Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

10 ноября 2020 г. г. Кашин Тверской области

ФИО1 межрайонный суд Тверской области в составе 

судьи Чеботаревой Т.А., 

при секретаре судебного заседания Коваль Ю.И.,

с участием истца ФИО2, её представителя ФИО3,

представителей ответчика ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Кашинского межрайонного суда Тверской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Акционерному обществу «Торговая компания «Вереск» о признании незаконным приказа об увольнении, изменении формулировки причины увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании незаконно удержанных денежных средств, компенсации морального вреда

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратилась в суд с указанным иском, мотивировав свои требования тем, что 9 ноября 2005 г. она была принята на работу в ОАО «ТК «Вереск» на должность заведующей магазином «Вереск». 24 августа 2015 г. она была переведена на должность заведующей продовольственного склада ОАО ТК «Вереск». С указанного времени она осуществляла все функции, связанные с занимаемой должностью, вела учёт поступавшей на склад продовольственной и хозяйственной продукции, и осуществляла последующую отгрузку продукции. Кроме того, она числилась работником в магазине №24 АО ТК «Вереск» с доплатой 0,25% ставки. Договор о полной материальной ответственности работодателем с ней не заключался. Доступ к складу магазина имелся у ряда работников магазина. 13 января 2020 г. ОАО ТК «Вереск» преобразовано в АО ТК «Вереск». За весь период работы в АО ТК «Вереск» она ни разу не привлекалась к дисциплинарной ответственности. С начала 2017 г. в магазин №24 из закрывающихся магазинов стали привозить товар, большая часть которого приходовалась алкоголем, который в дальнейшем переоценивался ежегодно, в связи с чем происходило увеличение остатка. Также остаток увеличивался за счёт постановки на баланс алкоголя с ЛВЗ «Вереск», предназначенного для других магазинов, который привозили для временного хранения. Алкоголь отправлялся в магазины частями, с остатка склада не списывался, но попадал в переоценку. Вино, списанное с акцизного склада, также ставилось на баланс магазина № 24 алкоголем ассортимента ЛВЗ «Вереск», который ставить было нельзя, так как он подлежал утилизации, в последнюю ревизию остатки этого вина не включены, хотя в предыдущие ревизии его пересчитывали и включали в остатки с другим алкоголем. О данном факте она неоднократно докладывала руководству, но ей объясняли, что всё будет списано. Поняв, что эта ситуация не закончится и в будущем недостачу могут «повесить» на неё, 15 июля 2020 г. она написала заявление об увольнении по собственному желанию. После чего генеральный директор издал приказ о проведении ревизии в магазине №24, по результатам которой была выявлена недостача в сумме 18101701 рубль. С недостачей она не согласна, о чём написала в своей объяснительной. При этом на складе, который является основным местом её работы, была выявлена недостача в размере 69 рублей, которую она погасила. 29 июля 2020 г. приказом генерального директора АО ТК «Вереск» она уволена за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, при этом в приказе не указано, в чём заключатся её виновные действия, повлекшие за собой утрату доверия со стороны работодателя. С данной формулировкой увольнения она не согласна, считает действия работодателя незаконными, поскольку работодатель обязан исследовать вопрос, какие виновные действия она совершила, и дают ли эти действия основания для утраты к ней доверия со стороны работодателя, одного лишь факта недостачи недостаточно для вывода о необходимости её увольнения по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Действиями ответчика ей причинён моральный вред, выразившийся в сильных головных болях из-за сильных переживаний и нервных потрясений, который она оценивает в 50000 рублей. Кроме того, с из её заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск были незаконно удержаны денежные средства в размере 31918 руб. 46 коп.

Просит признать незаконным приказ генерального директора АО ТК «Вереск» ФИО4 от 29 июля 2020 г. № 95-лс о прекращении трудового договора на основании пункта 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, изменить формулировку прекращения трудового договора на прекращение трудового договора на основании статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскать с ответчика в её пользу среднемесячную заработную плату за время вынужденного прогула на дату вынесения решения, незаконно удержанные денежные средства в сумме 31918 руб. 46 коп., компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. 00 коп.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО2 уточнила заявленные ею исковые требования в части взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула, просила взыскать с АО ТК «Вереск» среднемесячную заработную плату за время вынужденного прогула с 29 июля 2020 г. по 6 октября 2020 г. в размере 40650,44 руб., а в дальнейшем – 52551,52 руб.

Истец ФИО2 и её представитель ФИО3 в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объёме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, указав, что ответчик неправомерно уволил её в связи с утратой доверия, только 9 октября 2020 г. она смогла устроиться на другую работу. 

Представители ответчика ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании возражали против заявленных требований, пояснив, что товарно-материальные ценности были вверены ФИО2 на основании накладных, с ФИО2 был заключен договор о полной материальной ответственности, который в настоящее время утрачен.

Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела и оценив их в совокупности с положениями статей 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьёй 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно статье 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд обосновывает решение лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся доказательств в их совокупности.

Судом установлено, что на основании приказа исполнительного директора Акционерного общества «Торговая компания «Вереск» от 9 ноября 2005 г. №571-к ФИО2 (до брака ФИО6) принята на работу с 9 ноября 2005 г. на должность заведующей магазина «Вереск» г. Кашин (т. 1 л.д. 12-13, 29).

На основании приказа генерального директора ОАО «ТК «Вереск» от 24 августа 2015 г. №144-лс ФИО2 переведена с 24 августа 2015 г. на должность заведующей склада (т. 1 л.д. 12-13, 30).

Как следует из должностной инструкции заведующего продовольственным складом ОАО ТК «Вереск» от 24 августа 2015 г., с которой ФИО2 ознакомлена, о чём имеется её собственноручная подпись, кладовщик несёт ответственность за результаты и эффективность производственной деятельности подчинённых ему работников и складов в целом, необеспечение выполнения своих функциональных обязанностей, а также работу подчинённых ему служб предприятия по вопросам производственной деятельности, недостоверную информацию о состоянии выполнения работ, невыполнение приказов, распоряжений и поручений администрации предприятия, непринятие мер по пресечению выявленных нарушений правил техники безопасности и пр., не обеспечение соблюдения трудовой дисциплины подчинёнными работниками. В обязанности кладовщика входит осуществление руководства работами по приёму, хранению и отпуску товарно-материальных ценностей на складах, по их размещению с учётом наиболее рационального с использования складских площадей, обеспечение сохранности товарно-материальных ценностей, оформление соответствующей документации (приходно-расходных ордеров, ведение учёта складских операций), организация отпуска, приёма товарно-материальных ценностей, погрузочно-разгрузочных работ и т.д. (т. 1 л.д.33-34).

В этот же день на основании приказа генерального директора ОАО «ТК «Вереск» от 24 августа 2015 г. №144/1-лс ФИО2 принята на работу заведующей магазина по совместительству на 0,25 ставки, между сторонами заключен трудовой договор по совместительству. Местом работы ФИО2 по совместительству определён магазин №24, расположенный в г. Кашин (т. 1 л.д. 31, 45-47).

На основании приказа генерального директора Акционерного общества «Торговая компания «Вереск» от 23 июля 2020 г. №16 в магазине №24 г. Кашин назначена плановая инвентаризация товарно-материальных ценностей, проведение которой поручено комиссии в составе специалиста по организации торговли Т.Е.Б., бухгалтера-ревизора Х.П.А., бухгалтера-ревизора Д.М.А., с данным приказом ознакомлена заведующая магазином ФИО2 (т. 1 л.д.42).

По результатам инвентаризации 24 июля 2020 г. составлены инвентаризационная опись товарно-материальных ценностей, сличительная ведомость и ведомость учёта результатов, выявленных инвентаризацией, в котором установлена окончательная недостача товарно-материальных ценностей на 18101701,00 рублей (т. 1 л.д. 43, 48-116, 127-159).

24 июля 2020 г. по факту возникновения недостачи работодателем у ФИО2 запрошено письменное объяснение, в котором она пояснила, что в данный магазин привозили товар из закрывающихся магазинов, большая часть которого приходовалась алкоголем, который в дальнейшем переоценивался ежегодно, вследствие чего происходило увеличение остатка. Также остаток увеличивался за счёт постановки на баланс алкоголя, предназначенного для других магазинов, который привозили для временного хранения. Алкоголь отправлялся в магазины частями, с остатка склада не списывался, но попадал в переоценку. Вино, списанное с акцизного склада, также ставилось на баланс магазина №24 алкоголем ассортимента ЛВЗ «Вереск», вино ставить было нельзя, так как оно подлежало утилизации. В данную ревизию остатки этого вина не включены, хотя в прошлую ревизию его пересчитывали и включали в остатки с другим алкоголем, который также попадал в переоценку, умысла с её стороны не было, она не знала, как объяснить руководству сложившуюся ситуацию (т. 1 л.д. 15, 35-41).

Приказом генерального директора АО «ТК «Вереск» от 29 июля 2020 г. №95-лс 29 июля 2020 г. ФИО2 уволена с занимаемых должностей заведующей склада и магазина по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (однократное грубое нарушение трудовых обязанностей - совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основания для утраты доверия к нему со стороны работодателя). В качестве основания увольнения указаны акты инвентаризации (т. 1 л.д. 32).

Свидетель Х.П.А. в судебном заседании показала, что работает в АО «ТК «Вереск» ревизором, она 2 раза, в 2018 году и 2020 году, проводила инвентаризацию товарно-материальных ценностей в магазине, в котором заведующей работала ФИО2 Товар, который числится за магазином, находится в трёх помещениях. В результате провёденной в 2020 году ревизии в магазине ФИО2 выявлена недостача 18 млн. руб., в ходе которой ими не считалась продукция в ангаре, расположенном на территории компании, которая, возможно, была включена в ревизию 2018 г., которую проводил работник С.. В ангар им сказали не ходить. В ходе ревизии им помогал грузчик, который также пересчитывал товар.

Свидетель А.С.В., работающий грузчиком в АО «ТК «Вереск», суду пояснил, что в ходе своей работы выполнял поручения ФИО2, осуществлял погрузку и выгрузка товара по накладным из магазина и в магазин, в период отсутствия ФИО2 отпускал продукцию, участвовал в ревизиях в 2018 году и в 2020 году, считал товар. В 2018 году был посчитан перевезенный с акцизного склада товар, который находился в ангаре, в 2020 году товар в ангаре не считали.

Свидетель Е.Е.Н. показала, что с 2014 года до октября 2020 г. работала на ЛВЗ Вереск, в 2018 г.участвовала в ревизии магазина, где работала ФИО2, помогала считать товар. Ревизию проводил С., который считал товар в ангаре.

Частями 1 и 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причинённый работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причинённого ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Статьёй 243 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрены случаи полной материальной ответственности работников. Так, материальная ответственность в полном размере причинённого ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора (пункт 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

Письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной, (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части 1 статьи 243 названного кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации (статья 244 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя определены статьёй 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Пунктом 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (приём, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним. При установлении в предусмотренном законом порядке факта совершения хищения, взяточничества и иных корыстных правонарушений эти работники могут быть уволены по основанию утраты к ним доверия и в том случае, когда указанные действия не связаны с их работой (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части первой статьи 81 ТК РФ) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из приведённых положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что дисциплинарное взыскание в виде увольнения по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации может быть применено только к работникам, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, и в случае установления их вины в действиях, дающих основание для утраты доверия к ним со стороны работодателя. Такими работниками по общему правилу являются те, которые относятся к категории лиц, несущих полную материальную ответственность за необеспечение сохранности вверенных им денежных или товарных ценностей на основании специальных законов или особых письменных договоров. Утрата доверия со стороны работодателя к этим работникам должна основываться на объективных доказательствах вины работников в причинении материального ущерба работодателю. Если вина работника в этом не установлена, то он не может быть уволен по мотивам утраты доверия. При этом обязанность доказать наличие законного основания увольнения работника и соблюдение установленного порядка его увольнения возлагается на работодателя.

По настоящему делу установлено, что ФИО2 являлась материально-ответственным лицом, и она привлечена работодателем к дисциплинарному взысканию в виде увольнения по пункту 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за утрату доверия в связи с выявленной недостачей товарно-материальных ценностей по результатам инвентаризации (акт от 24 июля 2020 г.).

Вместе с тем, ответчиком в ходе рассмотрения дела не представлено доказательств, совершения истцом виновных действий, дающих основания для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Как следует из объяснений представителей ответчика и представленных материалов дела, была выявлена недостача товарно-материальных ценностей на сумму 18101701,00 рублей. Однако, каким образом, образовалась данная недостача, в результате чьих именно действий, в чём именно заключается совершение виновных действий истца по настоящему делу, в результате которых ответчику был причинён имущественный ущерб, представители ответчика пояснить не могут.

Каких-либо доказательств совершения истцом ФИО2 виновных действий, повлекших образование недостачи 18101701,00 рублей, в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчик суду не представил.

Ответчиком не доказано, что товар на сумму 18101701,00 рублей был вверен непосредственно истцу. Заключенный с ФИО2 договор о полной материальной ответственности ответчиком не представлен, факт заключения АО ТК «Вереск» с ФИО2 договора о полной материальной ответственности работника в судебном заседании не установлен. 

Таким образом, установлено, что товарно-материальные ценности, недостача которых установлена в результате инвентаризации в магазине №24, ФИО2 вверены не были, в связи с чем оснований полагать, что со стороны ФИО2 имелись виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ней, не имелось.

Из представленной суду копии постановления о возбуждении уголовного дела от 30 октября 2020 г. следует, что проведённой проверкой установлено, что в ходе проведения инвентаризации товарно-материальных ценностей в магазине №24 АО «ТК «Вереск», расположенном по адресу: 

<

...> обнаружено хищение товарно-материальных ценностей на общую сумму 18101707 руб., в связи с чем возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного пунктом «б» части 4 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, решение по возбужденному уголовному делу на момент рассмотрения дела не принято.

При изложенных обстоятельствах, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств того, что недостающий товар был вверен непосредственно истцу, а также совершения истцом виновных действий, дающих основания для утраты доверия, причастности к недостаче либо хищению товарно-материальных ценностей на сумму 18101701,00 рублей, суд приходит к выводу, что увольнение истца незаконно.

Согласно части 4 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным суд по заявлению работника может принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

В силу части 7 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя.

Поскольку увольнение истца признано судом незаконным, приказ генерального директора АО ТК «Вереск» от 29 июля 2020 г. №95-лс о прекращении трудового договора по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации также является незаконным, в связи с чем дата и формулировка основания увольнения ФИО2 в трудовой книжке подлежит изменению. 

Как пояснила в судебном заседании истец ФИО2, 9 октября 2020 г. она устроилась на новую работу.

Из искового заявления видно, что ФИО2 просила изменить формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию в соответствии со статьёй 80 Трудового кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о необходимости изменения даты и формулировки увольнения истца, указав дату увольнения истца - 8 октября 2020 г. (день предшествующий началу работы у другого работодателя), основание увольнения истца - увольнение по статье 80 Трудового кодекса Российской Федерации по собственному желанию.

Поскольку увольнение ФИО2 признано незаконным, то исходя из положений части 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о выплате работнику среднего заработка за время вынужденного прогула, который продолжался до 9 октября 2020 г.

В данном случае временем вынужденного прогула является период с 30 июля 2020 г. по 8 октября 2020 г., согласно производственному календарю за 2020 год в указанном периоде был 51 рабочий день.

Согласно справке АО «ТК «Вереск» от 20 октября 2020 г. №759 среднедневной заработок ФИО2 за период с июля 2019 года по июнь 2020 г. составил 1072 руб. 48 коп.

При таких обстоятельствах средний заработок за время вынужденного прогула составит 54696 руб. 48 коп. (1072,48 х 51), данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Общие условия наступления материальной ответственности работника отражены в статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба; противоправности поведения работника; вины работника в причинении ущерба; причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом.

В соответствии со статьёй 238 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

К ущербу могут быть отнесены недостача и порча ценностей, расходы на ремонт испорченного имущества, штрафные санкции за неисполнение хозяйственных обязательств, суммы оплаты вынужденного прогула работника или работников, выплаченные работодателем по вине другого работника.

В соответствии со статьёй 247 Трудового кодекса Российской Федерации, до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным.

На основании пункта 3 части 1 статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника о размерах и об основаниях произведенных удержаний.

В силу положений части 1 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных Кодексом и иными федеральными законами.

Такая возможность удержания из заработной платы определена в части 1 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации для случаев взыскания с виновного работника суммы причинённого ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, которое производится по распоряжению работодателя. Если работник не согласен добровольно возместить причинённый работодателю ущерб, а сумма причинённого ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом (часть 2).

Из указанных норм права следует, что удержание работодателем суммы ущерба из заработка работника возможно только на основании распоряжения и при получении на это согласия работника в случае, если сумма причиненного ущерба превышает средний месячный заработок работника.

Как следует из расчётного листка ФИО2 за июль 2020 г., в июле 2020 г. с ФИО2 удержана недостача в размере 31918 руб. 46 коп. (т. 1 л.д. 126).

Вместе с тем, как усматривается из представленных в материалы дела документов, согласия работника ФИО2 на удержание данной денежной суммы из её заработка в размере, превышающем её среднемесячную заработную плату, работодателем получено не было, напротив, при ознакомлении с результатами инвентаризации истец выражала не согласие с ним.

Таким образом, работодатель не вправе был производить удержание какого-либо ущерба, причинённого работником, вопрос о возмещении ущерба работником в данном случае мог быть разрешён только в судебном порядке.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о незаконности удержания работодателем денежной суммы в размере 31918 руб. 46 коп. из заработной платы работника ФИО2 в счёт компенсации недостачи.

Согласно части 9 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о возмещении работнику денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Требования истца о компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей суд удовлетворяет частично, при определении размера компенсации учитывает характер нарушения работодателем трудовых прав работника, степень и объём нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела и индивидуальные особенности истца, требования разумности и справедливости и определяет к возмещению компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

На основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска от 20 001 рубля до 100 000 рублей государственная пошлина уплачивается в размере 800 рублей плюс 3 процента суммы, превышающей 20 000 рублей

В соответствии подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления неимущественного характера размер государственной пошлины для физических лиц составляет 300 рублей.

При разрешении спора суд полагает, что в соответствии с требованиями статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета МО «ФИО1 городской округ» Тверской области подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, в размере 3 098 руб. 00 коп., из которой государственная пошлина с имущественных требований составляет 2 798 руб. 00 коп. (800 + ((54696,48 + 31918,46 – 20000) х 3%), государственная пошлина с неимущественных требований – 300 руб. 00 коп.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать приказ генерального директора Акционерного общества «Торговая компания «Вереск» от 29 июля 2020 г. №95-лс о прекращении трудового договора с ФИО2 на основании пункта 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным.

Изменить формулировку увольнения ФИО2 с пункта 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение 8 октября 2020 г. по статье 80 Трудового кодекса Российской Федерации по собственному желанию.

Взыскать с Акционерного общества «Торговая компания «Вереск» в пользу ФИО2 средний заработок за время вынужденного прогула с 30 июля 2020 г. по 8 октября 2020 г. в размере 54 696 (пятьдесят четыре тысячи шестьсот девяносто шесть) руб. 48 коп.

Взыскать с Акционерного общества «Торговая компания «Вереск» в пользу ФИО2 незаконно удержанные денежные средства в размере 31918 (тридцать одна тысяча девятьсот восемнадцать) руб. 46 коп.

Взыскать с Акционерного общества «Торговая компания «Вереск» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. 00 коп.

Взыскать с Акционерного общества «Торговая компания «Вереск» государственную пошлину в доход бюджета МО «ФИО1 городской округ» Тверской области в размере 3098 (три тысячи девяносто восемь) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца в Тверской областной суд с подачей жалобы через ФИО1 межрайонный суд Тверской области со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято

Дело №2-418/2020

г.

Судья

17 ноября 2020