Судья Борисов Д.Н. Дело № 22-2231/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 21 декабря 2020 года

Судья Томского областного суда Архипов А.В.,

при секретаре Караевой П.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по апелляционной жалобе адвоката Миллера А.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Октябрьского районного суда г. Томска от 11 сентября 2020 года, которым

ФИО1, /__/, 

осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Срок наказания постановлено исчислять со дня прибытия ФИО1 в колонию-поселение, куда ему надлежит следовать под конвоем.

На основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, время содержания ФИО1 под стражей в период с 16.01.2020 по 13.03.2020 и с 30.03.2020 до дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

Зачтено в срок лишения свободы время следования ФИО1 из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области к месту отбывания наказания под конвоем, из расчета один день следования за один день лишения свободы.

Взыскано с ФИО1 в пользу Т., в счет возмещения морального вреда 10000 рублей.

Заслушав выступление осужденного ФИО1 его адвоката Миллера А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Тивякова А.В., просившего приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции 

установил:

ФИО1 признан виновным в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Преступление совершено 24.12.2019 в г. Томске при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершенном преступлении не признал. 

В апелляционной жалобе адвокат Миллер А.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором, в связи с нарушениями конституционных и конвенционных прав обвиняемого на стадии досудебного и судебного производства, а равно причине несоответствия приговора требованиям процессуального закона, предъявляемым к судебному акту как акту правосудия. Считает, что дело было рассмотрено в незаконном составе суда. Так, при формировании состава суда для рассмотрения материалов данного дела не использовалась автоматизированная информационная система - судом не было обеспечено исполнение императивной нормы ч. 1 ст. 30 УПК РФ, в связи с чем были нарушены и нормы ч. 1 ст. 47 Конституции РФ, п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Также считает, что помимо факта нарушения требований к формированию состава суда, в состав суда вошли заинтересованные в исходе дела лица. Дело было рассмотрено не беспристрастным судом, поскольку судья грубо нарушая закон, задавал свидетелям наводящие вопросы, постановкой одних и тех же вопросов многократно осуществлял давление на свидетелей, проявлял неуважение к стороне защиты, а в итоге им было допущено нарушение тайны совещания. Кроме того суд первой инстанции фактически не рассмотрел по существу ходатайства стороны защиты об исключении доказательств, возвращении уголовного дела прокурора в порядке ст. 237 УПК РФ и не были рассмотрены по существу все иные доводы стороны защиты. В основу приговора положены недопустимые доказательства, а именно было нарушено конвенционное право подсудимого, что выразилось в непредставлении подсудимому надлежащей и достаточной возможности оспорить показания свидетелей со стороны обвинения, в частности, показания свидетелей, послужившие основанием для первоначального и последующего предъявления обвинения на досудебной стадии - суд отказал в вызове и допросе свидетелей. Суд не дал возможности стороне защиты представить свои доказательства. Немотивированно отказал в удовлетворении ходатайств о назначении повторной судебной медицинской экспертизы, отказал в истребовании видеоматериалов, документов, которые могли подтвердить версию подсудимого об оговоре его потерпевшим. Показания свидетелей обвинения являются противоречивыми. Противоречия в показаниях свидетелей обвинения устранены не были. Гражданский иск был принят к производству с нарушением требований процессуального закона и удовлетворен в условиях отсутствие доказательств о степени нравственных страданий потерпевшего. Просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда со стадии предварительного слушания для рассмотрения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Баржина Г.А. опровергает доводы жалобы, считает необходимым приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, а также возражения на нее суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения приговора суда. 

Вопреки утверждению стороны защиты, выводы суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Несмотря на избранную позицию осужденного ФИО1, вина последнего подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании. 

Так, из показаний потерпевшего Т. следует, что 24.12.2019 он в составе оперативной группы проследовал в складское помещение, расположенное по /__/ в /__/, где по имеющейся информации хранилась не сертифицированная алкогольная продукция. В данном помещении кроме прочих находился ФИО1, который попытался скрыться. Когда он (Т.) попытался задержать ФИО1, последний применил к нему насилие – ударил в правое плечо, а когда он (Т.) схватил его за крутку, то ФИО1 ударил его несколько раз по кистям рук. Далее ФИО1 упал на крыльцо складского помещения, но, лежа на спине, не менее трех раз ногами нанес ему удары по ногам, от чего он (Т.) упал на ФИО1, не давал ему вырваться, и в этот момент Васильев вновь, не менее двух раз, ударил его кулаком в область затылка. В результате указанных действий ФИО1 у него образовались многочисленные телесные повреждения на руках и ногах. ФИО1 было известно о том, что он является сотрудником полиции, так как перед началом обыска он (Т.) и другие члены следственно-оперативной группы представились и предъявили служебные удостоверения, кроме того он в 2016 г. принимал участие в задержании ФИО1.

Показания потерпевшего Т. полностью подтвердили свидетели З. и Ц., являвшиеся очевидцами указанных событий.

Кроме того, вина осужденного подтверждается иными письменными доказательствами по делу, в частности: копией постановления следователя З., о производстве 24.12.2019 обыска в нежилом помещении по адресу: /__/, с целью обнаружения и изъятия алкогольной и спиртосодержащей продукции; выписками из приказа от 23.12.2019 № 525 л/с и должностного регламента на Т.; протоколом осмотра участка местности, расположенного перед воротами складского помещения по адресу: /__/, в ходе которого была зафиксирована общая обстановка; протоколами выемки у Т. и З. сотовых телефонов; копией протокола обыска от 24.12.2019 нежилом помещении по адресу: /__/; копией рапорта врио начальника СО ОМВД России по Ленинскому району г. Томска о привлечении 24.12.2019 оперуполномоченного Т. к участию в проведении обыска по указанному выше адресу; заключением эксперта № 104 от 17.01.2020, согласно которому у Т. имелись повреждения в виде ссадин, давность которых не исключается 24.12.2019, иными материалами дела. 

Каких-либо противоречий в исследованных и положенных судом в основу приговора доказательствах, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного в совершении им преступления и позволили усомниться в его виновности, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Все положенную в основу приговора доказательства являются допустимыми, т.к. получены в соответствии с требованиями УПК РФ. Вопреки утверждению стороны защиты, копия рапорта врио начальника СО ОМВД России по Ленинскому району г. Томска о привлечении 24.12.2019 оперуполномоченного Т. к участию в проведении обыска (Том №1 л.д. 206) была приобщена к делу в соответствии с действующим законодательством. Как и иные копии из материалов уголовного дела №11901690023002342, в рамках которого производился 24.12.2019 обыск по указанному адресу, были приобщены к материалам дела на основании запроса следователя (том №1 л.д.194). Копия рапорта надлежащим образом заверена, она отвечает всем признакам доказательства, предусмотренного п.6 ч.2 ст. 74 УПК РФ.

Всесторонний анализ и основанная на законе оценка совокупности исследованных в судебном заседании доказательств с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства содеянного ФИО1 

Версия осужденного о его оговоре сотрудниками полиции была проверена судом и обоснованно отвергнута. Она полностью опровергается доказательствами, приведенными выше. Доказательств, подтверждающих неприязненные отношения между осужденным, потерпевшим и свидетелями обвинения, а равно наличие каких-либо причин для его оговора в материалах дела не имеется. Не приведены они и в апелляционной жалобе.

Несогласие защитника осужденного с показаниями свидетелей и положенными в основу приговора доказательствами, как и с приведенной в приговоре их оценкой не может свидетельствовать о недоказанности виновности ФИО1 в инкриминированных ему деяниях.

Представленные суду апелляционной инстанции стороной защиты доказательства, в том числе замечание к протоколу обыска, заявленные защитником Миллером А.В. следователю, не опровергают приведенных выше доказательств. В большей части замечания к протоколу обыска содержат возражения защитника относительно законности порядка проведения обыска, что к настоящему уголовному делу не относится, однако кроме прочего в замечаниях на стр.4 отражено заявление защитника о том, что к ФИО1 сотрудниками полиции применялась физическая сила и наручники. Данное заявление, по мнению судебной коллегии, подтверждает показания потерпевшего и вышеуказанных свидетелей о наличии конфликтной ситуации в ходе проведения обыска с участием ФИО1

Применяя насилие к Т., ФИО1 в состоянии необходимой обороны не находился. Из материалов дела следует, что ФИО1 был обнаружен сотрудниками полиции в момент обыска на складе, на котором находилась большая партия алкогольной продукции, имевшая признаки контрафактности. Ранее ФИО1 был привлечен к уголовной ответственности за незаконные действия с контрафактным алкоголем. Будучи обнаруженным сотрудниками полиции, ФИО1 попытался скрыться и применил насилие к оперативному уполномоченному Т. в тот момент, когда Т. пытался его задержать, т.е. действовал правомерно. Правомерность действий Т. подтверждается кроме прочего постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 21.05.2020, вынесенным по факту применения физической силы к ФИО1 в ходе обыска 24.12.2019 (том №3 л.д.125-127).

Действия ФИО1 были верно квалифицированы по ч.1 ст. 318 УК РФ.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении норм уголовно-процессуального законодательства, Конституции РФ и Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод являются несостоятельными. 

Утверждение стороны защиты о том, что дело было рассмотрено незаконным составом суда, не соответствует действительности. Из материалов дела следует, что ФИО1 заявил ходатайство о рассмотрении дела судьей единолично. Положения ст. 30 УПК РФ в этой части соблюдены. Вопреки утверждению защитника, при формировании состава суда для рассмотрения материалов данного дела использовалась автоматизированная информационная система, что подтверждается в частности ответом и.о. председателя Октябрьского районного суда г. Томска от 13.05.2020 №5 на обращение защитника Миллера А.В., представленного суду апелляционной инстанции стороной защиты.

Вопреки утверждению стороны защиты, судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, суд первой инстанции сторонам создал необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, которыми они реально воспользовались.

Сведений о том, что судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

Утверждение стороны защиты о том, что судья задавал свидетелям наводящие вопросы, постановкой одних и тех же вопросов многократно осуществлял давление на свидетелей, не подтверждается протоколом судебного заседания. 

Из протокола судебного заседания усматривается, что все представленные сторонами доказательства были исследованы, а заявленные ходатайства, в том числе о назначении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы, истребовании видеоматериалов, документов, разрешены после выяснения мнений участников судебного разбирательства и исследования фактических обстоятельств дела, касающихся этих вопросов. Ходатайство стороны защиты о возвращении дела прокурору было рассмотрено судом на предварительном слушании и разрешено в установленном порядке (том №2 л.д.146-147). Решения суда первой инстанции по ходатайствам стороны защиты, по мнению суда апелляционной инстанции, являются верными. 

В приговоре дана оценка всем исследованным доказательствам, как в отдельности, так и в совокупности, указано, какие из них суд положил в его основу, а какие отверг, приведены убедительные мотивы принятых решений, с которыми суд апелляционной инстанции полагает необходимым согласиться.

Довод стороны защиты о нарушении судом тайны совещательной комнаты при постановлении приговора суд апелляционной инстанции признает несостоятельным. Данное утверждение не подтверждается материалами настоящего дела, в том числе протоколом судебного заседания, из которого не следует, что судья отлучался из совещательной комнаты или, что в совещательную комнату кто-либо входил или иным образом воздействовал на судью. Представленные стороной защиты суду апелляционной инстанции в подтверждение указанного заявления материалы в действительности данное заявление не подтверждают. И в заявлении, написанном защитником Миллером А.В. на обратной стороне расписки о вручении копии приговора (том №4 л.д.143), и в представленных распечатках скрин-шотов имеются сведения об общении адвоката Миллера А.В. с П. Содержание переписки указанных лиц, по мнению суда апелляционной инстанции, не может расцениваться как доказательство нарушения тайны совещательной комнаты. Из представленных скрин-шотов не ясно, какие события обсуждаются и о ком идет речь. Утверждение защитника Миллера А.В. о том, что он видел П. выходящим из совещательной комнаты судьи голословно. Оно опровергается заявлением самого Миллера А.В. (том №4 л.д.143), в котором он ни о чем подобном не сообщал, указав лишь на получение им сведений о нарушении тайны совещательной комнаты по телефону. 

Наказание было назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ. Все имеющие значение для назначения наказания обстоятельства были установлены судом верно. Выводы суда о невозможности применения в данном случае положений ч.6 ст. 15, ст. 53.1, 62, 64 и 73 УК РФ подробно аргументированы приговоре. Данные выводы, по мнению суда апелляционной инстанции, являются верными. 

Гражданский иск потерпевшего Т. судом первой инстанции разрешен правильно. Исковые требования вытекали из данного уголовного дела и были заявлены в порядке, предусмотренном ст. 44 УПК РФ. Мотивы принятого судом решения в части размера денежной суммы, подлежащей взысканию с осужденного, в счет возмещения морального вреда в приговоре приведены.

Указанный размер определен исходя из фактических обстоятельств, при которых он был причинен, на основе принципов разумности и справедливости, а также степени вины причинителя вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и характера причиненных ему нравственных страданий, что в полной мере соответствует требованиям ст. ст. 151, 1101 ГК РФ.

Вопросы о судьбе вещественных доказательств по делу решены верно.

Каких-либо нарушений норм УПК РФ, а также нарушений прав, предусмотренных Конституцией РФ и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, которые повлияли бы на выводы суда о виновности осужденного и послужили основанием для отмены или изменения приговора суда, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства не допущено.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает приговор суда справедливым, законным и обоснованным, а доводы апелляционной жалобы - несостоятельными.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Октябрьского районного суда г. Томска от 11 сентября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ. 

Судья