№ 2а-438/2024

24RS0044-01-2024-000376-47

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 июня 2024 года г. Заозерный

Рыбинский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Кайдалиной Н.М.,

при секретаре Богдановой Л.А.,

с участием представителя соответчиков МВД России, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МО МВД России «Бородинский» - ФИО1, действующей на основании доверенностей,

заместителя Рыбинского межрайонного прокурора Ильенко Д.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к МВД России, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МО МВД России «Бородинский», Министерству финансов в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания. Требования мотивированы тем, что ФИО2 в период отбывания наказания содержался под стражей в СИЗО-5, которое ранее именовалось СИЗО-7, откуда периодически этапировался в ИВС г. Заозерный Красноярского края, располагавшегося в здании ОМ РОВД Красноярского края 

<

адрес>. Этапирование из СИЗО-7 (сейчас СИЗО-5) в ИВС г. Заозерный Красноярского края осуществлялись в следующие периоды: в 2001 году и 2005 году до убытия в колонию, в 2006 году по прибытию в СИЗО-5 из колонии общего режима, в 2007 году до освобождения, в 2008 году до убытия в исправительное учреждение. В периоды содержания в ИВС г. Заозерный Красноярского края нарушались права ФИО2 в связи с ненадлежащими условиями содержания, данные нарушения выражались в том, что площадь камер не соответствует нормам жилой площади, подвальное помещение в многоэтажном строении не является жилым помещением и не может использоваться для проживания. В подвальном помещении находились камеры для содержания обвиняемых и подозреваемых в совершении преступления, в количестве семи штук, которые использовались как изолятор временного содержания. В камерах № 1, 2, 3, 6, 7 одновременно содержались от 6 до 7 человек, в камере № 4 содержали от 12 до 14 человек. В указанных камерах ФИО2 неоднократно содержался. В камерах отсутствовали столы для приема пищи, кровати для сна, вместо кроватей были нары из досок от одной стены до другой. Роль столов для приема пищи выполняли нары, что было неудобно. Постельные принадлежности не выдавались, приходилось спать на голых досках или использовать в качестве матрасов свою верхнюю одежду, вместо подушки использовались резиновые тапочки. В камерах отсутствовали окна, вместо окон в стенах были отверстия, которые были закрыты листом металла с просверленными в нем отверстиями, дневной свет в камеры не попадал, доступ свежего воздуха также отсутствовал. Отсутствовало водоснабжение горячей и холодной воды. Холодная вода для питья и умывания наливалась сотрудниками ИВС через дверную форточку в ведро, которое располагалось в камере, при переливах вода неизбежно попадала на пол камеры, в связи с чем в камере было сыро. Отсутствовало душевое помещение, в связи с чем во все указанные периоды нахождения в ИВС не имелось возможности принять душ. Горячая вода (кипяток) выдавалась сотрудниками ИВС в чайниках, в которых они сами кипятили воду, горячая вода предназначалась для заваривания чая либо для заваривания пищи быстрого приготовления. В камерах отсутствовали розетки, зеркала и вентиляция, отсутствовал туалет, вместо туалетов были установлены металлические фляги, без какого-либо ограждения, справлять нужду приходилось на глазах сокамерников. Фляга, которая использовалась в качестве туалета выносилась один раз в сутки, в связи с чем в камере стоял зловонный запах. Кроме того, в камерах отсутствовала радио точка, тусклое освещение, дезинфекция камер не проводилась. В камерах содержались и курящие, и не курящие, совершеннолетние и несовершеннолетние, неоднократно судимые и просто задержанные. Указанные неудобства приходилось терпеть при каждом нахождении в ИВС г. Заозерного Красноярского края, что в свою очередь причиняло моральные страдания ФИО2 Просит суд взыскать в его пользу моральный вред в размере 3 000 000 рублей. 

Определением суда от 04 апреля 2024 года в качестве административных соответчика к участию в деле привлечено Министерство финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю, УФСИН России по Красноярскому краю.

06 мая 2024 года определением суда, выраженным в протокольной форме, в качестве соответчиков привлечены МВД России, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МО ВМД России «Бородинский». 

Административный истец ФИО2 отбывающий наказание в исправительном учреждении, о дне и месте слушания дела извещен судом своевременно и надлежащим образом, что подтверждается распиской. 

Представитель ответчика Министерство финансов в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания уведомлен своевременно и надлежащим образом, направил в суд возражение, в котором возражал против привлечения Министерство финансов РФ в качестве соответчика. 

Представитель ответчиков МВД России, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МО МВД России «Бородинский» ФИО1, в судебном заседании возражала против удовлетворения требований ФИО2, пояснила, что административным истцом не представлены доказательства, подтверждающие факт неправомерности действий (бездействия) ответчика, а также их вина, как одного из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда, кроме того административным истцом пропущен установленный законом срок для обращения в суд с административным исковым заявлением.

Представитель ответчика ГУ ФСИН по Красноярскому краю в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания уведомлен своевременно и надлежащим образом, направил в суд ходатайство о замене ненадлежащего соответчика, поскольку из текста административного искового заявления следует, что моральный вред ФИО2 был причинен в результате ненадлежащих условий содержания в изоляторе временного содержания г. Заозерный Красноярского края. 

Дело рассмотрено в отсутствие не явившихся участников процесса в соответствии со 

ст. 150 КАС РФ.

Исследовав материалы дела, выслушав участвующих в деле лиц, заключение заместителя Рыбинского межрайонного прокурора, полагавшего необходимым в удовлетворении требований отказать, суд приходит к следующему.

Федеральный закон от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», регулируя порядок и определяя условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые согласно Уголовно-процессуальному кодексу РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с данным Кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (ст. 1), закрепляет, что подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений пользуются правами и свободами и несут обязанности, установленные для граждан Российской Федерации, с ограничениями, предусмотренными этим Законом и иными федеральными законами (ст. 6).

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (ст.4 поименованного выше закона). 

Изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел относятся к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых, предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений, являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета (статьи 7 и 9 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»). 

Положениями ст.23 названного Федерального закона предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснил, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием (п.2). 

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц (пункт 3). 

В силу ст.17.1 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. 

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания под стражей не препятствует возмещению вреда в соответствии со статьями 1069 и 1070 ГК РФ. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания под стражей лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания под стражей. 

В соответствии с ч.1 ст.227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении. 

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч.1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч.5 ст.227.1 КАС РФ). 

Согласно разъяснениям, данным в п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. 

О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, ст.7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года «103-ФЗ, ст.99 УИК РФ). 

Согласно представленного в материалы дела ответа на запрос суда врио начальника МО МВД России «Бородинский» сообщил, что в спорный период времени с 2001 года по 2009 год изолятор временного содержания (далее ИВС) ОВД по Рыбинскому району Красноярского края находился по адресу: 

<

адрес>. 

31 июня 2009 года деятельность РОВД г. Заозерный была реорганизована путем его присоединения к ОВД г. Бородино, в соответствии с приказом ГУВД по Красноярскому краю № от 21 апреля 2009 года (л.д. 63-64, 75). В последующее время, подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений лица, содержались в ИВС МО МВД России «Бородинский» по адресу: 

<

адрес>.

Паспорт безопасности объекта ИВС РОВД г. Заозерный, руководствуясь перечнем документальных материалов и сроками их хранения, утвержденных Приказом МВД России № 655-2012 года, был уничтожен в связи с окончанием срока давности хранения документов в 2014 году (срок хранения - 5 лет). Таким образом, предоставить информацию из паспорта безопасности объекта (ИВС РОВД г. Заозерный) о том, где располагалось конвойное помещение, что в себя включало (размер, оснащение камер, их количество, проводились ли ремонтные работы) не представляется возможным.

Журнал учета лиц, содержащихся в ИВС, Журнал покамерного учета лиц, содержащихся в ИВС, Журнал учета вывода спецконтингента из камер конвойного помещения суда в залы судебных заседаний, Журнал регистрации выводов арестованных и заключенных под стражу лиц в следственные комнаты, Журнал регистрации выводов арестованных и заключенных под стражу лиц за пределы ИВС, руководствуясь перечнем документальных материалов и сроками их хранения, утвержденных приказом МВД России № 655-2012 года, были уничтожены в связи с окончанием срока давности хранения документов, срок хранения которых составляет 5 лет. 

Таким образом, достоверно установить период нахождения ФИО2 в ИВС г. Заозерный, его перемещения в спорный период с 2001 года по 2008 год, не представляется возможным. 

Разрешая заявленные административным истцом требования, руководствуясь действующими нормами права, регулирующими спорные правоотношения, оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 14 КАС РФ административное судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 62 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен КАС РФ (ч. 1). 

Обязанность доказывания законности оспариваемых нормативных правовых актов, актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами, решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо (ч. 2). 

Из изложенного следует, что факт обеспечения надлежащих условий содержания в изоляторах временного содержания, исправительных учреждениях, соответствие действий административных ответчиков нормативным правовым актам, регулирующим спорные правоотношения в соответствии с положениями пунктов 3 и 4 ч. 9 ст. 226 КАС РФ подлежит доказыванию именно стороной административных ответчиков. Административному истцу надлежит представить доказательства, (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы. 

Вместе с тем, административный ответчик лишен возможности доказывания правомерности своих действий в виду давности заявленного периода содержания в ИВС г. Заозерный Красноярского края, который административный ответчик не мог ни подтвердить, ни опровергнуть, поскольку как указано выше, сроки хранения сведений, имеющих значение при рассмотрении настоящего дела, истекли, в связи с чем, они были уничтожены. Здание, в котором располагался ИВС, как следует из материалов дела, давно не эксплуатируется, соответственно установить ни в ретроспективе, ни по факту санитарные условия не представляется возможным. 

Данный факт свидетельствует о том, что у суда отсутствует объективная возможность утверждать о наличии предоставленных административным ответчиком доказательств надлежащих условий содержания административного истца при его нахождении в ИВС в спорный период времени. 

Учитывая давность заявленного ФИО2 периода содержания в ИВС, суд считает необходимым отметить, что рассматриваемые требования предъявлены административным истцом спустя продолжительный период времени (более 15 лет), что само по себе свидетельствует об отсутствии у истца каких-либо переживаний по поводу условий его содержания в изоляторе временного содержания, соответственно об отсутствии физических и нравственных страданий, соответственно факта причинения морального вреда публичным органом. 

При этом обращение в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания спустя значительное время после состоявшегося события, привело к невозможности исследования судом обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и в силу ст. 10 ГК РФ, не допускающей заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, суд признает данные действия истца злоупотребление правом. В материалах дела сведения об обращениях ФИО2 к администрации ИВС и (или) иные надзорные органы с жалобами такого характера отсутствуют, сведения о лицах, с которыми он содержался в камерах ИВС в указанный период времени, истец не представил. Кроме того факт обращения административного истца с заявленными требованиями спустя продолжительный период времени, вопреки принципу равноправия и состязательности сторон, также исключил возможность предоставления доказательств со стороны административных ответчиков ввиду их уничтожения по истечению сроков хранения, соответственно оснований для удовлетворения административного иска не имеется.

Оценивая доводы административного ответчика относительно пропуска срока обращения в суд с рассматриваемыми требованиями, суд считает, что ФИО2 не был пропущен срок для обращения с иском в суд, поскольку в данном случае спорные правоотношения возникли в период с 2001 года по 2008 год, то есть до введения в действие ст. 227.1 КАС РФ, регламентирующей особенности подачи и рассмотрения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей. Административным истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, вызванного переживаниями в связи с ненадлежащими условиями содержания, возмещение которого компенсационными выплатами процессуальными сроками не ограничено (п. 1 ст. 208 ГК РФ и п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10), в соответствии которыми срок исковой давности по данным требованиям не распространяются. 

Вместе с тем, поскольку в настоящее время законом установлен специальный вид судопроизводства, регулирующий порядок рассмотрения споров, возникающих из правоотношений, не основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, в рамках которых один участник реализует административные и иные публично-властные полномочия по исполнению и применению законов и подзаконных актов по отношению к другому участнику отношения, а именно административное судопроизводство, и учитывая предмет рассматриваемого дела, требования ФИО2 подлежат рассмотрению в порядке административного судопроизводства. 

Исходя из совокупности установленных судом обстоятельств и анализа норм правового регулирования вопросов, связанных с порядком и условиями содержания в изоляторах временного содержания, суд приходит к выводу, что доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в ИВС г. Заозерный не нашли своего подтверждения, в связи с чем заявленные истцом требования о взыскании компенсации морального вреда, в связи с ненадлежащими условиями содержания удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 175-178 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО2 к МВД России, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МО МВД России «Бородинский, Министерству финансов в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд с подачей жалобы через Рыбинский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий Н.М. Кайдалина

Решение суда в окончательной форме изготовлено 08 июля 2024 года.