КОПИЯ

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 июня 2025 года город Нижний Тагил 

Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего Горюшкиной Н.В.,

при секретаре судебного заседания Бородиной Т.А.,

с участием истца ФИО2,

представителя истца ФИО3, действующего на основании доверенности 20.04.2023 (л.д.27-28), 

ответчика ФИО4,

представителя ответчика ФИО5, 

представителя органа опеки ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-731/2025 по иску ФИО2 к ФИО4 об оспаривании отцовства, исключении из актовой записи сведений об отце,

УСТАНОВИЛ:

17.02.2025 ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО4, в котором просит внести изменения в актовую запись № от 03.09.2009 г., сделанную Отделом ЗАГС Ленинского района г.Нижнего Тагила о рождении ФИО7, исключив из нее сведения об отцовстве ФИО2.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ФИО2, с 2008г. состоял в близких отношениях с ФИО4.

В декабре 2008г. Ответчик сообщила Истцу о своей беременности. Так как стороны не состояли в браке, на тот момент не проживали вместе, и не вели совместного хозяйства, было принято решение не указывать Истца в качестве отца ребенка.

14.08.2009г. у Ответчика родилась дочь, ФИО7, о чем отделом ЗАГС Ленинского района г. Нижнего Тагила была составлена запись акта о рождении № от 03.09.2025г.

При рождении Ответчик, с согласия Истца, указала отчество ребенка как «Григорьевна», однако не стала указывать Истца в качестве отца ребенка до того, как стороны вступят в брак.

При этом Истец встречал Ответчика из родильного дома, в последующем регулярно общаясь с Ответчиком и воспитывая ребенка, которого считал своим. И для ребенка, и для всех сторонних лиц Истец также всегда позиционировал себя как родной отец своей дочери ФИО9.

24.04.2015г. стороны зарегистрировали брак, после чего внесли запись об отцовстве Истца в сведения о рождении дочери. В подтверждение данного факта было выдано свидетельство о рождении от 06.08.2015г.

В ноябре 2022г. стороны прекратили совместное проживание, однако Истец продолжил общение, как с дочерью, так и сыном, родившимся уже в период нахождения в браке 05.02.2018г.

31.03.2023г. Ответчик обратилась в Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила с исковым заявлением о взыскании алиментов на содержание обоих детей, как сына, так и дочери.

Истец не отрицал свою обязанность обеспечивать содержание детей, в связи с чем, в рамках дела № было заключено мировое соглашение. В соответствии с данным соглашением, Истец до настоящего времени выплачивает алименты.

После взыскания алиментов, в 2024г. Ответчик подала к Истцу иск о разделе совместно нажитого имущества, дело по рассмотрению которого также было закончено мировым соглашением.

В ходе ссор, сопутствовавших бракоразводному процессу ответчик сообщила истцу о том, что Дарья не является его дочерью.

В порядке подготовки дела к судебному разбирательству в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО7, 07.04.2025 в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика для дачи заключения привлечено Территориальный отраслевой исполнительный орган государственной власти Свердловской области – Управления социальной политики №, предполагаемый биологический отец ребенка ФИО8.

В судебном заседании истец, основание и предмет заявленных исковых требований поддержал, просил удовлетворить, указав, что с истцом вступал в интимные отношения, начиная с 2005 года, вместе не проживали, приходил к ней в гости. В декабре 2008 года она сообщила ему о том, что у них будет ребенок. Он в отцовстве не сомневался, так как с истцом были отношения интимного характера. Установил отцовство, так как считал себя биологическим отцом ФИО9. Дарья называет его папой, но общаться с ним не желает, так как после расторжения брака с ответчиком отношения с дочерью испортились. Собирается и в дальнейшем помогать Дарье материально, но делать это в добровольном порядке. Фактически Дарью считает своей дочерью. Не смог ответить на вопрос суда, что изменится в отношениях с дочерью, если будут удовлетворены требования об оспаривании отцовства. 

Представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности 20.04.2023 (л.д.27-28), позицию истца поддержал.

Ответчик в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, указав, что факт отсутствия биологического родства ФИО9 и истца, она не оспаривает. Вместе с тем, при установлении отцовства истцу достоверно было известно об отсутствии биологического родства с Дарьей, так как впервые с интимные отношения с ответчиком вступила уже после рождении ФИО9.

Также указала, что в период с 2004 года по март 2009 года общалась и имела близкие отношения с другим мужчиной, отцом ФИО10 – ФИО8, который на тот момент был женат и расторгать брак с женой, в связи с ее беременностью, не собирался. Узнав о ее беременности, ФИО8, исчез из ее жизни. Несмотря на это, она приняла решение рожать ребенка и воспитывать без участия ФИО8. На учет в женскую консультацию она встала, сразу, как только забеременела, т.е. в 2008 году. Зная ФИО2, по предыдущей работе, находясь на 5-м месяце беременности, в апреле 2009 года, обратилась к нему за помощью, по вопросу трудоустройства с последующей целью получения пособия по беременности и родам, и пособие по уходу за ребенком. С трудоустройством истец не помог, но узнав, что не замужем, ФИО2 начал оказывать знаки внимания и предлагать встречи, несмотря на то, что она была на большом сроке беременности. Он стал периодически к ней приезжать, приглашать к себе в сад. На тот момент она проживала в 

<

адрес>, в 

<

адрес> близких отношений у них не было, вплоть до рождения ФИО10.

Когда родилась Даша 14.08.2009, истец приходил к ним в гости почти каждый день на несколько часов, покупал подарки для ребенка, а с 2012 года они стали совместно проживать, в квартире ФИО1 по адресу: 

<

адрес>. Брак с истцом был зарегистрирован 24.04.2015 года.

После регистрации брака, по предложению и желанию ФИО2 они вместе обратились в отдел ЗАГС, где ФИО2 было подано заявление об установлении отцовства в отношении ФИО10. Мотивировал он это тем, что Даша идет в школу в 2015 году и необходима одна фамилия.

Представитель ответчика ФИО5 позицию ответчика поддержала, просила о применении срока исковой давности. 

Представитель УСП № 21 ФИО6 указал, на необоснованность заявленных требований, противоречии их интересам ребенка.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом (л.д.160 об.), причину неявки суду не сообщила.

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом (л.д.160) просил о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д.150).

В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ дело рассмотрено при установленной явке.

По ходатайству сторон в судебном заседании допрошены в качестве свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13 

Свидетель ФИО11 суду показала, что является знакомой ФИО2 Она работала в пиццерии с 2004 года по 2010 год, где ФИО2 был руководителем. В феврале 2009 года ФИО2 пришел на обед и положил на стол книгу об уходе за детьми. В конце 2008 года ФИО2 приходил на обед с ответчиком.

Свидетель ФИО12 суду показала, что ФИО14, это ее подруга. Они познакомились в 2003 году. Она была тренером Елены. Ей известно, что у Елены был мужчина, видела она его раза три, когда он привозил ее на тренировки. Мужчина был молодой, красивый. По ее мнение проходил службу в «органах». Елена говорила ей, что у этого мужчины была семья, поэтому они не вступали в брак. С этим мужчиной они встречались в квартире у Елены. Она то время жила на улице Мира. Ей известно, что Дарья это ребенок этого мужчины. С ФИО14 начала отношения, когда была на седьмом месяце беременности. 

Свидетель ФИО13 суду показала, что ФИО14 ее дочь. Когда Лена была на позднем сроке беременности, она ей рассказала, что встретила давнего знакомого ФИО15, который стал ей оказывать знаки внимания. 

Ей известно, что биологического отца ФИО10 тоже зовут Григорий, это мужчина был несвободен, поэтому сразу бросил дочь, когда узнал, что она беременна. 

Заслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу п. 1,2 ст. 52 Семейного кодекса Российской Федерации отец и мать, состоящие в браке между собой, записываются родителями ребенка в книге записей рождений по заявлению любого из них (п.1). 

Если родители не состоят в браке между собой, запись о матери ребенка производится по заявлению матери, а запись об отце ребенка - по совместному заявлению отца и матери ребенка, или по заявлению отца ребенка (пункт 3 статьи 48 настоящего Кодекса), или отец записывается согласно решению суда (п.2).

Согласно п. 1,2 ст. 52 Семейного кодекса Российской Федерации, запись родителей в книге записей рождений, произведенная в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 51 настоящего Кодекса, может быть оспорена только в судебном порядке по требованию лица, записанного в качестве отца или матери ребенка, либо лица, фактически являющегося отцом или матерью ребенка, а также самого ребенка по достижении им совершеннолетия, опекуна (попечителя) ребенка, опекуна родителя, признанного судом недееспособным (п.1).

Требование лица, записанного отцом ребенка на основании пункта 2 статьи 51 настоящего Кодекса, об оспаривании отцовства не может быть удовлетворено, если в момент записи этому лицу было известно, что оно фактически не является отцом ребенка (п.2).

В судебном заседании установлено, сведениями ЗАГС подтверждается, что у ФИО16 14.08.2009 родилась дочь ФИО17. Согласно актовой записи об установлении отцовства № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установил отцовство в отношении ФИО17, в связи с чем, ребенку была изменена фамилия на «ФИО15» (л.д. 37,62).

Согласно сведений ЗАГС ФИО16 до рождения ФИО9 в браке не состояла, впервые вступив в брак с истцом 24.04.2015, и изменив фамилию на «ФИО15» (л.д.18 об.). 24.06.2024 брак между супругами Б-ными расторгнут, что подтверждается решением суда. 

Из копий медицинских карт: истории родов ФИО16, истории развития новорожденного ребенка ФИО17, следует, что в графе отец никто не указан (л.д. 67, 72-137).

Истец, обращаясь в суд с данным иском указывает, на отсутствие биологического родства с ребенком ФИО7, указывает, что был введен ответчиком в заблуждение относительно своего биологического родства с ребенком и под влиянием заблуждения установил отцовство. 

В качестве доказательств в обоснование исковых требований истцом представлены свидетельские показания ФИО11, которая показала, что в феврале 2009 года видела у ФИО15 книгу об уходе за новорожденными, также в конце 2008 года истец приходил с ФИО4 на обед.

Кроме того, представлена искового заявления ФИО4 к ФИО2, из которой следует, что в фактических брачных отношениях стороны состояли с 2008 года (л.д.69-70).

Ответчик, возражая против удовлетворения заявленных исковых требований, не оспаривая факт отсутствия биологического родства между ФИО7 и ФИО2 указывает на то, что факт отсутствия биологического родства был достоверно известен ФИО15 на момент установления отцовства, поскольку впервые в интимные отношения с истцом она вступила уже после рождения ФИО9. 

В качестве доказательств своей позиции истцом представлены свидетельские показания ФИО12 и ФИО13, из которых следует, что ФИО2 на момент установления отцовства было достоверно известно, что отцом ФИО9 он не является, так как ФИО15 начал ухаживать за ответчиком, когда она была на большом сроке беременности.

Анализируя пояснения сторон, показания свидетелей, представленные сторонами письменные доказательства, оценивая поведение истца, установившего отцовство в отношении ребенка спустя пять лет после ее рождения, и заявившего настоящий иск только после расторжения брака с ответчиком, суд приходит к выводу, что в момент установления отцовства ФИО2 было известно, что он фактически не является отцом ребенка – ФИО15 (Шкода) ФИО9, поскольку достоверных доказательств тому, что истец заблуждался относительно своего отцовства, суду не представлено.

Так, не могут быть приняты в качестве достоверного доказательства неосведомленности ФИО2 относительно биологического родства с ребенком, показания свидетеля ФИО11, поскольку последняя лишь видела зимой 2009 года ФИО18, обедающих вдвоем. Вместе с тем, стороны в судебном заседании указали на то, что были знакомы с 2004-2005 года, а потому могли обедать вместе.

Факт нахождения у истца книги об уходе за новорожденными в конце 2008 года, также не является достоверным доказательством, поскольку свидетельствует не об неосведомлённости истца относительного своего родства с ребенком, а свидетельствует о желании у истца больше узнать о новорожденных детях, о желании иметь ребенка, в том числе, может объяснять и последующее поведение истца, который проявил заботу, уход и внимание за беременной женщиной (ответчиком), а в последующем родившегося ребенка начал воспитывать как собственного. 

При этом из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО12 и ФИО13 ясно следует, что ФИО2 достоверно было известно, что отцом ФИО9 он не является, так как ФИО15 начал ухаживать за ответчиком, когда она была на большом сроке беременности. 

Каких-либо оснований не доверять показаниям свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у суда не имеется.

То обстоятельство, что в копии искового заявления ФИО4 к ФИО2 о разделе совестно нажитого имущества супругов указано, что в фактических брачных отношениях стороны состояли с 2008 года (л.д.69-70), также не подтверждает основание иска. Как указала в судебном заседании ответчик и подтверждено ее представителем ФИО5, при составлении искового заявления ФИО5, которая изготавливала (печатала) данный иск была допущена описка в части указания года начала фактических брачных отношений.

Суд также учитывает, что, отвечая на вопросы суда, истец не смог ответить на вопрос суда, что изменится в отношениях с дочерью Дарьей, если будут удовлетворены требования об оспаривании отцовства.

В судебном заседании установлено, что Дарья считает, ФИО15 своим отцом, так как он воспитывал ее с рождения.

С учетом того, что предполагаемый биологический отец ребенка ФИО8, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, и осведомленный о настоящем споре, не заявил иск об установлении отцовства в отношении ФИО9, удовлетворении иска истца приведет к нарушению прав ребенка.

При отсутствии убедительных и достоверных доказательств тому, что истец заблуждался относительно своего отцовства в отношении ФИО9, в целях наилучшего обеспечения интересов ребенка и исходя из приоритетной защиты его прав и интересов (статья 3 Конвенции о правах ребенка, пункт 3 статьи 1 СК РФ), суд приходит к выводу, что основания для удовлетворения исковых требований истца отсутствуют.

Руководствуясь ст.ст.12, 194-199, 320, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО4 о внесении изменений в актовую запись № от 03.09.2009 г., выполненную Отделом ЗАГС Ленинского района г.Нижнего Тагила о рождении ФИО7, путем исключения из нее сведений об отце ребенка - ФИО2, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд 

<

адрес>.

В окончательной форме решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

<

...>

<

...>