РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 января 2019 года г. Салехард

Салехардский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Паршукова А.В.

при секретаре Филипповой О.В.,

с участием представителя третьих лиц ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием. Требования мотивировал тем, что в отношении него было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст. 131 УК РФ. В связи с отказом государственного обвинителя от обвинения уголовное дело в отношении него прекращено. При этом постановлением суда за ним признано право на реабилитацию. На данном основании полагает о наличии права на реабилитацию и просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. 

В судебном заседании истец участия не принимал. О рассмотрении дела извещён надлежащим образом.

Представитель ответчика просил рассмотреть дело без его участия. Направил письменные возражения, в которых указал на отсутствие оснований для взыскания компенсации морального вреда, поскольку уголовное преследование прекращено лишь по одному из эпизодов обвинения. При этом истец находился под стражей, впоследствии ему назначено наказание в виде лишения свободы. Указанное истцом обстоятельство на назначение наказания не повлияло. 

Представитель третьих лиц - прокуратуры ЯНАО и прокуратуры Челябинской области ФИО1 (по доверенностям) полагала иск не подлежащим удовлетворению, указав, что истец был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 1 ст. 132 УК РФ. Ему назначено наказание в виде лишения свободы. Отказ государственного обвинителя от обвинения по одному из эпизодов не повлиял на вид назначенного наказания. 

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В судебном заседании установлено, что Челябинским областным судом в отношении ФИО2 рассматривалось уголовное дело по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132 УК РФ. 

В ходе рассмотрения дела государственный обвинитель отказался от от предъявленного ФИО2 обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 131 УК РФ. Отказ от обвинения мотивирован отсутствием доказательств, подтверждающих наличие в действиях ФИО2 события преступления. 

Постановлением Челябинского областного суда от 12.07.2016 г. в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения уголовное дело по ч. 1 ст. 131 УК РФ в отношении ФИО2 прекращено по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Указанным постановлением за ним также признано право на реабилитацию.

Заявляя требования по настоящему иску, истец исходит из незаконности уголовного преследования и наличия в этой связи полагает о наличии оснований компенсации морального вреда. 

В данном случае основания компенсации морального вреда при установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельствах отсутствуют. 

Так, в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения в постановлением суда в отношении истца прекращено уголовное преследование по ч. 1 ст.131 УК РФ. Вместе с тем, ФИО2 был осуждён по п. "з" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 132, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ. 

В силу ч.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьёй 1100 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Статья 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 3 Протокола № 7 к данной Конвенции и Международный пакт о гражданских и политических правах (п.п. «а» п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9 и п. 6 ст. 14) закрепляют право на компенсацию, принадлежащее каждому, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, если вынесенный ему приговор был впоследствии отменен или ему было даровано помилование на том основании, что какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки.

Конституция РФ закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами охраняемых законом прав обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причинённого ущерба (ст. 52) и государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ст. 45, ч. 1 ст. 46).

Уголовное преследование является одной из форм реализации государством своей обязанности по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина, обеспечению защиты других конституционно значимых ценностей (ст. 2; ст. 52 Конституции РФ) в тех случаях, когда эти ценности становятся объектом преступного посягательства. 

Как разъяснил Конституционный Суд РФ в Постановлении от 17.10.2011 г. № 22-П из содержания уголовно-правового отношения между государством и гражданином вытекает не только обязанность последнего соблюдать уголовно-правовые запреты, но и право требовать от государства соблюдения установленных пределов уголовно-правового воздействия. 

Признавая необходимость повышенного уровня защиты прав и свобод граждан в правоотношениях, связанных с публичной ответственностью, в частности уголовной, Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что законодательные механизмы, действующие в этой сфере, должны соответствовать вытекающим из статей 17, 19, 45, 46 и 55 Конституции РФ и общих принципов права критериям справедливости, соразмерности и правовой безопасности, с тем чтобы гарантировать эффективную защиту прав и свобод человека в качестве высшей ценности, в том числе посредством справедливого правосудия (Постановления от 12 мая 1998 года N 14-П, от 11 мая 2005 года N 5-П и от 27 мая 2008 года N 8-П).

Таким образом, исходя из содержания приведённых выше норм, право на компенсацию морального вреда, причинённого незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого – постановления о прекращении уголовного преследования). 

Вопреки доводам, изложенных иске, хотя уголовное дело в отношении ФИО2 по ч. 1 ст. 131 УК РФ и было прекращено, он же был признан виновным в совершении иных преступления и ему назначено наказание в виде лишения свободы. 

Мера пресечения в виде заключения под стражу действовала в отношении истца, в т.ч., и в связи с уголовным преследованиям по иным эпизодам, вменяемым в вину. Наказание истцу было назначено в виде лишения свободы. 

Деяния, по которым был признан виновным истец, относятся к категории особо тяжких, и доводы истца в части испытания им моральных и нравственных страданий в связи с исключением его осуждения по одного из эпизодов, суд находит не состоятельными, в связи с чем требования иска не подлежат удовлетворению. 

В части 2 ст. 133 УПК РФ обозначены субъекты, которые имеют право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

При этом бесспорное право на возмещение морального вреда имеет лишь лицо, в отношении которого вынесен оправдательный приговор по всем предъявленным обвинениям или лицо, в отношении которого дело полностью прекращено, тогда как истец ФИО2 к числу указанных лиц не относится.

Как разъяснено в пу. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 г. "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" № 17 к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 ст. 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 Уголовного кодекса РФ на часть 4 статьи 111 Уголовного кодекса РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 16.02.2006 г. № 19-О, от 20.06.2006 года № 270-О, от 18.07.2006 г. № 279-О, от 19.02.2009 г. №109-О-О, уголовно-процессуальный закон не содержит положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования, на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости, приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, определение того, был ли реально причинен вред заявителю в результате уголовного преследования по обвинению в преступлении, виновность в совершении которого в конечном счете была признана судом недоказанной, а также установление наличия (или отсутствия) оснований для его возмещения, относятся к компетенции суда, рассматривающего дело по гражданскому иску.

В данном случае отказ государственного обвинителя от обвинения не повлиял на признание вины ФИО2 в совершении иных преступлений, равно как не повлиял и на вид избранной меры пресечения, а также на вид назначенного наказания. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 193-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Салехардский городской суд. 

Судья А.В. Паршуков