились с участием профессиональных защитников, о каком-либо незаконном воздействии на них ПКА и ХВА не заявляли.

В исследованных судом первой инстанции материалах уголовного дела данные, свидетельствующие об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств, отсутствуют.

Таким образом, всесторонний анализ собранных по делу доказательств, добытых в установленном законом порядке, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку в соответствии с требованиями УПК РФ, позволил суду правильно установить фактические обстоятельства дела и верно квалифицировать действия ПКА и ХВА по ч. 2 ст. 313 УК РФ, как побег из мест лишения свободы, совершенный лицом, отбывающим наказание, совершенный группой лиц по предварительному сговору.

Оснований для иной юридической квалификации содеянного не имеется.

Судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке, при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Все представленные доказательства исследованы судом по инициативе сторон, доводы стороны защиты проверены, ходатайства, заявленные в судебном заседании, разрешены в соответствии с требованиями действующего законодательства. Нарушений прав осужденных, в том числе и на защиту, в ходе уголовного судопроизводства по настоящему делу не допущено. Вопреки доводам осужденных материалы дела не содержат данных о наличии по настоящему уголовному делу свидетелей защиты; как следует из протокола судебного заседания, ходатайств о допросе свидетелей защиты в судебном заседании заявлено также не было.

Доводы осужденных о не осуществлении судом вызова свидетелей в судебное заседание противоречат материалам уголовного дела, в соответствии с которыми, свидетелям направлялись повестки по адресам, указанным в обвинительном заключении. Не явка свидетелей в судебное заседание, не является свидетельством нарушения уголовно-процессуального законодательство, поскольку показания не явившихся лиц были исследованы непосредственно в судебном заседании, а именно оглашены в порядке ст.281 УПК РФ, сторона защиты и осужденные не возражали против оглашения показаний свидетелей, не явившихся в судебное заседание.

Доводы стороны защиты и осужденных об исследовании в судебном заседаний показаний не всех свидетелей, перечисленных в обвинительном заключении и приложении к нему, а также допрошенных на стадии предварительного расследования, не свидетельствуют о нарушении уголовно-процессуального закона, поскольку суд в своем приговоре изложил только те доказательства, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании, и совокупность данных доказательств явилась достаточной для принятия итогового решения по делу.

Кроме того, сторона защиты не была лишена возможности самостоятельно пригласить перечисленных осужденными лиц для дачи показаний в судебное заседание, а также об истребовании и предоставлении в судебное заседание необходимых, по их мнению, доказательств, однако данным правом воспользовался только осужденный ХВА и его защитник, предоставив как справки о состоянии здоровья подсудимого, так и копию заявления о снятии с котлового обеспечения. Указанные доказательства, предоставленные стороной защиты, судом первой инстанции были исследованы в судебном заседании.

Судебное следствие было окончено при отсутствии возражений участников судебного разбирательства. Прения сторон проведены в соответствии со ст. 292 УПК РФ. Из материалов уголовного дела, в том числе из протокола судебного заседания и его аудиозаписи следует, что ни осужденными ПКА и ХВА, ни их защитниками, ходатайств о предоставлении им времени для подготовки к прениям сторон и согласовании позиции, не заявлялось. Наоборот, сторона защиты и осужденные не возражали против окончания судебного следствия и начала судебных прений. Осужденные и их защитники выступили в прениях сторон, кроме того, осужденные выступили с последним словом, не сообщая суду о своей неподготовленности. Нарушения права осужденных на защиту со стороны адвокатов, защищающих их интересы по настоящему уголовному делу, также не установлено.

Доводы жалобы о предвзятости и необъективности суда первой инстанции удовлетворению не подлежат, поскольку данных о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавали предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается, а судебное заседание как указывалось выше проводилось в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Наказание ПКА и ХВА за совершенное преступление назначено судом справедливое и соразмерное содеянному, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личностях осужденных, иных обстоятельств, в том числе влияния назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей. Все имеющие значение для назначения наказания обстоятельства, учтены судом в полной мере.

В качестве смягчающих обстоятельств для ПКИ и ХВА суд учел признание вины и их раскаяние. Кроме того, в качестве смягчающих обстоятельств ХВА суд учел наличие у него несовершеннолетнего ребенка.

Оснований для признания каких-либо иных обстоятельств в качестве смягчающих суд первой инстанции не усмотрел. Не находит их и суд апелляционной инстанции. Данные о личности каждого осужденного, в том числе и их состояние здоровья, учитывалось судом при назначении наказания. При этом наличие как у ПКИ, так и у ХВА хронических тяжелых заболеваний, а также наличие положительных характеристик, не влияет на выводы суда апелляционной инстанции о справедливости назначенного каждому из них наказания за совершенное преступление, и не является безусловным основанием для признания данного обстоятельства смягчающим в соответствии с ч.1 ст.61 УК РФ и для смягчения наказания.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Котляровой И.Ю. и осужденного ХВА о необходимости учета в качестве смягчающего ХВА наказания явки с повинной являются необоснованными, поскольку в материалах уголовного дела такой документ, как явка с повинной ХВА, отсутствует.

Суд первой инстанции обоснованно не установил наличие в действиях осужденных активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

Так, по смыслу закона, активное способствование раскрытию и расследованию преступления состоит в активных действиях виновного, направленных на сотрудничество с органами следствия, и может выражаться в том, что он представляет указанным органам информацию об обстоятельствах совершения преступления, дает правдивые и полные показания, способствующие расследованию, представляет органам следствия информацию, до этого им неизвестную. При этом данные действия должны быть совершены добровольно, а не под давлением имеющихся улик, направлены на сотрудничество с правоохранительными органами.

Однако, по настоящему делу таких обстоятельств не усматривается.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства суд обоснованно принял во внимание наличие в действиях как ПКА, так и ХВА рецидива преступлений, в связи с чем назначил им наказание по правилам ч.,ч.1, 2 ст. 68 УК РФ, обоснованно не усмотрев оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Котляровой И.Ю. и осужденного ХВА суд в полной мере учел все смягчающие наказание ХВА, равно как и наказание ПКА, обстоятельства, в том числе признание осужденными своей вины и раскаяние в содеянном.

При наличии отягчающего наказание обстоятельства правовых оснований для применения к осужденным положений ч. 6 ст. 15 УК РФ не имелось.

Решение о необходимости назначения ПКА и ХВА наказания в виде реального лишения свободы является правильным и в приговоре надлежаще мотивировано. Оснований для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ суд обоснованно не нашел, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Доводы осужденных о неправомерном применении правил ст.70 УК РФ при назначении наказания, поскольку на дату вынесения приговора истекли сроки наказания по предыдущим приговорам, основаны на неправильном понимании закона.

По смыслу закона в случае совершения нового преступления лицом, отбывающим наказание в виде лишения свободы, неотбытой частью наказания следует считать срок, оставшийся на момент избрания меры пресечения в виде содержания под стражей за вновь совершенное преступление. Если указанная мера пресечения не избиралась, неотбытой частью наказания является срок, оставшийся ко времени постановления последнего приговора. При этом вынесения отдельного решения о приостановлении исполнения предыдущего приговора не требуется.

Из материалов уголовного дела следует, что на стадии предварительного следствия в отношении обоих осужденных была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Так, постановлением Новосибирского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ХВА была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, сроком на 1 месяц 28 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением Новосибирского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ПКА была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, сроком на 1 месяц 28 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

Срок содержания под стражей был продлен в установленном законом порядке в отношении обоих осужденных до 03 месяцев 28 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

При поступлении уголовного дела в суд, срок содержания обоих подсудимых под стражей продлен на 6 месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.д.152).

Таким образом, в день задержания и заключения осужденных под стражу по настоящему уголовному делу, то есть ДД.ММ.ГГГГ, ПКА и ХВА фактически перестали отбывать наказание по предыдущим приговорам, в связи с чем оставшаяся часть наказания по предыдущим приговорам является ими неотбытой, и судом первой инстанции при назначении осужденным окончательного наказания, обоснованно применены положения ст.70 УК РФ.

Также являются необоснованными доводы ХВА о незаконности назначения ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года.

Как правильно указанно ХВА в апелляционной жалобе, данное дополнительное наказание было ему назначено приговорами Ордынского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Приговором Ордынского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, при назначении наказания по совокупности преступлений по правилам ч.ч.4, 5 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, ХВА было назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 6 месяцев с лишения права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года.

В период отбывания наказания по последнему приговору ХВА был совершен побег, то есть наказания в виде лишения свободы им отбыто не было.

Кроме того, в соответствии с ч.4 ст.47 УК РФ в случае назначения лишения права заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания к лишению свободы оно распространяется на все время отбывания указанных основных видов наказаний, но при этом его срок исчисляется с момента их отбытия.

Таким образом, срок отбытия дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами ХВА не отбыто, его срок начнет исчисляться только с момента отбытия им наказания в виде лишения свободы.

При данных обстоятельствах, назначенное ПКА наказание нельзя признать чрезмерно суровым, по своему виду и размеру оно отвечает целям исправления осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма. Оснований для его смягчения суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, заслуживают внимание доводы апелляционного представления о неправильном применении уголовного закона при назначении ХВА наказания по правилам ст.70 УК РФ.

Так, при назначении ХВА наказания по правилам ст.70 УК РФ, суд первой инстанции указал, что к назначенному наказанию в виде 2 лет лишения свободы необходимо частично присоединить неотбытую часть наказания по приговору Ордынского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в виде 2 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года.

Вместе с тем, суд первой инстанции назначил ХВА окончательное наказание в виде 3 лет 2 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года, что не только противоречит доводам суда указанным в резолютивной части приговора в части назначения наказания в виде лишения свободы, но и та часть наказания, которая присоединена к назначенному по приговору наказанию значительно превышает оставшуюся неотбытой часть наказания по предыдущему приговору. Более того, размер назначенного окончательного наказания значительно больше того, который мог бы быть назначен осужденному при применении принципа полного присоединения неотбытой части наказания.

Таким образом, основное наказание в виде лишения свободы, назначеное ХВА по правилам ст.70 УК РФ, подлежит смягчению до 2 лет 2 месяцев. Оснований для смягчения дополнительного наказания, не имеется.

Вид исправительного учреждения назначен в соответствии с положениями ст. 58 УК РФ.

Кроме того, в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора суд разрешает вопрос - подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере.

Решение о взыскании, в силу п. 5 ст. 307, ч. 4 ст. 7 УПК РФ, должно быть законным и обоснованным.

Указанные требования закона по данному делу при разрешении судом гражданского иска ГУФСИН России по 

<

адрес> и ФКУ «База материально-технического и военного снабжения» ГУФСИН России по 

<

адрес> выполнены не в полной мере.

Как следует из приговора, суд отказал в удовлетворении иска ГУФСИН России по 

<

адрес> и ФКУ «База материально-технического и военного снабжения» ГУФСИН России по 

<

адрес>.

Из материалов уголовного дела, а также из протокола судебного заседания следует, что указанное исковое заявление судом было принято к рассмотрению и исследовано в судебном заседании.

Вместе с тем, ни представитель ГУФСИН России по 

<

адрес> и ФКУ «База материально-технического и военного снабжения» ГУФСИН России по 

<

адрес>, ни осужденные ПКА и ХВА гражданским истцом и гражданскими ответчиками, соответственно, судом признаны не были, их права и обязанности указанным лицам судом не разъяснялись. Права выразить свое отношение к иску указанным лица судом предоставлено не было.

Более того, гражданский истец о дате и времени судебного заседания не извещался.

Указанные нарушения уголовно-процессуального закона повлияли на принятие судом законного решения в части разрешения гражданского иска, лишили судебной защиты гражданского истца.

С учетом данных обстоятельств, судебное решение в отношении ПКА и ХВА в части разрешения гражданского иска подлежит отмене, с направлением дела в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Доводы осужденного ХВА о внесении в приговор изменений после его провозглашения, являются несостоятельными, поскольку они не основаны на материалах дела и не подтверждены доказательствами. 

Таким образом, апелляционное представление государственного обвинителя САА подлежит удовлетворению, апелляционные жалобы осужденного ХВА и его защитника адвоката Котляровой И.Ю. подлежат частичному удовлетворению, а апелляционные жалобы осужденного ПКА и его защитника адвоката Сашкиной Н.И. удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Новосибирского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ПКА и ХВА, изменить.

Смягчить ХВА наказание в виде лишения свободы, назначенное по правилам ст.70 УК РФ до 2 лет 2 месяцев, считать, что в соответствии со ст.70 УК РФ ХВА по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Ордынского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 2 месяца с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 3 года с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Этот же приговор в части разрешения исковых требований ГУФСИН России по 

<

адрес> и ФКУ «База материально-технического и военного снабжения» ГУФСИН России по 

<

адрес> к ПКА и ХВА о взыскании денежных средств в размере 64424, 77 рубля, отменить, 

дело в этой части передать на новое судебное рассмотрение в Новосибирский районный суд 

<

адрес> в ином составе суда в порядке гражданского судопроизводства.

В остальном приговор Новосибирского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ПКА и ХВА оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Сахоненко А.А. удовлетворить полностью, апелляционные жалобы осужденного ХВА и его защитника адвоката Котляровой И.Ю. удовлетворить частично, а апелляционные жалобы осужденного ПКА и его защитника адвоката Сашкиной Н.И. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащегося под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. 

Участники судебного разбирательства вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции. 

Председательствующий подпись

Копия верна

Председательствующий