Гражданское дело № 2-38/2026 (2-937/2025) (УИД 54RS0023-01-2025-001498-67);

Гражданское дело № 2-38/2026 (2-938/2025) (УИД 54RS0023-01-2025-001518-07);

Поступило 07.07.2025;

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 февраля 2026 года р.п. Коченево, Новосибирской области

Коченевский районный суд Новосибирской области в составе

председательствующего судьи Блинкевича А.Э.,

при секретаре Нестеренко Н.С.,

с участием

истцов ФИО1,

ФИО2,

представителя истцов - адвоката Семенюта Н.В.,

представителя ответчика ФИО3,

прокурора Протасовой Н.В.,

третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 (паспорт гражданина РФ №), ФИО1 (паспорт гражданина РФ №) к ФГКУ «Склад 3», Федеральному агентству по государственным резервам, о взыскании компенсации морального вреда,,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО1 обратились в Коченевский районный суд Новосибирской области с вышепоименованными исковыми требованиями.

В обоснование требований указали, что на рассмотрении в Коченевском районном суде, Новосибирской области находилось уголовное дело по обвинению ФИО4 в совершении преступления предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ.

Приговором Коченевского районного суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, признан виновным в совершении преступления предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ. Приговор вступил в законную силу.

Из обстоятельств дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ на территории 

<

данные изъяты>, расположенного в 

<

адрес>, Коченевского района, Новосибирской области, произошло нарушение требований охраны труда, совершенное ФИО4, на которого возложены обязанности по их соблюдению и это повлекло по неосторожности смерть электромонтёра ФИО5.

В результате смерти ФИО 1, истцам причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях. В результате гибели отца истицы испытали сильнейший стресс, что привело к чувству постоянной тревоги и бессонницы.

Причиненный истцам моральный вред выражается в сильных нравственных переживаниях, связанных с потерей близкого человека (отца для ФИО2 и мужа ФИО1), в связи с указанным выше обстоятельствами душевного равновесия и психологического благополучия.

Изначально ответчиками была сообщена версия, что ФИО 1 во время проведения ландшафтных работ, притянуло к столбу, находящемуся под напряжением.

Выявленный обман, так же причинил истцам моральные страдания, так как в то время они находились в депрессивном состоянии. Истцы считают, что имеется виновность ответчиков в причинении ему морального вреда.

Моральный вред истицы оценивают в 1 000 000 руб., в пользу каждой из истиц.

Истицы просят взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «СКЛАД №3» в счет компенсации морального вреда 1 000 000 (один миллион) рублей 00 копеек, в пользу ФИО2 и ФИО1 а при недостаточности денежных средств у данного лица - субсидиарно с Федерального агентства по государственным резервам (ОГРН 

<

***>).

ДД.ММ.ГГГГ, с учетом мнения участвующих в деле лиц, определением суда гражданское дело 2-937/2025 и 2-938/2025, объединены в одно производство.

Истицы в судебном заседании исковые требования поддержали, просили удовлетворить в полном объеме.

Представитель истцов – адвокат Семенюта Н.В., действующий на основании ордера, исковые требования поддержал, просил их удовлетворить полностью.

В материалы дела представлены возражения ФГКУ «Склад №3», ФГКУ «Простор», в которых ответчики просят в удовлетворении заявленных требований отказать. Однако в случае если суд придет к убеждению об удовлетворении заявленных требований, просят снизить размер подлежащей взысканию компенсации.

Представитель ответчика ФГКУ «СКЛАД №3» - ФИО3, в судебном заседании просила в удовлетворении требований отказать, также указала, что ответчики приносили устные извинения семье ФИО 1, полагала, что решением по гражданскому делу, которым взыскан моральный вред в пользу ФИО 3, был взыскан в отношении всей семьи, так как ФИО 3, представлял интересы всей семьи.

ФИО4 полагал, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению.

Представитель прокуратуры Протасова Н.В., в судебном заседании представила заключение, полагая, что заявленные требования законны и обоснованы в связи с чем подлежат удовлетворению.

Суд, при разрешении возникшего спора исходит из положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, где каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные сторонами по делу доказательства, по правилам ст. 67 ГПК РФ, в их совокупности, приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации ст. 46 провозглашено и гарантировано право каждого на судебную защиту.

В соответствии со ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Судом установлено, что вступившим в законную силу приговором Коченевского районного суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ – нарушение требований охраны труда, совершенное лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Данным приговором установлено, что ФИО4, работавший 

<

данные изъяты> ФГКУ Комбинат «Восход» Росрезерва, являлся лицом, на которое были возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда при проведении ремонтно-восстановительных работ на кабельных линиях, относящихся к ФГКУ Комбинат «Восход» Росрезерва.

ДД.ММ.ГГГГ в период с 08 час. 00 мин. до 09 час. 24 мин. ФИО4 совместно с находящимся в состоянии алкогольного опьянения электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования 3-го разряда ФГКУ Комбината «Восход» Росрезерва ФИО 1 прибыли на участок местности, расположенный вблизи 

<

адрес> Коченевского района Новосибирской области, в место расположения линии электропередач к опорам, где установлены Ф-16 и Ф-18, для производства ремонтно-восстановительных работ на опоре с Ф-16, где ФИО4 ненадлежащим образом определил место ремонтно-восстановительных работ, а также не соблюдая требования пунктов 4.1, 4.2, 4.6, 4.8, 4.13, 16.1, 20.1, 45.1 приказа Минтруда России от 15.12.2022 г. № 903н «Об утверждении Правил по охране труда при эксплуатации электроустановок» и пунктов 7, 13 приказа Минтруда России от 16.11.2020 г. № 782н «Об утверждении правил по охране труда при работе на высоте», совместно с ФИО 1 попросил прибывшего по вышеуказанному адресу водителя погрузчика ФГКУ комбината «Восход» ФИО 2 установить транспортное средство – погрузчик марки «

<

данные изъяты>» к бетонной опоре, где расположен Ф-18.

После чего ФИО4 и ФИО 1 забрались в ковш указанного погрузчика, а ФИО 2 по указанию ФИО4 поднял ковш на высоту, откуда ФИО 1 установил лестницу-трансформер 4*4, по которой забрался на высоту, доступную для ремонтно-восстановительных работ на линии электропередач, где ФИО4, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде наступления смерти ФИО 1, допустил ФИО 1 самостоятельно произвести ремонтно-восстановительные работы и его приближение к находящимся под напряжением неогражденным и неизолированным токоведущим частям, на неверно определенном и не подлежащем ремонтно-восстановительным работам месте, без соответствующего задания и наряда-допуска на специальном бланке, без применения электрозащитных средств, предназначенных для выполнения такого метода работы и класса напряжения электроустановки, без защитной каски, без снятия напряжения на электроустановке, препятствующие подаче напряжения на место работы, вывешивания запрещающих плакатов, проверки отсутствия напряжения на токоведущих частях, ограждения рабочего места, без соответствующей квалификации работ на высоте.

После этого ФИО 1 при производстве ремонтно-восстановительных работ приблизился к находящимся под напряжением не огражденным и неизолированным токоведущим частям, получив поражение техническим электричеством, от чего упал с высоты на землю, получив телесные повреждения, которые оцениваются как тяжкий вред здоровью, а именно: типичные электрометки на коже правой кисти, ожоги 3 степени правой кисти, обоих предплечий и плеч, передней брюшной стенки и правой подмышечной области S 9 %; кровоизлияния в мягких тканях затылочной области справка с переходом на теменную область; множественные полные поперечные переломы ребер (4-8-х ребер справа по средней подмышечной линии и 5-9-х ребер слева по средней подмышечной линии) без повреждения пристеночной плевры; пневмоторакс слева (по клиническим данным); множественные кровоизлияния под легочной плеврой по задним поверхностям легких; обнаружен неполный вывих головки правой бедренной кости; многооскольчатый перелом левой седалищной кости в области седалищного бугра. Указанные телесные повреждения повлекли смерть ФИО 1, которая наступила ДД.ММ.ГГГГ г. в 12 час. 05 мин. в ГБУЗ НСО «ФИО6 ЦРБ», несмотря на оказанную ему медицинскую помощь (л.д. 33-67).

Разрешая заявленные требования ФИО2 и ФИО1, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК и статьей 151 ГК РФ.

Согласно ст. 151 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

В силу указанных положений закона и разъяснений по их применению ФИО2 и ФИО1 вправе требовать от ФГКУ «Склад № 3» компенсации морального вреда, причиненного им в результате смерти ФИО 1

Из представленного в материалы дела по запросу суда, ответа органов ЗАГС (№№), следует, что ФИО2 (до замужества ФИО6) Н.С., является дочерью погибшего ФИО 1 Истец - ФИО1, являлась женой погибшего ФИО 1

В соответствии с ч.1 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2).

Поименованным выше постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (ч.2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

К числу таких нематериальных благ относятся и сложившиеся родственные и семейные связи, характеризующиеся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи.

Смертью потерпевшего возможно причинение физических и нравственных страданий (морального вреда) лично членам его семьи и родственникам.

Суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой родственника в результате причинения вреда его жизни необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, принять во внимание, в частности, характер родственных связей между потерпевшим и истцом, характер и степень умаления прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред, поведение самого потерпевшего при причинении вреда.

Из материалов гражданского дела следует, что ФИО2 и ФИО1 были причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях в связи с внезапной гибелью отца (по отношению к ФИО2) и мужа (по отношению к ФИО1) при обстоятельствах, установленных приговором суда в отношении ФИО4

Судом учитывается, что на момент смерти ФИО 1, ФИО2 являлась совершеннолетней и имела собственную семью, с которой проживает в 

<

адрес>, при том, что ФИО 1 со свей семьей проживал в 

<

адрес> Коченевского района Новосибирской области.

Также из пояснений ФИО2, данных в судебном заседании следует, что встречи с ФИО 1 происходили не чаще, чем один раз в полтора месяца.

Приговором Коченевского районного суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в момент произошедшего с ФИО 1 несчастным случаем тот находился в состоянии алкогольного опьянения (содержание этилового спирта в крови трупа составляло 0,52 промилле, что у живых лиц соответствует легкой степени алкогольного опьянения).

Из этого же приговора следует, что при расследовании несчастного случая на производстве установлен факт грубой неосторожности ФИО 1 – 5%, выразившийся в нахождении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения.

Данный факт, установленный вступившим в законную силу приговором Коченевского районного суда Новосибирской области, в силу ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, по мнению суда, является основанием для уменьшения размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО2 и ФИО1 Заявленные требования о взыскании 1 000 000 руб. в пользу каждой из истиц, по мнению суда явно не соответствует характеру причиненных им нравственных страданий и обстоятельствам причинения вреда.

С учетом характера родственных отношений ФИО 1 и ФИО2 и ФИО1, наличия в действиях ФИО 1 грубой неосторожности, способствовавшей наступлению несчастного случая, суд считает необходимым определить размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей в пользу каждой из истиц, полагая данную сумму разумной и справедливой.

Судом отклоняется довод представителя ответчика ФГКУ «Склад № 3», о том, что ФИО 3, являлся представителем истиц и представлял интересы всей семьи, в связи, с чем оснований для удовлетворения заявленных требований ФИО2 и ФИО1 не имеется.

Так, из оглашенных в судебном заседании материалов уголовного дела №, усматривается, что ФИО 3, в своих показаниях данных в ходе предварительного следствия, указывает, что признание его потерпевшим обусловлено тяжелым моральным состоянием других членов семьи, в связи с чем было принято решение, что он будет признан потерпевшим по уголовному делу.

Ответчиками не представлено в материалы гражданского дела относимых, допустимых, достаточных и достоверных доказательств подтверждающих доводы ответчика в части представления ФИО 3, интересов в том числе ФИО2 и ФИО1

Решением Коченевского районного суда Новосибирской области по гражданскому делу № №, была взыскана компенсация морального вреда именно в пользу ФИО 3, что по мнению суда подтверждает отсутствие волеизъявления истиц для обращения ФИО 3 с исковыми требованиями от имени истиц.

Разрешая вопрос о субъектном составе ответчиков с которых подлежит взысканию компенсация морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно п. 6 ст. 113 ГК РФ унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. Унитарное предприятие не несет ответственность по обязательствам собственника его имущества.

Собственник имущества унитарного предприятия, за исключением собственника имущества казенного предприятия, не отвечает по обязательствам своего унитарного предприятия. Собственник имущества казенного предприятия несет субсидиарную ответственность по обязательствам такого предприятия при недостаточности его имущества.

В п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при разрешении споров о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, в которых субъектом ответственности выступают государственные или муниципальные унитарные предприятия, судам исходя из положений пункта 5 статьи 113 ГК РФ надлежит иметь в виду, что унитарные предприятия отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом.

При этом в соответствии с пунктом 7 статьи 114 ГК РФ собственник имущества предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения, не отвечает по обязательствам предприятия, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 статьи 56 ГК РФ, а собственник имущества предприятия, основанного на праве оперативного управления (казенного предприятия), в силу пункта 5 статьи 115 ГК РФ несет субсидиарную ответственность по обязательствам такого предприятия при недостаточности его имущества.

В рассматриваемом гражданском деле ФГКУ «Склад № 3» является государственным унитарным предприятием, а именно основанным на праве оперативного управления федеральным казенным учреждением, права собственника имущества которого осуществляет Росрезерв.

В связи с этим, в случае недостаточности у ФГКУ «Склад № 3» имущества для погашения обязательств перед ФИО2 и ФИО1, Росрезерв несет субсидиарную ответственность по этим обязательствам.

Руководствуясь ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 (паспорт гражданина РФ №), ФИО1 (паспорт гражданина РФ №) к ФГКУ «Склад 3», Федеральному агентству по государственным резервам, о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «СКЛАД №3» (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО2 (паспорт гражданина РФ №), в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей 00 копеек, а при недостаточности денежных средств у данного лица - субсидиарно с Федерального агентства по государственным резервам (ОГРН 

<

***>).

Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «СКЛАД №3» (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ №), в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей 00 копеек, а при недостаточности денежных средств у данного лица - субсидиарно с Федерального агентства по государственным резервам (ОГРН 

<

***>).

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд, в течение месяца со дня его вынесения, через Коченевский районный суд Новосибирской области.

Решение отпечатано судьей в совещательной комнате. Мотивированное решение изготовлено 03 марта 2026 года.

Судья подпись А.Э. Блинкевич