Дело № 3а-94/2025 

73OS0000-01-2025-000117-32

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 августа 2025 года                                                                      г.Ульяновск

Ульяновский областной суд в составе:

судьи Сычёвой О.А.

при секретаре Мытаревой А.С.,

с участием прокуроров Михайловой Т.В., ФИО1, Стерлядевой Е.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело                     № 3а-94/2025 по административному исковому заявлению акционерного общества «Ульяновская сетевая компания» о признании недействующими в части приказа Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области  от 29 ноября 2024 года № 108-П «Об установлении цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии на территории Ульяновской области на 2025 год», приказа Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области  от 29 ноября 2024 года № 107-П                «Об установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями на территории Ульяновской области на 2025 год»,

установил:

29 ноября 2024 года Агентством по регулированию цен и тарифов Ульяновской области принят приказ № 108-П «Об установлении цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии на территории Ульяновской области на 2025 год» (далее по тексту также приказ № 108-П). 

Текст указанного  приказа был официально опубликован в газете «Ульяновская правда» № 80(24749) 10 декабря 2024 года (текст приказа и приложение № 1) и газете «Ульяновская правда» № 81(24750) 13 декабря 2024 года (приложения №№ 2 - 3).

29 ноября 2024 года Агентством по регулированию цен и тарифов Ульяновской области принят приказ № 107-П «Об установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями на территории Ульяновской области на 2025 год» (далее по тексту также приказ № 107-П).

Указанный приказ был официально опубликован в выпуске газеты «Ульяновская правда» от 10 декабря 2024 года № 80 (24749).

Акционерное общество «Ульяновская сетевая компания» (далее по тексту также АО «УСК») обратилось в суд с административным исковым заявлением, уточненным в ходе судебного разбирательства, к Агентству по регулированию цен и тарифов Ульяновской области с требованиями: 

- о признании недействующим со дня принятия приказа Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области от 29 ноября 2024 года № 108-П «Об установлении цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии на территории Ульяновской области на 2025 год» в части:  необходимой валовой выручки сетевой организации без учета оплаты потерь, учтенной при утверждении (расчете) единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии в субъекте Российской Федерации, определенной в отношении акционерного общества «Ульяновская сетевая компания» в размере 548231,40 тыс. руб. (строка 2 таблицы № 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1); учтенных расходов сетевых организаций, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, не включаемых в плату за технологическое присоединение, определенных в отношении акционерного общества «Ульяновская сетевая компания» в размере  7446,81 тыс. руб. (строка 2 таблицы № 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1).

- о признании  недействующим со дня принятия приказа Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области от 29 ноября 2024 года № 107-П                                «Об установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями на территории Ульяновской области на 2025 год» в части установления индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между ПАО «Россети Волга» и АО «УСК» на 2025 год (строка 2 Приложения «Индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчётов между сетевыми организациями»). 

В обоснование требований административным истцом указано, что при определении необходимой валовой выручки (далее по тексту также НВВ) для                     АО «УСК» на 2025 год  в нарушение действующего законодательства были безосновательно и неправомерно снижены плановые неподконтрольные расходы на 2025 год по статье «Аренда» на сумму 33913,0 тысяч рублей, в том числе расходы на аренду объектов электросетевого хозяйства и расходы на аренду зданий и сооружений (прочего имущества). Считает, что из состава неподконтрольных расходов необоснованно исключены все заявленные на 2025 год расходы по статье «Резерв по сомнительным долгам» в размере 12 479,24 тысяч рублей.  Также необоснованно снижены до размера 7446,81 тысяч рублей расходы, связанные с компенсацией выпадающих доходов от технологического присоединения по статье «Выпадающие доходы от технологического присоединения», предусмотренные пунктом 87 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике (утвержденных Постановлением Правительства РФ от 29.12.2011 № 1178). Эти расходы учитываются в составе неподконтрольных расходов при расчете (корректировке) необходимой валовой выручки на очередной год долгосрочного периода регулирования. Плановые расходы по этой статье полностью исключены. Это приводит к риску недофинансирования необходимых затрат истца как  территориальной сетевой организации на реализацию производственных программ, направленных на поддержание надежности и безопасности энергоснабжения потребителей. Неверное установление тарифным органом величины  НВВ привело к установлению индивидуальных тарифов на передачу электрической энергии между Публичным акционерным обществом (далее по тексту также ПАО «Россети Волга») и АО «УСК» в экономически необоснованном размере. 

Судом к участию в деле в качестве заинтересованного лица было привлечено ПАО «Россети Волга». 

Представитель административного истца АО «УСК» по доверенности            ФИО2 и ранее участвовавшая в судебном разбирательстве представитель по доверенности ФИО3  в  ходе судебного разбирательства настаивали на удовлетворении административных исковых требований с учетом уточнений, по доводам, изложенным в административном иске (т.1, л.д. 4-9), уточнении к нему (т.2, л.д. 90), в дополнительных письменных пояснениях (т.2, л.д. 91-95). Указано, что тарифным органом неправомерно исключены из расчета договоры аренды по основанию непредставления необходимых документов, а также отсутствия регистрации ряда договоров. Пояснено, что необходимые документы были представлены. При необходимости могли быть представлены дополнительные документы, но со стороны Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области не было никаких запросов в адрес истца. Кроме того, расходы по большинству исключенных договоров аренды были заявлены в предыдущий год этого же долгосрочного периода и были приняты тарифным органом. Документы по амортизации для договоров аренды объектов электросетевого хозяйства, заключенных на торгах, полагают необязательными для предоставления. Указано, что задолженность по статье  «Резерв по сомнительным долгам» сформировалась в связи с неисполнением судебных решений о погашении задолженности за прошлые периоды, в период действия актуального на тот период законодательства.  Считают, что расчет по статье затрат «Выпадающие доходы от технологического присоединения» произведен Агентством по регулированию цен и тарифов Ульяновской области неверно, не в соответствии с требованиями законодательства. 

Представитель административного ответчика Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области в судебное заседание по доверенности                   ФИО4 в судебном заседании заявленные требования не признала, просила учесть также письменные возражения на иск. Указала на то, что оспариваемые приказы были приняты Агентством в соответствии с наделенными полномочиями, с соблюдением установленных законом процедур принятия и опубликования. Нормативным правовым актам в сфере тарифного регулирования услуг по передаче электрической энергии, имеющим большую юридическую силу, не противоречат, соответственно, прав и законных интересов административного истца не нарушают. Подтвердила, что ряд исключенных из расходов договоров аренды заявлялись истцом по предыдущим годам этого же долгосрочного периода и были приняты тарифным органом. В рамках рассмотрения тарифного дела истцу запросы о предоставлении дополнительных сведений не направлялись. Указано, что резерв по сомнительным долгам не был учтен в составе НВВ для АО «УСК» по той причине, что при формировании этого показателя бухгалтерского баланса предприятие, показав в материалах тарифного дела списанную сумму, не изменило сумму дебиторской задолженности. Кроме того, согласно изменениям в законодательстве и исходя из новой редакции пункта 3(1) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг (утвержденных постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861), в настоящее время резерв по сомнительным долгам может быть учтен при расчете НВВ только для системообразующей территориальной сетевой организации, каковой на территории Ульяновской области на срок до 31 декабря 2029 года определен филиал ПАО «Россети Волга».

Представитель заинтересованного лица ПАО «Россети Волга» по доверенности ФИО5, а также ранее представитель по доверенности ФИО6 в судебном  заседании пояснили, что считают требования административного иска АО «УСК» не подлежащими удовлетворению. Просили также учесть позицию, изложенную в отзыве. Считают, что Агентством по регулированию цен и тарифов Ульяновской области не допущено нарушение требований законодательства. 

Прокурор Стерлядева Е.В. в заключении полагала административный иск  подлежащим частичному удовлетворению. 

С учетом положений статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее по тексту также КАС РФ), мнения участников процесса, прокурора,  суд полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, допросив свидетелей, исследовав и оценив материалы дела, материалы тарифного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частями 1, 2, 3 статьи 84 КАС суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности

Судом отмечается, что в судебном заседании было установлено, что материалы для установления тарифа были предоставлены АО «УСК» в Агентство по регулированию цен и тарифов Ульяновской области частично в письменном виде,   частично на электронном носителе. 

На момент рассмотрения дела в суде было установлено, что в представленных по запросу суда Агентством материалах тарифного дела находится USB-флеш-накопитель, который в связи с системными ошибками на нем делает невозможным извлечение и прочтение информации, кроме наименования папок. Данный факт установлен судом, подтвержден и удостоверен в судебном заседании начальником отдела правовой информатизации суда, о чем составлена докладная записка                     (т.2, л.д.175). 

Представители обеих сторон в судебном заседании подтвердили, что все документы на момент предоставления их предприятием в тарифный орган были доступны для чтения как на бумажном, так и на электронном носителях. 

Представителем АО «УСК» были представлены в материалы документы тарифной заявки, которые предоставлялись ранее в Агентство, что подтверждено представителем административного ответчика и не взывало возражений у других участников процесса. Указанные документы были представлены в материалы дела на 

СД-дисках (т.2, л.д. 77, 96), а в части, относящейся к предмету судебного разбирательства, также в письменном виде.  Все документы, в том числе электронные, были исследованы в судебном заседании.

В соответствии с частью 1 статьи 208 КАС РФ с административным исковым заявлением о признании нормативного правового акта не действующим полностью или в части вправе обратиться лица, в отношении которых применен этот акт, а также лица, которые являются субъектами отношений, регулируемых оспариваемым нормативным правовым актом, если они полагают, что этим актом нарушены или нарушаются их права, свободы и законные интересы.

Положения части 6 указанной статьи устанавливают, что административное исковое заявление о признании нормативного правового акта недействующим может быть подано в суд в течение всего срока действия этого нормативного правового акта.

На основании части 7 статьи 213 КАС РФ, при рассмотрении административного дела об оспаривании нормативного правового акта, суд проверяет законность положений нормативного правового акта, которые оспариваются. При проверке законности этих положений суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании нормативного правового акта недействующим, и выясняет обстоятельства, указанные в части 8 настоящей статьи, в полном объеме.

Во исполнение части 8 статьи 213 КАС РФ, при рассмотрении административного дела об оспаривании нормативного правового акта суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в интересах которых подано административное исковое заявление;

2) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, должностного лица на принятие нормативных правовых актов;

б) форму и вид, в которых орган, организация, должностное лицо вправе принимать нормативные правовые акты;

в) процедуру принятия оспариваемого нормативного правового акта;

г) правила введения нормативных правовых актов в действие, в том числе порядок опубликования, государственной регистрации (если государственная регистрация данных нормативных правовых актов предусмотрена законодательством Российской Федерации) и вступления их в силу;

3) соответствие оспариваемого нормативного правового акта или его части нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 2 и 3 части 8 статьи 213 КАС РФ, возлагается на орган, организацию, должностное лицо, принявшие оспариваемый нормативный правовой акт (часть 9 статьи 213 КАС РФ).

Нормативный правовой акт может быть признан судом недействующим полностью или в части, если установлено его противоречие (несоответствие) иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

В соответствии с пунктом 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 50 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами», если судом будет установлено, что оспариваемый акт принят в пределах полномочий органа или должностного лица с соблюдением требований законодательства к форме нормативного правового акта, порядку принятия и введения его в действие, суду следует проверить, соответствует ли содержание акта или его части нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

Согласно части 5 статьи 76 Конституции Российской Федерации законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам, принятым по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики, полномочия органов государственной власти на регулирование этих отношений, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики  при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики (в том числе производства в режиме комбинированной выработки электрической и тепловой энергии) и потребителей электрической энергии установлены и определены Федеральным законом от 26 марта 2003 года № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее по тексту - также Закон об электроэнергетике). 

В силу пункта 1 статьи 2 Закона об электроэнергетике законодательство Российской Федерации об электроэнергетике основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из Гражданского кодекса Российской Федерации, настоящего Федерального закона и иных регулирующих отношения в сфере электроэнергетики федеральных законов, а также указов Президента Российской Федерации, постановлений Правительства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, принимаемых в соответствии с указанными федеральными законами.

К таким актам, в частности относятся Основы ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее по тексту  - также Основы ценообразования), Правила государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденные также утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178  (далее по тексту - также Правила регулирования цен), Методические указания по расчету тарифов на услуги по передаче электрической энергии, устанавливаемых с применением метода долгосрочной индексации необходимой валовой выручки, утвержденные  приказом Федеральной службы по тарифам от 17 февраля 2012 года                № 98-э (далее по тексту - также Методические указания № 98-э), Методические указания по определению размера платы за технологическое присоединение к электрическим сетям, утвержденные Приказом ФАС России от 30 июня 2022 года № 490/22 (далее по тексту - также Методические указания № 490/22).

Цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, подлежат государственному регулированию (пункт 1 статьи 6, пункт 2 статьи 20, пункты 1 и 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике).

В соответствии с пунктом 3 статьи 24 Закона об электроэнергетике органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов устанавливают цены (тарифы), указанные в статье 23.1 данного Федерального закона, за исключением цен (тарифов), регулирование которых осуществляется Правительством Российской Федерации или федеральным органом исполнительной власти в области регулирования тарифов.  

Согласно пункту 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике государственному регулированию на оптовом и (или) розничных рынках подлежат цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, а также предельные (минимальный и (или) максимальный) уровни таких цен (тарифов).

АО «УСК» является  территориальной сетевой организацией, которая оказывает услуги по передаче электрической энергии на территории Ульяновской области.

Государственное тарифное регулирование в отношении АО «УСК» производится с применением метода долгосрочной индексации необходимой валовой выручки, период регулирования: 2022-2026 годы. 

2025 год является четвертым годом указанного долгосрочного периода тарифного регулирования.

По итогам обращения 26 апреля 2024 года АО «УСК» в Агентство по регулированию цен и тарифов Ульяновской области с заявлением по установлению (корректировке) необходимой валовой выручки и тарифов на услуги по передаче электрической энергии  по распределительным сетям на 2025 год и рассмотрения представленных материалов Агентством по регулированию  цен  и  тарифов  Ульяновской  области   29 ноября 2024 года принят приказ № 108-П «Об установлении цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии на территории Ульяновской области на 2025 год», которым  определена необходимая валовая выручка без учета оплаты потерь, учтенная при утверждении (расчете) единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии в субъекте Российской Федерации,  в отношении АО «УСК» в размере 548231,40 тыс. руб. (строка 2 таблицы 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1).

Этим же приказом определен размер учтенных расходов сетевых организаций, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, не включаемых в плату за технологическое присоединение, в отношении АО «УСК» в размере  7446,81 тыс. руб. (строка 2 таблицы 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1).

Тарифы для взаиморасчетов между двумя сетевыми организациями на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, устанавливают органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов (пункт 4 статьи 23.1, пункт 3 статьи 24 Закона об электроэнергетике, пункт 63 Основ ценообразования).

В соответствии с абзацем десятым подпункта 3 пункта 3 Основ ценообразования в систему регулируемых цен (тарифов) на электрическую энергию (мощность) входит, в числе иных, индивидуальная цена (тариф) на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между  сетевыми организациями за оказываемые друг другу услуги по передаче.

Индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии, которые территориальные сетевые организации оказывают друг другу, то есть для взаиморасчетов пары сетевых организаций, определяются исходя из разности между тарифной выручкой сетевой организации - получателя услуги по передаче электрической энергии, получаемой ею от потребителей электрической энергии на всех уровнях напряжения, и необходимой валовой выручкой (с учетом расходов на оплату нормативных технологических потерь в сетях и средств, получаемых (оплачиваемых) от других сетевых организаций) (пункт 63 Основ ценообразования, пункты 49 и 52 Методических указаний N 20-э/2).

В соответствии с абзацами первым - шестым пункта 52 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных Приказом ФСТ России от 06.08.2004 № 20-э/2, индивидуальные тарифы устанавливаются одновременно в двух вариантах: одноставочные и двухставочные, которые предусматривают ставку на содержание электрических сетей и ставку на оплату технологического расхода (потерь).

Агентством по регулированию  цен  и  тарифов  Ульяновской  области                         29 ноября 2024 года принят приказ № 107-П «Об установлении  индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями на территории Ульяновской области на 2025 год», которым установлены, в том числе, индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями                    ПАО «Россети Волга» и АО «УСК» на 2025 год (строка 2 Приложения «Индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчётов между сетевыми организациями»). 

Этим приказом от 29 ноября 2024 года № 107-П были  установлены в том числе индивидуальные тарифы для взаиморасчета между ПАО «Россети Волга» (плательщик) и АО «УСК» (получатель) на 1 полугодие 2025 года: двухставочный тариф – 1 283 653,00 руб./МВт мес. (ставка за содержание электрических сетей); 965,71 руб./МВт ч - ставка на оплату технологического расхода (потерь) и одноставочный тариф – 2,89119 руб./кВт ч;

- на 2 полугодие 2025 года: двухставочный тариф – 1585903,09 руб. МВт (ставка за содержание электрических сетей), 1,10340 руб. МВт ч – ставка на оплату технологического расхода (потерь); одноставочный тариф – 3,48225 руб. к/Вт ч (строка 2 Приложения «Индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчётов между сетевыми организациями»). 

В силу статьи 5 Закона Ульяновской области от 29 ноября 2005 года №136-ЗО «О порядке опубликования и вступления в законную силу нормативных правовых актов Ульяновской области» официальным опубликованием нормативных правовых актов Ульяновской области считается первая публикация их полного текста в газетах  «Народная газета», «Ульяновская правда» или первое размещение (опубликование) на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru).

Тексты указанных  приказов были официально опубликованы в газете «Ульяновская правда» № 80(24749) 10 декабря 2024 года (текст приказа № 108-П и приложение № 1, текст приказа № 107-П) и газете «Ульяновская правда» № 81(24750) 13 декабря 2024 года (приложения №№ 2 – 3 к приказу № 108-П).

Полномочия Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области по осуществлению государственного регулирования тарифов на электрическую энергию предусмотрены Положением об Агентстве по регулированию цен и тарифов Ульяновской области, утвержденным постановлением Правительства Ульяновской области от 26 марта 2020 года №6/138-П (подпункт 71 пункта 2.1).

Согласно пункту 1.3 Порядка подготовки и издания правовых актов исполнительных органов государственной власти Ульяновской области, утвержденного Постановлением Правительства Ульяновской области от 12 июля 2013 года № 288-П, правовые акты исполнительных органов, имеющие нормативный характер, издаются в форме приказов.

Таким образом, оспариваемые приказы приняты уполномоченным органом с соблюдением формы и порядка принятия нормативных правовых актов, официального опубликования.

Приказом Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области от 29.11.2024 № 106-П «О внесении изменений в некоторые приказы Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области» НВВ сетевых организаций на долгосрочный период регулирования (без учета оплаты потерь) 2022 - 2026 годы  для АО «УСК» на 2025 год определено 548231,40 тыс. руб.  

Приказ вступил в силу с 1 января 2025 года. Он не является предметом оспаривания.  

В соответствии с пунктом 8 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, установление цен (тарифов) и (или) предельных уровней производится регулирующими органами путем рассмотрения соответствующих дел, если иное не предусмотрено настоящими Правилами.

В силу пункта 35 этих же Правил цены (тарифы) и (или) их предельные уровни подлежат применению в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики.

Поскольку тарифным решением, по существу, утверждается план экономической деятельности сетевой организации, которого она обязана придерживаться, то оспариваемые в части  нормативные правовые акты затрагивают права и интересы административного истца. 

Вопреки позиции ПАО «Россети Волга», изложенной в отзыве (т.2, л.д. 50-58) о том, что  недопустимо оспаривать индивидуальный тариф без требования о внесении изменений в единый (котловой) тариф, суд отмечает, что административный истец действует в своем интересе и способ защиты своих прав избирает самостоятельно, что является его правом.  

Оценивая соответствие приказа в оспариваемой административным истцом части нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 20 Закона об электроэнергетике основными принципами государственного регулирования и контроля в электроэнергетике  являются, в том числе: достижение баланса экономических интересов поставщиков и потребителей электрической энергии; обеспечение доступности электрической энергии для потребителей и защита их прав; обеспечение защиты потребителей от необоснованного повышения цен (тарифов) на электрическую энергию (мощность); обеспечение устойчивого развития электроэнергетики.

В силу пункта 4 статьи 23 Закона об электроэнергетике государственное регулирование цен (тарифов) в электроэнергетике на срок не менее чем пять лет может осуществляться на основе долгосрочных параметров регулирования деятельности соответствующих организаций или на основе заключаемых в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, соглашений об условиях осуществления регулируемых видов деятельности.

Выбор и применение методов государственного регулирования цен (тарифов) в электроэнергетике осуществляются в порядке, установленном основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике и правилами государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными Правительством Российской Федерации.

Основы ценообразования определяют основные принципы и методы регулирования цен (тарифов)  в электроэнергетике, а Правила определяют основания и порядок установления (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, предусмотренных Основами ценообразования.

Согласно пункту 12 Основ ценообразования одним из методов регулирования цен (тарифов) является метод долгосрочной индексации необходимой валовой выручки.

Необходимая валовая выручка (НВВ) представляет собой экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых организации для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования (пункт 2 Основ ценообразования), в который, в том числе, включаются экономически обоснованные расходы организации на осуществление регулируемой деятельности (пункты 16 - 31 Основ ценообразования).

Из пункта 38 Основ ценообразования, пункта 8 Методических указаний № 98-э следует, что на основе долгосрочных параметров регулирования и планируемых значений параметров расчета тарифов, определяемых на долгосрочный период регулирования, регулирующие органы рассчитывают необходимую валовую выручку регулируемой организации на каждый год очередного долгосрочного периода регулирования.

Согласно пунктам 16 - 18 Основ ценообразования определение состава расходов, включаемых в необходимую валовую выручку, и оценка их экономической обоснованности производятся в соответствии с законодательством Российской Федерации и нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере бухгалтерского учета.

Регулирующий орган определяет НВВ, учитываемую при установлении тарифов, по результатам экспертизы предложений и обосновывающих материалов организаций, осуществляющих регулируемую деятельность (пункты 12, 20, 22, 23 Правил регулирования тарифов). При этом данный государственный орган принимает меры, направленные на исключение из расчетов экономически необоснованных расходов организаций, осуществляющих регулируемую деятельность (пункт 7 Основ ценообразования).

Как следует из материалов дела, необходимая валовая выручка на передачу электрической энергии для АО «УСК» на 2025 год сформирована методом долгосрочной индексации необходимой валовой выручки. При этом 2025 год является четвертым годом долгосрочного периода тарифного регулирования 2022-2026 годы.

Согласно экспертному заключению по определению (корректировке) необходимой валовой выручки на услуги по передаче электрической энергии                    АО «Ульяновская сетевая компания» на 2025 год по методу долгосрочной индексации необходимой валовой выручки от 26 ноября 2024 года (далее - экспертное заключение на 2025 год от 26 ноября 2024 года) (т.1, л.д. 176-225), АО «УСК» заявило к утверждению необходимую валовую выручку на содержание сетей  на 2025 год в размере 778 987,64 тыс. руб., с учетом корректировок 874 144,79 тыс. руб., в том числе подконтрольные расходы в размере 385 045,23 тыс. руб., неподконтрольные расходы 393 942,41 тыс.руб.

Агентством по регулированию цен и тарифов Ульяновской области необходимая валовая выручка (без учета оплаты потерь) АО «УСК» на 2025 год определена в размере 548 231,40 тыс.руб., в том числе подконтрольные расходы в размере 282 587,87 тыс.руб., неподконтрольные расходы  в размере 219 812,59 тыс.руб. (т.1, л.д. 223-224).

В адрес Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области                 АО «УСК» 28 ноября 2024 года было направлено особое мнение, в котором выражено несогласие с установленной Агентством величиной неподконтрольных расходов предприятия по статьям «Аренда электросетевого хозяйства», «Аренда зданий и сооружений», «Расходы на формирование резерва по сомнительным долгам»,  «Выпадающие доходы по п. 87 Основ»  (т.1, л.д. 68-70).  

Административным истцом в рамках данного дела заявлено о несогласии с исключением тарифным органом затрат  по ряду статей: 

- по статье «Аренда электросетевого хозяйства» АО «УСК» заявило к утверждению  31 821,51 тыс.руб., Агентством определено 8733,06 тыс.руб.;

- по статье «Аренда зданий и сооружений» АО «УСК» заявило к утверждению  18 267,64 тыс.руб., Агентством определено 7 442,79 тыс.руб.;

- по статье «Расходы на формирование резерва по сомнительным долгам»                АО «УСК» заявило к утверждению   12 479,24 тыс.руб., Агентством определено 0 руб.;

-  по статье «Выпадающие доходы по п. 87 Основ» АО «УСК» заявило к утверждению   18 577,12 тыс.руб., Агентством определено 7446,81 тыс.руб.

Это значение по статье «Выпадающие доходы по п. 87 Основ», определенное в размере 7446,81 тыс.руб., включено в значении учтенных расходов сетевых организаций, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, не включаемых в плату за технологическое присоединение, в отношении АО «УСК» в строку 2 таблицы 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1 к приказу Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области от 29 ноября 2024 года № 108-П  «Об установлении цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии на территории Ульяновской области на 2025 год».

Проверяя доводы истца о неверности определения подконтрольных расходов по статье затрат «Аренда электросетевого хозяйства», «Аренда зданий и сооружений», суд приходит к следующему.

Пунктом 29 Основ ценообразования предусмотрено, что при определении фактических значений расходов (цен) регулирующий орган использует (в порядке очередности, если какой-либо из видов цен не может быть применен по причине отсутствия информации о таких ценах):

установленные на очередной период регулирования цены (тарифы) в случае, если цены (тарифы) на соответствующие товары (услуги) подлежат государственному регулированию;

расходы (цены), установленные в договорах, заключенных в результате проведения торгов;

рыночные цены, сложившиеся на организованных торговых площадках, в том числе биржах, функционирующих на территории Российской Федерации;

рыночные цены, предоставляемые организациями, осуществляющими сбор информации о рыночных ценах, разработку и внедрение специализированных программных средств для исследования рыночных цен, подготовку периодических информационных и аналитических отчетов о рыночных ценах.

При отсутствии указанных данных расчетные значения расходов определяются с использованием официальной статистической информации.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 28 Основ ценообразования в состав прочих расходов, которые учитываются при определении необходимой валовой выручки, включается плата за владение и (или) пользование имуществом, в том числе платежи в федеральный бюджет за пользование имуществом, находящимся в федеральной собственности, за исключением затрат, связанных с арендой объектов электросетевого хозяйства, в случае, если собственник объектов электросетевого хозяйства является единственным потребителем услуг по передаче электрической энергии, оказываемых с использованием указанных объектов электросетевого хозяйства. Расходы на аренду помещений, аренду транспорта и аренду земельных участков определяются регулирующим органом в соответствии с пунктом 29 настоящего документа, а расходы на аренду объектов электроэнергетики, иных объектов производственного назначения, в том числе машин и механизмов, которые участвуют в процессе снабжения электрической энергией потребителей, - исходя из величины амортизации, налога на имущество и других установленных законодательством Российской Федерации обязательных платежей, связанных с владением имуществом, переданным в аренду. 

Согласно экспертному заключению на 2025 год АО «УСК» по статье «Аренда электросетевого хозяйства» АО «УСК» заявило к утверждению 31 821,51 тысяч рублей, Агентством определено 8733,06 тысяч рублей (т.1, л.д. 224).

Исходя из содержания приведенных выше положений подпункта 5 пункта 28 Основ ценообразования следует, что расходы на аренду объектов электросетевого хозяйства  подтверждаются документами о  начислении арендодателем амортизации, а также уплату им налога на имущество и других установленных законодательством Российской Федерации обязательных платежей и их размер.

Порядок определения амортизации установлен пунктом 27 Основ ценообразования, в котором законодателем не сделано исключений о неприменении указанного порядка в отношении размера амортизации, определяемой на основании договора аренды.

В соответствии с пунктом 27 Основ ценообразования расходы на амортизацию основных средств и нематериальных активов для расчета регулируемых цен (тарифов) определяются в соответствии с нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере бухгалтерского  учета.

Расходы на амортизацию основных средств и нематериальных активов для расчета тарифов на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или на ином законном основании территориальным сетевым организациям, определяются в соответствии с нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере бухгалтерского учета, на уровне, равном сумме отношений стоимости амортизируемых основных средств и нематериальных активов регулируемой организации к сроку полезного использования таких активов, принадлежащих ей на праве собственности или на ином законном основании, применяемых в сфере оказания услуг по передаче электрической энергии. При этом не учитываются обесценение основных средств, затраты на ремонт, техническое обслуживание и технический осмотр, а также амортизация прав пользования активами, отраженными в составе основных средств, которые предусмотрены нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере бухгалтерского учета (пункт 27(1) Основ ценообразования).

При расчете экономически обоснованного размера амортизации на плановый период регулирования срок полезного использования активов и отнесение этих активов к соответствующей амортизационной группе определяется регулирующими органами в соответствии с максимальными сроками полезного использования, установленными Классификацией основных средств, включаемых в амортизационные группы, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 1 января 2002 года № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы».

Согласно экспертному заключению на 2025 год предприятием предоставлен расчет арендной платы, подтвержденный собственником электросетевого хозяйства ООО «С-Групп», являющимся  основным арендодателем сетей. Экспертами проведен анализ представленных предприятием данных о начисленных собственником амортизации и налогах по арендуемому имуществу, в связи с чем эксперты рассчитали затраты по представленным договорам аренды с учётом отнесения объектов по амортизационным группам (ВЛ - 10 группа, 30 лет; ТП - 7 группа, 20 лет).

Экспертное заключение на 2025 год Агентства содержит  указание на то, по каким договорам аренды объектов электросетевого хозяйства расходы не включены в расчет неподконтрольных расходов на 2025 год и по каким основаниям.

Согласно отзыву на административный иск Агентства расходы на аренду объектов электросетевого хозяйства  исключены по тем договорам аренды, по которым не представлены обосновывающие материалы по величине амортизационных отчислений и налогов по договорам этих арендодателей электросетевого хозяйства;   отсутствует ведомость амортизации за 2023 год или не представлен расчет амортизации.

Не представление документов по амортизации по указанным в перечне договорам представителем административного истца в процессе не оспорено. Однако, по его мнению, представление документов по договорам, заключенным по результатам аукциона в отношении имущества, относящегося к государственной и муниципальной собственности, не обязательно. Об этом в ходе допроса указывал также свидетель *** (исполнительный директор АО «УСК»). 

Данный довод стороны административного истца АО «УСК» подлежит отклонению, поскольку он не основан на законе, противоречит  прямому указанию, изложенному в подпункте 5 пункта 28 Основ ценообразования.

Поскольку в соответствии с пунктом 27 Основ ценообразования расходы на амортизацию основных средств и нематериальных активов для расчета регулируемых цен (тарифов) определяются в соответствии с нормативными правовыми актами, регулирующими отношения в сфере бухгалтерского  учета, то следует обратиться также к анализу этого законодательства.

Так, пунктами 84-93 Инструкции по применению Единого плана счетов бухгалтерского учета для органов государственной власти (государственных органов), органов местного самоуправления, органов управления государственными внебюджетными фондами, государственных академий наук, государственных (муниципальных) учреждений, утвержденной Приказом Минфина России от 01.12.2010 № 157н, установлен порядок начисления амортизации имущества, составляющего государственную (муниципальную) казну.

В пункте 95 названной Инструкции оговорена возможность распространения этого порядка также на имущество, переданное в аренду.

Административным истцом АО «УСК» также указано, что большинство договоров аренды, представленных в рамках рассматриваемой тарифной кампании, ранее заявлялись в рамках этого же долгосрочного периода по предыдущему году и были приняты тарифным органом к зачету затрат. То есть тарифный орган имел возможность дать оценку экономической обоснованной стоимости по статье затрат аренда электросетевого оборудования с учетом первичных документов имеющихся в материалах дела либо дополнительно запросить материалы. 

Проверяя этот довод, суд приходит к следующему. 

Пунктом 24 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике предусмотрено, что в случае непредставления организациями, осуществляющими регулируемую деятельность, материалов, предусмотренных настоящими Правилами, регулирующий орган рассматривает вопрос об установлении цен (тарифов) в отношении указанных организаций на основании результатов проверки их хозяйственной деятельности, а также исходя из имеющихся данных за предшествующие периоды регулирования, использованных, в том числе для установления действующих цен (тарифов).

Исходя из положений пунктов 8, 12, 17 Правил регулирования цен, обязанность представить в тарифный орган документы, подтверждающие экономически обоснованные расходы, понесенные в результате осуществления регулируемого вида деятельности, для учета их в расчете необходимой валовой выручки лежит на регулируемой организации.

Регулирующий орган проводит экспертизу представленных документов и в случае необходимости уточнений предложений либо их обоснований запрашивает дополнительные материалы, указав форму их представления и требования к ним (пункты 19, 22 Правил регулирования цен).

Проанализировав перечень договоров аренды объектов электросетевого хозяйства, указанных в экспертном заключении на 2025 год  (т.1, л.д. 199-202), а также в ответе на запрос суда  представителя административного ответчика (т.2,                  л.д. 83-86), с учетом представленного Агентством анализа соотношения договоров аренды, указанных в текущей компании и в предыдущем году (т.3, л.д. 15-26), суд приходит к следующему.

Административным истцом указано и административным ответчиком подтверждено, что следующие договоры аренды заявлялись в тарифный орган в рамках предыдущих кампаний этого же долгосрочного периода,  по ним представлялись первичные документы, которым Агентством давалась оценка:

- договоры с ***: № *** от ***, № *** от ***, № *** от ***, № *** от ***, № *** от ***, № *** от 19.07.2010, № 769 от 19.07.2010, № 770 от 19.07.2010, № 772 от 19.07.2010, № 192/15 от 30.10.2015,                № 193/15 от 30.10.2015, № 152/16 от 01.07.2016, № 779 от 19.07.2010, № 781 от 04.08.2010, № 782 от 04.08.2010, № 780 от 19.07.2010, № 779/1 от 19.07.2010, № 780/1 от 19.07.2010,  № 782/1 от 19.07.2010, № 784 от 19.07.2010, № 785 от 19.07.2010,                 № 778 от 19.07.2010, № 777 от 19.07.2010, № 2 от 31.12.2010, № 773 от 19.07.2010,№ 774 от 19.07.2010, № 775 от 19.07.2010, № 776 от 19.07.2010, № 790 от 19.07.2010, № 789 от 19.07.2010, № 788 от 19.07.2010, № 786 от 19.07.2010, № 783 от 19.07.2010, № 791 от 19.07.2010, № 787 от 19.07.2010, № 169/16 от 01.08.2016, № 117/17 от 01.06.2017, № 118/17 от 01.06.2017, № 196/18 от 03.09.2018!%,   

- договор с ***,

- договор с ***: ***, 

-договоры с ***, 

- договор с ***, 

- договор с ***,

- договор с ***,  

-договор с ***, 

- договор с ***,

-договоры с ***,  

- договор с ***, 

- договор с ***, 

- договор с ***, 

- договор с ***, 

- договор ***, 

- договор с ***,

- договор с *** (без указания года),

- договор с ***, 

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***, 

- договор с ***, 

- договор с ***, 

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

-договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договоры с ***, 

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***,

- договор с ***.

Учитывая тот факт, что регулирующий орган имел в своем распоряжении необходимые первичные документы по этим договорам, а также принимая во внимание приведенные выше положения законодательства, у Агентства имелась возможность произвести расчет амортизации по объектам по указанным договорам аренды на 2025 год с целью определения расходов на аренду, потому суд приходит к выводу о том, что у регулирующего органа не имелось оснований для исключения из неподконтрольных расходов на 2025 год расходов на аренду по данным договорам.

По общему правилу регулируемая организация, являясь коммерческой организацией и профессиональным участником рынка, должна быть заинтересована в проявлении собственной инициативы по представлению обосновывающих материалов для установления на очередной год уровня тарифа, выгодного для осуществления своей деятельности.

В этой связи законодательством на нее возложена обязанность предоставления соответствующего комплекта документов, содержащего необходимые и достаточные сведения для установления нужного тарифа. Неисполнение данной обязанности имеет своим последствием неблагоприятные последствия в виде риска принятия регулирующим органом решения без учета всех, возможно и объективно существующих, обстоятельств.

В связи с этим на органе регулирования не лежит безусловная обязанность запрашивать по собственной инициативе дополнительные документы.

Вместе с тем, в контексте конкретных обстоятельств каждого дела, в случае недостаточности тех или иных обосновывающих документов не исключается не только право, но и обязанность органа регулирования предложить регулируемой организации представить дополнительные материалы, что, исходя из принципов достижения и соблюдения баланса экономических интересов регулирующих организаций, а также практики оценки обосновывающих материалов, являлось бы предсказуемым для регулируемой организации и не создающим непреодолимых препятствий для установления экономически обоснованного тарифа.

Учитывая, что административным истцом используются для своей деятельности указанные в договорах аренды объекты, в подтверждение расходов на аренду по указанным договорам был предоставлен пакет соответствующих документов, то тарифный орган в случае их недостаточности должен был предложить АО «УСК» представить дополнительные документы и при представлении проанализировать  их и решить вопрос о включении расходов на аренду по указанным договорам аренды в подконтрольные расходы на 2025 год.

Не включение Агентством других 16 договоров, впервые заявленных в спорном периоде к зачету неподконтрольных расходов,  является обоснованным (№№ ***). То обстоятельство, что эти договоры в рамках текущей тарифной кампании были заявлены впервые, не  опровергнуто административным истцом.  АО «УСК» на свой риск не представило в тарифный орган сведения в достаточном объеме для принятия решения о включении указанных затрат в состав неподконтрольных расходов. 

По статье «Аренда зданий и сооружений» (прочего имущества) АО «УСК» заявило к утверждению  18 267,64 тыс.руб., Агентством определено 7 442,79 тыс.руб.

Основаниями для непринятия тарифным органом к зачету расходов по  договорам аренды прочего имущества явились следующие:

- нет отметки о регистрации договоров, заключенных на срок свыше 11 месяцев, 

- нет дополнительного соглашения о пролонгации договоров, срок действия по которым истек,

- не представлен договор аренды.

Изучив все эти договоры, указанные в Экспертном заключении на 2025 год                (т.1, л.д. 204-205), с учетом представленных в материалы дела письменных пояснений истца (т.1, л.д. 78, т.3, л.д. 42-45), а также материалов тарифного дела, суд пришел к следующему.

По основанию, что нет отметки о регистрации договоров, заключенных на срок свыше 11 месяцев исключены договоры аренды:

- договор с *** (т.3, л.д. 199-203), срок действия до ***, на договоре нет отметки о регистрации. Выписка из Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН) о регистрации от  27.11.2024  содержит указание о регистрации договора аренды ***.,  представлена истцом на диске (т.2, л.д. 96), в предыдущий период в тарифный орган не представлялся (т.3, л.д. 23);

-   договор с *** (т.3, л.д. 204-206),  срок действия 5 лет, на договоре нет отметки о регистрации. Выписка из ЕГРН о регистрации от  27.11.2024 содержит указание о регистрации договора аренды ***.,  представлена истцом на диске (т.2, л.д. 96), в предыдущий период в тарифный орган  представлялся (т.3, л.д. 23);

- договор с *** года без номера (т.3, л.д. 208),  срок действия до *** года, на договоре нет отметки о регистрации. Выписка из ЕГРН о регистрации от 15.01.2019,  содержит указание о регистрации договора аренды ***,  представлена истцом на диске (т.2, л.д. 96), в предыдущий период в тарифный орган  не представлялся (т.3, л.д. 23);

Материалы по указанным договорам дополнительно предоставлены в порядке переписки (без официального запроса) в Агентство после составления экспертного заключения на 2025 год (т. 3, л.д. 40-41).  

Таким образом, во всем указанным договорам на день принятия решения тарифным органом имелась их государственная регистрация в установленном порядке. Тарифный орган в случае  недостаточности материалов должен был предложить АО «УСК» представить дополнительные документы и при представлении проанализировать  их и решить вопрос о включении расходов на аренду по указанным договорам аренды в подконтрольные расходы на 2025 год.

По основанию, что не представлены дополнительные соглашения о пролонгации договоров, по которым истек срок действия, исключены договоры аренды:

- договор субаренды с *** года (в заключении описка в дате, ошибочно указано от ***, номер договора совпадает) № *** (т.3, л.д. 210-211), срок действия договора с 01.08.2021 по 30.06.2022, дополнительные соглашения от ***, согласно которому срок действия продлен по  31 марта 2025 года и по  28 февраля 2026 года (т.3, л.д. 218, 220),

- договор с *** года № *** (т.3, л.д. 221-223), срок действия договора с 17.08.2016 по 17.07.2017, дополнительное соглашении от ***, согласно которому срок действия договора продлен по 17.12.2023 (т.3, л.д. 224),

- договор с *** года № *** (т.3, л.д. 238-242), срок действия договора с учетом дополнительных соглашений по 31.12.2015 (согласно указанию в экспертном заключении), условие о пролонгации не закреплено. Но в 2025 году заключалось дополнительное соглашение касательно арендной платы, что свидетельствует о продолжении договорных отношений. 

- договор в *** года                                 № ***, срок действия с учетом дополнительных соглашений по 31 декабря 2024 года (т.4, л.д. 1-11, т.7, л.д. 89),  условие о пролонгации не закреплено.

-договор с *** года № *** (т.4, л.д. 12-13), срок действия договора по 31 июля 2013 года. В пункте 4.1.1. закреплено преимущественное право арендатора на возобновление договора. Дополнительным соглашением от *** продлен срок действия договора до 3 июля 2025 года (т.7, л.д. 93).  

- договор с *** года № *** (т.4, л.д. 31-33). Согласно дополнительному соглашению от ***, срок действия договора продлен до 01.01.2025, 30.11.2025 (т.7, л.д. 94, 95).

-  договор с *** года № *** (т.4, л.д. 27-29). Согласно дополнительному соглашению от ***, срок действия договора продлен до 01.01.2025, до 30.11.2025 (т.7, л.д. 96, 97).

-договор с *** года № *** (т.4, л.д. 35-36). В пункте 4.1.1 оговорено преимущественное право арендатора на возобновление договора. Согласно дополнительному соглашению от *** внесены изменения в части арендной платы, что свидетельствует о действительности договора (т.7, л.д. 98).

- договор с *** года № *** (т.4, л.д. 44) срок действия по 1 декабря 2012 года. В пункте 7.1 договора содержится условие о преимущественном праве арендатора на продление договора.  

- договор *** от *** года № *** (т.4, л.д. 58-59), срок действия договора с учетом дополнительного соглашения по 5 декабря 2018 года (т.4, л.д. 66). В пункт 6.5 договора внесено условие о преимущественном праве арендатора на продление договора.

- договор с *** года (т.4, л.д. 67).  С учетом дополнительного соглашения от *** срок действия договора продлен до 20 июня 2025 года (т.7, л.д. 99).

- договор с *** года № *** (т.4, л.д. 70-72). В пункте 1.4 договора закреплено условие о пролонгации. С учетом дополнительного соглашения от *** срок действия договора продлен до 1 августа 2025 года (т.7, л.д. 100).

Пунктом 2 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок.

Таким образом, Агентством неправомерно были исключены из неподконтрольных расходов из  статьи затрат  «Аренда» расходы на аренду по указанным договорам, которые являлись действующими.

Вместе с тем, суд считает правомерным  исключение Агентством из  статьи «Аренда» затрат по заявленным административным истцом договорам аренды с               *** года № ***, с *** от ***, с *** года № *** (т.4, л.д. 21-22), с *** года № *** по следующим основаниям: 

- договор с *** (т.3,                          л.д. 225-227), срок действия договора по 31 марта 2020 года. Дополнительное соглашение к договору не представлено. В пункте 4.1.1. договора закреплено преимущественное право арендатора на возобновление договора после истечения срока его действия. Но тарифный орган указывает по этому договору также на несоответствие суммы договору. Данный недостаток не устранен предприятием. 

-договор с *** № *** (т.3, л.д. 230-231), срок действия договора по 28 февраля 2011 года, условие о пролонгации не закреплено. По представленным дополнительным соглашениям последнее продление срока действия договора по 31.08.2017 (т.3, л.д. 230-237). 

- договор с *** года № *** (т.4, л.д. 21-22). Истцом указано, что договор расторгнут с 31.03.2024 (т.2, л.д. 78). В отношении этого объекта заключен самостоятельный договор с иным лицом (с ***). 

- договор с *** года № ***, срок действия договора по 15 мая 2022 года (т.4, л.д. 24-26), условие о пролонгации не закреплено, дополнительных соглашений не представлено. На договоре отсутствует отметка о его регистрации. 

В указанной части все риски по непредставлению в Агентство необходимого по полноте и содержанию пакета документов в рамках тарифного дела лежат на регулируемой организации.  Бремя неблагоприятных последствий непредставления в регулирующий орган документов, подтверждающих обоснованность тарифного предложения, в виде риска принятия регулирующим органом решения без учета неподтвержденных документально обстоятельств, лежит на предприятии.

По основанию, что не представлен договор аренды Агентством исключен договор с *** года № ***.  Договор имеется в материалах дела (т.7, л.д. 101-107). Кроме того указанный договор представлялся в прошлом году в рамках этого же долгосрочного периода (т.3, л.д. 23). Из дополнительных соглашений к договору следует, что срок его действия продлен до 30 апреля 2025 года (т.7, л.д. 113). В тарифный орган эти документы предоставлялись в порядке переписки после основного пакета документов (т.3, л.д. 43).

В связи с установленными обстоятельствами Агентством неправомерно были исключены из неподконтрольных расходов из статьи затрат  «Аренда» расходы на аренду по договору с *** от *** года № ***.

Относительно исключения из числа неподконтрольных расходов АО «УСК» по статье «Резерв по сомнительным долгам» суд приходит к следующему.

Абзацем 10 пункта 7 Основ ценообразования предусмотрено, что в случае если на основании данных статистической и бухгалтерской отчетности за год и иных материалов выявлены экономически обоснованные расходы организаций, осуществляющих регулируемую деятельность, в том числе расходы на инвестиции, не предусмотренные инвестиционной программой, утвержденной в соответствии с законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, не учтенные при установлении регулируемых цен (тарифов) на тот период регулирования, в котором они понесены, или доход, недополученный при осуществлении регулируемой деятельности в этот период регулирования по независящим от организации, осуществляющей регулируемую деятельность, причинам, указанные расходы (доход) учитываются регулирующими органами при установлении регулируемых цен (тарифов) на следующий период регулирования, если иное не установлено настоящим документом. К экономически обоснованным расходам в том числе относятся расходы, связанные с обслуживанием заемных средств, в том числе привлекаемых для покрытия недостатка средств при просрочке платежей со стороны потребителей электрической энергии, потребителей услуг по передаче электрической энергии и гарантирующих поставщиков (энергосбытовых (энергоснабжающих) организаций), действующих в интересах указанных потребителей, включая просроченную задолженность предыдущих лет гарантирующих поставщиков, находящихся или находившихся в процедуре банкротства, а также расходы на инвестиции, предусмотренные инвестиционной программой, утвержденной в соответствии с законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, с учетом внесенных в нее изменений, не учтенные при установлении регулируемых цен (тарифов) на тот период регулирования, в котором они понесены.

В соответствии с пунктом 30 Основ ценообразования  в необходимую валовую выручку включаются внереализационные расходы, в том числе расходы на формирование резервов по сомнительным долгам. При этом в составе резерва по сомнительным долгам может учитываться дебиторская задолженность, возникшая при осуществлении соответствующего регулируемого вида деятельности. Возврат сомнительных долгов, для погашения которых был создан резерв, включенный в регулируемую цену (тариф) в предшествующий период регулирования, признается доходом и исключается из необходимой валовой выручки в следующем периоде регулирования с учетом уплаты налога на прибыль организаций.

При расчете цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии при определении необходимой валовой выручки сетевых организаций учитываются внереализационные расходы, в том числе расходы на формирование резерва по сомнительным долгам потребителей, у которых заключены договоры на оказание услуг по передаче электрической энергии непосредственно с сетевыми организациями, которые определяются в размере 1,5 процента валовой выручки от оказания услуг по передаче электрической энергии (за исключением выручки, полученной от сетевых организаций и организаций, осуществляющих энергосбытовую деятельность, в том числе гарантирующих поставщиков). При этом по заявлению сетевой организации расходы на формирование резерва по сомнительным долгам могут быть установлены на уровне менее 1,5 процента (это положение введено постановлением Правительства РФ от 19.11.2024 № 1583, вступило в силу 19 ноября 2024 года).

В силу пункта 3 статьи 266 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик вправе создавать резервы по сомнительным долгам в порядке, предусмотренном настоящей статьей. Суммы отчислений в эти резервы включаются в состав внереализационных расходов на последнее число отчетного (налогового) периода.  

На основании пункта 4 статьи 266 Налогового кодекса Российской Федерации сумма резерва по сомнительным долгам определяется по результатам проведенной на последнее число отчетного (налогового) периода инвентаризации дебиторской задолженности.

Сомнительным долгом признается любая задолженность перед налогоплательщиком, возникшая в связи с реализацией товаров, выполнением работ, оказанием услуг, в случае, если эта задолженность не погашена в сроки, установленные договором, и не обеспечена залогом, поручительством, банковской гарантией (пункт 1 статьи 266 Налогового кодекса Российской Федерации). 

Решение о формировании или о нецелесообразности дальнейшего формирования указанного резерва может быть принято с начала нового налогового периода с отражением такого решения в учетной политике (Письма Минфина России от 03.10.2018 №03-03-06/1/71046, от 15.06.2020 № 03-03-06/1/51259).

В соответствии со статьей 313 Налогового кодекса Российской Федерации данные налогового учета должны отражать, в том числе порядок формирования суммы доходов и расходов, порядок определения доли расходов, учитываемых для целей налогообложения в текущем налоговом (отчетном) периоде, сумму остатка расходов (убытков), подлежащую отнесению на расходы в следующих налоговых периодах, порядок формирования сумм создаваемых резервов.

Во исполнение пункта 70 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Минфина России от 29.07.1998 № 34н, организация создает резервы сомнительных долгов в случае признания дебиторской задолженности сомнительной с отнесением сумм резервов на финансовые результаты организации.

В силу пункта 3 Положения по бухгалтерскому учету ПБУ 21/2008 «Изменения оценочных значений», утвержденного Приказом Минфина России от 06.10.2008                 № 106н, величина резерва по сомнительным долгам является оценочным значением.

Формирование резерва по сомнительным долгам, отчисления в него для целей налогообложения прибыли уменьшают доходы организации в текущем отчетном (налоговом) периоде (письмо Минфина РФ от 16 мая 2011 года  № 03-03-06/1/295).

Резерв по сомнительным долгам создается, чтобы покрыть возможные убытки по безнадежной дебиторской задолженности. Включение отчислений в резерв в состав внереализационных расходов прямо предусмотрено подпунктом 7 пункта 1 статьи 265 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Пунктом 5 Положения по бухгалтерскому учету ПБУ 21/2008 «Изменения оценочных значений», утвержденного Приказом Минфина России от 06.10.2008                 № 106н, закреплено, что изменение оценочного значения, непосредственно влияющее на величину капитала организации, подлежит признанию путем корректировки соответствующих статей капитала в бухгалтерской отчетности за период, в котором произошло изменение.

Во исполнение Инструкции по применению Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций, утвержденной Приказом Минфина РФ от 31.10.2000 № 94н, счет 63 «Резервы по сомнительным долгам» предназначен для обобщения информации о резервах по сомнительным долгам.  На сумму создаваемых резервов делаются записи по дебету счета 91 «Прочие доходы и расходы» и кредиту счета 63 «Резервы по сомнительным долгам». При списании невостребованных долгов, ранее признанных организацией сомнительными, записи производятся по дебету счета 63 «Резервы по сомнительным долгам» в корреспонденции с соответствующими счетами учета расчетов с дебиторами. Присоединение неиспользованных сумм резервов по сомнительным долгам к прибыли отчетного периода, следующего за периодом их создания, отражается по дебету счета 63 «Резервы по сомнительным долгам» и кредиту счета 91 «Прочие доходы и расходы».

Согласно экспертному заключению на 2025 год, АО «УСК» были предложены затраты по данной статье в размере 12 479,24 тысяч рублей на 2025 год на основании наличия задолженности потребителей по основному виду деятельности исходя из бухгалтерской отчётности предприятия.

Указанные расходы полностью исключены Агентством по причине, что предприятие показало в материалах тарифного дела списанную сумму по сомнительным долгам, при этом дебиторская задолженность не изменилась.

Представителем административного ответчика в судебном заседании было пояснено, что по правилам бухгалтерского учета и в силу требований Федерального стандарта бухгалтерского учета ФСБУ 4/2023, резерв по сомнительным долгам должен уменьшать сумму дебиторской задолженности, отраженную предприятием в отчетности, при этом сумма дебиторской задолженности, которая считается сомнительной, подлежит учету на прежних счетах учета расходов. Это требование АО «УСК» не выполнено, что следует из представленных предприятием оборотов счета 63. 

АО «УСК» были представлены в Агентство для обоснования указанной статьи расходов: приказ о проведении инвентаризации от *** года № *** (т.6, л.д. 221-222) с приложениями, приказ о создании резерва по сомнительным долгам для целей бухгалтерского учета № *** от *** (т.6, л.д.228) с приложениями, акт инвентаризации дебиторской задолженности (т.6, л.д. 234-252), обороты счета 63 за 2023 год (т.7, л.д.1), расшифровка резерва по сомнительным долгам (т.7, л.д. 2), судебные акты Арбитражных судов.   

Из представленных АО «УСК» документов, в том числе оборотов счета 63 за 2023 год (т.7, л.д. 1) с учетом расшифровки резерва по сомнительным долгам (т.7,               л.д. 2) усматривается, что размер дебиторской задолженности  при наличии сумм резервов по сомнительным долгам не изменились. Изложенное не соответствует требованиям вышеприведенных положений налогового законодательства и законодательства в области бухгалтерского учета. 

Названные обстоятельства не опровергли допрошенные в судебном заседании свидетели *** (начальник отдела по тарифам АО «УСК»),                      *** (исполнительный директор АО «УСК»). 

Свидетель *** пояснила, что данные по обоснованию резерва по сомнительным долгам взяты из бухгалтерской отчетности предприятия. Свидетель *** пояснил, что в отчетности предприятия отражение резерва по сомнительным долгам не повлияло на размер дебиторской задолженности. 

В силу пункта 15 Основ ценообразования при определении фактических значений расходов, учитываемых при установлении тарифов, орган регулирования тарифов использует данные бухгалтерской и статистической отчетности регулируемой организации за соответствующий период.

Таким образом, регулирующий орган не располагал необходимыми достоверными данными бухгалтерской отчетности АО «УСК» для проверки и принятия к зачету величины неподконтрольных расходов, связанных с резервом по сомнительным долгам. Нарушений требований закона со стороны Агентства в указанной части не допущено. Тарифный орган  сопоставляет, проверяет, но не может изменить данные бухгалтерской отчетности предприятия.

Относительно доводов, озвученных в процессе судебного разбирательства представителем Агентства по регулированию  цен и тарифов Ульяновской области о том, что по действующему законодательству в составе НВВ расходы на резерв по сомнительным долгам могут быть учтены лишь системообразующей территориальной сетевой организации, каковой является ПАО «Россети Волга» на срок до 31.12.2029 (определена по Распоряжению Губернатора Ульяновской области от ***                 № ***), суд отмечает, что такого основания к отказу экспертами в экспертном заключении на 2025 год не указано.

Кроме того, пункт 3 (1) Правил недискриминационного доступа к услугам по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике и оказания этих услуг, утвержденного  Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861, согласно которому услуги по передаче электрической энергии оказываются потребителям электрической энергии (лицам, действующим в их интересах) только системообразующей территориальной сетевой организацией, которая осуществляет деятельность в границах соответствующего субъекта Российской Федерации, включен Постановлением Правительства РФ от 31.08.2024 № 1195 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» и вступил в силу 1 сентября 2024 года. Поскольку иной оговорки не содержится, то он распространяется на правоотношения, возникшие после даты вступления его в силу.

Резерв по сомнительным долгам при этом сформирован АО «УСК» на основании задолженности, образовавшейся до указанной даты, то есть при прежнем правовом регулировании. 

По требованиям об оспаривании снижения тарифным органом размера расходов, связанных с компенсацией выпадающих доходов от технологического присоединения по статье «Выпадающие доходы от технологического присоединения», предусмотренные пунктом 87 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике (утвержденных Постановлением Правительства РФ от 29.12.2011 № 1178), и определении учтенных расходов сетевых организаций, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, не включаемых в плату за технологическое присоединение, в отношении АО «УСК» в размере  7446,81 тысяч рублей (строка 2 таблицы № 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1), суд приходит к следующему.

В силу пункта 87 Основ ценообразования в размер платы за технологическое присоединение включаются средства для компенсации расходов сетевой организации, возникающих при оказании услуг по технологическому присоединению к электрическим сетям, в соответствии с Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям.

В состав платы за технологическое присоединение энергопринимающих устройств заявителей - юридических лиц и индивидуальных предпринимателей максимальной мощностью не более 150 кВт, присоединяемых по третьей категории надежности к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации на уровне напряжения 0,4 кВ и ниже, при условии, что расстояние от этих энергопринимающих устройств до ближайшего объекта электрической сети необходимого заявителю класса напряжения составляет не более 200 метров в городах и поселках городского типа и не более 300 метров в сельской местности, не включаются расходы, связанные со строительством объектов электросетевого хозяйства - от существующих объектов электросетевого хозяйства до присоединяемых энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики (абзац 3 пункта 87). 

Размер платы за технологическое присоединение, в том числе величина стандартизированных тарифных ставок, и состав расходов, включаемых в плату за технологическое присоединение, определяются в соответствии с методическими указаниями по определению размера платы за технологическое присоединение к электрическим сетям (абзац 5 пункта 87).

Размер стандартизированных тарифных ставок определяется в соответствии с методическими указаниями по определению размера платы за технологическое присоединение к электрическим сетям исходя из расходов на выполнение мероприятий, подлежащих осуществлению сетевой организацией в ходе технологического присоединения, включая расходы на строительство объектов электросетевого хозяйства - от существующих объектов электросетевого хозяйства до присоединяемых энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики заявителя, с учетом положений абзацев третьего и четвертого настоящего пункта. Дифференциация стандартизированных тарифных ставок определяется в соответствии с предусмотренным методическими указаниями по определению размера платы за технологическое присоединение к электрическим сетям перечнем стандартизированных тарифных ставок с разбивкой по составу мероприятий по технологическому присоединению, обусловленных в том числе видами и техническими характеристиками объектов электросетевого хозяйства, уровнем напряжения в точке присоединения энергопринимающих устройств, а также максимальной мощностью присоединяемых энергопринимающих устройств (абзац 7 пункта 87).

Согласно экспертному заключению на 2025 год, экспертами рассчитаны фактические выпадающие расходы АО «УСК» за 2023 год в размере 6 401,53 тысяч рублей. При предложении затрат предприятия по данной статье на 2025 год в размере            18 577,12 тысяч рублей, экспертами принята сумма в размере 7 446,81 тысяч рублей, исходя из фактических подтвержденных расходов за 2023 год с применением ИПЦ за 2024-2025 годы.

Расходы сетевой организации на выполнение организационно-технических мероприятий, указанных в подпунктах «г» и «д» пункта 7 и подпунктах «а» и «д» пункта 18 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, расходы, связанные с технологическим присоединением энергопринимающих устройств, плата за которые определена с применением льготной ставки за 1 кВт запрашиваемой максимальной мощности, установленной в соответствии с абзацем седьмым настоящего пункта, расходы на строительство объектов электросетевого хозяйства от существующих объектов электросетевого хозяйства до присоединяемых энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики, связанные с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям энергопринимающих устройств максимальной мощностью не более чем 150 кВт, и расходы на выплату процентов по кредитным договорам, связанным с рассрочкой платежа за технологическое присоединение к электрическим сетям энергопринимающих устройств максимальной мощностью свыше 15 и до 150 кВт включительно, предоставленной до 1 июля 2022 г., не включаемые в соответствии с методическими указаниями по определению выпадающих доходов, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, в состав платы за технологическое присоединение, составляют выпадающие доходы сетевой организации, связанные с технологическим присоединением к электрическим сетям.

Приказом ФСТ России от 11.09.2014 № 215-э/1 утверждены Методические указания по определению выпадающих доходов, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям (далее по тексту также Методические указания  № 215-э/1).

Расчет выпадающих доходов, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, осуществляет сетевая организация, которая несет указанные расходы, в соответствии с разделом II Методических указаний (пункт 5 Методических указаний  № 215-э/1).

Утверждение размера выпадающих доходов, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, осуществляется исполнительным органом субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов в соответствии с Основами ценообразования (пункт 6 Методических указаний  № 215-э/1).

Абзацем 12 пункта 87 Основ ценообразования предусмотрено, что регулирующий орган в своем решении по утверждению платы за технологическое присоединение отражает расходы сетевой организации, связанные с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, не включаемые в плату за технологическое присоединение. Размер указанных расходов включается в тариф на услуги по передаче электрической энергии в соответствии с методическими указаниями, предусмотренными пунктами 32 или 38 настоящего документа, начиная с периода регулирования, на который утверждается плата за технологическое присоединение, и отражается регулирующим органом в решении по утверждению цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии.

Расходы на выполнение организационных мероприятий, расходы по мероприятиям «последней мили» и расходы на обеспечение средствами коммерческого учета электрической энергии (мощности), связанные с осуществлением технологического присоединения энергопринимающих устройств максимальной мощностью, не превышающей 15 кВт включительно, объектов микрогенерации не включаемые в состав платы за технологическое присоединение, рассчитываются в соответствии с формой, предусмотренной приложением 1 к Методическим указаниям (пункт 7 Методических указаний  № 215-э/1).

Расходы по мероприятиям «последней мили», связанные с осуществлением технологического присоединения энергопринимающих устройств максимальной мощностью до 150 кВт включительно, рассчитываются в соответствии с формой, предусмотренной приложением 3 к Методическим указаниям (пункт 9 Методических указаний  № 215-э/1).

Плановые значения объема максимальной мощности, длины линий и количества точек учета электрической энергии (мощности) (столбец 10) определяются на основании фактических средних данных за три предыдущих года (при отсутствии фактических средних данных за три предыдущих года - за два предыдущих года, а в случае отсутствия данных за два года - за предыдущий год), но не ниже документально подтвержденной величины объема максимальной мощности, длины линий и количества точек учета электрической энергии (мощности), определенной на основании заявок на технологическое присоединение, поданных на следующий период регулирования. Сетевые организации указывают в виде примечания к представляемой в регулирующий орган таблице информацию о фактических параметрах за каждый год трехлетнего периода, которые были использованы для расчета планового значения объема максимальной мощности, длины линий и количества точек учета электрической энергии (мощности) на следующий период регулирования (пункт 5 примечаний к Приложению 1, пункт 4 примечаний к Приложению 3).

Из анализа Приложений 1 и  3 к Методическим указаниям № 215-э/1 следует, что размер плановых расходов, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям производится (в рассматриваемом случае на 2025 год), исходя из значений стандартизированных тарифных ставок, мощности, длины линий, расходов на строительство. В основу должны приниматься фактические данные за 2023 год, представленные предприятием. 

Для определения фактических данных за предыдущий период регулирования используются показатели (объем максимальной мощности, количество технологических присоединений, количество пунктов секционирования, длина линий и количество точек учета электрической энергии (мощности), определенные на основании выполненных договоров и актов приемки выполненных работ на технологическое присоединение (абзац 2 пункта 1 указанных примечаний).

Таким образом, расчет плановых выпадающих доходов на 2025 год должен производиться с применением средних значений указанных физических параметров, определенных на основании выполненных договоров и актов приемки выполненных работ на технологическое присоединение за 2021-2023 годы.

Во исполнение пункта 12 Правилам государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, организации, осуществляющие регулируемую деятельность, до 1 мая года, предшествующего очередному периоду регулирования, представляют в исполнительные органы субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов наряду с предложением (заявлением об установлении тарифов и (или) их предельных уровней) также обосновывающие материалы.

Представитель административного ответчика Агентством по регулированию цен и тарифов Ульяновской области в судебном заседании пояснил, а также в дополнении к отзыву изложил  (т.2, л.д. 177-181), что Агентством расчет выпадающих доходов  для АО «УСК» произведен в соответствии с требованиями законодательства. При расчете приняты стандартизированные тарифные ставки, применяемые для оплаты за технологическое присоединение, утвержденные приказом Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области от 18 ноября 2022 года № 92-П                     (в актуальной редакции),  применены утвержденные в установленном порядке прогнозные показатели инфляции (т.2, л.д. 66 (оборот), 67). Вместе с тем, предприятием были представлены некорректные данные по количеству заключенных договоров, не представлены значения максимальной присоединяемой мощности за три расчетных периода. Это привело к тому, что в оспариваемом приказе № 108-П определена сумма учтенных расходов как  7 446,81 тысяч рублей, но она является неверной и требует уточнения с учетом изменения количества договоров и мощности, будет иной при предоставлении верных данных. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля (принимала непосредственное участие в расчетах на момент утверждения экспертного заключения на 2025 год) *** (руководитель Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области) пояснила, что  размер плановых расходов, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям на 2025 год для АО «УСК» производился в соответствии с требованиями законодательства, в том числе  Основ ценообразования Приложений № 1 и № 3 к Методическим указаниям № 215-э/1. АО «УСК» надлежало предоставить сведения о количестве исполненных договоров за три года (2021, 2022, 2023 годы), о максимальной присоединяемой мощности за три года, о расходах, которые произвело предприятие. Предприятием были предоставлены неполные и недостоверные данные, что повлекло предоставление АО «УСК» неверного расчета по данной статье. Так, предприятием не представлены сведения о максимальной присоединяемой мощности за три года. В заявке было указано неверное количество исполненных договоров – 293, тогда как по данным отчетности их 342 (это значение принято Агентством). Среднее количество исполненных договоров, указанных предприятием, составило 524, а по подсчетам Агентства 540. Это повлияло на правильность расчета, произведенного Агентством. Никакие расходы по этой статье предприятия не исключались, а был произведен расчет по требованиям закона экономически обоснованных расходов. В настоящее время сумма, указанная в оспариваемом приказе № 108-П  в размере 7 446,81 тысяч рублей, является некорректной. Она должна быть арифметически иной.  При подготовке расчета по указанной статье затрат по поручению суда для подготовки к судебному заседанию получилась сумма 7714,43 тысяч рублей, но и это значение является неточным. Представленные материалы, как показала свидетель, были недостаточны для определения верного размера планируемых расходов по технологическому присоединению для АО «УСК»  Пояснила, что дополнительные материалы в рамках рассмотрения тарифной заявки Агентством у АО «УСК» не запрашивались, что отчасти связано с кадровыми проблемами, которые имелись в Агентстве.  

Агентством по  регулированию цен и тарифов Ульяновской области представлен расчет размера расходов, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям для АО «УСК»  на 2025 год, по которому их размер составляет 7 714,43 тысяч рублей. (т.2, л.д. 222).  

Представитель АО «УСК» не представил в судебное заседание расчет по статье «Выпадающие доходы от технологического присоединения», произведенный в соответствии с требованиями законодательства, из которого бы следовало происхождение суммы 18 577,12 тысяч рублей. Было пояснено, что это значение проистекает из суммирования работ по исполненным договорам (т.3, л.д. 120). Такой подход не основан на законодательстве. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель *** (начальник отдела по тарифам АО «УСК») пояснила, что при расчете заявленного к учету в числе неподконтрольных расходов размера выпадающих доходов для АО «УСК» руководствовалась действующим законодательством. Предприятие по данной статье на 2025 год заявило сумму в размере 18 577,12 тысяч рублей, экспертами принята сумма в размере 7 446,81 тысяч рублей. Расчет по статье «Выпадающие доходы от технологического присоединения», произведенный в соответствии с требованиями законодательства, из которого бы следовало происхождение суммы 18 577,12 тысяч рублей, представить не может. Подтвердила, что предприятием и Агентством к зачету принято разное количество исполненных договоров, а также то, что АО «УСК» не представило в тарифный орган сведения о максимальной присоединяемой мощности за три года.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что оспариваемое тарифное решение в указанной части не соответствует требованиям действующего законодательства и подлежит пересмотру на основе анализа имеющихся в материалах тарифного дела документов, дополнительных объективно необходимых полных и достоверных сведений и экономической обоснованности расходов по указанной статье.

Таким образом, судом установлено, что не соответствует требованиям действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения,  расчет   подконтрольных расходов на 2025 год, том числе по статьям затрат «Аренда», «Выпадающие доходы по пункту 87 Основ»,  что, соответственно, не позволило сформировать экономически обоснованный объем НВВ для АО «УСК» на 2025 год.

Индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии, которые территориальные сетевые организации оказывают друг другу, то есть для взаиморасчетов пары сетевых организаций, определяются исходя из разности между тарифной выручкой сетевой организации – получателя услуги по передаче электрической энергии, получаемой ею от потребителей электрической энергии на всех уровнях напряжения, и необходимой валовой выручкой.

Поскольку НВВ АО «УСК» на 2025 год определена неверно, суд приходит к выводу о том, что размеры индивидуальных тарифов для взаиморасчета АО «УСК» с ПАО «Россети Волга», рассчитанные на основе размера НВВ сетевой организации, определенного с ошибками, также являются неверными.

В связи с изложенным суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований:

1) о признании недействующей со дня принятия таблицы 1 приложения № 1 к приказу Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области от                   29 ноября 2024 года № 108-П  «Об установлении цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии на территории Ульяновской области на 2025 год» в части:  

необходимой валовой выручки сетевой организации без учета оплаты потерь, учтенной при утверждении (расчете) единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии в субъекте Российской Федерации, определенной в отношении акционерного общества «Ульяновская сетевая компания» в размере 548231,40 тыс. руб. (строка 2 таблицы 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1);

учтенных расходов сетевых организаций, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, не включаемых в плату за технологическое присоединение, определенных в отношении акционерного общества «Ульяновская сетевая компания» в размере  7446,81 тыс. руб. (строка 2 таблицы 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1).

2) о признании недействующим со дня принятия Приложения к приказу Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области от 29 ноября 2024 года № 107-П «Об установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями на территории Ульяновской области на 2025 год» в части установления индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между ПАО «Россети Волга» и АО «УСК» на 2025 год (строка 2 Приложения «Индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчётов между сетевыми организациями»). 

Согласно пункту 1 части 2 статьи 215 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании нормативного правового акта решение об удовлетворении заявленных требований полностью или в части принимается судом, если оспариваемый нормативный правовой акт полностью или в части признается не соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, и не действующим полностью или в части со дня его принятия или с иной определенной судом даты. 

Определяя момент, с которого каждый оспариваемый нормативный правовой акт должен быть признан недействующим, суд принимает во внимание, что оспариваемые в части нормативные акты имеют ограниченный срок действия, признание каждого из них недействующим в части с момента вступления в силу решения суда не достигнет цели восстановления нарушенных прав и законных интересов административного истца, предусмотренных статьей 3 КАС РФ.

Следовательно, оспариваемые в части  административным истцом нормативные правовые акты следует признать не действующими в части с момента их принятия.

В соответствии с частью 4 статьи 216 КАС РФ следует возложить на Агентство по регулированию цен и тарифов Ульяновской области обязанность по принятию новых заменяющих нормативных актов в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу. Это необходимо для исключения возникновения правовой неопределенности в существующих правоотношениях в сфере осуществления регулируемой деятельности по передаче электроэнергии, которая может повлечь за собой нарушение прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц.

Из положений части 3 статьи 178 КАС РФ следует, что при принятии решения суд решает вопросы о распределении судебных расходов.

Положения Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в том числе глава 21 КАС РФ, не устанавливают и не определяют особенностей в отношении взыскания и распределения судебных расходов по делам об оспаривании нормативных правовых актов, поэтому следует исходить из того, что вопрос в отношении взыскания и распределения судебных расходов по делам об оспаривании нормативных правовых актов разрешается судом на основании правил, предусмотренных главой 10 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 103 КАС РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением административного дела.

Как предусмотрено частью 1 статьи 111 КАС РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных статьей 107 и частью 3 статьи 109 настоящего Кодекса.

В силу изложенного, суд считает необходимым взыскать с административного ответчика в пользу административного истца расходы по уплате государственной пошлины в размере 40 000 рублей. 

На основании пункта 2 части 4 статьи 215 КАС РФ сообщение о принятии решения суда подлежит опубликованию в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу в официальном печатном издании - в газете «Ульяновская правда».

Руководствуясь статьями 175-180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

Административные исковые требования акционерного общества «Ульяновская сетевая компания» о признании недействующими в части нормативных правовых актов,  возложении обязанности принять новые заменяющие нормативные правовые акты удовлетворить.

Признать недействующей со дня принятия таблицу 1 приложения № 1 к приказу Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области от                   29 ноября 2024 года № 108-П  «Об установлении цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии на территории Ульяновской области на 2025 год» в части: 

необходимой валовой выручки сетевой организации без учета оплаты потерь, учтенной при утверждении (расчете) единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии в субъекте Российской Федерации, определенной в отношении акционерного общества «Ульяновская сетевая компания» в размере 548231,40 тыс. руб. (строка 2 таблицы 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1);

учтенных расходов сетевых организаций, связанных с осуществлением технологического присоединения к электрическим сетям, не включаемых в плату за технологическое присоединение, определенных в отношении акционерного общества «Ульяновская сетевая компания» в размере  7446,81 тыс. руб. (строка 2 таблицы 1 «Размер экономически обоснованных единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Ульяновской области на 2025 год» Приложения № 1).

Признать недействующим со дня принятия Приложение к приказу Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области от 29 ноября 2024 года                  № 107-П «Об установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями на территории Ульяновской области на 2025 год» в части установления индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между ПАО «Россети Волга» и АО «УСК» на 2025 год (строка 2 Приложения «Индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчётов между сетевыми организациями»). 

Возложить на Агентство по регулированию цен и тарифов Ульяновской области обязанность по принятию новых заменяющих нормативных правовых актов в течение месяца с момента вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с Агентства по регулированию цен и тарифов Ульяновской области в пользу акционерного общества «Ульяновская сетевая компания» расходы по уплате государственной пошлины в размере 40 000 рублей.

Сообщение о принятии настоящего решения подлежит опубликованию в течение одного месяца со дня его вступления в законную силу в газете «Ульяновская правда». 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Четвертый апелляционный суд общей юрисдикции через Ульяновский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Судья                                                                                     О.А. Сычёва

Мотивированное решение суда составлено 3 сентября 2025 года