УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Грачева Т.Л. 73RS0001-01-2025-005730-90

Дело № 33-1041/2026

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

город Ульяновск 24 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Богомолова С.В.,

судей Резовского Р.С., Станулловой Ю.Р.,

при ведении протокола помощником судьи Дементьевой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора Цильнинского района Ульяновской области, действующего в интересах ФИО1 на решение Ленинского районного суда города Ульяновска от 30 сентября 2025 года по гражданскому делу № 2-3785/2025, по которому постановлено:

исковые требования прокурора Цильнинского района Ульяновской области удовлетворить частично.

Возложить на Министерство здравоохранения Ульяновской области обязанность обеспечить ФИО1, *** года рождения, лекарственными препаратами по следующим рецептам: серия *** от 07 апреля 2025 года на получение лекарственного препарата «***; серии *** от 17.06.2025 на получение лекарственного препарата «***.

Взыскать с Министерства здравоохранения Ульяновской области в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 2000 рублей.

В остальной части исковых требований к Министерству здравоохранения Ульяновской области обязанность, а также в удовлетворении исковых требований к государственному учреждению «Ульяновская государственная аптека» - отказать.

Заслушав доклад судьи Резовского Р.С., судебная коллегия

установила:

прокурор Цильнинского района Ульяновской области, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд к Министерству здравоохранения Ульяновской области, государственному учреждению «Ульяновская государственная аптека» о возложении обязанности обеспечить лекарственными средствами, взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ФИО1, *** года рождения, является инвалидом *** группы по общему заболеванию, состоит на учете в ГУЗ «Большенагаткинская районная больница».

ФИО1 наблюдается у лечащего врача указанного лечебного учреждения, которым были выписаны рецепты:

- серии *** от 07 апреля 2025 на получение лекарственного препарата «***;

- серии *** от 17 июня 2025 года на получение лекарственного препарата «***.

Таким образом, права ФИО1 на льготное получение лекарственных препаратов нарушены.

До настоящего времени ФИО1 данным препаратом не обеспечен.

Невыполнение Министерством возложенных на него обязанностей по обеспечению истца бесплатным жизненно необходимым лекарственным препаратом свидетельствует о существенном нарушении прав инвалида на бесплатную медицинскую помощь и является незаконным.

Просил суд обязать Министерство здравоохранения Ульяновской области и государственное учреждение «Ульяновская государственная аптека» обеспечить ФИО1, *** года рождения, лекарственными препаратами по следующим рецептам: серии *** от 07 апреля 2025 на получение лекарственного препарата «***; серии *** от 17 июня 2025 года на получение лекарственного препарата «***. Также просил взыскать с Министерства здравоохранения Ульяновской области в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 20 000 рублей.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ГУЗ «Большенагаткинкая районная больница».

Рассмотрев заявленные требования по существу, суд постановил приведенное выше решение.

В апелляционном представлении прокурор Цильнинского района Ульяновской области, действующий в интересах ФИО1 просит изменить решение районного суда в части компенсации морального вреда, обязать Министерство здравоохранения Ульяновской области выплатить ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В обоснование доводов представления указывает, что суд первой инстанции не принял во внимание при назначении компенсации морального вреда тот факт, что ответчиком на протяжении длительного времени, даже после обращения заявителя в прокуратуру района и инициирования прокурорской проверки, продолжалось ущемление прав инвалида на бесплатное обеспечение необходимых ему для поддержания нормального образа жизни лекарственных препаратов, данным бездействием причинялись моральные страдания, которые выражались в постоянном переживании о невозможности нормального существования и поддержания должного состояния здоровья без необходимых и положенных ему в соответствии с законом лекарственных препаратов.

В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, которые надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

Выслушав явившихся участников процесса, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов, изложенных в жалобе (часть 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО1, *** года рождения является инвалидом *** группы по общему заболеванию, состоит на учете в ГУЗ «Большенагаткинская районная больница».

ФИО1 наблюдается у лечащего врача указанного лечебного учреждения, которым ему были выписаны следующие рецепты:

- серии *** от 07 апреля 2025 на получение лекарственного препарата «***;

- серии *** от 17 июня 2025 года на получение лекарственного препарата «***.

Удовлетворяя требования о возложении на Министерство здравоохранения Ульяновской области обязанность по обеспечению ФИО1 лекарственными препаратами по указанным рецептам, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 39, 40 Конституции Российской Федерации, статей 4, 10, 19, 29, 33, 37, 70 Федерального закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июля 1994 года № 890, положением о Министерстве здравоохранения Ульяновской области, исходил из того, что необходимость в указанных лекарственных препаратах для лечения ФИО1, его право на получение указанных лекарственных препаратов бесплатно, и обязанность ответчика Министерства здравоохранения Ульяновской области обеспечить ими, проистекает из действующего законодательства и подтверждается материалами дела, при этом уставив, что ФИО1 данными препаратами не обеспечен, пришел к выводу, что ответчиком было допущено нарушение прав истца по обеспечению жизненно необходимыми лекарственными средствами.

Отказывая в удовлетворении исковых требований к ГУ «Ульяновская государственная аптека», суд первой инстанции пришел к выводу, что обязанность по обеспечению лекарственными препаратами лежит на Министерстве здравоохранения Ульяновской области, в связи с чем требования к ГУ «Ульяновская государственная аптека» заявлены преждевременно и вины учреждения в отсутствии обеспечения не имеется.

Решение суда в указанной части не обжалуется, а, следовательно, судебной коллегией на предмет законности в силу статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не проверяется.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования в части взыскания компенсации морального вреда, суд первой инстанции, принимая во внимание характер перенесенных нравственных страданий, обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, пришел к выводу о взыскании с Министерства здравоохранения Ульяновской области компенсации морального вреда в размере 2000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о взыскании компенсации морального вреда с Министерства здравоохранения Ульяновской области, между тем, не может согласиться со взысканным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда на основании следующего.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу приведенных правовых норм, по общему правилу обязательными условиями наступления ответственности за причинение вреда (как материального, так и морального вреда) являются противоправность поведения причинителя вреда, вина и причинно-следственная связь между названными действиями и причиненным вредом.

Статья 39 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Исходя из предназначения социального государства механизм социальной защиты, предусмотренный законодательством, должен позволять наиболее уязвимым категориям граждан получать поддержку, включая материальную, со стороны государства и общества и обеспечивать благоприятные, но не ущемляющие охраняемое государством достоинство личности условия для реализации ими своих прав. Несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на социальное обеспечение, осуществляемое в том числе в виде не принятия мер по организации своевременного обеспечения гражданина необходимым ему по состоянию здоровья (по роду его заболевания) лекарственным препаратом, может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что социальное обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.

Правовые и организационные основы предоставления государственной социальной помощи отдельным категориям граждан установлены Федеральным законом от 17 июля 1999 N 178-ФЗ «О государственной социальной помощи».

К полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере охраны здоровья положениями пункта 7 части 1 статьи 16 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и пункта 45 части 1 статьи 44 Федерального закона от 21 декабря 2021 года № 414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации» отнесена, среди прочего, организация обеспечения лекарственными препаратами, и относится к числу мер социальной поддержки граждан, и направлена на обеспечение определенного жизненного уровня этих граждан, необходимого для поддержания их здоровья и благосостояния. Произвольное, то есть в отсутствие установленных законом оснований, лишение гражданина уполномоченным органом права на эти меры социальной поддержки нарушает не только непосредственно его имущественные права, но и влечет нарушение личных неимущественных прав такого гражданина, в числе которых достоинство его личности.

С учетом приведенных обстоятельств право определенных категорий граждан на такую меру социальной поддержки, как обеспечение по жизненным показаниям лекарственными препаратами в соответствии с медицинскими показаниями, тесно связано с личными неимущественными правами гражданина, соответственно, действия, нарушающие это право, лишают гражданина не только возможности поддерживать необходимый жизненный уровень, но и, в свою очередь, отрицательно сказываются на его здоровье, эмоциональном состоянии, затрагивают достоинство личности, то есть одновременно нарушают личные неимущественные права гражданина, причиняя ему тем самым моральный вред (физические и нравственные страдания).

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с правовыми позициями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пунктах 12, 14, 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует учесть, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение человека. Денежная компенсация за причинение морального вреда имеет целью вызвать положительные эмоции, которые могли бы максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности, обусловленные перенесенными страданиями. Денежная компенсация не возместит повреждения здоровья, не снимет нравственные и физические страдания от пережитых истцом переживаний.

Из разъяснений, изложенных в пункте 27 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, судебная коллегия исходит из положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и, принимая во внимание характер и объем причиненных истцу физических и нравственных страданий, обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред, а именно длительность бездействий ответчика, а также характер лекарственных средств, которыми ФИО1 своевременно обеспечен не был (лечение артериальной гипертонии, ишемической болезни сердца и хронической сердечной недостаточности), полагает необходимым взыскать с Министерства здравоохранения Ульяновской области компенсацию морального вреда в указанном процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия размере.

При установленных обстоятельствах, судебная коллегия полагает необходимым изменить решение суда в части взыскания компенсации морального вреда, взыскав с Министерства здравоохранения Ульяновской области в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Вопреки доводам апелляционного представления, оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, судебная коллегия не усматривает.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу об изменении решения суда в части взысканного размера компенсации морального вреда, с принятием в указанной части нового решения о взыскании с Министерства здравоохранения Ульяновской области в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Ленинского районного суда города Ульяновска от 30 сентября 2025 года в части размера взысканной с Министерства здравоохранения Ульяновской области в пользу ФИО1 компенсации морального вреда - изменить.

Взыскать с Министерства здравоохранения Ульяновской области в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В остальной части решение оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора Цильнинского района Ульяновской области – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Ленинский районный суд города Ульяновска.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11 марта 2026 года.