Дело № 2-2452/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

14 ноября 2018 года Ленинский районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего А.А. Степанова,

при секретаре А.Н. Гаврилюк, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным, применения последствий недействительности сделки, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к ФИО2 о признании договора дарения квартиры /// заключенного 31.01.2018г. между ФИО1 и ФИО2 недействительным, применения последствий недействительности ничтожной сделки. Прекращения права собственности ФИО2 на спорную квартиру, признания права собственности за ФИО1 права собственности на спорную квартиру. 

В обоснование исковых требований ФИО1 указала, что ФИО2 приходится ей 

<

данные изъяты>. 31.01.2018г. она заключила с ФИО2 договор дарения ///, по условиям которого она безвозмездно передала в собственность ФИО2 (Одаряемого), а последний принял квартиру. Данный договор был зарегистрирован в РОСРЕЕСТРЕ 10.02.2018г. Указанный договор является ничтожной сделкой на основании ч. 2 ст. 170 ГК РФ. Дарение квартиры было обусловлено передачей ответчиком ФИО2 истцу ФИО1 денежных средств в размере 96 000 рублей, в силу совокупности неблагоприятно сложившихся обстоятельств у истицы, в связи с чем у истицы отсутствовало намерение передавать ответчику ФИО2 спорную квартиру в дар. Так ФИО1 на основании договора долевого строительства от 10.04.2014г. приобрела в собственность спорную квартиру, в которой стала поэтапно осуществлять ремонт, однако для осуществления ремонта получаемой пенсии в размере 14 000 руб. было недостаточно, в связи с чем ФИО1 неоднократно пользовалась услугами микрозаймов, займов с С ХК ВЭ Таким образом частые займы денежных средств были связаны с тем, что бы быстрее погасить долг в финансовой организации, где был первым взят кредит. В августе 2017 года ФИО1 получила травму ноги и лишена была возможности перезаключать договоры займа. Общий долг по займам составлял около 100 000 рублей. В погашение долга ответчик ФИО2 дал ей 96 000 рублей. Полагает, что данные денежные средства были переданы ей ответчиком возмездно, а по этому договор дарения фактически был прикрыт сделкой по договору займа на 96 000 рублей. В связи с чем на основании ч. 2 ст. 170 ГК РФ полагала, что заключенный договор дарения, является притворной сделкой. 

В ходе рассмотрения дела по существу истица ФИО1 уточнила исковые требования и просила признать договор дарения недействительным по основаниям ч. 3 ст. 179 ГК РФ. В обоснование исковых требований указала, что к январю 2018 года ее общий долг перед кредитными организациями составил 100 000 рублей. ФИО2 воспользовался ее тяжелой финансовой ситуацией и предоставил 100 000 рублей на условиях, что последняя оформит на него договор дарения. Она была вынуждена взять у 

<

данные изъяты> деньги, погасить долг и составить договор дарения от 31.01.2018г. Считает, что при данных обстоятельствах ФИО2 воспользовался стечением тяжелых обстоятельств, и ей пришлось заключить кабальную сделку.

В судебном заседании ФИО1 в полном объеме поддержала доводы уточненного искового заявления, пояснила, что в апреле 2014 года по договору долевого строительства она получила ///, в которой стала проживать вместе со своим внуком ФИО2 и 

<

данные изъяты>. За время проживания она тратила денежные средства на ремонт квартиры, нуждалась в лекарствах. Получаемой пенсии в размере 14 000 на жизнь не хватало, в связи с чем, она неоднократно пользовалась услугами кредитных организаций. В августе 2017г. она попала в больницу и не смогла своевременно погасить долг. В январе 2018г. долг перед кредитными организациями составил 100 000 рублей, в связи с чем, она обратилась к ФИО2, который поставил ей условие, что даст данные денежные средства, при условии оформления договора дарения квартиры на его имя. Ей пришлось подписать договор дарения в виду сложившихся тяжелых условий. Договор дарения читала полностью, содержание договора о том, что она перестанет быть собственником квартиры, ей было понятно, после чего, добровольно подписала договор дарения. После заключения договора дарения, ФИО2 и его 

<

данные изъяты> напоминают ей, что она уже не собственник квартиры. Не смотря на то, что в договоре дарения прописаны условия пожизненного проживания, она переживает, что может совсем остаться без жилья. Оплату за коммунальные расходы она и ФИО2 оплачивают в равных долях по 50 %.

Представитель истицы ФИО3 в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования и доводы заявителя. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал по существу иска пояснил, что с 2014 года он, его супруга, ребенок и ФИО1 проживают по адресу /// при этом, он с семьей проживают в комнате, площадью 12 кв.м., а ФИО1 в комнате - около 16 кв.м. За весь период проживания он и ФИО1 всегда оплачивали коммунальные расходы в равных долях по 50 %. С момента вселения в квартиру, он так же осуществлял ремонт, за свой счет установил двери в квартире, всего потратил около 270 000 рублей. Никто и никогда ФИО1 из квартиры не выгонял. О займах ФИО1, он ничего не знал до января 2018г., когда последняя попросила его помочь ей в погашении займа в размере 100 000 рублей, на что он согласился. У него был автомобиль 

<

данные изъяты>, который он продал, после чего дал безвозмездно ФИО1 100 000 рублей в погашение долга. После этого, ФИО1 добровольно предложила ему подарить квартиру, в последствии сама настояла на заключении договора дарения. Никаких условий по квартире перед тем, как безвозмездно передать ФИО1 100 000 рублей он не предъявлял. Для чего ФИО1 ранее так часто пользовалась услугами микрозаймов и займов не понятно. Ранее ФИО1 после заключенного договора дарения претензий не высказывала, узнал о претензии по договору дарения, только из содержания иска. В судебном заседании поддержал письменные возражения к исковому заявлению. 

Свидетели (со стороны истца) СЛИ, ШВМ в судебном заседании пояснили, что состоят в дружествах отношениях с истицей. В судебном заседании пояснили, что ФИО1 пользовалась услугами кредитных организаций. Осенью 2017г. она попала в больницу, в связи с чем образовалась задолженность по займам. Со слов ФИО1 им известно, что внук ФИО2 предложил погасить задолженность, а ФИО1 должна была переоформить на внука квартиру, на что в последствии и согласилась ФИО1 ФИО1 им поясняла, что не хотела переоформлять квартиру на внука, но жизненные обстоятельства заставили ее это сделать. 

Выслушав участников судебного заседания, изучив материалы по данному делу, суд считает, что в удовлетворении исковых требований необходимо отказать по следующим основаниям. 

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (Даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (Одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу ст. ст. 131, 223 ГК РФ право собственности у одаряемого возникает с момента такой регистрации.

Согласно положениям ч. 3 ст. 179 ГК РФ Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обязательным условием сделки как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

Договор дарения является односторонне обязывающим. Соответственно, правовой целью вступления одаряемого в правоотношения, складывающиеся по договору дарения, является принятие дара с оформлением титульного владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновение титульного владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь даритель, заинтересован исключительно в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания какого-либо встречного предоставления от одаряемого (правовая цель). При этом, предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения данного права в отношении имущества у одаряемого.

При этом суд отмечает, что совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего вещного права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь, одаряемый должен совершить действия по фактическому принятию дара, то есть совершить действия, свидетельствующие о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.

Соответственно, совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего вещного права на объект дарения.

Как следует из материалов дела 31.01.2018 года между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор дарения, по условиям которого ФИО1 безвозмездно передает в собственность Одаряемому, а Одаряемый принимает в качестве дара квартиру ///. Право собственности у Одаряемого на приобретаемую по настоящему договору квартиру возникает с момента государственной регистрации перехода права собственности на данную квартиру в РОСРЕЕСТРЕ, которая была осуществлена 10.02.2018 года. С момента приобретения права собственности на квартиру, Одаряемый осуществляет права владения, пользования и распоряжения данной квартирой. 

Договор дарения предусматривает особые условия, так в п. 4.1 договора указано, что после перехода права собственности к Одаряемому, Даритель сохраняет право проживания и пользования квартирой пожизненно. 

Согласно передаточному АКТу от 31.01.2018г Даритель передал, а Одаряемый принял спорную квартиру. 

Как пояснила в судебном заседании ФИО1, она была ознакомлена с содержанием текста договора дарения, прекрасно понимала, что право собственности на данную квартиру у неё будет утрачено, собственником квартиры будет являться 

<

данные изъяты> ФИО2 Она так же понимала, что по данном у договору у неё сохраняется пожизненное право пользования квартирой. Ознакомившись с условиями договора дарения и понимая их ФИО1 добровольно подписала договор дарения, что не отрицалось последней в судебном заседании. 

Основанием предъявленных требований о признании договора дарения недействительным являлось утверждение истца о совершении его в связи со стечением тяжелых обстоятельств, а именно наличии задолженности перед кредитными учреждениями в размере 100 000 рублей.

Материалами по делу установлено, что ФИО1 18.01.2017г. заключила кредитный договор с С на сумму 43 669 руб. 62 коп., в дальнейшем воспользовалась неоднократно услугами микрозаймов от 30.11.2017г в сумме 9 400 руб., 07.01.2018г в сумме 18 000 руб., 09.01.2018г в сумме 3 000 рублей, 15.01.2018г. в сумме 10000 руб., 09.02.2018г в сумме 10 000 руб. (л.д. 23- 96). 31.01.2018г ФИО1 заключила с ВЭ кредитный договор на сумму 145 673 руб. (л.д. 20-21).

Как пояснила в судебном заседании истица общий долг по кредитным обязательствам на январь 2018г составил 100 000 рублей, в связи с чем, ей пришлось на невыгодных для себя условиях заключить договор дарения квартиры с ответчиком.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ истица не предоставила в судебное заседание надлежащих и достоверных доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства. Так истцом не предоставлено доказательств того, что ответчик ФИО2 под условием совершения договора дарения квартиры предоставил последней 100 000 рублей в погашение долга по кредитным обязательствам.

К показаниям свидетелей по делу СЛИ, ШВМ суд относится критически, так как последние находятся в дружественных отношениях с истицей, кроме того про обстоятельства по делу знают только со слов истицы. 

Так судом установлено, что на момент заключения договора дарения истице было 66 лет, то есть она находилась в возрасте, в котором отдавала отчет своим действиям и понимала их значение. Данные обстоятельства подтвердила в судебном заседании сама истица, пояснив, что содержание договора дарения ей было понятно. То есть на момент подписания договора дарения у истицы отсутствовали объективные трудности в восприятия смысла договора дарения. 

Сама по себе задолженность в размере 100 000 рублей ФИО1 перед кредитными организациями по данному делу не может быть признанной, как совершение договора дарения, в следствии стечения тяжелых обстоятельств., по следующим основаниям. 

Так до момента совершения договора дарения ФИО1 понимала, что она является единственным собственником спорной квартиры, и в любом случае имела возможность продать данную квартиру в случае стечения тяжелых обстоятельств, и погасить долги по обязательствам, однако последняя этого не сделала, так как понимала, что задолженность в размере 100 000 рублей не являлась столь существенной. 

Кроме того, на момент подписания договора дарения, отсутствовали какие либо судебные решение по взысканию кредиторской задолженности, что не оспаривалось истицей. Следовательно истица по кредитным обязательствам производила оплату своевременно. Как пояснила в судебном заседании истица, одним кредитом она перекрывала другие кредитные обязательства. 

Отсутствие у истицы стечения тяжелых обстоятельств на момент заключения договора дарения, подтверждает то обстоятельство, что в день заключения договора дарения 31.01.2018г., ФИО1 заключила с ВЭ кредитный договор на сумму 145 673 рублей (л.д. 20-21). То есть, истица приняла на себя большее обязательство по кредиту, чем оплатила. 

Кроме того, как установлено в судебном заседании, истица является получателем пенсии по старости в размере 14 611 руб. 35 коп. Данный размер пенсии является гораздо больше размера прожиточного минимума пенсионера в Алтайском крае (8543 рублей), установленного Постановлением Алтайского краевого Законодательного собрания от 27.10.2017г № 289 на 2018 год. Поэтому суд считает, что истица могла самостоятельно с учетом получаемой пенсии, погасить образовавшеюся задолженность в размере 100 000 рублей. 

Доводы ответчика ФИО2 о том, что он добровольно дал ФИО1 100 000 рублей в погашение кредитных обязательств, истицей опровергнуты не были. 

В связи с чем, у суда нет оснований для признания оспариваемого договора дарения недействительным по основанию, предусмотренному п. 3 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку доказательств кабальности этой сделки, истцом в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суду также не представлено.

Сами по себе обстоятельства, на которые ссылается истец, не свидетельствуют о мотивах совершения сделки, которые возможно оценить как следствие стечения тяжелых обстоятельств, а потому не может служить основанием для признания сделки недействительной, как заключенной вследствие стечения тяжелых обстоятельств, предусмотренных п. 3 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При установленных обстоятельствах суд считает, что ФИО1 в удовлетворении исковых требований необходимо отказать. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры №///, заключенного 31.01.2018г. между ФИО1 и ФИО2 недействительным, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности ФИО2 на спорную квартиру и признании за ФИО1 права собственности на спорную квартиру - отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Ленинский районный суд гор. Барнаула в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 19 ноября 2018 года. 

Судья А.А. Степанов