Дело № 1-94/2025 

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

22 января 2025 года город Бийск

Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего – судьи Южанинова М.Б., 

с участием: 

государственного обвинителя – помощника прокурора города Бийска Даскиной Т.Н., 

представителя потерпевшего – Ю.Л., 

подсудимого ФИО1, 

защитника – адвоката Устиновой Е.П., действующей на основании удостоверения и ордера,

при секретаре Новичихиной Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Бийского городского суда Алтайского края материалы уголовного дела в отношении: 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

26 сентября 2022 года в период времени с 19 часов 00 минут до 23 часов 37 минут ФИО1, находился в состоянии алкогольного опьянения в квартире по адресу 

<

адрес>, совместно с проживающим там же его братом Д.В. В указанный период времени между Д.В. и ФИО1 произошла ссора и обоюдная драка, в ходе которой последний, осознавая общественно-опасный и противоправный характер своих действий, умышленно нанес Д.В. не менее пяти ударов рукой в область рук и не менее трех ударов рукой в область лица, а затем, в ответ на противоправные действия Д.В., выразившиеся в том, что Д.В. укусил его за нос, также умышленно укусил последнего зубами за нос. 

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил Д.В. физическую боль, а также, согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, следующие телесные повреждения: 

1. Рвано-ушибленную рану с дефектом тканей верхне-бокового края левого носового прохода. Для заживления подобных ран обычно требуется срок не свыше трех недель, поэтому данное телесное повреждение причинило ЛЕГКИЙ вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (по медицинским критериям подпункта «8.1» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №194н от 24.04.2008г.). 

2. Кровоподтек век, кровоизлияние под конъюнктиву левого глазного яблока (по 1), кровоподтек со ссадиной правого предплечья (по 1), кровоподтеки правого предплечья с переходом на кисть (1), левой кисти (1), ссадины верхней трети носа (2), правого предплечья (1). Данные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому относятся к не причинившим вреда здоровью телесным повреждениям (по медицинским критериям пункта «9» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №194н от 24.04.2008г.). 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, что вину по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, признает частично, отрицая наличие у него умысла на причинение Д.В. тяжкого вреда здоровью, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица. От дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, данным ему ст.51 Конституции РФ. 

В ходе допросов на стадии предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО1 по обстоятельствам дела показал, что ранее у него имелся брат Д.В., который скончался ДД.ММ.ГГГГ по причине отека мозга и неизвестного вируса (как было указано в медицинских документах). Ранее брат со своей семьей проживал по адресу 

<

адрес> совместно со своими детьми и женой Ю.Л.. 

26 сентября 2022 года в вечернее время он находился в гостях у своего брата по указанному выше адресу, они вдвоем употребляли спиртное; в процессе употребления спиртного между ними произошла ссора по какому-то незначительному поводу. Сначала они с братом ругались словесно, затем у них началась обоюдная драка, в ходе которой они нанесли друг другу по несколько ударов по телу. Его (ФИО1) удары приходились в основном по рукам брата, точное количество нанесенных ударов он не помнит, ударил брата руками не менее пяти раз, в том числе - не менее трех раз в область лица, то есть в область носа и левого глаза. Затем они успокоились, сели, но в этот момент брат неожиданно укусил его (ФИО1) зубами за кончик носа. От данного укуса он испытал сильную физическую боль и у него потекла кровь. Тогда он, разозлившись на брата, тоже укусил Д.В. своими зубами за кончик носа. Во время его укуса брат дернулся, и у нег (ФИО1) в зубах остался кончик носа Д.В. Поскольку от этого у Д.В. обильно потекла кровь, которую они не смогли остановить самостоятельно, они вызвали скорую медицинскую помощь. Его самого и брата госпитализировали, в больнице ему (ФИО1) наложили 4 шва на рану носа в место укуса, наложили повязку и отпустили домой. Брату предлагали зашить рану на носу, но тот отказался, тогда брату также наложили повязку и отпустили домой. Сразу после этого они с братом помирились, никаких претензий по поводу произошедшего не имели. После снятия повязки оказалось, что у Д.В. остались последствия после укуса, а именно - отсутствовал кончик носа и была видна перегородка. Однако брат на пластическую операцию не соглашался, говорил, что и так пойдет, и что это ему (брату) не мешает, Д.В. чувствовал себя нормально, никакого физического или морального дискомфорта не испытывал, о чем сам не раз говорил. Родственники и друзья Д.В. никакого отвращения к последнему после получения им данной травмы не испытывали, все продолжали с ним общаться. При жизни его брат к нему (ФИО1) никаких претензий не имел по поводу причиненных телесных повреждений, а именно по травме носа, привлекать его к уголовной ответственности за это не желал, заявление о привлечении к уголовной ответственности писать отказывался. В настоящее время он признает вину в том, что причинил брату телесное повреждение, а именно откусил ему кончик носа, в содеянном раскаивается. 

(том №, л.д.№

В ходе следственного эксперимента на стадии предварительного расследования подозреваемый ФИО1 воспроизвел изложенные выше показания, при помощи маскарадной маски продемонстрировав механизм причинения им телесных повреждений потерпевшему Д.В.

(том №, л.д.№)

В судебном заседании подсудимый ФИО1 в полном объеме подтвердил показания, данные им на стадии предварительного расследования; настаивал, что полученные от его действий телесные повреждения не привели к обезображиванию его брата ФИО2 конфликта изначально был его брат, который его начал оскорблять, потом они подрались и поочередно нанесли друг другу укусы зубами за нос (первым укусил за нос также брат). 

Вина ФИО1 в умышленном причинении вреда здоровью Д.В., кроме его признательных показаний, в полном объеме подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, представитель потерпевшего Ю.Л. в судебном заседании показала, что потерпевший Д.В. ранее являлся её мужем; 21 мая 2023 года он умер от пневмонии, через некоторое время после его смерти она вновь вышла замуж и в настоящее время носит фамилию «Ю.Л.». По обстоятельствам дела пояснила, что в указанный в обвинительном заключении период времени брат мужа ФИО1 находился у них в гостях по адресу 

<

адрес>; Д.В. и Владимир употребили там спиртное в больших количествах, были очень пьяны, и в какой-то момент между ними произошла ссора и драка, инициатором конфликта был её муж Д.В.. В ходе драки Д.В. и Владимир сначала наносили друг другу удары кулаками, потом поочередно укусили друг друга за нос; при этом, насколько она помнит, первым за нос укусил Владимира её супруг Д.В., а потом Владимир в ответ укусил за кончик носа Д.В.. От укусов у обоих мужчин обильно потекла кровь, они вызвали «скорую помощь», Д.В. и Владимира увезли в больницу. Потом муж вернулся домой, у него был перебинтован нос, также были многочисленные ссадины на спине и на плече. На «больничный» муж официально не ходил, неделю посидел дома, потом вышел на работу. Когда у мужа сняли повязку, оказалось, что у него отсутствует кончик носа. Полагает, что это никак не обезобразило Д.В., сам он тоже так не считал, отказался от соответствующей пластической операции. После получения данной травмы в семье и на работе от Д.В. никто не «шарахался», никто над ним не смеялся, никакого физического или эмоционального дискомфорта Д.В. не испытывал. После произошедшего братья сразу помирились, извинились друг перед другом.

В ходе допроса на стадии дознания 20 июня 2024 года представитель потерпевшего Ю.Л. относительно фактических обстоятельств причинения её супругу Д.В. телесных повреждений давала аналогичные показания, при этом сообщила дознавателю, что после получения травмы её муж считал свое лицо обезображенным, испытывал дискомфорт по поводу своей внешности; для неё самой изменения во внешности Д.В. были заметными и существенно критичными; он стал менее красивым, так как обезображенный нос изменил привычное восприятие его, как человека, с которым она состояла в браке; его внешность перестала ей нравится после травмы. Однако сам Д.В. спокойно относился к тому, что у него отсутствует кончик носа, и не считал себя обезображенным.

(том №, л.д№)

В дальнейшем в ходе допросов на стадии предварительного следствия 03 июля 2024 года и 11 октября 2024 года представитель потерпевшего Ю.Л. (ФИО1) Ю.Л. давала иные показания в части обезображивания лица Д.В., настаивая, что она не обращала внимание на дефект кончика носа у мужа, наличие данного телесного повреждения у Д.В. не являлось для неё критичным; внешность последнего стала немного необычной, но не обезображенной и не отталкивающей. На работе и в быту у Д.В. после получения данной травмы ничего не изменилось, место работы он не потерял, друзья и родственники продолжали с ним общаться, как и раньше, сам Д.В. по поводу указанного дефекта не испытывал никаких комплексов. Протокол своего допроса в отделе дознания подписала, не прочитав, отрицает, что могла давать такие показания, считает, что дознаватель просто мог неправильно её понять.

(том №, л.д.№)

В судебном заседании после оглашения изложенных выше показаний представитель потерпевшего Ю.Л. настаивала на показаниях, зафиксированных в протоколах допроса от 03 июля 2024 года и от 11 октября 2024 года; пояснила, что не могла давать показания, изложенные в протоколе допроса от 20 июня 2024 года, дознавателю такое не говорила; как могли такие сведения в части обезображивания лица Д.В. оказаться в подписанном ею протоколе допроса, пояснить не может, возможно, подписала данный протокол, не прочитав его. 

Свидетель А.А. в ходе допроса на стадии предварительного расследования показала, что являлась знакомой супругов М-ных, периодически с ними общалась. Незадолго до своей смерти Д.В. в результате драки получил травму, у него был откушен кончик носа; после он стал выглядеть очень необычно, этот дефект бросался в глаза, друзья и знакомые смеялись над Д.В. и поддразнивали его. Лично ей было не очень приятно смотреть на нос Д.В., у него была видна даже перегородка и нос был похож на нос какого-то животного, но общаться с ним ни она, ни кто либо из их общих знакомых не прекратил. Как относился к полученному дефекту внешности сам Д.В., ей не было известно.

(том №, л.д.№)

Свидетеля К.В. в ходе допроса на стадии предварительного расследования показал, что являлся знакомым Д.В., они периодически вместе работали. Незадолго до своей смерти Д.В. получил травму носа, в результате чего последний стал выглядеть странно, кончик носа у Д.В. был раздвоен, было видно перегородку. Лично для него (К.В.) это было смешно, он и другие их общие знакомые периодически подшучивали над ФИО1 на эту тему, но никто от ФИО1 не отвернулся, все продолжали с ним общаться; не считает, что внешность Д.В. стала отталкивающей, просто стала необычной. 

(том № л.д.№)

Протоколом осмотра места происшествия от 26 сентября 2022 года, с прилагающейся фототаблицей, зафиксирована обстановка на месте совершения преступления - в квартире по адресу 

<

адрес>

(том №, л.д.№)

Согласно заключения судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, у потерпевшего ФИО1 обнаружены телесные повреждения: 

1.1. Рвано-ушибленная рана с дефектом тканей верхне-бокового края левого носового прохода, которая могла быть причинена при однократном сдавлении данного участка носа между тупыми твердыми объектами, с ограниченной по площади контактирующей поверхностью, возможно при укусе зубами человека. Причинение данного повреждения при падении с высоты собственного роста исключено. Данное повреждение при заживлении может стать менее заметным, но не исчезнет совсем, то есть, является неизгладимым. Для заживления подобных ран обычно требуется срок не свыше трех недель, поэтому данное телесное повреждение причинило ЛЕГКИЙ вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (по медицинским критериям подпункта «8.1» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №194н от 24.04.2008г.).

1.2. Кровоподтек век, кровоизлияние под конъюнктиву левого глазного яблока (по 1), кровоподтек со ссадиной правого предплечья (по 1), кровоподтеки правого предплечья с переходом на кисть (1), левой кисти (1), которые могли быть причинены многократными (не менее 4) воздействиями тупых твердых объектов, как при ударах таковыми, так и при падениях, возможно, с высоты собственного роста и ударах о таковые. Ссадины верхней трети носа (2), правого предплечья (1), которые могли быть причинены многократными (не менее 3) воздействиями тупых твердых объектов, с ограниченной по площади контактирующей поверхностью, под углом к поверхности кожи, как при ударах таковыми, так и при падении, возможно, с высоты собственного роста и ударах о таковые. Данные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому относятся к не причинившим вреда здоровью телесным повреждениям (по медицинским критериям пункта «9» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №194н от 24.04.2008г.). Все вышеуказанные повреждения могли быть причинены в течение одних суток до момента начала экспертизы, в том числе возможно и 26 сентября 2022 года, что подтверждается характером повреждений. 

(том №, л.д.№)

Согласно свидетельства о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, Д.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер 21 мая 2023 года

(том №, л.д.№) 

У суда нет оснований сомневаться в достоверности показаний представителя потерпевшего Ю.Л., а также признательных показаний обвиняемого ФИО1, данных им на стадии предварительного расследования в присутствии защитника и подтвержденных в судебном заседании, относительно фактических обстоятельств причинения потерпевшему Д.В. телесных повреждений, поскольку эти показания в целом последовательны, объективны, находятся во взаимосвязи между собой и с другими доказательствами, в том числе – с заключением судебной медицинской экспертизы в части количества, локализации, механизма и давности причинения этих телесных повреждений потерпевшему. Представитель потерпевшего Ю.Л. являлась непосредственным очевидцем исследуемых событий.

Наличие поводов для оговора подсудимого ФИО1 со стороны Ю.Л., а также для самооговора со стороны подсудимого ФИО1 судом не установлено.

В связи с изложенным, суд полагает необходимым положить в основу приговора данные показания представителя потерпевшего Ю.Л. (Ю.Л.) и признательные показания подсудимого ФИО1

Судом установлено, что телесные повреждения, описанные в заключении судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе – причинившие легкий вред здоровью Д.В., были получены потерпевшим Д.В. именно в результате действий подсудимого ФИО1, а не в связи с какими либо иными обстоятельствами.

Доводы подсудимого о неосторожном характере причинения им потерпевшему Д.В. телесного повреждения в виде рвано-ушибленная рана с дефектом тканей верхне-бокового края левого носового прохода, повлекшего легкий вред здоровью последнего, судом отвергаются, поскольку по обстоятельствам дела подсудимый Д.В. не мог не осознавать последствия своих действий, нанося укус зубами со значительной силой в уязвимые мягкие ткани кончика носа на лице потерпевшего. 

Органом предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы по ч.1 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица.

Согласно п.п.«а» п.4, п.5 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 N 522, квалифицирующим признаком тяжести вреда, причиненного здоровью человека, в отношении тяжкого вреда, является, в числе прочих, неизгладимое обезображивание лица.

При этом, по смыслу закона, критерий обезображивания является оценочным, его наличие устанавливается судом самостоятельно. Вопрос об обезображивании лица человека, являясь юридическим и оценочным, должен разрешаться судом исходя из общепринятых эстетических представлений о красоте, привлекательности человеческого лица с учетом всех обстоятельств дела, в том числе и мнения потерпевшего и других участников уголовного судопроизводства. 

В данном случае, неизгладимость оставшегося на лице потерпевшего Д.В. дефекта установлена экспертным заключением, однако признак обезображивания лица потерпевшего стороной обвинения надлежащим образом не доказан.

Так, суд полагает необходимым при решении вопроса о наличии обезображивания лица потерпевшего Д.В. положить в основу приговора мнение самого потерпевшего по этому вопросу, не считавшего себя обезображенным, отказывавшегося от уголовного преследования ФИО1 и последовательно заявлявшего об этом сотрудникам полиции при осуществлении теми доследственной проверки, что зафиксировано при неоднократном вынесении постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела (том №, л.д№). Также судом в основу приговора кладутся, как более достоверные, показания супруги потерпевшего Ю.Л. (Ю.Л.), данные ею в этой части в ходе допросов на предварительном следствии от 03 июля 2024 года и от 11 октября 2024 года, а также в судебном заседании, о том, что ни она, ни её супруг потерпевший Д.В. не воспринимали дефект внешности последнего, как обезображивающий. Показания последней, данные дознавателю в ходе допроса от 20 июня 2024 года по поводу её восприятия обезображенности лица потерпевшего, судом во внимание не принимаются, поскольку противоречат всем остальным показаниям и пояснениям Ю.Л. (Ю.Л.) в этой части, даваемым ею на всём протяжении уголовного разбирательства по данному делу, и не подтверждены ею в судебном заседании. 

Кроме того, оценивая представленный стороной обвинения в качестве письменного доказательства, содержащего фотографическое изображение потерпевшего Д.В. после получения им травмы, протокол осмотра места происшествия от 12 декабря 2022 года (том №, л.д.№), суд приходит к выводу о недопустимости данного протокола ОМП, как доказательства по делу. 

В соответствии с ч.1 ст.75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса. 

В данном случае участковым уполномоченным полиции для фиксации дефектов внешности потерпевшего Д.В. под видом осмотра места происшествия (процедура которого регламентируется ст.176, 177 УПК РФ) фактически было осуществлено иное следственное действие - освидетельствование живого лица (потерпевшего Д.В.), при этом – с существенными нарушениями требований ст.179 УПК РФ, и совмещенное с опросом потерпевшего. 

Соответственно, единственное фотоизображение потерпевшего с последствиями причиненной ему травмы получено и приобщено к материалам дела с нарушениями процессуальных норм, и не может быть использовано в качестве доказательства. 

Кроме того, не представляет доказательственного значения протокол осмотра предметов (том №, л.д.№), так как в качестве подтверждения предшествующей внешности потерпевшего Д.В. представлен его фотоснимок, сделанный за длительный период времени до исследуемых событий (в 2008 году), а осмотренный фотоснимок с зафиксированными телесными повреждениями, получен с нарушением норм УПК и признан судом недопустимым доказательством. 

В соответствии с требованиями ст.49 Конституции Российской Федерации, ч.3 ст.14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в пользу обвиняемого.

Таким образом, оценив исследованные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, и квалифицирует его действия по ч.1 ст.115 УК РФ, как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.

При этом ФИО1 не находился как в состоянии необходимой обороны, так и при превышении пределов необходимой обороны, поскольку в момент нанесения ФИО1 укуса Д.В. нападения на подсудимого со стороны потерпевшего не было, никаких противоправных действий потерпевший по отношению к подсудимому уже не предпринимал, подсудимый ФИО1 нанес укус потерпевшему Д.В. не с целью самообороны, а в отместку за аналогичные действия Д.В. в отношении него. 

Давая оценку доводам стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления ввиду отказа потерпевшего или его представителя от подачи заявления о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч.2 ст.20 УПК РФ, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьей 115 частью первой, считаются уголовными делами частного обвинения, и возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи.

В соответствии с п.5 ч.1 ст.24 УПК РФ, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в случае отсутствия заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса.

При этом, в силу положений ч.4 ст.20 УПК РФ, дознаватель с согласия прокурора вправе возбудить уголовное дело о любом преступлении (в пределах своей подследственности), относящемся к категории частного и частно-публичного обвинения, и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы. 

В данном случае уголовное дело возбуждено дознавателем по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ (том №, л.д№), с согласия прокурора (том № л.д.№), после того, как потерпевший Д.В. умер и утратил способность защищать свои права и интересы. 

При таких обстоятельствах, вопреки доводам защитника, отсутствие заявления потерпевшего или его представителя о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч.1 ст.115 УК РФ само по себе не влечет правовых последствий, предусмотренных п.5 ч.1 ст.24 УПК РФ и п.3 ч.2 ст.306 УПК РФ. 

По результатам изучения личности подсудимого суд учитывает, что ФИО1 ранее не судим; совершил умышленное преступление, отнесенное законом к категории преступлений небольшой тяжести, посягающее на здоровье человека. Участковым уполномоченным полиции подсудимый характеризуется посредственно, на учете в наркологическом и психоневрологическом диспансере не состоит. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО1, в соответствии со ст.61 УК РФ, суд признает и учитывает: признание подсудимым своей вины в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ, способствование своими признательными показаниями раскрытию и расследованию преступления, раскаяние в содеянном; действия подсудимого, направленные на заглаживание причиненного преступлением вреда, в виде принесения извинений потерпевшему; наличие 

<

данные изъяты>; противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. 

Оснований для признания других обстоятельств в качестве смягчающих подсудимой наказание, суд не усматривает. 

Обстоятельства, отягчающие наказание ФИО1, судом по делу не установлены; в том числе, суд не усматривает достаточных оснований для признания в качестве отягчающего обстоятельства факта совершения ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку по результатам судебного разбирательства не установлено достоверно, что преступление совершено ФИО1 именно под влиянием опьянения. 

Принимая во внимание данные о личности подсудимого ФИО1, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, конкретные обстоятельства дела, совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств, суд считает, что цели исправления осуждаемого лица в данном случае могут быть достигнуты без изоляции его от общества, путем назначения наказания в виде обязательных работ. 

Поскольку данный вид наказания не является наиболее строгим из предусмотренных санкцией ч.1 ст.115 УК РФ, при назначении ФИО1 наказания судом не применяются правила ч.1 ст.62 УК РФ. 

Оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст.64 УК РФ, для постановления приговора без назначения наказания, для применения отсрочки отбывания наказания суд не усматривает.

Вместе с тем, на основании п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли два года после совершения преступления небольшой тяжести.

Поскольку в рассматриваемом случае инкриминируемое ФИО1 преступление совершено 26 сентября 2022 года, последний подлежит освобождению от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. 

Вещественными доказательствами по уголовному делу надлежит распорядиться в соответствии с требованиями ст.81 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.302-304, 307-310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок ДВЕСТИ часов, с определением вида обязательных работ и объектов, на которых они отбываются, органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией.

Освободить ФИО1 от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. 

Избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить прежней до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

Вещественные доказательства: фотоизображение потерпевшего Д.В. на бланке заявления о выдаче паспорта Формы 1п; фотоизображение потерпевшего Д.В. в фототаблице к протоколу осмотра места происшествия - хранить в материалах дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 15 суток со дня его провозглашения в судебную коллегию по уголовным делам Алтайского краевого суда, через Бийский городской суд Алтайского края, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе в вышеуказанный срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья М.Б.Южанинов