Дело № 2-158/2021

УИД 18RS0023-01-2020-002177-14

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 марта 2021 года г. Сарапул УР

Решение в окончательной форме принято 16.04.2021 года. 

Сарапульский городской суд Удмуртской республики в составе:

председательствующий судья Косарев А.С., 

при секретаре Елесиной А.Е.,

с участием представителя истца адвоката Ахмитшина Р.Р.,

ответчика ФИО7,

представителя ответчика ФИО7 ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО8, ФИО7 о включении имущественного требования в наследственную массу, взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО2 обратился в Сарапульский городской суд с иском к ФИО8, ФИО7 о включении имущественного требования в наследственную массу, взыскании неосновательного обогащения (л.д. 2-4).

Исковые требования мотивированы следующим.

ФИО1 являлась собственником квартиры по адресу: 

<

адрес> (далее – спорная квартира). 

18.07.2013 г. между ним и ФИО1 был заключен договор купли-продажи квартиры по вышеуказанному адресу, стоимость квартиры определена в 265000 руб.

Приговором Сарапульского городского суда от 20.10.2015 г. его действия по заключению договора купли-продажи квартиры были признаны мошенничеством, он был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. Приговор вступил в законную силу 22.03.2016 г.

Согласно свидетельству о смерти I-НИ № ФИО1 умерла 25.07.2014 г.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда УР от 25.11.2019 г. отменено решение Сарапульского городского суда в части удовлетворения исковых требований ФИО7, ФИО8 к нему о признании недействительным договора купли-продажи и применении последствий недействительности ничтожной сделки, в том числе, в виде взыскания с ФИО7 и ФИО8 в доход Российской Федерации 265000 руб.

Решение Сарапульского городского суда от 26.02.2019 г. в части признания за ФИО7, ФИО8 права собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес> оставлено без изменения.

Суд апелляционной инстанции установил, что сделка купли-продажи сторонами исполнена не была, несмотря на наличие передаточного акта, квартира покупателю не передавалась, поскольку из владения ФИО1 не выбывала.

Составление передаточного акта не подтверждает передачу денежных средств ФИО1 по договору купли-продажи квартиры, т.е. судом апелляционной инстанции установлено, что денежные средства по договору купли-продажи квартиры им не передавались.

Вместе с тем, 18.07.2013 г. с его счета на счет ФИО1 в ПАО «Сбербанк России» Удмуртское отделение № 8618 номер счета № была переведена сумма в размере 265000 руб.

После смерти ФИО1 открылось наследство, в состав которого вошла квартира по указанному выше адресу, что установлено апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда УР.

Ответчики являются наследниками по закону после смерти ФИО1 (ее сыновьями) и приняли наследство, открывшееся после смерти матери в равных долях по ? доле каждый.

ФИО1 признавала факт получения от него на свой счет денежной суммы в размере 265000 руб., при этом она осознавала, что эта сумма получена ею не за продажу квартиры и, соответственно, подлежит возврату.

Таким образом, полагает, что переведенная им ФИО1 денежная сумма подлежит включению в наследственную массу как долговые обязательства наследодателя и должна быть взыскана с наследников солидарно.

Просит включить в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО1, умершей 25.07.2014 г., долговые обязательства перед ним на сумму 265000 руб., взыскать с ответчиков в его пользу денежную сумму в размере 265000 руб. солидарно.

Истец ФИО2 в суд не явился, направил в суд ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца, адвокат ФИО15, действующий на основании ордера, исковые требования поддержал, привел доводы, аналогичные изложенным в иске.

Ответчик ФИО7 с исковыми требованиями не согласен. Ответчик заявил письменно о пропуске истцом срока исковой давности. В заявлении о пропуске срока исковой давности ответчик указал на следующее. Истцом подан иск в суд о взыскании с наследников суммы неосновательного обогащения в размере 265000 руб., переданной истцом наследодателю 18.07.2013 г. Считает, что истец подал иск за пределами срока исковой давности и просит отказать в заявленных требованиях за истечением срока исковой давности. Как следует из приложенных к иску документов, истец действительно передал наследодателю вышеуказанную сумму, однако, как установлено приговором Сарапульского городского суда по уголовному делу № 1-16/15 данная сумма служила средством для незаконного отчуждения истцом имущества наследодателя (

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>). В ходе ведения уголовного дела в суде установлено, что указанные денежные средства переданы истцом наследодателю под видом долга. Приговор по делу вступил в законную силу 22.03.2016 г., следовательно, истец узнал о том, что данные средства подлежат возврату наследодателем либо его правопреемником с 22.03.2016 г., иск подан 24.08.2020 г., то есть по истечении срока исковой давности. Доказательств уважительности пропуска срока исковой давности истцом в суде не представлено.

Представитель ответчика ФИО7, ФИО3, действующий на основании устного ходатайства, с иском не согласился.

Ответчик ФИО8 в суд не явился, был извещен о времени и месте судебного заседания должным образом. Ответчик обратился в суд с заявлением о применении срока исковой давности, поскольку считал, что иск подан истцом за пределами срока исковой давности, по этому основанию просил отказать истцу в иске.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, оценив и проверив все доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

В суд обратился ФИО2, который утверждал, что заключил с ФИО1 18.07.2013 г. договор купли-продажи спорной квартиры, стоимость которой была определена в 265000 руб. Судом апелляционной инстанции установлено, что сделка купли-продажи сторонами исполнена не была, несмотря на наличие передаточного акта, денежные средства по договору купли-продажи квартиры им не передавались. Вместе с тем, 18.07.2013 г. с его счета на счет ФИО1 в ПАО «Сбербанк России» Удмуртское отделение № 8618 номер счета № он перевел сумму в размере 265000 руб. Считает, что эта сумма является неосновательным обогащением ФИО1, поскольку она осознавала, что эта сумма получена ею не за продажу квартиры и, соответственно, подлежит возврату. Поскольку ФИО1 умерла, то эта сумма должна быть включена в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО1 и должна быть взыскана в его пользу с ее наследников солидарно.

Из приговора Сарапульского городского суда УР от 20.10.2015 г. усматривается, что ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 159 УК РФ, ФИО2 в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет. Постановлено срок наказания ФИО2 исчислять с 20.10.2015 г., зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 16.05.2014 г. до 21.08.2014 г., а также с 19.05.2015 г. до 20.10.2015 г. (л.д. 51-100).

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда УР от 22.03.2016 г. приговор Сарапульского городского суда УР от 20.10.2015 г. в отношении ФИО2 изменён. Квалифицированы действия ФИО2 по эпизоду преступления в отношении ФИО9 по ч. 3 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 г. № 420-ФЗ), смягчён размер назначенного наказания по данному факту до 2 лет 11 месяцев лишения свободы, квалифицированы действия ФИО2 по эпизоду в отношении ФИО10 по ч. 4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.03.2011 г. № 26-ФЗ), назначенное в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ наказание снижено до 5 лет 11 месяцев лишения свободы, зачтено в срок отбытия наказания ФИО2 содержание его под стражей с 14.05.2014 г. до 21.08.2014 г. и с 19.05.2015 г. до 20.10.2015 г. (л.д. 100-103).

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Так, из приговора Сарапульского городского суда УР от 20.10.2015 г. в отношении ФИО2 усматривается, что суд счёл установленным, что ФИО2 путём обмана и злоупотребления доверием ФИО1, вводя её в заблуждение об истинности своих намерений, приобрёл право собственности на двухкомнатную квартиру, принадлежащую ей, под видом заключения договора займа под залог недвижимости. Вина ФИО2 в совершении преступления доказана в полном объёме, его действия квалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ – мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путём обмана и злоупотребления доверием, совершённое в крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

По смыслу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ суд нашел установленным и не подлежащим доказыванию факт заключения между ФИО1 и ответчиком ФИО2 договора купли-продажи от 18.07.2013 г. под влиянием обмана со стороны ответчика ФИО2

Решением Сарапульского городского суда от 26.02.2019 г. (дело № 2-27/2019) удовлетворены частично исковые требования ФИО7, ФИО8 к ФИО2: признана недействительной сделка – договор купли-продажи 

<

адрес>, заключенный 05.08.2013 г. между ФИО1 и ФИО2; применены последствия недействительности сделки – право собственности ФИО2 на квартиру по адресу: 

<

адрес> признано отсутствующим, исключены из ЕГРН сведения о праве собственности ФИО2 на квартиру по адресу: 

<

адрес>; взыскано с ФИО7 и ФИО8 в доход Российской Федерации 265000 руб. в равных долях, то есть, по 132000 руб. с каждого; признано за ФИО7, ФИО8 право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес> по ? доле в праве собственности за каждым; в удовлетворении исковых требований ФИО7, ФИО8 к ФИО2 о компенсации морального вреда отказано. Указано, что решение суда является основанием для исключения из ЕГРН сведений о праве собственности ФИО2 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, а также, основанием для внесения в ЕГРН сведений о праве собственности ФИО7, ФИО8 на квартиру по адресу: 

<

адрес> по ? доле в праве собственности за каждым (л.д. 104-109).

Дополнительным решением Сарапульского городского суда от 30.08.2019 г. отказано в удовлетворении исковых требований ФИО7, ФИО8 к ФИО2 о признании отсутствующим права собственности на жилое помещение – квартиру по адресу: 

<

адрес>.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда УР от 25.11.2019 г. решение Сарапульского городского суда от 26.02.2019 г. отменено в части, в которой удовлетворены исковые требования ФИО7, ФИО8 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи 

<

адрес> от 05.08.2013 г. между ФИО1 и ФИО2, и в которой применены последствия недействительности указанной сделки, включая взыскание с ФИО7 и ФИО8 в доход Российской Федерации 265000 руб.; в указанной части принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в этой части; в остальной части решение оставлено без изменения (110-116).

Апелляционная инстанция пришла, в частности, к следующим выводам:

18.07.2013 г. между ФИО1 (продавец) и ответчиком ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи спорной квартиры стоимостью 265000 руб.;

в ЕГРН зарегистрировано право собственности ответчика 05.08.2013 г., о чем имеется отметка на договоре купли-продажи;

приговором Сарапульского городского суда УР от 20.10.2015 г. по делу № 1-16/15 действия ФИО2, заключившего договор купли-продажи, признаны мошенничеством, поскольку связаны с приобретением права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, совершенным в крупном размере, повлекшем право гражданина на жилое помещение, по указанному эпизоду в отношении ФИО1 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, приговор вступил в законную силу 22.03.2016 г.;

ФИО1 умерла 25.07.2014 г. (свидетельство о смерти I-НИ № от 28.07.2014 г.);

ее наследниками по закону являются сын ФИО7 и ФИО8;

поскольку вступившим в законную силу приговором Сарапульского городского суда от 20.10.2015 г. установлено, что ФИО1 заключила договор купли-продажи от 18.07.2013 г. с ФИО2 под влиянием обмана со стороны последнего, который совершил в отношении истца мошеннические действия, то вывод суда о наличии оснований для признания заключенной с ФИО1 сделки недействительной, соответствует требованиям закона и основан на положениях ГК РФ; при этом приговор суда в части, устанавливающей вышеизложенные обстоятельства (имели ли место действия лица, в отношении которого вынесен приговор суда, и совершены ли они данным лицом), в силу положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, является обязательным для суда первой инстанции;

в свою очередь, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что приговором суда установлено, что действия ответчика являются недобросовестными, совершенными путем злоупотребления правом, в связи с чем оспариваемая сделка купли-продажи недвижимого имущества от 18.07.2013 г. является недействительной на основании ст. 10, 166, 168 ГК РФ;

сторонами договор купли-продажи не был исполнен, несмотря на наличие передаточного акта, квартира покупателю не передавалась, поскольку из владения ФИО1 (в последующем и ее правопреемников) не выбывала; составление передаточного акта не подтверждает передачу денежных средств ФИО1, поскольку установлено, что в отношении ФИО1 было совершено преступление, квартира в собственность продавца не передавалась, что свидетельствует о несоответствии сведений, содержащихся в указанном акте, обстоятельствам дела; иных доказательств передачи денежных средств ответчиком ФИО1 материалы дела не содержат.

Согласно определению Судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 19.05.2020 г. решение Сарапульского городского суда от 26.02.2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики от 25.11.2019 г. оставлены без изменения (л.д. 117-120).

Таким образом, судебным постановлением суда апелляционной инстанции было установлено, что договор купли-продажи, заключенный ФИО1 и ФИО2 18.07.2013 г. не был исполнен, несмотря на наличие передаточного акта, квартира покупателю не передавалась, поскольку из владения ФИО1 (в последующем и ее правопреемников) не выбывала; составление передаточного акта не подтверждает передачу денежных средств ФИО1, поскольку установлено, что в отношении ФИО1 было совершено преступление, квартира в собственность продавца не передавалась, что свидетельствует о несоответствии сведений, содержащихся в указанном акте, обстоятельствам дела; иных доказательств передачи денежных средств ответчиком ФИО1 материалы дела не содержали.

В соответствии с п. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Истец утверждал в иске и в суде, что денежные средства в размере 265000 руб. были перечислены им ФИО1 18.07.2013 г. без каких-либо оснований.

Из приговора Сарапульского городского суда от 20.10.2015 г. усматривается следующее: 

в один из дней июля 2013 г., но не позднее 15.07.2013 г. ФИО2 разместил объявление в газете «Фортуна» от имени «ИП Ниханов» о выдаче денежных займов под залог жилого имущества; 15.07.2013 г. около 19 час. 00 мин. к ФИО2 по указанному объявлению обратилась ранее не знакомая ФИО1 с просьбой о предоставлении ей денежного займа в размере 265000 руб. под залог принадлежащей ей квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>; в то же время у ФИО2 возник преступный умысел на приобретение права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, а именно, преступный умысел на приобретение права на квартиру ФИО1 путем обмана и злоупотребления доверием последней, совершенное в крупном размере;

с целью реализации своего преступного умысла, ФИО2 по устной договоренности 15.07.2013 г. в дневное время встретился с ФИО1 по месту ее жительства по адресу: 

<

адрес>, где ложно сообщил последней о намерении предоставить ей (ФИО1) денежный займ в размере 265000 руб. под залог ее квартиры, и вводя ее в заблуждение относительно своих преступных намерений, продолжая обманывать, уверил ФИО1 о необходимости подписания договора займа под залог квартиры в Сарапульском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по УР, при этом заведомо зная, что оформлять договор займа не собирается; в то же время ФИО1, испытывая материальные трудности, и нуждаясь в денежных средствах, полностью доверяя ФИО2, согласилась на предложение последнего, а именно, на оформление договора займа в размере 265000 руб. под залог своей квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>;

продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО2, действуя умышленно, из корыстных побуждений, 15.07.2013 г. в дневное время по заранее достигнутой устной договоренности встретился с ФИО1 в Сарапульском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по УР, расположенного по адресу: 

<

...>; в то же время, находясь в помещении по вышеуказанному адресу, ФИО2, преследуя корыстные цели и желая незаконно обогатиться, воспользовавшись доверием ФИО1, передал последней для подписания договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в размере 265000 руб.; при этом ФИО2, пользуясь тем, что ФИО1 в силу своего престарелого возраста не разбирается в процедуре оформления документов, доверяет ему, действуя умышленно, из корыстных побуждений, продолжая обманывать последнюю, ложно сообщил ей (ФИО1), что она подписывает договор займа в размере 265000 руб. под залог своей квартиры, расположенной по вышеуказанному адресу, тем самым продолжая вводить ее в заблуждение относительно характера своих преступных действий;

полностью доверяя ФИО2, полагая, что подписывает договор займа, ФИО1, 18.07.2013 г. в дневное время, находясь по адресу: 

<

адрес>, подписала договор купли-продажи, зарегистрированный за №, согласно которому ФИО1 продала ФИО2 за 265000 руб. свою квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, после чего подписанный договор передала ФИО2;

доводя свой преступный умысел до конца, ФИО2 18.07.2013 г. в дневное время подписанный договор купли-продажи передал для регистрации сотруднику Сарапульского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по УР; далее, продолжая свои преступные действия, 18.07.2013 г. ФИО2, с целью сокрытия совершаемого им преступления и введения ФИО1 в заблуждение относительно своего истинного намерения, создавая видимость совершения вышеуказанной сделки, перечислил со своего расчетного счета №, открытого в Западно-Уральском Банке ОАО «Сбербанк России», денежные средства в размере 265000 руб. на расчетный счет ФИО1 №, открытом в Западно-Уральском Банке ОАО «Сбербанк России», при этом пояснил ей, что перечисленная денежная сумма является займом; ФИО1, не догадываясь о преступных намерениях ФИО12, доверяя последнему, в тот же день сняла со своего расчетного счета в банке денежные средства в размере 265000 руб., которыми воспользовалась по своему усмотрению;

после чего 05.08.2013 г. в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по УР было зарегистрировано право собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, то есть преступный умысел ФИО2 завершился оформлением права собственности на жилое помещение потерпевшей с его соответствующей регистрацией;

таким образом, 05.08.2013 г. ФИО2 путем обмана и злоупотребления доверием ФИО13 незаконно приобрел право собственности, то есть право на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, принадлежащую ФИО1 общей стоимостью 843000 руб., что является крупным размером, что повлекло лишение права ФИО1 на вышеуказанную квартиру.

Факт перечисления денежных средств ФИО2 на счет ФИО1 18.07.2013 г. подтверждается письменным ответом Сбербанка России ФИО1 от 03.12.2013 г., из которого следует, что в результате проведенной проверки установлено, что 18.07.2013 г. в 14.15 час. денежные средства в сумме 265000 руб. перечислены со счета ФИО2 на ее счет № (л.д. 25).

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1112ГК РФ в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно п. 1 ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 323).

Из приговора суда и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда УР от 25.11.2019 г. следует, что денежные средства в сумме 265000 руб. были перечислены истцом 18.07.2013 г. на счет ФИО1 не в счет исполнения договора купли-продажи спорной квартиры, не в счет договора займа, не в счет каких-либо иных установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований, то есть денежную сумму в размере 265000 руб. ФИО1 получила от истца безосновательно.

Однако, суд приходит к выводу о том, что сумма неосновательного обогащения не может быть взыскана с правопреемников ФИО1, как ее долг, и не подлежит включению в наследственную массу после ее смерти, исходя из следующего. 

Ответчики в ходе рассмотрения дела по существу письменно заявили о применении срока исковой давности (л.д. 121, 143).

Общий срок исковой давности в силу ст. 196 ГК РФ составляет три года.

Согласно ч. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В силу разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", в соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Судом установлено, что истцу было известно, что он перечисляет денежные средства в размере 265000 руб. на счет ФИО1 безосновательно, перечисление им денежных средств состоялось 18.07.2013 г. Следовательно, предусмотренный ст. 196 ГК РФ трехлетний срок для защиты права истек 18.07.2018 г. С исковым заявлением, согласно отметке суда на исковом заявлении, ФИО2 обратился 24.08.2020 г., то есть по истечении срока исковой давности.

Довод истца, изложенный в письменном возражении на заявление о пропуске исковой давности (л.д. 133-134) и в ходатайстве о восстановлении пропущенного срока (л.д. 145-146) и его представителя в суде о том, что истец узнал о нарушении его права, когда вступило в силу решение Сарапульского городского суда от 26.02.2019 г. (25.11.2019 г.), т.к. было отказано судом апелляционной инстанции во взыскании с наследников ФИО1 в доход РФ денежной суммы 265000 руб., несостоятелен, поскольку это обстоятельство, изложенное в судебных постановлениях первой и апелляционной инстанции, не касается прав истца и не находится в какой-либо причинно-следственной связи с ними. При этом суд учитывает, что, как в письменном возражении, так и в ходатайстве о восстановлении срока истец ссылался на обстоятельства, которые не соответствуют действительности и не подтверждаются материалами дела (на решение и материалы гражданского дела, которым дана иная оценка судом апелляционной инстанции).

Поскольку истцом пропущен срок исковой давности, то в иске ФИО2 надлежит отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО8, ФИО7 о включении в наследственную массу после смерти ФИО1, умершей 25.07.2014 года, долговых обязательств перед ФИО2 на сумму 265 000 рублей, взыскании с ответчиков ФИО8, ФИО7 неосновательного обогащения в сумме 265 000 рублей – отказать в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Сарапульский городской суд УР.

Судья Косарев А.С.