Дело № 2- 148/2026

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Алагир 5 февраля 2026 года

Алагирский районный суд РСО-Алания в составе председательствующего судьи Томаева К.П.,

при секретаре Магкеевой А.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика АМС Алагирского района РСО-Алания – ФИО2, действующей по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,- президента 

<

данные изъяты> ФИО27

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Комитету по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания, АМС Алагирского района РСО-Алания о признании незаконными приказа и постановления, взыскании морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Комитету по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания, АМС Алагирского района РСО-Алания о признании незаконным приказа Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания № 86 от 4.07.2018 года «Об утверждении предмета охраны объекта культурного наследия регионального значения «

<

данные изъяты>, признании незаконным постановления АМС Алагирского района РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «О предоставлении Фонду по сохранению исторического наследия фамилии ФИО3 

<

данные изъяты> в безвозмездное пользование недвижимого имущества», взыскании с Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания морального вреда в размере 100 000,00 рублей. В обосновании иска указал, что по заказу Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания была проведена государственная историко-культурная экспертиза экспертом Свидетель №1, которому необходимо было выявить объекты культурного наследия в целях обоснования целесообразности включения данных объектов (Башня в 

<

адрес>» в единый государственный реестр объектов культурного наследия народов Российской Федерации. ДД.ММ.ГГГГ эксперт Свидетель №1, окончив экспертизу, пришел к выводу: «Вывод экспертизы. Включение выявленного объекта культурного наследия 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес> (адрес согласно Приказу Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Перечня выявленных объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания») в Единый реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в качестве объекта культурного наследия регионального значения является обособленным и целесообразным». С выводом эксперта истец согласен частично, то есть не согласен с выводом эксперта об историческом названии и сведениях о собственнике башни, то есть 

<

данные изъяты> Так, ему с детства от родителей и старших фамилии известно, что указанная башня в 

<

адрес> принадлежала и строилась жителями 

<

адрес>, то есть ФИО24, Г-выми, К-выми и в том числе ФИО3, последние в то время считались и писались ФИО24. Позиция истца в данном вопросе такова, чтобы не создавать напряженность и неприязнь в отношениях между фамилиями, проживавших ранее в заброшенном сейчас 

<

адрес>, в ходе выяснения принадлежности указанной башни той или иной фамилии, нужно направить свою энергию и средства на сохранение, на увековечение памятника наших предков. Согласно научным работам, указанная башня была сторожевой и служила для населения села как оборонительная башня, об этом свидетельствуют размеры башни и наличие бойниц, никаких признаков в ней нет, говорящих о том, что башня была жильем. С целью примирить стороны, истцом неоднократно проводились беседы с представителями фамилии ФИО3, которых он считал и считает своим названными братьями, но их переговоры положительных результатов не принесли. Заключение эксперта Свидетель №1 считает надуманным, не основанным на доказательствах, и свои доводы истец изложил в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ на имя председателя Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания ФИО7, и просил в заявлении назначить повторную экспертизу для устранения допущенных нарушений экспертом Свидетель №1, и внести изменения в приказ комитета, указав в нем историческое название башни 

<

данные изъяты>. Однако ДД.ММ.ГГГГ истцу вручили ответ Комитета о том, что экспертиза проведена в соответствии с Федеральным законом, и в случае несогласия с решением комитета ФИО1 может обжаловать указанное решение в суд на основании п. 3 ст. 32 ФЗ -373 от ДД.ММ.ГГГГ. В указанном немотивированном ответе не были опровергнуты доводы истца о необъективности проведенной экспертизы, которая была проведена без участия заинтересованных сторон с фальсификацией исторических документов. В ходе экспертизы нарушен принцип «достоверности и полноты информации, представляемой заинтересованными лицами на историко-культурную экспертизу», что согласно закону, влечет признание указанной экспертизы ничтожной и незаконной. На основании изложенного, и, руководствуясь ст. 29, абз. 2, ч.2, ст. 32 Ф3 от ДД.ММ.ГГГГ № «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры народов Российской Федерации» гласящей: «В случае несогласия с заключением историко-культурной экспертизы соответствующий орган охраны объектов культурного наследия по собственной инициативе либо по заявлению заинтересованного лица вправе назначить повторную экспертизу в порядке, установленном Правительством Российской Федерации». Из-за не полноты исследования, необъективности, искажении исторических фактов и документов, допущенных при проведении экспертизы, необходимо провести повторную экспертизу, для устранения недостатков, указанных выше. В результате необоснованного немотивированного отказа Комитетом по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания истцу был причинен моральный вред, который выразился в подрыве его доверия к органам власти, веру в справедливость и объективность. Указанный вред он оценивает в 100 000 рублей, и просит взыскать их с Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания. На основании надуманного вывода акта государственной историко-культурной экспертизы выявленного объекта культурного наследия башня, расположенного 

<

адрес>) от ДД.ММ.ГГГГ, Комитетом по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания был издан приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому башня в 

<

адрес> утверждена предметом охраны объекта культурного наследия регионального значения и ей присвоено название 

<

данные изъяты> и утверждены границы территории объекта. Данный приказ считает незаконным и подлежащим отмене, так как комитету необходимо было изучить акт указанной экспертизы, проверить соответствие доводов эксперта с материалами исследования, привлечь для участия в экспертизе заинтересованных лиц, то есть представителей фамилии ФИО24 и других фамилий, проживавших в 

<

адрес>, о которых эксперт пишет в акте практически на каждой странице, но вместе с тем не соизволил привлечь их в качестве свидетелей происхождения и исторического названия башни, нарушив тем самым принцип «достоверности и полноты информации, представляемой заинтересованными лицами на историко-культурную экспертизу». Постановлением АМС Алагирского района от ДД.ММ.ГГГГ «О предоставлении Фонду по сохранению исторического наследия фамилии ФИО3 «Башня ФИО3» в безвозмездное пользование недвижимого имущества», считает незаконным передачу указанной башни в безвозмездное пользование Фонду по сохранению исторического наследия фамилии ФИО3, так как это было сделано без учета мнения фамилии ФИО24, которые были заинтересованной стороной, о чем было известно АМС Алагирского района, так как ФИО24 запрашивали информацию о статусе указанной башни, АМС Алагирского района сообщала, что не обладает такой информацией, а вместе с тем передала башню ФИО3 в аренду, чем грубо нарушаются права других фамилий. Указанное постановление по запросу истца АМС Алагирского района не представила, сославшись на то, что все земельные документы последних трех лет переданы для проверки в МВД РСО-Алания.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, при этом пояснил, что выводом эксперта согласен частично, то есть не согласен с выводом эксперта об историческом названии башни, то есть 

<

данные изъяты> так ему с детства от родителей и старших фамилии известно, что указанная башня в 

<

адрес> принадлежала и строилась жителями 

<

адрес>, то есть ФИО24, Г-выми, К-выми и, в том числе ФИО3. Последние в то время считались и писались ФИО24. Его позиция в данном вопросе и остальных ФИО24, чтобы не создавать напряженность и неприязнь в отношениях между фамилиями ФИО24 и ФИО3, в процессе выяснения принадлежности указанной башни той или иной фамилии, а направить свою энергию и средства на сохранение совместными усилиями памятника их предков. Считает, что документально не сохранилось доказательств, того, кто строил и владел указанной башней, и в данном случае нужно признать указанную башню общей всех фамилий, кто в то время проживал в 

<

адрес>. Согласно научным работам башня была сторожевой и служила для населения села как оборонительная, об этом свидетельствуют размеры башни и наличие бойниц, никаких признаков, говорящих о том, что башня была жильем нет. С целью примирить стороны им неоднократно проводились беседы с представителями фамилии ФИО3, которых считал и считает своими названными братьями, но переговоры положительных результатов не принесли, провести повторную экспертизу также не удается, так как эксперты отказываются входить в отношении спорящих фамилий, и ФИО1 вынужден обратиться в суд, где надеется доказать свою позицию. Заключение эксперта Свидетель №1 считает надуманным, не основанным на доказательствах, вместе с тем приведет свои доводы, которые опровергнут бездоказательные выводы эксперта ФИО8. Во-первых, согласно акта экспертизы первопоселенцами 

<

адрес> были фамилия ФИО24 «Только из статуса первопоселенцев следует правовой и военно-политический приоритет, ярким выражением которого служило исключительное право на строительство башни». Пишет эксперт Свидетель №1 (Акт эксперта л.д.9, абз1), с этим выводом эксперта ФИО1 согласен, так как бесспорно свидетельствует о том, что только первопоселенцы, то есть фамилия ФИО24, обладала правом строительства башни, а не другая фамилия. Данная башня имела сигнально-оборонительное назначение с учетом наличия бойниц на башне, размеры башни, и строили ее совместно все жители 

<

адрес>, историческое ее название 

<

данные изъяты> Во-вторых, вывод эксперта о том, что ФИО3 произошли из рода ФИО24 не соответствует действительности. ( Акт эксперта л.д.4,абз.2), так как старшие ФИО24 и сами ФИО3 отрицают кровную связь между собой, этот факт подтверждается и профессором ФИО9 в его книге «Осетинские фамилии», что « У Бешола было семь сыновей Абай, Пыци, Сауджен, Габо, Шамат, Кочи, Дежи. У Дежи, сына Бешола, было пять сыновей: Джиго, Арсаг, Тембол, Гуда, Гаси. Потомками Дежи являются ФИО24 (из городов Алагир и Дигора), А-вы и Г-вы. Родственными фамилиями ФИО24 являются А-вы и Г-вы. То есть никакого сына Цыда у Бешола не было, как указано в акте эксперта (лист акта 5, абз.2). ФИО1 с детства известно от старших, что ФИО3 были названными братьями ФИО24, и относились к ним как к близким друзьям. Доказательством отсутствия кровного родства является и наличие межфамильных браков, уже в 20-м веке ФИО24 брали в жёны девушек у ФИО3, в свою очередь ФИО3 брали девушек у ФИО24. Всем известно, что осетины не берут в жёны своих сестёр. В - третьих, в своем акте эксперт Свидетель №1 пишет: «Последний исторический период социальной и военно-политической востребованности башенного строительства приходится на конец XVII - первую половину XVIII в., когда перенаселение и рост внешней опасности обострили борьбу за ресурсы и статусы. Можно предполагать, что башня ФИО3 была возведена в ту эпоху, непосредственно предшествовавшую присоединению Алании-Осетии к Российской империи. Косвенным подтверждением такой датировки может служить численность (пять семей) и обособленность этой фамилии к середине XIX в. - через три-четыре поколения от предков-строителей башни.» ( лист акта 9, абз.2). Первое упоминание о фамилии ФИО3 произошло только в 1856 г. ( акт л.д.8, абз.1), в письменных документах переписи населения 1886 г. указывалось например Хазби ФИО25 /он же ФИО3, то есть даже в указанный год ФИО3 писались ФИО24. Напрашивается вопрос: «Кому в таком случае принадлежала башня 150 лет, то есть между указанными выше датами, то есть с 1700-1886 г.г.?» В-четвертых: эксперт Свидетель №1 в акте указал, что одним из доказательств принадлежности башни ФИО3 является то, что рядом с башней стоял дом ФИО3 Каку ( лист акта 7, абз.5. сноска 23), однако ФИО1 в архиве РСО-Алания был истребован оригинал указанного документа ( копия прилагается), где черным по белому записано, что главой из семей ФИО24 Алагирского общества Кусагонского племени был ФИО25 Каку, а не ФИО3, более того там не указано, где Каку проживал. Для убедительности своих надуманных выводов эксперт подтвердил пояснениями своих информаторов (лист акта 11), что около башни в 

<

адрес> проживали ФИО3, с пояснениями которых эксперт отказался ознакомить, мотивируя тем, что представит их суду. Документа под шифром Ф-30 вообще в архиве нет, что, по мнению истца, является фальсификацией подлинности исторических документов, то есть банально сфабрикованы доказательства в пользу ФИО3. Свидетель №1 был официально предупрежден перед написанием указанно акта: «Настоящим подтверждаю что предупрежден об ответственности за достоверность сведений, изложенных в заключении экспертизы, в соответствии с законодательством Российской Федерации, содержание которого мне известно и понятно. Свидетель №1 І акт л.д. 2». Свидетели, которых истец представит суду, утверждают, что все жители башню называли просто как « Башня Тхамон», не причисляя ее к какой-либо фамилии, так указанную башню в своей книге описал и историк ФИО6. В-шестых, в акте экспертизы красной нитью проходит указание на то, что фамилия ФИО3 по статусу была выше фамилии ФИО24, что, по крайней мере, считает некорректным и способствует возникновению неприязни между представителями двух фамилий. Доказательством того, что фамилия ФИО24 по статусу была выше ФИО3 свидетельствует то обстоятельство, что фамилия ФИО3 обрела самостоятельность только 1890 г., а ранее считались ФИО24, что они сами не отрицают, и подтверждается материалами переписи населения 1886 г. (копия прилагается). О статусе ФИО24 говорит и то обстоятельство, что представители фамилии истца были в Алагирском ущелье судьями; в положении фарсаглагов ( осет. -человек, который независим в спорах, у которого просят совета, но в акте эксперт Свидетель №1 намерено исказил перевод, назвав фарсаглагов- посторонним человеком), так например Бепузар ФИО25 был фарсаглагом от Алагирского ущелья для разборов земельных споров, ФИО24 подавали прошения для признания их узденей, то есть высшим сословием, по переписи 1926 г. в 

<

адрес> проживало 35 семей ФИО24, а ФИО3 -6. В данное время в Осетии более 500 дворов ФИО24, а ФИО3 около 50. Доводы о том, что ФИО3 обращались к власти о закреплении за ними каких-то земель, и что у них с утра якобы кипел суп, не свидетельствует об их высоком статусе, так как нет доказательств, что ФИО3 предоставили в собственность земли, и что другие жители 

<

адрес> голодали, когда ФИО3 ели с утра суп. В-седьмых, происхождение фамилии ФИО3 подробно описано в книге ФИО11 

<

данные изъяты>, изданной в 2006 году с участием старших ФИО24 Павла, Ивана и Хазби, согласно которой в 

<

адрес> проживал ФИО25 Брак, который со своим другом из Дигорского ущелья Баде совершал набеги на кабардинские земли и угонял скот у богатых князей. Очередной раз они вновь угнали большое количество скота и пригнали их в Алагирское ущелье. Вместе с ними в Осетию перебралась семья Цыда, который пас и охранял скот князя, так как боялся гнева князя за то, что он допустил угон скота. ФИО25 Брак приютил Цыда, построил ему дом около себя в 

<

адрес>, и с тех пор Цыда и члены его семьи писались ФИО24 вплоть до 20 века. ФИО3, в своем рассказе «Гость», напечатанном в номере 11 в 1980 года в журнале «Мах Дуг», описал взаимоотношения между ФИО24 и ФИО3. Так, согласно этого рассказа, в 1850 году житель Дигорского ущелья ФИО5 Баде отправился в гости в 

<

адрес> ущелья к сыну своего друга ФИО3 Дыдже. ФИО3 Дыдже зарезал в честь Баде барана и позвал соседей в гости, застолье продолжалось допоздна. На утро Баде приказал Дыдже гнать свой скот к нему домой в Дигорское ущелье. Одна девушка, увидев этот беспредел, побежала звать на помощь ФИО24 Брака, который находился в это время на сенокосе. Выслушав рассказ девушки, Брак сел на лошадь и поскакал на помощь Дыдже, прискакав к ним, он спросил Баде почему он так обращается с Дыдже, на что Баде грубо ему ответил, что его это не касается, и отошел с дороги. Тогда Брак предложил Баде сразиться с ним в поединке, и кто победит, тот и будет решать судьбу Дыдже. Дыдже старался предотвратить схватку, говоря им, что не стоит из-за него проливать кровь таких людей, но схватка началась, и Брак победил Баде, но не стал его убивать, и отпустил его домой. Из этого рассказа следует, что девушка побежала звать на помощь ФИО24, а не родственников ФИО3, которые с подачи эксперта Свидетель №1 были самой сильной и влиятельной фамилией в 

<

адрес>. Вряд ли кто заподозрит ярого антисоветчика писателя ФИО28 в предвзятости в описании реальной истории и невымышленными персонажами. Историк ФИО6 в своей книге «Средневековые историко-архитектурные памятники Северной Осетии», издательство ИР 1984 года, описал башню в 

<

адрес>, и указал, что башня была оборонительная, а не жилая, о чем свидетельствуют наличие на башне бойниц и размеры башни 4 на 4 метра, при этом он не указал, кому принадлежала башня, понимая, что она могла быть общей жителей 

<

адрес>, поэтому в книге обозначена «Башня Тхамон». ФИО10 в своей статье в газете «Растдзинад» ДД.ММ.ГГГГ описал фамилии ФИО24, Г-вых и А-вых. Об этом ФИО22 писал и в газете «Осетия сегодня» июля 2005 г. Он писал, что ФИО25 Брах построил в 

<

адрес> башню. О фамилии ФИО3 нет никаких упоминаний в книгах ФИО20, ФИО21 об осетинских фамилиях, хотя профессор ФИО5 был научным руководителем данных изданий. Вышеуказанные книги не были изучены экспертом Свидетель №1, и им не была дана никакая оценка, то есть, либо подтвердить их правдивость, либо их надуманность. Вместе с тем указанные выше работы экспертом указаны в акте, как использованная литература. В-восьмых, в акте указаны свидетелями лица, которые никогда в 

<

адрес> не проживали и их показания истец считает надуманными, ничем не подтвержденными. Земли вокруг башни принадлежат ФИО24. Эксперт Свидетель №1 лично был знаком со старшими фамилии ФИО24, которых необходимо было опросить, и выяснить у них обстоятельства происхождения башни и ее принадлежности, и на основании выясненных обстоятельств сделать соответствующие выводы, но Свидетель №1 намерено проигнорировал показания представителей фамилии ФИО24, так как их показания сделали бы невозможным прийти ему к выводу о принадлежности башни в 

<

адрес> ФИО3, тем самым Свидетель №1 грубо нарушил основополагающие принципы проведения историко-культурной экспертизы, то есть, согласно ст. 29 ФЗ 25.06.2002 г. № 73 « Об объектах культурного наследия/ памятниках истории и культуры/ народов Российской Федерации «историко-культурная экспертиза проводится на основе принципов; научной обоснованности, объективности и законности; достоверности полноты информации, представляемой заинтересованными лицами на историко-культурную экспертизу; независимости экспертов; гласности». Указанные нарушения свидетельствуют о незаконности выводов, указанной выше экспертизы и признания ee недопустимым доказательством. Свидетель №1 в ходе беседы с истцом, ФИО12, ФИО22 и ФИО23 заявил, что во время проведения экспертизы был намерен опросить представителей фамилии ФИО24, но две женщины фамилии ФИО3 категорически запретили ему это делать. С учетом изложенного, экспертиза Свидетель №1 судом должна быть признана недопустимым доказательствам, так как им были грубо нарушены вышеуказанные принципы проведения экспертиз с использованием фальсификации письменных доказательств. На основании надуманного вывода акта государственной историко-культурной экспертизы выявленного объекта культурного наследия башня, расположенного в 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, Комитетом по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания был издан приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому башня в 

<

адрес> утверждена предметом охраны объекта культурного наследия регионального значения 

<

данные изъяты>, и утверждены границы территории объекта. Данный приказ считает незаконным и подлежащим отмене, так как Комитету необходимо было изучить акт указанной экспертизы, проверить соответствие доводов эксперта с материалами исследования, привлечь для участия в экспертизе заинтересованных лиц, то есть представителей фамилии ФИО24 и других фамилий, проживавших в 

<

адрес>, о которых эксперт пишет в акте практически на каждой странице, нарушив тем самым принцип «достоверности и полноты информации, представляемой заинтересованными лицами на историко-культурную экспертизу». Постановлением АМС Алагирского района от ДД.ММ.ГГГГ «О предоставлении Фонду по сохранению исторического наследия фамилии ФИО3 

<

данные изъяты> в безвозмездное пользование недвижимого имущества» считает незаконной передачу указанной башни в безвозмездное пользование Фонду по сохранению исторического наследия фамилии ФИО3, так это было сделано без учета мнения фамилии ФИО24, которые были заинтересованной стороной, о чем было известно АМС Алагирского района, так как ФИО24 запрашивали информацию о статусе указанной башни, АМС Алагирского района сообщала, что не обладает такой информацией, но вместе с тем передала в аренду Башню ФИО3, чем грубо нарушены права фамилии ФИО24. Просил иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика - Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания, надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, об уважительности не явки суду не сообщил. В своих письменных возражениях указал, что отношения в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» (далее - Федеральный закон №-Ф3). На территории Республики Северная Осетия-Алания также действует Закон Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ №-Р3 «О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания». 

<

данные изъяты> расположенная по адресу: 

<

адрес> является объектом культурного наследия регионального значения (далее - Объект). Объект включён в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации (далее- Единый реестр) под регистрационным номером - №. Приказом Комитета от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены границы территории объектов культурного наследия регионального значения, расположенных на территории 

<

адрес> Республики Северная Осетия-Алания. Приказом Комитета от ДД.ММ.ГГГГ № утверждён предмет охраны Объекта, а именно: историческое объемно-планировочное решение неправильного в плане здания; габариты и высотные отметки фасадов башни; исторические наружные капитальные стены (камень); историческое объемно-планировочное решение внутреннего пространства башни; исторический декор фасадов - машикули (навесные бойницы) и ряды декоративных ниш под ними. Входной проем - историческое местоположение, габариты, конфигурация. Оконные проемы - историческое местоположение, габариты, конфигурация. Оспаривая приказ Комитета от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении предмета охраны объекта культурного наследия регионального значения 

<

данные изъяты>» (далее - приказ Комитета от ДД.ММ.ГГГГ №), истец не обосновал, с какими именно особенностями Объекта, утверждёнными приказом Комитета от ДД.ММ.ГГГГ №, не согласен, и чем принятый вышеуказанный приказ нарушает его права. Вместе с тем, обращают внимание суда, что формирование материалов по обоснованию проекта предмета охраны осуществляется на основе историко-архитектурных, историко-градостроительных, архивных, археологических, натурных и иных исследований, а также заключений государственных историко-культурных экспертиз. При этом государственная историко-культурная экспертиза проводится по инициативе заинтересованного органа государственной власти, органа местного самоуправления, юридического или физического лица (далее - заказчик) на основании договора между заказчиком и экспертом, заключенного в письменной форме в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации. В соответствии с ч.2 ст. 31 Федерального закона № 73-ФЗ заказчик историко- культурной экспертизы производит оплату ее проведения. ДД.ММ.ГГГГ в отношении Объекта была проведена государственная историко-культурная экспертиза, которая проводилась в соответствии со статьями 28, 29, 30, 31, 32 Федерального закона № 73-ФЗ и Положением о государственной историко-культурной экспертизе, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (в ред. Постановление Правительства

Государственной Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №), что подтверждается Актом историко-культурной экспертизы выявленного объекта культурного наследия «Башня», расположенного по адресу: 

<

адрес> (адрес согласно Приказу Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Перечня выявленных объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания»). Заказчиком экспертизы выступил Комитет. В соответствии со ст. 18 Федерального закона № 73-ФЗ в вышеуказанной экспертизе имеются все сведения, необходимые для принятия решения о включении выявленного объекта культурного наследия в Единый реестр. Экспертиза проведена аттестованным Министерством культуры Российской Федерации экспертом - Свидетель №1 (Приказ об аттестации Министерства культуры Российской Федерации «Об утверждении статуса аттестованного эксперта государственной историко - культурной экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №). Свидетель №1 имеет высшее образование по специальности - историк, стаж работы по специальности - 37 лет, также является доктором исторических наук, профессором Северо-Осетинского государственного университета и директором ГБУ Института истории и археологии Республики Северная Осетия-Алания. Перед началом проведения государственной историко-культурной экспертизы, эксперт Свидетель №1 был предупрежден об ответственности за достоверность сведений, изложенных в заключении экспертизы, в соответствии с законодательством Российской Федерации. Целью экспертизы явилось целесообразность включения выявленного объекта культурного наследия, обоснование целесообразности включения выявленного объекта культурного наследия «Башня», расположенного по адресу: 

<

адрес> (адрес согласно Приказу Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Перечня выявленных объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания») в Единый реестр. При этом, при проведении государственной историко-культурного экспертизы были произведены историко-архитектурные, историко-градостроительные, архивные, библиографические, натурные исследования и осмотр объекта; проведён анализ и изучены материалы, содержащие информацию о ценности объекта с точки зрения истории, архитектуры, градостроительства, искусства, эстетики, социальной культуры. Экспертом Свидетель №1 было указано, что башня расположена на исторически сложившейся территории, она занимала положение, наиболее выгодное для контроля над местностью, и являлась центральным элементом архитектурного ансамбля селения Тхамон. Архитектурно-эстетическая ценность башни определена ее полным соответствием канону. Внешний облик в части объемно-пространственного решения выполнен по архитектурным принципам и строительным правилам, характерным для осетинских башен так называемого «позднего средневековья». Как и положено, в планировочной основе башни лежит стремление к квадрату, а возведенные стены стремятся составить правильную усеченную пирамиду. Декоративные элементы башни представлены машикулями и рядами нишек под ними. С архитектурной точки зрения оборонительная (боевая) башня ФИО3 является главной доминантой Тхамона, будучи единственным сохранившимся зданием селения. Зрительное восприятие башни позволяет сделать вывод о целостности объемно-пространственной композиции Тхамона, признаками которой являются остатки планировочной структуры поселения и согласованность между собой сохранившихся частей жилых и хозяйственных строений. Произведённые исследования осуществлены в объеме, достаточном для принятия вывода государственной историко-культурной экспертизы. Из выводов эксперта Свидетель №1 следует, что включение Объекта в Единый реестр в качестве объекта культурного наследия регионального значения является обоснованным и целесообразным и башня ФИО3, расположенная по адресу: 

<

адрес> (адрес согласно Приказу Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Перечня выявленных объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания»), к настоящему времени сохранила перечисленные особенности, формирующие ее историко-культурную и архитектурную ценность, являющиеся основанием для ее включения в Единый реестр с определением категории историко-культурного значения: объект культурного наследия регионального значения, с названием «Башня ФИО3» (осет. «Цыдаты мсесыг»). Приказом Комитета от ДД.ММ.ГГГГ № утверждён предмет охраны Объекта, согласно рекомендациям, сделанным экспертом Свидетель №1 По поводу доводов истца о несогласии с выводом эксперта Свидетель №1 об историческом названии и сведениях о собственнике башни, поясняют, что в процессе проведённого исследования экспертом Свидетель №1 изучено и проанализировано действующее законодательство в сфере охраны и сохранения объектов культурного наследия, изучена и проанализирована документация, представленная на экспертизу, изучены и проанализированы собранные историко-архивные материалы и проведено визуальное натурное обследование Объекта. Все архивные источники, которые легли в обоснование выводов эксперта Свидетель №1, нашли своё отражение в государственной историко-культурной экспертизе (пп.2.3. Перечень документов и материалов, собранных и полученных при проведении экспертизы, а также использованной для нее специальной литературы) со ссылками на их источники. В связи с чем отсутствуют законные основания ставить под сомнение сделанные экспертом Свидетель №1 выводы. Мнение истца об отсутствии принадлежности Объекта к фамилии ФИО3 является лишь личным мнением, не подтверждённым доказательствами по делу. В обоснование своих доводов истцом не представлены историко-архивные сведения, подтверждающие законность сделанных им выводов, истец лишь ссылается на информацию, полученную из уст третьих лиц, иные доводы в исковом заявлении отсутствуют. Во исполнение требований Федерального закона №73-ФЗ Комитет на основании заключения государственной историко-культурной экспертизы, котором была определена историко-культурная ценность Объекта и предложено отнести объект к объектам культурного наследия регионального значения, принял решение включить Объект в Единый реестр (приказ Комитета от ДД.ММ.ГГГГ № «О включении выявленного объекта культурного наследия «Башня», расположенного по адресу: 

<

адрес> в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в качестве объекта культурного наследия регионального значения 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес> (В редакции Приказа Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «О внесении изменений в приказ Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «О включении выявленного объекта культурного наследия «Башня», расположенного по адресу: 

<

адрес> в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в качестве объекта культурного наследия регионального значения 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес> Кроме того, на основании проведённой государственной историко-культурной экспертизы, приказом Комитета от ДД.ММ.ГГГГ № утверждён предмет охраны Объекта, в связи с тем, что у Комитета отсутствовали основания сомневаться в достоверности выводов, сделанных экспертом Свидетель №1. Таким образом историко-культурная ценность Объекта неоспорима, а несогласие истца с его принадлежностью к фамилии ФИО3, не свидетельствует о нарушении порядка включения Объекта в Единый реестр, нарушения процедуры, предусмотренной ст. 18 Федерального закона №-Ф3, в том числе незаконности проведённой государственной историко - культурной экспертизы, и не может быть основанием признания приказа Комитета от ДД.ММ.ГГГГ № незаконным. Довод истца о том, что государственная историко-культурная экспертиза проведена без участия заинтересованных сторон (свидетелей), с фальсификацией исторических документом, также является несостоятельным, так как требование участия заинтересованных лиц при проведении государственной историко-культурной экспертизы на законодательном уровне не установлено, доказательств в подтверждение факта фальсификации исторических документом стороной не представлено. По поводу ссылки истца на абз. 2 ч.2 ст. 32 Федерального закона №-Ф3, согласно которой в случае несогласия с заключением историко-культурной экспертизы орган охраны объектов культурного наследия по собственной инициативе либо по заявлению заинтересованного лица вправе назначить повторную экспертизу в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, поясняют следующее. В вышеуказанной норме закона установлено право органа охраны объектов культурного наследия, а не обязанность, при этом своё право он может реализовать, в случае несогласия с заключением историко-культурной экспертизы и назначить повторную экспертизу. Вместе с тем, Комитет выразил согласие с выводами государственной историко - культурной экспертизы. Вывод истца о необходимости в проведении повторной экспертизы является несостоятельным и необоснованным, так как проведённая государственная историко-культурная экспертиза соответствует требованиям законодательства Российской Федерации в сфере охраны объектов культурного наследия. Считают, что проведение повторной государственной историко-культурной эспертизы является необоснованным, в связи с отсутствием законных оснований её проведения и повлечёт неосновательное расходование бюджетных средств. Ввиду того, что в соответствии с ч.1 Положения Комитет является органом исполнительной власти Республики Северная Осетия-Алания, осуществляющим функции в сфере охраны, сохранения, использования и популяризации объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) в Республике Северная Осетия-Алания в соответствии с законодательством Российской Федерации и Республики Северная Осетия-Алания. Согласно ч.5 Положения финансирование расходов на содержание Комитета осуществляется за счет средств республиканского бюджета Республики Северная Осетия-Алания, а также субвенций из федерального бюджета на осуществление переданных Российской Федерацией органам государственной власти Республики Северная Осетия-Алания полномочий. В соответствии с ч.12 Раздела II Положения для осуществления своих полномочий Комитет имеет право: расходовать полученные из федерального бюджета и республиканского бюджета Республики Северная Осетия-Алания средства в соответствии с утвержденной росписью и в пределах установленных лимитов бюджетных обязательств. Кроме того, Федеральным законом №-Ф3 не установлена обязанность при передаче в безвозмездное пользование Объекта, получать согласие третьих лиц, не являющихся собственниками Объекта. По поводу обязания Комитета выплатить истцу моральный вред в размер 100 000 рублей поясняют следующее. В рассматриваемом случае заявленные истцом требования о компенсации морального вреда мотивированы фактически лишь личным несогласием в отношении принадлежности Объекта к фамилии ФИО3, на основании устной информации, полученной от третьих лиц. В исковом заявлении отсутствует причинно-следственная связь между моральным вредом истца, который якобы выразился в подрыве его доверия к органам власти, веры в справедливость и объективность и обжалуемым приказом Комитета от ДД.ММ.ГГГГ №. Просил суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме, ввиду их необоснованности.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания.

В судебном заседании представитель ответчика АМС Алагирского района РСО-Алания ФИО2 возражала против удовлетворения заявленных исковых требований, просила в иске отказать в связи с необоснованностью.

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - президент 

<

данные изъяты> ФИО3 в удовлетворении исковых требований ФИО1 просила отказать, при этом пояснила, что выводы, изложенные в Акте государственной историко-культурной экспертизы выявленного объекта культурного наследия «Башня», расположенного по адресу: 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ поддерживает полностью.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании показал, что родился ДД.ММ.ГГГГ, и сколько помнит себя, всегда башню называли 

<

данные изъяты> Один из старших фамилии ФИО29 он ДД.ММ.ГГГГ года рождения, даже книгу написал. И от него ФИО14 известно, что башня была построена ФИО24, в основном ФИО30, одним из почитаемых в фамилии ФИО24. Каждые 10 лет ФИО24 справляли фамильный кувд, и каждый раз старшие фамилии оправляли к башне младших с тремя пирогами, чтобы те помолились, потому что считали эту башню родовой (фамильной). Доказательств того, что эта фамильная башня ФИО24 нет, это известно только со слов старших. Между ФИО12 и Свидетель №1 состоялся разговор, в ходе которого Свидетель №1 сказал ему, что при проведении экспертизы ему запретили указывать фамилию ФИО24.

Свидетель ФИО15 в судебном заседании показал, что когда работал над книгой «Алагирское ущелье» приходилось путешествовать по Осетии, по горам и ущельям. Посещал Садонское ущелье, и естественно в 

<

адрес> видел башню, ее называли просто башня в 

<

адрес>, без указания фамилии. ФИО15 в своей книге, на стр. 167 пометил – «между нижним и верхним Згидом развалины 

<

адрес> расположены на левом берегу реки Кивоне дон. В селении сохранилась боевая башня высотой до 12 метров с машикулями и декоративными углублениями. Когда начал копаться в краеведческой литературе, посмотрел работу ФИО16,, он составил первый, более подробный свод об историко-культурным памятникам и каменному зодчеству в Осетии. И в своей работе 1984 года пишет «боевая башня 

<

адрес>». Кроме этого, ФИО15 ничего не знает, сведений, чья эта фамильная башня у него нет.

ФИО17 в судебном заседании показал, что как педагог Северо-Кавказского горно-металлургического института, который более 50 лет преподавал историю архитектуры, хочет сказать о том, что башня находится в историческом поселении Тхамон, где жили только ФИО24. В этом поселении других фамилий не было. Сегодня там нет жилых домов. Фамилии ФИО24 и ФИО3 жили дружно. Как специалист, считает, что по строительной технике, по архитектурным особенностям этой башни и башен, которые ранее существовали, и которые он помнит со школьных времен, они являются совсем другого типа по строительной технике, и естественно они принадлежат ФИО24, поскольку эта княжеская фамилия проживала на территории этого поселения, в Галоне, Садоне и т.д. К фамилии ФИО3 у него только уважительное отношение, многих знает, и никаких претензий нет. Более того, с великим уважением относится как коллеге к Свидетель №1, но он не специалист по архитектуре, чтобы давать такие заключения. Он историк и специалист по 19 веку. Это заключение ФИО17 читал, там ничего нет профессионального с точки зрения истории архитектуры и строительной техники, чтобы атрибутировать эту башню за ФИО3 или за ФИО24.

Свидетель ФИО17 в судебном заседании показал, что родился ДД.ММ.ГГГГ, и сколько себя помнит, знает, что эта башня общая, ее никто никогда не делил. В архивах нигде не указывается, что эта башня ФИО24 или ФИО3. Его семья самая последняя съехала из селения. Он знал, что эта башня 

<

адрес>, кому она принадлежит не знает.

Свидетель ФИО18 в судебном заседании показал, что является бывшим председателем организации «Тхамон». Эта организация фамилий ФИО24, Г-вых и А-вых. Комитет принимал решение на основании акта. Считает, что Свидетель №1 ввел в заблуждение Комитет, дав ложные сведения, он много что выдумал, в акте много лжи, на основании которой Комитет сделал соответствующие выводы. Он должен был принять решение, поскольку возражений не было и не могло быть, потому что ФИО24 не введи в курс дела, что этот акт есть. В 

<

адрес> большинство проживали ФИО24 и маленький процент ФИО3. Соответственно, когда вели исследования, ФИО24 должны были присутствовать, но в десяти пунктах осведомителей ни одного из фамилии ФИО24 нет. Тогда как Свидетель №1 лично знал ФИО24. Своим актом Свидетель №1 ввел в заблуждение Комитет.

Свидетель ФИО19 в судебном заседании показал, что не понимает, как сторожевая башня стала чьей-то собственностью. Он привозил архитектора, который сказал, что башня сторожевая, а не родовая. В народе эту башню всегда называли «Башня ФИО24».

Согласно п. 1 Положения о Комитете по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания, утвержденного Постановлением Правительства РСО-Алания № 218 от 18.09.2015 года Комитет по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания (далее - Комитет) является исполнительным органом Республики Северная Осетия-Алания, осуществляющим в пределах своей компетенции государственное управление и нормативно-правовое регулирование в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, расположенных на территории Республики Северная Осетия-Алания (далее - установленная сфера деятельности, объекты культурного наследия), а также государственные полномочия Российской Федерации в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия Российской Федерации (за исключением отдельных объектов культурного наследия, перечень которых устанавливается Правительством Российской Федерации), переданные для осуществления органам государственной власти Республики Северная Осетия-Алания (далее - переданные полномочия Российской Федерации).

Комитет осуществляет свою деятельность во взаимодействии с федеральными органами исполнительной власти и их территориальными органами, исполнительными органами Республики Северная Осетия-Алания, органами местного самоуправления, общественными объединениями, организациями и гражданами (п. 2 Положения).

В соответствии со ст. 18 Закона Республики Северная Осетия-Алания от 24.08.2005 N 53-РЗ "О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания" (далее- Закон) республиканский орган охраны объектов культурного наследия обеспечивает формирование единого государственного реестра объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации (далее - реестр), находящихся на территории Республики Северная Осетия-Алания, в порядке, установленном федеральным законодательством.

Согласно ч.1 ст. 18.1 Закона республиканский орган охраны объектов культурного наследия, муниципальные органы охраны объектов культурного наследия организуют проведение работ по выявлению и государственному учету объектов, обладающих признаками объекта культурного наследия в соответствии со статьей 3 настоящего Закона (далее - объект, обладающий признаками объекта культурного наследия).

Организация проведения работ по выявлению объектов, обладающих признаками объекта культурного наследия, может осуществляться также иными заинтересованными физическими или юридическими лицами.

Из выписки № от ДД.ММ.ГГГГ из Приказа Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Перечня выявленных объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания» (в редакции Приказа Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Перечня выявленных объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания» усматривается, что утвержден Перечень выявленных объектов культурного наследия Республики Северная Осетия – Алания, в п. 579 которого указан объект – «Башня», расположенный по адресу: 

<

адрес>

Приказом Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания № от ДД.ММ.ГГГГ утверждены границы территории выявленного объекта культурного наследия «Башня», расположенного по адресу: 

<

адрес>

В соответствии с ч.1 ст. 21 Закона Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ N 53-РЗ "О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания" после принятия решения о включении объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, в перечень выявленных объектов культурного наследия республиканский орган охраны объектов культурного наследия обеспечивает проведение государственной историко-культурной экспертизы.

В силу ст. 30 Закона Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ N 53-РЗ "О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания" государственная историко-культурная экспертиза (далее - историко-культурная экспертиза) проводится на основании договора, заключенного с физическим лицом, аттестованным в соответствии с порядком аттестации экспертов по проведению государственной историко-культурной экспертизы.

ДД.ММ.ГГГГ между Комитетом по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания и Свидетель №1 заключен договор на проведение государственной историко-культурной экспертизы по определению категории историко-культурного значения выявленного объекта культурного наследия, с целью обоснования целесообразности включения данного объекта в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, выполнение работ по определению предмета охраны выявленного объекта культурного наследия «Башня», расположенного по адресу: 

<

адрес>

Согласно приказу Министерства культуры РФ № от ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №1 является аттестованным экспертом по проведению государственной историко-культурной экспертизы.

Согласно ч.2 ст. 21 Закона Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ N 53-РЗ "О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания" заключение государственной историко-культурной экспертизы должно содержать следующие сведения, необходимые для принятия решения о включении выявленного объекта культурного наследия в реестр: сведения о наименовании объекта; сведения о времени возникновения или дате создания объекта, датах основных изменений (перестроек) данного объекта и (или) датах связанных с ним исторических событий; сведения о местонахождении объекта (адрес объекта или при его отсутствии описание местоположения объекта); сведения о категории историко-культурного значения объекта; сведения о виде объекта; описание особенностей объекта, являющихся основаниями для включения его в реестр и подлежащих обязательному сохранению (далее - предмет охраны объекта культурного наследия); сведения о границах территории выявленного объекта культурного наследия, включая графическое описание местоположения этих границ, перечень координат характерных точек этих границ в системе координат, установленной для ведения Единого государственного реестра недвижимости; фотографическое (иное графическое) изображение: для памятника - снимки общего вида, фасадов, предмета охраны данного объекта, для ансамбля - снимки общего вида, передающие планировочную структуру элементов и композиционные особенности ансамбля, снимки общего вида и фасадов памятников, входящих в состав ансамбля, снимки предмета охраны данного ансамбля, для достопримечательного места - совокупность снимков и (или) иных графических изображений, передающих планировочную структуру элементов и композиционные особенности достопримечательного места.

Согласно ч.1 ст. 33 Закона Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ N 53-РЗ "О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания" заключение историко-культурной экспертизы оформляется в виде акта, в котором содержатся результаты исследований, проведенных экспертами в порядке, установленном Федеральным законом.

В п. 2.8 Акта государственной историко-культурной экспертизы выявленного объекта культурного наследия «Башня», расположенного по адресу: 

<

адрес> (адрес согласно Приказу Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Перечня выявленных объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания») от ДД.ММ.ГГГГ экспертом Свидетель №1 даны следующие ответы на поставленные вопросы: местоположение объекта: 

<

адрес> историческое наименование объекта: «

<

данные изъяты> (осетин. 

<

данные изъяты> время возникновения: предположительно, конец ХVII – первая половина ХVIII века, вид: памятник, категория: объект культурного наследия, рекомендуемый предмет охраны объекта: Приложение №, описание и план границ территории объекта: Приложение №.

Экспертом Свидетель №1 дано положительное заключение о включении выявленного объекта культурного наследия 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес> в Единый реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в качестве объекта культурного наследия регионального значения.

В соответствии с ч. 3 ст. 21 Закона Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ N 53-РЗ "О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания" республиканский орган охраны объектов культурного наследия на основании заключения государственной историко-культурной экспертизы, в котором определяется историко-культурная ценность объекта и предлагается отнести такой объект к объектам культурного наследия регионального или местного (муниципального) значения, в срок не позднее тридцати рабочих дней со дня получения указанного заключения принимает решение о включении объекта в реестр в качестве объекта культурного наследия регионального или по согласованию с органами местного самоуправления - местного (муниципального) значения либо об отказе во включении объекта в реестр.

Судом установлено, что на основании Приказа Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № выявленный объект культурного наследия «Башня», расположенный по адресу: 

<

адрес> включен в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в качестве объекта культурного наследия регионального значения 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес> а также утвержден предмет охраны указанного объекта культурного наследия, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ и Приказом Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ч. 2 ст. 33 Закона Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ №-РЗ "О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания" в случае несогласия с заключением историко-культурной экспертизы республиканский орган охраны объектов культурного наследия по собственной инициативе либо по заявлению заинтересованного лица вправе назначить повторную экспертизу в порядке, установленном федеральным законодательством.

В случае несогласия с решением соответствующего органа охраны объектов культурного наследия физическое или юридическое лицо может обжаловать это решение в суд. (ч.3 ст. 33 Закона).

Из материалов дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в Комитет по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания с заявлением о назначении повторной историко-культурной экспертизы для определения исторического наименования и сведений о собственнике (пользователе) башни, расположенной в 

<

адрес>

На указанное заявление истца ДД.ММ.ГГГГ Комитетом по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания дан ответ, из которого усматривается, что государственная историко-культурная экспертиза объекта культурного наследия регионального значения 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес> проведена в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Положения о государственной историко-культурной экспертизе». Кроме того, в ответе указано, что в случае несогласия с решением соответствующего органа охраны объектов культурного наследия физическое или юридическое лицо может обжаловать это решение в суд.

Указанное решение Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания в соответствии с ч.3 ст. 33 Закона Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ №-РЗ "О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания" ФИО1 не обжаловано.

В силу п. 11 Постановления Правительства Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ N 218 "Вопросы Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания" (вместе с "Положением о Комитете по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания", "Перечнем подведомственных Комитету по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Северная Осетия-Алания учреждений и организаций") Комитет в соответствии с возложенными на него основными задачами утверждает предмет охраны объекта культурного наследия федерального значения (за исключением отдельных объектов культурного наследия федерального значения, перечень которых утверждается Правительством Российской Федерации), объекта культурного наследия регионального значения и местного (муниципального) значения, послуживших основанием для включения его в Реестр.

Порядок определения предмета охраны объекта культурного наследия, включенного в Единый государственный объект культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в соответствии со статьей 64 Закона N 73-ФЗ утвержден Приказом Министерства культуры Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 28 (далее - Порядок определения предмета охраны).

Судом установлено, что процедура утверждения предмета охраны объекта культурного наследия регионального значения 

<

данные изъяты> Комитетом по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания не нарушена, в связи с чем, исковые требования в части признания незаконным приказа Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении предмета охраны объекта культурного наследия регионального значения 

<

данные изъяты> суд считает не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В силу ст. 52.1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" объект культурного наследия, включенный в реестр и находящийся в государственной собственности, предоставляется в безвозмездное пользование на основании договора безвозмездного пользования объектом культурного наследия следующим юридическим лицам: общественным объединениям, ассоциациям, уставной целью деятельности которых является сохранение объектов культурного наследия, а также некоммерческим организациям, созданным в соответствии с указами и распоряжениями Президента Российской Федерации, уставной целью деятельности которых является сохранение исторического и культурного наследия или иные общественно полезные цели.

В соответствии со ст. 47.5 Закона Республики Северная Осетия-Алания от ДД.ММ.ГГГГ N 53-РЗ "О сохранении, использовании и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народа Республики Северная Осетия-Алания" объект культурного наследия, включенный в реестр и находящийся в собственности Республики Северная Осетия-Алания или муниципальной собственности, предоставляется в безвозмездное пользование на основании договора безвозмездного пользования объектом культурного наследия следующим юридическим лицам: общественным объединениям, ассоциациям, уставной целью деятельности которых является сохранение объектов культурного наследия, а также некоммерческим организациям, созданным в соответствии с указами и распоряжениями Президента Российской Федерации, уставной целью деятельности которых является сохранение исторического и культурного наследия или иные общественно полезные цели.

Постановлением АМС муниципального района РСО-Алания № от ДД.ММ.ГГГГ Фонду по сохранению исторического наследия фамилии ФИО3 

<

данные изъяты> в безвозмездное пользование сроком на 49 лет предоставлен объект недвижимости: историческое сооружение (башня ФИО3), расположенное по адресу: 

<

адрес>, являющееся объектом культурного наследия регионального значения, что также усматривается из договора безвозмездного пользования недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ.

Из ответа АМС Алагирского муниципального района РСО-Алания № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что администрация Алагирского муниципального района информацией о происхождении и истории объекта культурного наследия 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес> не располагает.

Предоставление в безвозмездное пользование Фонду по сохранению исторического наследия фамилии ФИО3 

<

данные изъяты> объекта недвижимости: исторического сооружения (башня ФИО3) осуществлено АМС муниципального района РСО-Алания в соответствии с требованиями закона, в связи с чем, исковые требования в части признания незаконным постановления АМС Алагирского района РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № «О предоставлении Фонду по сохранению исторического наследия фамилии ФИО3 

<

данные изъяты>» в безвозмездное пользование недвижимого имущества» суд также считает не подлежащим удовлетворению.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Суд считает, что поскольку в исковых требованиях о признании незаконными приказа Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания № от ДД.ММ.ГГГГ и постановления АМС Алагирского района РСО-Алания от ДД.ММ.ГГГГ № истцу отказано, то оснований для взыскания с Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания морального вреда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Комитету по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания, АМС Алагирского района РСО-Алания о признании незаконными приказа и постановления, взыскании морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Северная Осетия - Алания в течение месяца со дня вынесения решения, через Алагирский районный суд Республики Северная Осетия - Алания.

Судья Томаев К.П.