Гражданское дело № 

Мотивированное 

решение

 изготовлено 15 марта 2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 10 марта 2017 года 

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Ардашевой Е.С., 

при секретаре судебного заседания Даниловой А.Г., 

с участием представителя ответчика ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности от 20.01.2017,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, ФИО4 к ФИО1 о признании недействительным договора дарения, признании недостойным наследником, 

установил:

ФИО3, ФИО4 обратились в Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга с исковым заявлением к ответчику ФИО1, в котором они просили со ссылкой на ст. 179 Гражданского кодекса российской Федерации, признать недействительным договор дарения двух комнат в трехкомнатной квартире, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес>; признать ФИО1 недостойным наследником. 

Определением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело по вышеуказанном исковому заявлению передано для дальнейшего рассмотрения по подсудности в Верх – Исетский районный суд г. Екатеринбурга (л.д. 104-150).

В обоснование заявленных требований истцы указали, что являются внуками ФИО5 Е.А. Л.Ф., детьми ее умершего ДД.ММ.ГГГГ сына ФИО8 ФИО6 умерла ДД.ММ.ГГГГ. Ранее ФИО5 Е.А. Л.Е. принадлежала на праве собственности квартира, расположенная по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес>, которую она разменяла на однокомнатную квартиру (г. Екатеринбург, 

<

адрес>) и комнату 20 кв.м., которую отдала ответчику для улучшения его жилищных условий. Вышеуказанную однокомнатную квартиру ФИО7 была намерена передать в собственность ФИО8, отца истцов. В 2000-х ФИО7 продав квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург., 

<

адрес>, приобрела в собственность две комнату в трехкомнатной квартире, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес>, где проживала совместно со своим сыном ФИО5 Е.А. А.Л. После смерти отца истцов (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 было 85 лет, она была инвалидом. Данным состоянием воспользовался ответчик ФИО5 Е.А. В.Л., который злоупотребив доверием своей матери, ДД.ММ.ГГГГ оформил договор дарения, принадлежащих ей на праве собственности двух комнат в трехкомнатной квартире, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес>. Указывая на то, что ФИО1 является недостойным наследником после смерти ФИО6, истцы ссылаются на то, что ответчик вскоре после смерти брата, воспользовался тяжелым положением матери, оформил в свою собственность имущество, которое принадлежало ей, тем самым лишил истцов наследства. 

Истцы в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела, извещены и о времени и месте рассмотрения дела своевременно и надлежащим образом, о чем истцы указывают в письменных пояснениях - ходатайстве, которые поступили в суд до начала судебного заседания. Кроме того, в письменных пояснения – ходатайстве истцы указали, что их бабушка ФИО6 при жизни распорядилась своим имуществом. В 1983 году она разменяла свою двух комнатную квартиру на однокомнатную и комнату 20 кв. м., которую переоформила на младшего сына (ответчика ФИО1), а в этой квартире остались проживать бабушка и наш отец ФИО8 Отношения родителей истцов прекратились по вине отца, 

<

иные данные>. Мама истцов сильно заболела на нервной почве, годовалого Гришу забрала бабушка ФИО9, а восьмилетний Евгений остался проживать с ФИО6 С 1991 года по 1996 год мама истцов 

<

иные данные>, а с 1996 по 2002 год постоянно. Бабушка ФИО6 периодически присылала посылки, часто писала и звонила. Истцы (внуки ФИО3) четко знали, что комнаты в коммунальной квартире это их наследство. Именно поэтому ФИО3, несмотря на то, что ФИО8 выпивал, жила с ним и никак не переустраивала квартиру. Поэтому, после смерти отца истцов, его брат - ответчик ФИО1, как единственный сын, воспользовался беспомощным положением бабушки, ей было 85 лет, только похоронила сына, с которым жила столько лет. Полагают, что даже без экспертизы всем ясно состояние престарелой матери похоронившей сына, вряд ли ее меркантильным интересом было лишить ее внуков, истцов, наследства. Кроме того, в данных пояснениях – ходатайстве, истцы просят запросить сведения у участкового терапевта о состоянии ФИО6 за год, предшествующий ее смерти, а также допросить соседей, вместе с тем, с учетом мнения представителя ответчика, в удовлетворении данных ходатайств судом было отказано, поскольку, с учетом доводов, заявленных истцами, оснований для истребования сведения у 

<

иные данные> о состоянии ФИО6 не имеется (требований о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 177 Гражданского кодекса российской Федерации, не заявлено), а сведений о соседях, которых необходимо опросить, по мнению истцов, ими не указанно (отсутствуют данные о ФИО, адресе регистрации). 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 – ФИО2, действующий на основании доверенности от 20.01.2017, исковые требования не признал, указал на отсутствие доказательств, подтверждающих доводы истцов. Дополнительно пояснил, что ответчик ФИО1 был единственным близким человеком для ФИО6, которые ее и материально и психологически, именно ФИО10 настаивала на заключении спорного договора дарения. Никакого давления ответчик на свою мать не оказывал, не принуждал. Доказательств введения ФИО10 в заблуждение при заключении спорного договора дарения, в материалы дела не представлено. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, относительно предмета спора, в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения дела, извещено своевременно и надлежащим образом, представитель Управления Росреестра по Свердловской области, ходатайствовало о рассмотрении дела в свое отсутствие. 

Заслушав представителя ответчика, исследовав письменные доказательства, оценивая представленные сторонами доказательства в совокупности, руководствуясь при этом требованиями статьи 67, с учетом положений статей 56, 57, 68, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон) В каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В пункте 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

По смыслу статей 153, 154 Гражданского кодекса Российской Федерации сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. При этом на ее совершение необходимо выражение согласованной воли ее сторон.

Таким образом, из анализа указанных положений в их системном толковании следует, что сделка является действительной, когда воля ее сторон является согласованной и соответствует их волеизъявлению.

В силу ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Согласно ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Статья 572 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из материалов дела следует и не кем не оспаривалось, что истцы ФИО3, ФИО4 являются детьми ФИО8, умершего ДД.ММ.ГГГГ, который в свою очередь является сыном ФИО5 Е.А. Л.Е., умершей ДД.ММ.ГГГГ (л.д.19,20,21,24).

Также материалами дела подтверждается, что ФИО5 Е.А. Л.Ф. на основании договора купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ на праве единоличной собственности принадлежали две комнаты, в трехкомнатной квартире, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес>. 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 Е.А. Л.Ф. (даритель) и ФИО5 Е.А. В.Л. (одаряемый) был заключен договор дарения вышеуказанных двух комнат, в трехкомнатной квартире, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес>.

Договор дарения был в установленном законом порядке зарегистрирован в Управлении Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 60-62).

Материалами дела подтверждается, что спорный договор подписан ФИО5 Е.А. Л.Ф. собственноручно, ею лично оспорен не был. 

Из пояснений представителя ответчика, данных им в ходе рассмотрения дела, следует, что договор дарения ответчик и его мать оформляли через многофункциональный центр совместно, где с ФИО5 Е.А. Л.Ф. была проведена беседа, ей разъяснены все последствия совершаемой сделки, условия заключения сделки ею не оспаривались. 

Разрешая заявленные требования, суд исследовал вышеизложенные обстоятельства, и, руководствуясь вышеназванными нормами права, и приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований о признании недействительным договора дарения не имеется, при заключении спорного договора дарения ФИО5 Е.А. Л.Ф. выразила волю именно на дарение принадлежащего ей на праве собственности имущества, доказательств, подтверждающих, что при подписании договора дарения ФИО5 Е.А. Л.Е. действовала под влиянием обмана или заблуждения, не представлено.

Указание в подтверждение заявленных доводов о недействительности договора, на письмо, копия которого представлена в материалы дела, написанное ФИО5 Е.А. Л.Е. – ФИО5 Е.А. Е.А., таким доказательством служить не может, поскольку само по себе обещание передать в бедующем в собственность спорное имущество, не свидетельствует о недействительности договора, введение дарителя в заблуждение, совершение его под влиянием насилия или угрозы. 

Ссылки на преклонный возраст и состояние здоровья ФИО5 Е.А. Л.Ф. не являются достоверными доказательствами введения ее в заблуждение или обмана со стороны ответчика, каких-либо иных доказательства обмана или введения в заблуждение ФИО5 Е.А. Л.Ф. относительно подписанного ею договора дарения, истцы не представили в материалы дела. 

Разрешая заявленные истцами требования о признании ФИО5 Е.А. В.Л. недостойным наследником после смерти ФИО5 Е.А. Л.Е., суд руководствуется положениями ст. 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывает разъяснения, изложенные в подпункте "а" пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", согласно которым при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду, что указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 ГК РФ противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий. Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства. Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы).

Принимая во внимание, что истцами не было представлено доказательств в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, отвечающих требованиям ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в подтверждение довода о недостойности наследника, суд приходит к выводу, что указанные требования истцов не подлежат удовлетворению. 

Иных требований, равно как и требований по иным основаниям на рассмотрение суда сторонами не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, 

решил:

исковые требования ФИО3, ФИО4 к ФИО1 о признании недействительным договора дарения, признании недостойным наследником, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Верх – Исетский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья Е.С. Ардашева