Дело №2-11/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 февраля 2018 года Бийский городской суд Алтайского края в составе: 

председательствующего судьи Меньшиковой И.В.,

при секретаре Кузнецовой Н.В.,

с участием помощника прокурора Ануфриевой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО18 к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Новосибирской области, федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 9 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Новосибирской области», федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 54 Федеральной службы исполнения наказаний» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточнений) к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Новосибирской области, федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 9 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Новосибирской области», федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 54 Федеральной службы исполнения наказаний», в котором просит взыскать с ответчиков за счет средств казны РФ в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате ненадлежащих условий содержания при отбывании наказания в исправительном учреждении, в размере 1000000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что в соответствии с приговором Приобского районного суда г.Бийска от 25 сентября 2006 года истец была осуждена за совершение преступления, предусмотренного ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы. Для отбывания наказания была направлена в ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области, куда прибыла ДД.ММ.ГГГГ. В колонии были созданы не отвечающие требованиям безопасности условия для отбывания наказания женщин и лиц, страдающих туберкулезом легких, не была исключена возможность неконтролируемых контактов здоровых лиц и страдающих заболеванием, поскольку общими были места, в которых установлены таксофоны и телефонные аппараты для междугородней связи, бытовые и жилые помещения инфицированных больных располагались над жилыми помещениями, в которых истец была размещена среди женщин, не имеющих инфекционных заболеваний легких; была устроена общая система канализирования, сточные воды систем слива второго этажа, на котором располагались больные туберкулезом лица, проходили через систему первого этажа, на котором размещались здоровые женщины, в том числе, истец. После освобождения помещений в жилом корпусе, в котором для проживания на разных этажах здания были размещены здоровые и инфицированные осужденные, от пребывания инфицированных туберкулезом женщин, ремонт указанных помещений был организован без переселения с других этажей здоровых осужденных. В результате чего инфекция получила распространение перемещением пыли и строительного мусора из помещений, в которых размещались больные, вследствие проводимого слома строительных конструкций в этих помещениях. До начала проведения строительных работ надлежащим образом обеззараживание помещений, строительных конструкций не проводились, в связи с чем сами работы по разрушению используемых инфицированными больными помещений явились одним из способов распространения и передачи инфекции к здоровой части осужденных, среди которых была и истец. Кроме того, в исправительном учреждении с нарушением требований закона о периодичности профилактических медицинских осмотров, рентгенографических исследований легких проводились осмотры и обследования осужденных. Сведения медицинской документации на имя истца подтверждают доводы об отсутствии у последней заболевания легких ДД.ММ.ГГГГ Одновременно этими данными подтверждается нарушение порядка, периодичности обследований истца в период содержания в ИК-9. 

В результате чего, не имея до помещения в места лишения свободы заболевания 

<

данные изъяты>, истец была инфицирована, проходила лечение, что причиняло последней значительные физические и нравственные страдания. Как следует из истории болезни, 

<

данные изъяты> В медицинском заключении о трудоспособности в колонии-поселении от ДД.ММ.ГГГГ содержатся сведения о том, что рентгенография 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ особенностей не выявила. Для прохождения лечения истец была помещена в 

<

данные изъяты> ФКУЗ МСЧ-22, где находилась с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом 

<

данные изъяты>. Лечение было прекращено в связи с освобождением из мест лишения свободы. После освобождения истец продолжала лечение в КГБУЗ «

<

данные изъяты>», которым по результатам лечения выдана врачебная справка, из содержания которой следует, что в трудовой деятельности истцу противопоказана работа в дошкольных учреждениях, а также в условиях запыленности, загазованности, переохлаждения, тяжелый физический труд.

Поскольку, находясь в исправительной колонии, истец была помещена администрацией исправительного учреждения в опасные условия, в результате которых стал возможным контакт с инфекцией, возможность такого контакта не предотвращена и не исключена администрацией, именно администрация исправительного учреждения несет ответственность за причинение вреда здоровью истца.

Инфицирование заболеванием, передающимся исключительно контактным способом, является следствием неудовлетворительной предупредительно-профилактической функции администрации исправительного учреждения, прямым нарушением санитарно-эпидемиологических требований. Находясь в местах лишения свободы, истец полностью подчинялась установленному администрацией распорядку, не нарушала требований внутреннего распорядка, не уклонялась от прохождения медицинских осмотров и лечебно-профилактических мероприятий, что подтверждается отсутствием сведений о применении в отношении истца мер наказания за нарушение правил режима. 

В связи с вышеизложенными обстоятельствами, истец обратилась в суд с настоящим исковым заявлением.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2, действующая на основании ордера, исковые требования поддержали в полном объеме по указанным в иске основаниям.

Представители ответчиков ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области, ФСИН России ФИО3, ФКУЗ МСЧ-54 ФСИН России, ГУ ФСИН по Новосибирской области, ФСИН России ФИО4, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании возражали относительно удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменных отзывах, согласно которым полагают, что требования истца не основаны на нормах закона, документально не подтверждены, более того не соответствуют фактическим обстоятельствам. ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области была исключена возможность неконтролируемых контактов здоровых лиц и лиц, страдающих заболеваниями, а именно: телефонные звонки осужденных в ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись в отдельном здании «Пункт телефонных переговоров», находящемся на территории жилой зоны учреждения. Осужденные, больные 

<

данные изъяты>, осуществляли звонки непосредственно в отряде для 

<

данные изъяты> больных, в специальном помещении, в котором были установлены аппараты, в целях исключения распространения инфекции через использование телефонных трубок. В помещении отряда № 1 ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области, который располагался в здании общежития, канализация (чугунные трубы) осуществлялась в общесплавную самотечную канализационную сеть (городской коллектор), течи в системе канализации не было, трубы между собой герметично соединены. Система отопления, водоснабжения и канализации находилась в исправном состоянии и ремонта не требовала, соответственно, канализационные течи со второго этажа на первый этаж отсутствовали. В жилых отрядах имеется подводка питьевого водоснабжения. Качество воды отвечает требованиям СанПиН 2.1.4.1074-01 «Питьевая вода. Гигиенические требования к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения. Контроль качества». Сотрудниками филиала «Медицинская часть № 4» ФКУЗ МСЧ-54 ФСИН России ежеквартально осуществляется отбор проб питьевой воды на микробиологический показатель. Внутренняя система канализации здания- изолированная система трубопроводов и устройств в границах внешнего контура здания. Трубопроводы системы канализации выполнены из чугуна. Проникновение сточных вод или воздуха в помещения здания через стенки трубопровода канализационной системы исключено, благодаря физическим и химическим свойствам чугуна, из которого изготовлены данные трубопроводы. Кроме того, система канализации здания оборудована канализационным вентилируемым стояком, который, общаясь с атмосферой за пределами здания, способствует воздухообмену в трубопроводах канализационной сети. Санитарные приборы (унитазы, умывальники) оборудованы специальными конструктивными устройствами- сифонами, которые также исключают возможность проникновения воздуха и сточных вод из системы канализации в помещения здания. Капитальных ремонтов в здании общежития ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не проводилось, сломов строительных конструкций не было, внесение изменений в техническую документацию на здание не производилось, строительный мусор отсутствовал. За указанный период в здании общежития проводились только текущие косметические ремонты, а именно: покраска стен масляными красками, побелка потолков, покраска пола масляными красками, покраска оконных рам. По необходимости заменялось остекление, при этом осужденные перемещались в свободные жилые секции отряда. Вынос мусора осуществлялся через отдельные выходы каждого отряда. Дератизация и дезинсекция отряда № 1 проводилась ежемесячно. Согласно графику, утвержденному начальником учреждения, в помещении общежития отряда № 1 ежедневно производилась влажная уборка с применением дезинфицирующих средств, генеральная уборка один раз в неделю и проветривание помещений три раза в день, в летнее время на окнах устанавливались антимоскитные сетки. В целях исключения неконтролируемых контактов здоровых лиц от лиц, страдающих заболеваниями, ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области были предприняты следующие меры: при этапировании (прибытии в учреждении) все осужденные проходят медицинское обследование с целью выявления заболеваний; осужденная ФИО1 проживала в разных жилых секциях отряда № 1, окна которых выходили на запретную зону (металлический забор); вентиляция в жилых секциях и помещении дневного содержания естественная, контролировался режим проветривания; по прибытию в учреждение все осужденные полностью обеспечиваются спальным местом, тумбочкой, табуретом. ФИО1 была обеспечена спальными принадлежностями и вещевым имуществом. Осужденная ФИО1 была обеспечена трехразовым горячим питанием ежедневно в здании столовой ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области, выдача продуктов питания истцу производилась в полном объеме. Также осужденная ФИО1 приобретала продукты питания через магазин учреждения ежемесячно, согласно установленному графику при наличии денежных средств на лицевом счете. Осужденные, содержащиеся в отряде для 

<

данные изъяты>больных, питались непосредственно в самом стационаре в буфетной. Осужденные отряда № 1, в том числе ФИО1, осуществляли помывку в банно-прачечном комбинате учреждения. Осужденные, находящиеся в отряде для 

<

данные изъяты> больных, осуществляли помывку непосредственно в самом отряде, где имелись специальные комнаты, оборудованные душевыми лейками. В ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области был создан изолированный участок для содержания и лечения больных 

<

данные изъяты>, который располагался на втором этаже здания общежития с отдельным входом и был изолирован от других отрядов забором из профнастила сплошного заполнения высотой 4 м. Прогулка осужденных, болеющих 

<

данные изъяты>, осуществлялась в пределах изолированного участка, в масках. Следовательно, контакты больных осужденных со здоровыми на прогулках были полностью исключены. ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области были предприняты исчерпывающие меры в целях исключения контактов здоровой категории осужденных от больных. 

Учитывая анамнез, заболевание 

<

данные изъяты> у ФИО1 возникло в результате эндогенной активации латентной 

<

данные изъяты> инфекции (вторичный путь инфицирования). Со стороны истца не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии вины со стороны администрации ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области. При этом, ответчиком были приняты исчерпывающие меры в целях исключения контактов здоровой категории осужденных от больных. Истцом не представлено допустимых и достоверных доказательств, что инфицирование ФИО1 произошло именно при отбывании ее наказания в ФКУ ИК-9 УФСИН России по Новосибирской области. Также истцом не представлено доказательств, что инфицирование истца произошло аэрогенным путем, а не алиментарным или контактным. Вина должностных лиц ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области, ФКУЗ МСЧ-54 ФСИН России не установлена, причинно-следственная связь между действиями ответчиков и возникновением заболевания у истца не доказана. Сам факт возникновения заболевания в момент отбывания наказания не свидетельствует о том, что заболевание у истца возникло по вине ответчиков. Истцом не представлены доказательства причинения ей физических и нравственных страданий, не указан результат последствий якобы причиненных ей физических и нравственных страданий, а также не представлены бесспорные доказательства виновности действий должностных лиц государственных органов. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменном отзыве, согласно которому полагает, что Министерство финансов Российской Федерации не является надлежащим ответчиком по делу. Кроме того, истцом не доказаны виновные действия со стороны сотрудников ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области, а именно, что имели место нарушения при размещении подозреваемых, обвиняемых, осужденных в камерах, ненадлежащие условия содержания. Также ФИО1 не доказано наличие причинно-следственной связи, размер компенсации морального вреда не обоснован, является завышенным.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заслушав заключение помощника прокурора Ануфриевой О.А., суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконных действия (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу вышеприведенных положений закона, возмещение морального вреда возможно, если установлены факт незаконных действий (бездействия) государственных органов, нарушающих личные неимущественные права гражданина или посягающих на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, вина должностных лиц этих органов, а также причинно-следственная связь между названными действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде физических или нравственных страданий. Недоказанность одного из названных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении подобных требований.

Судом установлены следующие фактические обстоятельства дела.

В соответствии с приговором Приобского районного суда г.Бийска Алтайского края от 25 сентября 2006 года, с учетом определения Судебной коллегии по уголовным делам Алтайского краевого суда от 14 декабря 2006 года ФИО1 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.3 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.1 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.1 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.1 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1, ч.1 ст. 30 п.а ч.3 ст. 228-1 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ей назначено наказание в виде 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колони общего режима (л.д. 31-75, том 1). 

В соответствии с ответом на запрос суда ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 прибыла в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю ДД.ММ.ГГГГ из ФКУ СИЗО-2 г.Бийска «транзитом» и направлена ДД.ММ.ГГГГ в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Новосибирской области. Вновь прибыла в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю ДД.ММ.ГГГГ и убыла ДД.ММ.ГГГГ в ФКЛПУ КТБ-12 УФСИН России по Алтайскому краю (л.д. 105, том 1).

Согласно материалам дела, в том числе, сведениям, представленным ДД.ММ.ГГГГ начальником ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области, осужденная ФИО1 прибыла в данное учреждение ДД.ММ.ГГГГ, была распределена ДД.ММ.ГГГГ в отряд № 1, который находился в здании общежития ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области, инв.№. Во исполнение указания ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №т данный отряд был расформирован в ДД.ММ.ГГГГ, в связи с тем, что все осужденные были этапированы в другие субъекты Российской Федерации или освобождены по окончанию срока отбывания наказания. Осужденная ФИО1 проживала в разных жилых секциях отряда № 1, окна которых выходили на запретную зону (металлический забор). Спальное место определяется начальником отряда по прибытию осужденной в отряд и заносится в схему спальных мест, согласованную с отделом безопасности и оперативным отделом, заместителем начальника учреждения. Схема спальных мест обновляется по мере необходимости. Учет, ведение, хранение данных схем действующими нормативно-правовыми актами не предусмотрено. Осужденная ФИО1 распорядок дня соблюдала, отказов от работ не допускала. 

Согласно техническому паспорту на здание общежитие, площадь отряда № 1 составляет 472,1 кв.м., жилая- 420,1 кв.м. (технический паспорт, л.д. 40-53, том 2).

Из справки, составленной заместителем начальника ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области ФИО6, за период отбывания осужденной ФИО1 наказания в отряде № 1 санитарное состояние отряда было удовлетворительное, проводились генеральные уборки с использованием моющих и дезинфицирующих средств. В процессе эксплуатации здание отряда № 1 нуждалось в текущем косметическом ремонте, который проводился по мере необходимости, и включал в себя покраску стен и пола масляными красками, побелку потолков, покраску оконных рам. По мере необходимости заменялось остекление. Капитальные ремонты не проводились. Сломов строительных конструкций не было. Осужденная была обеспечена трехразовым горячим питанием. По прибытию в учреждение ФИО1 была полностью обеспечена постельными принадлежностями и вещевым имуществом, а также обеспечивалась ежемесячно гигиеническим пакетом индивидуального пользования. Еженедедьно посещала банно-прачечный комбинат, где осуществляла помывку и стирку личных вещей (л.д. 121, том 1). 

Из истории болезни осужденной ФИО1 установлено, что на плановом 

<

данные изъяты>-обследовании ДД.ММ.ГГГГ у нее был выявлен 

<

данные изъяты>. Для прохождения лечения она была помещена в 

<

данные изъяты> МСЧ-22, где находилась с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: 

<

данные изъяты>. Согласно справке, выданной ДД.ММ.ГГГГ КГБУЗ «

<

данные изъяты>», ФИО1 поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. 

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, истец указала на то, что в колонии не были обеспечены условия безопасности, не исключена возможность неконтролируемых контактов здоровых лиц и страдающих заболеванием. 

Из материалов дела следует, что в здании, в котором на первом этаже располагался отряд № 1, на втором этаже размещалось лечебно-профилактическое учреждение- стационар для 

<

данные изъяты> больных, которое ликвидировано с 2016 года.

Так, из справки, утвержденной начальником ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что здание, в котором находилось ЛПУ, имело общую площадь 1270 кв.м., на первом этаже находился отряд № 1, на втором этаже этого здания располагалось ЛПУ с жилой площадью 375,5 кв.м. Стационар для 

<

данные изъяты> больных рассчитан на 45 койко-мест. Стационар состоял из 2 

<

данные изъяты> отделений, которые в своем составе имели: ординаторскую, 2 процедурных кабинета, помещения для обработки мокроты, 2 умывальных с душем, 2 сан. узла, буфетную, 2 комнаты для приема пищи, 7 палат. В бытовые помещения подведено центральное горячее и холодное водоснабжение от городского водопровода, периодически проводился забор воды на анализ. Канализование здания осуществлялось в общесплавную самотечную канализационную сеть. Душевые комнаты оснащены душевыми лейками, так как помывка больных осуществлялась не в общей бане, а непосредственно в ЛПУ. Питание больных и здоровых осужденных осуществлялось строго по раздельности. Осужденные, находящиеся в стационаре, получали питание в буфетных. Здоровые осужденные получали питание в столовой учреждения. На этаже была оборудована отдельная комната ведения телефонных переговоров в целях исключения распространения инфекции через использование телефонных трубок. На этаже ЛПУ, в кабинетах и палатах были установлены специальные лампы для проведения бактерицидной обработки помещений, которая проводилась медицинским персоналом согласно графику. Также 1 раз в неделю проводились генеральные уборки с применением дезинфицирующих средств. Стирка белья осуществлялась в прачечной стационара. Жилое здание, в котором располагалось ЛПУ, было оборудовано двумя раздельными выходами. Выход с отряда № 1 расположен с торца здания. Выход на этаж ЛПУ располагался с фасада здания и был огорожен отдельным локальным сектором. Ограждение выполнено из профнастила сплошного заполнения высотой 4 м., исключающим проход посторонних осужденных. Между первым и вторым этажом были оборудованы два пожарных выхода, которые были постоянно закрыты и проверялись сотрудниками дежурной смены. Прогулка больных 

<

данные изъяты> осужденных осуществлялась в указанном локальном секторе в марлевых повязках. Неконтролируемые контакты больных и здоровых осужденных как в здании, так и на прогулке были исключены. В процессе эксплуатации здание нуждалось в текущем косметическом ремонте, который проводился как на первом этаже в отряде № 1, так и на втором в ЛПУ. За указанный период времени в здании проводились только текущие косметические ремонты: покраска стен и пола масляными красками, побелка потолков, покраска оконных рам. Капитальные ремонты не проводились. Сломов строительных конструкций не было. Система отопления, водоснабжения и канализации находилась в исправном состоянии и ремонта не требовала. Течи в системе канализации со второго этажа на первый не было, та как все трубы герметично соединены (л.д. 123-124, том 1). 

Стороной ответчика представлены акты санитарно-эпидемиологического обследования объектов филиала «Медицинская часть № 4» ФКУЗ МСЧ- 54 ФСИН России и ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 156-163, том 1), от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 164-170, том 1), от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 171-172, том 1), от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 173-174, том 1), согласно которым в ходе проведения плановых санитарно-эпидемиологические обследований 

<

данные изъяты> отделения установлено, что стационар для 

<

данные изъяты> больных, размещенный на 2-м этаже 2-х этажного кирпичного здания, имеет отдельный вход и локальный сектор, состоит из 2 туберкулезных отделений, которые в своем составе имеют: ординаторскую, 2 процедурных кабинета, анолитную, помещения для обработки мокроты, 2 умывальных с душем, 2 сан.узла, буфетную, 2 комнаты для приема пищи, 7 палат. Водоснабжение централизованное от городского водопровода. Канализование учреждения осуществляется в общесплавную самотечную канализационную сеть учреждения. Питание осужденных, находящихся на стационарном лечении, осуществляется в буфетных стационара 

<

данные изъяты> отделений. Пища доставляется в ведрах. Пациенты отделения обеспечены индивидуальными 

<

данные изъяты>. Стирка белья осуществляется в прачечной стационара. Обеззараживания белья больных из 

<

данные изъяты> отделения проводится. Помывка проводится в душевой по графику.

Согласно справке, составленной старшим врачом-эпидемиологом ООСЭН ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-54 ФСИН России ФИО8, за период с 2007 по 2016 гг. аварийных ситуаций, создающих угрозу санитарно-эпидемиологическому благополучию учреждения, на системе водоснабжения и отопления не зарегистрировано. Санитарно-техническое состояние инженерных коммуникаций систем водоснабжения в удовлетворительном состоянии. Нарушений законодательства Российской Федерации в части, касающейся организации водоснабжения учреждения, не выявлено (л.д. 175, том 1). 

Должностными лицами ФКУЗ МЧ-54 ФСИН России ежеквартально осуществлялся отбор проб питьевой воды на микробиологический показатель, что подтверждается протоколами санитарно-бактериологических исследований (л.д. 176-193).

Факты проведения в помещениях здания, в котором размещались отряды и ЛПУ, дезинсекции и дератизации подтверждены также журналом учета работы дезинфектора, начатого в январе 2009 года (л.д. 238-250, том 1; л.д. 1-6, том 2); актами оказания услуг по дезинсекции и дератизации (л.д. 225-233 том 2). Также со стороны ответчика представлен журнал ведения генеральных уборок ФКУ ИК-9, начатый ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 7-13, том 2). 

Согласно акту о проведении заключительной дезинфекции от ДД.ММ.ГГГГ, в день его составления была проведена заключительная дезинфекция всех помещений 

<

данные изъяты> отделения на 45 койко-мест филиала «Медицинская часть № 4» ФКУЗ МСЧ-54 ФСИН России, в связи с убытием всех пациентов из отделения. Для дезинфекции использован дезинфицирующий раствор анавидин- комплит 1%, метод дезинфекции-орошение поверхностей с использованием портативного гидропульта, однократно. Общая площадь обрабатываемых помещений 453,7 кв.м. (л.д. 216, том 2).

В соответствии со справкой, составленной начальником ОКБ, ИиХО ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области ФИО9, в период с 2007 по 2015 в помещениях отряда № 1 и ЛПУ проводились текущие ремонты не менее 1 раза в полугодие. При проведении ремонтных работ в помещениях отрядов осужденные находились в свободных жилых секциях (л.л 222, том 2). 

Из справки от ДД.ММ.ГГГГ, составленной заместителем начальника ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области ФИО10, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осужденным отряда № 1 и ДПК предоставлялись телефонные переговоры согласно п.84-87 приказа Минюста России от 03.11.205 № 205 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», ст. 92 УИК Российской Федерации. В целях бухгалтерского учета денежных средств, потраченных осужденными при осуществлении телефонных переговоров (для здоровых осужденных) и в 

<

данные изъяты> отделении (для осужденных, больных 

<

данные изъяты>) велись отдельные журналы (тетради) учета телефонных переговоров. Ведение и хранение указанных журналов действующим нормативно-правовыми документами не предусмотрено. Поэтому, после закрытия 

<

данные изъяты> отделения в феврале 2016 года и ликвидации отряда № 1 в январе 2016 во исполнение указания ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №т, журналы (тетради) учета телефонных переговоров были уничтожены (л.д. 224, том 2).

В соответствии с актом об уничтожении документации от ДД.ММ.ГГГГ установлено уничтожение следующих журналов: журналов учета работы бактерицидной лампы за 2014-2015 г.г.; журналов учета проведения генеральных уборок помещений за 2014-2015 гг., журнала санитарного состояния ЛПУ-1, ЛПУ-2 за 2013-2015 г.г.; журнала контроля температурного режима ЛПУ-1, ЛПУ-2 за 2013-2015 г.г., журнала учета забора анализов 

<

данные изъяты> за 2013-2015 г.г., журнала учета процедур за 2015 год, журнала регистрации аварийных ситуаций с кровью за 2012-2015 г.г., журнала сдачи медицинских отходов класса Б, класса В за 2013-2015 гг., журнала учета получения и расхода спирта за 2011-2013 гг., журнала учета получения и расхода шприцев за 2013-2015 г.г., журнала получения медикаментов из аптеки 2014-2015г., журнала учета представлений на ЦВКК 2010-2015, журнала учета движения больных 

<

данные изъяты> за 2011-2015 г.г. (л.д. 241, том 2).

В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца по настоящему делу была назначена судебная медицинская экспертиза.

Согласно заключению №, выполненному ДД.ММ.ГГГГ КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», из представленных медицинских документов следует, что при плановом 

<

данные изъяты> обследовании ФИО1 16 и ДД.ММ.ГГГГ был установлен диагноз 

<

данные изъяты> В данном случае установить, каким путем и где произошло заражение 

<

данные изъяты> ФИО1, по представленным материалам дела и медицинским документам невозможно. Учитывая характер и выраженность 

<

данные изъяты>, при проведении 

<

данные изъяты> исследования (16 и ДД.ММ.ГГГГ) с признаками 

<

данные изъяты>, экспертная комиссия считает, что 

<

данные изъяты> у ФИО1 возник не менее, чем за несколько месяцев до проведения 

<

данные изъяты> в январе 2016 года. При этом, судя по отсутствию патологических изменений 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, заболевание ФИО1 

<

данные изъяты> произошло после марта 2015 г. Более точно, по имеющимся данным установить давность заболевания 

<

данные изъяты> ФИО1, не представляется возможным. В период содержания ФИО1 в ФКУ «ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь по поводу имевшихся у нее заболеваний (

<

данные изъяты>) оказывалась правильно и в полном объеме. Профилактические медицинские осмотры истицы за этот период проводились ежегодно, в соответствии с п.43 Приказа Минздравсцразвития России, Минюста России от 17.10.2005 № 640/190 «О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу». 

<

данные изъяты> проводилось истице также ежегодно. Однако, это не соответствует требованиям п.45 вышеназванного Приказа, где указано, что такие исследования должны проводиться 1 раз в 6 месяцев. Вместе с тем, экспертная комиссия не может достоверно утверждать, что проведение 

<

данные изъяты> ФИО1 в сентябре 2015 года (через 6 месяцев от 

<

данные изъяты> в марте 2015 г.), с учетом характера течения 

<

данные изъяты>, позволило бы выявить у истицы в это время 

<

данные изъяты>. Кроме того, непроведение 

<

данные изъяты> ФИО1 в сентябре 2015 г. не находится в причинно-следственной связи с развившимся у нее заболеванием- 

<

данные изъяты>. В связи с выявленным у ФИО1 в январе 2016 г. 

<

данные изъяты>», ей было назначено соответствующее лечение, которое она проходила стационарно, в 

<

данные изъяты> отделении ТБ ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а затем амбулаторно в КГБУЗ «

<

данные изъяты>» до ДД.ММ.ГГГГ С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была выписана к труду с диагнозом «

<

данные изъяты>». Наступившее у истицы «

<

данные изъяты>» не требует проведения какого-либо лечения, однако необходимо диспансерное наблюдение в течение 3-х лет, с ограничением в этот период способности к труду (противопоказана работа в дошкольных учреждениях, а также работа, связанная с запыленностью, загазованностью, переохлаждением, тяжелым физическим трудом). В соответствии с п.24 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждённых Приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 № 194н, «ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью заболевания, …не рассматривается как причинение вреда здоровью». Согласно представленным медицинским документам, у ФИО1, кроме самостоятельных хронических заболеваний, указанных в п.2, в период ее нахождения на стационарном лечении в 

<

данные изъяты> ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были выявлены следующие заболевания: 

<

данные изъяты>. Возникновение и характер течения этих заболеваний не связан с имевшимся у истицы 

<

данные изъяты>. Каких-либо сведений о наличии у ФИО1 «

<

данные изъяты>» в представленных медицинских документах не имеется (л.д. 141-151, том 2).

У суда не имеется оснований сомневаться в правильности и обоснованности экспертного заключения, поскольку все члены комиссии являются специалистами с большим стажем работы, соответствующим медицинским образованием и квалификацией, что свидетельствует о наличии у них специальных познаний в области медицины, в том числе, в области фтизиатрии, а также все они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, что подтверждается заключением экспертов. Кроме того, экспертами при проведении исследования использовались как материалы настоящего дела, так и медицинские документы ФИО1, а также результаты 

<

данные изъяты>).

В ходе судебного разбирательства была допрошена в качестве специалиста главный 

<

данные изъяты> врач отдела организации лечебно- профилактической работы ФКУЗ «МСЧ № 54 ФСИН» ФИО11, которая показала, что при отсутствии аварий в канализационной сети, заражение 

<

данные изъяты> ФИО1 маловероятно, в этом случае, форма заболевания была бы иной. Локализация и разделение больных людей от здоровых является основным путем ограничения распространения данного заболевания. В случае локализации от 

<

данные изъяты> очага, при соблюдении гигиенических норм здоровым человеком заражение исключено. Период времени между заражением и развитием инфильтративной формы заболевания является различным, зависит от индивидуальных особенностей организма. Нарушение периодичности прохождения рентгенологического исследования не создает угрозу развития заболевания 

<

данные изъяты> при условии удовлетворительного состояния здоровья. 

В Российской Федерации в силу ст. 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

На основании Указа Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314 «Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний» и Положения «О Федеральной службе исполнения наказаний» деятельность всех учреждений и органов уголовно-исполнительной системы должна быть сконцентрирована на обеспечении охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в том числе на создании ими условий содержания, соответствующих нормам международного права, Конвенции о защите прав человека и основных свобод и федеральным законам.

В развитие закрепленных конституционных принципов Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (ст. 4).

Согласно ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации. 

В уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части, а для содержания и амбулаторного лечения осужденных, больных открытой формой туберкулеза, алкоголизмом и наркоманией,- лечебные исправительные учреждения. 

Администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных. 

Порядок оказания медицинской помощи осужденным в условиях исправительных учреждений регламентировался до 19.02.2018 года приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ и Министерства юстиции РФ от 17.10.2005 № 640/190 «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу». Таким образом, вышеуказанный Порядок подлежал применению на период отбывания истцом наказания в исправительном учреждении.

Организация медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным включает комплекс профилактических, лечебно-диагностических мероприятий, направленных на обеспечение их прав на охрану здоровья (п.8 Порядка).

Пунктом 317 Порядка предусмотрено изолированное и раздельное содержание больных активным туберкулезом от лиц, не состоящих на диспансерном учете по поводу данного заболевания.

Организация и проведение комплекса противотуберкулезных мероприятий, в том числе санитарно-просветительная работа по вопросам профилактики, раннего выявления туберкулеза и контролируемого лечения больных, страдающих туберкулезом, оказание противотуберкулезной помощи регламентированы в п.п. 315-356 Порядка.

В соответствии с п.45 Порядка предусмотрено проведение флюорографии (рентгенографии) органов грудной клетки 1 раз в 6 месяцев.

Аналогичные положения изложены в п.31 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденного приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285.

Обратившись с настоящим иском в суд, истец обосновывала свои требования тем, что заболевание 

<

данные изъяты> она приобрела в период отбывания наказания в ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области в связи с ненадлежащими условиями ее содержания и некачественно оказанными медицинскими услугами. 

Согласно положениям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив все доказательства, суд приходит к выводу о том, что иск ФИО1 подлежит удовлетворению частично. В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. Суд полагает, что стороной истца не представлено достаточных доказательств того, что заболевание 

<

данные изъяты> произошло в результате бездействия должностных лиц ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области. Напротив, из материалов дела следует, что ФИО1 содержалась в помещениях, техническое и санитарное состояние которых соответствовало санитарным нормам и правилам, со стороны администрации исправительного учреждения была исключена возможность неконтролируемых контактов здоровых лиц и страдающих заболеванием, поскольку осужденные, страдающие туберкулезом, имели отдельные помещения для приема пищи, гигиенических процедур, телефонных переговоров, прогулки указанной категории лиц осуществлялись в пределах изолированных участков. Доказательств проведения капитального ремонта в помещениях общежития и ЛПУ не представлено, в связи с чем, доводы о распространении инфекции перемещением пыли и строительного мусора являются необоснованными и подлежат отклонению. При этом судом принимается во внимание, что после закрытия 

<

данные изъяты> отделения исправительным учреждением была проведена соответствующая дезинфекция помещения. Факт расположение стационара на втором этаже над помещением отряда не может служить бесспорным доказательством того, что исправительное учреждение является причинителем вреда, и того, что заболевание возникло у истца вследствие ее ненадлежащего содержания в исправительном учреждении, поскольку данное расположение является целесообразным, исходя из механизма передачи 

<

данные изъяты> инфекции, что подтверждается ответом ФГБУ «

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ Передача 

<

данные изъяты> инфекции через общую систему канализирования маловероятна, только в случае, аварийных ситуаций, которых в период отбывания ФИО1 наказания не выявлено. 

В своих решениях Европейский Суд по правам человека неоднократно указывал на то, что микобактерия туберкулеза, также известная как «палочка Коха», может некоторое время находиться в организме в скрытом состоянии, без проявления каких-либо клинических симптомов заболевания, а сам по себе факт заражения заявителя туберкулезом во время нахождения в местах лишения свободы не составляет нарушения ст. 3 Конвенции при условии, что больному было предоставлено надлежащее лечение (постановление Европейского Суда от 21.12.2010 по делу «Гладкий против Российской Федерации», постановление Европейского Суда от 05.04.2011 «Васюков против Российской Федерации»).

В силу вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено объективных и бесспорных доказательств, свидетельствующих о причинении вреда ее здоровью незаконными действиями (бездействием) должностных лиц ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Новосибирской области, наличии причинно-следственной связи между их действиями (бездействием) и наступившими последствиями, а также доказательств нарушения ее прав условиями содержания, способствовавшими возникновению заболевания 

<

данные изъяты>. При этом судом принимается во внимание, что на период отбывания ФИО1 в исправительном учреждении, последней оказывались надлежащие медицинские услуги в полном объеме. Вместе с тем, суд приходит к выводу, что доводы истца о взыскании компенсации морального вреда частично заслуживают внимание. В судебном заседании установлено, что истец не отказывалась от прохождения медицинских процедур, включая рентгенологическое исследование и клинические анализы. Однако между 

<

данные изъяты> исследованием 12.03.2015 года и 16.01.2016 года прошло 10 месяцев, тогда как плановое обследование должно было быть осуществлено не позднее 12.09.2015 года. При этом, из заключения экспертов следует, что комиссия не может достоверно утверждать о том, что своевременное проведение 

<

данные изъяты> в сентябре 2015 года позволило бы выявить у истицы заболевание, что не отрицает наличие возможности своевременного диагностирования заболевания у истца в случае проведения обследования в установленный срок. Доказательств обратного стороной ответчика не представлено, равно как и не опровергнуты доводы истца о том, что данная задержка обследования при отсутствии лечения могла усугубить состояние здоровья истца, в том числе, вследствие позднего начала лечения, что могло явиться в дальнейшем ключевым фактором эффективного лечения ФИО1 Таким образом, в результате бездействия ФКУЗ «МСЧ-54 ФСИН России», ФКУ ИК-9 ГУФСИН по Новосибирской области, выразившегося в несвоевременном проведении медицинского обследования (

<

данные изъяты>), ФИО1 были причинены нравственные страдания. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства данного дела, сущность допущенного нарушения и его последствия, личность истца, в связи с чем, полагает разумным и справедливым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей. 

В ст. 16 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена обязанность возмещения Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием убытков, причиненных гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу подп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Согласно пп.6 п.7 Положения Федеральной службы исполнения наказаний России, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций осуществляет ФСИН России.

Ст. 5 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что в уголовно-исполнительную систему входят следственные изоляторы, предприятия, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы.

В связи с вышеизложенным, надлежащим ответчиком по требованиям истца является Федеральная служба исполнения наказаний России, выступающая от имени Российской Федерации, с которой подлежат взысканию денежные средства в пользу истца за счет казны Российской Федерации. 

Таким образом, требования истца к ответчику ФСИН России подлежат частичному удовлетворению, в остальной части его требования, в том числе, предъявленные к Министерству финансов Российской Федерации, ГУ ФСИН по Новосибирской области, ФКУ ИК 9 ГУФСИН России по Новосибирской области, ФКУЗ «МСЧ 54 ФСИН России» подлежат отклонению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 ФИО19 удовлетворить частично.

Взыскать с Федеральной службы исполнения наказаний России за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 ФИО20 компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска, а также в удовлетворении исковых требований, предъявленных к ответчикам Министерству финансов Российской Федерации, Главному управлению Федеральной службе исполнения наказаний по Новосибирской области, федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 9 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Новосибирской области», федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 54 Федеральной службы исполнения наказаний» отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья: И.В.Меньшикова