АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кызыл 17 января 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва в составе:

председательствующего Тулуша Х.И.,

при секретаре Кара-Сал М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные представление государственного обвинителя Оюн М.О. и жалобу защитника Левичевой С.Н. на приговор Тандинского районного суда Республики Тыва от 25 сентября 2023 года, которым

Куулар ЧА, **,

осуждена по ч.1 ст.109 УК РФ к 2 годам ограничения свободы.

На основании ч.1 ст.53 УК РФ установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы муниципального образования, где осужденная Куулар Ч.А. проживает, не менять постоянного места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц являться в указанный орган для регистрации, не покидать постоянного места жительства с 22 часов до 6 часов.

Заслушав доклад судьи, выступления осужденной Куулар Ч.А. и ее защитника Левичевой С.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших приговор отменить, прокурора Литвиненко Ю.В., поддержавшего доводы апелляционного представления и полагавшего необходимым приговор изменить, суд 

УСТАНОВИЛ:

Куулар ЧА признана виновной и осуждена за причинение смерти по неосторожности своему ребенку К..

Согласно приговору, преступление Куулар Ч.А. совершено 25 февраля 2023 года в ** Республики Тыва при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Куулар Ч.А. в судебном заседании вину не признала и отказалась от дачи показаний на основании ст.51 Конституции РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Оюн М.О., не оспаривая квалификацию действий и виновность Куулар Ч.А., просит приговор изменить, в резолютивной части определить начало исчисления срока отбывания наказания в виде ограничения свободы.

В апелляционной жалобе защитник Левичева С.Н. не соглашается с приговором. Указывает, что в основу приговора положено заключение эксперта о том, что смерть К. наступила от механической асфиксии вследствие сдавливания органов груди и живота, вероятнее всего телом матери. Ее подзащитная Куулар Ч.А. в ходе предварительного следствия и в суде вину в инкриминируемом ей преступлении не признала, пояснила, что ее ребенок болел, был обильный насморк, совместно никогда с ребенком не спала, он спал в отдельной кровати, поэтому она не могла придавить его. Стороной защиты в ходе следствия и в суде заявлялось ходатайство о проведении повторной судебно-медицинской экспертизы, поскольку при проведении первоначальной экспертизы трупа экспертам не была предоставлена амбулаторная карта ребенка, объяснение матери. В результате экспертизы трупа ребенка была выявлена **. Допрошенная в суде свидетель Ш., работающая врачом-педиатром, пояснила суду о том, что при выявленной у ребенка ** могли быть обильные выделения соплей. Кроме того из показаний фельдшера, сотрудников скорой помощи следует, что ими проводились реанимационные действия путем сдавливания грудной клетки ребенка. Эти действия могли повлиять на результаты медицинского исследования при изучении трупа ребенка. Судом необоснованно отказано в назначении повторной судебно-медицинской экспертизы. Просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель Оюн М.О. просит ее оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, возражения прокурора, выслушав стороны, апелляционная инстанция приходит к следующему.

Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной уголовно-процессуальным законодательством процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 35 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 36-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Судом исследованы и подробно приведены показания Куулар Ч.А., данные в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой и обвиняемой о том, что 24 февраля 2023 года она ездила в г.Кызыл за лекарствами. По приезду покормила дочь грудью сидя, затем уложила спать в левое кресло. Она с мужем сидели на правом кресле смотрели фильм. Когда муж уснул, она уложила дочь в ее кроватку. Ночью около 2 часов дочь просыпалась и плакала, она ее перепеленала, дочь плохо брала грудь, она ее уложила спать в кроватку. Около 5 часов ее разбудил отец и сказал, что дочь плачет, она подошла к дочке и увидела, что у нее вытекли сопли, она вся вспотела, тогда она поменяла ей пеленки и покапала в нос капли «Гриппферон», после чего она снова уложила ее в кроватку. Она всю ночь спала в своей кроватке. В 7 часов утра она подошла к дочери и обнаружила у ее носа и в носу очень много соплей, она их вытерла, но они снова выделялись, они их снова вытерла, руки и ноги ее дочери были холодными, она не подавала признаков жизни, она не дышала, ее лицо было бледным. Она испугалась и сразу вызвала скорую помощь, врачи которой, приехав, делали массаж сердца и уколы, но это не помогло. Примерно в 9 часов врачи констатировали смерть ее дочери. Считает, что ее дочь задохнулась из-за соплей, так как она болела, врачи в их селе ей помощь не оказывали, она к ним сама приезжала с дочерью 13 февраля 2023 года, больше они к ним не приходили. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, виновность осужденной Куулар Ч.А. в причинении по неосторожности смерти малолетней дочери подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями свидетеля М. о том, что она является фельдшером **. 25 февраля 2023 года в 8 часов 2 минуты ей позвонили из скорой помощи и сообщили, что месячный ребенок не дышит. Она сразу отправилась в дом Куулар Ч.А. Отец ребенка О. качал на руках ребенка. Когда она спросила, что случилось, Куулар ЧА сказала, что они уснули в раздвижном кресле около 4 часов. На ребенке телесных повреждений не было. Она начала делать сердечно-легочную реанимацию, но признаков жизни не было. Приехала скорая помощь и констатировала смерть ребенка. В доме в спальне была двухъярусная кровать и детская кровать белого цвета, на которой лежали всякие вещи, детские качели. Матрац на детской кровати был в заводской упаковке, на нем не было ни простыни, ни одеяла, ни подушки и ей тогда показалось, что в этой детской кроватке ребенок не спит. В доме была подруга О., которая подтвердила, что Куулар ЧА с ребенком спали на кресле. В зале были два кресла, которые были застелены простынями. Куулар ЧА проводили инструктаж, что в целях недопущения механической асфиксии ребенок должен спать на отдельной кровати, о чем она расписалась. 22 февраля 2023 года ее ребенок К. заболела острым респираторным заболеванием легкой степени. От острого респираторного заболевания легкой степени дети не умирают. При засохших соплях ребенок начинает дышать ртом и от того, что у ребенка на носу засохли сопли, тоже не умирают;

- показаниями свидетеля Х. о том, что она работает медсестрой ФАП **, осуществляла наблюдение за малолетней К.. Куулар ЧА она предупредила о профилактике механической асфиксии ребенка и необходимости наличия отдельной кровати для новорожденного, о чем она расписалась. 22 февраля 2023 года по сообщению Куулар ЧА осмотрела осмотрела ребенка, состояние было удовлетворительное, она послушала ее грудь, хрипов не было, осмотрела ее горло, оно тоже было в порядке, затем осмотрела ее нос, он был в соплях, температура 36,1, у ребенка острое респираторное заболевание легкой степени. Она назначила капли в нос «Гриппферон», «Виферон» (ректально). 25 февраля 2023 года Куулар ЧА ей позвонила в 8 часов и сказала, что ее ребенок не дышит. Она пришла к ним домой примерно через 10 минут и обнаружила, что ребенок лежит на кресле, а фельдшер М. уже оказывает первую помощь. Также М. ей сказала, что Куулар ЧА с ребенком спали на кресле. Она видела, что на детской кровати лежали маленькие качели, а на этих качелях лежали детские пеленки, распашонки и ползунки. Кроватка не была застеленной, на нем не было ни простыни, ни одеяла, ни подушки. Было видно, что в этой детской кровати ребенок не спит.

Таким образом, из свидетельских показаний М. и Х. следует, что им осужденная Куудар Ч.А. сообщила, что она спала с ребенком в раздвижном кресле, что они видели, что отдельная детская кроватка не была застелена и ребенок в ней не спал.

Суд дал верную оценку показаниям указанных свидетелей, признав их достоверными и подтверждающими вину Куулар Ч.А., поскольку они являются последовательными, согласуются между собой и подтверждаются другими исследованными в судебном заседании доказательствами. 

В частности эти показания подтверждаются протоколом осмотра места происшествия от 25 февраля 2023 года - квартиры **, в зале которой имеется складной диван в расправленном виде, на подлокотнике дивана справа обнаружены использованный детский подгузник, детские колготки, детская пеленка, бумажные платочки. У стены справа от входа в спальню находится детская кровать, на ней детская развлекательная лежанка, матрац, на момент осмотра детская кровать не застелена. У стены слева от входа в спальню двухъярусная деревянная кровать, на первом ярусе обнаружен труп малолетней К., без внешних признаков насильственной смерти. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № смерть ребенка К. наступила от механической асфиксии вследствие сдавления органов груди и живота, вероятнее всего телом матери. Асфиксия расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, вызванная угрожающие жизни состояния. При судебно-медицинском исследовании каких-либо телесных повреждений и морфологических признаков каких-либо заболеваний не выявлено. Гистологически в легких выявлена **.

Эксперт Б. показал, что смерть ребенка К. наступила от механической асфиксии вследствие сдавления органов груди и живота, вероятнее всего телом матери, что подтверждается наличием точечных кровоизлияний в соединительную оболочку век, под висцеральную плевру и эпикард (пятна Тардье), жидкого состояния крови, полнокровия внутренних органов; гистологически: отек мягкой мозговой оболочки и вещества головного мозга, мелкоочаговые периваскулярные микрокровоизлияния в мягкой мозговой оболочке, в легких очаги острой эмфиземы с очаговыми разрывами межальвеолярных перегородок, мелкоочаговый альвеолярный отек, интерстициальный отек миокарда. Наступление механической асфиксии ребенка К. при образовании соплей в носовых путях во время сна невозможно.

Свидетель Ш. показал, что работала в Тандинском ЦКБ педиатром, присутствовала при вскрытии трупа ребенка, в результате установлено, что смерть ребенка наступила от механической асфиксии, а также установлено заболевание **.

Таким образом, доводы осужденной Куулар Ч.А. о том, что ребенок спал на отдельной детской кроватке, были проверены и обоснованно отвергнуты вышеприведенными доказательствами, а причиной смерти обоснованно установлена механическая асфиксия, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы, показаниями эксперта Б. и свидетеля Ш.

Кроме того, виновность доказана показаниями свидетелей А., Ч., Р., С., Ю., Д., содержание которых полно и подробно приведено в приговоре и им дана надлежащая оценка, а также другими доказательствами, приведенными в приговоре. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом необоснованно отказано в проведении повторной судебной медицинской эксперты являются необоснованными, поскольку соответствующее ходатайство было рассмотрено судом в установленном порядке и обоснованно отклонено с вынесением отдельного судебного решения (т.3 л.д. 19, 24-25). При этом суд в соответствии с положениями ст.207 УПК РФ обоснованно исходил из того, что судебно-медицинская экспертиза проведена в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, компетентным экспертом имеющим стаж работы более 39 лет, обладающим специальными познаниями и навыками. Эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, права и обязанности, предусмотренные ст.57 УПК РФ, ему разъяснены. Экспертное заключение соответствует необходимым требованиям, содержит необходимую исследовательскую часть, каких-либо противоречий в выводах или сомнений в обоснованности заключения не выявлено. При этом было исследовано тело погибшей К., наличие бронопневмонии при проведении экспертизы выявлено, однако установлено, что оно не является причиной смерти. Следует отметить, что по проведенной экспертизе и ее результатам, экспертом Б. были даны необходимые пояснения. В силу приведенного, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы жалобы о необходимости дополнительного исследования амбулаторной карты ребенка и объяснения осужденной Куулар, как основания для проведения повторной экспертизы, подлежат отклонению. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что причиной смерти может быть респираторное заболевание опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы, а также показаниями эксперта Б. о том, что наступление смерти от респираторного заболевания, путем перекрытия дыхательных путей выделениями (соплями) невозможна, а также показаниями свидетеля М. о том, что от острого респираторного заболевания легкой степени дети не умирают, при засохших соплях ребенок начинает дышать ртом.

Судом были проверены доводы о том, что асфиксия обнаруженная у погибшего ребенка могла быть образована при проведении реанимационных мероприятий и они не нашли подтверждения, так как эксперт Б. пояснил, что реанимация проводилась, когда отсутствовало дыхание и сердцебиение, каких-либо повреждений от реанимационных мероприятий, массажа сердца при проведении экспертизы не обнаружено, что объясняется гибкостью костей и хрящей маленького ребенка, при исследовании обнаружены механическая асфиксия вследствие сдавления. 

Факт обучения по уходу и воспитанию ребенка, профилактике механической асфиксии осужденной Куулар Ч.А. подтверждены амбулаторной картой ребенка К., в котором осужденная расписалась об этом 19 января 2023 года, журналом ГБУЗ РТ «Перинатальный центр» по санитарно-просветительской работе, в котором также имеются соответствующие отметки. 

Все положенные в основу приговора доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а поэтому являются допустимыми.

При разбирательстве уголовного дела соблюден принцип состязательности сторон, созданы условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав, обеспечено процессуальное равенство сторон, право по предоставлению и исследованию доказательств. Заявленные ходатайства судом рассмотрены в соответствии с требованиями закона, а принятые по ним решения являются законными и обоснованными. 

Доводы стороны защиты о том, что она преступление не совершала, были тщательно проверены в судом мотивированно отвергнуты, так как они опровергаются приведенными в приговоре доказательствами, свидетельствующими о ее виновности. 

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ. Судом дана надлежащая оценка всем исследованным в судебном заседании доказательствам, при этом суд, отвергая одни доказательства, привел мотивы по которым признает их недостоверными, а также иные доказательства, в достоверности которых не нашел оснований сомневаться, установив, что они подробны, последовательны, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. Показания допрошенных лиц дополняют друг друга и не противоречат другим доказательствам по уголовному делу, совокупность которых позволила суду правильно установить фактические обстоятельства дела.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе защитника, по существу сводятся к переоценке доказательств и выводов суда и не являются основанием для отмены приговора. Не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденной, в том числе в показаниях свидетелей, экспертном заключении и показаниях эксперта, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденной, по делу отсутствуют. 

Вместе с этим, как следует из приговора, в качестве доказательства виновности ФИО1 суд первой инстанции сослался на протокол допроса свидетеля Х. от 26 февраля 2023 года (т.1 л.д.65-69). Однако, как следует из протокола судебного заседания и ее аудиозаписи от 15 июня 2023 года указанный протокол допроса свидетеля в судебном заседании государственным обвинителем не оглашался и судом не был исследован, в связи с чем данный протокол допроса свидетеля подлежит исключению из числа доказательств виновности ФИО1 Исключение данного протокола допроса свидетеля из числа доказательств, не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 в совершенном преступлении, поскольку виновность осужденной подтверждается совокупностью иных доказательств, достаточных для правильного разрешения дела.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения приговора по доводам, изложенным в апелляционной жалобе защитника, апелляционная инстанция не находит.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы ч.1 ст.109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности своему ребенку, выводы об этом надлежаще мотивированы в приговоре. 

При назначении ФИО1 наказания суд учел обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного ею неосторожного преступления, личность виновной, смягчающие обстоятельства, влияние назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.

Суд учел смягчающие наказание обстоятельства, приведенные в приговоре, такие как отсутствие претензий со стороны потерпевшего, принесение извинений потерпевшему, просьбу потерпевшего о смягчении подсудимой наказания, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики по месту жительства администрацией и участковым уполномоченным полиции, наличие на иждивении двоих малолетних детей. Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде ограничения свободы, в приговоре мотивированы, не согласиться с ними оснований у апелляционной инстанции не имеется.

Однако, при назначении размера наказания суд в нарушение положений ст.6, 43, 60 УК РФ назначил максимальный срок ограничения свободы, предусмотренный санкцией ч.1 ст.109 УК РФ, оставив без внимания, совокупность вышеприведенных смягчающих наказание обстоятельств, поэтому апелляционная инстанция признает необходимым соразмерно смягчить наказание.

Кроме того, по смыслу ст. 53 УК РФ осужденный не вправе совершать те либо иные действия, установленные ему в качестве ограничений при условии отсутствия на это согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Назначенное Куулар наказание в виде ограничения свободы не в полной мере соответствует указанным положениям закона.

Суд, назначив осужденной Куулар наказание в виде ограничения свободы, и, установив осужденному ограничения в виде запрета покидать место жительства с 23 до 6 часов, - указал его в качестве безусловных ограничений. 

В соответствии с п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» в случае назначения судом ограничения свободы в качестве основного наказания в приговоре необходимо устанавливать территорию, за пределы которой осужденному запрещается выезжать и в пределах которой ему запрещается посещать определенные места без согласия уголовно-исполнительной инспекции.

В нарушение этих требований закона, суд территорию, за пределы которой осужденному запрещается выезжать, не указал, что подлежит уточнению.

В соответствии с частью 7 статьи 302 УПК РФ в обвинительном приговоре с назначением наказания, подлежащего отбыванию осужденным, суд должен определить начало исчисления срока отбывания наказания.

В силу ч. 1 ст. 49 УИК РФ срок ограничения свободы, назначенного в качестве основного вида наказания, исчисляется со дня постановки осужденного на учет в уголовно-исполнительной инспекции.

В связи с этим, в резолютивной части приговора необходимо указать, что начало срока отбывания наказания в виде ограничения свободы исчисляется со дня постановки осужденной ФИО1 на учет уголовно-исполнительной инспекцией.

Согласно ч. 3 ст. 81 УПК РФ и ст. 299 УПК РФ, при вынесении приговора должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах.

Как следует из материалов уголовного дела постановлением от 27 марта 2023 года признаны и приобщены к материалам уголовного дела следующие вещественные доказательства: шапка розовая, чепчик розовый, распашонки белая и розовая, ползунок, носочки, которые хранятся в камере хранения вещественных доказательств Саянского МСО СУ СК РФ по РТ (т.1 л.д.218). Данные вещественные доказательства необходимо вернуть по принадлежности ФИО1

Также судом излишне указано об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ при осуждении ФИО1 за совершение преступления небольшой тяжести.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Тандинского районного суда Республики Тыва от 25 сентября 2023 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части указание на протокол допроса свидетеля ФИО2 М-Х. (т.1 л.д.65-69), как доказательства виновности осужденной;

- исключить из описательно-мотивировочной части указания об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ;

- снизить назначенное ФИО1 по ч.1 ст.109 УК РФ наказание до 1 (одного) года ограничения свободы;

- на основании ч.1 ст.53 УК РФ уточнить, что ФИО1 установлено ограничение не выезжать за пределы территории ** Республики Тыва;

- в резолютивной части уточнить на невозможность совершения всех установленных ФИО1 в качестве ограничений действий без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы

- начало срока отбывания наказания исчислять со дня постановки осужденной на учет уголовно-исполнительной инспекцией;

- вещественные доказательства по уголовному делу - шапку розовую, чепчик розовый, распашонки белую и розовую, ползунок, носочки, которые хранятся в камере хранения вещественных доказательств Саянского МСО СУ СК РФ по РТ вернуть по принадлежности осужденной ФИО1

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить, апелляционную жалобу оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через Тандинский районный суд Республики Тыва в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, то есть с 17 января 2024 года. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий