Дело № 2-222/2021 

УИД: 22RS0034-01-2021-000257-63

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 июня 2021 г. с. Михайловское 

Михайловский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Винс О.Г., 

при секретаре Кирилловой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о признании незаконным видеоматериала, обязании на его дальнейшее распространение, его опровержение и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3 о защите чести и достоинства, охране изображения и компенсации морального вреда, в обоснование своих требований указали, что они являются действующими сотрудниками отделения Министерства внутренних дел Российской Федерации по Михайловскому району. 21.10.2020 ответчик пришел в магазин «Светофор», расположенный по адресу: 

<

...>, где на полках обнаружил просроченный товар, стал снимать данную ситуацию на телефон и при этом пренебрегал правилами поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения. Работники магазина вызвали полицию. Ответчик также совершил вызов полиции по факту продажи в магазине просроченных продуктов питания. Истцы были направлены на место происшествия. Нами были изъяты продукты питания, на которые указал ответчик, и задокументирован факт нахождения ответчика без средств индивидуальной защиты. 07.11.2020 г. ответчик на интернет ресурсах «YouTube» на своем канале «DEVASTATOR» (https:youtu.be/wl54AOXcUvY) опубликовал видеоматериалы «Коронавирус съел мозги продавцам светофора!! Взрыв стадного шаблона!!!», при монтаже которого были добавлены заставки, письменные комментарии и музыкальное сопровождение, которые затрагивают честь, достоинство и деловую репутацию истцов. В опубликованном материале они находились в форменном обмундировании полиции и исполняли свои служебные обязанности. Вышеуказанный ролик общей продолжительностью 54 минуты 05 секунд имеет более 250 просмотров, обладающий неограниченной аудиторией зрителей для просмотра. Видеоролик имеет явные признаки монтажа, а именно: ролик имеет вставленные тексты, дополнительные изображения, музыкальное сопровождение от автора. Также на нашем фоне в видеоролике в различный промежуток времени всплывают надписи «Указ губернатора 77!», «Перезагрузка №1», «Перезагрузка №2», «Перезагрузка №3», «гопник», наложение вида яркой женской шубы на изображения, в то время, когда мы находились в форменном обмундировании сотрудника полиции, вставки разъяренного быка, «гопника», наложение юмористической музыки, что вносит определенные элементы сатиры в отснятый сюжет. В комментарии к видеоролику ответчик указал, что никто не хотел соблюдать закон, утверждая о незаконности действий сотрудников полиции. Кроме этого, в опубликованном материале звучат наши требования о запрете опубликования в сети Интернет и тиражировании полученных ответчиком изображений с их участием. Таким образом, в представленном видеоролике при помощи неодобрительной номинации, а также при характеристике действий как незаконных, наложении юмористических картинок и музыки выражается негативная оценка нашим действиям, как сотрудников полиции, находящихся при исполнении служебных обязанностей. Несмотря на то, что изображения истцов в снятом видеоролике и были сделаны ответчиком в публичных местах, именно истцы являются основным объектом съемки, а потому изображения (фотографии) и видеозапись не отображают какой- либо информации о каком-либо публичном мероприятии, на котором они были сделаны. Следовательно, в данном случае ответчику было необходимо получить согласие истцов на публикацию видеозаписи с их изображением в сети Интернет. Таким образом, использование изображения истцов в видеоролике произведено ответчиком не в общественных интересах, а исключительно для насмешки над действиями сотрудников полиции, которые, по его мнению, кажутся противоправными. Размещение видеороликов с изображением истцов осуществлено без их согласия.

Из-за публикации в сети «Интернет» и дальнейшего распространения вышеуказанного видеоматериала «Коронавирус съел мозги продавцам светофора!! Взрыв стадного шаблона!!!» истцы ощутили дискомфорт, нравственные страдания Учитывая фактические обстоятельства дела, полагаем, размер компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей каждому истцу является соразмерным степени нравственных страданий, является разумным и справедливым, на основании изложенного истцы просят признать размещенные на интернет ресурсе «YouTube» на канале «DEVASTATOR» (ссылка: https:youtu.be/wl54AOXcUvY) видеоматериал «Коронавирус съел мозги продавцам светофора!! Взрыв стадного шаблона!!!» порочащими честь и достоинство истцов ФИО1 и ФИО2. Обязать ответчика ФИО3 удалить видеоматериал «Коронавирус съел мозги продавцам светофора!! Взрыв стадного шаблона!!!» на интернет ресурсе «YouTube» на канале «DEVASTATOR» (ссылка: https:youtu.be/wl54AOXcUvY), запретить ему дальнейшее распространение вышеуказанного видеороматериала. Обязать ответчика ФИО3 опровергнуть видеоматериал «Коронавирус съел мозги продавцам светофора!! Взрыв стадного шаблона!!!» на интернет ресурсе «YouTube» на канале «DEVASTATOR» (ссылка: https:youtu.be/wl54AOXcUvY) тем же способом, каким он был опубликован. Взыскать в пользу истцов ФИО1 и ФИО2 с ответчика ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного в результате размещения на интернет ресурсе «YouTube» на канале «DEVASTATOR» в размере 100 000 рублей каждому

Истцы ФИО1, ФИО2 в судебное заседание не явились, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом. 

Ответчик ФИО3 в ходе судебного заседания исковые требования не признал, пояснил право каждого на выражение свободы мысли не может являться предметом судебной защиты. Каждый показ видеоролика на канале начинается с предупреждения зрителей о том, что ролики «носят развлекательный, законно-поучительный характер и не пытаются никого оскорбить», что свидетельствует о выражении мнения относительно происходящей ситуации, выставляя происходящее с юмористическим наклоном, на видеоролики накладывается музыка, делаются коллажи изображений, а также высказывается мнение с помощью всевозможных реплик как автора своего ролика, которое никто не имеет право запрещать выражать, поскольку реплики не имеют и не носят оскорбительного характера, что является личным оценочным мнением, которое выражено в связи незаконностью деятельности, которую ведут истцы при исполнении своих служебных обязанностей, которые нарушают его права и свободы, на основании всего просил суд в удовлетворении исковых требований истцов отказать полностью.

Согласно статье 167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

С учетом требований статьи 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Согласно разъяснениям, данным в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

В пункте 9 названного постановления указано также, что обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Принимая во внимание эти конституционные положения и исходя из пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции РФ) - с другой.

При разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует руководствоваться не только нормами российского законодательства (статьей 152 ГК РФ), но и в силу статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" учитывать правовые позиции Европейского Суда по правам человека, выраженные в его постановлениях и касающиеся вопросов толкования и применения данной Конвенции (прежде всего статьи 10), имея при этом в виду, что используемое Европейским Судом по правам человека в его постановлениях понятие диффамации тождественно понятию распространения не соответствующих действительности порочащих сведений, содержащемуся в статье 152 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Так, Европейский Суд по правам человека, в частичности в постановлении по делу "Ивпресс и другие против России" от 22 января 2013 года указал, что в демократическом обществе должностные лица должны согласиться в тем, что они будут подвергнуты общественному контролю и критике, в частности через средства массовой информации, в отношении того, каким образом они исполняли или исполняют свои функции, так как это необходимо для обеспечения прозрачности и ответственного выполнения ими своих функций... пределы допустимой критики шире в отношении представителя власти в связи с выполнением им своих функций, чем в отношении частного лица.

В соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции РФ, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (п. 9 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, что истцы ФИО1, ФИО2 являются сотрудниками полиции

Как следует из материалов дела, не оспаривалось сторонами в судебном заседании, ответчик 21.10.2021 г. пришел в магазин «Светофор», расположенный по адресу: 

<

...>, где на полках обнаружил просроченный товар, стал снимать данную ситуацию на телефон и при этом пренебрегал правилами поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения. Работники магазина вызвали полицию. Ответчик также совершил вызов полиции по факту продажи в магазине просроченных продуктов питания. По прибытии сотрудников полиции ответчик начал вести видеозапись происходящего на камеру своего телефона. В дальнейшем 07.11.2020 на интернет ресурсах «YouTube» на канале «DEVASTATOR» (ссылка:https:youtu.be/wl54AOXcUvY) было опубликовано видеоматериалы «Коронавирус съел мозги продавцам светофора!! Взрыв стадного шаблона!!!», при монтаже которого были добавлены заставки, письменные комментарии и музыкальное сопровождение. 

Судом установлено, что на видеохостинге «YouTube» размещен видеоматериал под названием «Коронавирус съел мозги продавцам светофора!! Взрыв стадного шаблона!!!». Указанное видео сопровождаются изображениями истцов ФИО1 и ФИО2 и музыкой.

Обращаясь в суд с иском и, настаивая на удовлетворении своих требований, истцы указали, что из-за публикации в сети «Интернет» и дальнейшего распространения вышеуказанного видеоматериала «Коронавирус съел мозги продавцам светофора!! Взрыв стадного шаблона!!!» истцы ощутили дискомфорт, нравственные страдания от излишнего внимания к их личностям со стороны общественности. Истцам причинен моральный вред от постоянного переживания из-за многочисленных размещенных комментариев под данным видео граждан. В результате демонстрации их лиц на данной видеозаписи, они стали узнаваемы на улицах села, отчего стали ощущать сковывание и дискомфорт от пристального внимания граждан в их адрес, понизилась самооценка. Данные обстоятельства не дают им в полной мере исполнять должностные обязанности, так как они являются сотрудниками полиции. Кроме того, действия ответчика дискредитировали сам статус полицейского в глазах общества, унизили профессиональное достоинство и честь сотрудника полиции. После публикации вышеуказанного видео истцов были сильно расстроены, чувство возмущения и обиды лишили их душевного равновесия. 

В подтверждение своих доводов истцы сослался на заключения руководства ГУ МВД России по АК по результатам проверки публикации в сети Интернет видеоматериала, установлено, что размещенный ФИО3 материла от 07.11.2020 г. является порочащим честь и достоинство сотрудников полиции и дискредитирующими ОтдМВД в целом, наущающим их законное право на охрану изображения. 

Возражая по заявленным требованиям, ответчик ФИО3 в судебном заседании не отрицал факта публикации видеоролика, но при этом полагает, что ничьих прав н не нарушил, и никаких сведений, которые бы порочили честь, достоинство и деловую репутацию истцов, не распространял. 

Согласно ст. 150 ГК РФ достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. В случаях и в порядке, предусмотренных законом, личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут осуществляться и защищаться другими лицами, в том числе наследниками правообладателя.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статья 152.1 ГК РФ устанавливает, что обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии - с согласия родителей.

Такое согласие не требуется в случаях, когда: 1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах; 2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования; 3) гражданин позировал за плату.

Исходя из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", под обнародованием изображения гражданина необходимо понимать осуществление действия, которое впервые делает данное изображение доступным для всеобщего сведения путем его опубликования, публичного показа либо любым другим способом, включая размещение его в сети "Интернет" (пункт 43). Без согласия гражданина обнародование и использование его изображения допустимо, когда имеет место публичный интерес, в частности, если такой гражданин является публичной фигурой (занимает государственную или муниципальную должность), а обнародование и использование изображения осуществляется в связи с политической или общественной дискуссией или интерес к данному лицу является общественно значимым. Однако согласие на обнародование и использование изображения необходимо, если единственной целью обнародования и использования изображения лица является удовлетворение обывательского интереса к его частной жизни либо извлечение прибыли (пункт 44). Не требуется согласия при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, в том числе открытых судебных заседаниях, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования (пункт 45).

Согласно п. 47 данного Постановления согласие гражданина может содержать ряд условий, определяющих порядок и пределы обнародования и использования его изображения, например, о сроке, на который оно дается, а также способе использования данного изображения. Если согласие на обнародование и использование изображения было дано в устной форме либо путем совершения конклюдентных действий, таким согласием охватывается использование изображения в том объеме и в тех целях, которые явствуют из обстановки, в которой оно совершалось.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, пояснения сторон, применив вышеуказанные нормы права, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку при рассмотрении дела судом не установлена совокупность обстоятельств, имеющих в силу ст. 152 ГК РФ значение для правильного разрешения дела. 

Заключение по материалам проверки, приведенном выше, не установлено, что размещенный видеоматериал содержат доказательств, что ответчиком допускалось размещение в отношении истцов недостоверных сведений.

Из просмотренного судом видеофайла, представленного ответчиком, суд приходит к выводу о том, что в нем не содержится фраз, выражений и высказываний, ролик является сюжетом, созданным путем наложения изображения положенного на музыкальное сопровождение, каких-либо утверждений, обвинений, заключений, порочащих истца, или содержащих недостоверные сведения, не имеется.

Также суд пришел к выводу, что размещенный видеоролик не содержит сведений которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина, указанный видеоролик фактически является оценочным суждением автора, относительно деятельности сотрудников Отд МВД России по Михайловскому району.

Суд так же указывает на то, что ФИО4 и ФИО2 являясь должностными лицами, обязаны принимать тот факт, что в целях обеспечения прозрачности и ответственного исполнения ими своих функций будут подвергаться публичному контролю и критике в отношении способа исполнения своих полномочий.

Согласно ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина.

Такое согласие не требуется в случаях, прямо перечисленных в законе и, в частности, когда использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах (п. п. 1 п. 1 ст. 152.1 ГК РФ).

Использование изображения истца, как государственного служащего, в оспариваемом видеоролике согласно п. 1 ст. 152.1 ГК РФ обусловлено общественными или иными публичными интересами, в связи с чем его согласие на использование изображения не требуется.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.5 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г., согласно положениям ст.29 Конституции Российской Федерации и ст.10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующих каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позиций Европейского суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Оценив собранные по делу доказательства суд исходит из того, что изложенные в заявлениях обстоятельства носят оценочный характер, обусловленный личными субъективным мнением, в связи с чем, данные оценочные суждения, мнения, убеждения, не могут служить основанием для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 152 ГК РФ, не могут быть признаны порочащими честь и достоинство истца.

Как следует из видеоролика, съемка производилась в здании магазина «Светофор» (в открытом месте). Дополнение письменных комментариев автора относительно обстоятельств съемки, а также фразы относительно истцов, которые не являются оскорбительными, а также «шубка», которая имеется на представленном в материалы дела фото, лишь однократно мельком появилась на видеоролике, не влечет возникновение у истцов права на защиту в соответствии со ст.152.1 ГК РФ, поскольку изображение истца получено при съемке, которая проводилась в местах, открытых для свободного посещения, при том, что данное изображение не является основным объектом использования, ответчик находился в магазине для фотографирования просроченных товаров, не с целью произвести съемку, а занимает незначительную часть видеоролика.

Истцы понимали и знали, что в холле здания ведется съемка. 

Данный видеоматериал не может быть предметом защиты в рамках ст.152 ГК РФ, поскольку данная информация является съемкой конкретных событий, а не результатом распространения сведений, не соответствующих действительности.

Учитывая изложенное, суд, не найдя правовых оснований для удовлетворения таких требований, приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска и необоснованности заявленных истцом требований.

Поскольку требования истца о компенсации морального вреда непосредственно взаимосвязаны с установлением порочащего характера действий ответчика и таких действий со стороны ответчика в ходе судебного разбирательства не установлено, суд правомерно отказал истцу в удовлетворении его исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 , ФИО2 оставить без удовлетворения.

Решение в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме может быть обжаловано в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Михайловский районный суд Алтайского края.

Председательствующий О.Г. Винс

Решение принято в окончательной форме 28.06.2021