Дело № 2-467/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Зея, Амурской области 25 мая 2018 года

Зейский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Плешкова А.А.,

при секретаре Козловой Е.Н.,

с участием прокурора – помощника прокурора Зейского района Олиферова М.В., истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Водоочистная станция 3» о признании увольнения незаконным, срочного договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ООО «Водоочистная станция 3», в котором с учетом уточнений просит признать незаконным увольнение по срочному трудовому договору от 03 февраля 2017 года, заключенному между ним и ООО «Водоочистная станция 3», признать указанный срочный договор от 03 февраля 2017 года заключенным на неопределенный срок, восстановить его на работе в ООО «Водоочистная станция 3» в должности сторожа с 01 февраля 2018 года, взыскать заработную плату за период вынужденного прогула с 01 марта 2018 года по день вынесения решения суда по делу, взыскать компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>. В обоснование заявленных требований указал, что 03 февраля 2017 года между ним и ООО «Водоочистная станция 3» был заключен срочный трудовой договор на основании которого он был принят на работу в должности сторожа сроком на 1 год, до 31 января 2018 года. В устной форме ему сообщили, что с 01 марта 2018 года он уволен. Срочный договор был изначально заключен им под давлением со стороны работодателя и в нарушение требований ч. 5 ст. 58 ТК РФ, поскольку у ответчика не было достаточных оснований для заключения срочного договора. На его требования о признании трудового договора заключенным на неопределённый срок ответчик ответил категорическим отказом. Работники ответчика, с которыми он работал, продолжают работать, ставка сторожа не сокращена. Срок трудового договора был установлен до 31 января 2018 года, об увольнении он предупреждён не был, трудовые отношения были продолжены, он был поставлен в график работы на февраль 2018 года. Таким образом, ответчик не выполнил требования действующего законодательства. Нарушил порядок увольнения, следовательно срочный трудовой договор является пролонгированным на неопределённый период работы. Считает, что трудовые обязанности по трудовому договору с учетом характера и условий ее выполнения не носили временный характер и не являлись для работодателя временным оказанием услуг, а также не выходили за рамки обычной деятельности ответчика. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что данный вид деятельности имеет непостоянный характер, нет. При этом срочные трудовые договора с ним заключались с 2010 года по 2017 год, и каждый раз перезаключались с теми же условиями работы и в той же должности. Кроме того, считает, что ответчик своими незаконными действиями причинил ему моральный вред. Его нравственные страдания выражаются в том, что он испытывал нервный стресс, чувство обиды из-за несправедливых действий работодателя по отношению к нему, а также вынужден затратить свое время и деньги на отстаивание своих законных прав. Компенсацию причиненного ему вреда он оценивает в сумме 

<

данные изъяты>.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении уточненных исковых требований настаивал, поддержав доводы изложенные в исковом заявлении и в уточнениях к нему.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении уточненных исковых требований в интересах своего доверителя настаивала, пояснив об обстоятельствах, изложенных в исковом заявлении и в уточнениях к нему.

Представитель ответчика ООО «Водоочистная станция 3» ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения уточненных исковых требований возражала, в обоснование возражений пояснив, что 03 февраля 2017 между ФИО1 и ООО «ВОС 3» заключен срочный трудовой договор № 3 на период с 01 февраля 2017 года по 31 января 2018 года для выполнения работ в должности сторожа на основании личного заявления истца от 31 января 2017 года б/н о принятии его на работу по срочному трудовому договору. Характер выполнения работ по должности сторожа на момент заключения вышеуказанного трудового договора носил временный характер, так как руководством организации был запланирован в 2018 году переход на автоматизированную систему охраны здания водоочистной станции с целью оптимизации расходов. То есть организации не требовался сторож на постоянной основе. Согласно приказу ООО «ВОС 3» от 13 марта 2018 года № 311 с 14 марта 2018 года вносятся изменения в штатное расписание, путем исключения шести единиц штатной должности сторожа 1 разряда, с уведомлением работников в установленные законом сроки, принятых ранее на постоянной основе. Утверждение ФИО1 о заключении им срочного трудового договора под давлением со стороны работодателя является несостоятельным, так как имеется личное заявление работника, подписанное им собственноручно и доказательств принуждения его подачи в ООО «ВОС 3» истцом не представлено. Также доводы истца о его требованиях заключить трудовой договор на неопределенный срок и получении категорического отказа от работодателя не соответствуют действительности, так как с момента заключения трудового договора от 03 февраля 2017 года и до настоящего времени каких-либо заявлений в адрес руководства ООО «ВОС 3» от ФИО1 не поступало. Истец знал до истечения срока трудового договора о прекращении срока его действия, так как ему неоднократно сообщалось посредством телефонной связи и при личной беседе о необходимости ознакомления с приказом об увольнении и получения трудовой книжки, также подтверждается личным заявлением ФИО4 от 25 января 2018 года о принятии его на работу сторожем в ООО «ВОС 3» по срочному трудовому договору сроком на один год с 01 февраля 2018 года. 26 января 2018 года инспектором по кадрам ООО «ТЭК-Зея» (организация оказывает ООО «ВОС 3» бухгалтерские услуги, услуги юридического характера и кадрового делопроизводства) было предложено ФИО1 ознакомиться с приказом об увольнении с 31 января 2018 года в связи с истечением срока действия трудового договора и получить трудовую книжку, на что истец ответил отказом, о чем составлен соответствующий акт. То есть фактически ФИО1 был предупрежден и знал об окончании срока трудового договора. Кроме того, несоблюдение требований ч. 1 ст. 79 ТК РФ, о необходимости не менее чем за три календарных дня письменно уведомить работника о расторжении трудового договора в связи с истечением срока его действия не может являться самостоятельным основанием для признания увольнения незаконным. 14 февраля 2018 года в связи с отказом истца в ознакомлении и получении соответствующих документов при увольнении и его неявкой ФИО1 был повторно уведомлен посредством почтовой связи, которое получено им согласно отчету почтовых отправлений 15 февраля 2018 года. Однако по данным журнала учета движения трудовых книжек ФИО1 явился за получением своей трудовой книжки только 14 марта 2018 года, что подтверждается его личной подписью. В целях оптимизации расходов в первом-втором квартале 2018 года, здание водоочистной станции переводится на автоматизированную систему видеонаблюдения с выведением видеосигнала на пульт диспетчерской службы (конкретная дата перевода зависит от срока поставки необходимого оборудования, и заранее определить указанную дату невозможно) и необходимость в должности сторожа на основе трудовых отношений после автоматизации труда отпадает. В связи с чем с 01 февраля 2018 года ФИО1 был принят по договору гражданско-правового характера для выполнения работ по должности сторожа, о чем истцу сообщалось в личной беседе кадровой службой. Истцом данный договор подписан не был в связи с его неявкой для подписания. Однако вознаграждение за оказанные услуги истцу было выплачено в полном объеме по окончанию расчетного периода. На основании изложенного, просит в иске ФИО4 к ООО «ВОС 3 о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда отказать. Кроме того, фактически с 31 января 2017 года до подачи искового заявления, то есть более одного года, истец знал о нарушении, по его мнению, его трудового права и ни разу не обращался с заявлением о защите своих нарушенных прав ни к ответчику, ни в суд, ни в один из уполномоченных органов. Кроме того, ФИО1 в своем заявлении указал, что, срочный трудовой договор был изначально заключен им под давлением со стороны работодателя, то есть истец с момента подачи заявления работодателю о приеме на работу по срочному трудовому договору, знал о нарушении, по его мнению, его трудовых прав, не указав никаких уважительных причин, препятствовавших данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора. В соответствии со ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. Указанный срок истек. Поскольку требование истца о восстановлении на работе вытекает из требования о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, срок подачи искового заявления по которому составляет 3 месяца со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, то указанный срок истек. Принимая во внимание изложенное, просит суд в заявленном иске отказать в связи с пропуском срока исковой давности.

Заслушав истца, его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего необходимым исковые требования удовлетворить, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Статьей 2 Конституции РФ, провозглашено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Применительно к трудовым отношениям указанные нормы Конституции Российской Федерации не могут пониматься иначе, как устанавливающие приоритет соблюдения установленных федеральным трудовым законодательством прав работников перед правами работодателя в сфере административных и гражданских правоотношений.

Согласно ст. 3 Трудового кодекса РФ, каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда.

Исходя из положений ст. 352 ТК РФ, каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. 

Судом установлено, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «Водоочистная станция 3». 03 февраля 2017 года на основании его личного заявления с ним был заключен трудовой договор № 3, приказом № в/13к от 03 февраля 2017 года он был принят на работу в ООО «Водоочистные системы 3» на должность сторожа с указанием срока трудового договора – с 01 февраля 2017 года по 31 января 2018 года.

В соответствии с приказом № в/12к от 24 января 2018 года ФИО1 был уволен из ООО «Водоочистные станции 3» по истечении срока трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

В ходе судебного разбирательства представителем ответчика было заявлено ходатайство о применении последствий пропуска истцом срока на обращение в суд. В обоснование данного ходатайства представитель ответчика указал, что трудовой договор был изначально заключен истцом под давлением со стороны работодателя, то есть истец с момента подачи заявления работодателю о приеме на работу по срочному трудовому договору, знал о нарушении, по его мнению, его трудовых прав, не указав никаких уважительных причин, препятствовавших данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Поскольку требование истца о восстановлении на работе вытекает из требования о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, срок подачи искового заявления по которому составляет 3 месяца со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, то указанный срок истек.

Истец и его представитель против заявленного ходатайства возражали. 

При разрешении указанного ходатайства суд исходит из того, что в соответствии с ч. 1 ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Анализируя нормы действующего законодательства, суд приходит к выводу о том, что заключение срочного трудового договора в соответствии со ст. 3 ТК РФ, не может влечь ограничений трудовых прав работника. Поэтому заключение срочного трудового договора без законных оснований может повлечь неблагоприятные последствия в виде нарушения трудовых прав работника только при увольнении работника по окончании срока трудового договора. Однако данные последствия могут и не наступить, поскольку в п. 2 ст. 77 ТК РФ сказано о том, что истечение срока трудового договора не может быть применено в качестве основания прекращения трудового договора в случае, когда трудовые отношения продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения. Следовательно, само по себе заключение срочного трудового договора не влечет ограничения трудовых прав работника, их нарушение может состояться только после применения в качестве основания для увольнения работника п. 2 ст. 77 ТК РФ.

В связи с чем срок для обращения в суд с иском о незаконности увольнения по истечении срока трудового договора должен исчисляться с момента применения данного основания прекращения трудового договора и вручения уволенному работнику соответствующих документов.

В соответствии со ст. 79 ТК РФ, срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

В судебном заседании установлено, что приказ об увольнении истца по п. 2 ст. 77 ТК РФ, был издан 24 января 2018 года.

Как следует из представленного стороной ответчика акта об отказе от ознакомления с приказом об увольнении, и получении трудовой книжки от 26 января 2018 года, ФИО1 в указанный день инспектором по кадрам ФИО8 в присутствии начальника ОПО ФИО9(ООО «ТЭК-Зея») и старшего юрисконсульта ФИО10 (ООО «ТЭК-Зея») было предложено ознакомиться с приказом об увольнении в связи с истечением срок трудового договора и получить трудовую книжку, на что ФИО1 ответил отказом.

14 февраля 2018 года ответчиком истцу было направлено уведомление о необходимости получить трудовую книжку либо дать согласие на отправку трудовой книжки почтой. Согласно почтовому идентификатору указанное сообщение было получено адресатом 15 февраля 2018 года.

Как следует из выписки из журнала учета движения трудовых книжек, ФИО1 получил трудовую книжку 14 марта 2018 года.

С названным исковым заявлением истец обратился в суд 27 февраля 2018 года, о чем свидетельствует дата на штемпеле входящего номера Зейского районного суда.

Таким образом, судом установлено, что копия приказа об увольнении истцу вручена не была, а трудовую книжку истец получил уже после обращения с заявленным иском в суд.

Поскольку на момент, когда истцу было предложено ознакомиться с приказом об увольнении (26 января 2018 года), истец состоял в трудовых отношениях с работодателем, при этом сведений о намерении работодателя в указанный день выдать копию названного приказа истцу не имеется, а трудовые отношения с истцом были прекращены только с 31 января 2018 года, то предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса РФ срок исковой давности для обращения в суд в данном случае следует исчислять с даты прекращения трудовых отношений.

Таким образом, по мнению суда, срок на обращение в суд за разрешением трудового спора, истцом не пропущен.

Разрешая заявленные истцом требования по существу, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 56 ТК РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

Согласно ст. 67 ТК РФ Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

В соответствии со ст. 58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться: 1) на неопределенный срок; 2) на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения.

В случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

Запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок.

В соответствии со ст. 59 ТК РФ, срочный трудовой договор заключается: на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы; на время выполнения временных (до двух месяцев) работ; для выполнения сезонных работ, когда в силу природных условий работа может производиться только в течение определенного периода (сезона); с лицами, направляемыми на работу за границу; для проведения работ, выходящих за рамки обычной деятельности работодателя (реконструкция, монтажные, пусконаладочные и другие работы), а также работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг; с лицами, поступающими на работу в организации, созданные на заведомо определенный период или для выполнения заведомо определенной работы; с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой; для выполнения работ, непосредственно связанных с практикой, профессиональным обучением или дополнительным профессиональным образованием в форме стажировки; в случаях избрания на определенный срок в состав выборного органа или на выборную должность на оплачиваемую работу, а также поступления на работу, связанную с непосредственным обеспечением деятельности членов избираемых органов или должностных лиц в органах государственной власти и органах местного самоуправления, в политических партиях и других общественных объединениях; с лицами, направленными органами службы занятости населения на работы временного характера и общественные работы; с гражданами, направленными для прохождения альтернативной гражданской службы; в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

По соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться: с лицами, поступающими на работу к работодателям - субъектам малого предпринимательства (включая индивидуальных предпринимателей), численность работников которых не превышает 35 человек (в сфере розничной торговли и бытового обслуживания - 20 человек); с поступающими на работу пенсионерами по возрасту, а также с лицами, которым по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, разрешена работа исключительно временного характера; с лицами, поступающими на работу в организации, расположенные в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, если это связано с переездом к месту работы; для проведения неотложных работ по предотвращению катастроф, аварий, несчастных случаев, эпидемий, эпизоотий, а также для устранения последствий указанных и других чрезвычайных обстоятельств; с лицами, избранными по конкурсу на замещение соответствующей должности, проведенному в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права; с творческими работниками средств массовой информации, организаций кинематографии, театров, театральных и концертных организаций, цирков и иными лицами, участвующими в создании и (или) исполнении (экспонировании) произведений, в соответствии с перечнями работ, профессий, должностей этих работников, утверждаемыми Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений; с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности; с лицами, получающими образование по очной форме обучения; с членами экипажей морских судов, судов внутреннего плавания и судов смешанного (река - море) плавания, зарегистрированных в Российском международном реестре судов; с лицами, поступающими на работу по совместительству; в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу ч. 1 п. 2 ст. 77 ТК РФ, основанием прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения;

В соответствии со ст. 79 ТК РФ, срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Как указано ранее, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «Водоочистная станция 3», что подтверждается приказами о приеме на работу, трудовой книжкой и не оспаривается сторонами.

Как следует из условий трудового договора 

<

Номер обезличен> от 03 февраля 2017 года, ФИО1 был принят на работу в ООО «ВОС 3» на должность сторожа 1 разряда (п. 1.1). Настоящий трудовой договор в соответствии с ч. 1 ст. 59 ТК РФ заключен на 1 год (п. 1.3.). Дата начала работы (дата, когда работник приступает к работе) – 01 февраля 2017 года (п. 1.3.1.). Дата прекращения трудового договора: 31 января 2018 года (п. 1.3.2.).

Основанием для заключения данного договора послужило личное заявление ФИО1 от 31 января 2017 года, в котором он просит принять его на работу сторожем 1 разряда по срочному трудовому договору сроком на 1 год с 01 февраля 2017 года.

В соответствии с приказом № в/12к от 24 января 2018 года ФИО1 был уволен из ООО «Водоочистные станции 3» по истечении срока трудового договора п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Заявляя требования о признании названного срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, истец указал, что после 31 января 2018 года он продолжил выполнять свою трудовую функцию, предусмотренную названным договором, был включен в график дежурства на февраль, в связи с чем 16 февраля 2018 года он обратился с заявлением к генеральному директору ООО «ВОС 3» о выдаче трудового договора на 2018 год. Данное заявление было зарегистрировано работодателем, о чем свидетельствует штемпель на заявлении имеющим входящий номер и дату принятия.

О намерении истца продолжить работу в ООО «ВОС 3» свидетельствует также написанное им лично заявления от 25 января 2018 года, в котором он просит принять его на работу сторожем по срочному трудовому договору сроком на 1 год с 1 февраля 2018 года, которое также было зарегистрировано работодателем 26 января 2018 года, о чем свидетельствует штемпель на заявлении имеющим входящий номер и дату принятия.

Согласно графику дежурства сторожей по ООО «ВОС 3» на февраль 2018 года, ФИО1 действительно в феврале 2018 года работал в ООО «ВОС 3», что не оспаривается ответчиком.

Истцом в судебное заседание также была предоставлена копия графика дежурства сторожей по ООО «ВОС 3» на март 2018 года, в которой он также указан, указано время, когда он должен дежурить в марте 2018 года. Вместе с тем, суд критически относится к указанному документу, поскольку он представлен в копии, невозможно установить достоверно когда, кем и на основании чего он был составлен. При этом самим же истцом и представителем ответчика представлен другой график дежурства сторожей по ООО «ВОС 3» на март 2018 года, где фамилия истца отсутствует. Одновременно суд учитывает, что в марте 2018 года ФИО1 фактически свои трудовые функции не исполнял.

Представитель ответчика в судебном заседании отрицала продление трудовых отношений с истцом на основании названного трудового договора, указав, что с ФИО1 с 01 февраля 2018 года был заключен договор на оказание услуг № 

<

Номер обезличен>, в соответствии с которым исполнитель (ФИО1) взял на себя обязанность по заданию заказчика (ООО «ВОС 3») оказать услуги, указанные в п. 1.2. настоящего договора (оказать услуги сторожа 1 разряда), а заказчик принял на себя обязательство оплатить эти услуги (п. 1.1). Срок выполнения работ с 01 февраля 2018 года по 28 февраля 2018 года. Как пояснил в судебном заседании представитель ответчика, договор на оказание услуг был заключен с истцом поскольку в целях оптимизации расходов в первом-втором квартале 2018 года, здание водоочистной станции переводится на автоматизированную систему видеонаблюдения с выведением видеосигнала на пульт диспетчерской службы (конкретная дата перевода зависит от срока поставки необходимого оборудования, и заранее определить указанную дату невозможно) и необходимость в должности сторожа на основе трудовых отношений после автоматизации труда отпадает. 

Согласно реестру б/н от 

<

Дата обезличена> и платежному поручению 

<

Номер обезличен> от 01 марта 2018 года заработная плата ФИО1 за февраль 2018 года работодателем была перечислена. 

Вместе с тем суд критически относится к доводам истца о том, что с 01 февраля 2018 года ФИО1 был принят на работу в ООО «ВОС 3» по гражданско-правовому договору, поскольку данный договор не соответствует нормам гражданского законодательства.

В соответствии со ст. 779 ГК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Как следует из представленного договора на оказание услуг № 

<

Номер обезличен> от 01 февраля 2018 года, ФИО1 с указанным договором ознакомлен не был, поскольку отсутствует его подпись в названном договоре, а следовательно истец не мог знать какие права и обязанности на него возложены по указанному договору, в связи с чем в данном случае был нарушен принцип свободы договора. При этом, как пояснил представитель ответчика, о том, что ФИО1 был принят с 01 февраля 2018 года по договору гражданско-правового характера для выполнения работ по должности сторожа, истцу сообщалось в личной беседе кадровой службой. То есть, фактически ознакомиться истца с указанным договором не предлагали, поставив перед фактом заключения договора. С заявлением о заключении с ним гражданско-правового договора истец к ответчику также не обращался, в материалах дела имеется только заявление с просьбой о заключении с ним срочного трудового договора с февраля 2018 года.

Таким образом, с учетом того, что намерения на заключение гражданско-правового договора с ответчиком истец не выражал, никаких действий для этого не предпринимал, суд считает возможным расценить факт продолжения работы истца в ООО «ВОС 3» в феврале 2018 года как работу по трудовому договору 

<

Номер обезличен> от 03 февраля 2017 года после истечения срока действия трудового договора, то есть, условие о срочном характере трудового договора утратило силу, и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

Что же касается того, что в написанном им лично заявлении о приеме на работу он указал, что просит принять его на работу сроком на 1 год, то суд считает необходимым обратить внимание на следующее.

Так, в ст. 59 ТК РФ, установлен перечень случаев, в которых с работником может быть заключен срочный трудовой договор.

Представитель ответчика в судебном заседании указал, что у него имелись основания для заключения срочного трудового договора, так как руководством организации был запланирован в 2018 году переход на автоматизированную систему охраны здания водоочистной станции с целью оптимизации расходов.

В силу ст. 55 и ст. 56 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, достаточных и достоверных доказательств того, что на момент заключения срочного договора с истцом работодателем был запланирован в 2018 году переход на автоматизированную систему охраны здания водоочистной станции с целью оптимизации расходов, суду не представлено. Представленный стороной ответчика приказ «О сокращении численности работников», в котором указывается на оборудование здания водоочистной станции автоматизированной системой видеонаблюдения с выведением видеосигнала на пульт диспетчерской службы с целью оптимизации расходов датирован 13 марта 2018 года.

При этом, в соответствии с Уставом ООО «Водоочистная станция 3», общество создано без ограничения срока (п. 1.5), целью создания и деятельности общества является обеспечение стабильного функционирования и развития объектов жизнеобеспечения города для удовлетворения потребителей в водоснабжении, а также получение прибыли от реализации услуг по водоснабжению (п. 2.2); для достижения указанных целей общество наделяется имуществом, передаваемых ему собственником на праве оперативного управления, в аренду, субаренду.

Таким образом, с учетом того, что у ответчика в наличии имелась собственность, срок деятельности ответчика не ограничен, ответчик нуждался в услугах сторожа, указанная ставка в организации имелась, сведений о ее сокращении до марта 2018 года не представлено.

Кроме того, суд считает необходимым обратить внимание на следующее. 

Как следует из трудовой книжки истца, с 02 сентября 2010 года он осуществлял свою трудовую деятельность в ООО «Водоочистная станция 3». При этом ежегодно с ним заключались срочные трудовые договора, прерывание сроков между увольнением и новым принятием на работу отсутствовало. Данное обстоятельство также подтверждается представленными в суд трудовыми договорами (

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> (с дополнительным соглашением от 

<

Дата обезличена>)), приказами о приеме работника на работу (

<

Номер обезличен>к от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен>к от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен>к от 

<

Дата обезличена>, 

<

Номер обезличен> к от 

<

Дата обезличена>, № в/92к от 

<

Дата обезличена>). 

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО12 суду пояснила, что она работает в ООО «ВОС 3» в должности сторожа с 2013 года на основании постоянного трудового договора, в настоящее время подлежит сокращению с 

<

Дата обезличена> 2018 года в связи с автоматизацией системы охраны здания водоочистной станции с целью оптимизации расходов. Ей известно, что с ФИО1 постоянно перезаключали трудовой договор. Однако с 2013 года до момента увольнения ФИО1 она с ним выполняли одинаковые трудовые функции. Работа сторожа в ООО «ВОС 3» не является сезонной, а выполняется круглогодично.

Оценивая показания данного свидетеля, суд находит их достаточными, допустимыми и достоверными, поскольку свидетель была допрошена в судебном заседании, предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, ее показания не противоречат собранным по делу доказательствам и согласуются с ними.

Так о круглогодичности работы и выполнении одних и тех же функций истцом свидетельствуют заключаемые с ним с 2011 года трудовые договоры.

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в п. 14 своего Постановления от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции суд вправе с учетом обстоятельств каждого дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок.

При таких обстоятельствах, суд, разрешая исковые требования истца, признает требование ФИО1 о признании срочного трудового договора от 03 февраля 2017 года, заключенного между ним и ООО «Водоочистная станция 3», заключенным на неопределённый срок, законным, обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Поскольку у ответчика не имелось оснований для заключения с истцом срочного трудового договора и названный трудовой договор был признан судом заключенным на неопределенный срок, суд также удовлетворяет требование истца о признании незаконным увольнения по указанному трудовому договору по п. 2 ст. 77 ТК РФ.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Из п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года №2, следует, что работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

При таких обстоятельствах, требование истца о восстановлении на работе в прежней должности с 01 февраля 2018 года подлежит удовлетворению.

В силу ч. 2 ст. 394 ТК РФ, орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула. 

Как следует из правовой позиции Верховного Суда РФ, отраженной в п. 62 Постановления Пленума от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.

В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса РФ, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных данным Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного данной статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Согласно Положению об особенностях порядка исчисления средней заработной платы (утв. постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. № 922, с изменениями):

Для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат (п. 2) Для расчета среднего заработка не учитываются выплаты социального характера и иные выплаты, не относящиеся к оплате труда (материальная помощь, оплата стоимости питания, проезда, обучения, коммунальных услуг, отдыха и другие) (п. 3). При определении среднего заработка используется средний дневной заработок в следующих случаях: для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска и для других случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, кроме случая определения среднего заработка работников, которым установлен суммированный учет рабочего времени (п. 9). 

Как следует из справки, представленной ООО «Водоочистные станции 3», среднедневной заработок истца составлял 

<

данные изъяты>. Расчет и сумма среднедневного заработка истцом не оспаривается.

Определяя период вынужденного прогула, суд учитывает, что день увольнения является последним рабочим днем. Вместе с тем, ответчик проработал в ООО «ВОС 3» февраль 2018 года, за что получил заработную плату. 

Как установлено в судебном заседании, последним днем осуществления фактических трудовых отношений с работодателем являлось 28 февраля 2018 года.

Таким образом, подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула за период с 01 марта 2018 года по 25 мая 2018 года, следовательно, сумма среднего заработка за все время вынужденного прогула составит 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>,

<

данные изъяты>,

<

данные изъяты>,

<

данные изъяты> – где 20, 21 и 16 – количество рабочих дней, подлежащих оплате).

Разрешая требование ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного незаконным увольнением, в сумме 

<

данные изъяты>. суд учитывает следующее.

Статьей 237 Трудового кодекса РФ, установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ, в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Таким образом, решая вопрос о заявленном истцом требовании о взыскании компенсации морального вреда, суд считает его подлежащим удовлетворению в соответствии со ст. 151 ГК РФ и ст.ст. 237, 394 Трудового кодекса РФ, так как ООО «Водоочистная станция 3» незаконным увольнением нарушила трудовые права истца, в результате чего ему были причинены нравственные страдания, которые выразились в его переживаниях вызванных нарушением трудовых прав.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень нравственных страданий истицы, степень вины ответчика, а также суд руководствуется принципом разумности и справедливости и полагает обоснованным взыскать с ООО «Водоочистная станция 3» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>. 

Кроме того, в силу ст. 103 ГПК РФ, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты>.

Руководствуясь ст.194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Водоочистная станция 3» о признании увольнения незаконным, срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, удовлетворить.

Признать срочный трудовой договор от 03 февраля 2017 года, заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «Водоочистная станция 3» и ФИО1, заключенным на неопределенный срок.

Признать увольнение ФИО1 по срочному трудовому договору от 03 февраля 2017 года, заключенному между Обществом с ограниченной ответственностью «Водоочистная станция 3» и ФИО1, незаконным.

Восстановить ФИО1 на работе в Обществе с ограниченной ответственностью «Водоочистная станция 3» в должности сторожа с 

<

Дата обезличена>.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Водоочистная станция 3» в пользу ФИО1 

<

данные изъяты>, в том числе 

<

данные изъяты> – средний заработок за время вынужденного прогула с 1 марта 2018 года по 25 мая 2018 года, 

<

данные изъяты> – компенсацию морального вреда.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Водоочистная станция 3» государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты>. 

Решение в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд через Зейский районный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме.

Председательствующий 

Мотивированное решение изготовлено 30 мая 2018 года.

Председательствующий