дело № 2а-28/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 января 2019 года город Борзя 

Борзинский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Бурмистрова С.А., при секретаре Нагаевой Т.О., с участием административного истца ФИО1, представителя командира войсковой части № ФИО2 в открытом судебном заседании, в помещении суда, рассмотрев административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором указал, что приказами командира войсковой части № № от 18 октября 2017 года, № от 11 июля 2018 года, № от 12 июля 2018 года, № от 13 июля 2018 года, № от 19 июля 2018 года и № от 20 июля 2018 года он привлечен к дисциплинарной ответственности.

Полагая действия командира войсковой части № связанные с привлечением его к дисциплинарной ответственности незаконными, ФИО1 просил суд признать их таковыми и отменить вышеназванные приказы. 

В судебном заседании ФИО1 подтвердил доводы, изложенные в административном иске, поддержал заявленные требования и просил их удовлетворить. При этом он полагает, что приказы командира войсковой части № № от 11 июля 2018 года и № от 12 июля 2018 года незаконные, поскольку в протоколе о грубом дисциплинарном проступке отсутствует подпись лица, составившего протокол. А кроме того, при привлечении его к дисциплинарной ответственности по фактам отсутствия его в части 7 июля, 9 июля, 11 июля 2018 года более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени он фактически находился в войсковой части № во 

<

данные изъяты> батальоне. При привлечении его к дисциплинарной ответственности по факту отсутсвиия более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени 18 июля 2018 года и нарушения порядка обращения за медицинской помощью, был грубо нарушен порядок, поскольку разбирательство в отношении него проводил военнослужащий ниже по воинскому званию, в связи с чем он полагает приказы командира войсковой части № № от 19 июля 2018 года и № от 20 июля 2018 года незаконными. Кроме того, утром 18 июля 2018 года он находился в расположении войсковой части №, а убыл в госпиталь по личной инициативе, поскольку так быстрее он получил медицинскую помощь. Кроме того, ни с одним из протоколов о грубом дисциплинарном проступке его не ознакомили под роспись. При этом, до привлечения его к дисциплинарной ответственности, ему командир войсковой части № определил, что он, находясь в распоряжении командира войсковой части, должен ежедневно приходить в войсковую часть № в отделение кадров и помогать начальнику отделения кадров ФИО8, однако он приходил ежедневно во 

<

данные изъяты> батальон, поскольку письменный приказ об определении ему обязанностей в отделении кадров войсковой части № не издавался. 

Представитель командира войсковой части № ФИО2 требования административного истца не признала, пояснив что командиром войсковой части № приказы о привлечении к дисциплинарной ответственности изданы законно и обоснованно.

Рассматривая вопрос о пропуске административным истцом процессуального срока для обращения в суд за защитой своих прав в части привлечения к дисциплинарной ответственности в июле 2018 года, суд полагает, что таковой срок им пропущен не был, поскольку о факте привлечения к дисциплинарной ответственности ФИО1 стало известно в конце ноября 2018 года, то есть до истечения трехмесячного срока. В связи с этим, суд считает необходимым разрешить административное исковое заявление по существу.

Заслушав объяснения ФИО1, объяснение ФИО2, показания свидетелей ФИО8, ФИО10, ФИО11 и исследовав представленные доказательства по делу, суд приходит к следующим выводам.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 11 июля 2018 года суд исходит из следующего.

Из п. 16 общих обязанностей военнослужащих Устава внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее «УВС ВС РФ»), следует, что военнослужащий в служебной деятельности руководствуется Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. При этом он обязан строго соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы Российской Федерации, требования общевоинских уставов, беспрекословно выполнять приказы командиров (начальников), быть дисциплинированным.

Указанные условия являются юридической обязанностью военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, и выступают мерой должного поведения, предписанной ему законом, а в случае необходимости обеспеченной государственным принуждением.

Согласно ст. 39 «УВС ВС РФ», приказ - распоряжение командира (начальника), обращенное к подчиненным и требующее обязательного выполнения определенных действий, соблюдения тех или иных правил или устанавливающее какой-либо порядок, положение. Приказ может быть отдан в письменном виде, устно или по техническим средствам связи одному или группе военнослужащих. Приказ, отданный в письменном виде, является основным распорядительным служебным документом (нормативным актом) военного управления, издаваемым на правах единоначалия командиром воинской части. Устные приказы имеют право отдавать подчиненным все командиры (начальники). Обсуждение (критика) приказа недопустимо, а неисполнение приказа командира (начальника), отданного в установленном порядке, является преступлением против военной службы.

Как видно из ст. 41 УВС РФ, приказ должен соответствовать федеральным законам, общевоинским уставам и приказам вышестоящих командиров (начальников). Отдавая приказ, командир (начальник) не должен допускать злоупотребления должностными полномочиями или их превышения. Командирам запрещается отдавать приказы, не имеющие отношения к исполнению обязанностей военной службы или направленные на нарушение законодательства Российской Федерации. Командиры (начальники), отдавшие такие приказы (приказания), привлекаются к ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации. Приказ формулируется ясно, кратко и четко без употребления формулировок, допускающих различные толкования.

В соответствии со ст. 42 УВС ВС РФ, командир (начальник) перед отдачей приказа обязан всесторонне оценить обстановку и предусмотреть меры по обеспечению его выполнения.

Как видно из ст. 43 УВС ВС РФ, приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок. Военнослужащий, получив приказ, отвечает: "Есть" - и затем выполняет его. При необходимости убедиться в правильном понимании отданного им приказа командир (начальник) может потребовать его повторения, а военнослужащий, получивший приказ, - обратиться к командиру (начальнику) с просьбой повторить его. Выполнив приказ, военнослужащий, несогласный с приказом, может его обжаловать. О выполнении полученного приказа военнослужащий обязан доложить начальнику, отдавшему приказ, и своему непосредственному начальнику. Подчиненный, не выполнивший приказ командира (начальника), отданный в установленном порядке, привлекается к уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 2 ст. 28.5 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее «Закона»), по своему характеру грубым дисциплинарным проступком, в том числе, является отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части или установленном за пределами воинской части месте военной службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени.

В силу п. 1 и 3 ст. 28.6 и п. 1, 3, 4 и 5 ст. 28.8 Закона, при привлечении военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, к дисциплинарной ответственности выяснению подлежат: событие дисциплинарного проступка (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения); лицо, совершившее дисциплинарный проступок; вина военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, в совершении дисциплинарного проступка, форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка; данные, характеризующие личность военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, совершившего дисциплинарный проступок; наличие и характер вредных последствий дисциплинарного проступка; обстоятельства, исключающие дисциплинарную ответственность военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы; обстоятельства, смягчающие дисциплинарную ответственность, и обстоятельства, отягчающие дисциплинарную ответственность; причины и условия, способствовавшие совершению дисциплинарного проступка; другие обстоятельства, имеющие значение для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, к дисциплинарной ответственности. В качестве доказательств допускаются: объяснения военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, привлекаемого к дисциплинарной ответственности; объяснения лиц, которым известны обстоятельства, имеющие значение для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, к дисциплинарной ответственности; заключение и пояснения специалиста; документы; показания специальных технических средств; вещественные доказательства. По каждому факту совершения военнослужащим или гражданином, призванным на военные сборы, дисциплинарного проступка, за исключением случаев, установленных п. 2 ст. 28.8 Закона, проводится разбирательство. Срок разбирательства не должен превышать 30 суток с момента, когда командиру стало известно о совершении военнослужащим или гражданином, призванным на военные сборы, дисциплинарного проступка, не считая периода временной нетрудоспособности военнослужащего, пребывания его в отпуске, других случаев его отсутствия на службе по уважительным причинам. Порядок проведения разбирательства, полномочия командира или иного лица, проводящего разбирательство, определяются общевоинскими уставами в соответствии с настоящим Федеральным законом. В ходе разбирательства должны быть собраны доказательства, на основании которых могут быть установлены обстоятельства, подлежащие выяснению при привлечении военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, к дисциплинарной ответственности.

Согласно ст. 47 Дисциплинарного Устава ВС РФ утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее «ДУ ВС РФ»), военнослужащие привлекаются к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть противоправное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, который в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности. При этом, статьей 1 названного Устава определено, что под воинской дисциплиной понимается строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных законами Российской Федерации, общевоинскими уставами Вооруженных Сил РФ и приказами командиров (начальников).

Согласно ст. 48 ДУ ВС РФ, военнослужащий, привлекаемый к дисциплинарной ответственности, имеет право давать объяснения, представлять доказательства.

Ст. 50 ДУ ВС РФ определяет, что при привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности выясняются обстоятельства совершения им дисциплинарного проступка и осуществляется сбор доказательств, которыми являются любые фактические данные, на основании которых командир (начальник), рассматривающий материалы о дисциплинарном проступке, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств совершения военнослужащим дисциплинарного проступка. 

Согласно п. 81 ДУ ВС РФ, принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство. Разбирательство проводится в целях установления виновных лиц, выявления причин и условий, способствовавших совершению дисциплинарного проступка. Разбирательство, как правило, проводится непосредственным командиром (начальником) военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, или другим лицом, назначенным одним из прямых командиров (начальников). При этом военнослужащий, назначенный для проведения разбирательства, должен иметь воинское звание и воинскую должность не ниже воинского звания и воинской должности военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, за исключением военнослужащего военной полиции, назначенного для проведения разбирательства, который может иметь воинское звание и воинскую должность ниже воинского звания и воинской должности военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок. Командир (начальник) вправе принять решение о наказании военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, своей властью либо в срок до 10 суток представить по подчиненности вышестоящему командиру (начальнику) материалы разбирательства о совершении военнослужащим дисциплинарного проступка для принятия решения. Командир воинской части (начальник органа военной полиции) принимает решение о проведении разбирательства по факту совершения грубого дисциплинарного проступка и назначает ответственного за его проведение. Разбирательство по факту совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка заканчивается составлением протокола. Протокол вместе с материалами разбирательства предоставляется для ознакомления военнослужащему, совершившему грубый дисциплинарный проступок, и с предложением о сроке дисциплинарного ареста, который целесообразно назначить военнослужащему, или о применении к нему другого вида дисциплинарного взыскания направляется командиру воинской части (начальнику органа военной полиции) для рассмотрения. Командир (начальник) или лицо, проводившее разбирательство, направляет командиру воинской части (начальнику органа военной полиции) предложение о сроке дисциплинарного ареста, который целесообразно назначить военнослужащему, или о применении к нему другого вида дисциплинарного взыскания.

Свидетель ФИО10 показал, что им по факту совершения ФИО1 7, 9 и 11 июля 2018 года, грубых дисциплинарных проступков были проведены разбирательства, по результатам которых было установлено, что в указанное время ФИО1 отсутствовал на службе. При этом командиром войсковой части № до привлечения к дисциплинарной ответственности ФИО1 было определено, что он должен ежедневно прибывать в отделение кадров войсковой части № и находиться там в течении всего служебного времени, что последний не делал. 7, 9 и 11 июля 2018 года ФИО1 должен был прибыть в отделение кадров для ознакомления с приказом о принятии им дел и должности 

<

данные изъяты> батальона. Разбирательство по этим фактам он проводил лично, отсутствие своей подписи в протоколах от 9 июля 2018 года и от 10 июля 2018 года он объясняет занятостью и необходимостью выполнения других задач. По факту отсутствия ФИО1 18 июля 2018 года и нарушения порядка обращения в указанные сутки последним за медицинской помощью, он отдал указание ФИО8 провести разбирательство по указанным фактам, поскольку ФИО8 являлся начальником по отношению к ФИО1. После проведения разбирательства по указанным фактам им изданы соответствующие приказы. 

Свидетель ФИО8 в суде пояснил, что ФИО1 проходит службу в войсковой части №, находясь в распоряжении командира, при этом в его присутствии, командир войсковой части в устной форме приказал ФИО1 ежедневно прибывать в отделение кадров войсковой части № и помогать ему, ФИО8. По какой причине ФИО1 прибывал ежедневно во 

<

данные изъяты> батальон ему неизвестно. ФИО1 таким образом уклонялся от ознакомления с приказом командира войсковой части № о принятии ФИО1 дел и должности 

<

данные изъяты> батальона. Разбирательство по факту отсутствия на службе ФИО1 18 июля 2018 года и по факту нарушения порядка обращения за медицинской помощью последнего проводил он по указанию 

<

данные изъяты> ФИО10. 

Свидетель ФИО11 в суде показал, что ФИО1 действительно в июле 2018 года пребывал во 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> батальон войсковой части №, но после проведения построения он ФИО1 не контролировал, поскольку в списках батальона административный истец не числился и на каком основании последний пребывал в расположение батальона он не знает. Кроме того, ФИО1 ему говорил что убывает, как правило, в отделение кадров для распределения ему обязанностей. 

Как видно из приказа командира войсковой части № № от 11 июля 2018 года ФИО1 за отсутствие на службе в течении всего дня объявлен строгий выговор.

Как видно из служебного разбирательства от 9 июля 2018 года, проведенное 

<

данные изъяты> ФИО10, 7 июля 2018 года ФИО1 отсутствовал на службе в течении полного рабочего дня. При этом, ФИО1 в отделение кадров войсковой части № для ознакомления с приказом командира войсковой части № о приеме дел и должности не прибывал. 

Согласно рапорта ФИО8 от 7 июля 2018 года, ФИО1 7 июля 2018 года не прибыл в отделение кадров войсковой части № для ознакомления с приказом о приеме им дел и должности 

<

данные изъяты> батальона и отсутствовал на службе в течении всего рабочего дня.

Из протокола о грубом дисциплинарном проступке от 9 июля 2018 года видно, что ФИО10 проведено разбирательство по факту отсутствия ФИО1 7 июля 2018 года на службе. При этом согласно резолюции командира войсковой части №, командиром части принято решение об объявлении ФИО1 строго выговора.

Согласно объяснения ФИО1 от 13 июля 2018 года, ФИО1 7 июля 2018 года находился во 

<

данные изъяты> батальоне.

Из объяснения ФИО11 от 9 июля 2018 года, ФИО1 7 июля 2018 года отсутствовал на службе 7 июля 2018 года без уважительных причин более 4 часов подряд в течении установленного ежедневного служебного времени. 

Согласно объяснения ФИО23, ФИО1 7 июля 2018 года отсутсовал на службе.

Вышеизложенные доказательства подтверждают, что до привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, последнему командиром войсковой части № устным приказом на период нахождения в распоряжении командира войсковой части № было установлено, что последний ежедневно должен прибывать в отделение кадров войсковой части № и оказывать помощь начальнику отделения кадров 

<

данные изъяты> ФИО8, то есть командир войсковой части № назначил ФИО8 начальником для ФИО1. В связи с чем, контроль за нахождением ФИО1 в расположении войсковой части № был возложен на 

<

данные изъяты> ФИО8, а не иные должностные лица, в том числе проходящие службу во 

<

данные изъяты> батальоне войсковой части №. Вместе с тем, данный приказ командира войсковой части №, отданный в установленном порядке ФИО1 не исполнял, что сам административный истец подтвердил в суде, и ежедневно в отделение кадров войсковой части № не пребывал, что в свою очередь делало невозможным ФИО8 установить нахождение ФИО1 на службе. 

Таким образом, в судебном заседании установлено, что 7 июля 2018 года ФИО1 совершил грубый дисциплинарный проступок – отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части или установленном за пределами воинской части месте военной службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, который подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами и показаниями свидетелей. 

Порядок проведения разбирательства по совершенному ФИО1 проступку, предусмотренный вышеприведенными нормативными правовыми актами, соблюден, а само разбирательство проведено уполномоченным лицом и в установленные сроки.

При этом суд полагает, что факт того, что протокол о грубом дисциплинарном проступке не был подписан лицом проводившим разбирательство не повлияло на законность принятого командиром войсковой части № решения о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности. 

В связи с чем в удовлетворении требовании ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 11 июля 2018 года надлежит отказать.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 12 июля 2018 года суд исходит из следующего.

Как видно из приказа командира войсковой части № № от 12 июля 2018 года, ФИО1 за отсутствие на службе 9 июля 2018 года более 4 часов подряд привлечен к дисциплинарной ответственности и ему объявлен строгий выговор.

Из служебного разбирательства от 10 июля 2018 года, проведенного 

<

данные изъяты> ФИО10 видно, что 9 июля 2018 года ФИО1 отсутсовал на службе более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени.

Согласно протокола о грубом дисциплинарном проступке от 10 июля 2018 года, ФИО1 9 июля 2018 года отсутсовал на службе в течении более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени, за что командиром войсковой части № принято решение о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде объявления строгого выговора. 

Из объяснения ФИО23 видно, что 9 июля 2018 года ФИО1 отсутсовал на службе.

Согласно объяснения ФИО8 от 10 июля 2018 года ФИО1 9 июля 2018 года отсутствовал на службе более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени.

Из объяснений ФИО11 от 10 июля 2018 года видно, что 9 июля 2018 года в период времени с 8 часов 30 минут до 9 часов ФИО1 находился в подразделении, после чего отсутсовал без уважительных причин более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени.

Согласно объяснений ФИО1, он 9 июля 2018 года находился на службе во 

<

данные изъяты>

Вышеизложенные доказательства подтверждают, что до привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, последнему командиром войсковой части № устным приказом на период нахождения в распоряжении командира войсковой части № было установлено, что последний ежедневно должен прибывать в отделение кадров войсковой части № и оказывать помощь начальнику отделения кадров 

<

данные изъяты> ФИО8, то есть командир войсковой части № назначил ФИО8 начальником для ФИО1. В связи с чем, контроль за нахождением ФИО1 в расположении войсковой части № был возложен на 

<

данные изъяты> ФИО8, а не иные должностные лица, в том числе проходящие службу во 

<

данные изъяты> батальоне войсковой части №. Вместе с тем, данный приказ командира войсковой части №, отданный в установленном порядке ФИО1 не исполнял, что сам административный истец подтвердил в суде, и ежедневно в отделение кадров войсковой части № не пребывал, что в свою очередь делало невозможным ФИО8 установить нахождение ФИО1 на службе.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1 9 июля 2018 года совершил грубый дисциплинарный проступок – отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части или установленном за пределами воинской части месте военной службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, который подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами и показаниями свидетелей. 

Порядок проведения разбирательства по совершенному ФИО1 проступку, предусмотренный вышеприведенными нормативными правовыми актами, соблюден, а само разбирательство проведено уполномоченным лицом и в установленные сроки.

При этом суд полагает, что факт того, что протокол о грубом дисциплинарном проступке не был подписан лицом, проводившим разбирательство, не повлияло на законность принятого командиром войсковой части № решения о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности. 

В связи, с чем в удовлетворении требовании ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 12 июля 2018 года надлежит отказать.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 13 июля 2018 года суд исходит из следующего.

Как видно из приказа командира войсковой части № № от 13 июля 2018 года, ФИО1 за отсутствие на службе 11 июля 2018 года более 4 часов подряд привлечен к дисциплинарной ответственности и ему объявлен строгий выговор.

Из служебного разбирательства от 12 июля 2018 года, проведенного 

<

данные изъяты> ФИО10 видно, что 11 июля 2018 года ФИО1 отсутствовал на службе более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени.

Согласно протокола о грубом дисциплинарном проступке от 12 июля 2018 года, ФИО1 11 июля 2018 года отсутствовал на службе более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени, за что командиром войсковой части № принято решение о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде объявления строгого выговора. 

Из объяснения ФИО23 от 12 июля 2018 года видно, что 11 июля 2018 года ФИО1 отсутствовал на службе.

Согласно объяснения ФИО8 от 12 июля 2018 года ФИО1 11 июля 2018 года отсутствовал на службе более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени.

Из объяснений ФИО11 от 12 июля 2018 года видно, что 11 июля 2018 года в период времени с 8 часов 30 минут до 9 часов ФИО1 находился в подразделении, после чего отсутствовал без уважительных причин более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени.

Согласно объяснений ФИО1, он 11 июля 2018 года находился на службе во 

<

данные изъяты>.

Вышеизложенные доказательства подтверждают, что до привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, последнему командиром войсковой части № устным приказом на период нахождения в распоряжении командира войсковой части № было установлено, что последний ежедневно должен прибывать в отделение кадров войсковой части № и оказывать помощь начальнику отделения кадров 

<

данные изъяты> ФИО8, то есть командир войсковой части № назначил ФИО8 начальником для ФИО1. В связи с чем, контроль за нахождением ФИО1 в расположении войсковой части № был возложен на 

<

данные изъяты> ФИО8, а не иные должностные лица, в том числе проходящие службу во 

<

данные изъяты> батальоне войсковой части №. Вместе с тем, данный приказ командира войсковой части №, отданный в установленном порядке ФИО1 не исполнял, что сам административный истец подтвердил в суде, и ежедневно в отделение кадров войсковой части № не пребывал, что в свою очередь делало невозможным ФИО8 установить нахождение ФИО1 на службе.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1 11 июля 2018 года совершил грубый дисциплинарный проступок – отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части или установленном за пределами воинской части месте военной службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, который подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами и показаниями свидетелей. 

Порядок проведения разбирательства по совершенному ФИО1 проступку, предусмотренный вышеприведенными нормативными правовыми актами, соблюден, а само разбирательство проведено уполномоченным лицом и в установленные сроки.

В связи, с чем в удовлетворении требовании ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 12 июля 2018 года надлежит отказать.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 19 июля 2018 года суд исходит из следующего.

Как видно из приказа командира войсковой части № № от 19 июля 2018 года, ФИО1 за отсутствие на службе 18 июля 2018 года более 4 часов подряд привлечен к дисциплинарной ответственности и ему объявлен строгий выговор.

Из служебного разбирательства от 18 июля 2018 года, проведенного 

<

данные изъяты> ФИО8 видно, что 18 июля 2018 года ФИО1 отсутствовал на службе более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени.

Согласно протокола о грубом дисциплинарном проступке от 18 июля 2018 года, ФИО1 18 июля 2018 года отсутствовал на службе более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени, за что командиром войсковой части № принято решение о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде объявления строгого выговора. 

Из объяснения ФИО23 от 18 июля 2018 года видно, что 18 июля 2018 года ФИО1 отсутсовал на службе.

Из объяснений ФИО11 от 18 июля 2018 года видно, что 18 июля 2018 года в 11 часов 20 минут ему на сотовый телефон позвонил ФИО1 и сообщил что он обратился в госпиталь.

Как видно из объяснения ФИО47 от 18 июля 2018 года, ФИО1 18 июля 2018 года отсутствовал на службе более 4 часов подряд в течении установленного еженедельного служебного времени.

Согласно объяснений ФИО1, он 18 июля 2018 года обратился в госпиталь.

Согласно акта составленного ФИО8 и ФИО49, ФИО1 19 июля 2018 года отказался ставить подпись в протоколе о грубом дисциплинарном проступке.

Из объяснения начальника терапевтического отделения ФИО50 следует, что ФИО1 18 июля 2018 года был госпитализирован в филиал № ФГКУ «321 ВКГ МО РФ».

Вышеизложенные доказательства подтверждают, что до привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, последнему командиром войсковой части № устным приказом на период нахождения в распоряжении командира войсковой части № было установлено, что последний ежедневно должен прибывать в отделение кадров войсковой части № и оказывать помощь начальнику отделения кадров 

<

данные изъяты> ФИО8, то есть командир войсковой части № назначил ФИО8 начальником для ФИО1. В связи с чем, контроль за нахождением ФИО1 в расположении войсковой части № был возложен на 

<

данные изъяты> ФИО8, а не иные должностные лица, в том числе проходящие службу во втором мотострелковом батальоне войсковой части №. Вместе с тем, данный приказ командира войсковой части №, отданный в установленном порядке ФИО1 не исполнял, что сам административный истец подтвердил в суде, и ежедневно в отделение кадров войсковой части № не пребывал, что в свою очередь делало невозможным ФИО8 установить нахождение ФИО1 на службе.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1 18 июля 2018 года совершил грубый дисциплинарный проступок – отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части или установленном за пределами воинской части месте военной службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, который подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами и показаниями свидетелей. 

Порядок проведения разбирательства по совершенному ФИО1 проступку, предусмотренный вышеприведенными нормативными правовыми актами, соблюден, а само разбирательство проведено уполномоченным лицом и в установленные сроки.

В связи, с чем в удовлетворении требовании ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 19 июля 2018 года надлежит отказать.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 20 июля 2018 года суд исходит из следующего.

Согласно ст. 356 Устава внутренней службы ВС РФ (далее «УВС РФ») утвержденный Указом Президента РФ от 10.11.2007 № 1495, военнослужащий не должен скрывать своего заболевания. При заболевании он обязан немедленно доложить об этом непосредственному начальнику и с его разрешения обратиться за медицинской помощью в медицинский пункт полка.

Согласно ст. 357 УВС РФ, амбулаторный прием проводится в медицинском пункте полка в часы, установленные распорядком дня полка. Военнослужащие, внезапно заболевшие или получившие травму, направляются немедленно, в любое время суток, в медицинский пункт полка (госпиталь), а при необходимости в другие учреждения государственной или муниципальной системы здравоохранения.

Из статьи 362 УВС РФ, на стационарное лечение вне расположения полка военнослужащие направляются по заключению врача командиром полка, а для оказания неотложной помощи в отсутствие врача - дежурным фельдшером (санитарным инструктором) по медицинскому пункту с одновременным докладом начальнику медицинской службы полка и дежурному по полку. Доставка больных в лечебное учреждение осуществляется санитарным транспортом полка в сопровождении фельдшера (санитарного инструктора). При направлении на лечение вне расположения полка военнослужащие должны быть обмундированы в соответствии со временем года и иметь при себе направление, подписанное командиром полка, медицинскую книжку, документ, удостоверяющий личность, личные вещи и аттестат на продовольствие, в случае необходимости - справку о травме и медицинскую характеристику, а при убытии на лечение за пределы гарнизона - кроме того, аттестаты на вещевое и денежное довольствие, проездные документы до места расположения лечебного учреждения и обратно.

Как видно из приказа командира войсковой части № № от 20 июля 2018 года, ФИО1 за нарушения порядка обращения за медицинской помощью привлечен к дисциплинарной ответственности и ему объявлен строгий выговор.

Из служебного разбирательства от 19 июля 2018 года, проведенного 

<

данные изъяты> ФИО8 видно, что 18 июля 2018 года ФИО1 обратился в ФГКУ 321 «ВКГ МО РФ».

Из объяснения ФИО1 от 19 июля 2018 года следует, что он 18 июля 2018 года обратился в госпиталь в связи с плохим самочувствием, в связи с чем был госпитализирован.

Из объяснений Врио начальника медицинской службы войсковой части № ФИО56 от 19 января 2019 года следует, что ФИО1 в медицинскую роту за медицинской помощью не обращался.

Из объяснения начальника терапевтического отделения ФИО50 следует, что ФИО1 18 июля 2018 года был госпитализирован в филиал № ФГКУ «321 ВКГ МО РФ».

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1 18 июля 2018 года совершил грубый проступок, выразившийся в нарушении требований статей 356, 362 УВС РФ, определяющий порядок обращения военнослужащего за медицинской помощью, который подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами и показаниями свидетелей. 

Порядок проведения разбирательства по совершенному ФИО1 проступку, предусмотренный вышеприведенными нормативными правовыми актами, соблюден, а само разбирательство проведено уполномоченным лицом и в установленные сроки.

В связи, с чем в удовлетворении требовании ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 20 июля 2018 года надлежит отказать.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 18 октября 2017 года суд исходит из следующего.

Согласно приказу командира войсковой части № № от 18 октября 2018 года ФИО58 привлечен к дисциплинарной ответственности.

Таким образом, поскольку приказ командира войсковой части № № от 18 октября 2017 года прав ФИО3 не затрагивает, следовательно в удовлетворении требовании ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № № от 18 октября 2017 года надлежит отказать.

Разрешая вопросы, связанные с возмещением судебных расходов по уплате государственной пошлины, суд, руководствуясь положениями ст. 111 КАС РФ, не усматривает оснований для их возврата административному истцу.

Руководствуясь ст. 175 - 180 и 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд через Борзинский гарнизонный военный суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий С.А. Бурмистров