№ 2-3128/2024 

УИД: 61RS0005-01-2024-004283-41 

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

«10» сентября 2024 года Октябрьский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Агрба Д.А.,

при секретаре судебного заседания Носовой А.Н.,

с участием:

- представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности, а также представляющего интересы третьего лица - АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна», 

- представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, третье лицо АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна», о взыскании денежных средств, процентов, денежной компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании денежных средств по договору займа, в обоснование заявленных требований ссылаясь на то, что 27 марта 2024 года при осмотре документов, принадлежавших супругу ФИО, обнаружила расписку, датируемую 18 февраля 2019 года, согласно которой ФИО3 в счет продажи здания по 

<

...> Б в 

<

...> получил денежные средства в сумме 3 000 000, 00 руб. Как указано в иске, истцу известно, что супруг ФИО при жизни в феврале 2019 года оформил кредитный договор и получил в Банке ВТБ (ПАО) кредит в сумме 3000000 руб. Указанные денежные средства он передал ответчику в счет оплаты нежилого помещения по указанному выше адресу. Из договора купли-продажи недвижимого имущества, заключенного 25 марта 2019 года между ФИО и ФИО3, 1/3 доля в праве собственности покойным супругом приобретена у ответчика за 1 300 000, 00 руб. Оставшиеся 2/3 доли в праве собственности на недвижимое имущество приобретены АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна» в лице директора ФИО у ответчика за 8 000 000, 00 руб. Таким образом, по мнению истца, очевидно, что ответчик получил по расписке от 18 февраля 2019 года от ФИО в счет будущей продажи 2/3 долей в праве собственности на нежилое помещение 3 000 000, 00 руб. Затем ответчик изменил цену сделки в сторону увеличения и вынудил ФИО искать возможность совершить сделку купли-продажи находившейся в собственности ФИО3 доли. Поскольку ФИО не имел возможности оформить на свое имя кредит в сумме 8 000 000, 00 руб., кредит был оформлен на юридическое лицо АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна», которое и выступало покупателем объекта недвижимости. ФИО умер 28 января 2022 года. Истец обратилась к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство после смерти мужа. Поскольку истец является наследником умершего 28 января 2022 года ФИО5, к ней перешло принадлежащее ему на день открытия наследства право требования указанной суммы. Ни при жизни супруга, ни впоследствии денежные средства возвращены не были, поэтому истец просит взыскать с ответчика в свою пользу сумму долга по договору займа в размере 3 000 000, 00 руб., проценты в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 15 марта 2019 года по 01 мая 2024 года в сумме 1 274 187, 53 руб., взыскать судебные расходы в сумме 10 300, 00 руб., денежную компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000, 00 руб.

Протокольным определением от 10 сентября 2024 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечено АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна». 

Истец в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела, со слов представителя, извещена надлежащим образом, поэтому суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании уточнил основания заявленного иска и просил суд взыскать с ответчика в пользу доверителя неосновательное обогащение в сумме 3 000 000,00 руб., начисленные на сумму неосновательного обогащения проценты в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 15 марта 2019 года по 01 мая 2024 года в сумме 1 274 187, 53 руб., взыскать судебные расходы в сумме 10 300, 00 руб., денежную компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000, 00 руб.

Ответчик в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела, со слов представителя, извещен надлежащим образом, поэтому дело рассмотрено в отсутствие истца в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Представитель ответчика ФИО4, действующий на доверенности, исковые требования истца не признал, просил в иске истцу отказать, пояснив суду, что доверителем оспариваемая сумма получена в счет оплаты 1/3 доли в праве собственности на нежилое помещение, расположенное по 

<

...> Б в 

<

...>, приобретенной по договору купли-продажи, заключенному 15 марта 2019 года, между доверителем и ФИО Однако, стороны сделки договорились указать в заключенном договоре стоимость приобретенной доли в меньшем размере - 1 300 000, 00 руб. В подтверждение получения всей суммы по договору за приобретенную 1/3 долю в праве собственности доверитель и выдал ФИО приобщенную к материалы дела расписку. Оставшиеся в собственности ответчика 2/3 доли в праве собственности на объект недвижимости приобретены АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна». Поскольку стороны исполнили обязательства по договорам купли-продажи, ФИО при жизни никаких претензий к ФИО3 не заявлял. Полагал, что оснований для удовлетворения требований не имеется. Другим основанием для отказа истцу в иске, по мнению представителя истца, является пропуск истцом срока исковой давности, поскольку с даты составления расписки в получении денежных средств доверителем прошло более трех лет. Перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Представитель третьего лица ФИО2 – директор АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна», в судебном заседании полагал заявленные требования подлежащими удовлетворению.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, полагает заявленные требования неподлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Подпунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, разрешая спор о возврате неосновательного обогащения, суду необходимо установить, была ли осуществлена передача денежных средств или иного имущества добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью, или передача денежных средств и имущества осуществлялась во исполнение договора сторон либо иной сделки.

Из установленных по делу обстоятельств следует, что 15 марта 2019 года между ФИО3, именуемым в дельнейшем «Продавец», и ФИО, именуемым в дельнейшем «Покупатель», заключен договор купли-продажи, в соответствии с условиями которого Продавец обязуется передать в собственность Покупателя, а Покупатель обязуется принять в собственность и оплатить в соответствии с условиями настоящего Договора, принадлежащую Продавцу на праве общей долевой собственности 1/3 долю нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>.

Цена Договора составляет 1 300 000, 00 руб., которая согласована и утверждена Сторонами. Из условия Договора следует, что оплата по настоящему Договору осуществляется путем стопроцентной предоплаты до подачи документов для государственной регистрации перехода права собственности по Договору. 

09 сентября 2020 года между ФИО3, именуемым в дельнейшем «Продавец», и АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна» в лице директора ФИО, именуемым в дельнейшем «Покупатель», заключен договор купли-продажи, в соответствии с условиями которого Продавец продает и одновременно с этим передает в общую долевую собственность Покупателю, а Покупатель за счет собственных средств в размере 1 000 000, 00 руб. и кредитных средств в размере 7 000 000, 00 руб. покупает, то есть приобретает у Продавца 2/3 доли в праве собственности на недвижимое имущество, расположенное по адресу: 

<

...>.

Выплата денежных средств Продавцу в размере 1 000 000, 00 руб. произведена Покупателем до подписания настоящего договора.

Выплата денежных средств Продавцу в размере 7 000 000, 00 руб. производится Покупателем за счет средств, предоставленных в кредит не позднее дня, следующего за днем предоставления Покупателем в Банк настоящего договора купли-продажи или нотариальной копии с отметкой о произведенной государственной регистрации возникновения и перехода прав на недвижимое имущество.Кадастровая стоимость нежилого помещения составляет 24 651 000, 00 руб., что подтверждается выпиской из ЕГРН. Стоимость отчуждаемой доли в праве общей собственности составляет 16 434 000, 00 руб. (п. 2.2. договора от 09 сентября 2020 года. 

Указанные выше договоры никем не оспорены, недействительными не признаны.

Из представленной в материалы дела расписки от 18 февраля 2019 года следует, что ФИО3 получил в счет продажи здания по 

<

...> Б 

<

...> 3 000 000, 00 руб., которые истец и просит взыскать с него как неосновательное обогащение.

Представитель ответчика в судебном заседании пояснял, что денежные средства в сумме 3 000 000, 00 руб. получены от ФИО 18 февраля 2019 года в счет оплаты договора купли-продажи от 15 марта 2019 года 1/3 доли в праве собственности на недвижимое имущество по указанному выше адресу. Однако, по взаимной договоренности участников сделки в договоре от 15 марта 2019 года цена 1/3 доли в праве собственности на объект недвижимости указана – 1 300 000, 00 руб.

Данные доводы стороной истца не опровергнут, также не раскрыты и не доказаны фактические правоотношения сторон, в рамках которых переданы денежные средства в сумме 3 000 000, 00 руб.

Так как стороны являлись деловыми партнерами, АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна» в лице директора ФИО арендовало нежилое помещение по указанному выше адресу у ответчика, а также между сторонами впоследствии достигнуто соглашение о купле-продаже 2/3 доли в праве собственности на объект недвижимости по указанному выше адресу, кадастровая стоимость которой (16 434 000, 00 руб.) значительно превышает стоимость, определенную в указанном выше договоре, то оснований полагать, что со стороны ответчика имеется неосновательное обогащение, у суда не имеется.

Кроме того, другим самостоятельным основанием к отказу истцу в иске является пропуск срока исковой давности, о чем сделано соответствующее заявление по делу стороной ответчика.

Как следует из материалов дела, расписка о получении денежных средств в счет продажи здания по указанному выше адресу ФИО3 составлена 18 февраля 2019 года.

Поскольку денежные средства переданы 18 февраля 2019 года в счет продажи нежилого помещения, то наследодателю ФИО уже 09 сентября 2020 года было известно о неосновательном обогащении ответчика, когда стороны окончательно согласовали стоимость объекта недвижимости.

С указанной даты и до даты смерти ФИО, наступившей 28 января 2022 года, последний никаких претензий к ответчику не заявлял. 

После смерти ФИО истец ФИО1 приняла наследство. Права и обязанности наследника производны от прав и обязанностей наследодателя.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

На основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о взыскании денежных средств, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (статья 201 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу данной нормы при перемене лиц в обязательстве права и обязанности переходят к правопреемнику в том объеме, в каком они были у правопредшественника. Поэтому в течение исковой давности по требованиям новых лиц ничего не меняется.

Если переход прав или перевод долга осуществлены после истечения срока исковой давности, то в случае спора заинтересованное лицо может потребовать применения сроков исковой давности (как общих, так и специальных), несмотря на перемену лиц в обязательстве.

В случае перехода к новому лицу уже нарушенного права исковая давность начинает течение в день, когда о нарушении права узнал или должен был узнать прежний обладатель требования, либо в день, с которого началось течение иного установленного законодательством срока исковой давности (ст. 200 ГК).

В соответствии со статьей 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (статья 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных норм права, началом течения срока исковой давности по требованиям о взыскании неосновательного обогащения, как указывалось выше, по мнению суда, является дата заключения договора купли-продажи объекта недвижимости от 09 сентября 2020 года, когда стороны окончательно согласовали стоимость объекта недвижимости.

Принимая во внимание, что ФИО1 сдала настоящее исковое заявление в почтовое отделение 14 июля 2024 года, суд полагает, что истцом пропущен срок исковой давности и отсутствуют основания для его восстановления.

Дата обнаружения расписки 27 марта 2024 года ни влияет на начало исчисления сроков исковой давности. Сама истец в иске указала, что ей было известно, что супруг 11 февраля 2019 года оформил кредит в банке в сумме 3 000 000, 00 руб. для приобретения объекта недвижимости, то есть истцу было известно о договоренностях супруга с ответчиком о совершаемых сделках.

Не имеет правового значения и дата вступления истца в наследство, поскольку перемена лиц в обязательстве на течение сроков исковой давности не влияет.

Поскольку истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, суд отказывает истцу в удовлетворении как основного требования о взыскании неосновательного обогащения, так и производного требования о взыскании процентов.

Требования о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку требования о компенсации морального вреда не основаны на положениях статей 151, 1099 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчик не совершал действий, нарушающих личные неимущественные права истца либо посягающие на принадлежащие ему нематериальные блага.

Законом в данном случае не предусмотрена компенсация морального вреда в связи с нарушением имущественных прав, как полагает истец.

Поскольку исковые требования истца оставлены без удовлетворения, то отсутствуют и процессуальные основания для взыскания судебных издержек по делу, поэтому суд отказывает истцу в удовлетворении требований о взыскании судебных издержек в размере 10300,00 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, третье лицо АНО ПО «Ставропольский колледж экономики и дизайна», о взыскании денежных средств, процентов, денежной компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Октябрьский районный суд г.Ростова-на-Дону в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 24 сентября 2024 года