РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Серов Свердловская область 30 мая 2017 года

Серовский районный суд Свердловской области в составе: 

председательствующего Бровиной Ю.А.,

с участием старшего помощника Серовского транспортного прокурора Якубович Н.Н.,

при секретаре Бухорской Е.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-782/2017 по иску

ФИО1 

к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги»

о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, 

взыскании оплаты времени вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

заслушав истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующую в порядке части 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на основании письменного заявления от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика ФИО3, действующую на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №-НЮ,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Серовский районный суд с иском к ответчику ОАО «РЖД» о признании увольнения незаконным, признании недействительным приказа №/лс от ДД.ММ.ГГГГ и соглашения о расторжении трудового договора, восстановлении на работе с ДД.ММ.ГГГГ, взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе, взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обоснование требований указано, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в различных структурных подразделениях ОАО «РЖД». ДД.ММ.ГГГГ переведён старшим дорожным мастером ПМС № 

<

адрес> структурное подразделение Дирекции по ремонту пути структурного подразделения филиала ОАО «РЖД» Свердловской железной дороги. ДД.ММ.ГГГГ уволен по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению сторон, с данным увольнением не согласен, считает его незаконным по причине вынужденного характера заключения соглашения о расторжении трудового договора. Фактически был уволен по инициативе работодателя, при увольнении была нарушена процедура увольнения. ДД.ММ.ГГГГ, согласно протоколу совещания № от ДД.ММ.ГГГГ был отстранён от работы до прохождения внеочередной аттестации согласно распоряжению ОАО «РЖД» №Р от ДД.ММ.ГГГГ за нарушение по обеспечению безопасности движения поездов, утверждённой распоряжением № от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ им была дана объяснительная записка, в которой указаны причины нарушения, в связи с отсутствием необходимого количества работников. Копию протокола разбора от ДД.ММ.ГГГГ ему не вручили, с актом натурного осмотра от ДД.ММ.ГГГГ не знакомили. ДД.ММ.ГГГГ выдали трудовую книжку, в которую была внесена запись об увольнении, после чего, запись № «за грубейшее нарушение требований безопасности движения поездов, которое могло привести к тяжелейшему транспортному происшествию – крушению грузового поезда с опасным грузом и гибелью людей в пассажирском поезде» была перечёркнута, внесена новая запись № с формулировкой увольнения «трудовой договор прекращён по соглашению сторон» п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. С приказом №/лс от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ознакомлен не был. Расчёт в день увольнения произведён не был. При этом полагает, что фактически трудовые обязанности исполнял до ДД.ММ.ГГГГ, поэтому нарушена процедура увольнения. Неправомерными действиями работодателя ему причинён моральный вред, выразившийся в унижении, претерпевании глубоких переживаний, поскольку до выхода на пенсию оставалось 3 месяца, повысилось артериальное давление. Моральный вред оценивает в 50 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 предъявленные требования поддержал в полном объёме. Считает своё увольнение по соглашению с работодателем вынужденным. ДД.ММ.ГГГГ приехал в 

<

адрес> для дачи объяснений по факту допущенного нарушения по обеспечению безопасности движения поездов. Зам. начальника ФИО4 стал его критиковать, обвинял в неправильном креплении шпал. На разборе данного нарушения его не стали слушать, разговаривали с ним грубо и оскорбительно, называли террористом, сказали, что уволят по статье, пугали, что уволят и других сотрудников. Находясь в шоковом состоянии, предложил уволить его по собственному желанию, предложенный ему документ (соглашение), подписал не читая. Подписал соглашение, т.к. боялся, что уволят по инициативе работодателя. ДД.ММ.ГГГГ пришёл для получения трудовой книжки, увидел перечёркнутую запись об увольнении по инициативе работодателя. С приказом об увольнении ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, но его не подписал. Вплоть до ДД.ММ.ГГГГ находился на работе с 08:00 до 12:00, сдавал материальные ценности. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на больничном.

Представитель истца ФИО2 требования ФИО1 поддержала в полном объёме. Считает, что истец был уволен дважды, первый раз, за грубое нарушение трудовой дисциплины, данная запись была зачёркнута работодателем, и указано на увольнение по соглашению сторон. Соглашение об увольнении истец подписал вынужденно. Работодатель оказывал на него давление, грозил возбуждением уголовного дела. Протокол по факту нарушения трудовой дисциплины не представил. Истца обвиняли в терроризме, нарушении требований безопасности движения поездов, которое могло привести к крушению грузового поезда с опасным грузом и гибелью людей в пассажирском поезде. Однако, по данному факту ФИО1 обращался в профсоюзный комитет, Московский институт по вопросу создания условий крушения поезда, но ответ получил отрицательный. Считает, что за данное нарушение к нему могло быть применено иное дисциплинарное взыскание, а не увольнение. Трудовая книжка получена ФИО1 не в день увольнения, а только 20.03.2017г. В графе основание для увольнения отсутствует запись. Считает, что увольнение сотрудника кадров ПМС № говорит о неблагоприятной обстановке в организации из-за внесенной записи в трудовую книжку истца. Из-за всех неприятностей у истца повысилось давление, он испытывает моральные страдания. Просит удовлетворить исковые требования в полном объеме. 

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО3 с требованиями не согласна, поскольку истцом не представлены доказательства вынужденного характера подписания соглашения об увольнении. В обоснование иска ФИО1 указал, что ДД.ММ.ГГГГ под его руководством бригадой монтёров пути ПМС № выполнялись работы по подготовке рельсовых плетей к вводу в оптимальный температурный режим на перегоне Игль-Пыть-Ях нечётного пути на 611 км.. руководством Сургутского региона выявлены отступления от установленной технологии проведения работ по разрядке плетей, о чём доложено исполняющему обязанности начальника Свердловской дирекции по ремонту пути ФИО4. ДД.ММ.ГГГГ при проведении разбора истец признал, что технология проведения работ им нарушалась неоднократно, однако, он не считает, что это угрожает безопасности движения поездов. Не сумев убедить руководителя дирекции в правоте своих действий, он высказал намерение расторгнуть трудовые отношения. Данный факт истец подтвердил в судебном заседании. Таким образом, доводы истца о вынужденном характере подписания соглашения опровергаются им же самим. Высказанные в ходе разбора претензии к истцу за упущения в работе не могут быть расценены как принуждение к увольнению. Эмоциональное состояние истца в момент принятия данного решения, обида за то, что его позицию никто не защитил, последующее изменение намерений, не является основанием для признания соглашения не достигнутым и не заключённым. То, как было проведено закрепление шпал, не имеет отношения к рассматриваемому спору. Соглашение об увольнении достигнуто ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, а трудовая книжка находилась в 

<

адрес> и это была пятница, только поэтому трудовая книжка была выдана ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в понедельник. Если истец был не согласен с увольнением по соглашению сторон, мог ДД.ММ.ГГГГ не получать трудовую книжку. Вопрос о пенсии на разборе не поднимался. Первоначальная запись об увольнении была внесена сотрудником отдела кадров ошибочно. Полагает, что увольнение истца произведено по соглашению сторон, порядок и процедура увольнения соблюдены, доказательств того, что ФИО1 был вынужден подписать соглашение, а также отсутствия с его стороны волеизъявления, не представлено. Оснований для восстановления ФИО1 на работе не имеется. Просит в иске отказать в полном объёме.

Заслушав истца и его представителя, представителя ответчика, свидетелей, заключение прокурора, полагавшей требования подлежащими удовлетворению, исследовав письменные доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд считает требования ФИО1 удовлетворению не подлежащими.

Положениями части 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации закреплен основополагающий принцип свободы труда. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом, свобода труда в сфере трудовых отношений проявляется, прежде всего, в договорном характере труда, в свободе трудового договора.

Свобода труда предполагает также возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, то есть на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя. Достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права работника (определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1091-О-О).

В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон.

Как предусмотрено статьёй 78 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

В силу статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме за две недели.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от ДД.ММ.ГГГГ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части 1 статьи 77, статьи 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьёй 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Согласно пп. «а» пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке.

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к настоящему спору, обязанность доказать факт принуждения со стороны работодателя возлагается на работника.

Как установлено в судебном заседании, подтверждается копией трудовой книжки (л.д. 6-13), копиями приказов (л.д. 60-69), ФИО1 был принят на работу в ПМС № монтёром пути 1 разряда ДД.ММ.ГГГГ, работал по различным профессиям, ДД.ММ.ГГГГ переведён старшим мастером.

Также в трудовой книжке имеется запись № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1 за грубейшее нарушение требований безопасности движения поездов, которое могло привести к тяжелейшему транспортному происшествию – крушению грузового поезда с опасным грузом и гибели людей в пассажирском поезде.

Запись 29 от ДД.ММ.ГГГГ свидетельствует о недействительности записи №.

Запись 30 – о расторжении трудового договора ДД.ММ.ГГГГ по соглашению сторон, пункт 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Об увольнении истца с работы по данному основанию свидетельствует приказ №/лс от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 16).

ФИО1 полагает, что увольнение его по соглашению сторон являлось вынужденным, подписанным под давлением работодателя, угрозами с его стороны об увольнении по основанию при наличии вины работника.

Между тем, в материалах настоящего дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие об оказании ответчиком давления на истца подписании соглашения об увольнении.

Как следует из протокола совещания у И.о. начальника Свердловской дирекции по ремонту пути ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ №СвердДРП-51/пр (л.д. 131-133) ДД.ММ.ГГГГ работниками ПМС № допущен грубейший случай нарушения безопасности движения поездов при производстве путевых работ на 611 км. перегона Пыть-Ях-

<

адрес> Свердловской железной дороги, повлекший закрытие пути для движения поездов. При проведении осмотра вновь введённых объектов комиссией по 

<

адрес> выявлено раскрепление плети на 611 км. ПК 3. При натурном осмотре выявлено закрепление обеих плетей (левая/правая) на скреплении АРС только на каждой 12-й шпале при норме закрепления на каждой 4-й шпале. Руководителем работ был назначен заместитель начальника ПМС № ФИО7

До начала выполнения работ в «окно» ФИО5 находился на станции Игль для оформления заявки на закрытие перегона. По его заданию бригада работников ПМС № из 12 человек во главе со старшим мастером ФИО1, непосредственным руководителем работ по подготовке к «окну», выехала на перегон Пыть-Ях-Игль для производства подготовительных работ.

В период подготовительных работ ФИО1, без согласования с руководителем ФИО7, в нарушение требований пункта 2.2.1 Инструкции по обеспечению безопасности движения поездов при производстве путевых работ, утверждённой распоряжением ОАО «РЖД» от ДД.ММ.ГГГГ №р, дал команду монтёрам пути оставлять крепление АРС на каждой 12-й шпале при действующем предупреждении на данном участке пути 40км/час. Приступил к работе на железнодорожном пути без представителей дистанции пути, что является нарушением требований п. 5.5. Положения об обеспечении безопасной эксплуатации технических сооружений и устройств железных дорог при строительстве, реконструкции и (или) ремонте объектов инфраструктуры ОАО «РЖД», утверждённых распоряжением Общества от ДД.ММ.ГГГГ №р и Приложения к Инструкции 2790р.

В отношении ФИО1 решено: за допущенное грубейшее нарушение безопасности движения поездов, которое могло привести к тяжелым последствиям, старшего дорожного мастера ПМС № ПМС № ФИО1 отстранить от работы и направить в распоряжение начальника ПМС-169.

Из показаний свидетеля ФИО8 в судебном заседании установлено, что он был участником разбора проходящего ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 признал свою ошибку, сам сказал, что работать больше не будет. При разборе говорилось о не укомплектованности бригады, он (свидетель) узнал об этом только ДД.ММ.ГГГГ. Пояснил также, что отсутствие необходимого штата работников влияет на технологию работы. При подписании истцом соглашения не присутствовал, готовил протокол собрания. Знает, что инициатором увольнения был ФИО1. Через некоторое время к свидетелю подошла ФИО11 и попросила пройти в кабинет для составления акта об отказе истца от подписания приказа об увольнении. Свой отказ он обосновал тем, что уже много подписал и подписывать приказ не будет, при этом присутствовали он (ФИО12), ФИО11, ФИО13. Почему первоначально в трудовую книжку была внесена иная запись об увольнении, не знает.

Свидетель ФИО9 – заместитель начальника дирекции по кадрам и социальным вопросам ДПМС также подтвердила, что на разборе, проходившем ДД.ММ.ГГГГ, в присутствии ФИО4 (начальник дирекции по ремонту пути), ФИО14, ФИО13 (начальник ПМС 169), ФИО5, ФИО12, ФИО1, разбирали допущенное истцом нарушение. ФИО1 пояснил, что работая по данной технологии, нарушений не видел, признавал, что допустил нарушение, но полагал это допустимым. ФИО13 выразил свое не доверие ФИО1 и нежелание работать с ним, в конце разбора предложил уволить истца по соглашению сторон. Истец не возражал, подписал соглашение. Давления на него не оказывалось. ФИО4 предлагал отстранить его от работы без срока, до сдачи экзамена на профпригодность. Если бы истец экзамен сдал, то остался бы работать. Также подтвердила, что от подписания приказа истец отказался, но с ним ознакомился.

Из показаний свидетелей ФИО10, ФИО15, являющихся работниками ПМС № в судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ производили работы, откручивали 3 шпалы на первое положение, четвертую ставили на второе положение. Допустили нарушение при закреплении шпал, скорее всего, по причине нехватки времени и рабочих. Бригада вместо 30 человек состояла из 12 человек. Распоряжение о закреплении давал ФИО1. При выполнении работ были уверены в безопасности движения поездов. Также пояснили, что истец увольняться не собирался, ему оставалось 3 месяца до пенсии.

Таким образом, оценив вышеуказанные доказательства, в том числе, показания свидетелей ФИО12 и ФИО11, суд считает, что угроз и понуждения истца к подписанию соглашения о расторжении трудового договора не было, истец сам в добровольном порядке подписал соглашение.

В нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 20 Постановления Пленума ВС РФ N 2 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 каких-либо доказательств, свидетельствующих об отсутствии добровольности волеизъявления, равно как и доказательств оказания давления со стороны работодателя не представлено. Также суд принимает во внимание, что после подписания соглашения о расторжении трудового договора истцом предпринимались действия к сдаче товарно-материальных ценностей вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, он самостоятельно обошёл структурные подразделения ответчика для соблюдения процедуры увольнения в соответствии с порядком, принятым у работодателя, что также свидетельствует о последовательных действиях истца, о его намерениях о расторжении трудового договора по ранее достигнутому соглашению.

При таких обстоятельствах и с учётом того, что при увольнении сторонами были соблюдены все взаимные договоренности, суд не имеет оснований не согласиться доводами представителя ответчика о том, что истцом не доказан факт увольнения под принуждением, либо давления со стороны работодателя.

В обоснование своих доводов о том, что закрепление обеих плетей на скреплении АРС только на каждой 12-й шпале при норме закрепления на каждой 4-й шпале не угрожало безопасности движения, истцом представлена оценка производства работ ДД.ММ.ГГГГ старшим дорожным мастером ПМС № ФИО1, составленная ФГБОУ ВО «Московский государственный университет путей сообщения императора Николая II (л.д. 88-89), из которой следует, что ФИО1 нарушил несколько нормативных требований в технологии производства работ, включая п. 2.2.1 «Инструкции по обеспечению безопасности движения поездов при производстве путевых работ», утверждённой распоряжением ОАО «РЖД» от ДД.ММ.ГГГГ №р, п. 5.5 Положения об обеспечении безопасной эксплуатации технических сооружений и устройств железных дорог при строительстве, реконструкции и (или) ремонте объектов инфраструктуры ОАО «РЖД», утверждённых распоряжением Общества от ДД.ММ.ГГГГ №р. Здесь же указано, что действия ФИО1 при производстве подготовительных работ до «окна» не могли привести к крушению поезда.

Таким образом, вышеуказанным документом также подтверждается факт нарушения истцом требований в технологии производства.

Суд считает, что заключив соглашение о расторжении трудового договора ДД.ММ.ГГГГ, истец выбрал наиболее благоприятное для себя основание расторжения договора. В судебном заседании не оспаривал, что сам на комиссии предложил расторгнуть с ним трудовой договор.

В связи с чем, оснований для признании увольнения незаконным и восстановлении истца на работе по основаниям принуждения к заключению соглашения о расторжении трудового договора, суд не усматривает.

Также истец полагает, что при расторжении с ним трудового договора не был соблюдён порядок увольнения.

Как предусмотрено статьёй 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Днём прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчёт в соответствии со статьёй 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

Порядок прекращения с ФИО1 трудового договора, предусмотренный статьёй 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, работодателем соблюдён.

Как установлено судом, не оспаривается истцом, что с приказом об увольнении он был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, однако, от его подписания отказался, о чём свидетельствует акт, подписанный ФИО11, ФИО12 и ФИО13 (л.д. 124). Данный факт подтвердили в судебном заседании свидетели ФИО11 и ФИО12.

Трудовую книжку истец получил ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 134), поскольку она находилась в 

<

адрес> по месту работы истца, ДД.ММ.ГГГГ истец был в 

<

адрес> (18 и 19 марта являлись выходными днями). Доказательств обратного истцом суду не представлено.

Согласно расчетному листку (л.д. 143) истцу была начислена и выплачена компенсация за несвоевременную выплату заработной платы, размер компенсации ФИО1 не оспаривал.

Учитывая вышеизложенное, оснований для признания увольнения незаконным, восстановлении на работе и взыскании оплаты времени вынужденного прогула, суд не усматривает, в иске ФИО1 в данной части следует отказать.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2 указано, что в соответствии с ч. 4 ст. 3 и ч. 9 ст. 394 Трудового Кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, либо незаконно переведённого на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Трудовой Кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу абзаца 14 части 1 статьи 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причинённого ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

В соответствии со статьёй 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку нарушений прав работника ФИО1 со стороны работодателя судом не установлено, в иске ему следует отказать в полном объёме.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании оплаты времени вынужденного прогула и компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Серовский районный суд.

Судья: Ю.А. Бровина

Решение принято в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.