Дело № 2-14/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 июня 2018 года с. Павловск

Павловский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Кречетовой О.А.,

при секретаре Бекметовой Ю.Ю.,

с участием: прокурора Малых О.А., представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО2- ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Павловского района в интересах ФИО6, ФИО7 к ФИО2, ФИО4 о взыскании ущерба, причиненного пожаром,

У С Т А Н О В И Л:

Прокурор Павловского района обратился в суд в интересах ФИО6, ФИО7 с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, с учетом уточнения требований просил взыскать 1640015 руб., ссылаясь на то, что 22.04.2017 в 04:20 час. произошло возгорание мастерской на земельном участке ФИО2 по адресу: 

<

адрес>, вследствие чего огонь перекинулся на надворные постройки и жилой дом истцов Майер по адресу: 

<

адрес>, которые были уничтожены огнем. Очаг пожара находился в периметре строения мастерской, пристроенной ФИО2 к гаражу, причинами возникновения пожара могли послужить возгорание горючих материалов при аварийных режимах работы электрооборудования или возгорание горючих материалов от источника открытого огня (пламени спички и т.д.). В результате пожара истцами Майер утрачены жилой дом и находящееся в нем имущество, для восстановления дома приобретены стройматериалы, общая сумма убытков составила 1640015 руб., в том числе рыночная стоимость жилого дома 1000000 руб., стоимость утраченного в результате пожара имущества 476000 руб., стоимость приобретенных истцами стройматериалов 163695 руб.

Судом к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО4, ТО НД и ПР №6 УНД и ПР ГУ МЧС России по Алтайскому краю исключено из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований.

В судебном заседании прокурор Малых О.А. считала, что в связи с заключением судебной пожарно-технической экспертизы оснований для удовлетворения иска не имеется, оставила разрешение спора на усмотрение суда.

Истцы ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, надлежаще извещены, ранее в судебных заседаниях поддержали исковые требования, считали, что пожар начался на территории ответчика ФИО2 в его слесарной мастерской, из-за неисправности электрооборудования. Истица ФИО6 ранее в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ также поясняла, что их деревянные надворные постройки, начиная от фронтальной стены участка- гараж, углярка, дровяник, туалет, баня с предбанником, пристройка к бане- чулан, были возведены по границе их земельного участка по 

<

адрес> и объединены с жилым домом единым навесом. На веранде дома имелась розетка, в которую включалась переноска, она была выведена в баню, где имелась лампочка, кабель от веранды до бани проходил по воздуху. Из бани была выведена электропроводка по стене бани и пристроенного к бане сарая, затем кабель уходил на деревянный забор, по которому шел до сарая, находившегося в конце огорода. В том месте, где кабель выходил на забор, со стороны участка ФИО8 каких-либо построек не было (л.д.68). 

Представитель истицы ФИО6 - ФИО1, действующая на основании доверенности (л.д.89) поддержала исковые требования, просила солидарно взыскать с ФИО4 и ФИО2 убытки истцов в сумме 1640015 руб., считала, что противоправные виновные действия ФИО2 заключаются в том, что в нарушение п.74 Правил противопожарного режима он возвел свои строения в непосредственной близости от строений Майер, в противопожарном разрыве между домами истцов и ответчика, дом и надворные постройки ФИО8 являются самовольной постройкой, что по смыслу ст.222 ГК РФ является правонарушением, а также в ненадлежащем содержании электрооборудования и электропроводов. Противоправные действия ФИО4, как собственника земельного участка, заключаются в том, что она не препятствовала возведению ФИО8 указанных строений, не обеспечила безопасной эксплуатации электрооборудования и электропроводов. Выражала несогласие с заключением судебной пожарно-технической экспертизы, которой место возгорания было определено – в районе задней стены сарая по 

<

адрес> (участок Майер), поскольку оно противоречит техническому заключению ФГБУ СЭУ ФПС «Испытательная лаборатория по 

<

адрес>», показаниям эксперта Гоппе, свидетелей Свидетель №2, ФИО9, ФИО10, которые видели, что пожар исходил изнутри помещения гаража и мастерской ФИО8 по 

<

адрес>. Считала, что причиной пожара послужило возгорание горючих материалов в результате теплового проявления электрического тока при аварийном режиме работы электросети в постройках ФИО8. Строения Слесарева загородили противопожарный разрыв, в связи с чем пожарные не смогли проникнуть к очагу возгорания, находящемуся в пристрое к гаражу ответчика, проход был заблокирован гаражом, в нарушение требований пожарной безопасности в пристрое к гаражу хранились газовые баллоны, которые усилили распространение пожара. Также представитель истца указала, что экспертом ФБУ АЛСЭ были искажены показания свидетелей, не приняты во внимание показания свидетелей, которые первыми увидели пожар, за основу взяты показания свидетелей, которые увидели пожар позже, заключение содержит множественные противоречия относительно схемы распространения пожара, отсутствует ответ на вопрос о том, имелись ли на участке 

<

адрес> на момент пожара нарушения требований пожарной безопасности и состоят ли они в причинной связи с пожаром.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, считал, что его вина в причинении истцам убытков не доказана, ранее в предварительном судебном заседании ответчик пояснил, что земельный участок принадлежал его сестре ФИО4, однако пользовался им с 1990 года и возводил строения он, деревянная надворная постройка (названная в протоколе осмотра мастерской) объединяла жилой дом и гараж, внутри нее имелась электропроводка, стационарный патрон с лампочкой, выключатель, проводка в постройку была проведена из гаража, где имелся электрощиток. Внутри постройки находились полки со стеклянными банками, пустой баллон из-под бытового газа. Наличие иной электротехники, легковоспламеняющихся веществ в данной постройке ответчик отрицал. ДД.ММ.ГГГГ он находился дома, около 3 часов ночи домой пришла дочь ФИО11, все было спокойно, около 4 часов утра он увидел пожар, в доме был дым, он стал выводить жену, детей, спасать вещи, приехали пожарные. По мнению ответчика ФИО2, возгорание произошло на территории домовладения Майер, из-за плохо проведенной проводки, так как кабель для освещения сарая ФИО9 был проведен по деревянному забору (л.д.68-70). Также ответчик ФИО2 представил заявление о возмещении судебных расходов в сумме 33242,20 руб., в том числе 2742,20 руб. на оплату судебной экспертизы, 30500 руб. оплата услуг представителя.

Представитель ответчика ФИО2-ФИО3 возражал против удовлетворения иска, считал его необоснованным.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещена ДД.ММ.ГГГГ лично, о наличии уважительных причин неявки не сообщила.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, считала, что истцами не представлено доказательств того факта, что убытки причинены им в результате противоправных действий ФИО4

Третьи лица ФИО12, ФИО11 в судебное заседание не явились, извещены через ФИО2, ранее в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 при допросе ее в качестве свидетеля дала показания, аналогичные пояснениям ответчика ФИО2 ФИО11 показала, что ДД.ММ.ГГГГ вечером гуляла, вернулась около 3 часов ночи, затем ее разбудила мать, которая заметила пожар (л.д.160-162).

Выслушав пояснения сторон, представителей сторон, исследовав материалы дела, суд, руководствуясь ст.167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц и приходит к следующему.

В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Статьей 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. №69-ФЗ «О пожарной безопасности» предусмотрено, что ответственность за нарушение требований пожарной безопасности несут собственники имущества.

Из приведенных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что собственники жилых помещений несут бремя содержания этих помещений, которое включает обязанность соблюдать требования пожарной безопасности.

При этом возникновение пожара в жилом помещении или на земельном участке собственника само по себе не свидетельствует о том, что указанный пожар возник именно в результате нарушения собственниками такого жилого помещения правил пожарной безопасности.

В силу ст. 34 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» граждане имеют права на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством.

Из разъяснений, содержащихся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» следует, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. 

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Таким образом, по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причиненным вредом.

Согласно ст.56 ГПК РФ истец, применительно к данному спору, должен доказать факт причинения вреда и наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков ФИО2 и (или) ФИО4 и наступившими вредными последствиями, размер убытков. Ответчики должны доказать отсутствие своей вины в причинении истцам вреда.

Как установлено судом, земельный участок по адресу 

<

адрес> и находящийся на нем жилой дом, площадью 15 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ принадлежал ФИО4 (л.д.64), однако фактически с 1990 года использовался ФИО2 и членами его семьи. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 подарила ФИО2 земельный участок по указанному адресу и расположенный на нем жилой дом, общей площадью 15 кв.м. (л.д.65). ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано право собственности ФИО2 на земельный участок и жилой дом по 

<

адрес> в 

<

адрес>.

Судом установлено, что ФИО2 в 1990 году снес ветхий жилой дом (15 кв.м.), находившийся на данном земельном участке, и без получения каких-либо разрешений возвел жилой дом, а затем надворные постройки со стороны участка 

<

номер> по 

<

адрес>, отступив от границы участка, в том числе возвел кирпичный гараж и деревянную пристройку (навес) к нему, которая находилась за гаражом, соединяла жилой дом и гараж, что подтверждается его пояснениями, пояснениями истца ФИО6, показаниями ФИО12, ФИО11

Смежным с земельным участком по 

<

адрес> является участок по адресу 

<

адрес>, который с ДД.ММ.ГГГГ принадлежит на праве общей совместной собственности истцам ФИО6 и ФИО7, на данном участке был возведен жилой дом и деревянные надворные постройки (гараж, углярка, дровяник, туалет, баня с предбанником, пристройка к бане- чулан), надворные постройки были возведены по границе земельного участка и сблокированы с жилым домом Майер (объединены под один навес). Между участками имелся деревянный забор, по которому был проведен кабель к сараю, стоящему в конце огорода, что следует из технического паспорта на дом (л.д.79-82), пояснений ФИО6

ДД.ММ.ГГГГ в 04:21 час. произошел пожар, в результате которого огнем были повреждены жилые дома и надворные постройки на участках по 

<

адрес> и 

<

адрес> в 

<

адрес>, что подтверждается актом о пожаре (л.д.15-16).

Постановлением дознавателя ОД ТО НД и ПР №6 УНД и ПР ГУ МЧС России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по факту пожара по ст.ст. 168, 219 ч.1 УК РФ в связи с отсутствием события преступления (л.д.17-19).

В ходе проверки сообщения о пожаре экспертами ФГБУ СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Алтайскому краю были проведены пожарно-технические экспертизы, согласно техническому заключению 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ очаг пожара находился в периметре строения мастерской, пристроенной с западной стороны к гаражу по адресу 

<

адрес>, причинами возникновения пожара могли послужить возгорание горючих материалов при аварийных режимах работы электрооборудования или возгорание горючих материалов от источника открытого огня (пламени спички, зажигалки и т.д.), из технического заключения 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на изъятых с места пожара проводниках следов, характерных для аварийных режимов работы электрической природы, не обнаружено, следов легковоспламеняющихся горючих жидкостей на образцах грунта не обнаружено. 

Свидетели Г., Д. в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ подтвердили выводы данных ими заключений, Г. показал, что очаг пожара был установлен им в периметре мастерской – надворной постройки, пристроенной с задней стороны к гаражу - на основании ряда объективных признаков: следы выгорания на оставшихся от постройки столбах направлены изнутри постройки, характер выгорания пола в постройке, выгорание крыши на гараже, направленное от пристройки, объективные признаки также подтверждались пояснениями очевидцев пожара. Достоверно установить причину пожара они не смогли, так как на изъятых проводниках следов аварийной работы электрооборудования не обнаружено, между надворными постройками был свободный проход, который предоставлял доступ третьим лицам (л.д.237-239).

В предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ был допрошен свидетель Свидетель №2 (от которого поступил вызов в пожарную охрану) который показал, что проживает напротив дома С-вых, около 4 часов утра он в окно увидел, что горит гараж ФИО8, затем услышал звук взрыва, от чего пламя поднялось над крышей, больше ничего не горело. Он вызвал пожарную охрану, машины приехали через 15-20 минут. Ветер дул со стороны дома ФИО8 в сторону дома Майер, что было видно по пламени и дыму, от этого впоследствии загорелись деревянные постройки Майер (л.д.156-157). 

Свидетель М. показала, что проживает напротив дома Слесарева со стороны огорода, ДД.ММ.ГГГГ ночью она проснулась от взрыва, увидела в окно зарево. Она подошла к окну и увидела, что горит гараж ФИО8 и огонь перекидывается на крышу дома ФИО8, у Майер на тот момент ничего не горело. Затем подул ветер, и пламя перекинулось на постройки Майер. Вскоре приехала пожарная охрана, однако дом Майер спасти не удалось (л.д.158-159).

Свидетели К. и Е., сотрудники пожарной охраны, показали, что ДД.ММ.ГГГГ выезжали на пожар на 

<

адрес>, когда приехали, то горели постройки на обоих участках 

<

номер> и 

<

номер> по 

<

адрес> (л.д.153-155).Определением Павловского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная пожарно-техническая экспертиза для определения причин возникновения пожара, наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями, производство которой было поручено ФБУ АЛСЭ Минюста РФ.

Согласно заключению эксперта ФБУ «Алтайская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер> (2593) из анализа термических повреждений строительных конструкций зафиксированных в протоколах осмотра места происшествия отказного производства 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ ТО НД №6 УНД и ПР ГУ МЧС России по АК и фотографических материалов на СД-диске, с учетом показаний свидетелей возникновения и развития пожара, имеющихся в материалах гражданского дела №2-651/2017, усматривается, что при пожаре, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес> и 

<

адрес>, место возникновения горения находилось в районе задней стены сарая по адресу: 

<

адрес> (сарай Майер). По представленным на исследование материалам гражданского дела 

<

номер> и отказному производству 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ ТО НД №6 УНД и ПР ГУ МЧС России по АК установить конкретную причину возникновения пожара не представляется возможным из-за отсутствия необходимых данных, так как нельзя исключить возможность возникновения пожара от электрооборудования, которое могло находиться внутри построек, источника открытого огня или тлеющего табачного изделия. В нарушении требования пункта 74 Правил противопожарного режима в Российской Федерации в противопожарном разрыве между жилыми домами по адресу 

<

адрес> и 

<

адрес>, установленном сводом правил СП 4.13130.2013, на участке по адресу: 

<

адрес> был установлен пристрой к гаражу, а на участке по адресу: 

<

адрес> располагались надворные постройки (гараж, сарай, дровяник). 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО13 подтвердил выводы экспертного заключения, пояснил, что предметом исследования являлись все, без исключения, материалы гражданского дела №2-651/2017, отказной материал по факту пожара 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ ТО НД №6 УНД и ПР ГУ МЧС России по АК, СД-диск с фотографиями с места происшествия, также им был проведен экспертный осмотр местности, заключение дано на основании тщательного анализа объективных и субъективных исходных данных, включая показания всех, без исключения, свидетелей. Имеющиеся в заключении неточности в части указания в одном месте иного номера дела являются технической ошибкой и на суть заключения не влияют. Показания свидетелей носят субъективный характер, из анализа их показаний следует, что все они наблюдали пожар с разных сторон, уже в стадии развития, когда начались взрывы (газового баллона либо колес на автомобиле в гараже ФИО8), эти взрывы (хлопки) являлись следствием пожара, а не его причиной. Вывод о месте возгорания – в районе задней стены сарая истцов Майер по 

<

адрес> сделан им на основании совокупности исследованных данных, с учетом объективных следов пожара, запечатленных при осмотре места происшествия, общих закономерностей развития пожара, основанных на физических законах, сведений Росгидромета о направлении ветра. В пользу определения места возгорания свидетельствуют имеющиеся на месте пожара следы обугливания на остатках строений, в частности то, что постройки Майер выгорели полностью, вместе со столбиками, в то время как доски пола навеса и гаража ФИО8 обгорели со стороны строений истцов, оставшиеся на территории Слесарева столбики пострадали в верхней части, что характерно для конусообразной схемы распространения пожара. При осмотре места происшествия сотрудники испытательной пожарной лаборатории не измерили глубину обугливания столбиков, выводы о большей степени обугливания сделаны без учета объективных данных, восполнить это при экспертном осмотре не представилось возможным. Из исследованных материалов следует, что очаг возгорания был лишь один, при этом, как правило, огонь распространяется снизу вверх, возгорание происходит за счет теплового воздействия, определить точную причину пожара невозможно.

Оснований не доверять заключению эксперта ФИО13 и данным им в судебном заседании пояснениям у суда не имеется. Экспертиза проведена государственным экспертом, имеющим соответствующее образование и квалификацию, стаж работы пожарно-техническим экспертом с 2001 года, который был предупрежден по ст.307 УК РФ, экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы.

Вопреки доводам представителя истца, показания свидетелей в экспертном заключении изложены достоверно, без какого-либо искажения сути их показаний, в ходе исследования экспертом проведен исчерпывающий анализ материалов данного гражданского дела, отказного материала по факту пожара 

<

номер> от ДД.ММ.ГГГГ ТО НД №6 УНД и ПР ГУ МЧС России по АК, включая показания всех свидетелей, а также фотографий, результатов экспертного осмотра, экспертом проанализированы закономерности развития пожара с учетом конкретных обстоятельств и совокупности объективных и субъективных данных, что подтверждается текстом заключения, пояснениями эксперта в судебном заседании. Заключение содержит список используемой литературы, сведения о проведенных исследованиях, выводы эксперта научно обоснованы, мотивированы, каких-либо противоречий не содержат, в судебном заседании эксперт ФИО13 поддержал их и дал подробные пояснения относительно сделанных им выводов. 

Наличие в исследовательской части (стр.4 заключения) ссылки на иной номер дела и иной адрес пожара является технической ошибкой, что подтверждается текстом заключения и пояснениями эксперта, и не ставит под сомнения выводы эксперта. 

На основании изложенного судом было отказано в удовлетворении ходатайства представителя истца ФИО1 о назначении по делу повторной судебной пожарно-технической экспертизы, так как доводы представителя истца о несогласии с выводами эксперта отражают субъективную позицию истцов и их представителя по данному делу. 

Оценивая доводы представителя истца ФИО1 о противоречии заключения эксперта выводам технического заключения от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер>, проведенного экспертом ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по 

<

адрес> Г., следует отметить, что стаж работы эксперта ФБУ «АЛСЭ» ФИО13 составляет 17 лет, тогда как стаж работы эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по 

<

адрес> Г. составляет только 3 года, выводы технического заключения от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер> о месте расположения очага пожара в техническом заключении, в отличие от заключения судебной экспертизы, не мотивированы, в техническом заключении не приведены объяснения очевидцев, на которые ссылается эксперт Г. Из текста технического заключения следует, что экспертом не учитывалось направление ветра в день пожара; ни в акте осмотра, ни в экспертном заключении не отражены объективные сведения о глубине обугливания сохранившихся строительных конструкций (столбиков), не отражены сведения о состоянии строительных конструкций построек на участке Майер по 

<

адрес>, которые выгорели полностью, на что обратил внимание суда эксперт ФИО13 Изложенные обстоятельства не позволяют принять данное техническое заключение в качестве допустимого и достоверного доказательства, подтверждающего место возгорания.

С учетом изложенного суд признает заключение судебной пожарно-технической экспертизы, подготовленное экспертом ФБУ «Алтайская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер> (2593) допустимым доказательством и считает возможным принять его за основу при разрешении данного спора.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд считает установленным тот факт, что очаг пожара, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес> и 

<

адрес> находился в районе задней стены сарая по адресу: 

<

адрес> (участок истцов Майер). При этом достоверно установить конкретную причину возникновения пожара не представилось возможным из-за отсутствия необходимых данных, так как нельзя исключить возможность возникновения пожара от электрооборудования, которое могло находиться внутри построек, источника открытого огня или тлеющего табачного изделия, что подтверждается заключением судебной пожарно-технической экспертизы.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что прокурором 

<

адрес> и материальными истцами ФИО6, ФИО7 в нарушение требований ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств того факта, что причинение истцам вреда в результате пожара, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, состоит в причинно-следственной связи с противоправными действиями (бездействием) ответчиков ФИО2 или ФИО4, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не усматривается.

Доводы представителя истца ФИО1 об обратном со ссылкой на самовольное возведение ответчиком строений судом отклоняются, поскольку при установленных обстоятельствах возведение ФИО2 на земельном участке, принадлежащем ФИО4, строений, без получения соответствующих разрешений, а также возведение им пристройки к гаражу с нарушением требованиям п.74 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, не связано с возникновением пожара и не может являться основанием для возложения на ФИО2 либо ФИО4 ответственности за причиненные истцам в результате этого пожара убытки. Ссылки представителя истца на нарушение ФИО2 требований эксплуатации электропроводов и электрооборудования, иных нарушений Правил пожарной безопасности какими-либо объективными доказательствами не подтверждены.

Ссылка представителя истца на показания свидетелей Свидетель №2, М., объяснения Ж. и других лиц о том, что пожар начался на участке ФИО8 не может быть принята во внимание, поскольку из показаний свидетелей следует, что все они наблюдали пожар с 4 часов утра и позднее, когда стали слышны взрывы (хлопки), соответственно, все свидетели видели пожар в стадии его развития, а не в стадии возникновения, что подтверждается пояснениями эксперта. Учитывая заключение эксперта, основанное как на показаниях очевидцев, так и на объективных следах пожара, то обстоятельство, что постройки истца и ответчика располагались на небольшом расстоянии друг от друга, были сблокированы с жилыми домами, свидетели не видели начало пожара, воспринимали пожар с разных точек разной удаленности, суд приходит к выводу о том, что показания свидетелей не могут быть расценены как объективные доказательства факта возникновения пожара на участке ответчика.

Оценивая требования ответчика ФИО2 о возмещении судебных расходов в общей сумме 33242,20 руб., суд приходит к следующему.

Согласно ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного Кодекса.

Прокурор, подавший заявление, пользуется всеми процессуальными правами и несет все процессуальные обязанности истца, за исключением права на заключение мирового соглашения и обязанности по уплате судебных расходов (ч.2 ст.45 ГПК РФ). 

В силу ч.1 ст.102 ГПК РФ при отказе полностью или частично в иске лицу, обратившемуся в суд в предусмотренных законом случаях с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов истца, ответчику возмещаются за счет средств соответствующего бюджета понесенные им издержки, связанные с рассмотрением дела, полностью или пропорционально той части исковых требований, в удовлетворении которой истцу отказано.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ оплата экспертизы по 3 вопросу возложена на ФИО2, в связи с чем им понесены расходы в сумме 2662,33 руб., что подтверждается сметой ФБУ «АЛСЭ», чеком-ордером от ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку судом не установлено оснований для удовлетворения иска прокурора Павловского района, предъявленного в интересах ФИО6, ФИО7, то требования ФИО2 о возмещении судебных расходов на оплату экспертизы в сумме 2662,33 руб. подлежат удовлетворению за счет федерального бюджета, выделяемого на эти цели.

Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор на оказание правовых услуг, на основании которого исполнитель принял на себя обязанности по собиранию доказательств по данному гражданскому делу, представлению интересов ФИО2, оплата услуг представителя произведена в сумме 30500 руб. по тарифам, утвержденным ИП ФИО3, в том числе: консультация -500 руб., участие в 6 судебных заседаниях по 5000 руб. за каждое.

На основании ч.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Представитель истца ФИО1 возражала против взыскания судебных расходов, ссылаясь на их чрезмерность.

Из материалов дела следует, что в рамках оплаченной ФИО2 суммы в 30500 руб. представитель ФИО3 оказал следующие услуги: 1 консультация, участие в 5 судебных заседаниях: ДД.ММ.ГГГГ (предварительное, 1 час.45 мин), ДД.ММ.ГГГГ (предварительное, 2 час.45 мин), ДД.ММ.ГГГГ (предварительное, 1 час. 45 мин), ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (более 2 часов), а также участие ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании по вопросу о продлении срока производства экспертизы (15 мин).

Основываясь на разъяснениях, изложенных в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает необходимым учесть предмет иска, характера спора, объем материалов дела, объем оказанных представителем услуг, в том числе участие представителя в 5 судебных заседаниях и 1 судебном заседании для разрешения отдельного процессуального вопроса и затраченное на это время, суд приходит к выводу о том, что размер судебных издержек на оплату услуг представителя завышен и не соответствует объему и характеру оказанных представителем услуг. Исходя из принципов разумности и справедливости, суд считает необходимым снизить указанный размер расходов до 17500 руб.

Ссылка представителя ответчика на Решение Совета НО «Адвокатская палата Алтайского края» от 24.04.2015 об утверждении минимальных ставок за работу адвоката в качестве представителя в гражданском судопроизводстве не может быть принята судом при определении вопроса о соразмерности понесенных истцами расходов, так как этот вопрос разрешается судом применительно к конкретному спору, исходя из его сложности, объема фактически оказанных представителем услуг и затраченного им времени. Более того, ФИО3 статуса адвоката не имеет, что он сам подтвердил в судебном заседании.

С учетом изложенного на Управление Судебного департамента в Алтайском крае следует возложить обязанность возместить ФИО2 судебные издержки в сумме 20162,33 руб. (17500+2662,33) за счет средств федерального бюджета, выделяемых на данные цели.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Павловского района в интересах ФИО6, ФИО7 к ФИО2, ФИО4 о взыскании ущерба, причиненного пожаром, оставить без удовлетворения.

Возложить на Управление Судебного департамента в Алтайском крае обязанность возместить ФИО2 судебные издержки в сумме 20162,33 руб. за счет средств федерального бюджета, выделяемых на данные цели.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Павловский районный суд в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме- 29.06.2018.

Судья О.А. Кречетова