П Р И Г О В О Р

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

4 сентября 2020 года г. Ефремов 

Ефремовский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Рыжкиной О.В., 

при секретаре Князевой К.О.,

с участием

государственных обвинителей: помощника Ефремовского межрайонного прокурора Тульской области Рябчиковой С.В., помощника Ефремовского межрайонного прокурора Тульской области Петрова А.И., помощника Ефремовского межрайонного прокурора Тульской области Закалкина И.И.,

подсудимого ФИО19,

защитника адвоката Кошулько Е.А., представившей удостоверение № 1386 от 5 июля 2017 года и ордер № 265668 от 9 июня 2020 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещение суда уголовное дело в отношении

ФИО19, родившегося 

<

данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО19 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

11 ноября 2019 года, в 22 часа 08 минут, ФИО19 находился у себя дома по адресу: 

<

данные изъяты>. В это время ему на мобильный телефон позвонила ранее ему знакомая ФИО3, находившаяся в тот момент в квартире их общего знакомого ФИО2 по адресу: 

<

данные изъяты>, и сообщила о пропаже у нее денежных средств и высказала подозрение о причастности к этому ФИО2

11 ноября 2019 года, в период времени с 22 часов 08 минут до 22 часов 36 минут, ФИО19, после телефонного разговора с ФИО3, с целью выяснения у ФИО2 вопроса о его причастности к пропаже денежных средств у ФИО3, вместе с ФИО4 пришел в квартиру ФИО2, расположенную по вышеуказанному адресу, где в тот момент находились ФИО2 и ФИО3 

11 ноября 2019 года, в период времени с 22 часов 08 минут до 22 часов 36 минут,ФИО19, находясь вместе с ФИО3, ФИО4 и ФИО2 в зале квартиры последнего по адресу: 

<

данные изъяты>, стал выяснять у ФИО2 его причастность к пропаже денежных средств у ФИО3 Ввиду того, что ФИО2 отрицал свою причастность к хищению денежных средств у ФИО3, у ФИО19 на этой почве возникли личные неприязненные отношения к ФИО2 и преступный умысел, направленный на причинение ему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

11 ноября 2019 года, в период времени с 22 часов 08 минут до 22 часов 36 минут, ФИО19, находясь в состоянии алкогольного опьянения в зале квартиры ФИО2 по адресу: 

<

данные изъяты>, реализуя свой прямой преступный умысел, направленный на причинение ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде наступления смерти ФИО2, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, умышленно схватил сидевшего в кресле ФИО2 своими руками за одежду, приподнял его, в результате чего ФИО2 оказался в положении стоя лицом к ФИО19 Затем ФИО19, продолжая удерживать ФИО2 своей левой рукой за одежду, умышлено нанес ему кулаком правой руки не менее двух ударов в область левой половины лица и один удар в область левого плеча. После чего, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, взял последнего своими руками за правую руку в области правого предплечья и, удерживая его, таким образом, приложив значительную физическую силу, умышленно произвел бросок ФИО2 на пол, в результате чего ФИО2 ударился левой половиной лица о поверхность пола. Сразу после этого, ФИО19, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, опасного для жизни человека, нанес лежавшему на полу ФИО2 не менее 6 ударов ногами по различным частям тела, в том числе в области грудной клетки, головы и правого плеча ФИО2

Своими умышленными преступными действиями, направленными на причинение ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, ФИО19 причинил ФИО2 телесные повреждения: 

- закрытую черепно-мозговую травму 

<

данные изъяты>, которая, как опасная для жизни, является тяжким вредом здоровью и сопровождалась развитием стволовых симптомов 

<

данные изъяты> и состоит с наступлением смерти в прямой причинной связи; 

- кровоподтеки 

<

данные изъяты>, ссадины 

<

данные изъяты>, как не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека.

От умышленных преступных действий ФИО19, направленных на причинение ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, смерть последнего по неосторожности наступила 13 ноября 2019 года в 16 часов 03 минуты в ГУЗ «Ефремовская районная больница им. А.И. Козлова» от закрытой черепно-мозговой травмы: 

<

данные изъяты>.

Подсудимый ФИО19 в судебном заседании свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ не признал, указав, что сотрудники полиции, воспользовавшись его состоянием на момент задержания, вынудили его написать явку с повинной. 

В судебном заседании подсудимый ФИО19 показал, что 11 ноября 2019 года он ФИО3 и ФИО4 у него дома распивали спиртное, и примерно в 12 часов по его предложению, они пошли к ФИО2, где продолжили распивать спиртное. В ходе распития спиртного ФИО3 заснула, поэтому он и ФИО4 пошли к нему домой, где продолжили распивать спиртное. Примерно в 22 часа этого же дня ему позвонила ФИО3 и сказала, что у нее пропали деньги и в этом она подозревает ФИО2. Он, быстро накинув верхнюю одежду, пошел к ФИО2, но за ним увязалась пьяная ФИО4, хотя он ее и не хотел брать, потому что она была сильно пьяная. Придя к ФИО2, он увидел, что тот находится в том же самом кресле, в котором и сидел до этого, когда они распивали спиртные напитки, но был он в сильном алкогольном опьянении. ФИО3 уже была на тот момент трезвая, она плакала и повторяла: «Зачем ты взял мои деньги?». Ему эта ситуация не понравилась, он подошел к ФИО2 и спросил у него на повышенном тоне: «Зачем ты взял у женщины деньги, которая у тебя была в гостях?», на что ФИО2 ответил, что якобы никаких денег он не брал. Он вновь стал на повышенных тонах говорить: «Зачем ты это сделал?», но ФИО2 опять стал утверждать, что этого не делал. При этом ФИО3 очень сильно навзрыд голосила и кричала: «Это были у меня последние деньги, мне не на что больше жить!». Его эта ситуация возмутила, потому, что ему не нравится, что так непорядочно поступают по отношению к женщинам. Он поднял ФИО2 за грудки одежды, так как у него сиденье кресла находилось очень низко по отношению к полу, и нанес два удара в нос, при этом никаких брызг не было, а только у него текла тонкая струйка крови из ноздри. После чего он отпустил левую руку, которой держал ФИО2 за грудки, но он довольно-таки мягко и медленно приземлился на пол, потому что он его, когда брал за грудки, то подтянул чуть-чуть на себя, и чуть сиденье кресла оказалось позади ФИО2. Он ФИО2 не бросал, тот просто сполз на пол, и он даже не падал, он как бы был полуприсядя, он как бы с горки съезжал. После этого он подошел к ФИО2 и пнул его два раза по спине, при этом сказал, что он «крыса», после этого они ушли, и он больше в квартиру ФИО2 не приходил. 

Из показаний подсудимого ФИО19, данных и на стадии предварительного расследования 14 ноября 2019 года, и оглашенных в судебном заседании, в соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что 11 ноября 2019 года, он, ФИО3 и ФИО4 вначале распивали спиртное по месту его жительства, около 12 часов по его предложению они направились к ФИО2, где продолжили вместе с последним распивать спиртное. ФИО3 в ходе распития спиртного уснула в квартире ФИО2, а он и ФИО4 пошли к нему домой, где продолжили распивать спиртное. Через некоторое время он вернулся в квартиру ФИО2. Там находилась ФИО3, которая сообщила о том, что у нее пропали деньги и что она подозревает в их пропаже ФИО2. Он очень разозлился, что у его подруги пропали деньги, и обвиняла в этом его товарища. Он подошел к ФИО2, сидящему в кресле, расположенном рядом с входом в зал, взял его левой рукой за «грудки» и спросил у ФИО2, где могут находиться деньги. ФИО2 ответил ему, что никаких денег он не брал. Держась левой рукой за «грудки», он приподнял ФИО2 с кресла и правой рукой нанес примерно 2-3 удара по лицу, в область носа и переносицы, удары он наносил с силой ладонью правой руки, сжатой в кулак. От его ударов у ФИО2 пошла из носа кровь. После этого он отпустил ФИО2, и тот упал на пол, рядом с креслом, на живот, лицом вниз. В тот момент, когда он ему наносил удары по лицу, ФИО3 и ФИО4, молча, наблюдали за происходящим. После чего ФИО3 собрала свои вещи, и они втроем решили покинуть квартиру. Перед уходом из квартиры он слегка «пнул» правой ногой по голове ФИО2 за его поступок, при этом обозвав его крысой, в этот момент он также продолжал лежать на полу. Больше никаких ударов он ФИО2 не наносил. Они с ФИО4 направились к нему домой, а ФИО3 уехала в 

<

данные изъяты>. Больше он к ФИО2 ни в этот день, ни на следующий день не приходил (л.д.

<

данные изъяты>). 

При этом, согласно протоколу проверки показаний на месте, подсудимый ФИО19, на стадии предварительного расследования, в присутствии понятых и с участием защитника, на месте происшествия – в зале квартиры, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>, с использованием манекена продемонстрировал, как он, держась левой рукой за «грудки», приподнял ФИО2 с кресла и кулаком правой рукой нанес с силой примерно 2-3 удара по лицу, в область носа и переносицы, а затем, также с использованием манекена показал, как ФИО2, не удержавшись на ногах, упал на пол в комнате, на живот, лицом вниз, после чего он пнул ФИО2 в область затылочной части головы, продемонстрировав это на манекене (л.д.

<

данные изъяты>).

Исходя из требований закона, в соответствии с правилами оценки доказательств, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, руководствуясь ст.87, ст.88 УПК РФ, суд, исследовав и проверив все предложенные доказательства, приходит к выводу о том, что вина подсудимого ФИО19 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, потерпевший ФИО1 в судебном заседании показал, что погибший ФИО2 доводился ему 

<

данные изъяты>, но видел его он один раз. Знает, что племянник злоупотреблял спиртным, нигде не работал, 

<

данные изъяты> проживал в 

<

данные изъяты> 

Показаниями свидетеля ФИО3, данными ей в суде, подтверждается, что 11 ноября 2019 года они пришла в гости к Юрову, где также находилась ФИО4. Они начали распивать спиртное, а затем пошли в квартиру к ФИО2, где продолжили распивать спиртное. Опьянев, она уснула, а когда проснулась, то в квартире был ФИО2 и она обнаружила, что из принадлежащей ей сумки пропали деньги, примерно 3600 руб. Она позвонила Юрову, рассказала о пропаже денег, и попросила прийти поговорить. Юров пришел вместе с ФИО4. ФИО2 сидел на кресле, Юров спросил у него, брал ли он денег, на что ФИО2 ответил, что не брал. Тогда Юров схватил ФИО2 за грудки и повалил его на пол, лицом вниз, на правый бок, а затем ФИО2 перевернулся на левый. После чего Юров ударил ФИО2 ногой пару раз в область туловища. А затем они втроем ушли из квартиры ФИО2. Ей позвонил ФИО12, затем приехал и отвез ее домой. 

Показаниями свидетеля ФИО3, данными ей на стадии предварительного расследования 14 ноября 2019 года, и оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, подтверждается, что 11 ноября 2019 года, после того, как она проснулась в квартире ФИО2 и обнаружила пропажу принадлежащих ей денег, она позвонила Юрову. Практически сразу же после ее звонка в квартиру ФИО2 пришли ФИО19 и ФИО4 На тот момент ФИО19 находился в возбужденном состоянии, был агрессивен. Он подошел к ФИО2 и стал спрашивать последнего, зачем тот украл ее деньги. ФИО2 ничего не отвечал, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения. Сразу после этого, ФИО19 стал наносить удары кулаками по лицу ФИО2, который на тот момент находился сидя в кресле или на диване, точно она не помнит. Сколько именно ударов и как именно нанес ФИО2 ФИО19, она не помнит. После ударов по лицу кулаками, ФИО19 стащил ФИО2 на пол и стал наносить лежащему на полу ФИО2 удары ногами по голове и телу. Как именно и сколько именно ударов было нанесено ФИО19 ФИО2 она не помнит и точно не видела, так как в тот момент пыталась вместе с ФИО4 загородить тело ФИО2 от ударов ФИО19 В какой-то момент ФИО19 перестал наносить удары ФИО2 и они втроем, то есть она, ФИО19 и ФИО4 ушли из квартиры ФИО2 (л.д.

<

данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО3, данными ей на стадии предварительного расследования 27 ноября 2019 года, и оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, подтверждается, что вечером 11 ноября 2019 года, в квартире ФИО2, ФИО19 нанес примерно 2-3 удара кулаком правой руки в область лица и головы ФИО2, который в этот момент находился сидя в кресле, расположенном в правом ближнем от входа из коридора углу зала. Точную локализацию нанесения ФИО19 ударов, сказать затруднилась, поскольку она не пыталась разглядеть, куда именно приходятся удары, но точно может пояснить, что удары наносились именно в лицо и в голову. От нанесенных ФИО19 ударов у ФИО2 на лице появилась кровь, но место расположения раны, откуда пошла кровь, и пошла ли кровь именно из носа, она пояснить затруднилась, так как тоже не обращала на это внимание. При этом, ФИО2 пытался укрыться от ударов ФИО19, а именно: немного пригнулся и попытался закрыть лицо и голову руками. Именно из-за этих действий она и не видела, куда именно пришлись вышеуказанные удары. Сразу же после нанесенных ударов кулаками ФИО19 схватил ФИО2 «за грудки», приподнял его, после чего с силой бросил ФИО2 на пол. В результате указанных действий ФИО2 упал на пол и при падении ударился правой частью тела о пол, возможно, он ударился и головой о пол, но этого она точно сказать не может. Также, насколько она помнит, при падении на пол ФИО2 не успел выставить руки и сгруппироваться, чтобы смягчить удар. Как только ФИО2 оказался лежа на полу, ФИО19 стал наносить ему удары ногами по телу и голове. При этом, в тот момент, когда ФИО19 наносил удары по телу и голове ФИО2, последний лежал на правом боку, и если она не ошибается, то в какой-то момент сумел перевернуться на левый бок. Удары ФИО19 наносил правой ногой, при этом все удары ФИО19 наносил с силой, с размаху, то есть отводил правую ногу назад, после чего с силой с размахом устремлял ногу в перед, в результате чего носком обутой на нем обуви ударял по телу и голове ФИО2 В момент нанесения ударов ногой ФИО19 был обут в кроссовки. Сколько именно ударов ФИО19 нанес по голове ФИО2 и сколько именно ударов он нанес по телу ФИО2 она пояснить не может, но в общей сложности ФИО19 нанес правой ногой не менее 4-5 ударов. Они с ФИО4 предпринимали попытки загородить ФИО2 от ударов ФИО19, но было бесполезно, т.к. ФИО19 находился в состоянии алкогольного опьянения и был слишком разозлен. После того, как ФИО19 перестал бить ФИО2, она, ФИО4 и ФИО19 покинули квартиру ФИО2, последний оставался лежать на полу (л.д.

<

данные изъяты>).

При этом, согласно протоколу проверки показаний на месте от 28 ноября 2019 года, свидетель ФИО3 на месте происшествия – в зале квартиры, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>, продемонстрировала механизм и локализацию причинения ФИО19 повреждений ФИО2, разместив манекен в положении сидя в кресле, встала лицом напротив манекена, продемонстрировала удар в область лица манекена, затем продемонстрировала, как ФИО19 схватив ФИО2 за переднюю часть верхней одежды в области грудной клетки, приподнял его и с силой бросил последнего на пол, после чего расположила манекен на полу таким образом, что тот оказался в положении лежа на животе на правом боку, лицом вниз, упираясь правой половиной лица о пол. Затем продемонстрировала движение согнутой в коленном суставе правой ноги, обутой в ботинок, в область верхней части туловища, пояснив, что таким образом ФИО19 правой ногой нанес ФИО2 не менее 4 - 5 ударов. Указать локализацию нанесения ударов затруднилась, не исключив при этом, что удары пришлись и в голову (л.д.

<

данные изъяты>).

Согласно протоколу следственного эксперимента от 10 февраля 2020 года, свидетель ФИО3, продемонстрировав механизм и локализацию причинения ФИО19 повреждений ФИО2, расположила манекен человека на стуле. Затем взявшись руками за предметы верхней одежды манекена человека в области грудной клетки спереди, приподняла манекен человека, поставив его в положение – стоя. Далее левой рукой продолжила удерживать манекен человека в области грудной клетки спереди в положении – стоя, кулаком правой руки нанесла два удара в область левой половины лица манекена человека, а затем один удар кулаком правой руки в области левого плеча манекена человека. Далее посадила снова на стул манекен человека, взяла его руками за правую руку в области правого предплечья и потянула на себя, при этом подняла манекен человека, а затем развернула корпус своего тела в правую сторону по часовой стрелке, создав усилие и придав ускорение манекену человека произвела бросок манекена человека на пол, таким образом, что манекен человека упал на пол, на левый бок, ударившись левой частью лица и головы о пол. Затем встала над манекеном со спины и стала наносить хаотичные удары правой ногой в области грудной клетки сзади, а затем стала перемещаться со стороны спины манекена обходя вокруг головы и подходя к грудной клетки манекена спереди, при этом также нанося удары в область грудной клетки спереди (л.д.

<

данные изъяты>).

Согласно протоколу выемки, свидетель ФИО3 добровольно выдала детализацию абонентского номера, которым она пользовалась за период с 11 ноября 2019 года по 23 декабря 2019 года (л.д.

<

данные изъяты>). Указанная детализация в ходе предварительного расследования была осмотрена, и в ходе осмотра установлено, что ФИО3 звонила ФИО19, на номер телефона, которым пользовался последний, что подтверждается показаниями свидетеля ФИО3, данными ей на стадии предварительного расследования, и оглашенными в суде, в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ (л.д. 

<

данные изъяты>): 11 ноября 2019 года в 07 час. 32 мин. и в 8 час. 25 мин., в 21 час. 48 мин. а ФИО19 звонил ФИО3 11 ноября 2019 года в 22 час. 08 мин (л.д.

<

данные изъяты>).

В связи с чем, указанная детализация признана и приобщена к уголовному в качестве вещественного доказательства (л.д.

<

данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО4, данными ей в судебном заседании подтверждается, что утром 11 ноября 2019 года она пришла к Юрову, где находилась ФИО3, они стали распивать спиртное, а в обеденное времени по предложению Юрова пошли домой к ФИО2, где продолжили распивать спиртное. ФИО3 стала дремать, и она с Юровым вернулась к нему домой, где продолжили распивать спиртное. Когда уже стемнела, ФИО3 позвонила Юрову, сказала, что ее ограбили, после чего Юров направился к ФИО2, а она следом за ним. Когда они пришли к ФИО2, то Юров дернул ФИО2, который сидел в кресле, за руку, и ФИО2 упал на пол на левый бок, и Юров не сильно ударил ФИО2 раз 6 ногами по правой руке, и вверху головы. Она оттащила Юрова от ФИО2 и они: она, ФИО3 и Юров ушли из квартиры ФИО2. 

Показания свидетеля ФИО4, данными ей на стадии предварительного расследования 14 ноября 2019 года, и оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, подтверждается, что вечером 11 ноября 2019 года, в квартире ФИО2, ФИО19 своими руками удерживая за руки ФИО2, стащил его с кресла и толкнул на пол, прямо в центр комнаты. Упав от действий ФИО19 на пол, ФИО2 оказался в положении лежа на левом боку, ногами к журнальному столу, головой к окну. Какие действия по отношению к ФИО2 производил ФИО19 перед этим, она не видела. Затем она отчетливо видела, как ФИО19 принялся наносить лежащему на полу в зале ФИО2 удары ногами по различным частям тела. Удары он наносил беспорядочно и много: куда именно и сколько раз ФИО19 ударил ногами ФИО2, она не знает, не считала. Тем более, ей сразу же стало жалко ФИО2 и она попыталась загородить его своим телом от ФИО19: она подошла в плотную к лежащему на полу ФИО2 и, повернувшись спиной к ФИО19, расправила в стороны свои руки, стала загораживать ФИО2 своим телом. Но ФИО19 все равно удавалось ее обойти и нанести ФИО2 очередной удар ногой по туловищу, не исключает, что попадал и по голове. ФИО2, лежа на полу, только лишь закрывался руками от ударов, положение его тела изменялось во время избиения. ФИО3 все это время находилась в зале и не могла не видеть происходящее. Избиение продолжалось, как ей показалось, в общей сложности минут 5, не больше. Она до последнего защищала своим телом ФИО2 Потом ФИО19 успокоился, перестал наносить удары ФИО2 Последний так и остался лежать на полу в зале своей квартиры. Они ушли из квартиры последнего, и больше она туда не возвращалась. 13 ноября 2019 года она узнала, что ФИО2 попал в больницу (л.д.

<

данные изъяты>).

Согласно протоколу проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО4 от 02 декабря 2019 года, свидетель ФИО4 на месте происшествия – в зале квартиры, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>, продемонстрировала механизм и локализацию причинения ФИО19 повреждений ФИО2, а именно разместила манекен в кресле в положении сидя, встала напротив манекена, и продемонстрировала, как ФИО19 стащил на пол ФИО2, после этого расположила манекен таким образом, что тот оказался в положении лежа на животе и левом боку лицом вниз, а именно упираясь левой половиной лица о пол. Затем согнула правую ногу в коленном суставе, продемонстрировала удары, которые ФИО19 наносил лежащему на полу ФИО2, пояснив, что таких ударов было не менее 4 -5 по голове и туловищу, но точную локализацию указать затруднилась (л.д. 

<

данные изъяты>). 

При проведении следственного эксперимента 10 февраля 2020 года, проведенного с участием свидетеля ФИО4, последняя продемонстрировала механизм и локализацию причинения ФИО19 повреждений ФИО2, и по указанию ФИО4 манекен человека был посажен на стул. Далее ФИО4 взяла его своими обеими руками за правую руку в области правого предплечья и потянула на себя, при этом подняла манекен человека, а затем развернула корпус своего тела в правую сторону по часовой стрелке, создав усилие и придав ускорение манекену человека произвела бросок манекена человека на пол, таким образом, что манекен человека упал на пол, на левый бок, ударившись левой частью лица и головы о пол. Затем ФИО4 встала над манекеном со спины и стала наносить хаотичные удары правой ногой в области грудной клетки сзади, затем затылочной части головы, а затем стала перемещаться со стороны спины манекена обходя вокруг головы и подходя к грудной клетки манекена спереди, при этом также нанося удары в область лица и головы спереди, а также грудной клетки спереди. Один из ударов ногой ФИО4 нанесла стоя спереди манекена у головы, данный удар пришелся в область левой части лица манекена при нанесении его с замаха, стоя при этом спереди относительно манекена человека (л.д.

<

данные изъяты>). 

Из показаний свидетеля ФИО4, данных ей 12 февраля 2020 года, и оглашенных в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что утром 12 ноября 2019 года в квартиру к ФИО19 пришел ФИО5 по прозвищу «

<

данные изъяты>», и ФИО6, и в ходе совместного употребления спиртных напитков, ФИО19, рассказал ФИО5, что накануне, то есть 11 ноября 2019 года, они были в гостях у 

<

данные изъяты>, и у ФИО3 пропали денежные средства, и ФИО3 заподозрила в их краже 

<

данные изъяты> и рассказала об этом ему (ФИО19), и что он (ФИО19) разозлился на 

<

данные изъяты> за подобный поступок и подверг его избиению со злости, но подробностей произошедшего не рассказывал. 13 ноября 2019 года, ближе к вечеру, ФИО19 кто-то позвонил по телефону и сообщил о том, что в больнице умер 

<

данные изъяты>. ФИО19 стал нервничать, метался по комнате, рассказал находившейся в квартире ФИО7, что ФИО2 умер. Но подробностей при ней ФИО19 ФИО7 не говорил, только повторял несколько раз фразу «Что делать?! Что делать?!». В ответ на данные слова ФИО7 сказала «Скажи, что ты к нему не ходил и что ничего не делал». Также помнит, что ФИО19 звонил по телефону ФИО3 и сказал ей, что ФИО2 умер. Также ФИО19 говорил ФИО3 по телефону, что она «ничего не видела и ничего не слышала», то есть имел ввиду, чтобы она никому не рассказывала об избиении им ФИО2 11 ноября 2019 года. Разговор прервался в связи с тем, что к ФИО19 в квартиру пришли сотрудники полиции. ФИО19 поехал в полицию вместе с сотрудниками полиции. Через некоторое время в квартиру ФИО19 приехали полицейские и пригласили ее в отдел полиции, где она рассказала о событиях, при которых Юров избил ФИО2 (л.д. 

<

данные изъяты>). 

Показаниями свидетеля ФИО7 данными в судебном заседании подтверждается, что 11 ноября 2019 года, примерно в шестом часу вечера она пришла с работы, Юров был дома со своей знакомой ФИО4 тот же день, около 22 часов ей позвонила ФИО3 и сказала, что у нее пропали деньги. Она спросила про это у ФИО19, тот ответил, что не знает. Потом, наверное. ФИО3 позвонила ФИО19, потому что он сказал: «Пойдем, мы сейчас спросим у ФИО2», и ФИО19 вместе с ФИО4 ушел из дома. Минут через 7-10 они вернулись, и на ее вопрос: «Нашли деньги?», ФИО19 ответил: «Нет, но я знаю кто», и они пошли сразу спать. 

Показаниями свидетеля ФИО8, проживающей в соседней квартире с погибшим ФИО2 подтверждается, что 11 ноября 2019 года, примерно в 22 часа, она услышала громкий возглас девушки, вопрос: «Где мои деньги из кошелька?», она повторила это несколько раз, говорила, что в кошельке было 3800 рублей. На эти вопросы девушке никто не отвечал, а затем, минут через 7 -10 она услышала голос ФИО19, который спрашивал деньги с ФИО2, говорил: «Девчонки у тебя спали, а ты их обокрал», и эта девушка продолжала возмущаться, что деньги были в кошельке. Затем минут через 5 -7, услышала сильный грохот удара об пол, а потом звук глухих и ритмичных ударов. При этом вначале было удара, наверное, три, четыре, потом опять шел разговор, возгласы девушки, и так три раза - по 3 - 4 удара, и, наверное, когда в третий раз были сильные глухие удары, ритмичные, и две девушки закричали: «Андрей хватит, Андрей хватит!». Юров на это ответил: «Хватит ползать по полу, вставай и ответь за свои действия, это не хорошо, девчонки у тебя спали, а ты их обокрал!». Затем через дверной глазок она видела, как вначале из квартиры ФИО2 вышел Юров, а следом за ним две девушки. Больше в этот день к ФИО2 никто не заходил.

Показаниями свидетеля ФИО8, данными ей на стадии предварительного расследования 12 февраля 2020 года, и оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ, подтверждается, что 11 ноября 2019 года, примерно в 22 часа 00 минут, она услышала, как из квартиры ФИО2 начал доноситься незнакомый ей женский голос. Женщина говорила о пропаже денег из ее кошелька, говорила, что в кошельке нет денег, где деньги из кошелька. ФИО2 ничего не отвечал. Затем примерно минут через 10 появились голос ФИО19 и еще одной женщины. ФИО19 говорил ФИО2: «У тебя девушки спали, а ты их обокрал». ФИО2 ничего не отвечал, либо говорил тихо, что она не расслышала. ФИО19 спросил у одной из девушек, сколько было денег, на что та ответила 3800 рублей. Затем она услышала громкий грохот, похожий на тот, когда человек падает на пол и ударяется головой об пол. На падения предмета мебели данный звук похож не был. Затем практически сразу она услышала не менее 4-х ритмичных ударов, которые следовали друг за другом, удары были глухие. Спустя несколько минут, она услышала, как ФИО19 сказал: «Что ты там ползаешь на полу, вставай и отвечай за свои поступки». Потом у них снова произошел диалог и по истечении некоторого времени, она вновь услышала глухие звуки, предположительно похожие на удары. Она предположила, что ФИО19 наносит удары по телу ФИО2, который в этот момент, как ей кажется из сложившейся ситуации, находился на полу в квартире. Также она услышала в момент ударов, как две женщины сказали: «Хватит, Андрей, не трогай его». Она подошла к ее входной двери и посмотрела в глазок. В глазок она увидела, как первым из квартиры ФИО2, выходит ФИО19 и 2 незнакомых ей женщины. В этот день в квартиру ФИО2 больше никто не заходил. Каких-либо посторонних звуков не было. На протяжении всей ночи в квартире ФИО2 было тихо, к нему точно никто не приходил и в его квартире была абсолютная тишина (л.д.

<

данные изъяты>).

При этом согласно протоколу следственного эксперимента, проведенного с участием свидетеля ФИО8 30 апреля 2020 года установлено, что, находясь в коридоре своей квартиры, ФИО8 могла слышать как разговоры в квартире ФИО2, так и звуки ударов (л.д.

<

данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО9, данными им в суде подтверждается, что ФИО2 проживал по соседству с ним, в одном подъезде, на первом этаже. 11 ноября 2019 года, ближе к 23 часам в квартире ФИО2 был шум, драка, но кто находился в квартире ФИО2 ему не известно. Длилось это минут 30, после чего все стихло. 

Показаниями свидетеля ФИО10, данными ей в судебном заседании, подтверждается, что ФИО2 проживал по соседству, в одном подъезде, на первом этаже. 11 ноября 2019 года вечером, часов до 22 -23, она слышала шум, грохот в квартире ФИО2, но голосов она не слышала. 

Показаниями свидетеля ФИО10, данными ей на стадии предварительного расследования, и оглашенными в суде, в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, подтверждается, что 11 ноября 2019 года, примерно в 22 часа 00 минут, она и супруг находились дома и слышали, как из квартиры ФИО2 стали доносится как женские, так и мужские крики, но кто и что говорил, она не расслышала и не сильно придала этому значение, поскольку там постоянно какой-то шум. Но в тот день она слышала какие-то глухие удары, но их количество и на что те были похожи, сказать затрудняется. Этот шум продолжался примерно с 22 часов 00 минут до 22 часов 30 минут, не более, затем все стихло и больше в тот день в квартире ФИО2 она никаких посторонних шумов не слышала и на протяжении всей ночи в квартире ФИО2 было тихо (л.д.

<

данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО11, данными им в суде, подтверждается, что несколько лет назад он на свое имя приобрел сим - карту, последние цифры номера телефона которой 

<

данные изъяты>. Эту сим - карту он отдал своему брату ФИО12 

Показаниями свидетеля ФИО12, данными им в суде подтверждается, что он пользуется номером телефона 

<

данные изъяты>, сим - карта которого оформлена на его брата. Вечером 11 ноября 2019 года он звонил своей знакомой ФИО3, а потом, по просьбе последней, приехал в 

<

данные изъяты>, забрал ФИО3, которая стояла с мужчиной и женщиной, и отвез ее в 

<

данные изъяты>. 

Показаниями свидетеля ФИО12, данными им на стадии предварительного расследования, и оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, подтверждается, что его знакомая ФИО3 11 ноября 2019 года в 21 час 25 минут он позвонил ФИО3 для того, чтобы узнать номер одного из их общих знакомых. В ходе телефонного разговора он понял, что ФИО3 находилась в состоянии алкогольного опьянения. В течение вечера он много раз созванивался с ФИО3, и в ходе указанных телефонных разговоров он сообщил ФИО3 о том, что тоже находится в 

<

данные изъяты> и собирается ехать в 

<

данные изъяты>. Услышав это, ФИО3 попросила его забрать ее и отвезти домой, сообщив, что находится в районе ДК «Химик». Он на своем автомобиле приехал в район ДК «Химик», где увидел стоящую рядом с проезжей частью ФИО3 и еще одну женщину и мужчину. ФИО3 села к нему в автомобиль, и он отвез ее домой в 

<

данные изъяты> (л.д. 

<

данные изъяты>).

Свидетель ФИО12 добровольно выдал детализацию абонентского номера, которым он пользовался за период 11 ноября 2019 года по 12 ноября 2019 года (л.д.

<

данные изъяты>). Указанная детализация в ходе предварительного расследования была осмотрена, и как следует из протокола осмотра, ФИО12 звонил ФИО3 11 ноября 2019 года: в 21 час. 25 мин., в 21 час. 30 мин., в 21 час. 32 мин., в 21 час. 49 мин., в 22 час. 02 мин., 22 час. 17 мин., 22 час. 18 мин., в 22 час. 23 мин., 22 час. 28 мин., 22 час. 35мин., а ФИО3 - ФИО12 в 21 час. 56 мин. и в 22 час. 05 мин. (л.д.

<

данные изъяты>).

В связи с чем, указанная детализация признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (л.д.

<

данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО13, данными ей в судебном заседании подтверждается, что 11 ноября 2019 года ей находилась в больнице, когда ей с телефона Юрова позвонил ФИО2, и сказал, что они хотят ее навестить. Однако она ответила, что ее завтра выписывают из больницы. 12 ноября 2019 года, в районе 14 часов, она постучала в окну 

<

данные изъяты>, ей никто не открыл. Затем она позвонила Юрову, который ей рассказал, что ФИО2 вчера украл у них деньги и за это получил не «по - детски». Она обозлилась, вместе с соседкой вошла в подъезд, и прошла в квартиру ФИО2, входная дверь которой не закрывалась, так как не было замка. Пройдя в комнату, она увидела, что стена в крови, мебель перебросана, ФИО2 вышел в этот момент из туалетной комнаты, одетые на нем 

<

данные изъяты> были в крови, голова опухшая, рана на лбу, все побито. Она спросила: «Кто тебя убил и за что?». ФИО2 ответил: «ФИО19, за то, что я украл у них деньги». Она спросила: «Ты их брал?», на что ФИО2 ответил: «ФИО13, ничего не спрашивай, мне очень плохо, возьми 1000 рублей, потому что мне без больницы не обойтись». Она купила все необходимое и по пути вызвала скорую помощь, а также полицию. Приехал участковый ФИО14, выгнал ее из квартиры. ФИО2 не хотел давать никаких показаний, он сказал, что он упал. Она дождалась скорую помощь, отвезла ФИО2 в больницу, а на следующий день она узнала, что он умер.

Согласно протоколу выемки, свидетель ФИО13 добровольно выдала детализацию абонентского номера, которым она пользовалась за период 11 ноября 2019 года по 24 декабря 2019 года (л.д.

<

данные изъяты>). Указанная детализация была осмотра, согласно протоколу осмотра документов, и в ходе осмотра установлено, что с номера, которым как следует из показаний свидетеля ФИО3, пользовался ФИО19, 11 ноября 2019 года ФИО13 звонили в 15 час. 46 мин. и в 15 час. 47.; а 12 ноября 2019 года, ФИО13 звонила на номер, которым как следует из показаний свидетеля ФИО3, пользовался ФИО19 в 14 час. 59 мин, затем ФИО13 в 15 час. 57 мин. звонила по номеру 103 - то есть по номеру вызова скорой медицинской помощи (л.д.

<

данные изъяты>).

В связи с чем, указанная детализация признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (л.д. 

<

данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО14, занимающего должность УУП МОМВД России «Ефремовский», данными им в суде подтверждается, что находясь на дежурстве в следственно - оперативной группе, он дежурным отдела полиции был направлен по сообщению ФИО13 об избиении 

<

данные изъяты>. Когда он вошел в квартиру 

<

данные изъяты>, то тот сидел в кресле, с левой стороны лица были гематомы и немного запекшаяся кровь на лице, но кровь не свежая, запеченная, коричневого цвета. На вопрос что случилось, 

<

данные изъяты> пояснил, что накануне подрался со знакомым, но писать заявление не будет. О наличии конфликтов с кем-либо в тот день, когда они прибыли к 

<

данные изъяты>, тот не сообщал. От прохождения освидетельствования 

<

данные изъяты> отказался, и после прибытия бригады скорой медицинской помощи он уехал. И через день, ему стало известно о смерти 

<

данные изъяты>. 

Согласующимися между собой показаниями свидетелей ФИО15, ФИО16, данными им на стадии предварительного расследования, и оглашенными в судебном заседании по ходатайству стороны защиты, в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, подтверждается, что в 16 часов 01 минуту 12 ноября 2019 года в ТЦМКиНМП поступил вызов от соседки о необходимости оказания медицинской помощи ФИО2, проживающего по адресу: 

<

данные изъяты>. Они прибыли по указанному адресу в 16 час. 10 мин., ФИО2 находился в сознании, сидел в кресле, и предъявлял жалобы на головокружение. В области левой надбровной дуги у ФИО2 имелась рваная кровоточащая рана 

<

данные изъяты>, Помимо этого у ФИО2 наблюдалось: 

<

данные изъяты>. После осмотра ФИО2 был установлен диагноз: сотрясение головного мозга (черепно-мозговая травма), 

<

данные изъяты>, и сразу же после осмотра ФИО2 был доставлен в приемный покой ГУЗ «Ефремовская районная больница им. А.И. Козлова» (л.д

<

данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО17, данными на стадии предварительного расследования, и оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, подтверждается, что согласно медицинской карты стационарного больного, ФИО2 12 ноября 2019 года госпитализирован в травматологическое отделение ГУЗ «ЕРБ им. А.И. Козлова» бригадой скорой медицинской помощи. После доставления в отделение ФИО2 предъявлял жалобы на головную боль (цефалгию), сухость во рту. Общее состояние на момент осмотра ФИО2 удовлетворительное, кожные покровы обычной окраски, обнаружена линейная рана левого надбровья. ФИО2 был направлен к неврологу и проведения РКТ головы, был установлен следующий предварительный диагноз: ОЧМТ, 

<

данные изъяты>. После консультации с дежурным нейрохирургом ТОКБ рекомендована консервативная терапия. Начато лечение медицинскими препаратами. К 12 часам ночи ФИО2 потерял сознание. В связи с чем, был переведен в палату интенсивной терапии реанимационного отделения. На утро, т.е. 13 ноября 2019 года ФИО2 также находился без сознания, мозговая кома. После консилиума врачей выставлен следующий диагноз ФИО2: 

<

данные изъяты>. Показано срочное оперативное решение 

<

данные изъяты>. После проведения операции ФИО2 переведен в палату интенсивной терапии. 13 ноября 2019 года в 16 часов 03 минуты наступила смерть ФИО2 в реанимационном отделении ГУЗ «Ефремовская районная больница им. А.И. Козлова» (л.д. 

<

данные изъяты>)

В тот же день, 13 ноября 2019 года, согласно протоколу осмотра места происшествия, была осмотрена квартира, расположенная по адресу: 

<

данные изъяты>. В ходе осмотра зала указанной квартиры, на обивке кресла, стоящего в правом ближнем углу от входа в зал были обнаружены помарки вещества бурого цвета, на обоях правой относительно входа в зал стене, на высоте 108 см от пола также были обнаружены наслоения вещества бурого цвета в виде брызг и помарок на обоях, фрагмент которых был изъят. На полу в центре зала было обнаружено пятно бурого цвета, смыв которого также был изъят (л.д.

<

данные изъяты>). 

Кроме того, в ходе предварительного расследования согласно протоколу освидетельствования от 13 ноября 2019 года у ФИО19 была изъята одежда (л.д. 

<

данные изъяты>), получены образцы крови (л.д.

<

данные изъяты>) и согласно протоколу выемки, в Ефремовском МРО ГУЗ ТО «БСМЭ» был изъят образец крови трупа ФИО2 (л.д.

<

данные изъяты>). Указанные предметы в ходе предварительного расследования были осмотрены, признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (л.д.

<

данные изъяты>).

Заключениями экспертов № 

<

данные изъяты> от 18 декабря 2019 года, № 

<

данные изъяты> от 13 февраля 2020 года, установлено, что кровь, обнаруженная в смыве вещества бурого цвета и фрагменте обоев, изъятых в ходе осмотра места происшествия, произошла от ФИО2 (л.д.

<

данные изъяты>).

Согласно заключению эксперта № 

<

данные изъяты> от 2 декабря 2019 года, на фрагменте обоев, изъятых в ходе осмотра места происшествия, имеются множественные следы брызг вещества буровато-коричневого цвета, которые могли образоваться при попадании на него летящих капель указанного вещества под разными углами, а потек вещества буровато-коричневого цвета, имеющийся на фрагменте обоев, который мог образоваться в результате стекания данного вещества под воздействием силы тяжести (л.д 

<

данные изъяты>).

В связи с чем, указанный фрагмент обоев, и смывы вещества в ходе предварительного расследования были осмотрены, признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (л.д.

<

данные изъяты>).

Согласно протоколу осмотра трупа от 14 ноября 2019 года, при осмотре трупа ФИО2 у него обнаружены повреждения: 

<

данные изъяты> (л.д.

<

данные изъяты>).

Заключением эксперта № 

<

данные изъяты> от 30 декабря 2019 года установлено, что причиной смерти ФИО2, явилась закрытая черепно-мозговая травма, осложнившаяся развитием отека с дислокацией головного мозга 

<

данные изъяты>. Данные повреждения (раны и кровоподтеки) причинены от ударного действия тупого твердого предмета(-ов), ссадины причинены от скользяще-трущего воздействия, точкой контакта – левая лобно-глазнично-скуловая область головы, при направлении вектора воздействия спереди-назад. Особенности контактирующей поверхности травмирующего предмета не отобразились. Повреждения находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, в совокупности согласно п. 6.1.3. приложения к приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н по признаку опасности для жизни и как повлекшие смерть квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью. 

<

данные изъяты>. При исследовании трупа ФИО2 так же установлены повреждения: 

<

данные изъяты>. Указанные повреждения причинены: ссадины от скользяще-трущего воздействия резко ограниченного предмета, с давностью причинения в пределах суток, и могли были быть причинены бритвой при подготовке к операции; кровоподтеки – от ударного воздействия тупых твердых предметов в результате не менее 6 кратного воздействия с давностью причинения не более 3 суток до момента смерти. Данные повреждения согласно п. 9 Приложения к Приказу Минздрава и соцразвития № 194н от 24.04.2008 г. при обычном течении не влекут кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности и квалифицируются как не причинившие вреда здоровью. В крови и сгустках крови от трупа ФИО2 не найден этиловый спирт (л.д.

<

данные изъяты>).

Согласно заключению эксперта № 

<

данные изъяты> от 06 января 2020 года, не исключается возможность причинения имевшихся у ФИО2 телесных повреждений (кровоподтек, рана, ссадины), при нанесении неоднократных ударов кулаком, ногой в обуви в левую половину лица, а так же при падении на пол с высоты собственного роста с определенным ускорением и контактом с поверхностью пола левой лобно-орбитально-скуловой областью головы (л.д.

<

данные изъяты>). 

Заключением эксперта № 

<

данные изъяты> от 10 марта 2020 года установлено, что:

1.Смерть ФИО2, наступила от закрытой черепно-мозговой травмы: 

<

данные изъяты>.

2. Согласно данных медицинской карты стационарного больного ГУЗ «Ефремовская РБ» смерть наступила 13 ноября 2019 года в 16 час. 03 мин., что подтверждается степенью выраженности трупных явлений, обнаруженных при исследовании трупа ФИО2

3. На основании представленной медицинской карты стационарного больного ГУЗ «Ефремовская РБ» и при исследовании трупа ФИО2, установлены следующие повреждения:

а) закрытая черепно-мозговая травма 

<

данные изъяты>, как опасная для жизни, является ТЯЖКИМ вредом здоровью (п. 6.1.3 приложения к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008г. № 194н. Данная травма 

<

данные изъяты> состоит с наступлением смерти в прямой причинной связи; 

б) кровоподтеки (6) 

<

данные изъяты>, ссадины 

<

данные изъяты>, и как каждое в отдельности, так и в совокупности, как не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека (п. 9 приложения к приказу Минздравсоцразвития №194н от 24.04.2008г.) и не состоят с наступлением смерти в прямой причинной связи.

4. В виду хирургической обработки раны и недостаточно подробного ее описания в медицинских документах, судить о признаках травмирующего предмета не представляется возможным.

Кровоподтеки причинены тупым твердым предметом/предметами. Индивидуальные особенности предмета/предметов не отобразились в повреждениях.

Более вероятно, что ссадины причинены действиями трения предмета/предметов с ограниченной контактной поверхностью при подготовке к оперативному вмешательству (см. промежуточный анализ).

5. В момент причинения повреждений взаиморасположение потерпевшего и нападавшего могло быть различным. ФИО2 был обращен к травмирующему предмету/предметам соответственно лицом (область левого глаза и левого надбровья), правой теменной областью головы и правой рукой. 

6. Повреждение, указанное в п. 3а, причинено как минимум одним ударным воздействием. 

Повреждения, указанные в п. 3б: кровоподтеки причинены не менее чем шестью ударными воздействиями; ссадины причинены действиями трения.

7. С учетом характера полученной черепно-мозговой травмы 

<

данные изъяты> и данных медицинской карты стационарного больного ГУЗ «Ефремовская РБ» ФИО2 потерял сознание в ночь с 12.11. на 13.11.19г. и до этого времени от момента получения травмы мог совершать самостоятельные действия (передвигаться, кричать).

8. Медицинская карта стационарного больного ГУЗ «Ефремовская РБ» не содержит данных о том, брали или нет у ФИО2 кровь для определения содержания алкоголя в ней.

При судебно-химическом исследовании крови, взятой из трупа ФИО2 при проведении судебно-медицинского исследования, алкоголь не обнаружено.

9. Причинение ФИО19 телесных повреждений, повлекших смерть ФИО2 - закрытая черепно-мозговая травма (см. п.3а выводов), при обстоятельствах, показанных Юровым А.Н при проведении проверки показаний на месте, не исключается.

Причинение иных повреждений - ссадин правой теменной области и кровоподтеков на правом плече - исключается, так как в эти области травматические воздействия не наносились.

10. Протоколы проверок показаний на месте со свидетелями ФИО3 и ФИО4, а так же протоколы очных ставок, не содержат достаточной информации для проведения сравнительной экспертизы и ответов на поставленные вопросы.

11. Причинение ФИО19 телесных повреждений, повлекших смерть ФИО2, при обстоятельствах, указанных свидетелем ФИО3 в ходе следственного эксперимента, не исключается.

Причинение иных повреждений - ссадин правой теменной области и кровоподтеков на правом плече - исключается, так как в эти области травматические воздействия не наносились.

12. Причинение ФИО19 телесных повреждений, повлекших смерть ФИО2, при обстоятельствах, указанных свидетелем ФИО4 в ходе следственного эксперимента, не исключается.

Причинение иных повреждений - ссадин правой теменной области и кровоподтеков на правом плече - исключается, так как в эти области травматические воздействия не наносились.

13. Выбор плана ведения пациента ФИО2, метода обезболивания (наркоз), времени, места и объема хирургического вмешательства определен консилиумом врачей верно, с учетом полученной тяжелой черепно-мозговой травмы и развившимися осложнениями (

<

данные изъяты>), в соответствии с клиническими рекомендациями по лечению тяжелой черепно-мозговой травмы (л.д.

<

данные изъяты>). 

Оценивая и анализируя вышеприведенные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Подсудимый ФИО19, на стадии предварительного расследования и в суде, не отрицая факта нахождения 11 ноября 2019 года в период времени с 22 час. 08 мин. до 22 час. 36 мин. в квартире ФИО2 по адресу: 

<

данные изъяты>, показал, что он за «грудки» приподнял ФИО2, сидящего в кресле, и нанес ему два удара рукой в область носа, переносицы. После этого, как указывал, подсудимый ФИО19, на стадии предварительного расследования, он не бросал ФИО2, а отпустил левую руку и тот упал на пол, на живот, лицом вниз, не удержавшись на ногах. Однако в ходе судебного следствия подсудимый ФИО19 изменил показания в указанной части и показал, что ФИО2 довольно-таки мягко и медленно приземлился на пол, он даже не падал, а как бы с горки съехал. 

Вместе с тем, при исследовании трупа ФИО2, у последнего не обнаружено телесных повреждений в области носа и переносицы. Напротив, у ФИО2 установлены такие телесные повреждения, как ушибленная рана левого надбровья, кровоподтек 

<

данные изъяты>, кровоизлияние 

<

данные изъяты>, ссадины 

<

данные изъяты>.

Из показаний свидетеля ФИО3, данных ей на стадии предварительного расследования, а также при проведении проверки показаний на месте, следует, что ФИО19 наносил удары кулаками по лицу сидящего в кресле ФИО2, и от нанесенных ФИО19 ударов у ФИО2 на лице появилась кровь, при этом, при проведении следственного эксперимента на стадии предварительного расследования, свидетель ФИО3 продемонстрировала механизм причинения телесных повреждений ФИО2, указав, что ФИО19 наносил удары ФИО2 именно в левую половину лица. 

Показания свидетеля ФИО3 в этой части согласуются с выводами заключения комиссии экспертов № 

<

данные изъяты> от 10 марта 2020 года, согласно которым в момент причинения повреждений ФИО2 был обращен к травмирующему предмету/предметам областью левого глаза и левого надбровья. 

При этом, имевшаяся у ФИО2 рана в области левого надбровья, как следует из показаний сотрудников скорой медицинской помощи, кровоточила, и именно с левой стороны от кресла, стоящего в правом ближнем углу при входе в зал, в котором, как следует из показаний подсудимого ФИО19, свидетелей ФИО3 и ФИО4, находился ФИО2 в тот момент, когда ФИО19 стал наносить ему удары в область лица, на обоях при осмотре места происшествия, согласно заключениям экспертов, были обнаружены множественные следы брызг крови ФИО2, которые могли образоваться при попадании летящих капель указанного вещества под разными углами, а потек крови мог образоваться в результате стекания данного вещества под воздействием силы тяжести.

При этом, суд также отмечает, что при проведении проверки показаний на месте, подсудимый ФИО19, демонстрируя каким образом, им были нанесены удары ФИО2, сделал замах назад правой рукой от правого плеча с последующим динамичным движением от себя вперед слева направо относительно головы манекена, при этом голова манекена была обращена к ФИО19 именно левой стороной.

Кроме того, подсудимый ФИО19, согласно протоколу проверки показаний на месте, демонстрируя каким образом, им были нанесены удары ФИО2, разместив манекен в кресле, встал напротив манекена и кресла, вплотную к креслу, лицом к манекену и продемонстрировал каким образом, он нанес удары ФИО2 в лицо, и тот не удержавшись на ногах, упал на пол. 

Однако при таком характере действий подсудимого ФИО19, ФИО2 не смог бы упасть вперед на пол лицом вниз, так как этому препятствовал ФИО19, стоявший, как указал он сам, вплотную к креслу, то есть перед ФИО2, что указывает на то, что ФИО2 от нанесенных ему ФИО19 в область левой половины лица ударов опустился в стоящее позади него кресло.

Указанное обстоятельство подтверждается как показаниями свидетеля ФИО3, данными ей на стадии предварительного расследования, из которых следует, что после ударов по лицу кулаками, ФИО19 стащил ФИО2 именно с кресла на пол и стал наносить лежащему на полу ФИО2 удары ногами по голове и телу, так и показаниями свидетеля ФИО4, согласно которым ФИО19, удерживая за руки ФИО2, стащил его с кресла и толкнул на пол, прямо в центр комнаты. Упав от действий ФИО19 на пол, ФИО2 оказался в положении лежа на левом боку, после чего ФИО19 принялся наносить лежащему на полу в зале ФИО2 удары ногами по различным частям тела. 

Кроме того, при проведении очных ставок с подсудимым ФИО19 на стадии предварительного расследования, и свидетель ФИО3 и свидетель ФИО4 указали, что они не согласны с показаниями ФИО19 в части того, что ФИО2 сам упал на пол, ФИО2 оказался на полу именно вследствие активных действий ФИО19 

При этом, согласно протоколам следственного эксперимента свидетели ФИО3 и ФИО4 продемонстрировали одинаковый характер действий ФИО19, в результате которых ФИО2 упал с кресла на пол на левый бок, ударившись левой часть лица и головы о пол.

Показания свидетелей ФИО3, ФИО4 в указанной части согласуются с показаниями допрошенного в судебном заседании судебно - медицинского эксперта ФИО18 проводившего по данному уголовному делу заключение № 

<

данные изъяты> от 30 декабря 2019 года и № 

<

данные изъяты> от 6 января 2020 года, и разъяснившего, что установленные повреждения при исследовании трупа ФИО2, в виде раны, ссадины и кровоподтека левой орбитальной скуловой области, повлекшие закрытую черепно – мозговую травму от которой наступила смерть потерпевшего, наступили при падении на пол с высоты собственного роста с определенным ускорением, означает не то, что человек просто стоит и падает, это не ускорение, это просто обыкновенное падение. Падение с ускорением, это если в отношении человека было применено какое-то внешнее воздействие другим лицом, например, был толчок, какой-то бросок. Кроме того указал, что с учетом места расположения установленных у ФИО2 телесных повреждений в области левой половины лица, они могли быть причинены как в результате трехкратного воздействия, так и при однократном воздействии предмета, имеющего неограниченную плоскость.

Допрошенный в судебном заседании судебно – медицинский эксперт ФИО20, подтвердив заключение № 

<

данные изъяты> от 10 марта 2020 года показала, что основной причиной смерти ФИО2 явилась черепно – мозговая травма 

<

данные изъяты>. Эта черепно – мозговая травма осложнилась 

<

данные изъяты>. При производстве экспертизы она пришла к выводу о том, что в данном случае можно судить только о минимальном количестве травматических воздействий, потому что черепно – мозговая травма в виде 

<

данные изъяты> возникает от ударного воздействия, и у потерпевшего расположение ушибленной раны левого надбровья и кровоподтек на веках левого глаза, очень близкое, эта область слишком маленькая, все эти повреждения причинены в очень короткий промежуток времени, а потому телесные повреждения могли возникнуть, как от одного воздействия, так и от двух в эту же область. Признаков, позволяющих достоверно сказать, что это было конкретно два ударных воздействия, нет, но и исключить это однозначно тоже нельзя, поэтому она и пришла к выводу о, как минимум, одном ударном воздействии, но их могло быть и три, и все в эту область. По имеющимся повреждениям не представляется возможным говорить об индивидуальных свойствах травмирующего предмета, потому что они не нашли отражения в этих повреждениях, можно только сказать, что это был тупой твердый предмет. Им мог быть и женский кулак, который захватывает данную область. Механизм травмы в данном случае – ударное воздействие с элементами трения, то есть, либо падает и бьется об тупой твердый предмет, либо бьют тупым твердым предметом. Поскольку у потерпевшего не установлено повреждений в области носа, но Юров, и свидетели показывали о падении потерпевшего на пол, то при проведении экспертизы она и пришла к выводу о возможности получения потерпевшим телесных повреждений при падении на левую сторону лица.

Эксперт ФИО21, входивший в состав комиссионной экспертизы, и занимающей должность 

<

данные изъяты> подтвердив заключение № 

<

данные изъяты> от 10 марта 2020 года, показал, что причиной смерти ФИО2 явился отек головного мозга после черепно – мозговой травмы

<

данные изъяты>.

Изложенное свидетельствует о том, что показания свидетеля ФИО3, данные ей на стадии предварительного расследования, как при ее допросах, так при проведении проверки показаний на месте и следственного эксперимента, не имеют существенных противоречий в части описания обстоятельств, при которых ФИО19 11 ноября 2019 года причинил телесные повреждения ФИО2 в квартире последнего, напротив, они взаимно дополняют и уточняют друг другу. Замечаний по окончании допросов, проведения проверки показаний на месте и следственного эксперимента, от ФИО3 относительно порядка проведения данных следственных действий, полноты и правильности изложенных в них показаний, не поступило. Не содержатся в протоколах проверки показаний на месте и протоколе следственного эксперимента каких – либо замечаний и от остальных участников данного следственного действия, например понятых, то есть лиц, незаинтересованных в исходе дела, привлекаемых к участию в следственном действии для удостоверения факта производства следственного действия, а также его содержания, хода и результата. 

При этом ФИО3 в ходе судебного следствия не оспаривала ни фактов ее допросов в ходе предварительного расследования, так и ее участия в проверке ее показаний на месте и в следственном эксперименте, ни факт подписания протоколов указанных следственных действий. 

Объективных данных об оказанном давлении на свидетеля ФИО3 в ходе предварительного расследования, в том числе, и при проведении следственного эксперимента, суду представлено не было, поэтому причины изменений своих показаний свидетелем ФИО3, приведенные последней в судебном заседании (подписывая протокол своего допроса, не читала его, торопилась на работу и подробно не читала протокол, точно ударов она не видела, суд признает неубедительными, обусловленные стремлением ФИО3 смягчить ответственность подсудимого ФИО19, с которым она ранее поддерживала близкие отношения.

Напротив, совокупность вышеизложенного объективно свидетельствует о том, что нарушений требований уголовно – процессуального законодательства при допросах ФИО3 в качестве свидетеля, при проведении с ней следственного эксперимента и проверки показаний на месте, на стадии предварительного расследования допущено не было.

Суд также отмечает, что данные показания свидетеля ФИО3 согласуются с показаниями свидетеля ФИО4, данными ей на стадии предварительного расследования, и подтвержденными в суде, в части описания обстоятельств, при которых ФИО19 11 ноября 2019 года причинил телесные повреждения ФИО2 в квартире последнего.

При этом, показания свидетеля ФИО4, данные ей на стадии предварительного расследования получены в соответствии с требованиями ст.ст. 189 -190 УПК РФ. Замечаний по окончании допросов, проведения проверки показаний на месте и следственного эксперимента, от ФИО4, относительно порядка проведения данных следственных действий, полноты и правильности изложения ее показаний, не поступило. Не содержатся в протоколе проверки показаний на месте и протоколе следственного эксперимента каких – либо замечаний и от остальных участников данного следственного действия, например понятых, то есть лиц, незаинтересованных в исходе дела, привлекаемых к участию в следственном действии для удостоверения факта производства следственного действия, а также его содержания, хода и результата. Указанные показания не противоречат и показаниям ФИО4, данными ей на стадии судебного разбирательства.

Совокупность изложенного объективно свидетельствует о том, что нарушений требований уголовно – процессуального законодательства при допросах ФИО4 в качестве свидетеля, и при проведении с ней следственного эксперимента и проверки показаний на месте, в ходе предварительного расследования допущено не было.

Таким образом, показания свидетеля ФИО3, данные ими на стадии предварительного расследования, свидетеля ФИО4, данные ей на стадии предварительного расследования и в суде, согласуются по времени и способу примененного к ФИО2 насилию, установленным проведенными по делу судебно - медицинскими экспертизами, то есть в части юридически значимых по делу обстоятельств, что свидетельствует о правдивости данных показаний свидетелей, и опровергают показания свидетеля ФИО3, данные ей в суде в части того, что ФИО2 упал на пол от того, что ФИО19 перестал его удерживать, и что ФИО19 не наносил лежащему на полу ФИО2 удары ногой в область головы, что точно ударов она не видела, которые суд признает недостоверными.

Оснований для признания таких письменных доказательств, как протоколы следственных экспериментов, проведенных с участием свидетеля ФИО3 и ФИО4, недопустимыми доказательствами ввиду не указания в них, в соответствии с требованиями ст. 166 УПК РФ, места проведения следственных действий, как на это указывал защитник в ходе судебного следствия, судом не установлено по следующим основаниям.

К недопустимым доказательствам, в том числе в соответствии с п.3 ч.2 ст.75 УПК РФ, относятся иные доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, в том числе, когда следственное действие по собиранию доказательств произведено лицом, не управомоченным на это; когда следственное действие, проведено в отсутствие понятых, участие которых согласно закону, обязательно, когда показания получены с применением обмана, угроз и иных незаконных мер; когда предмет или документ имеет неизвестное происхождение и данное обстоятельство порождает неразрешимые сомнения при оценке его достоверности; когда доказательство получено в результате следственного действия, участникам которого не были разъяснены их права, обязанности и ответственность; когда нарушена процедура следственного действия и это нарушение ставит под сомнение достоверность полученных результатов.

Пункт 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 05 марта 2004 года № 1 «О применении судами норм Уголовно – процессуального кодекса РФ» предусматривает, что решая вопрос о том, является ли доказательство по уголовному делу недопустимым по основаниям, указанным в пункте 3 части 2 статьи 75 УПК РФ, суд должен в каждом случае выяснять, в чем конкретно выразилось допущенное нарушение. 

Согласно ст. 166 УПК РФ в протоколе следственного действия, указываются место, дата производства следственного действия, время его начала и окончания с точностью до минуты, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, фамилия, имя и отчество каждого лица, участвовавшего в следственном действии, а в необходимых случаях его адрес и другие данные о его личности. 

В данном случае, в протоколах следственного эксперимента, проведенных с участием свидетелей ФИО3 и ФИО4, указано - место город Ефремов Тульской области, но не содержится указания на конкретное место проведения данных следственных действий в городе Ефремов.

Допрошенный в ходе судебного следствия в качестве свидетеля ФИО22, занимающий должность ст. следователя Ефремовского МРСО СУ СК России по Тульской области показал, что следственные эксперименты с участием свидетелей ФИО3, ФИО4, проводились им в кабинете № 

<

данные изъяты> здания Ефремовского МРСО СУ СК России по Тульской области, по адресу: ул. Свердлова, д.32, г. Ефремова. Поскольку бланк, имевшийся в его распоряжении, предусматривал указание на место проведения в самом верху, в самом начале, на первом листе, это - г. Ефремов, более нигде бланк не предусматривал указания более точного местоположения, поэтому возможно он и не отразил более конкретно место проведения следственных экспериментов, но каких - либо замечаний по окончанию проведения следственного эксперимента, и ознакомления с данными процессуальными документами от участвующих лиц не поступали.

Таким образом, оценивая протоколы следственных экспериментов, проведенных с участием свидетеля ФИО3 и ФИО4, суд исходит из того, что указанные следственные действия были проведены следователем по возбужденному уголовному делу, находящимся в его производстве, то есть управомоченным на это должностным лицом, после разъяснения участникам следственных действий их прав, обязанностей и ответственности, что подтверждается подписями последних в соответствующих графах протоколов, в присутствии двух понятых. Сведений о том, что показания свидетелей ФИО3, ФИО4 при проведении с ними 10 февраля 2020 года следственных экспериментов были получены с применением обмана, угроз и иных незаконных мер, судом не установлено, не заявлено об этом и участниками процесса. Более того, и свидетель ФИО4, и свидетель ФИО3 подтвердили факт участия в следственном эксперименте и демонстрации ими механизма причинения телесных повреждений ФИО2

Совокупность изложенного позволяет суду прийти к выводу о том, что требования Уголовно – процессуального кодекса РФ при проведении следственных экспериментов с участием свидетелей ФИО3 и ФИО4 следователем не нарушены, а не указание в указанных протоколах следственных действий того, что они проводятся в служебном кабинете следователя, не является существенным нарушением требований уголовно – процессуального законодательства, влекущим признание данных доказательств недопустимым.

В ходе судебного следствия защитник Кошулько Е.А. заявила также ходатайство о признании недопустимыми таких доказательств по делу, как протокол осмотра места происшествия от 13 ноября 2019 года, протокол проверки показаний на месте с участием подозреваемого ФИО19 от 14 ноября 2019 года, протокола проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО3, протокола проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО4, ссылаясь на ст. 25 Конституции РФ, ч.5 ст.177 УПК РФ, и указывая, что нахождение в жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

данные изъяты>, без разрешения проживающих в нем лиц или собственников незаконно, и при таких обстоятельствах, по мнению защитника, необходимо получение судебного решения на проведения соответствующих следственных действий в жилище.

Разрешая заявленное защитником ходатайство, суд исходит их того, что судебное решение на проведение осмотра требуется лишь том случае, если проживающие в жилище лица возражают против осмотра, и действующим уголовно - процессуальным законом не предусмотрено получение судебного решения на проведение следственных действий осмотра места происшествия, проверки показаний на месте, в случае отсутствия лица, проживающего в таком жилище.

В данном случае, на момент проведения следственных действий, которые защитник просит признать недопустимыми, органы предварительного расследования располагали данными о том, что в квартире, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>, проживал только умерший ФИО2 Указанная квартира была не заперта как на момент проведения осмотра места происшествия и проведения проверок показаний на месте с участием свидетелей и подозреваемого, так и не запиралась при жизни ФИО2, о чем указали свидетели ФИО13, ФИО9, в судебном заседании, в связи с чем, нарушения чьего - либо конституционного права на неприкосновенность жилища при проведении указанных следственных действий не установлено, равно как и правовых оснований для удовлетворения заявленного защитником ходатайства о признании вышеуказанных доказательств недопустимыми.

Правовые основания для удостоверения заявленного защитником в ходе судебного следствия ходатайства о признании недопустимыми заключений экспертов №

<

данные изъяты> от 30 декабря 2019 года, № 

<

данные изъяты> от 6 января 2020 года, № 

<

данные изъяты> от 2 декабря 2019 года, № 

<

данные изъяты> от 18 декабря 2019 года, № 

<

данные изъяты> от 13 февраля 2020 года, № 

<

данные изъяты> от 10 марта 2020 года, ввиду нарушения права на защиту, выразившееся в несовременности ознакомления ФИО19 и его защитника на стадии предварительного расследования с постановлениями о назначении указанных экспертиз, отсутствуют, так как несвоевременное ознакомление подсудимого и его защитника с постановлением о назначении экспертиз и их результатами, не свидетельствует о недопустимости в качестве доказательства вышеуказанных заключений экспертов, равно как и не свидетельствует о нарушении права подсудимого на защиту, поскольку ни подсудимый, ни его защитник, как следует из материалов дела, не были ограничены в праве заявлять ходатайства о проведении дополнительных экспертных исследований, то есть они имели возможность реализовать свои права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ. При этом суд также отмечает, что подсудимый ФИО19 и его защитник каких-либо заявлений о несогласии с перечнем вопросов, поставленных следователем перед экспертами, а также о несогласии с выводами экспертов не заявляли.

Объективность выводов проведенных по делу судебных экспертиз сомнений у суда не вызывают, поскольку они проведены лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов, и имеющим достаточный стаж экспертной работы, экспертами сделаны конкретные, категоричные и мотивированные выводы на основе проведенных исследований в соответствии с имеющимися методиками, на основе объективных данных, заключения экспертов проведены с соблюдением требований, предусмотренных главой 27 УПК РФ. 

Защитник в ходе судебного следствия заявил ходатайство о признания недопустимыми доказательствами по делу заключений судебно - медицинских экспертиз № 

<

данные изъяты> от 30 декабря 2019 года, № 

<

данные изъяты> от 6 января 2020 года и № 

<

данные изъяты> от 10 марта 2020 года, по тем основаниям, что в исследовательской части заключения № 

<

данные изъяты> от 30 декабря 2019 года эксперт ссылается на медицинскую карту стационарного больного ФИО2 хотя в постановлении о назначении судебно - медицинской экспертизы от 13 ноября 2019 года отсутствуют какие - либо сведения о передаче медицинской карты либо иных медицинских документов судебно - медицинскому эксперту, в материалах дела также отсутствует и запрос следователя на истребование из медицинского учреждения медицинской карты ФИО2, эксперт же, как указывает защитник, не вправе самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования, изложенное свидетельствует о том, что медицинские документы ФИО2, используемые для проведения экспертизы, получены не процессуальным путем.

Разрешая заявленное ходатайство, суд исходит из следующего.

Как следует из материалов уголовного дела, 13 ноября 2019 года следователем Ефремовского МРСО СУ СК России по Тулськой области по факту смерти ФИО2 была назначена судебно - медицинская экспертиза, производство которой поручено эксперту Ефремовского МРО ГУЗ ТО «БСМЭ», и как следует из текста данного постановления, в распоряжение экспертов следователь предоставил копию постановления о назначении экспертизы и ФИО2.

В исследовательской части судебно - медицинской экспертизы № 

<

данные изъяты> от 30 декабря 2019 года эксперт действительно ссылается на данные медицинской карты № 

<

данные изъяты> стационарного больного ФИО2

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО23, занимающая должность ст. следователя Ефремовского МРСО СУ СК России по Тульской области, которой выносилось постановление о назначении вышеуказанной судебно - медицинской экспертизы, показала, что, она действительно направляла запросы в Ефремовскую больницу о предоставлении медицинской документации, в целях проведения судебно – медицинской экспертизы. После предоставления медицинской документации, когда она получила на руки, она сделала сопроводительное письмо на имя ФИО18, и вместе с медицинской документацией отдала в распоряжение эксперта. При направлении прокурору уголовного дела она по своей ошибке положила оригиналы документов в контрольное производство, которое хранится у них, что предусмотрено инструкцией по делопроизводству, то есть при направлении уголовного дела они постоянно делают копии с материалов уголовного дела и на данный момент эти сопроводительные документы найдены в контрольном производстве.

При этом свидетелем ФИО23 были представлены суду: запрос старшего следователя Ефремовского МРСО СУ СК России по Тульской области от 13 ноября 2019 года, адресованный главному врачу ГУЗ «Ефремовская районная больница им. А.И. Козлова» о предоставлении медицинской документации на имя ФИО2 с отметкой о получении его 13 ноября 2019 года лицом без расшифровки подписи и занимаемой должности, но с оттиском печати медицинского учреждения, а также сопроводительное письмо старшего следователя Ефремовского МРСО СУ СК России по Тульской области ФИО23, адресованное заведующему Ефремовского МРО ГУЗ ТО «Бюро судебно – медицинской экспертизы» ФИО18 № 

<

данные изъяты> от 13 ноября 2019 года о направлении для проведения судебно - медицинской экспертизы по исследованию трупа ФИО2, медицинской документации на имя последнего с отметкой о получении 14 ноября 2019 года лаборантом без расшифровки фамилии, но с оттиском печати ГУЗ ТО «Бюро судебно – медицинской экспертизы».

Допрошенный в ходе судебного следствия судебно - медицинский эксперт ФИО18 показал, что ему для проведения судебно - медицинской экспертизы были предоставлены, как история болезни, так и постановление.

Изложенное позволяет суду прийти к выводу о том, что при назначении и проведении судебно - медицинской экспертизы № 

<

данные изъяты> от 30 декабря 2019 года, нарушений требований УПК РФ и ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», влекущих признание указанного доказательства, недопустимым, равно как и производным от него заключениям № 

<

данные изъяты> от 6 января 2020 года и № 

<

данные изъяты> от 10 марта 2020 года, допущено не было, а потому и правовые основания для удовлетворения заявленного защитником ходатайства отсутствуют.

Таким образом, вышеприведенные показания потерпевшего, свидетелей (за исключением признанных недостоверными), экспертов, письменные доказательства по делу, являются последовательными, согласуются между собой, дополняют друг друга, и позволяют объективно установить хронологию рассматриваемых событий, при этом каких – либо существенных противоречий в части юридически значимых обстоятельствах в указанных доказательствах, исследованных в ходе судебного разбирательства, не имеется. 

Изложенное позволяет суду прийти к выводу о том, что у потерпевшего, свидетелей, экспертов нет объективных причин, оговаривать подсудимого ФИО19

С учетом того, что приведенные выше доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства не содержат противоречий, они последовательны и взаимосвязаны, дополняют друг друга и соотносятся между собой по времени, месту, способу совершенного подсудимым преступления, указывая на одни и те же фактические обстоятельства, что позволяет суду признать их достоверными, относимыми и допустимыми доказательствами по делу, а в своей совокупности они являются достаточными, для вывода суда о том, что 11 ноября 2019 года, в период времени с 22 часов 08 минут до 22 часов 36 минут, именно ФИО19, находясь в состоянии алкогольного опьянения в зале квартиры ФИО2 по адресу: 

<

данные изъяты>, схватил сидевшего в кресле ФИО2 руками за одежду, приподнял его, в результате чего ФИО2 оказался в положении стоя лицом к ФИО19 Затем ФИО19, продолжая удерживать ФИО2 своей левой рукой за одежду, нанес ему кулаком правой руки не менее двух ударов в область левой половины лица и один удар в область левого плеча. После чего, взял последнего своими руками за правую руку в области правого предплечья и, удерживая его, таким образом, приложив значительную физическую силу, умышленно произвел бросок ФИО2 на пол, в результате чего ФИО2 ударился левой половиной лица о поверхность пола, и сразу после этого, ФИО19, нанес лежавшему на полу ФИО2 не менее 6 ударов ногами по различным частям тела, в том числе в области грудной клетки, головы и правого плеча ФИО2 Таким образом, ФИО19 причинил ФИО2 телесные повреждения: закрытую черепно-мозговую травму с ушибленной раной в левом надбровье, 

<

данные изъяты>, которая, как опасная для жизни, является тяжким вредом здоровью и сопровождалась развитием стволовых симптомов – 

<

данные изъяты> и состоит с наступлением смерти в прямой причинной связи; кровоподтеки (6) 

<

данные изъяты>, ссадины 

<

данные изъяты> которые, как не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека.

Таким образом, совокупность вышеприведенных доказательств опровергает показания подсудимого ФИО19, данные им на стадии предварительного расследования и в суде в части нанесения им двух ударов ФИО2 в область носа и переносицы, самопроизвольного падения ФИО2 на пол, и нанесения двух пинков в область спины лежащему на полу ФИО2, суд признает недостоверными, обусловленными реализацией права на защиту от обвинения любым способом.

В остальной части показания подсудимого ФИО19, в том числе, в части нанесения им одного удара ногой в область головы лежащего на полу ФИО2, согласуются с вышеприведенными показаниями свидетелей ФИО3, ФИО4, признанными судом относимыми, допустимыми и достоверными. При этом суд отмечает, что показания подсудимого в этой части были даны ФИО19 в присутствии защитника, то есть в условиях, исключающих возможность оказания на него какого - либо воздействия, а потому суд также признает их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу. 

То обстоятельство, что свидетели ФИО8, ФИО9, как они указали в суде и на стадии предварительного расследования, слышали звуки из квартиры ФИО2 12 ноября 2019 года, похожие на звуки ударов, падения, не влияют на вывод суда о виновности подсудимого ФИО19 в инкриминируемом ему преступлении, поскольку указанные свидетели не являлись очевидцами событий, происходивших в квартире ФИО2 12 ноября 2019 года. 

Из показаний свидетелей ФИО3, данные ей как на стадии предварительного расследования, так и в суде, следует, что в отношении ФИО2 только ФИО19 11 ноября 2019 года было применено насилие, что согласуется с показаниями свидетеля ФИО5, данные им на стадии предварительного расследования (л.д.

<

данные изъяты>), и в суде, согласно которым, он приходил в квартиру ФИО2 12 ноября 2019 года вместе с ФИО3, но никакого насилия в отношении ФИО2 не применял, а также показаниями свидетеля ФИО24, данными им на стадии предварительного расследования (л.д.

<

данные изъяты>), и в суде, согласно которым он также приходил к ФИО2 с ФИО3 12 ноября 2019 года, но никакого насилия к ФИО2 не применял, что согласуется с показаниями судебно - медицинского эксперта ФИО20, указавшей на причинение ФИО2 телесных повреждений, повлекших смерть последнего в очень короткий промежуток времени.

Из показаний свидетеля ФИО13 следует, что ФИО2 12 ноября 2019 года сообщил ей о том, что именно ФИО19 подверг его избиению накануне, и не указывал на причинение ему телесных повреждений иными лицами.

Сотруднику полиции ФИО14, как следует из показаний последнего, ФИО2 также сообщил о том, что накануне подрался со знакомым, но писать заявление не будет, и о наличии конфликтов с кем-либо 12 ноября 2019 года не сообщал.

Именно не желанием инициировать уголовное преследование и обусловлено, по мнению суда, то, что ФИО2 прибывшим сотрудникам скорой медицинской помощи и врачу - травматологу сообщил о получении им телесных повреждений, с которыми он был доставлен в медицинское учреждение 12 ноября 2019 года, в результате собственного падения. Однако указанные утверждения ФИО2 не соответствуют выводам и показаниям судебно - медицинского эксперта ФИО18 о механизме получения ФИО2 телесных повреждений, что свидетельствует об недостоверности сведений сообщенных ФИО2 медицинским сотрудникам.

Таким образом, объективных данных, свидетельствующих о получении ФИО2 телесных повреждений не 11 ноября 2019 года в квартире, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>, а в иное время или в ином месте суду не представлено, напротив совокупность вышеизложенных доказательств, признанных относимыми, допустимыми и достоверными указывает на то, что именно 11 ноября 2019 года подсудимым ФИО19 ФИО2 были причинены телесные повреждения, с которыми последний 12 ноября 2019 был доставлена в ГУЗ «Ефремовская районная больница им. А.И. Козлова», и впоследствии от которых 13 ноября 2019 года наступила смерть ФИО2 

О направленности умысла подсудимого ФИО19 на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего свидетельствует совокупность всех обстоятельств совершенного преступления, в частности, количество, характер и локализация телесных повреждений, причиненных ФИО2 Юровым А.Н, который нанес ФИО2 кулаком правой руки не менее двух ударов в область левой половины лица последнего, после чего произвел бросок ФИО2 на пол, в результате чего ФИО2 ударился левой половиной лица о поверхность пола, и сразу после этого, ФИО19, нанес лежавшему на полу ФИО2 не менее 6 ударов ногами по различным частям тела, в том числе в области грудной клетки, головы и правого плеча ФИО2, причинив последнему телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы с ушибленной раной в левом надбровье, 

<

данные изъяты>, которая, как опасная для жизни, является тяжким вредом здоровью и сопровождалась развитием стволовых симптомов – 

<

данные изъяты>, и состоит с наступлением смерти в прямой причинной связи.

При этом ФИО19 осознавал, что его действиями может быть причинен вред здоровью любой степени тяжести, и он должен был и мог предвидеть возможное наступление смерти от нанесенных ФИО2 повреждений. 

Мотивом совершения данного преступления явилась личная неприязнь, вызванная тем, что ФИО2, по убеждению подсудимого, украл деньги у ФИО3 деньги. 

С учетом изложенного, суд не усматривает оснований для переквалификации действий подсудимого, в том числе на ч.1 ст.109 УК РФ, или его оправдания, и приходит к выводу о том, что совокупность доказательств, признанных судом относимыми, допустимыми и достоверными, является достаточной для квалификации действий подсудимого ФИО19 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При решении вопроса о способности подсудимым ФИО19 нести ответственность за содеянное, суд исходит из того, что он на учете в психиатрическом диспансере 

<

данные изъяты> (л.д 

<

данные изъяты>) на диспансерном наблюдении у врача - нарколога 

<

данные изъяты> (л.д. 

<

данные изъяты>).

Согласно заключению амбулаторной судебно – психиатрической экспертизы № 

<

данные изъяты> от 12 декабря 2019 года, ФИО19 

<

данные изъяты> В применении принудительных мер медицинского характера ФИО19 не нуждается. ФИО19 в момент совершения преступления в состоянии аффекта или ином эмоциональном состоянии, которое могло оказать существенное влияние на его сознание и поведение, не находился (л.д.

<

данные изъяты>). 

У суда не возникает сомнений в правильности, обоснованности и достоверности выводов экспертов, изложенных в вышеуказанном заключении. 

Кроме того, из материалов уголовного дела следует, что подсудимый ФИО19 жалоб на психическое здоровье в ходе предварительного расследования не высказывал, не высказывал такие жалобы подсудимый и в судебном заседании, в связи с чем, суд считает ФИО19 лицом, не лишенным способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими, и признает его в отношении инкриминируемого деяния вменяемым.

При назначении наказания подсудимому ФИО19 за совершенное преступление, суд, в соответствии с ч.1 ст. 6, ч.2 ст.43, ч.3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, относящегося к категории особо тяжких преступлений, направленного против личности человека, жизнь и здоровье которого являются высшей ценностью в Российской Федерации, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, и на условия жизни его семьи.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО19 за совершенное преступление, суд, в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ признает: явку с повинной, которую как следует из показаний свидетеля ФИО25, занимающего должность о/у ОУР МОМВД России «Ефремовский», ФИО19 написал добровольно, без какого - либо воздействия, что подтверждается также копией постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО25 в виду отсутствии в действиях последнего признаков превышения должностных полномочий по факту написания явки с повинной ФИО19

Суд также, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, признает обстоятельствами смягчающими наказание ФИО19 за совершенное преступление: частичное признание подсудимым своей вины, поскольку подсудимый ФИО19 не отрицал факт нанесения удара ногой по голове ФИО2, состояние его здоровья и наличие у него хронических заболеваний, вследствие которых он признан ограниченно годным к военной службе, и подтверждённых представленными в судебном заседании защитником медицинскими документами.

Поскольку суду не представлено объективных данных свидетельствующих о причастности ФИО2 к хищению денежных средств, принадлежащих ФИО3, сама ФИО3 не обращалась в правоохранительные органы с заявлением о хищении у нее денежных средств, суд не усматривает оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО19, предусмотренного п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ, противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившееся поводом для совершение преступления, о чем указал защитник в судебных прениях. 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО19, судом в соответствии с ч.1 ст. 63 УК РФ, судом не установлено. 

Исходя из личности подсудимого, и отсутствия в материалах дела, данных свидетельствующих о влиянии состояния опьянения на поведение подсудимого в момент совершения инкриминируемого ему преступления, суд не усматривает оснований для признания обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого ФИО19 за совершенное преступление, предусмотренного ч.1.1 ст. 63 УК РФ.

Суд, при назначении наказания за совершенное преступление, также учитывает возраст подсудимого ФИО19, и данные о его личности, при исследовании которых в судебном заседании установлено, что он имеет регистрацию 

<

данные изъяты> (л.д. 

<

данные изъяты>), ранее привлекался к административной ответственности (л.д. 

<

данные изъяты>), трудоспособен и по предыдущим местам работы, характеризуется 

<

данные изъяты>, что подтверждается характеристиками, приобщенными к материалам уголовного дела по ходатайству защитника.

Учитывая изложенное в совокупности, суд приходит к выводу о том, что достичь целей исправления виновного, предупреждения совершения им новых преступлений, возможно только в условиях, связанных с изоляцией от общества, и за совершенное преступление назначает ФИО19 наказание в виде лишения свободы, с применением ч.1 ст. 62 УК РФ, без ограничения свободы, с отбыванием назначенного наказания в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ, в колонии строгого режима. 

Указанный вид наказания в полной мере будет отвечать целям уголовного наказания, как в части восстановления социальной справедливости, так и в части исправления подсудимого и предупреждения совершения новых преступлений. 

Каких – либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, являющихся основанием для назначения подсудимому ФИО19 за совершенное преступление наказания с применением ст. 64, ст. 73 УК РФ, не имеется, равно как и оснований для изменения категории совершенного преступления, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ. 

В связи с тем, что ФИО19 осуждается по настоящему приговору к лишению свободы, то, в том числе, для обеспечения исполнения приговора суда, избранная в отношении него мера пресечения в виде заключения под стражу подлежит оставлению без изменения, с зачетом в срок наказания, на основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, времени содержания под стражей по день вступления приговора в законную силу, в сроки лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства в виде документов, хранящиеся при уголовном деле, в соответствии с п.5 ч.3 ст.81 УПК РФ, суд считает необходимым после вступления приговора в законную силу, хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения уголовного дела, одежду, изъятую у подсудимого ФИО19, возвратить подсудимому ФИО19, а остальные вещественные доказательства, в соответствии с п. 6 ч.3 ст. 81 УПК РФ, подлежат уничтожению, как не представляющие материальной ценности и не истребованные сторонами.

Руководствуясь ст.ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд 

приговорил:

признать ФИО19 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 6 (шесть) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием в колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО19 до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражу, оставить без изменения.

Срок наказания ФИО19 исчислять с даты постановления приговора - с 4 сентября 2020 года, с зачётом в срок наказания, на основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, времени содержания под стражей с 14 ноября 2019 года по день вступления приговора в законную силу, в сроки лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства, хранящиеся при уголовном деле, после вступления приговора в законную силу: 

- детализацию предоставленных оператором сотовой связи 

<

данные изъяты> услуг абоненту свидетеля ФИО3, детализацию предоставленных оператором сотовой связи 

<

данные изъяты> услуг абоненту свидетеля ФИО13, детализацию предоставленных оператором сотовой связи 

<

данные изъяты> услуг абоненту ФИО24, детализацию предоставленных оператором сотовой связи 

<

данные изъяты> услуг абоненту ФИО12, хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения уголовного дела;

- образец крови трупа ФИО2; вырез фрагмента обоев со следами вещества бурого цвета; образец крови обвиняемого ФИО19; ватную палочку со смывом вещества бурого цвета, уничтожить;

- кроссовки, спортивные брюки; джемпер (пуловер), куртку, изъятые у ФИО19, возвратить ФИО19

Приговор может быть обжалован в Судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда в течение десяти суток со дня его провозглашения, путем подачи апелляционной жалобы, представления в Ефремовский районный суд Тульской области, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий:

Справка

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Тульского областного суда от 14 декабря 2020 года приговор Ефремовского районного суда Тульской области от 4 сентября 2020 года в отношении ФИО19 изменен, назначенное по ч.4 ст.111 УК РФ наказание усилено до 8 (восьми) лет лишения свободы.

В остальной части приговор оставлен без изменений, апелляционное представление от 6 октября 2020 года - без удовлетворения.