Дело№1-53/2020 (1-1/2021)

Председательствующий по делу в суде 1-й инстанции судья КОРМУШКИН М.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22-39/2021

город Североморск

3 июня 2021 года

Судья Северного флотского военного суда ФИО1, при секретаре РЫЖЕНИНОЙ А.Н. с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Северного флота майора юстиции ВОЛКОВА И.С., осуждённых ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5, их защитников – адвокатов НИЖИНСКОГО А.Л., ЛЫСАЧЕКА В.Н., БЕРЕЖНОЙ Е.К., РЯБЦЕВОЙ М.И., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката ЛЫСАЧЕКА В.Н., БЕРЕЖНОЙ Е.К., РЯБЦЕВОЙ М.И. на приговор Заозерского гарнизонного военного суда от 26 марта 2021 года, согласно которому 

военнослужащие войсковой части № 

старший мичман ФИО5, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>., со средним профессиональным образованием, несудимый, женатый, имеющий детей ДД.ММ.ГГГГ. и ДД.ММ.ГГГГ. рождения, проходящий военную службу по контракту с декабря 2003 г., зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>

и

старшина 1 статьи ФИО4, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, со средним общим образованием, несудимый, холостой, имеющий на иждивении ребенка ДД.ММ.ГГГГ рождения, проходящий военную службу по контракту с декабря 2006 года, зарегистрированного и проживающий по адресу

<

адрес> 

осуждены, каждый, по ч.3 ст. 256 УК РФ: ФИО5 к штрафу в размере 500000 руб., ФИО4 к лишению свободы сроком на 2 года условно с испытательным сроком 2 года, 

граждане

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>., с высшим профессиональным образованием, не судимый, женатый, имеющий ребенка ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, работающий в ООО "Дайверси" в должности директора, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>

и

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, со средним профессиональным образованием, не судимый, женатый, имеющий детей ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ годов рождения, работающий механиком в ООО «Дайверси», зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, фактически проживающий по адресу: 

<

адрес>

осуждены, каждый, за совершение 2-х преступлений, предусмотренных ч.3 ст.256 УК РФ: по эпизоду, совершённому с ОСАДОЙ П.Е., ФИО6 и ФИО7, к лишению свободы сроком на 2 года и 3 месяца, по эпизоду, совершённому с ФИО4 и ФИО5, к лишению свободы сроком на 2 года. В соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения определено им наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года условно с испытательным сроком 2 года. 

Наряду с этим постановлено взыскать с вышеназванных осуждённых в пользу Российской Федерации в лице Североморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству в счёт возмещения ущерба в солидарном порядке – 201 152 руб.

По этому приговору также осуждены граждане ФИО8, ФИО6 и ФИО7, которые в апелляционном порядке его не обжаловали.

УСТАНОВИЛ:

ГОШКО и ФИО4, ЛИВАНС и ФИО3 признаны виновными в незаконной добыче водных биологических ресурсов с причинением крупного ущерба, с применением самоходного транспортного плавающего средства в местах нереста и миграционных путях к ним, группой лиц по предварительному сговору.

Также ЛИВАНС и ФИО3 признаны виновными в незаконной добыче водных биологических ресурсов с причинением особо крупного ущерба, с применением самоходного транспортного плавающего средства в местах нереста и миграционных путях к ним, группой лиц по предварительному сговору с ОСАДОЙ, ФИО6, ФИО7ЫМ.

Эти преступления, как указано в приговоре, они совершили при следующих обстоятельствах.

Около 12 часов, 26 мая 2020 года ОСАДА, ФИО6, ФИО7, ГОШКО и ФИО4 прибыли на маломерном судне 

<

данные изъяты>" с бортовым номером № где капитаном был ЛИВАНС и судоводителем ФИО3 (далее-экипаж катера), в 

<

адрес> Баренцева моря для поиска под водой пропавшего ранее дайвера (уголовное дело находилось в производстве Мурманского следственного отдела на транспорте Северо-Западного следственного управления Следственного комитета РФ). 

Находясь в месте нереста и нерестовой миграции к местам нереста камчатского краба, ОСАДА, ФИО6, ФИО7 и отдельно от них ГОШКО, ФИО4, предварительно договорившись с ЛИВАНСОМ и ФИО3 о вылове краба для личных нужд во время нахождения под водой, используя имеющиеся на судне средства, а именно резиновую лодку с бортовым номером № оснащенную подвесным мотором для перемещения от корабля к месту погружения, а также приспособления "куканы" для добычи краба, а ГОШКО и ФИО4, кроме того, воспользовавшись предоставленным им воинской частью глубоководным аппаратом 

<

данные изъяты>", добыли, в нарушение требований ст.ст. 2, 10, 11, 12, 20, 26, 29.2, 31, 34, 43.1 Федерального закона "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов" и п.п. 1, 3, 4.3, 14.4.8, 16.1, 18, 67.3, 76 и 79.1 Правил рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 30 октября 2014 года № 414, камчатского краба в количестве 46 особей на общую сумму 660 928 руб. При этом ОСАДА, ФИО6, ФИО7 вместе с ЛИВАНСОМ и ФИО3 добыли 32 крабов на сумму 459 776 руб., а ГОШКО и ФИО4 совместно с ЛИВАНСОМ и ФИО3 – 14 крабов на сумму 201 152 руб. Отделённые от тела клешни выловленных крабов были размещены на корабле и оттранспортированы к причалу в 

<

адрес>., где вышеназванных лиц задержали сотрудники Пограничного управления ФСБ России по Западному арктическому району, а имеющиеся части крабов изъяли.

В ходе предварительного следствия ОСАДОЙ, ФИО6 и ФИО7ЫМ полностью возмещён причинённый ими ущерб в размере 459 776 руб.

В апелляционных жалобах адвокаты ЛЫСАЧЕК В.Н., БЕРЕЖНАЯ Е.К. и РЯБЦЕВА М.И. просят отменить обвинительный приговор в отношении ГОШКО, ФИО4, ЛИВАНСА, ФИО3 и вынести приговор оправдательный.

Аргументируя жалобу, защитник осуждённых ЛИВАНСА и ФИО3 адвокат БЕРЕЖНАЯ обращает внимание, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют обстоятельствам, установленным в суде первой инстанции. Так, ЛИВАНС и ФИО3 настаивали в суде, что никто из присутствовавших на корабле 26 мая 2020 года не договаривались с ними о вылове краба и разрешения для этого не спрашивали, всё делали самостоятельно. 

Желание достать из-под воды краба у ОСАДЫ, ФИО6 и ФИО7 возникло после того, как они там оказались, увидев большое количество этих ракообразных. Добычу их производили для своих личных потребностей, с командой корабля делиться не собирались. Военнослужащие ФИО4 и ГОШКО также ничем предосудительным не занимались, первый собирал исключительно конечности краба, оторвавшиеся сами по себе от тела, а второго интересовали только мёртвые особи, он их поднял со дна морского для личного употребления. 

К признательным показаниям ОСАДЫ следовало отнестись критически, поскольку об уголовной ответственности за дачу ложных показаний его не предупреждали. Более того, целью его изобличения иных обвиняемых по данному делу лиц обусловлено стремлением смягчить для себя наказание. Разрешение ОСАДЕ на вылов краба ЛИВАНС не давал и не мог этого делать, так как не уполномочен. 

Исследованной в суде видеозаписью не подтверждается, как указал суд, а опровергается вывод о принятии ЛИВАНСОМ от ФИО3 добытых крабов и их разделки. 

Ссылка суда на якобы имевшуюся у сотрудников ФСБ информацию из достоверных уст о предварительной договорённости ЛИВАНСА, ОСАДЫ, ФИО7 и ФИО6 на вылов краба ничем не подтверждена, кроме заявлений лишь самих сотрудников, допрошенных в суде в качестве свидетелей.

Аргументируя жалобу, защитник осуждённого ЛИВАНСА адвокат ЛЫСАЧЕК настаивает на том, что уголовное дело рассмотрено в нарушение требований Конституции Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Выход корабля в 

<

адрес> производился по просьбе сотрудников Мурманского следственного отдела на транспорте Северо-Западного следственного управления, расследовавших уголовное дело по факту исчезновения дайвера. ЛИВАНС безвозмездно оказывал им содействие, ФИО7, ФИО6 и ОСАДА прибыли на корабль в качестве волонтёров, военнослужащих направило командование Северного флота и предоставило глубоководный аппарат. В связи с чем, полагает автор данной апелляционной жалобы, проведение сотрудниками ФСБ оперативно-розыскных мероприятий в сложившейся ситуации следует расценивать как провокацию, проведённую в нарушение требований действующего законодательства.

ЛЫСАЧЕК считает, что ЛИВАНС не должен нести уголовную ответственность за действие и бездействие лиц, находившихся на корабле 26 мая 2020 года. Все преступные действия они выполняли самостоятельно, единственное, что сделал ЛИВАНС, он всего лишь ответил согласием на вопрос ФИО7, ФИО6 и ОСАДЫ о возможности ловить крабов.

Аргументируя жалобу и дополнения к ней, защитник осуждённых ФИО4 и ГОШКО адвокат РЯБЦЕВА настаивает на незаконности и необоснованности принятого судом решения. Военнослужащие с гражданскими лицами не были знакомы, на корабле увиделись впервые. Не нашло своего подтверждения в суде обвинение названных осуждённых в предварительном сговоре с ЛИВАНСОМ и ФИО3 и использовании глубоководного аппарата, а вывод суда о предварительном сговоре всех осуждённых по данному делу вообще не согласуется с предъявленным обвинением. Не сообщал суду ГОШКО о том, как ФИО4 всплывал, как и кем был доставлен на судно, что передавал на лодку ФИО3.

Между тем по делу установлено, что ГОШКО оказал содействие ФИО4 в виде принятия водолазной сетки на борт корабля с конечностями, а не целыми крабами, осуждённые ФИО7, ФИО6 и ОСАДА не наблюдали за действиями военнослужащих. Они же пояснили, что добывали камчатского краба только аквалангисты, прибывшие из г. Санкт-Петербурга. 

В дополнение к вышеизложенному в апелляционных жалобах каждый защитник приводит схожие доводы о недопустимости положенных в основу приговора доказательств: о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд; проведении оперативно-розыскного мероприятия "Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств"; протокола обследования от 26 мая 2020 г.; протоколов от 12 июня 2020 г. осмотра дисков с видеофайлами, выемки и осмотра видеокамеры, изъятой у свидетеля ФИО47, а также видеокамеры "Панасоник" с флеш-накопителем, трёх оптических дисков с видеозаписями оперативной съёмки. 

Они считают, что оформление и сбор всех вышеперечисленных доказательств произведён в нарушение требований действующего законодательства, регулирующего соответствующие вопросы. По их мнению, лица, указанные в протоколах как участники следственных действий, на самом деле при их выполнении не присутствовали, права им не разъяснялись, исследуемые предметы не предъявлялись. К тому же не оформлялось надлежащим образом изъятие предметов, определение их места нахождения и передача на ответственное хранение. 

Также защитники полагают, что судно с бортовым номером № не относится к транспортным средствам, а поэтому не могло быть объектом исследования при проведении оперативно-розыскного мероприятия " Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств".

В своих возражениях на апелляционные жалобы военный прокурор гарнизона Заозерск полковник юстиции ФИО9 считает, что приговор в отношении лиц, обжалуемых его, и постановления суда, принятые по ходатайствам защитников, являются законными и обоснованными, а назначенное наказание– справедливым. 

В суде апелляционной инстанции защитники полностью поддержали изложенные в жалобах позиции и в дополнении указали:

- БЕРЕЖНАЯ, что судом не приняты во внимание доводы о недоказанности виновности её подзащитных, неправильно интерпретирована видеозапись; отсутствуют доказательства предоставления ЛИВАНСОМ катера для вылова краба;

- ЛЫСАЧЕК, что мотивом выхода 26 мая 2020 года катера в 

<

адрес> было желание лиц, участвующих в данном судебном заседании, безвозмездно оказать помощь следственным органам в поиске пропавшего аквалангиста, а не добывать краба; осуждённые достали из воды биоресурсы не для продажи их в средней полосе, а для употребления в пищу, они были голодны, так как питанием их не обеспечили; из-за отказа военных следственных органов возвратить воинской части дорогостоящий глубоководный аппарат, он пришёл в негодность; 

- РЯБЦЕВА, что ФИО48 также, как и ГОШКО, переносил мешок с крабами, однако он остался в статусе свидетеля; органами предварительного следствия и судом не учтено, что осуждённые взяли с собой под воду сетку не для вылова краба, а как обязательный элемент снаряжения аквалангиста; поднятые из воды военнослужащими крабы были с пробитым панцирем, мертвы; претензий по ознакомлению с протоколом судебного заседания и аудиопротоколом она не имеет.

- НИЖИНСКИЙ, что на корабле и в гостинице, где ночевали прибывшие из г.Санкт-Петербурга граждане, имелись предупреждения о запрете вылова краба; ЛИВАНС не был капитаном судна, поэтому не мог запретить вылов морских биоресурсов, но сам он участия в этом не принимал, а уж тем более не разделывал их. Действия названного осуждённого квалифицированы, как он полагает, неправильно, обвинение в предварительной договорённости не доказано.

Военный прокурор ВОЛКОВ И.С., возражая против удовлетворения апелляционных жалоб, пояснил, что приведённые в них доводы несостоятельны и не основаны на материалах уголовного дела. Виновность ЛИВАНСА, ФИО3, ФИО4 и ГОШКО в совершении преступлений полагает доказанной. Исследованные в судебном заседании доказательства полно и правильно изложены в приговоре и получили надлежащую оценку. Квалификацию действий осуждённых считает правильной. Наказание полагает назначенным с учётом характера и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, данных о личности, смягчающих обстоятельств и справедливым.

Рассмотрев материалы дела, выслушав участников судебного заседания и обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и возражениях на них, флотский военный суд приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ЛИВАНСА, ФИО3, ФИО4 и ГОШКО в совершении инкриминируемых им по приговору преступлений основаны на полном, объективном и всестороннем исследовании доказательств, которые правильно приведены в приговоре, согласуются между собой и в своей достоверности у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывают. 

Осуждённые ФИО6, ФИО7 и ОСАДА в ходе предварительного и судебного следствия дали показания о совершённых ими с ЛИВАНСОМ и ФИО3 преступных действиях так, как это изложено в приговоре. 

Из показаний ФИО6 видно, что он вместе с ФИО48, ФИО7ЫМ, ФИО50 и ОСАДОЙ прибыли из г.Санкт-Петербурга вечером 25 мая 2020 года в гостиницу к ЛИВАНСУ, расположенную в 

<

адрес>, для участия в поисках пропавшего дайвера. Во время ужина он, в присутствии ОСАДЫ и ФИО7, спросил у ЛИВАНСА о возможности добычи краба при выходе в море, на что ЛИВАНС ответил утвердительно. На следующий день, около 12 часов, все приехавшие из г. Санкт-Петербурга прибыли на судне, управляемом ЛИВАНСОМ, в 

<

адрес> Баренцева моря, вместе с ними были также ФИО3 и двое военнослужащих, у которых имелся спускаемый подводный аппарат. Через некоторое время он, ФИО7, ФИО48 и ОСАДА совершили погружение в водолазном снаряжении, а для добычи крабов воспользовались предоставленным ФИО3 приспособлением "кукан". Из-под воды достали крабов он и ФИО7, передали их находившемуся рядом в надувной лодке ФИО3, который доставил их на судно. Находясь на катере, он вместе с ФИО3 и ФИО7ЫМ разделали крабов и клешни, сложили их в мешок серого цвета, предоставленного ФИО3. После чего последний отнёс мешок в сторону рубки корабля и смыл с палубы останки от краба.

Через несколько часов судно переместили в другую часть 

<

адрес>, где вновь совершили погружение, к ним также присоединился один из военнослужащих. Выловленных в этот раз крабов он передал ФИО3, тот отвёз их на лодке и выгрузил на корабль, а разделывали их ОСАДА и ФИО7, сложив клешни в мешок. Около 18 часов того же дня, они возвратились в 

<

адрес> на корабле, куда прибыли сотрудники Пограничной службы и задержали находившихся там лиц, а также изъяли выловленных ими крабов. 

Как видно из показаний ОСАДЫ, он, помимо сказанного ФИО6, добавил, что на его вопрос к ЛИВАНСУ о возможности достать крабов при погружении под воду ответил: "Ловите, вечером приготовлю", об этом он сообщил остальным дайверам. Для добычи крабов воспользовался находившимися на судне сеткой и "куканом", при помощи которых выловил особи краба. После всплытия на поверхность передал улов ФИО3, а позже на корабле он с участием последнего, а также ФИО6 и ФИО7 оторвали от панциря краба конечности и упаковали в мешок, который был перемещён в сторону рубки судна. 

После перехода судна к другому месту локации в 

<

адрес> он видел, как один из военнослужащих надел гидрокостюм черно-красного цвета и погрузился в воду отдельно от остальных дайверов. Добытых ФИО6 крабов во втором погружении он вместе ФИО7ЫМ разделал на судне и упаковал их в мешок, принесённый ФИО3.

В дополнение к сказанному ФИО6 и ОСАДОЙ, ФИО7 пояснил, что 25 мая 2020 года в его присутствии ЛИВАНС ответил утвердительно на вопрос ФИО6 о возможности достать при погружении в воду крабов. 26 мая 2020 года в результате погружения под воду он достал крабов, которых передал к подошедшему к нему на надувной лодке ФИО3. 

Данных о том, что ФИО6, ФИО7 и ОСАДА оговаривают остальных осуждённых, материалы дела не содержат, напротив, их показания согласуются с показаниями допрошенных по делу свидетелей.

Так, ФИО48 показал, что в 

<

адрес> он прибыл вместе с ОСАДОЙ, ФИО7ЫМ и ФИО6 для поиска пропавшего дайвера. Со слов последнего ему стало известно о договорённости с ЛИВАНСОМ о вылове краба во время нахождения под водой. 26 мая 2020 года с вышеназванными гражданами осуществили дважды погружение под воду. "Куканы" для добычи крабов передал ФИО3, он же, находясь в лодке, доставлял на корабль выловленных крабов, где их позже разделали ФИО6, ФИО7, ФИО3 и ОСАДА и поместили в мешки, которые также передал ФИО3. После перехода судна в другую часть губы первым совершил погружение военнослужащий ФИО4. Из разговора присутствующих на корабле он слышал, что при помощи подводного аппарата из воды извлекли краба. 

Согласно показаниям ФИО47 - 

<

данные изъяты>, 26 мая 2020 года ЛИВАНС уведомил по телефону отделение пограничной заставы в 

<

адрес> о выходе в 

<

адрес> около 10 часов на судне № с надувной лодкой № в составе группы 9 человек, в целях осуществления поисковых работ. В этот же день военнослужащие пограничного отделения ФИО54 и ФИО55, нёсшие службу в пограничном наряде в районе 

<

адрес>, сообщили ему о выявлении незаконной добычи крабов гражданами, находящимися на судне №. Сотрудниками Пограничного управления были обнаружены в подпольном помещении в капитанской рубке на судне, после его швартовки к причалу № в 

<

адрес>, незаконно добытые и упакованные в три мешка конечности краба.

Как пояснил ФИО54, с 10 до 21 часа 26 мая 2020 года в составе пограничного наряда вместе с ФИО55, находясь на берегу 

<

адрес>, выявили незаконную добычу краба гражданами на судне №. Во время наблюдения установлено, что ФИО6, ФИО7, ОСАДА, ФИО48 совершили погружение в воду с использованием аквалангов, а в это время ФИО4 и ГОШКО погрузили в воду аппарат для подводных работ. Через некоторое время ФИО6 и ФИО7 выловленных крабов передали ФИО3, а этот, в свою очередь, перевёз их на лодке и отдал находившемуся на корабле ЛИВАНСУ. После чего ФИО3 на лодке проследовал к глубоководному аппарату и отцепил от него краба, положив его в лодку. Затем ФИО3 принял крабов от ОСАДЫ. Спустя непродолжительное время РУСИНОВ вновь отцепил от глубоководного аппарата краба. Все выловленные особи крабов были разделаны на корабле.

После перемещения судна в другую часть 

<

адрес> погружение с аквалангами совершали ФИО4, ФИО6, ФИО7, ОСАДА и ФИО48. Сеть с выловленными крабами ФИО4 передал ФИО3, а на корабле её принял ГОШКО, который произвёл отделение конечностей от карапакса. Поднятого ФИО4 из воды ещё одного краба также разделали на корабле. Таким же образом поступили с выловленными ФИО6 крабами.

ФИО55 дал в ходе судебного заседания аналогичные показания.

Из показаний сотрудника Пограничного управления ФИО61 видно, что за несколько дней до 26 мая 2020 года от пограничного отряда была получена информация о незаконной добыче краба лицами, находившимися на судне № в районе 

<

адрес>. После прибытия указанного морского транспорта к причалу № в 

<

адрес> сотрудниками Пограничного управления было проведено его обследование. В нише, расположенной в полу рубки судна и прикрытой резиновыми ковриками, обнаружены два мешка серого цвета и сумка черного цвета с конечностями краба. 

Показания аналогичного характера дал сотрудник Пограничного управления ФИО62

Как пояснил сотрудник Пограничного отделения ФИО63, 26 мая 2020 года он осуществлял визуальное наблюдение за надводной обстановкой при прибытии и швартовке в 19-м часу судна № к причалу № в 

<

адрес>. Во время следования маломерного судна к месту швартовки и проведения мероприятий по обследованию судна никто не передавал на судно каких-либо предметов. Во время обследования транспортного средства в скрытом под полом помещении обнаружены два мешка серого цвета и сумка черного цвета, в которых находились конечности крабов. 

Объективно показания осуждённых ОСАДЫ, ФИО7 и ФИО6, а также свидетелей ФИО54 и ФИО55 об обстоятельствах вылова краба камчатского 26 мая 2020 года в 

<

адрес> подтверждены исследованными в судебном заседании видеозаписями.

Из видеозаписей с камеры, находившейся в задней части рубки судна с бортовым номером №, и оперативной съёмки с камеры пограничного наряда видно, как 26 мая 2020 года корабль стоял в двух местах акватории 

<

адрес>, где военнослужащие ГОШКО и ФИО4 погружали глубоководный аппарат 

<

данные изъяты>", а ОСАДА, ФИО7, ФИО6 спускались под воду и доставали крабов. ФИО3 перевозил на лодке аквалангистов и поднятых ими крабов. На корабле крабов они разделали, для выполнения этой деятельности к ним присоединялся ЛИВАНС, клешни упаковали в мешки. ФИО4 опускался под воду, добыл целых крабов и сетку с конечностями крабов, ФИО3 их перевозил, а ГОШКО разделывал и складывал в сумку.

Кроме того, как видно из видеозаписи с камеры, установленной на глубоководном аппарате 

<

данные изъяты>", 26 мая 2020 года с помощью аппарата были подняты из воды два краба. 

Из протокола обследования от 26 мая 2020 года судна № видно, что 26 мая 2020 года в нише рубки судна обнаружены и изъяты 2 мешка серо-синего цвета и сумка черного цвета, в которых находились конечности краба камчатского в количестве 92 полупар.

Как пояснил в ходе предварительного следствия и судебного заседания специалист ихтиолог ФИО66, принимавший участие при осмотре изъятых с корабля двух мешков и сумки, в них находились конечности крабов, все они были свежими, наполнены мясом, без признаков гниения и разложения, разделаны кустарным способом, путём отделения конечностей от панциря.

По заключению эксперта-биолога, 92 полупары конечностей крабов изготовлены из 46 экземпляров краба камчатского. Размер ущерба водным биологическим ресурсам Российской Федерации составил 660 928 рублей.

Согласно сообщению Североморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству (Росрыболовство), в соответствии с пунктами 67 и 67.3, 76 Правил рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 30 октября 2014 года № 414, в период с 1 января по 15 августа в Баренцевом море запрещено любительское и спортивное рыболовство краба камчатского, а при случайной поимке его подлежит выпустить в естественную среду обитания с наименьшими повреждениями. 

Все эти доказательства подробно изложены в приговоре, согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, получены без нарушений Федерального закона РФ "Об оперативно-розыскной деятельности" и Уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации в связи с чем, как не вызывающие сомнений в своей достоверности, правильно взяты за основу при постановлении приговора.

Утверждение защитников о том, что судно с бортовым номером № не относится к транспортным средствам, а поэтому не могло быть объектом исследования при проведении оперативно-розыскного мероприятия " Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств" не основано на законе.

Исходя из смысла ст.3 Кодекса внутреннего водного транспорта РФ, маломерное судно, которым является судно с бортовым номером №, относится к морским транспортным средствам. Оперативно-розыскное мероприятие "Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств" предусмотрено п.8 ч.1 ст.6 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности". В данной правовой норме не содержится ограничений на проведение указанного оперативно-розыскного мероприятия на морском транспортном средстве.

Ходатайства об исключении доказательств, указанных в апелляционных жалобах судом первой инстанции, рассмотрены, о чём вынесены мотивированные постановления, оснований не согласиться с ними не имеется.

Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона.

Как пояснил в суде первой инстанции 

<

данные изъяты>" ФИО67., по состоянию на май 2020 года 

<

адрес> является местом обитания и нереста краба камчатского, а также миграционным путём к месту нереста.

Данное обстоятельство подтверждено и сообщением из Полярного филиала ФГБНУ "ВНИРО" ("ПИНРО" им. Н.М. Книповича).

Доводы апелляционных жалоб о том, что между осужденными ГОШКО, ФИО4, ЛИВАНСОМ и ФИО3, а также ЛИВАНСОМ и ФИО3 с ОСАДОЙ, ФИО6 и ФИО7ЫМ отсутствовал предварительный сговор, направленный на совершение преступления, являются несостоятельными.

Согласно ч.2 ст.35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нём участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. При этом о наличии предварительного сговора свидетельствуют конкретные действия осуждённых, которые направлены на достижение единого преступного результата.

По мнению суда апелляционной инстанции, квалифицирующий признак незаконной добычи водных биологических ресурсов группой лиц по предварительному сговору полностью нашёл свое объективное подтверждение показаниями ОСАДОЙ, ФИО6 и ФИО7ЫМ, а также видеозаписями с камер.

Анализ обстоятельств дела свидетельствует о том, что в рассматриваемом случае соглашение было достигнуто как путём непосредственной договорённости ОСАДОЙ, ФИО6 и ФИО7ЫМ с ЛИВАНСОМ, так путём и молчаливого согласия между остальными осуждёнными. К тому же согласованный и целенаправленный характер, направленный на достижение единой цели – вылов крабов, свидетельствует о наличии предварительного сговора между ЛИВАНСОМ и ФИО3 с ОСАДОЙ, ФИО6 и ФИО7ЫМ, а также ГОШКО, ФИО4, ЛИВАНСА и ФИО3.

Кроме того, необходимо отметить, что никто из них не противился добычи крабов.

Суд первой инстанции правильно определил размер ущерба, причинённого ОСАДОЙ, ФИО6 и ФИО7ЫМ вместе с ЛИВАНСОМ и ФИО3 – особо крупный, а также ГОШКО и ФИО4 совместно с ЛИВАНСОМ и ФИО3 - крупный.

Обоснованно квалифицировал их действия гарнизонный военный суд как совершенные с применением самоходного транспортного плавающего средства.

В суде установлено, что к месту совершения незаконной добычи водных биоресурсов ЛИВАНС, ФИО3, ГОРШКО и ФИО4 пришли на самоходном маломерном судне 

<

данные изъяты>" с бортовым номером №, привезли на нём оборудование для подводного плавания и использованные при вылове крабов сетки и "куканы", с него осуществляли спуски под воду для вылова крабов, на нём же их разделывали и перевозили. Также для перевозки от судна к месту погружения и обратно лиц, достававших крабов, транспортировки добычи использовалась, принадлежащая ЛИВАНСУ резиновая лодка с бортовым номером "№ и установленный на ней мотор.

Довод в апелляционной жалобе о том, что после шторма крабы разрушаются и именно клешни от таких крабов доставал ГОШКО, опровергается пояснениями 

<

данные изъяты> - ФИО68 имеющего стаж работы в этой организации около 30 лет, который пояснил, что крабы в прибрежной полосе не обитают, они избегают таких прибойных участков, чтобы не быть разрушенными прибоем. В естественных условиях на дне не могут появиться разрушенные конечности краба, наполненные мясом (мускулатурой).

Действия ГОШКО и ФИО4, ЛИВАНСА и ФИО3, связанные с незаконной добычей водных биологических ресурсов с причинением крупного ущерба, с применением самоходных транспортных плавающих средств в местах нереста и миграционных путях к ним, группой лиц по предварительному сговору правильно квалифицированы по ч.3 ст.256 УК РФ.

Также правильно квалифицированы по ч.3 ст.256 УК РФ действия ЛИВАНСА и ФИО3, связанные с незаконной добычей водных биологических ресурсов с причинением особо крупного ущерба, с применением самоходного транспортного плавающего средства в местах нереста и миграционных путях к ним, группой лиц по предварительному сговору с ОСАДОЙ, ФИО6, ФИО7ЫМ.

С учётом изложенного заявления ФИО4 и ГОШКО, ЛИВАНСА и ФИО3 о том, что они не совершали преступления, гарнизонный военный суд обоснованно расценил как способ уйти от ответственности.

Не исключает их виновность в совершении вменённого им преступления доводы в апелляционных жалобах о необеспечении их продуктами питания должностными лицами, организовавшими поиск пропавшего дайвера в 

<

адрес>, нежелание ОСАДЫ, ФИО6 и ФИО7 делиться выловленными ими крабами с ЛИВАНСОМ и ФИО3, оказание ЛИВАНСОМ безвозмездной помощи органам предварительного следствия в поиске утонувшего дайвера.

Заявления адвокатов ЛЫСАЧЕКА и РЯБЦЕВОЙ соответственно о провокации со стороны сотрудников Пограничной службы и обязательном элементе снаряжения аквалангиста – сетки и "кукана", являются голословными, каких-либо объективных доказательств этим утверждениям материалы дела не содержат, не представлены они и стороной защиты.

Утверждение адвоката НИЖИНСКОГО о том, что ЛИВАНС не являлся капитаном судна, а поэтому не имел права запрещать находившимся на судне гражданам производить вылов краба, опровергается имеющимся в деле документом, подписанным капитаном судна ЛИВАНСОМ: "Судовая роль". В нём указано название судна №, порт регистрации: 

<

адрес>, экипаж: капитан – ЛИВАНС, судоводитель ФИО3, матрос - иной гражданин. Документ представлялся ЛИВАНСОМ в федеральное государственное бюджетное учреждение "Администрация морского порта 

<

адрес> 

Оснований для переквалификации действий, как о том ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

Что касается отдельных неточностей, связанных с показаниями осуждённых ФИО6, ФИО7, ОСАДЫ и свидетелей, на что имеются ссылки в апелляционных жалобах, то они не могут являться основанием для отмены законного и обоснованного приговора гарнизонного военного суда, поскольку указанные показания объективны, достоверны, не противоречивы и последовательны, в целом согласуются между собой и дополняют друг друга по наиболее значимым обстоятельствам дела. При этом, поскольку с момента совершения преступления ЛИВАНСОМ, ФИО3, ФИО4 и ГОШКО прошло значительное количество времени, то очевидно наличие некоторых расхождений в показаниях вышеназванных лиц, которые между тем сами по себе не опровергают фактических обстоятельств совершения подсудимыми вмененных противоправных деяний.

Вывод суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для применения по данному делу положений ч.6 ст.15 УК РФ, соответствует характеру совершенного вышеназванными осуждёнными преступлений и надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Наказание осужденным ЛИВАНСУ, ФИО3, ФИО4 и ГОШКО назначено в соответствии с требованиями закона, учётом данных об их личностях, наличия смягчающих наказание обстоятельств, материального положения, а также влияния назначенного наказания на их исправление, условия жизни семьи и всех конкретных обстоятельств дела. Назначенное наказание является справедливым и соразмерным содеянному.

Не вызывает сомнений и решение суда по гражданскому иску заместителя военного прокурора гарнизона Заозерск к осужденным ЛИВАНСУ, ФИО3, ФИО4 и ГОШКО, поданного в защиту интересов Российской Федерации в лице Североморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству о возмещении в солидарном порядке причинённого имущественного вреда, размер которого подтверждён имеющимися в деле доказательствами. 

Судьба имущества осуждённого ГОШКО, на которое в ходе предварительного расследования был наложен арест, решена судом в соответствии с п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда, по делу не допущено, приговор является законным и обоснованным.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 ст. 389.20, ст. 389.28 и ч.2 ст.389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, флотский военный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Зозерского гарнизонного военного суда от 26 марта 2021 года в отношении ФИО5, ФИО4, ФИО2 и ФИО3 оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитников осужденных адвокатов ЛЫСАЧЕКА В.Н., БЕРЕЖНОЙ Е.К. и РЯБЦЕВОЙ М.И. – без удовлетворения.

Кассационная жалоба на вступившие в законную силу судебные постановления может быть подана в Кассационный военный суд (г. Новосибирск) в порядке, установленном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий по делу

ФИО1