УИД: 60RS0020-01-2025-000789-69 Дело № 1-8/2026

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Псков 30 января 2026 года

Псковский районный суд Псковской области в составе

председательствующего судьи Хатулевой Е.И.,

при секретаре Вахтеровой Е.О., помощнике судьи Степановой В.И.,

с участием

государственных обвинителей Мясниковой Е.И., Минина И.А.,

законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего Р. А.А. - Е. Н.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Петунца А.А., представившего удостоверение № *** и ордер № *** от 15.07.2025,

защитника Петрова В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, **.**.**** года рождения, уроженца -----------------, гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, являющегося самозанятым в области грузоперевозок, женатого, имеющего одного малолетнего ребенка на иждивении, на воинском учете не состоящего, зарегистрированного и фактически проживающего по адресу: -----------------, не судимого, под стражей по настоящему уголовному делу не содержащегося,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при следующих обстоятельствах:

08 августа 2024 года в период времени с 14 часов 00 минут до 14 часов 22 минут водитель ФИО1, управляя принадлежащим ему на праве собственности технически исправным автомобилем марки «--------------», государственный регистрационный знак ***, двигался по улице ----------------- со стороны улицы -----------------, в направлении -----------------.

08 августа 2024 года в период времени с 14 часов 00 минут до 14 часов 22 минут водитель ФИО1, двигаясь в светлое время суток, в условиях неограниченной видимости по улице -----------------, со стороны улицы -----------------, в направлении улицы -----------------, заблаговременно обнаружил, что впереди в попутном с ним направлении в его полосе дорожного движения двигается велосипедист Р. А.А., который неоднократно изменял траекторию своего движения, смещаясь поочередно от правой стороны полосы движения к левой стороне и обратно, нарушая требования п.п. 8.1, 8.2, 11.3, 24.1, 24.2, 24.6.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 № 1090 (далее - ПДД РФ).

Водитель ФИО1 данную опасность для движения в виде велосипедиста Р. А.А., который препятствовал его дальнейшему прямолинейному движению и был своевременно обнаружен, оценил неверно, не принял мер предосторожности, не убедился в том, что велосипедист Р. А.А. его видит и продолжит движение в соответствии с ПДД РФ, в нарушение требований пунктов 8.2, 10.1 ПДД РФ, вместо принятия своевременных мер к снижению скорости вплоть до остановки своего транспортного средства, продолжил движение со скоростью не менее 53 км/ч и начал совершать маневр обгона двигающегося впереди велосипедиста Р. А.А., не выдержав при этом достаточную дистанцию, которая позволила бы избежать столкновения, чем создал опасность для движения, а также помеху велосипедисту Р. А.А., вновь изменившему траекторию своего движения в сторону левого края проезжей части.

В результате, двигаясь по полосе, предназначенной для встречного движения, в районе дома -----------------, водитель ФИО1 совершил наезд на велосипедиста Р. А.А. передней частью своего автомобиля.

В результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине водителя ФИО1, велосипедисту Р. А.А. по неосторожности причинены телесные повреждения: -------------- Данные телесные повреждения причинены тупыми твердыми предметами, по механизму удара могли образоваться в условиях дорожно-транспортного происшествия, повлекли тяжкий опасный для жизни человека вред здоровью (пп. 6.1.2., 6.1.16. медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. №194Н).

Нарушение водителем ФИО1 пунктов 8.2, 10.1 Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, чтосуть предъявленного обвинения, с которым он не согласен, ему понятна, свою вину по предъявленному обвинению по факту совершения нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, не признал в полном объеме.

По обстоятельствам рассматриваемых событий ФИО1 пояснил, что 08 августа 2024 года он двигался по асфальтированной ровной без ям и поворотов дороге по ул. ----------------- на грузовом автомобиле марки «--------------», который не был загружен, при этом на улице была хорошая погода, без дождя и мороси. Он увидел велосипедиста, который двигался впереди него на расстоянии 100-150 метров. При этом в пределах движения его полосы, тот двигался хаотично, то есть вилял из стороны в сторону, поэтому он посигналил, после чего велосипедист прижался к правой обочине и ехал прямо несколько секунд. Поскольку в том месте разрешен маневр обгона, он, убедившись в безопасности, включил левый сигнал поворота, начал маневр обгона, немного повысив скорость движения. Данный маневр совершал, чтобы увеличить боковой интервал между его автомобилем и велосипедистом. Когда он практически выехал на полосу для встречного движения, находясь от велосипедиста на расстоянии около 20 метров, велосипедист резко перед ним повернул влево, то есть пересекал проезжую часть перпендикулярно, в результате чего произошло ДТП. Увидев такой резкий маневр велосипедиста, он предпринял экстренное торможение, сразу услышал удар и велосипедист пропал из его поля зрения. Автомобиль во время торможения стал неуправляемым, в связи с чем, он съехал в левый кювет, где лежали спиленные кусты, врезавшись в дерево, в результате чего передняя часть его автомобиля была повреждена посередине. Предположил, что столкновение с велосипедистом произошло на середине проезжей части.

После ДТП он вышел из автомобиля и увидел, что потерпевший лежал рядом с правым колесом, держался за бок, ему было больно, так как удар во время столкновения пришелся в левый бок велосипедиста.

На место ДТП приехали сотрудники ДПС, но велосипед не осматривали, осмотрели только его автомобиль, так как велосипед лежал под машиной, его не было видно. Из кювета он самостоятельно выехал на машине, когда с места ДТП уже все разъехались, велосипед остался на том же месте в кювете.

Когда по делу назначались экспертизы, он находился в статусе свидетеля, в следственном эксперименте, в котором участвовал пострадавший, он участия не принимал.

В дополнение указал, что его водительский стаж составляет 25 лет, при этом около 7 лет он работает водителем грузового автомобиля, в связи с чем понимает, в каком техническом состоянии находится автомобиль, каким образом в таком автомобиле осуществляется торможение. После произошедшего ДТП на месте он подходил к родителям потерпевшего, извинялся перед ними, объяснил, как все случилось, полагая, что в данном происшествии был виноват Р. А.А.

Он женат, имеет двоих детей, одному из которых 21 год, другому - 10 лет. Старший сын проходит очное обучение с целью получения высшего образования, не работает, поэтому он оказывает ему материальную помощь по содержанию. Младший сын учится в школе, в том числе посещает различные секции, за обучение в которых он выплачивает в среднем 10 000 рублей в месяц. Его средний ежемесячный заработок составляет -------------- рублей, также он является получателем пенсии ветерана боевых действий в размере -------------- рублей в месяц; доход его супруги в среднем составляет -------------- рублей, также он выплачивает кредитные обязательства в размере -------------- рублей ежемесячно. Указал, что такое наказание, как лишение водительского удостоверения лишит его заработка, в том числе, ему необходимо ежедневно возить своего младшего сына в школу и на секции. В его собственности имеется 3 автомобиля, а также в долевой собственности с супругой однокомнатная квартира.

Заявленные представителем потерпевшего исковые требования он не признает в полном объеме, так как не виноват в произошедшем ДТП, по той же причине он не предпринял мер к добровольному возмещению причиненного вреда. Кроме того, он самостоятельно отремонтировал свой автомобиль, получивший в результате ДТП технические повреждения, оплачивает работу адвокатов. Считает, что он не нарушал пункты 8.1, 8.2, 9.10, 10.1, 11.1 Правил дорожного движения РФ.

Несмотря на то, что подсудимый ФИО1 не согласен с предъявленным ему обвинением и не признает свою вину в совершении инкриминируемого ему деяния, его вина в совершении указанного преступления подтверждается следующими доказательствами:

показаниями несовершеннолетнего потерпевшего Р. А.А., допрошенного в суде, о том, что 08 августа 2024 года на велосипеде своей матери серо-красного цвета в исправном состоянии с накаченными шинами утром поехал в дер. ----------------- к Р.Е.. Они немного поговорили, спиртных напитков при этом не употребляли, после чего он направился к С.Л., ехал при этом по обочине дороги. Чтобы доехать до дома С., необходимо пересечь проезжую часть. У него был один наушник, но музыку он не слушал, использовал наушник, как гарнитуру к телефону, который у него был с собой, по телефону не разговаривал. Он помнит, как отъехал от дома Р., но как доехал до проезжей части - не помнит, пришел в себя только в больнице. Через несколько дней ему сказали, что произошло ДТП. Обычно он пересекал проезжую часть за 10-20 метров до настилов, перед тропинкой. Предположил, что, когда он ехал по краю дороги и поворачивал налево к настилам, водитель автомобиля стал его обгонять, в этот момент произошло столкновение.

В ходе предварительного следствия он принимал участие в следственном эксперименте, в ходе которого у него выясняли, каким образом он обычно ездит по дороге на велосипеде. На своем старом исправленном велосипеде он показывал путь, по которому обычно от дома Р.Е. выезжал к дороге. Он проехал со скоростью на велосипеде, с которой ездит обычно, следователь делал измерения рулеткой. В месте, где произошло ДТП, он демонстрировал, каким образом обычно он поворачивает на велосипеде к настилам.

После случившегося он проходил лечение в больнице около месяца, после чего очень долго восстанавливался, потому что очень плохо себя чувствовал. В настоящее время ему намного лучше, внутренних повреждений уже нет, однако есть много ограничений, которых раньше не было. Из-за повреждения почек ему нельзя употреблять газировку, пить много кофе, нельзя заниматься профессиональным спортом, физическими нагрузками, которые у него были ранее.

С подсудимым ФИО1 он не общался, тот не приносил ему своих извинений;

показаниями законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего Е. Н.В., допрошенной в суде в качестве свидетеля, которая пояснила, что потерпевший Р. А.А. приходится ей сыном, с подсудимым ФИО1 до произошедшего она знакома не была.

По обстоятельствам рассматриваемых событий пояснила, что 08.08.2024 она с мужем находилась дома, а сын около 13 часов поехал на велосипеде к друзьям в д. -----------------, при этом на улице была хорошая погода, было сухо, светло. Спустя некоторое время ей позвонила внучка приятельницы - Л., которая сообщила о том, что сына сбила машина. Вместе с мужем они сразу же поехали на место ДТП, она стала звонить сыну, на звонок ответил сотрудник полиции, который сказал адрес: -----------------.

По прибытии на место она увидела большую машину ФИО1, машину скорой помощи, при этом, если смотреть по ходу движения из деревни, машина ФИО1 находилась в кювете на противоположной стороне, была направлена к дереву. Также на месте уже находились сотрудники полиции, Р. А.А. был уже в машине скорой помощи. Где после ДТП находился велосипед, она не видела, но в настоящее время велосипед находится у Р. Е.В. Также на месте находился подсудимый ФИО1, который ходил, что-то говорил, но что именно, она уже не помнит.

Также на месте ДТП она видела следы торможения, которые сфотографировала. Тормозной путь начинался четко посередине дороги, то есть на разделительной полосе. Далее след уходил влево на встречную полосу. От разделительной полосы шел черный след, протяженностью 20-30 метров, который заканчивался на обочине. Это был непрерывный тормозной путь. Поскольку она видела велосипед, то поняла, что удар пришелся в его переднее колесо.

После случившегося сыну была проведена операция, ему была удалена селезенка, ушита почка, после которой три дня тот находился в медикаментозном сне. Когда сын пришел в себя, то ничего не вспомнил, при этом обстоятельства ДТП он не помнит до сих пор.

Заявленные исковые требования, уточненные в ходе судебного разбирательства, о компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей она поддерживает. Указала, что страховой компанией уже выплачена компенсация в размере 500 000 рублей, при этом от подсудимого никакой помощи, в том числе и материальной, она не получала;

согласно показаниям свидетеля Р. А.Е. в суде, потерпевший Р. А.А. приходится ему сыном, с подсудимым ФИО1 он не знаком.

По обстоятельствам рассматриваемых событий пояснил, что 08.08.2024, когда он с супругой находился дома, их сын Р. А.А. на велосипеде супруги поехал к своему приятелю С. Л.С. в дер. -----------------, при этом его сын знает Правила дорожного движения, на велосипеде ездит постоянно. Спустя примерно час от соседа узнал, что его сына сбила машина в деревне -----------------. Вместе с супругой он сразу же поехал на место ДТП, сын был уже в машине скорой помощи, также присутствовали сотрудники ДПС. Грузовой автомобиль находился на обочине, кабина которого въехала в дерево, велосипеда он не видел, на асфальте имелись следы торможения. Что явилось причиной ДТП, ему неизвестно, а сын обстоятельств случившегося не помнит. Р. А.А. ездил на велосипеде с мобильным телефоном и одним наушником, при этом он всегда запрещал сыну во время движения слушать музыку, тот мог использовать наушник только лишь для того, чтобы ответить на телефонный звонок. На велосипеде сын ездил спокойно, такого, чтобы тот осуществлял какие-то трюки, он не замечал.

В дополнение указал, что после произошедшего ДТП у сына удалена селезенка, была разорвана почка. После прохождения лечения в больнице, он еще несколько раз был госпитализирован. До настоящего времени сын постоянно проходит обследования;

допрошенный судом свидетель Р. Е.В. пояснил, что потерпевший Р. А.А. является его другом, с которым они знакомы с 2023 года, подсудимый ФИО1 ему не был знаком до произошедшего.

08 августа 2024 года после 13 часов Р. А.А. на велосипеде серого цвета приехал к нему домой в деревню -----------------, они поговорили полчаса, также Р. А.А. ему помог по хозяйству в течение 20-25 минут, после чего последнему позвонил С. Л.С., проживающий в 500-700 метрах от него, и позвал к себе в гости, после чего Р. А.А. уехал. Ни он, ни Р. А.А. спиртные напитки не употребляли, у Р. А.А. был при себе один наушник.

Спустя некоторое время ему позвонил С. Л.С. и сообщил, что Р. А.А. сбила машина. Он поехал на место ДТП на велосипеде, где уже были два сотрудника ДПС и машина скорой помощи. Р. А.А. лежал на обочине, грузовая автомашина находилась в кювете, велосипед потерпевшего был под автомобилем. Он помог сотрудникам скорой помощи положить Р. А.А. на носилки, при этом последний то был в сознании, то терял его, держался за плечо, ему было очень больно. Также на месте ДТП был подсудимый.

Указал, что Р. А.А. периодически управлял своим велосипедом с наушником в ухе, как для прослушивания музыки, так и для разговоров по телефону. В день ДТП С. Л.С. нашел наушник и кейс от наушников на том месте, где лежал Р. А.А. уже после того, когда все разъехались. Ему известно, что Р. А.А. ехал в тот день к С. Л.С. по дороге, в том месте, где произошло ДТП, есть съезд на пешеходный переход через железную дорогу. На месте ДТП на асфальте он видел тормозной путь автомобиля, который начинался перед той тропинкой, на которую мог сворачивать Р. А.А. к дому С. Л.С.

В настоящее время велосипед, на котором 08.08.2024 ехал Р. А.А., находится у него в гараже по адресу: -----------------, куда приезжал следователь для осмотра и фотографирования велосипеда в присутствии Е. Н.В.

В дополнение указал, что и он сам, и Р. А.А., ездили на велосипедах по обочине вдоль дороги, если машин не было, они выезжали на асфальт, при этом они всегда прислушивались к обстановке на дороге, оборачивались назад во время езды, чтобы убедиться в отсутствии на дороге автомобилей. Р. А.А. всегда ездил спокойно, без экстремального вождения, они не создавали опасности для водителей автомобилей;

согласно показаниям несовершеннолетнего свидетеля С. Л.С. в суде в присутствии его законного представителя С. С.Д. и социального педагога Н. Т.С., до рассматриваемых событий он не был знаком с подсудимым ФИО1, потерпевший Р. А.А. приходится ему другом.

08 августа 2024 года утром он позвонил Р. А.А., с которым договорился, чтобы тот приехал к нему. Р. А.А. сказал, что сначала поедет к Р. Е.В., а затем - к нему. Он ждал потерпевшего примерно 20 минут, после чего решил позвонить Р. А.А., но в этот момент во двор пришла какая-то пожилая женщина, поэтому он прервал звонок. Женщина сказала, что сбили мальчика, по описанию это был Р. А.А. Она сказала, что мальчик был в джинсовой куртке, в джинсах и на красном велосипеде. Он побежал на место ДТП, где был только водитель автомобиля, на обочине лежал Р. А.А., также были трое местных жителей, спецслужб еще не было. Он увидел, что подсудимый находится возле Р. А.А., который лежал перед машиной рядом с капотом, велосипед находился за передними колесами грузового автомобиля, который стоял на обочине, врезался в дерево. Р. А.А. находился в полу-сознании, никого не слышал и не узнавал, только жаловался, что у него болит плечо и нога. Он спросил у подсудимого, что случилось, тот ответил, что Р. А.А. вылетел на дорогу, подсудимый сразу же начал тормозить и в конечном итоге его сбил. Также на месте ДТП он видел тормозной путь грузового автомобиля, который начинался после поворота на тропинку к настилам.

Спустя некоторое время на место ДТП приехали сотрудники полиции, осматривали место происшествия, примерно через 10 минут приехала скорая помощь, сотрудники которой, осмотрев Р. А.А., выявили черепно-мозговую травму, приняли решение его госпитализировать. Также на место приехали родители Р. А.А., когда последнего уже погрузили в машину скорой помощи.

После того, как Р. А.А. увезли в больницу, сотрудники ДПС также уехали, он и Р. Е.В. доставали велосипед из-под колес грузовика, после чего поставили его в гараже у Р. Е.В. Заднее колесо велосипеда практически не имело повреждений, а переднее колесо было смято пополам, рама и задняя часть велосипеда были погнуты, руль был наполовину погнут, тормоза, звездочки, цепи были сломаны. Затем приезжал следователь, который произвел осмотр данного велосипеда, при котором он также присутствовал.

Он и Р. А.А. часто ездили на велосипедах по этой дороге, чтобы последнему приехать к нему домой, нужно было проехать через настилы для пешеходного перехода, которые находятся возле места ДТП. При езде они всегда соблюдали правила, двигались по краю дороги, когда видели машины. В том случае, если на дороге не было автомобилей, они выезжали на асфальт, при этом постоянно оглядывались, убеждались, что машин нет.

Ему известно, что Р. А.А. обычно пользовался одним наушником во время езды на велосипеде, так как второй был сломан, он видел этот наушник на месте ДТП, который на земле нашел подсудимый, а позднее на месте он нашел кейс от наушников. В настоящее время данный кейс и наушник находятся у него дома;

Из показаний допрошенного в ходе судебного разбирательства свидетеля С. А.А. следует, что он является инспектором ДПС Госавтоинспекции ОМВД России по Псковскому району. По обстоятельствам рассматриваемых событий свидетель показал, что 08.08.2024 вместе с инспектором Р. А.А. он находился на суточном дежурстве. В дежурную часть поступило сообщение о том, что в д. ----------------- сбили ребенка. По прибытии на место был обнаружен ребенок, лежащий с правой стороны в попутном направлении, если ехать в сторону д. -----------------, а также грузовая автомашина и велосипед. ФИО2 была с той же правой стороны дороги, совершила наезд на деревья. Ребенок лежал либо в траве, либо на обочине, точно он уже не помнит ввиду давности событий, но не на дороге, а велосипед был под колесами автомобиля.

Он находился рядом с пострадавшим, разговаривал с ним, освидетельствование на состояние опьянения не проводил. Им было проведено освидетельствование водителя автомобиля, алкогольного опьянения установлено не было, Р. А.А. составлял схему места ДТП. Водитель пояснил, что ехал со стороны д. ----------------- в сторону д. -----------------, неожиданно для него ребенок выехал на велосипеде на проезжую часть дороги.

После частичного оглашения протокола допроса свидетеля от 18.03.2025 (т.1, л.д.145-147) по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, С. А.А. подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного следствия. Пострадавший Р. А.А. на месте ДТП периодически приходил в сознание и жаловался на боли в области спины, обстоятельств ДТП не пояснял. Все обстоятельства произошедшего ему стали известны только со слов подсудимого ФИО1;

из показаний свидетеля Е. Т.Л. в суде следует, что она является фельдшером ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи», подсудимый и потерпевший до случившегося ей знакомы не были.

08 августа 2024 года она находилась на смене, поступил вызов в д. -----------------. Времени поступления вызова и содержания данного сообщения она уже не помнит, но по приезде на место ДТП она увидела большое количество людей, пострадавший мальчик лежал на обочине. Она осмотрела мальчика, затем его погрузили в машину скорой помощи, тот был в сознании, что-то говорил, пострадавшего госпитализировали в детскую областную больницу. На месте ДТП также был отец пострадавшего, находилась ли там мать мальчика, она не помнит. Велосипеда и подсудимого она не видела, так как не интересовалась. Пострадавший находился в шоковом состоянии, запаха алкоголя от него она не чувствовала.

После частичного оглашения протокола допроса свидетеля от 18.03.2025 (т.1, л.д.148-150) по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, Е. Т.Л. не подтвердила показания в части месторасположения автомобиля и пострадавшего на месте ДТП. Факт наличия своих подписей в оглашенном протоколе допроса не оспаривала, но указала, что следователь проводил допрос на ее рабочем месте, куда приехал уже с готовым протоколом, однако она ознакомилась с протоколом не в полном объеме. До проведения допроса они со следователем созванивались.

Оценивая оглашенный протокол допроса свидетеля Е. Т.Л., суд приходит к выводу, что в он в целом соответствует требованиям ст. 166 УПК РФ; место проведения согласуется с пояснениями свидетеля, данными в ходе судебного разбирательства. Свидетель Е. Т.Л. наличие своих подписей в протоколе подтвердила. То обстоятельство, что Е. Т.Л. не смогла подтвердить изложенные в протоколе сведения относительно месторасположения автомобиля и потерпевшего после ДТП, также не является основанием для признания оглашенного протокола недопустимым доказательством, тем более, что сама свидетель пояснила, что протокол читала невнимательно.

Помимо вышеуказанных доказательств, виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается письменными доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия:

- протоколом осмотра места совершения административного правонарушения *** от 08.08.2024, схемой и фотоматериалами к нему, в которых зафиксирована обстановка места происшествия, а именно ДТП, имевшего место 08.08.2024 у д. -----------------. Из протокола следует, что осмотр проводился в ясную, солнечную погоду, при естественном освещении; состояние проезжей части - сухое; имеется дорожная разметка 1.5 ПДД РФ; к проезжей части примыкают обочина справа - 1,0 м., обочина слева - 1,5 м. В протоколе указано месторасположение транспортного средства «--------------» г.р.з. *** - в левом кювете с наездом на дерево, без груза; следы торможения длиной 28,1 м. (т.1, л.д.39-45);

- протоколом выемки от 11 августа 2024 года, фототаблицей к нему, в ходе которой у ФИО1 изъят автомобиль марки «--------------» государственный регистрационный знак «***» (т.1, л.д.164-166);

- протоколом осмотра предметов от 11 августа 2024 года, таблицей иллюстраций к нему, в ходе которого с участием специалиста осмотрен вышеуказанный автомобиль, зафиксированы имеющиеся технические повреждения и техническое состояние указанного транспортного средства, признанный и приобщенный к уголовному делу в качестве вещественного доказательства. Также в ходе осмотра изъят обнаруженный в салоне автомобиля тахограф марки «--------------» «АВЛГ 816.00.00-75» заводской номер - «***» (т.1, л.д.167-175, 176, 177, 178)

- протоколом осмотра предметов от 17 сентября 2024 года, фототаблицей и приложением к нему, в ходе которого с участием специалиста С. И.А. осмотрен тахограф марки «--------------» «АВЛГ 816.00.00-75» заводской номер - «***», зафиксированы индивидуальные особенности тахографа, а также получены отчет о работе и отчет о скоростном режиме автомобиля «--------------» государственный регистрационный знак «***», также в тахографе обнаружена карта водителя на имя ФИО1, признанный и приобщенный к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.1, л.д.179-200, 207, 208, 209);

Допрошенный в ходе судебного следствия специалист С. И.А. показал, что тахограф предназначен для соблюдения режима труда и отдыха водителя, а также фиксирует за неделю скоростной режим автомобиля. На момент произошедшего 08.08.2024 ДТП точно указать посекундные тарификации невозможно, однако в данном случае расчет происходит следующим образом: произошло ДТП, в тот момент, когда на тахографе установлена скорость ТС 0 км/час, а все предшествующие показатели учитываются каждую секунду, когда происходит процесс торможения.

За 20 секунд до ДТП скорость транспортного средства составляла около 65-66 км/ч, после чего происходит падение скорости: 53 км/ч, 37 км/ч, 24 км/ч, 8 км/ч, полная остановка.

После оглашения протокола допроса от 17.09.2024 и протокола дополнительного допроса от 06.03.2025 (т.1, л.д.201-202, 203-206), по ходатайству государственного обвинителя по согласованию сторон, специалист С. И.А. подтвердил, что он исследовал тахограф, который был установлен в автомобиле марки «--------------», г.р.з. «***», свои показания, данные в ходе предварительного следствия, подтвердил.

В дополнение пояснил, что время замедления автомобиля в течение 4-х секунд происходило со скорости 53 км/ч до 24 км/ч и до полной остановки ТС.

- протоколом следственного эксперимента от 05.03.2025, фототаблицей, DVD-диском к нему,в ходе которого на месте происшествия потерпевший Р. А.А., в присутствии законного представителя - Е. Н.В. и педагога Н. Т.С., указал, что двигался от своего друга со стороны улицы ----------------- в направлении ул. -----------------. Р. А.А. уточнил, что именно с поворота на ул. ----------------- он выехал на ул. -----------------, где двигался по правой полосе движения (на расстоянии более 200 метров (в обоих направлениях ул. -----------------) знаков ограничения максимальной скорости не имеется, также не имеется дорожного знака 5.23.1 ПДД РФ - «Начало населённого пункта»). Далее Р. А.А. пояснил, что обычно он двигается по центру полосы, либо ближе к правому ее краю. После этого Р. А.А. указал, что он двигался до д. -----------------, где в дальнейшем намеревался выполнить поворот налево, поскольку там находится протоптанная тропа с переходом через железнодорожные пути. Именно через вышеуказанную тропу Р. А.А. всегда проезжает, когда едет к своему другу, что он делал и в день дорожно-транспортного происшествия (обычно не подавая сигнал рукой перед началом маневра). Далее Р. А.А. указал при помощи дорожных конусов траекторию своего движения при повороте на ранее указанную тропу к железнодорожному переезду. Р. А.А. также пояснил, что велосипед, на котором он двигался в день ДТП, принадлежит его матери Е. Н.В. и что он был полностью исправен. Далее следователем в месте начала следа торможения автомобиля «--------------» был установлен дорожный конус, а именно на расстоянии 20,8 метров от левого угла д.----------------- в направлении ул. -----------------. После этого Р. А.А. указал, что столкновение могло произойти только в пределах поворота, куда он намеревался повернуть, после чего указал конкретное место на проезжей части, где, по его мнению, и произошло столкновение с автомобилем «--------------». Указанное место находилось на расстоянии 22,1 метров от правого угла (или 34,5 метров от левого угла) дома ----------------- в направлении ул. ----------------- и на расстоянии 4 метров от правого края проезжей части (то есть на встречной полосе движения для Р. А.А.). Таким образом, установленное место столкновения находится за 13,7 метров от установленного в ходе настоящего уголовного дела начала следа торможения автомобиля «--------------». В ходе эксперимента также установлена скорость движения велосипедиста Р. А.А., которая составляет

- заключением эксперта №*** от 10.03.2025, согласно выводам которого в данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, водитель велосипеда - Р. А.А. должен был действовать в соответствии с требованиями п. 1.5, 8.1, 8.2, 11.3, 24.1, 24.2, 24.6.1 ПДД РФ; в данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, водитель автомобиля марки «--------------», г.р.з. ***, ФИО1, должен был действовать в соответствии с требованиями п.8.1, 8.2, 9.10, 10.1, 11.1 ПДД РФ; версия ФИО1 о том, что он на расстоянии 55,6 м. от велосипедиста подал звуковой сигнал, с учетом того, что время движения велосипедиста в опасном направлении составляет 1,18 сек., с технической точки зрения не состоятельна; в данной дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных, водитель автомобиля располагал технической возможностью предотвратить ДТП (т.2, л.д.30-36);

В судебном заседании эксперт И. Д.А. пояснил, что следователем был задан временной момент возникновения опасности с учетом скорости и заданным временем. Момент возникновения опасности в экспертном заключении № *** от 10.03.2025 рассчитан с момента применения первых действий по снижению скорости водителем автомобиля марки «--------------», то есть на расстоянии 210 метров, таким образом водитель автомобиля располагал технической возможностью предотвратить ДТП. При проведении экспертизы № *** от 10.01.2025 следователем не было представлено сведений о том, что водитель автомобиля совершал маневр обгона, при проведении экспертизы № *** от 10.03.2025 следователем были представлены сведения о том, что водитель совершал маневр обгона велосипедиста, в связи с чем в данных экспертизах указано разное время реакции: при обгоне водитель подразумевает, что у него возникает опасность, поэтому время реакции составляет 0,8 сек., а при обычном движении время реакции составило 1,2 сек.

- протоколом выемки от 05 марта 2025 года, фототаблицей к нему, в ходе которой у законного представителя потерпевшего - Е. Н.В. изъят велосипед марки «--------------», номер рамы «***», которым управлял потерпевший Р. А.А. перед дорожно-транспортным происшествием от 08.08.2024 (т.1, л.д.152-154);

- протоколом осмотра предметов от 05 марта 2025 года, фототаблицей к нему, в ходе которого осмотрен вышеуказанный велосипед, в ходе осмотра зафиксированы имеющиеся технические повреждения и техническое состояние указанного велосипеда, признанный и приобщенный к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т.1, л.д.155-159, 160, 161, 162);

- заключением эксперта №*** от 04.10.2024, согласно выводам которого у Р. А.А. по данным представленной медицинской документации имелись: открытая черепно-мозговая травма в виде переломов обеих височных костей с переходом на основание черепа и переломом наружной стенки правой половины основной пазухи с ушибом головного мозга тяжелой степени, кровоизлиянием под твердую мозговую оболочку затылочной области, субарахноидальным кровоизлиянием; закрытая травма органов брюшной полости и забрюшинного пространства в виде разрыва селезенки, левой почки и развитием внутрибрюшного кровотечения; закрытый перелом левой ключицы; ссадины в области лица, обеих верхних и нижних конечностей. Данные телесные повреждения причинены тупыми твердыми предметами, по механизму удара, могли образоваться в условиях дорожно-транспортного происшествия, повлекли тяжкий опасный для жизни человека вред здоровью (п.п. 6.1.2., 6.1.16. медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. №194Н) (т.1, л.д.68-71);

Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве специалиста заместитель начальника по судебно-медицинской экспертизе ГБУЗ ПО «Псковское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» И. К.И. пояснил, что он ознакомлен с выводами заключения эксперта № *** от 04.10.2024, которую производила эксперт А. М.А. Указал, что издание нового Приказа Минздрава России от 08.04.2025 № 172н, утвердившего порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не повлияли на выводы указанного экспертного заключения, поскольку данным Приказом в данном случае внесены изменения только в пункты медицинских критериев определения степени тяжести вреда. Все телесные повреждения, полученные потерпевшим Р. А.А. в результате произошедшего ДТП, повлекли тяжкий вред его здоровью. Так, открытая черепно-мозговая травма теперь квалифицируется пунктом 5.1.1.2. Порядка, закрытая травма органов брюшной полости квалифицируется пунктом 5.1.1.17. Порядка, закрытый перелом левой ключицы квалифицируется как вред средней степени тяжести, но в совокупности полученных всех повреждений потерпевшему причинен тяжкий вред здоровью.

- заключением комплексной экспертизы № *** от 02.12.2025, согласно выводам которой имеющиеся у потерпевшего Р. А.А. повреждения причинены от травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов) по сложному комбинированному механизму: удар, трение, растяжение, что подтверждается морфологической сущностью повреждений (ссадины, перелом, кровоизлияние, разрыв).

По имеющимся медицинским данным невозможно определить последовательность получения повреждений, их точное количество и, соответственно, количество травматических воздействий, а также установить идентифицирующие признаки следообразующей поверхности травмирующего предмета (предметов). Однако, принимая во внимание характер и локализацию повреждений на различных частях тела, наличие признаков сотрясения тела, а также известные из специальной литературы и медицинской практики особенности травмообразования в условиях дорожно-транспортных происшествий, не исключает возможность получения установленных у Р. А.А. повреждений в результате транспортной травмы.

Локализация повреждений, установленных у Р. А.А., свидетельствует о взаимодействии тела с травмирующим предметом (предметами) в областях головы, туловища (в том числе грудной клетки и живота), конечностей.

Отсутствие сведений о количестве, локализации и морфологии наружных повреждений, невозможность установить последовательность причинения повреждений, индивидуально идентифицирующие следообразующий предмет признаки, а также отсутствие результатов исследования одежды, в которой находился потерпевший в момент ДТП, не позволяет достоверно установить расположение Р. А.А. в момент первичного контакта с транспортным средством. Однако преимущественно левосторонняя локализация телесных повреждений (перелом левой ключицы, разрыв селезенки и левой почки, ссадина левого плечевого сустава), свидетельствующей о наиболее значимом приложении травмирующей силы к левой половине тела, не исключает, что в момент первичного контакта Р. А.А. был обращен к движущемуся транспортному средству левой боковой поверхностью тела;

Механизм столкновения автомобиля «--------------» и велосипеда представляется следующим образом: данные транспортные средства двигались в попутном направлении, велосипед являлся ТС - лидером. При выполнении велосипедистом маневра влево произошло столкновение с автомобилем «--------------», который осуществлял маневр его обгона. Водитель автомобиля «--------------» применил меры к торможению, в процессе движения совершил наезд на велосипедиста, после чего продолжил движение в заторможенном состоянии до конечного положения, с выездом в левый по ходу движения кювет и последующим наездом на дерево. Велосипед в конечном положении располагался под автомобилем.

Установить фактическое взаимное расположение ТС (фактический угол между их продольными осями) относительно друг друга и взаимное расположение ТС, относительно границ проезжей части в момент столкновения не представляется возможным. Данное столкновение можно классифицировать как попутное, перекрестное.

В исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель велосипеда должен был руководствоваться в своих действиях требованиями пунктов 24.1, 24.2 и 8.1 ПДД РФ (т.3, 196-214).

Допрошенный в судебном заседании главный эксперт отдела инженерно-технических экспертиз ЭКЦ УМВД России по Новгородской области К. А.В. подтвердил в полном объеме выводы произведенной им экспертизы в части проведенного им исследования, пояснил, что при получении им материалов дела для производства экспертизы начальником ЭКЦ ему были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УПК РФ.

В данном случае момент возникновения опасности не установлен, так как участник ДТП - велосипедист находился в постоянном поле зрения водителя, в связи с чем момент возникновения опасности устанавливает следствие, либо инициатор проверки. Если эксперт сам по себе установит момент возникновения опасности, то суть экспертных расчетов сводится к нулю. Предоставленные на экспертизу данные не позволили определить место наезда.

- ответом ГБУ Псковской области «Псковавтодор»от 12.03.2025,с предоставлением плана организации дорожного движения на участке автодороги, где произошло вышеуказанное ДТП (т.2, л.д.136-139);

- картой вызова скорой медицинской помощи №*** от 08.08.2024,согласно которой первый прием вызова ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» был осуществлен в 14 часов 22 минуты 08 августа 2024 года, для оказания помощи Р.А.А. (т.2, л.д.144-145).

Исследовав представленные доказательства, суд находит их достаточными для установления вины подсудимого в совершении преступления. Все доказательства являются допустимыми, поскольку они добыты без нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, достоверными и относящимися к исследуемым событиям.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевшего, его законного представителя, свидетелей, которые последовательны, не имеют противоречий и взаимно дополняют друг друга. Стороной защиты и подсудимым не приведено данных о том, что у потерпевшего, его законного представителя и свидетелей имеются основания оговаривать подсудимого, не указано на обстоятельства, которые могли бы повлиять на объективность их показаний, не установлено таких обстоятельств и в ходе судебного разбирательства.

Каких-либо противоречий в приведенных доказательствах, имеющих существенное значение для выводов суда о виновности подсудимого, не установлено, содержащиеся сведения полностью согласуются между собой. Каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетелей, влияющих на правильность квалификации действий подсудимого, судом не установлено.

Таким образом, все доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства, проведённого в условиях состязательности, добыты в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, каких-либо данных, указывающих на дефектность тех или иных доказательств обвинения, суду не представлено.

Экспертизы № *** от 10.03.2025 и № *** от 04.10.2024 по настоящему делу назначены полномочным следователем с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, проведены в государственных судебно-экспертных учреждениях, лицами, имеющими необходимый практический опыт и стаж экспертной работы, на основании совокупности представленных материалов, выводы которых научно аргументированы, подробно мотивированы, основаны на представленных для исследования объективных данных и согласуются с другими представленными в деле доказательствами, поэтому суд считает выводы экспертов в заключениях по проведенным по делу судебным экспертизам объективными.

Квалификация экспертов сомнений у суда не вызывает, данные ими выводы научно обоснованы, понятны для толкования, не противоречивы и мотивированы, составлены на основе исследования объективных материалов дела. Содержание экспертных заключений полностью отвечает требованиям, предусмотренным ст. 204 УПК РФ и ст.25 Федерального закона РФ №73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Эксперты до проведения соответствующих исследований были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем имеются их подписи.

Оценивая заключение эксперта № *** от 02.12.2025, суд также приходит к выводу, что оно полностью соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ и ст.25 Федерального закона РФ №73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», выполнено компетентными экспертами, предупрежденными в установленном порядке об уголовной ответственности. В данном заключении в части медицинского исследования приведены методы и методики, которыми пользовались эксперты, в части автотехнического исследования приведен список литературы, в котором содержатся соответствующие методики. Экспертное заключение выполнено полно, последовательно и подробно отражает результаты произведенных исследований, содержит мотивированные и имеющие обоснование выводы. При этом указанное заключение согласуется с совокупностью иных представленных суду и являвшихся предметом исследования доказательств и соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Таким образом, суд признает заключения экспертиз № *** от 10.03.2025 и № *** от 04.10.2024, № *** от 02.12.2025 допустимыми доказательствами.

Факт управления ФИО1 автомобилем марки «--------------», государственный регистрационный знак ***, а также факт управления Р. А.А. велосипедом в период времени с 14 часов 00 минут до 14 часов 22 минут 08 августа 2024 года, их движение по улице ----------------- со стороны ул. ----------------- в направление ул. -----------------, как и факт дорожно-транспортного происшествия с участием автомобиля под управлением ФИО1 и велосипеда под управлением Р. А.А., сторонами не оспаривался.

В ходе выездного судебного заседания на место происшествия 11.08.2025 в дер. ----------------- ориентировочно на ул. ----------------- было установлено, что ширина проезжей части составляет 6,96 метров, по ходу движения в сторону ул. ----------------- ширина левой полосы движения составляет 3,52 м, ширина правой полосы движения составляет 3,46 м. Ширина обочины от края проезжей части до склона составляет 1 метр, при этом установлено, что данная обочина не приспособлена к проезду. Расстояние от момента торможения до полной остановки автомобиля марки «--------------» составило 33,83 м. Расстояние до тормозного пути, на котором водитель автомобиля посигналил велосипедисту, составило 80 м.

Механизм ДТП, приведенный в заключении экспертизы № -------------- от 02.12.2025, не вызывает у суда сомнений, поскольку он в целом согласуется с показаниями подсудимого, а также с иными доказательствами по делу, а именно протоколом осмотра места происшествия со схемой и фотографиями с места ДТП.

При таких обстоятельств, суд приходит к выводу, что автомобиль «--------------» и велосипедист двигались в попутном направлении. При выполнении велосипедистом маневра влево произошло столкновение с автомобилем «--------------», который осуществлял маневр его обгона. Водитель автомобиля «--------------» применил меры к торможению, в процессе движения совершил наезд на велосипедиста, после чего продолжил движение в заторможенном состоянии до конечного положения, с выездом в левый по ходу движения кювет и последующим наездом на дерево. Велосипед в конечном положении располагался под автомобилем.

Являясь участником дорожного движения, ФИО1 обязан знать и соблюдать требования Правил дорожного движения Российской Федерации, являющихся едиными для всех участников дорожного движения, и соблюдать относящиеся к нему требования Правил.

В соответствии с п. 1.2 ПДД РФ опасность для движения - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП.

В силу п. п. 6, 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», решая вопрос о виновности либо невиновности водителя в совершении дорожно-транспортного происшествия вследствие превышения скорости движения транспортного средства, следует исходить из требований пункта 10.1 Правил, в соответствии с которыми водитель должен вести его со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.

Исходя из этого при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Уголовная ответственность по статье 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

В данном случае для ФИО1, управляющего большегрузным транспортным средством на территории населенного пункта, в светлое время суток, момент опасности возник с момента появления в его поле зрения велосипедиста, двигающегося с изменением направления движения, что также для водителя должно было сигнализировать о необходимости повышенной внимательности при приближении к велосипедисту.

Сам ФИО1 пояснил, что он предупредил велосипедиста о своем приближении, подав звуковой сигнал, а затем стал принимать меры к объезду велосипедиста путем выезда на полосу встречного движения, с целью обеспечения безопасного бокового интервала.

Однако, принятые ФИО1 меры являлись недостаточными, избранная им скорость порядка 53 км/ч, которая согласуется с показаниями тахографа и не оспаривается самим подсудимым, не смогла обеспечить контроль за движением автомобиля в конкретных условиях, которые с достоверностью были ему известны, помешала ему предотвратить ДТП при наличии такой возможности, кроме того, он не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки, чтобы избежать столкновения с велосипедистом.

ФИО1 в рассматриваемой дорожной обстановке не проявил необходимой внимательности и предусмотрительности.

Из установленных обстоятельств ДТП следует, что обзорность водителя ФИО1 ничем не ограничивалась, в связи с чем он имел возможность своевременно увидеть потерпевшего и принять меры к предотвращению дорожно-транспортного происшествия.

Доводы подсудимого и стороны защиты о том, что причиной ДТП явилось несоблюдение потерпевшим Р. А.А., двигающимся на велосипеде и совершившим маневр поворота налево, Правил дорожного движения также являются несостоятельными и в данном случае ответственность лежит на водителе транспортного средства, поскольку он является водителем источника повышенной опасности и при должной наблюдательности мог бы избежать наезда на велосипедиста.

То обстоятельство, что ФИО1 имел техническую возможность предотвратить ДТП, подтверждается выводами экспертизы № *** от 10.03.2025, оснований сомневаться в объективности и достоверности которой у суда не имеется.

Эксперт И. Д.А. выводы вышеуказанной экспертизы в судебном заседании поддержал, ответив на дополнительные вопросы защитников.

Суд, между тем, исследовав и оценив всю совокупность представленных сторонами доказательств, исключает из объема предъявленного ФИО1 обвинения указание на то, что он в нарушение:

- п. 8.1 ПДД РФ при выполнении маневра обгона велосипедиста Р. А.А. создал опасность для его движения, а также помехи другим участникам дорожного движения;

- п. 9.10 ПДД РФ не соблюдал необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения велосипедиста Р. А.А.;

- п. 11.1 ПДД РФ не убедился в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения велосипедиста Р. А.А. и помех другим участникам дорожного движения.

Исключая из обвинения ФИО1 указание на нарушение им пунктов 8.1, 9.10, 11.1 ПДД РФ, суд исходит из того, что указанные пункты регламентируют начало движения, перестроение, расположение транспортных средств на проезжей части, и не состоят в прямой причинной связи с наступившими при ДТП последствиями, в связи с чем, по мнению суда, вменены излишне.

Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего дела не установлено, что ФИО1 при совершении маневра велосипедиста Р. А.А. допущено нарушение п. 8.1, 11.1 ПДД РФ, которые привели к ДТП, а также нарушение п. 9.10 ПДД РФ, поскольку как следует из судебной экспертизы наезд на велосипедиста пришелся в левую боковую поверхность.

При таких обстоятельствах суд полагает, необходимым исключить из обвинения, предъявленному ФИО1 указание на то, что им не соблюден необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, что не нарушает его право на защиту и не выходит за рамки предъявленного обвинения.

Учитывая, таким образом, что совокупностью исследованных по делу доказательств объективно и достоверно установлено, что автомобиль марки «--------------» до столкновения двигался в попутном с велосипедом Р. А.А. направлении, но с меньшей скоростью, и ФИО1 непосредственно до столкновения не нарушал перечисленные выше пункты ПДД РФ, суд считает необходимым уточнить в этой части обвинение ФИО1 указанием на это обстоятельство, что не изменяет фактических обстоятельств обвинения, не ухудшает положения ФИО1 и не нарушает его права на защиту.

Кроме того, оценивая действия потерпевшего Р. А.А., как установлено судом и подтверждается совокупностью доказательств исследованных в судебном заседании, что в сложившейся дорожной обстановке, с целью обеспечения безопасности движения, он должен был руководствоваться требованиями п. п. 8.1, 8.2, 11.3, 24.1, 24.2, 24.6^1 ПДД РФ.

В соответствии с положениями п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2008 № 25, если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные в статье 264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил (например, переход пешеходом проезжей части с нарушением требований пункта 4.3 Правил), эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание, за исключением случаев, когда водитель, виновный в совершении дорожно-транспортного происшествия, не выполнил свои обязанности по обеспечению безопасности пассажиров (пункт 2.1.2 Правил).

С учетом вышеизложенного, суд считает, что поскольку общественно-опасные последствия наступили не только в результате нарушения водителем ФИО1, правил дорожного движения, но и ввиду несоблюдения велосипедистом Р. А.А. требований п. п. 8.1, 8.2, 11.3, 24.1, 24.2, 24.6^1 ПДД РФ, указанное обстоятельство следует учесть как смягчающее наказание.

Таким образом, анализ исследованных в судебном заседании с точки зрения относимости, допустимости, достоверности собранных и проверенных по делу доказательств в их совокупности, приводит суд к убеждению, что вина подсудимого ФИО1, в совершении инкриминируемого ему деяния установлена и доказана полностью, собранные по делу доказательства согласуются между собой, указанными доказательствами, установлен факт (событие) дорожно-транспортного происшествия с участием водителя ФИО1 и велосипедиста Р. А.А., в результате которого велосипедисту причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий опасный для жизни человека вред здоровью, установлена причинно-следственная связь между действиями водителя ФИО1, выразившимися в нарушении п. 10.1 ПДД РФ и наступлением общественно-опасных последствий в виде тяжкого опасного вреда здоровью велосипедиста Р. А.А.

Доводы подсудимого и его защиты о том, что наезд на велосипедиста произошел в связи с нарушением последним ПДД, согласуются с правом ФИО1 на защиту, однако не могут служить основанием для признания его невиновности в совершении вменяемого преступления.

В обоснование доводов о невиновности ФИО1 в совершении преступления защитниками представлено экспертное заключение № *** от 30 июля 2025 года, из которого следует, что водитель велосипеда должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 8.5, 9.10, 11.3 ПДД РФ; водитель автомобиля «--------------» в рассматриваемой ситуации с момента возникновения у него опасности для движения (с момента начала движения велосипедиста «в опасном направлении») должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 ч. 2 ПДД РФ; водитель автомобиля «--------------» не располагал технической возможностью предотвратить наезд на велосипедиста; у водителя велосипеда возможность предотвратить ДТП зависела от выполнения им требований, указанных в исследовательской части пунктов Правил; в данном случае, с технической точки зрения, у водителя автомобиля «--------------» опасность для движения возникает тогда, когда водитель велосипеда, продолжая движение без остановки, начинает менять направление влево для поворота, в сторону производящего обгон автомобиля «--------------» (т.3, л.д. 48-60).

Специалист К. А.В., проводивший вышеуказанное исследование, в судебном заседании показал, что если при производстве экспертизы эксперт производит расчеты при моделировании дорожно-транспортной ситуации, то эксперт автоматически оценивает дорожно-транспортную ситуацию и использует момент возникновения опасности. Водитель впереди двигающегося транспортного средства среагировал на сигнал автомобиля, движущегося позади, принял вправо, то есть уступил дорогу водителю для совершения им маневра обгона, в данном случае нет каких-либо признаков, которые могли бы запретить обгон, то есть опасность для водителя автомобиля исчезла.

В данном случае дистанция бокового интервала между водителем автомобиля и велосипедиста составляет 2,9 м вполне достаточный боковой интервал для того, чтобы обогнать одному транспортному средству другое.

Сама по себе ситуация состоит из движения автомобиля и велосипеда параллельно, между ними существует определенный боковой интервал, они друг друга не касаются, проезжают мимо друг друга, и такая дорожно-транспортная ситуация разрешается обычным путем. Как только направление движения одного из водителей изменяется, возникает опасность, что приводит к ДТП. В данном случае водитель автомобиля «--------------» выходит на полосу встречного движения, совершает перестроения и двигается прямолинейно, а в этот момент велосипедист поворачивает влево. Эта точка описывается в заключении согласно методике.

Опасность у водителя автомобиля марки «--------------» для движения возникает тогда, когда водитель велосипеда, продолжая движение без остановки, начинает изменять направление влево для поворота в сторону производящего обгон автомобиля марки «--------------». Величина полного остановочного времени, необходимого автомобилю марки «--------------» для полной остановки, составляет 3,5 сек. со скорости 53 км/ч. Согласно сведениям тахографа, когда происходит снижение скорости автомобиля до 51 км/ч, водитель начинает обгон велосипеда, начинает увеличивать скорость движения: 52 км/ч, 53 км/ч. И дальше, как анализирует специалист тахографа, водитель начинает снижать скорость, и при скорости 24 км/ч происходит наезд, то есть контакт с велосипедом. В данном случае, 53 км/ч - это критическая скорость, именно с нее начинается непосредственное затормаживание. Если 53 км/ч откинуть на 1,18 сек назад, то будет скорость 52 км/ч, именно с неё нужно производить расчет.

Согласно методике определять расстояние движения транспортного средства в опасном направлении не обязательно. Когда время движения объекта в опасном направлении мало, то используется время движения.

При проведении данной экспертизы он руководствовался положениями Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Оценивая представленное экспертное заключение№ *** от 30 июля 2025 года и пояснения К. А.В., данные им в ходе судебного следствия, суд учитывает следующее.

Перечень доказательств, используемых по уголовному делу, указан в части 2 статьи 74 УПК РФ, в соответствии с пунктом 3 которой в качестве доказательства допускаются заключение и показания эксперта.

Представленное суду заключение эксперта проведено лицом, имеющим соответствующую квалификацию, стаж, опыт работы, его выводы сделаны на основании необходимых исследований, при использовании соответствующих методик, с учетом действующих нормативных актов, само заключение составлено и оформлено должным образом, в соответствии с требованиями ч.3 ст. 80 УПК РФ, содержит необходимые атрибуты, поэтому оснований для сомнений в компетентности специалиста не имеется.

При этом суд учитывает, что заключения и показания экспертов в соответствии п. 3 ч. 2 ст. 74 УПК РФ являются самостоятельными источниками доказательств и оцениваются в совокупности с другими доказательствами по делу, исследованными в судебном заседании.

Между тем, суд принимает во внимание, что в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством стороны могут самостоятельно представлять в качестве доказательств только заключения специалистов, поскольку возможностью проведения экспертизы на стадии судебного разбирательства наделен только суд.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде общей инстанции общий порядок судопроизводства», исходя из положений ст. 58 и ч.3 ст. 80 УПК РФ специалист может привлекаться к участию в судебном разбирательстве для оказания содействия сторонам и суду в осмотре предметов и документов, применении технических средств, для постановки вопросов эксперту, а также разъяснений вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Специалист высказывает свое суждение по заданным ему вопросам как в устном виде, что отражается в протоколе судебного заседания, так и в виде заключения, которое приобщается к материалам дела. При этом заключение специалиста не может подменять заключение эксперта, если оно требуется по делу.

Из разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», следует, что судебная экспертиза проводится для разрешения возникших в ходе судебного разбирательства вопросов путем проведения исследования с использованием специальных знаний в науке, технике, искусстве или ремесле. Если же проведение исследования не требуется, то возможно привлечение к участию в судебном разбирательстве специалиста в порядке, предусмотренном ч.3 и ч. 4 ст. 80 УПК РФ.

На основании ч.1 ст. 195 УПК РФ признав необходимым назначение судебной экспертизы, следователь выносит об этом постановление.

В силу ч.1 ст. 283 УПК РФ по ходатайству сторон или по собственной инициативе суд может назначить судебную экспертизу.

Таким образом, уголовно-процессуальным законодательством предусмотрен особый процессуальный порядок назначения экспертизы, в соответствии с которым она может назначаться только на основании постановления должностных лиц либо суда.

С учетом приведенных обстоятельств суд признает экспертное заключение № *** от 30 июля 2025 года недопустимым доказательством.

Суд не соглашается с пояснениями специалиста К. А.В., поскольку сделанные им суждения об отсутствии технической возможности у ФИО1 избежать наезда на велосипедиста Р. А.А. основаны на моменте возникновения опасности, когда водитель велосипеда, продолжая движение без остановки, начинает изменять направление влево для поворота в сторону производящего обгон автомобиля марки «--------------», в то время, как суд пришел к выводу о том, что момент возникновения опасности возник с момента появления в его поле зрения велосипедиста.

В соответствии с п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2010 № 28 заключение эксперта не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все они, оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами.

Суд критически оценивает показания К. А.В., который был допрошен в суде о том, что водитель автомобиля ФИО1, не имел технической возможности избежать наезда на велосипедиста Р. А.А., поскольку в судебном заседании специалист пояснил, что за основу данных выводов им были взяты данные о возникновении опасности по его собственной инициативе. Кроме того, указанные показания специалиста К. А.В. не согласуются с иными доказательствами по делу.

Также сторона защиты в обоснование невиновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, ссылается на протокол следственного эксперимента от 24.10.2024, фототаблицу к нему, в ходе которого на месте происшествия ФИО1 указал, что двигался от ул. ----------------- в направлении ул. -----------------. Он увидел, как по проезжей части по его полосе движения в попутном направлении движется велосипедист, ФИО1 уточнил, что велосипедист двигался хаотично - виляя из стороны в сторону (от правого края проезжей части до середины проезжей части). Также ФИО1 уточнил, что визуально, он не определял данного юношу как несовершеннолетнего, поскольку у него было крупное телосложение. После этого ФИО1 подал звуковой сигнал автомобилем (в ходе следственного эксперимента ФИО1 продемонстрировал, что указанный звуковой сигнал исправен и уровень громкости указанного звукового сигнала достаточный). После этого ФИО1 пояснил, что после подачи звукового сигнала, велосипедист прижался к правому краю проезжей части (по ходу производства эксперимента) и продолжил движение в прямом направлении. Далее ФИО1 указал расстояние от управляемого автомобиля до велосипедиста, на котором он подал звуковой сигнал, для этого он первоначально удалил велосипед «--------------» от ----------------- в направлении ул. ----------------- на расстояние 24,5 метров (до задней оси велосипеда), после чего в том же направлении отдалил управляемый им автомобиль марки «--------------» государственный регистрационный знак «***» на расстояние 55,6 метров (от задней оси велосипеда до передней оси указанного автомобиля). Далее, исходя из материалов настоящего уголовного дела, было установлено начало следа торможения автомобиля марки «--------------» государственный регистрационный знак «***» (указанный след торможения виден в ходе проведения настоящего эксперимента), где был выставлен дорожный конус. После этого ФИО1 пояснил, что приближаясь к д.-----------------, он включил указатель левого поворота, чтобы приступить к маневру обгона и объехать указанного велосипедиста, как вдруг в момент начала обгона ранее указанный велосипедист, двигаясь у правого края проезжей части, резко повернул руль влево и начал стремительно смещаться к середине проезжей части. После этого ФИО1 прибегнул к экстренному торможению, продолжая смещаться на полосу для встречного движения, но столкновения избежать не удалось (т.1, л.д.210-221);

а также на заключение эксперта № *** от 10.01.2025, согласно которому:

- в данной дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения водитель велосипеда марки «--------------» Р. А.А. должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 1.5, 8.1, 8.2, 24.1, 24.2, 24.6^1 ПДД РФ;

- в данной дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения водитель автомобиля марки «--------------», государственный регистрационный знак *** ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 8.1, 8.2, 9.10, 10.1 ПДД РФ;

- при заданном моменте опасности на расстоянии 55.6 метров водитель автомобиля марки «--------------», государственный регистрационный знак *** ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить ДТП, а при моменте опасности, возникающем с полученного времени движения велосипедиста в опасном направлении 1,18 секунд, водитель автомобиля марки «--------------», государственный регистрационный знак ***», не располагал технической возможностью предотвратить наезд (т.1, л.д.229-235).

Оценивая представленный стороной защиты протокол следственного эксперимента от 24.10.2024, суд приходит к выводу, что он в целом соответствует требованиям ст. 181 УПК РФ, в ходе его проведения ФИО1 давал пояснения, которые по большей своей части согласуются с его показаниями, данными в суде, а потому суд признает данное доказательство в качестве допустимого.

Между тем, с учетом вышеустановленных обстоятельств суд критически относится к заключению экспертизы № *** от 10.01.2025, поскольку при ее проведении использовался неверный момент возникновения опасности. Так, следователь указал, что момент возникновения опасности следует считать как с момента обнаружения водителем велосипедиста, который начинает маневрировать в его полосе движения, так и с учетом времени движения велосипедиста в опасном направлении 1,18 секунд.

Таким образом, анализ исследованных в судебном заседании с точки зрения относимости, допустимости, достоверности собранных и проверенных по делу доказательств в их совокупности, приводит суд к убеждению, что вина подсудимого ФИО1, в совершении инкриминируемого ему деяния установлена и доказана полностью, собранные по делу доказательства согласуются между собой, указанными доказательствами, установлен факт (событие) дорожно-транспортного происшествия с участием водителя ФИО1, и велосипедиста Р. А.А., в результате которого последнему причинен тяжкий вред здоровью, установлена причинно-следственная связь между действиями водителя ФИО1, выразившимися в нарушении им п. 8.2, абз.2 п. 10.1 ПДД РФ и наступлением общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью велосипедисту Р. А.А.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ст. 264 ч.1 УК РФ, поскольку он совершилнарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

ФИО1 на учёте у психиатра не состоит (т.2, л.д.95), на лечении в ГБУЗ ПО «Псковский областной клинический центр психиатрии и наркологии» не находился (т.2, л.д.94), поведение подсудимого не вызвало у суда сомнений в его психической полноценности, поэтому суд признает его вменяемым в отношении инкриминируемого деяния, в связи с чем он подлежит уголовной ответственности и назначению наказания за содеянное.

При назначении наказания в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, фактические обстоятельства совершенного преступления, данные о личности подсудимого, а также обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

ФИО1 впервые по неосторожности совершил преступление небольшой тяжести, свою вину не признал, мер к добровольному заглаживанию вреда, причиненного несовершеннолетнему потерпевшему Р. А.А., не предпринял, о своем раскаянии в содеянном не заявил.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает наличие у него малолетнего ребенка **.**.**** года рождения, а также на основании ч.2 ст. 61 УК РФ наличие статуса «ветеран боевых действий, несоблюдение потерпевшим - велосипедистом Р. А.А. требования пунктов 8.1, 8.2, 11.3, 24.1, 242.2, 24.6^1 ПДД РФ, в результате которых также наступили общественно-опасные последствия.

Исключительных обстоятельств, которые бы были связаны с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновного, его поведением до и после его совершения, а равно и иные обстоятельства, которые могли бы существенно уменьшить степень общественной опасности совершенного деяния, и позволяли бы назначить подсудимому наказание с учетом положений ст. 64 УК РФ, суд не находит.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

Суд также при назначении наказания учитывает, что подсудимый у врача-нарколога на учете не состоит (т.2, л.д.95), является самозанятым в области грузоперевозок (т.2, л.д.48), по месту жительства характеризуется удовлетворительно, что подтверждается справкой-характеристикой, выданной ст. УУП ОП №1 УМВД России по городу Пскову П. Л.Ю. (т.2, л.д.126), к административной ответственности за нарушение общественного порядка не привлекался (т.2, л.д.128), неоднократно был привлечен к административной ответственности по линии ГИБДД по ч. 1 ст. 12.16, ч. 2 ст. 12.9, ч. 2 ст. 12.10 КоАП РФ (т.2, л.д. 108-116), является ветераном боевых действий, принимал участие в боевых действиях на территории Северо-Кавказского региона в период с 08.10.2001 по 12.05.2002 (т.2, л.д.77, 78-92).

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, наличия совокупности смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, данных о личности подсудимого ФИО1, его образе жизни, конкретных обстоятельствах совершенного преступления, учитывая положения ч. 1 ст. 56 УК РФ о недопустимости назначения наказания в виде лишения свободы лицу, совершившему преступление небольшой тяжести впервые при отсутствии отягчающих обстоятельств, а также исходя из достижения целей наказания, суд приходит к выводу о том, что цели восстановления социальной справедливости, исправления ФИО1 и предупреждения совершения им новых преступлений, могут быть достигнуты путем назначения наказания в виде ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанностей, способствующих исправлению виновного.

Препятствий, предусмотренных ч. 6 ст. 53 УК РФ, для назначения ФИО1 наказания в виде ограничения свободы не имеется.

Санкция ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы не предусматривает дополнительное наказание.

Вместе с тем в силу ч.3 ст. 47 УПК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

В силу разъяснений, данных в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления.При учете характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред.

Степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, от вида умысла (прямой или косвенный) либо неосторожности (легкомыслие или небрежность). Обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание (статьи 61 и 63 УК РФ) и относящиеся к совершенному преступлению (например, совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания, особо активная роль в совершении преступления), также учитываются при определении степени общественной опасности преступления (абз.4 п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58).

В абзаце 3 п. 10 постановления Пленума Верховного Суда России от 22.12.2015 № 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" разъяснено, что если санкция соответствующей статьи предусматривает лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного наказания только к отдельным видам основного наказания, то в случае назначения другого вида основного наказания такое дополнительное наказание может быть применено на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда России, изложенными в п. 12 постановления от 09.12.2008 № 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", суд вправе назначить дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью по ч. 1 ст. 264 УК РФ как осужденному к ограничению свободы, но со ссылкой на ч. 3 ст. 47 УК РФ.

Таким образом, несмотря на неосторожный характер совершенного преступления, допущенные ФИО1 нарушения ПДД РФ, состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, являются грубыми, что значительно повышает общественную опасность содеянного, в связи с чем суд, руководствуясь ч. 3 ст. 47 УК РФ приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ, в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, срок которого, учитывая наличие смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, не должен быть максимальным.

Поскольку подсудимому назначается менее строгий вид наказания, предусмотренный санкцией статьи, законных оснований для применения положения ч.1 ст. 62 УК РФ суд не усматривает.

Суд не входит в обсуждение вопроса об изменении категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, поскольку совершенное преступление относится к категории небольшой тяжести.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания и освобождения ФИО1 от наказания также не имеется.

По настоящему уголовному делу ФИО1 в порядке ст.91 УПК РФ не задерживался и под стражей в порядке ст.108 УПК РФ не содержался, избранная в отношении него мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит отмене по вступлению приговора в законную силу.

Законным представителем несовершеннолетнего потерпевшего Р. А.А. - гражданским истцом Е. Н.В. заявлен гражданский иск, уточненный в ходе судебного разбирательства, о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда в пользу её сына Р. А.А. в размере 500 000 рублей.

По смыслу положений пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении.

Как установлено из представленных доказательств, ФИО1 являлся собственником транспортного средства «--------------», г.р.з. ***, на момент рассматриваемого события, является лицом виновным в совершенном преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 264 УК РФ, а потому обязанность по возмещению компенсации морального вреда судом возлагается именно на него.

В ходе рассмотрения дела установлено, что страховой компанией представителю потерпевшего Е. Н.В. произведена выплата страховой суммы в качестве возмещения вреда здоровью, причиненного в результате ДТП Р. А.А., в размере 500 000 рублей (т.3, л.д. 39).

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" судам следует принимать во внимание, что страховые выплаты, произведенные на основании Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" в счет возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, в силу подпункта "б" пункта 2 статьи 6 данного федерального закона, которым наступление гражданской ответственности вследствие причинения владельцем транспортного средства морального вреда не отнесено к страховому риску по обязательному страхованию, не учитываются при определении размера компенсации морального вреда, взыскиваемой в пользу потерпевшего с владельца источника повышенной опасности, участвовавшего в происшествии.

При таких обстоятельствах, сумма выплаты, произведенной представителю потерпевшего страховой компанией, при определении размера компенсации морального вреда правового значения не имеет.

Из разъяснений, указанных в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», следует, что при разрешении по уголовному делу иска о компенсации потерпевшему причиненного ему преступлением морального вреда, суд руководствуется положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и (или) нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Исковые требования от имени пострадавшего в ДТП сына являются законными и обоснованными, поскольку он испытывает нравственные страдания в связи с причиненными ему телесными повреждениями.

Согласно ст.151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень вины ФИО1, его материальное положение, состояние здоровья, физические и нравственные страдания потерпевшего, причиненные подсудимым в результате совершения преступления.

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь приведенными выше нормами закона, а также положениями ст.1101 ГК РФ о разумности и справедливости заявленных требований, учитывая имущественное положение подсудимого, нравственные страдания несовершеннолетнего потерпевшего Р. А.А., причиненные в результате ДТП, необходимость прохождения дальнейших реабилитационных действий, в том числе, психологических консультаций, суд удовлетворяет заявленные исковые требования в полном объеме в размере 500 000 рублей в пользу несовершеннолетнего потерпевшего Р. А.А.

Процессуальных издержек по уголовному делу не имеется.

При решении вопроса о мере процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество, суд учитывает, что постановлением Псковского городского суда от 19 марта 2025 года (т.2, л.д.63-64, 65, 66-69) по ходатайству следователя на автомобили марок: «--------------», 2006 года выпуска, государственный регистрационный знак ***, VIN: ***; «--------------», 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак: ***, VIN: ***; «--------------», 2005 года выпуска, государственный регистрационный знак: ***, VIN: ***, принадлежащие ФИО1, наложен арест, который подлежит сохранению до исполнения приговора в части гражданского иска.

Разрешая судьбу вещественных доказательств, суд учитывает положения п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, и приходит к выводу, что велосипед марки «--------------», номер рамы «***», переданный на ответственное хранение Е. Н.В., тахограф марки «Меркурий ТА-001» «АВЛГ 816.00.00-75», заводской номер - «***»; карту водителя на имя ФИО1, переданные на ответственное хранение ФИО1, необходимо передать по принадлежности собственникам Е. Н.В. и ФИО1 соответственно.

Руководствуясь ст. ст. 307- 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказаниев виде ограничения свободы на срок 01 (один) год 06 (шесть) месяцевс лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением всеми видами механических транспортных средств сроком 01 (один) год 06 (шесть) месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 Уголовного кодекса Российской Федерации установить ФИО1 ограничение не менять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории муниципальных образований «-----------------» и «-----------------» Псковской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО1 обязанность являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 отменить по вступлении приговора в законную силу.

На основании ч. 4 ст. 47 УК РФ срок назначенного ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением всеми видами механических транспортных средств, исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск представителя потерпевшего несовершеннолетнего Р. А.А. удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу несовершеннолетнего Р.А.А. в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

По вступлении приговора в законную силу арест, наложенный на основании постановления Псковского городского суда Псковской области от 19.03.2025 на автомобили марок: «--------------», 2006 года выпуска, государственный регистрационный знак ***, VIN: ***; «--------------», 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак: ***, VIN: ***; «--------------», 2005 года выпуска, государственный регистрационный знак: ***, VIN: ***, принадлежащие ФИО1, сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска, после чего арест снять.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу: - велосипед марки «--------------», номер рамы «***», переданный на ответственное хранение Е. Н.В., оставить в ее распоряжении;

- тахограф марки «Меркурий ТА-001» «АВЛГ 816.00.00-75», заводской номер - «***»; карту водителя на имя ФИО1, переданные на ответственное хранение ФИО1, оставить в его распоряжении.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке, установленном главой 45.1 УПК РФ, и с соблюдением требований статей 389.5 и 389.6 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Псковского областного суда в течение пятнадцати суток со дня его провозглашения через Псковский районный суд.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а если дело подлежит рассмотрению по представлению прокурора или по жалобе другого лица, то в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу или представление, а также поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Апелляцион. постановлением от 29.04.2026 приговор оставлен без изменений. Вступил в силу 29.04.2026

Председательствующий Е.И. Хатулева