Судья Котов П.Н.

РЕШЕНИЕ

 № 7-54/2019

(дело № 5-34/2019)

10 июня 2019 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Опанасенко Валерий Сергеевич (

<

адрес>), при секретаре Ткаченко М.С., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе защитника Филиппова Е.А. в интересах военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> проживающего по адресу: 

<

адрес>

на постановление судьи Крымского гарнизонного военного суда от 15 апреля 2019 г. о назначении ФИО3 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно судебному постановлению водитель ФИО3 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, управляя транспортным средством, в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД) отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, т.е. совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст.12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО3 назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6месяцев.

В жалобе, поданной в порядке пересмотра, защитник Филиппов просит судебное постановление ввиду незаконности и необоснованности отменить, а производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В обоснование автор жалобы, ссылаясь на нормы действующего законодательства и приводя собственный анализ доказательств по делу, обращает внимание на то, что в протоколе об административном правонарушении указано время совершения правонарушения, которое согласно имеющейся видеозаписи совпадает со временем обращения должностного лица к ФИО3. Указанное обстоятельство, по мнению защитника, свидетельствует о неверном указании времени совершения правонарушения в протоколе об административном правонарушении, поскольку по показаниям сотрудников ДПС административный материал составлялся не менее одного часа, а объективная сторона данного правонарушения выражалась в отказе лица от прохождения медицинского освидетельствования. Данное нарушение не могло быть восполнено судьей при рассмотрении дела, поэтому протокол об административном правонарушении подлежал признанию недопустимым доказательством и исключению из числа доказательств.

Автор жалобы обращает внимание и на наличие в материалах дела других противоречий. В частности, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование содержится указание о том, что ФИО3 управлял транспортным средством в 1 ч. 40 мин., а в протоколе об отстранении от управления транспортным средством – в 1 ч. 30 мин. 

Защитник Филиппов утверждает, что ФИО3 было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения до составления соответствующего протокола, что являлось нарушением процедуры направления на медицинское освидетельствование. 

В связи с этим, по мнению защитника, протоколы об отстранении от управления транспортным средством и о направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения получены с нарушением закона и являются недопустимыми доказательствами.

Представленная видеозапись не подтверждает, что ФИО3 управлял транспортным средством, а наоборот указывает на то, что автомобиль был припаркован у обочины. 

По мнению защитника, материалы дела не содержат сведений об управлении ФИО3 транспортным средством, поэтому требование сотрудника полиции к ФИО3 о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования незаконно. Указанные доводы стороны защиты судьей не приняты во внимание и не получили должной оценки при вынесении обжалуемого решения.

В заключение автор жалобы обращает внимание на то, что согласно видеозаписи ФИО3 пытался реализовать свое право на защиту путем совершения звонка защитнику, но сотрудник полиции не дал этого сделать. 

В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении ФИО3 сообщал о том, что на него было оказано давление, но суд оставил без внимания указанное заявление. Однако, учитывая эти обстоятельства, данные ФИО3 под видеозапись показания, по мнению защитника, не могли быть положены в основу вывода о его виновности.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы, нахожу, что судебное постановление соответствует фактическим обстоятельствам содеянного ФИО3 и основано на исследованных судьей доказательствах, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает. Нормы материального и процессуального права применены правильно, все заявленные стороной защиты ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

В соответствии с п. 2.3.2 ПДД водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО3 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

В силу ч. 11 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признается законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно наличие достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Как видно из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения 

<

данные изъяты>), составленного в отношении водителя ФИО3 в связи с запахом алкоголя изо рта, неустойчивостью позы, резким изменением окраски кожных покровов лица, обстоятельством, послужившим законным основанием для его направления на медицинское освидетельствование, явился его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, заявленный сотруднику полиции.

Изложенное подтверждается также показаниями сотрудников полиции ФИО1 и ФИО2, согласно которым ФИО3 отказался от прохождения как освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, так и медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Каких-либо оснований для признания недопустимыми доказательствами показаний свидетелей ФИО1 и ФИО2, как и оснований не доверять им, у судьи не имелось. Заинтересованность указанных свидетелей в исходе дела материалами дела не подтверждена.

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, в присутствии двух понятых и с применением видеозаписи, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.

Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к ФИО3 в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ.

Вопреки мнению защитника Филлипова, все юридически значимые обстоятельства, предусмотренные ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ, включая отстранение ФИО3 от управления транспортным средством, направление его на медицинское освидетельствование, в связи с наличием признаков опьянения и отказом от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, и разъяснение ему прав, нашли свое отражение в соответствующих процессуальных документах, правильность содержания которых удостоверена подписями не только присутствовавших при этом двух понятых, но и самого ФИО3. 

Доводы жалобы о наличии в протоколах об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством и о направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения противоречий, свидетельствующих об их получении с нарушением закона, являлись предметом надлежащей проверки и оценки судьи гарнизонного военного суда, который, приведя убедительное обоснование, пришел к правильному выводу о том, что эти обстоятельства не влияют на событие и вину ФИО3 в совершении административного правонарушения и не свидетельствуют о недопустимости данных доказательств.

Кроме того, факт отказа ФИО3 в присутствии двух понятых от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования, подтверждается и приложенной к материалам дела видеозаписью.

Оснований для признания данной видеозаписи недопустимым доказательством из материалов дела не усматривается, а утверждение стороны защиты об обратном является необоснованным. 

Так, доводы стороны защиты об оказании давления на ФИО3 при оформлении административного материала ничем не подтверждены и опровергаются показаниями инспекторов ДПС ФИО1 и ФИО2

Вопреки утверждению автора жалобы, из приложенной к материалам дела видеозаписи не следует, что при составлении административного материала ФИО3 изъявлял желание воспользоваться помощью защитника. Всуде инспектор ДПС ФИО1 пояснил, что при составлении административного материала ФИО3 пытался позвонить другу, а не защитнику.

Кроме того, при составлении протокола об административном правонарушении ФИО3 каких-либо замечаний по его содержанию не имел и о нарушении его прав в ходе оформления административного материала не указал.

Довод жалобы о том, что ФИО3 не управлял транспортным средством, являлся предметом надлежащей проверки и оценки судьи гарнизонного военного суда. 

Так, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции инспектор ДПС ФИО1 пояснил, что он с напарником ФИО2 двигались на служебном автомобиле, увидели подозрительное транспортное средство, которым управлял ФИО3. Аналогичные показания в суде дал и инспектор ДПС ФИО2

Учитывая изложенное, версия стороны защиты о том, что ФИО3 не управлял транспортным средством, правильно отвергнута судьей как противоречащая материалам дела.

Кроме того, из приложенной к материалам дела видеозаписи усматривается, что при оформлении административного материала ФИО3 не отрицал факт управления им транспортным средством.

Исходя из вышеприведенных фактических обстоятельств, ссылку в жалобе на наличие по делу неустранимых сомнений в доказанности вины ФИО3 в совершении вмененного административного правонарушения, нельзя признать состоятельной.

С учетом изложенного, факт отказа ФИО3 от выполнения законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения сомнений не вызывает.

Иные доводы жалобы направлены на переоценку выводов судьи, являлись предметом надлежащей оценки и проверки, обоснованно отвергнуты по основаниям, изложенным в постановлении, и не влекут его отмену.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьей в достаточном объеме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО3 события и состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным.

Назначенное Косенко административное наказание соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Нарушений, которые могли бы дать основания для вывода о необходимости отмены или изменения судебного постановления, из дела не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление судьи Крымского гарнизонного военного суда от15апреля 2019 г. о назначении ФИО3 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу защитника Филиппова Е.А. – без удовлетворения.

Судья В.С. Опанасенко