РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 июня 2021 года г. Тула

Пролетарский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Громова С.В., 

при секретаре Дикаревой О.А.,

с участием 

старшего помощника прокурора Пролетарского района г. Тулы Колковской Е.В.,

представителя ответчика ГУЗ «Тульский областной перинатальный центр» по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № 2-184/2021 по иску ФИО2, ФИО3 к ГУЗ «Тульский областной перинатальный центр», министерству здравоохранения Тульской области о компенсации материального ущерба,

установил:

ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с иском к ГУЗ «Тульский областной перинатальный центр», министерству здравоохранения Тульской области о компенсации материального ущерба. В обоснование исковых требований указали, что истцы, являясь законными супругами, в ДД.ММ.ГГГГ году решили 

<

данные изъяты>, для чего обратились в ГУЗ «ТОПЦ» к врачу ФИО4 Данный медицинский работник предоставила обратившимся супругам список обследований, которые необходимо пройти для получения 

<

данные изъяты>, а также перечень медицинских организаций, где делают 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ годах ФИО2 и ее супруг прошли и оплатили все необходимые перед 

<

данные изъяты> обследования, получили 

<

данные изъяты> и выбрали медицинскую организацию для проведения 

<

данные изъяты> - 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> лечащим врачом ФИО29 была начата процедура 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ состоялся 

<

данные изъяты>. В конце ДД.ММ.ГГГГ года ФИО2 встала на учет в ГУЗ «ТОПЦ», с этого момента и 

<

данные изъяты> регулярно посещала врача, своевременно проходила все назначаемые врачом ФИО30 обследования. В процессе 

<

данные изъяты> врач 

<

данные изъяты> ни разу не сообщила о какой-либо имеющейся проблеме со здоровьем ФИО2, которая бы несла угрозу 

<

данные изъяты>, на каждом приеме говорила, что 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ после очередной сдачи анализов в 

<

данные изъяты> ФИО2 была обнаружена 

<

данные изъяты> После ознакомления с данным результатом анализов лечащий врач ФИО31 сообщила ФИО2 о том, что лечить данную инфекцию не нужно, лекарственные препараты для лечения выявленной инфекций не назначила ни в этот раз, ни в последующем. В 20-х числах ДД.ММ.ГГГГ года ФИО2 самостоятельно обратилась к врачу ФИО32 в ЦНМТ, которая назначила ей 

<

данные изъяты>. После получения результатов 

<

данные изъяты>, примерно через неделю, вновь была обнаружена 

<

данные изъяты>, врач ФИО33 сообщила, что данную инфекцию необходимо лечить в срочном обязательном порядке, очень удивившись, что врач 

<

данные изъяты> не выписала необходимых препаратов. ФИО34 назначила ФИО2 антибиотик 

<

данные изъяты>, который она принимала в течение 10 дней. После этого ФИО2 вновь сдала 

<

данные изъяты>, анализ был хороший, инфекция не выявлена. ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 появились ноющие боли внизу живота, она в тот же день обратилась к ФИО35 которая не осматривая ее, направила в 

<

данные изъяты>, где истец находилась на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 пришла на плановый прием к врачу ФИО36, которая сообщила, что по результатам анализов здоровье пациентки в норме, но при 

<

данные изъяты> и направила ее в стационар ГУЗ «ТОПЦ», где ФИО2 находилась до ДД.ММ.ГГГГ, при этом она чувствовала себя хорошо, болей и других неприятных симптомов у нее не было. В период данной госпитализации у нее повторно брали анализ 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ на плановом осмотре после проведения 

<

данные изъяты> у врача 

<

данные изъяты>., была выявлена необходимость помещения ФИО2 в стационар ГУЗ «ТОПЦ». Выполняя рекомендацию врача, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ поступила во 

<

данные изъяты> ГУЗ «ТОПЦ», где была осмотрена врачом 

<

данные изъяты>., и ДД.ММ.ГГГГ истцу вновь было сделано 

<

данные изъяты> и сообщено о том, что 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «ТОПЦ» состоялся консилиум врачей, которые сообщили о том, что 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. В этот день в 06 час. 00 мин медсестра осуществила 

<

данные изъяты> сообщив о том, что 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, ФИО2 испугалась, что 

<

данные изъяты> и стала звать кого-нибудь из медицинских работников. Врач ФИО37 примерно через полчаса после этого сделал ей 

<

данные изъяты>, стало легче, истец то спала, то просыпалась. Был установлен 

<

данные изъяты>. В промежутке между 14 час. и 14 час. 30 мин. у ФИО2 начались 

<

данные изъяты>, к этому времени 

<

данные изъяты> был снят, медицинского персонала в отделении не было. Врач ФИО38. вела роды примерно с 16 час. 00 мин., при этом допускала очень грубую речь, постоянно подгоняла: 

<

данные изъяты> В 16 час. 40 мин. в родильный зал сбежалось большое количество медработников. В 16 час. 50 мин. после 

<

данные изъяты>. После проведения реанимационных действий 

<

данные изъяты>. ФИО39 при этом сообщила, что ребенок 

<

данные изъяты> и спросила у ФИО2, зачем 

<

данные изъяты>, на что последняя о том, что пришла строго по решению консилиума врачей. В 17 час. 10 мин. 

<

данные изъяты>. После чего ФИО40 начала снова торопить ФИО2 

<

данные изъяты>, постоянно подгоняла, но у ФИО2 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> вышел в 17 час. 30 мин. после того как ФИО41 стала дергать за него. После этого началось кровотечение, ФИО2 кто-то из медперсонала «под нос» сунул какой-то документ, который срочно нужно было подписать. ФИО2 не успев ознакомиться с документом, подписала его прямо на весу, после чего ФИО2 была прооперирована. От наркоза она отошла около 19 час., на ее просьбы перевести в 

<

данные изъяты> отделение, ей сообщили, что там нет мест и поэтому около 20 час. ее перевели в палату 

<

данные изъяты>. На следующий день ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 перевели в 

<

данные изъяты> отделение, у нее поднялась температура тела до 38,8 градусов, был сильный озноб. Начиная с ДД.ММ.ГГГГ, строго после разрешения врача, ФИО2 смогла наблюдать за своими 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ врач ФИО42 сделал 

<

данные изъяты> и сообщил, что возможно в 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. Врачи сообщили матери о сложившейся ситуации лишь ДД.ММ.ГГГГ утром. На вопросы, что происходит с 

<

данные изъяты> и по какой причине, никто из врачей ответить внятно не смог, выдвигали разные версии. Так, заведующий 

<

данные изъяты> отделения - врач 

<

данные изъяты> сообщила о том, что 

<

данные изъяты> возникла в связи с тем, что шейка 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 19 час. 00 мин. ФИО43 сообщила о том, что 

<

данные изъяты> ФИО2 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ФИО2 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> ФИО2 - 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ по УЗИ врачами было установлено, что 

<

данные изъяты> ФИО2 было проведено не в должном объеме. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была сделана повторная 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 попросила врачей отпустить ее на 2-3 часа 

<

данные изъяты>, но ее выписали совсем, несмотря на плохое самочувствие. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась на стационарном лечении в 

<

данные изъяты> ГУЗ «ТГКБ СМП им. Д.Я. Ваныкина» в связи 

<

данные изъяты>. Истцы вместе ежедневно по три раза в день приезжали в ГУЗ «ТОПЦ» утром и вечером, передавали 

<

данные изъяты>, а днем заходили 

<

данные изъяты>. Разные врачи говорили о том, что 

<

данные изъяты> находится в коме, несколько раз меняли курсы лечения. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ФИО2 был поставлен диагноз 

<

данные изъяты>. Вплоть до ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> вводили антибиотики, ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> умерла. 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ следователь СО по Пролетарскому району г. Тулы СУ СК Российской Федерации по Тульской области вынес постановление о возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО2 по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО2 в ГУЗ «ТОПЦ», 

<

данные изъяты>. Основанием для возбуждения уголовного дела явилось наличие достаточных оснований, указывающих на недостатки оказания медицинской помощи ФИО2 медицинскими работниками ГУЗ «ТОПЦ», вследствие чего 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> ФИО2 нуждались в срочной 

<

данные изъяты>, тяжести состояния и результатов проведенных обследований, чего сделано не было. Указанные нарушения были допущены врачом- неонатологом. До поступления в ГУЗ «ТОПЦ» у ФИО2 никакой 

<

данные изъяты>, что подтверждается всеми медицинскими документами. Инфекцию, от которой 

<

данные изъяты> ФИО2, занесли ей после ДД.ММ.ГГГГ именно в ГУЗ «ТОПЦ», когда она находилась на 

<

данные изъяты>. Врачи ФИО44, ФИО45., ФИО46 ФИО47., ФИО48 утверждали о том, что 

<

данные изъяты>, указывали на то, что причин 

<

данные изъяты>. Приказом министерства здравоохранения по Тульской области была создана внеплановая документарная проверка качества медицинской помощи, оказанной ФИО2 специалистами ГУЗ «ТОПЦ» в период 

<

данные изъяты>. По результатам анализа представленной медицинской документации сделаны следующие выводы: причиной неблагоприятного исхода 

<

данные изъяты>. Данная инфекция развилась в конце 

<

данные изъяты>. В действительности же, за все время ведения 

<

данные изъяты> ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ был диагностирован лишь 

<

данные изъяты>. Данные медицинских карт не содержат информации о заболеваниях, они вписаны позднее, после начала проверки органами полиции, и содержится только в информации об оказанных медицинских услугах на портале «Госуслуги». На самом деле, всеми медицинскими документами пациента ФИО2 достоверно подтверждается отсутствие указанных заболеваний. Обязанность организации лечащим врачом надлежащего лечебно-диагностического процесса прямо предписана в Федеральном законе № 323-ФЗ от 21.11.2011 «Об основах здоровья граждан в Российской Федерации, Приказе Минздравсоцразвития РФ от 23.07.2010 № 541н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих». В материалах уголовного дела указано, что врач ФИО49 назначила лечение с опознанием. В действительности, 

<

данные изъяты> назначала врач ЦНМТ 

<

данные изъяты> Врач 

<

данные изъяты> подписала ручкой назначение препаратов 

<

данные изъяты> после впечатанного текста, только после того, как началась проверка органами полиции. Была внесена рукописная дописка о диагнозе «

<

данные изъяты>» и указаны назначения. Данной записи первоначально в листе назначений не было, и появилась после впечатанного текста о приеме и следующей дате явки. Экспертизы давности внесения дописок ручкой проведено не было. На догоспитальном этапе диагностические исследования ФИО2 также были выполнены не в полном объеме. После выявления 

<

данные изъяты> не было сделано 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, не была назначена консультация 

<

данные изъяты>, культуральное исследование 

<

данные изъяты>. Все это привело к 

<

данные изъяты>. В соответствии с актом проверки Роспотребнадзора от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> произошло на поздних сроках 

<

данные изъяты>. Это подтверждается тем, что при 

<

данные изъяты> наблюдении за течением 

<

данные изъяты> отсутствовали признаки (симптомы) 

<

данные изъяты> Это подтверждается и тем, что клиническая картина 

<

данные изъяты> у 

<

данные изъяты> к концу 2-х суток жизни. Также при 

<

данные изъяты> на ранних этапах развития 

<

данные изъяты>, с высокой долей вероятностью произошли бы преждевременные 

<

данные изъяты>, чего не наблюдалось в анализируемом случае. Таким образом, инфицирование произошло с момента помещения ФИО2 в 

<

данные изъяты> – с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с актом проверки Роспотребнадзора от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ФИО2 была условно предотвратима; не было контроля 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, не проведена 

<

данные изъяты>, поздний перевод на 

<

данные изъяты>, доза препарата рассчитана не верно и составляла в 5 раз меньше рекомендуемой, 

<

данные изъяты> не проведена после выявленных подозрений на 

<

данные изъяты>; необходимое переливание 

<

данные изъяты> сделано не было. По 

<

данные изъяты> ФИО2 из акта следует: выявленные дефекты проведения диагностических и лечебных мероприятий повлияли на утяжеление течения основного заболевания, приведших к летальному исходу. Неадекватно проведена 

<

данные изъяты>. Не проведена ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>, а только лишь ДД.ММ.ГГГГ. Диагностическая 

<

данные изъяты> для исключения 

<

данные изъяты> не проведена, которая присутствовала в организме 

<

данные изъяты>. Нет 

<

данные изъяты> на стерильность. Во всех 

<

данные изъяты> исследованиях 

<

данные изъяты> нет необходимой информации о размерах 

<

данные изъяты>, оценить степень 

<

данные изъяты> и ее прогрессирование поэтому невозможно. Нет контроля 

<

данные изъяты>. «

<

данные изъяты>» назначен без химического контроля 

<

данные изъяты>, нет контроля рентгенологического исследования 

<

данные изъяты> Препарат 

<

данные изъяты> вводился в дозе, превышающую необходимую в 2 раза, а также не был назначен повторно через месяц, чего нельзя было допускать. Кроме этого, чувствительность к нему не определялась вообще. Препарат 

<

данные изъяты> при 

<

данные изъяты> вводился в неэффективной дозе, необходимо было 100 мг/кг/сут., а вводился 50 мг/кг/сут. Не указана длительность реанимационных мероприятий, введенные препараты, их дозы. 

<

данные изъяты> вводился препарат 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, который разрешен лишь с 2-х лет, препарат «

<

данные изъяты>», разрешен с 3-х лет, «

<

данные изъяты>» разрешен с 3-х месяцев. Нет медицинского обоснования назначения данных препаратов. Назначены были врачами самопроизвольно. Врачи ГУЗ «ТОПЦ» консультировались относительно лечения 

<

данные изъяты> истцов с Российской Детской Клинической Больницей (РДКБ) в Москве, которая дала письменное уведомление от ДД.ММ.ГГГГ о том, что не может консультировать по данным случаям в связи с тем, что не имеет лицензии на лечение 

<

данные изъяты>. Несмотря на это, РДКБ дает рекомендации по лечению 

<

данные изъяты> ФИО5, а ГУЗ «ТОПЦ», в том числе и по этим рекомендациям, оказывал медицинскую помощь 

<

данные изъяты> ФИО2 Между допущенным дефектом диагностики и лечения ФИО2: недообследование и запоздалое 

<

данные изъяты> лечение по поводу лечения инфекции на этапе ведения 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, в 

<

данные изъяты> периоде и летальным исходом 

<

данные изъяты>, имеется причинно-следственная связь что подтверждается документами. Решением Пролетарского районного суда г. Тулы по делу № 2-11/2020 исковые требования ФИО2 и ФИО3 к ГУЗ «ТОПЦ» удовлетворены частично, в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в сумме 200000 руб. - вред ей причинен некачественным оказанием медицинских услуг, в сумме 500000 руб. - вред причинен 

<

данные изъяты> ФИО2 некачественным оказанием медицинских услуг; в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в сумме 300000 руб. - вред причинен новорожденным детям ФИО3 некачественным оказанием медицинских услуг. В связи с некачественным оказанием медицинских услуг истцы понесли материальные расходы в общей сумме 462346,59 руб., из которых: 

ДД.ММ.ГГГГ покупка в интернет-магазине «

<

данные изъяты>» на сумму 7773 руб., оплачивала ФИО2; 

ДД.ММ.ГГГГ оплата билета на самолет «

<

данные изъяты>» на сумму 9500 руб. и сервисный сбор на сумму 450 руб., оплатил ФИО3; 

ДД.ММ.ГГГГ оплата 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> на сумму 3300 руб., оплатил ФИО6; 

ДД.ММ.ГГГГ оплата 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> на сумму 3300 руб., оплатил ФИО6; 

ДД.ММ.ГГГГ оплата 

<

данные изъяты> в сумме 48000 руб., оплатил, ФИО3; 

расходы на бензин на ежедневные поездки в реанимацию на общую сумму 11543, 4 руб., оплачивал ФИО3; 

подготовка ФИО3 к 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году на сумму 6770 руб., из которых: 

<

данные изъяты> 2500 руб., анализ крови 740 руб. и 720 руб., обследование на инфекции 2810 руб.; 

подготовка ФИО3 к 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году на сумму 1875 руб. – анализ крови; 

подготовка ФИО3 к 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году на сумму 11829,50 руб., из которых: анализы 388 руб., 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> 4800 руб., анализы 2102,50 руб., УЗИ 2350 руб., анализы 404 руб., анализы 850 руб., анализы 335 руб., медосмотр 600 руб.;

подготовка ФИО3 к ЭКО в ДД.ММ.ГГГГ году на сумму 6749 руб., из которых: 

<

данные изъяты> 2800 руб., лекарства 505,77 руб., лазерная терапия на сумму 2550 руб.;

анализы, консультации, оплаченные ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 219109,90 руб.;

лекарства, оплаченные ФИО2 на общую сумму 132146,45 руб.

25.09.2020 истцы обратились в ГУЗ «ТОПЦ» с претензией, в которой просили возместить им моральный вред, доказательства суммы материального вреда приложили по описи. На дату подачи искового заявления ответчик расходы не возместил, на претензию не ответил. С учетом уточнения требований в части судебных расходов, ссылаясь на ст. ст. 15, 1064 ГК РФ, просили взыскать с ГУЗ «Тульский областной перинатальный центр»:

в пользу ФИО2 в качестве материального ущерба, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг ей и ее детям денежные средства в сумме 359029,35 руб. и судебные расходы на оплату юридической помощи 10350 руб.;

в пользу ФИО3 в качестве материального ущерба, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг ему и его детям денежные средства в сумме 103317,24 руб. и судебные расходы на оплату юридической помощи в сумме 10350 руб. 

Определением суда от 01.02.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Капитал Медицинское Страхование».

В возражениях и дополнениях к возражениям на исковое заявление представители ГУЗ «Тульский областной перинатальный центр» по доверенности ФИО7 и в лице главного врача ФИО8 просили отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, полагая их необоснованными, а судебные расходы - чрезмерно завышенными. Указали, что ГУЗ «ТОПЦ» является бюджетным учреждением, созданным для оказания государственных услуг и исполнения государственных функций в целях обеспечения медицинской помощи женщинам в период 

<

данные изъяты>, сохранения их 

<

данные изъяты> здоровья, а также оказания специализированной помощи 

<

данные изъяты>. В материальные расходы истцы включили расходы на подготовку П-вых к 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ годах и оплата сумм 67700 руб., 1875 руб., 11829,50 руб. и 6749 руб. соответственно. Данные расходы осуществлялась исключительно по собственному волеизъявлению истцов вне зависимости от действий или бездействий ответчика. В представленных истцами документах ответчик не усматривает ни одного лабораторного исследования или процедуры, которую нельзя было бы провести в рамках программы ОМС. Все процедуры проводились по квоте в рамках программы ОМС, решение пациента сдавать анализы и наблюдаться в частной клинике, не должно оплачиваться за счет государства, которое могло бы оплатить все процедуры по ОМС, в том числе анализы в ТОКВД и УЗИ. Заключение ФИО2 договора с 

<

данные изъяты> на ведение 

<

данные изъяты> и оплата услуг осуществлялось исключительно по собственному волеизъявлению истцов вне зависимости от действий или бездействий ГУЗ «ТОПЦ» и могло осуществляться в любом другом государственном учреждении здравоохранения бесплатно. Истцами представлены кассовые чеки на сумму 850 руб., 2350 руб., 404 руб., 4800 руб., 388 руб., из которых не видно, какие медицинские услуги оплачивались. Все остальные анализы, которые ФИО2 сдавала в период 

<

данные изъяты>, входят в программу ведения 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>, что подтверждается распечаткой с сайта организации. Программа ведения 

<

данные изъяты> включает: консультации 

<

данные изъяты> и других специалистов (терапевт, офтальмолог, оториноларинголог, стоматолог); 

<

данные изъяты> скрининги, позволяющие определить степень риска 

<

данные изъяты>; функциональная диагностика 

<

данные изъяты>, УЗИ, допплерометрия, кардиотокография (КТГ) 

<

данные изъяты>; лабораторные исследования - ОАК, биохимическое и гормональное исследование, RW, ВИЧ, Hbs Ag, анти HCV, TORH- инфекции, группа крови и резус фактор, глюкозо-толерантный тест, ОАМ, исследование отделяемого из 

<

данные изъяты>, обследование на 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>. Все анализы, которые ФИО2 сдавала в период до ДД.ММ.ГГГГ и консультации врачей-

<

данные изъяты>, не подтверждаются необходимостью их сдачи и прохождения в платных клиниках, так как их можно было сдавать бесплатно в государственных учреждениях здравоохранения. Кроме того, они не подтверждены конкретными назначениями врачей. Из представленных документов непонятно, каким образом проводилось наблюдение ФИО2, по представленным чекам на покупку лекарственных препаратов терапия не обоснована. Например: препараты «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» не обладают доказанной эффективностью, у них недостаточная база клинических исследований и они не прописаны в протоколах лечения «

<

данные изъяты> (современные подходы к диагностике и лечению)» от ДД.ММ.ГГГГ № №; нет клинических данных для назначения препарата «

<

данные изъяты>», по протоколу он не показан; «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» назначают одно из двух, оплачивается по 

<

данные изъяты> сертификату; консультация иммунолога и назначение им препаратов не входят в сферу 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 оплачивала в интернет-магазине «

<

данные изъяты>» комплект на 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>» в количестве 2 штук на сумму 7773 руб. Данный товар приобретался за несколько месяцев до проведения 

<

данные изъяты>, в иных целях, покупка не зависела от действий либо бездействий со стороны работников ГУЗ «ТОПЦ». ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 оплачивал билет на самолет «

<

данные изъяты>» на сумму 9500 руб. и сервисный сбор на сумму 450 руб. Перелет ФИО3 не зависел от конкретных обстоятельств дела, не связан с действием или бездействием сотрудников ГУЗ «ТОПЦ». В рамках расследования уголовного дела по заявлению ФИО2 в протоколе допроса ФИО3 в качестве свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ он сообщает о том, что ДД.ММ.ГГГГ улетел в рабочую командировку и ДД.ММ.ГГГГ вернулся домой из командировки, что подразумевает плановое возвращение ФИО3 домой. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 оплатил 

<

данные изъяты> на сумму 3300 руб. и 3300 руб. соответственно. ДД.ММ.ГГГГ он оплатил 

<

данные изъяты> в сумме 48000 руб. Данные суммы также не подлежат взысканию, так как отсутствуют доказательства наличия виновных, противоправных действий либо бездействия со стороны работников ГУЗ «ТОПЦ», прямая причинно-следственная связи между действиями работников ГУЗ «ТОПЦ» и наступившими последствиями в виде 

<

данные изъяты>, а неблагоприятный исход был обусловлен тяжестью и характером основного заболевания, а не дефектами оказания медицинской помощи. Расходы на бензин в общей сумме 11543,74 руб., которые оплачивал ФИО3 и представленные чеки на оплату не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам, и подтверждают лишь факт приобретения бензина, но не свидетельствуют о том, что бензин и пользовался ответчиком в связи с ежедневными поездками в 

<

данные изъяты>. В материалы дела представлен чек на сумму 999,94 руб. от ДД.ММ.ГГГГ, в то время, как 

<

данные изъяты> П-вых умерла ДД.ММ.ГГГГ, а значит, ехать в реанимацию ДД.ММ.ГГГГ у П-вых не было необходимости. Часть копии чеков представлена с нечитаемыми датами, в связи с чем, не представляется возможным установить: когда, кем и для каких целей приобретался бензин. В обоснование заявленных расходов при подготовке к процедуре 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году истцы прикладывают копию договора оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ с ГУЗ «ТОНД № 1», где оплачена услуга за посещение врача-нарколога при прохождение медицинского осмотра на сумму 600 руб. Если предположить, что он получал справку для постановки на очередь на 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, то он мог это сделать в рамках программы ОМС по месту своего жительства. Представлен договор на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ - медицинский осмотр врача для права управления транспортного средства в сумме 600 руб., кассового чека и подписей нет. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 сдает в медицинской лаборатории «

<

данные изъяты>» посев 

<

данные изъяты>, взятие биоматериала: 

<

данные изъяты>. Тоже самое ФИО2 сдает ДД.ММ.ГГГГ, как и остальные лабораторные исследования. Необходимость и такая периодичность сдачи анализов не подтверждена конкретным назначением врача. Среди представленных имеются кассовые чеки из 

<

данные изъяты> где указано: «за медикаменты», позиции не расшифрованы, какие медикаменты приобретались, и в каком количестве, непонятно. Только на некоторых кассовых чеках есть сведения о том, что оплачивала ФИО2, однако необходимость приобретения данных препаратов не подтверждена истцами в обоснование заявленных расходов, так как не представлено сведений о назначениях тех или иных препаратов, в том количестве и тех дозировках, в которых они приобретались. На большинстве кассовых чеков нет подтверждающих сведений о том, кем оплачивались покупки. Имеется повторение представленных кассовых чеков, из представленных документов не складывается общая сумма в размере 6749 руб., заявленная в обоснование расходов ФИО3 при подготовке к процедуре 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году. Согласно данным, содержащимся в инфоклинике о пациентке ФИО2, ей не требовалось никакого дополнительного лечения и обследования в 

<

данные изъяты> периоде. В своем заявлении истцы ссылаются на материалы и решение уже рассмотренного гражданского дела о взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг, и указывают на наличие прямой причинно-следственной связи между дефектами диагностики и лечения ФИО2 и 

<

данные изъяты>. Суд пришел к выводу о том, что имели место дефекты оказания медицинской помощи истцу ФИО2 и 

<

данные изъяты>. Однако по данному делу комиссия экспертов установила, что между допущенными дефектами диагностики и лечения 

<

данные изъяты> ФИО2 в период их нахождения в ГУЗ «ТОПЦ» и 

<

данные изъяты> не имеется прямой причинно-следственной связи, что отражено в экспертном заключении и решении суда от 26.03.2020. В заключении судебно-медицинской экспертизы № № имеется вывод о том, что прямая причинно-следственная связь между лечением ФИО2 и 

<

данные изъяты> отсутствует. Между допущенными дефектами диагностики и лечения 

<

данные изъяты> ФИО2 в период их нахождения в ГУЗ «ТОПЦ» и 

<

данные изъяты> не имеется прямой причинно-следственной связи, поскольку допущенные дефекты не являлись причиной развития неблагоприятного исхода. Также невозможно утверждать, что при должном оказании медицинской помощи был возможен благоприятный исход для 

<

данные изъяты> ФИО2 Вопреки доводам истцов, данные фактические обстоятельства были установлены судом при вынесении решения от 26.03.2020. Утверждение ФИО2 о том, что инфекцию, от которой 

<

данные изъяты>, занесли ей после ДД.ММ.ГГГГ именно в ГУЗ «ТОПЦ», когда она находилась на 

<

данные изъяты> обследовании и во время самих 

<

данные изъяты>, является голословным, не подтвержден материалами дела, и опровергается заключением судебной медицинской экспертизы № № в которой указано, что комиссии экспертов не представилось возможным установить время инфицирования 

<

данные изъяты>. Заключение комиссии экспертов было принято судом как надлежащее доказательство. В экспертизе имеется указание о том, что по литературным данным летальность среди 

<

данные изъяты> от раннего 

<

данные изъяты>, вызванного 

<

данные изъяты>, достигает 70%, и не характеризуют качество медицинской помощи в конкретной ситуации. Суд признал за истцами право на компенсацию морального вреда, на размер компенсации морального вреда в первую очередь повлияло то, что неблагоприятный исход был обусловлен тяжестью и характером основного заболевания, а не дефектами оказания медицинской помощи. Полагала, что все заявленные расходы не подлежат взысканию с ГУЗ «ТОПЦ» в связи с тем, что отсутствуют доказательства наличия виновных, противоправных действий либо бездействия со стороны работников ГУЗ «ТОПЦ», прямая причинно-следственная связи между действиями работников ГУЗ «ТОПЦ» и наступившими последствиями в виде 

<

данные изъяты>, а неблагоприятный исход был обусловлен тяжестью и характером основного заболевания, а не дефектами оказания медицинской помощи. Кроме того, на основании ст. 199 ГК РФ к расходам, затраченным ФИО2 и ФИО3 при подготовке к 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ годах, подлежит применению срок исковой давности. Истцам в ДД.ММ.ГГГГ году стало известно о том, какой перечень обследований пациента по месту жительства необходим для постановки на очередь на 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, и тогда же ими был выбран способ сдачи всех необходимых анализов в частой клинике. На момент подачи искового заявления в суд - ДД.ММ.ГГГГ, у истцов истек срок исковой давности, так как исковое заявление было подано позднее срока, определенного законодательством. Просила применить срок исковой давности на предъявление иска о возмещении ущерба в части требования о возмещении расходов, затраченных истцом ФИО3 на подготовку к процедуре 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ годах на сумму 6770 руб. и 1875 руб. соответственно, и ФИО2 – на анализы и консультации на общую сумму 50420,50 руб. Ссылаясь на положения ст. 100 ГПК РФ, заявленную сумму расходов на оплату юридической помощи считали завышенной.

В возражениях и дополнениях к возражениям на исковое заявление представитель ответчика - министерства здравоохранения Тульской области по доверенности ФИО9 заявленные требования считала незаконными и необоснованными, просила отказать в их удовлетворении. Ссылаясь на положения ст. ст. 15, 1064 ГК РФ и ст. 56 ГПК РФ, указала, что ответственность причинителя вреда наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями, вина причинителя вреда. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба. В случае вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что истцы были лишены возможности получить бесплатную медицинскую помощь и лечение, в том числе нуждались в приобретении указанных в иске препаратов. Отсутствует прямая причинно-следственная связь между некачественно оказанной медицинской услугой и понесенными расходами, поскольку понесенные истцами затраты были связаны не с имевшимися дефектами оказания медицинской помощи, а с заболеванием, которое в любом случае было в историях болезни семьи П-вых. Подготовка к процедурам 

<

данные изъяты> истцами осуществлялась исключительно по собственному волеизъявлению вне зависимости от действий или бездействий ГУЗ «ТОПЦ». По мнению ответчика, истцами в обоснование суммы материального ущерба не представлено доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона. Положением о министерстве здравоохранения Тульской области, которое утверждено Постановлением правительства Тульской области от 11.12.2012 № 698, определены полномочия министерства в отношении подведомственных учреждений. В частности, министерство осуществляет в установленном порядке выполнение функций главного распорядителя бюджетных средств в отношении подведомственных государственных учреждений; осуществляет анализ, планирование деятельности и финансовое обеспечение подведомственных учреждений здравоохранения в пределах средств, выделенных из бюджета Тульской области, контроль их финансово-хозяйственной деятельности, целевого использования бюджетных ассигнований, а также принимает меры по результатам ревизий и проверок. Прямого указания на наличие субсидиарной ответственности с подведомственными учреждениями министерства по рассматриваемым правоотношениям законодательно не установлено. Полагала, что министерство не является надлежащим ответчиком по делу.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещен в соответствии с требованиями ст. ст. 113-116 ГПК, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена в соответствии с требованиями ст. ст. 113-116 ГПК, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее в ходе судопроизводства по делу в судебном заседании исковые требования поддержала и просила их удовлетворить в полном объеме, представила расчет расхода топлива на основании технических характеристик автомобиля 

<

данные изъяты>, принадлежащего ФИО3 Дополнительно пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ в интернет-магазине магазине на сумму 7773 руб. истцами приобретались два комплекта на 

<

данные изъяты>. После 

<

данные изъяты> комплекты были использованы для их 

<

данные изъяты>. Расчет расходов на бензин произведен исходя из расстояния от дома истцов до больницы - 28 км, плюс обратно, всего 56 км. ДД.ММ.ГГГГ они ездили на автомобиле и забирали 

<

данные изъяты>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ее супруг ФИО3 должен был находиться на рабочей вахте. В связи со смертью сына, приказом работодателя от ДД.ММ.ГГГГ № № ему был предоставлен дополнительный отпуск в случае 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № № ему с ДД.ММ.ГГГГ был предоставлен ежегодный отпуск. Перелет из 

<

данные изъяты> до места работы и обратно, оплачивает работодатель, билеты приобретаются заранее для всех сотрудников. В случае, если бы ФИО3 прилетел ДД.ММ.ГГГГ, то перелет оплатил бы работодатель. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 приобретал билет на самолет «

<

данные изъяты>» на сумму 5500 руб. и сервисный сбор на сумму 450 руб. за счет собственных средств, так как его возвращение не было запланировано. С вопросом о возмещении расходов на перелет ее супруг к работодателю не обращался. Для постановки на очередь и получения квоты для проведения 

<

данные изъяты> необходимо было предоставить справку от врача нарколога. Как им пояснили по месту жительства в Щекинском филиале наркологического диспансера № 1, посещение врача-нарколога при прохождении медицинского осмотра и получение справки – это платная услуга и составляет 600 руб. Справка от врача психиатра, как пояснила медсестра, данная услуга стоит 335 руб. По направлению врача ГУЗ «ТОПЦ», ФИО3 был направлен в ТОКВД для сдачи анализов на инфекции 

<

данные изъяты>. Врач ТОКВД пояснил, что часть анализов можно сдать по полису ОМС, а часть необходимо оплатить в сумме 850 руб. Подготовка к процедуре 

<

данные изъяты>, проведение дополнительных обследований, а также приобретение лекарств выполнялись в строгом соблюдении рекомендаций лечащего врача. Подготовка ФИО3 к 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ на сумму 6770 руб., в ДД.ММ.ГГГГ году – на сумму 1875 руб., в ДД.ММ.ГГГГ году - на сумму 11829 руб., в ДД.ММ.ГГГГ году - на сумму 6749 руб. обоснованы рекомендациями лечащего врача. Истцы проходили платное лечение и анализы, все необходимые обследования для получения квоты, они сдавали по направлениям ГУЗ «ТОПЦ», и они оплачивались из средств по ОМС. На момент оказания медицинских услуг у них был полис ОМС. Однако результаты анализов и обследований имеют ограниченный срок действия. Так как в ГУЗ «ТОПЦ» отсутствовали часть реактивов, исправное оборудование, специалисты направляли проходить обследование в других клиниках, поэтому истцам приходилось оплачивать данные процедуры за свой счет. В памятке для постановки на учет на 

<

данные изъяты> справки имеют ограниченный срок действия. Ей (ФИО2) говорили, что могут поставить на очередь, но это будет не скоро, и пока они их сдадут, пройдут сроки других анализов. Поэтому даже врач ГУЗ «ТОПЦ» рекомендовал сдавать анализы платно. Согласно Приказу Минздрава РФ от 30.08.2012 № 107н и Приказу Минздрава РФ от 17.08.2017 № 525н в стандарт базовой программы 

<

данные изъяты> по ОМС включается: первичный прием врача-

<

данные изъяты>) - при наличии на руках у пациентки направления в Клинику; стимуляция 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> - только по медицинским показаниям при наличии указания в направлении; 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты>, оставшихся после переноса; размораживание 

<

данные изъяты>, оставшихся от предыдущей попытки 

<

данные изъяты>. Из средств ОМС не оплачиваются: консультации 

<

данные изъяты> перед началом протокола 

<

данные изъяты>; дополнительные обследования, на усмотрение 

<

данные изъяты>; препараты, назначаемые с целью поддержания 

<

данные изъяты> позднее 14-го дня после осуществления 

<

данные изъяты>. Препараты «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>», а также консультация иммунолога выполнялись в строгом соблюдении рекомендаций лечащего врача. Препараты «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» по родовому сертификату ей не выдавались даже в ДД.ММ.ГГГГ году, когда она стояла на учете по 

<

данные изъяты> в ГУЗ «ТОПЦ». Препарат «

<

данные изъяты>» был назначен на основании клинических исследований 

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты> - ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ году на основании рекомендации врача от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 были сделаны обследования и лабораторные исследования: ДД.ММ.ГГГГ в лаборатории 

<

данные изъяты> были сделаны анализы на 

<

данные изъяты> стоимостью 404 руб.; ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> проведено УЗИ 

<

данные изъяты> стоимостью 2450 руб.; ДД.ММ.ГГГГ в лаборатории 

<

данные изъяты> был сдан анализ крови на гормоны стоимостью 2102,50 руб.; ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> проведена 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> стоимость 4800 руб.; ДД.ММ.ГГГГ в лаборатории 

<

данные изъяты> был сдан анализ крови на гормоны стоимостью 380 руб. Приложенные к иску копии договора на оказание платных медицинских услуг и чеки доказывают, что данные процедуры оплачивались и оказывались именно истцу ФИО3 В ДД.ММ.ГГГГ году на ему основании рекомендации врача ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ проведено: ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> - 

<

данные изъяты> стоимостью 2800 руб.; курс лазеротерапии ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, каждая процедура стоимостью 850 руб., итого 2550 руб. В иске указана сумма 6749 руб., что является опечаткой, заявлено 5350 руб. После выявления 

<

данные изъяты> ее (ФИО2) лечение ответчиком произведено не было. В медкарте имеется рукописная дописка, сделанная гораздо позднее даты приема, что лечение необходимо производить препаратом «

<

данные изъяты>», что само по себе неправильно. Данный препарат не действует на возбудителя 

<

данные изъяты>. При рассмотрении дела № 2-1/2020, судом установлено из проведенных экспертиз, что имеется причинно-следственная связь между дефектами диагностики и ее лечения, летальным исходом двух ее 

<

данные изъяты>. Судебным решением Пролетарского районного суда г. Тулы от 26.03.2020 сделан однозначный вывод, что имели место дефекты оказания медицинской помощи ей и ее детям. Спорные правоотношения между истцами и ответчиками возникли в связи с оказанием медицинских услуг, поэтому подлежат применению также нормы Федерального закона № 323- ФЗ от 21.11.2011 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ». Исковые требования связаны с возмещением вреда жизни и здоровью, соответственно, на них не распространяется срок исковой давности. Кроме того, истцы узнали о нарушении своего права лишь с даты 

<

данные изъяты>. Решение суда по делу № 2-1/2020 состоялось 26.03.2020, именно этим решением доказаны дефекты оказания медицинской помощи. Ранее истцы не имели возможности обратиться в суд с иском о взыскании материальных расходов в связи с некачественным оказанием медицинской помощи. Таким образом, они не пропустили исковую давность ни по одному из требований. Они (истцы) не доверяли государственным медицинским учреждениям, поэтому за медицинскими услугами обращались в коммерческие организации.

Представитель ответчика - министерства здравоохранения Тульской области по доверенности ФИО9 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена в соответствии с требованиями ст. ст. 113-116 ГПК РФ, об уважительных причинах неявки не сообщила, о рассмотрении дела с участием представителя ответчика не просила. Ранее в ходе судопроизводства по делу в судебном заседании просила отказать в удовлетворении заявленных требований по доводам возражений на исковое заявление.

Представитель третьего лица ООО «Капитал МС» в лице директора филиала в Тульской области ФИО10 в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела в отсутствие третьего лица. 

На основании ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц.

Представитель ответчика ГУЗ «ТОПЦ» по доверенности ФИО1 в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просила отказать по доводам возражений. Дополнительно пояснила, что заключение о постановке на очередь на 

<

данные изъяты> принимает комиссия врачей по изучению медицинской документации. Данный порядок предусмотрен Приказом министерства здравоохранения Тульской области № 621-ОСН от 23.10.2019. Ранее действовал другой приказ. В приказах указано, что утверждается положение комиссии по отбору пациентов, состав, протокол утверждается и порядок отбора пациентов. Сбор всех документов и анализов не дает 100% гарантии, что пациентка будет поставлена в очередь на квоту.

Выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, исследовав доказательства по делу, материалы архивного гражданского дела № 2-1/2020, медицинские документы на имя ФИО2: медицинскую карту амбулаторного больного ООО «ЦНМТ»; индивидуальную карту беременной и родильницы № № ГУЗ «Городская больница № 9 г. Тулы»; медицинскую карту ГУЩ «Щекинская районная больница» и Диспансерную книжку беременной женщины формы № №, заслушав заключение старшего помощника прокурора Пролетарского района г. Тулы Колковской Е.В., полагавшей заявленные требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Статья 1 Конституции РФ провозглашает Россию демократическим федеративным правовым государством. 

В Российской Федерации, являющейся социальным государством, охраняются труд и здоровье людей (статья 7 Конституции РФ); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь; медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов и других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции РФ).

Здоровье человека - высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности. Провозглашая право на охрану здоровья и медицинскую помощь одним из основных конституционных прав, государство обязано осуществлять комплекс мер по сохранению и укреплению здоровья населения, в том числе посредством развития государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения, установления правовых гарантий получения каждым необходимой медико-социальной помощи.

Неотъемлемым конституционным правом человека и гражданина является право на судебную защиту, закрепленное в ст. 46 Конституции РФ.

Таким образом, Конституция РФ закрепляет право каждого на охрану здоровья и качественную медицинскую помощь. В случае причинения вреда здоровью вследствие ненадлежащего качества оказания медицинской помощи, а также условий предоставления медицинской помощи независимо от того, предусмотрено это или нет в договоре медицинского страхования, производится материальное возмещение ущерба.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками в числе прочего понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущество (реальный ущерб).

В соответствии с ч. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Суд отмечает, что вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда. При этом вина причинителя вреда презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине. 

Каких-либо иных условий для наступления ответственности причинителя вреда закон не содержит. 

Ответственность за причинение вреда наступает только при наличии в совокупности нескольких условий: факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, вины причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействием) и наступившими неблагоприятными последствиями.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

Согласно положениям Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (часть 2 ст. 19).

Пациент имеет право, в том числе, на: выбор врача и выбор медицинской организации; получение консультаций врачей-специалистов; возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (часть 5 ст. 19).

В соответствии с ч. 1 ст. 51 Федерального закона каждый гражданин имеет право по медицинским показаниям на консультации без взимания платы по вопросам планирования семьи, наличия социально значимых заболеваний и заболеваний, представляющих опасность для окружающих, по медико-психологическим аспектам семейно-брачных отношений, а также на медико-генетические и другие консультации и обследования в медицинских организациях государственной системы здравоохранения в целях предупреждения возможных наследственных и врожденных заболеваний у потомства.

Материнство в Российской Федерации охраняется и поощряется государством. Каждая женщина в период беременности, во время родов и после родов обеспечивается медицинской помощью в медицинских организациях в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (ст. 52 Федерального закона).

Ответственность медицинских организаций и медицинских работников в сфере охраны здоровья предусмотрена статьей 98 Федерального закона.

Пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Гражданам Российской Федерации гарантируется право на охрану здоровья в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и международными нормами и международными договорами Российской Федерации, Конституциями (уставами) субъектов Российской Федерации.

Граждане имеют право на бесплатную медицинскую помощь в государственной и муниципальной системах здравоохранения в соответствии с законодательством Российской Федерации, законодательством субъектов Российской Федерации и нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

В силу ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

В подпункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом.

В соответствии со ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По общему правилу данной нормы Закона и с учетом характера заявленных требований, бремя доказывания отсутствия вины возложено на ответчика, тогда как обязанность доказать размер причиненного ущерба, причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и наступившими у истца неблагоприятными последствиями возложена на самого истца. 

В соответствии со ст. ст. 55, 60 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. 

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При этом суд принимает во внимание, что правосудие по гражданским делам осуществляется на началах равенства перед законом и судом всех граждан, состязательности сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (ст. ст. 6, 12 ГПК РФ).

В силу п. 1 ст. 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Нормой п. 3 ст. 10 ГК РФ установлено, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

То есть, гражданское и гражданское процессуальное законодательство основывается на равноправии сторон гражданских правоотношений. Законодатель приравнивает требования добросовестности, разумности и справедливости к общим началам и смыслу гражданского законодательства, что, по сути, означает ожидание правопорядком проявления этих качеств каждым субъектом любого гражданского правоотношения. Добросовестность не только предписывается участникам правоотношения, но и предполагается (презюмируется), пока не доказано обратное. Суд лишь оказывает содействие и создает условие сторонам в реализации своих прав. 

Таким образом, применительно к настоящему спору на истцов возлагается гражданская процессуальная обязанность доказать факт причинения вреда - наличие расходов на лечение и иных дополнительных расходов, связанных с восстановлением здоровья при отсутствии права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможность их получения качественно и в срок, размер вреда, а также наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившим вредом.

Недоказанность одного из названных условий наступления гражданско-правовой ответственности влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

В обоснование требований о взыскании материального ущерба истцы сослались на то, что между допущенным дефектом диагностики и лечения ФИО2: недообследование и запоздалое нерациональное лечение по поводу лечения 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, в последовом периоде и 

<

данные изъяты>, имеется причинно-следственная связь. Некачественное оказание медицинских услуг и наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) врачей ГУЗ «ТОПЦ» и наступившими для неблагоприятными последствиями, выразившимися в 

<

данные изъяты>, подтверждается актом проверки Роспотребнадзора от ДД.ММ.ГГГГ и решением Пролетарского районного суда г. Тулы по гражданскому делу № 2-1/2020 по иску ФИО2 и ФИО3 к ГУЗ «ТОПЦ» о взыскании компенсации морального вреда. В связи с некачественным оказанием медицинских услуг истцы были вынуждены понести материальные расходы в общем размере 462346,59 руб. При этом в подтверждении суммы ущерба представлены договоры оказания платных медицинских услуг и кассовые чеки медицинских организаций, осуществляющих деятельность на коммерческой основе, кассовые чеки фармацевтических организаций о приобретении лекарственных препаратов, кассовые чеки на приобретения бензина, 

<

данные изъяты>, проездные документы (оплата авиаперелета ФИО3).

Однако доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) работников ГУЗ «ТОПЦ» и наступившими у истцов неблагоприятными последствиями, а также доказательств невозможности бесплатного получения медицинской помощи либо невозможности получения такой помощи качественно и в срок, вопреки ст. 56 ГПК РФ стороной истца не представлено.

Так, частью 2 ст. 61 ГПК РФ предусмотрено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Пролетарского районного суда г. Тулы от 26.03.2020 по гражданскому делу № 2-11/2020 по иску ФИО2 и ФИО3 к ГУЗ «ТОПЦ», министерству здравоохранения Тульской области о взыскании компенсации морального вреда исковые требования удовлетворены частично. Суд постановил взыскать с ГУЗ «Тульский областной перинатальный центр»: в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного ей некачественным оказанием медицинских услуг в сумме 200000 руб.; в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг 

<

данные изъяты> в сумме 500000 руб.; в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг 

<

данные изъяты> детям в сумме 300000 руб.

Решение суда не обжаловалось сторонами и вступило в законную силу 28.04.2020

Согласно обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу решением суда от 26.03.2020, супруги ФИО13 в ДД.ММ.ГГГГ году обратились в ГУЗ «ТОПЦ» для решения вопроса по 

<

данные изъяты>, получили квоту и выбрали медицинскую организацию для проведения 

<

данные изъяты> - 

<

данные изъяты>. Процедура 

<

данные изъяты> была начата ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, в конце ДД.ММ.ГГГГ года ФИО2 встала на учет в ГУЗ «ТОПЦ». ДД.ММ.ГГГГ после очередной сдачи анализов у ФИО2 была обнаружена 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ года ФИО2 самостоятельно обратилась в ЦНМТ к врачу 

<

данные изъяты> которая назначила ей лечение антибиотиком, после чего истец вновь сдала 

<

данные изъяты>, где инфекция не выявлена. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 по направлению лечащего врача ГУЗ «ТОПЦ» ФИО50 находилась на стационарном лечении в 

<

данные изъяты> отделении ГУЗ «Щекинская районная больница». С ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ в связи с 

<

данные изъяты> или осложнений ФИО2 была помещена в стационар ГУЗ «ТОПЦ», и в период данной госпитализации у нее повторно брали анализ 

<

данные изъяты>, который пришел отрицательный, инфекции выявлено не было. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была помещена в отделение патологии 

<

данные изъяты> ГУЗ «ТОПЦ», ДД.ММ.ГГГГ у нее 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ она была переведена в 

<

данные изъяты> отделение. ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ФИО2 

<

данные изъяты>, причина 

<

данные изъяты>, а также 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была выписана из ГУЗ «ТОПЦ». ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ФИО2 был поставлен диагноз 

<

данные изъяты>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась на стационарном лечении в 

<

данные изъяты> отделении ГУЗ «Тульская городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я. Ваныкина» в связи воспалением органов после 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ФИО2 

<

данные изъяты>, причина 

<

данные изъяты>.

По заявлению ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ следователем следственного отдела по Пролетарскому району г. Тулы СУ СК Российской Федерации по Тульской области по заявлению ФИО2 было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО2 в ГУЗ «ТОПЦ», что повлекло 

<

данные изъяты>. Основанием для возбуждения уголовного дела явилось наличие достаточных оснований, указывающих на недостатки оказания медицинской помощи ФИО2 медицинскими работниками ГУЗ «ТОПЦ».

Вопреки утверждению истцов, по результатам рассмотрения гражданского дела № 2-1/2020 суд установил, что имели место дефекты оказания медицинской помощи истцу ФИО2 и 

<

данные изъяты> в ГУЗ «ТОПЦ», а именно, на догоспитальном этапе диагностические исследования ФИО2 были выполнены не в полном объеме. Однако прямая причинно-следственная связь между лечением ФИО2 и 

<

данные изъяты> отсутствует; недопущение диагностического и лечебного дефектов на этапе ведения 

<

данные изъяты> у ФИО2 и оказания медицинской помощи повышало вероятность избежать (снизить риск) развития 

<

данные изъяты>, хотя не гарантировало этого.

При этом суд придал доказательственное значение заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № №, проведенной ГБУЗ г. Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы Департамента здравоохранения города Москвы» в рамках гражданского дела на основании определения.

Согласно выводам, изложенным в заключении комиссии экспертов, 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ года рождения от матери ФИО2 наступила ДД.ММ.ГГГГ от 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> (ФИО11) ДД.ММ.ГГГГ года рождения от матери ФИО2 наступила ДД.ММ.ГГГГ от 

<

данные изъяты>

При выявлении 

<

данные изъяты> (в 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ выделена 

<

данные изъяты>) на этапе ведения 

<

данные изъяты> ФИО2 диагностические и лечебные мероприятия проведены не в полном объеме, 

<

данные изъяты> была проведена отсрочено (с запозданием) в сроках ДД.ММ.ГГГГ, и в 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> не было обнаружено.

Принципиальное значение в патогенезе заболеваний, ассоциированных с 

<

данные изъяты>, имеет не само наличие 

<

данные изъяты>, а те факторы, которые привели к развитию 

<

данные изъяты>, и на которые повлиять не представляется возможным. Таким образом, у комиссии экспертов не имеется достаточных данных утверждать о наличии прямой причинно-следственной связи между 

<

данные изъяты> ФИО2, наличием у нее бессимптомной 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась в ГУЗ «Щекинская РБ» с диагнозом: «...

<

данные изъяты>. В этот период времени ей помимо проведенного лечения был назначен 

<

данные изъяты>, при этом цель его назначения и длительность курса в медицинской документации не отражены. Данный факт дает основание предполагать, что 

<

данные изъяты> и введение синтетического 

<

данные изъяты> могло маскировать клинико-лабораторные проявления текущей 

<

данные изъяты> у женщины, а также способствовать выработке 

<

данные изъяты>

Учитывая, что 

<

данные изъяты> высевалась из 

<

данные изъяты> ФИО2 в первой половине беременности, нельзя исключить, что инфицирование могло произойти в данный временной интервал. Однако отсутствие грубых пороков развития и выраженная задержка 

<

данные изъяты> может также свидетельствовать в пользу того, что инфицирование могло произойти незадолго 

<

данные изъяты>.

Таким образом, установить точно на каких сроках 

<

данные изъяты> произошло 

<

данные изъяты> не представляется возможным.

При судебно-гистологическом исследовании материала (

<

данные изъяты>) выявлены признаки хронической (

<

данные изъяты>) и 

<

данные изъяты>: 

<

данные изъяты> 

В случае ФИО2 срок 

<

данные изъяты> обосновано был выбран в пределах рекомендованного интервала 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> у пациентки ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г. относятся к 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> в данном случае не относится к виду 

<

данные изъяты>, а является фактором 

<

данные изъяты>. В случае пациентки ФИО2 самостоятельная 

<

данные изъяты> развилась спустя 6 часов после 

<

данные изъяты>, что является вариантом нормы.

Основываясь на данных Клинических рекомендаций, обязательных к выполнению на территории РФ, ведение 

<

данные изъяты> через естественные 

<

данные изъяты> обосновано и допустимо, что и было осуществлено в случае ФИО2

Показанием для проведения инструментального обследования 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ явилось подозрение на наличие 

<

данные изъяты>. По данным 

<

данные изъяты>, выполненного ДД.ММ.ГГГГ, обнаружено: 

<

данные изъяты>. Так как в соскобе не обнаружено 

<

данные изъяты>, можно сделать вывод, что операция «

<

данные изъяты>» проведена качественно. После первой и второй операции 

<

данные изъяты> была назначена 

<

данные изъяты>, что является обоснованным.

В нарушение Приказа Минздрава РФ от 01.11.2012 № 572н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» ФИО2 во время 

<

данные изъяты> не проводилось 

<

данные изъяты>. В остальном комиссия экспертов не установила каких-либо дефектов оказания медицинской помощи ФИО2 на этапе 

<

данные изъяты> и в 

<

данные изъяты> периоде. Допущенные дефекты оказания медицинской помощи ФИО2 на этапах ведения 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> (неполноценное проведение обследования 

<

данные изъяты>, запоздалое назначение 

<

данные изъяты>, отсутствие 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>) сами по себе не могли привести к ухудшению состояния ФИО2 

<

данные изъяты> родились ФИО2 

<

данные изъяты>.

При анализе предоставленной медицинской документации комиссия экспертов выявила дефекты оказания медицинской помощи 

<

данные изъяты> Ошибки (дефекты) сбора анамнеза, оценки данных клинической картины, результатов дополнительных лабораторных и инструментальных обследований стали причиной ошибочной диагностики и неадекватной тактики лечения. Между допущенными дефектами диагностики и лечения 

<

данные изъяты> ФИО2 в период их нахождения в ГУЗ «ТОПЦ» и 

<

данные изъяты> не имеется прямой причинно-следственной связи, поскольку допущенные дефекты не являлись причиной развития неблагоприятного исхода (причина - 

<

данные изъяты>).

Поскольку комиссии экспертов не представилось возможным установить время 

<

данные изъяты>, установить «

<

данные изъяты>» также не представляется возможным. Таким образом, нельзя ответить на вопрос «

<

данные изъяты>», если не ясно в какой период времени и где оно произошло.

Прямая причинно-следственная связь между лечением ФИО2 и 

<

данные изъяты> отсутствует. Причиной 

<

данные изъяты> явилась 

<

данные изъяты> и индивидуальная реакция 

<

данные изъяты> на наличие данной 

<

данные изъяты>. Недопущение диагностического и лечебного дефектов на этапе ведения 

<

данные изъяты> у ФИО2 и оказания медицинской помощи повышало вероятность избежать (снизить риск) развития 

<

данные изъяты>, но не гарантировало этого. В связи с этим утверждать, что при должном оказании медицинской помощи был возможен благоприятный исход для 

<

данные изъяты> ФИО2, не представляется возможным. Следует также указать, что по литературным данным летальность среди новорожденных от 

<

данные изъяты> вызванного 

<

данные изъяты> достигает 70%.

Оценивая заключение комиссии экспертов по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд принимает во внимание, что свои выводы эксперты основывали на данных медицинских документов; экспертиза проведена лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов и имеющими длительный стаж экспертной работы; выводы экспертов последовательны, не противоречат медицинским документам, в связи с чем, в рамках рассматриваемого спора суд также придает заключению судебно-медицинской экспертизы № № от ДД.ММ.ГГГГ доказательственное значение. Не доверять заключению комиссии экспертов у суда оснований не имеется.

Сам по себе акт проверки Роспотребнадзора от ДД.ММ.ГГГГ, на который истцы сослались в обоснование заявленных требований, также свидетельствует лишь о том, что были выявлены дефекты проведения диагностических и лечебных мероприятий со стороны работников ГУЗ «ТОПЦ». 

В судебном заседании стороны подтвердили, что уголовное дело, возбужденное в СО по Пролетарскому району г. Тулы СУ СК Российской Федерации по Тульской области по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО2 медицинскими работниками ГУЗ «ТОПЦ», было прекращено за отсутствием в действиях работников медицинского учреждения состава преступления.

Судом также установлено, что истцы ФИО2 и ФИО12 в заявленный ими период имели полисы обязательного медицинского страхования, в связи с чем, к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ООО «Капитал МС».

Согласно письменным объяснениям представителя третьего лица, медицинские анализы и исследования, выполненные ФИО2 и ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ годы, могли быть выполнены застрахованными лицами как в рамках обязательного медицинского страхования, так и при получении медицинских услуг в медицинских организациях различной формы собственности, куда пациент мог обратиться по собственному желанию. При получении медицинской помощи в рамках ОМС, все исследования и анализы выполняются при наличии показаний, в зависимости от имеющегося заболевания и по назначению лечащего врача, который руководствуется стандартами оказания медицинской помощи по установленному диагнозу. Законченные случаи лечения пациента, консультации узких специалистов или обследования подаются медицинской организацией на оплату страховой компании. Таким образом, для застрахованного лица данные анализы и обследования будут бесплатными. Объем медицинских анализов и обследования при проведении процедуры 

<

данные изъяты> регламентируется Приказом Минздрава Тульской области от 23.10.2019 № 621-осн «Об организации работы по направлению жителей Тульской области на лечение бесплодия с применением вспомогательных репродуктивных технологий (ЭКО)». В соответствии с поданным реестром счетов медицинской организацией, производится оплата законченного случая лечения страховой медицинской организацией.

В письме Территориального фонда обязательного медицинского страхования Тульской области на запрос суда, направленный в рамках подготовки дела к судебному разбирательству, сообщено следующее.

<

данные изъяты>

Пункт 11 ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ определяет, что к полномочиям федеральных органов государственной власти в сфере охраны здоровья относится организация оказания гражданам первичной медико-санитарной помощи, специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи, скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи и паллиативной медицинской помощи медицинскими организациями, подведомственными федеральным органам исполнительной власти.

Согласно ст. 15 Федерального закона осуществление полномочий по организации медицинской деятельности медицинских организаций (за исключением медицинских организаций, подведомственных федеральным органам исполнительной власти) передано органам государственной власти субъектов Российской Федерации. Средства на осуществление переданных полномочий предусматриваются в виде субвенций из федерального бюджета. 

Согласно приказу Минздрава России от 30.08.2012 № 107н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению» (действовал до 01.01.2021) медицинская помощь с использованием вспомогательных репродуктивных технологий пациентам с бесплодием оказывается в рамках первичной специализированной медико-санитарной помощи и специализированной медицинской помощи в рамках. 

Данным Приказом утвержден порядок использования вспомогательных репродуктивных технологий.

<

данные изъяты>

Из объяснений ФИО2 усматривается, что обращение за платными медицинскими услугами осуществлялось по волеизъявлению истцов. Доказательств невозможности получения таких услуг в рамках ОМС стороной истца не представлено.

Таким образом, суду не представлено доказательств, подтверждающих наличие совокупности условий наступления гражданско-правовой ответственности возмещения ответчиком (ГУЗ «ТОПЦ») ущерба в порядке ст. 15 ГК РФ.

Разрешая заявление стороны ответчика о пропуске истцами срока исковой давности, суд принимает во внимание, что согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ст. 199 ГК РФ).

В силу ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Довод истца о том, что на данную категорию дел срок исковой давности не распространяется, является ошибочным.

Вместе с тем, из объяснений истца ФИО2 следует, что о нарушенном праве истцам стало известно лишь с даты смерти их детей, и с момента вынесения решения по делу № 2-1/2020, которым были установлены дефекты оказания медицинской помощи. 

<

данные изъяты> П-вых наступила ДД.ММ.ГГГГ, а их дочери - ДД.ММ.ГГГГ.

О том, что после 

<

данные изъяты> истцы имели достаточные основания полагать, что их право было нарушено в связи с дефектами оказания медицинской помощи, следовательно узнали о нарушенном праве, свидетельствует и тот факт, что по заявлению ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ следователем СО по Пролетарскому району г. Тулы СУ СК Российской Федерации по Тульской области было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО2 в ГУЗ «ТОПЦ».

С исковым заявлением о взыскании материального ущерба истцы обратились 30.11.2020, то есть в пределах срока исковой давности. 

Оценив доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ в совокупности с установленными обстоятельствами по делу, суд приходит к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

Доводы истцов основаны на неверном толковании норм материального права.

При этом суд считает необходимым отметить, что министерство здравоохранения Тульской области в настоящем споре не является надлежащим ответчиком, исходя из Положения о министерстве здравоохранения Тульской области, утвержденного Постановлением правительства Тульской области от 11.12.2012 № 698, и требований Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ предусмотрено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом требований.

Поскольку в удовлетворении исковых требований судом отказано, оснований для возмещения понесенных истцами судебных расходов в силу ст. 98 ГПК РФ не имеется.

На основании изложенного, рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных исковых требований, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении заявленных требований ФИО2, ФИО3 к ГУЗ «Тульский областной перинатальный центр», министерству здравоохранения Тульской области отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления через Пролетарский районный суд г. Тулы в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий С.В. Громов