Судья Мирончик Е.Ю. № 44Г-96,97

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 28 ноября 2018 года

Президиум Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего: Пилипенко Е.А.,

членов президиума: Сажневой С.В., Рытиковой Т.А., Недоступ Т.В., Козеевой Е.В., Билюковой Л.Р., Свинтицкой Г.Я., Галаевой Л.Н.,

при секретаре: Луковниковой С.К.,

рассмотрев кассационные жалобы представителя ООО «СТАЛКОР» - ФИО1, представителя ООО «Крепежные системы» - ФИО2 на определение Коченевского районного суда Новосибирской области от 04 июля 2018 года по гражданскому делу по заявлению Ч.Н.НА. о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда,

заслушав доклад судьи Папушиной Н.Ю., объяснения представителя ООО «СТАЛКОР», ООО «Крепежные системы» - ФИО2, представителя ООО «ПолимерМетиз» - ФИО3,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратилась в Коченевский районный суд Новосибирской области с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда о взыскании солидарно с ФИО5 и ООО «ПолимерМетиз» суммы долга и процентов по договору займа от 24 октября 2014 года. В обоснование требований заявительницей указано, что решением Третейского суда при АНО «Новосибирская третейская коллегия» от 23 апреля 2018 года удовлетворены её требования к ФИО5 и ООО «ПолимерМетиз» о взыскании 14457500 рублей (эквивалент 250000 долларов США на день подачи иска) основного долга и 2168625 рублей процентов за пользование займом из расчета 5% годовых. 

Решение третейского суда согласно достигнутой сторонами договоренности является окончательным, в добровольном порядке не исполнено, поэтому ФИО4 просит выдать ей исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда.

Определением Коченевского районного суда Новосибирской области от 04 июля 2018 года требования ФИО4 были удовлетворены: выдан исполнительный лист на принудительное исполнение решения Третейского суда при АНО «Новосибирская третейская коллегия» от 23 апреля 2018 года по иску ФИО4 к ФИО5, ООО «ПолимерМетиз» о взыскании долга и процентов по договору займа.

В апелляционном порядке настоящее гражданское дело не рассматривалось.

В кассационных жалобах представителей ООО «СТАЛКОР» - ФИО1 и ООО «Крепежные системы» - ФИО2 изложена просьба об отмене определения суда первой инстанции и принятии нового судебного постановления об отказе в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Определениями судьи Папушиной Н.Ю. от 22 октября 2018 года и судьи Недоступ Т.В. от 30 октября 2018 года гражданское дело истребовано в Новосибирский областной суд.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Удовлетворяя заявление ФИО4 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что решение третейского суда вынесено в соответствии с условиями третейского соглашения, процедура его принятия соблюдена, а стороны третейского разбирательства осуществляют принадлежащие им права в своем интересе.

Оспаривая определение суда, податели жалоб приводят доводы о том, что признание и приведение в исполнение оспариваемого третейского решения противоречит публичному порядку в части нарушения общих принципов права: принципа доброй совести и недопустимости злоупотребления правом. Так, третейское решение, по мнению подателей жалоб, вынесено фактически квазитретейским органом, поскольку в соответствии с требованиями действующего законодательства после 01 ноября 2017 года Третейский суд при АНО «Новосибирская третейская коллегия» не имеет права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения. Сторонами третейского разбирательства в преддверии банкротства создана видимость частноправового спора с отнесением его на рассмотрение третейского суда для получения в последующем формальных оснований для упрощенного включения необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве.

В судебном заседании представитель ООО «СТАЛКОР», ООО «Крепежные системы» - ФИО2 доводы кассационных жалоб поддержала. Представитель ООО «ПолимерМетиз» - ФИО3 против удовлетворения жалобы возражала.

ФИО4, ФИО5, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, не явились, в связи с чем президиум, руководствуясь статьей 385 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, президиум Новосибирского областного суда находит жалобы подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

В силу разъяснений, данных в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Перечисленные выше нормы Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должны применяться с учетом положений его статьи 2 о том, что задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду.

Частью 1 статьи 425 ГПК РФ установлено, что заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда рассматривается судьей единолично по правилам рассмотрения дела судом первой инстанции, предусмотренным настоящим Кодексом, с учетом особенностей, установленных настоящей главой, в срок, не превышающий одного месяца со дня поступления заявления в суд.

Подпункт 2 части 4 статьи 426 ГПК РФ определяет, что суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что приведение в исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Механизмом обеспечения публичного порядка, в том числе, выступает реализация принципов права. 

Одним из важнейших принципов гражданского права является закрепленный в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) принцип доброй совести участников гражданского оборота и недопустимости злоупотребления принадлежащими сторонам правами, претворение которого означает недопустимость использования процессуальных средств защиты для нарушения прав иных лиц. 

Одновременно не менее важным принципом гражданского процессуального права является закрепленный в статье 5 ГПК РФ принцип осуществления правосудия только судом и только по правилам, установленным законодательством о гражданском судопроизводстве. 

Согласно статье 1 ГПК РФ порядок гражданского судопроизводства в федеральных судах общей юрисдикции определяется Конституцией Российской Федерации, Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации», настоящим Кодексом и принимаемыми в соответствии с ними другими федеральными законами. 

В соответствии со статьёй 54 Федерального закона от 29 декабря 2015 года № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» (далее – Закон об арбитраже) указанный нормативно-правовой акт вступает в действие с 01 сентября 2016 года.

Из материалов дела усматривается, что дополнительное соглашение к договору займа и поручительства от 24 октября 2014 года о третейской оговорке заключено 20 октября 2017 года, т.е. после вступления в действие Закона об арбитраже, что означает распространение соответствующего правового регулирования на отношения сторон данного третейского соглашения.

Частью 1 статьи 41 Закона об арбитраже установлено, что арбитражное решение принудительно приводится в исполнение путем выдачи исполнительного листа в соответствии с настоящим законом и положениями процессуального законодательства Российской Федерации.

Положениями части 13 статьи 52 Закона об арбитраже закреплено, что по истечении одного года со дня установления Правительством Российской Федерации порядка, предусмотренного частями 4-7 статьи 44 настоящего закона, постоянно действующие арбитражные учреждения, постоянно действующие третейские суды, не соответствующие требованиям статьи 44 настоящего закона и не получившие права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения (за исключением Международного коммерческого арбитражного суда и Морской арбитражной комиссии при Торгово-промышленной палате Российской Федерации), не вправе осуществлять деятельность по администрированию арбитража.

Правила статьи 44 Закона об арбитраже устанавливают, что право на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения в соответствии с настоящим законом предоставляется актом Правительства Российской Федерации, принимаемым в установленном им порядке, на основании рекомендации Совета по совершенствованию третейского разбирательства.

Правительством Российской Федерации 25 июня 2016 года за № 577 принято Постановление «Об утверждении Правил предоставления права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения и Положения о депонировании правил постоянно действующего арбитражного учреждения» (далее – Постановление № 577), где в пункте 2 установлено, что данное постановление вступает в силу с 01 сентября 2016 года, за исключением Правил предоставления права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения, вступающих в силу с 01 ноября 2016 года. Таким образом, переходный период по формированию системы постоянно действующих арбитражных учреждений законодательно определен как 01 ноября 2016 года – 31 октября 2017 года. 

Согласно пункту 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04 июля 2018 года, все постоянно действующие арбитражные учреждения, постоянно действующие третейские суды, существовавшие до даты вступления в силу Закона об арбитраже и принятия Постановления № 577, могли осуществлять деятельность по рассмотрению споров по 31 октября 2017 года, в том числе и в случаях несоответствия требованиям, установленным новой нормой статьи 44 Закона об арбитраже.

Из общедоступной информации на официальном сайте Министерства юстиции Российской Федерации (www.minjust.ru) следует, что Третейский суд при АНО «Новосибирская третейская коллегия» не является постоянно действующим арбитражным учреждением. При этом само третейское решение было вынесено данным лицом 23 апреля 2018 года, т.е. после окончания переходного периода, в течение которого третейские суды, существовавшие до даты вступления в силу Закона об арбитраже, могли осуществлять деятельность по рассмотрению споров и в случаях их несоответствия требованиям нового правового регулирования. Одновременно судом не истребованы и не исследованы доказательства, позволяющие достоверно утверждать, что спор рассмотрен третейским судом, образованным сторонами арбитража для разрешения конкретного спора, что свидетельствует о существенном нарушении норм процессуального права.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях (постановления от 22 июля 2002 года № 14-П; от 19 декабря 2005 года № 12-П), процедуры банкротства носят публично-правовой характер. В силу различных, зачастую диаметрально противоположных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, законодатель должен гарантировать баланс их прав и законных интересов, что, собственно, и является публично-правовой целью института банкротства. Обеспечение соответствующего баланса, в том числе, достигается путем предоставления заинтересованному лицу доступа к средствам судебного контроля обоснованности требований других кредиторов и сделок должника, пусть даже и облеченных в форму решения компетентного органа, суда или третейского суда.

Наличие же у заинтересованного лица доступа к средствам судебного контроля означает предоставление возможности в рамках рассмотрения заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда заявлять о нарушении принципов права с теми же последствиями, какие установлены процессуальным законом для аналогичного заявления, произведенного в рамках судебного разбирательства. Иное толкование закона не отвечало бы задачам гражданского судопроизводства, определенным статьей 2 ГПК РФ.

Верховный Суд Российской Федерации обращал внимание на то, что для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 года). Следовательно, во избежание нарушения прав кредиторов указанные лица подлежат привлечению к участию в деле о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, что не было принято судом во внимание, допустившим существенное нарушение норм процессуального права как относительно полномочий лица, осуществившего третейское разбирательство, так и относительно круга лиц, подлежащих привлечению к участию в деле.

Поскольку допущенные судом нарушения норм процессуального права существенны и без их устранения невозможно восстановление прав и законных интересов сторон спора, президиум полагает необходимым отменить обжалуемое судебное постановление с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 390 ГПК РФ, президиум

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Коченевского районного суда Новосибирской области от 04 июля 2018 года по гражданскому делу по заявлению ФИО4 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда отменить.

Направить гражданское дело по заявлению ФИО4 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда на новое рассмотрение в Коченевский районный суд Новосибирской области.

Кассационные жалобы представителя ООО «СТАЛКОР» - ФИО1, представителя ООО «Крепежные системы» - ФИО2 удовлетворить.

Председательствующий: