Дело №2-126/2019 УИД: 66RS0060-01-2019-000091-88

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 мая 2019 года п.г.т. Шаля Свердловской области

Шалинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Сафонова П.П.,

при секретаре Бушуевой Н.Г., 

с участием истца К.Ю.П. и её представителя по соглашению адвоката П.,

ответчика К.Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.Ю.П. к К.Н.Н. о признании за истцом права на приватизацию жилого помещения, о признании недействительным договора о передаче в собственность граждан жилого помещения: дома в части невключения в него истца, о включении истца в число собственников этого жилого помещения, как владельца одной второй доли в праве обшей долевой собственности на него и о признании за истцом права собственности на одну вторую доли в праве обшей долевой собственности на спорное жилое помещение, 

у с т а н о в и л:

К.Ю.П. обратилась с иском к Администрации Шалинского городского округа 

<

адрес> и К.Н.Н., указав, в обоснование иска, что в производстве Шалинского районного суда 

<

адрес> находится гражданское дело по её иску к этому же ответчику о признании недействительным завещания её отцом О.П.А., удостоверенного нотариусом нотариального округа 

<

адрес> К., согласно которому тот всё свое имущество, в том числе и дом по адресу: 

<

адрес> завещал своей супруге К.Н.Н..

При изучении ею материалов указанного гражданского дела, в том числе представленных нотариусом, было установлено, что дом по адресу: 

<

адрес> принадлежал её отцу на основании договора бесплатной передачи недвижимого имущества гражданам от ДД.ММ.ГГГГ. То есть её отец приобрел право собственности на указанный дом на основании договора приватизации. Дом ему передан Шамарским леспромхозом, который в настоящее время отсутствует.

К.Н.Н. в настоящее время на основании завещания претендует на данный объект недвижимости, но она считает, что желания ответчика незаконны, так как право на дом также принадлежит и ей с момента приватизации на следующих основаниях.

На момент приватизации она проживала совместно с отцом, что подтверждается справкой о составе семьи. В 1993 году она была несовершеннолетней, домом пользовалась наравне с отцом. В соответствии со ст. 2 Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 15 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность совместную или долевую) либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

Согласно ч. 2 ст. 7 этого закона в договор приватизации: передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние дети, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с совершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно. Она документально не может подтвердить факт своей регистрации в доме на момент приватизации, но ответчик с этим согласна, поскольку отец не был лишен родительских прав. Они проживали вдвоем с ним. Её мать умерла ДД.ММ.ГГГГ. В судебном заседании она обязалась предоставить соответствующие документы, подтверждающие её регистрацию в доме совместно с отцом. Считает, что она должна быть включена в договор о передаче дома в собственность. Не включение её в данный договор нарушило её права как несовершеннолетней на участие в приватизации жилья. Она считает, что договор приватизации в данном случае недействителен в части невключения её в приватизацию дома.

Согласно ст. 11 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно в порядке приватизации жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде муниципального использования один раз.

В соответствии со ст. 180 Гражданского Кодекса Российской Федерации недействительность части сделки не влечет действительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Просит признать за нею право на приватизацию по договору от ДД.ММ.ГГГГ о передаче в собственность граждан дома по адресу: 

<

адрес>, заключенного между О.П.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и 

<

адрес> леспромхозом.

Признать недействительным договор от ДД.ММ.ГГГГ о передаче в собственность граждан дома по адресу: 

<

адрес>, заключенного между О.П.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и 

<

адрес> леспромхозом в части невключения К.Ю.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения в указанный договор. 

Включить в число собственников истца К.Ю.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения на одну вторую дома по адресу: 

<

адрес> на праве обшей долевой собственности.

Ответчик К.Н.Н. направила заявление о применении к предъявленному ей иску срока исковой давности, указав, что согласно пояснению истца в судебных заседаниях и в исковом заявлении по делу № усматривается, что истцу с 1994 года известно о том, что ее отец составил в пользу ответчика Завещание именно на спорный дом, таким образом, по достижении К.Ю.П. возраста 18 лет она в силу норм гражданского законодательства знала и заведомо могла знать об отсутствии у неё прав собственности по основанию не участия в приватизации. Это следует из волеизъявления завещателя как единоличного собственника указанного в завещании от 1994 года, не реализация своих нарушенных прав, не желание защиты своих нарушенных прав при наличии осведомленности нарушения права, наличии бесплатной юридической консультации в 

<

адрес> и субъективное не обращение в ее по возникшим нарушениям, не знание срока давности после 18 летнего возраста - все это перечисленное не приостанавливает истечение срока давности указанного в ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации и не усматривается уважительности причин для восстановления срока давности со дня достижения ею совершеннолетнего возраста, при том, что она знала о том, что единоличным правообладателем дома является её отец, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ по 2019 год. По данному поводу доказательствами пропуска срока давности служат материалы дела №, на которые истица сама же ссылалась.

Истец неоднократно выписывалась и регистрировалась в вышеуказанном доме, согласно правилам регистрации по месту жительства для регистрации по месту жительства необходимо согласие собственника. Таким образом, К.Ю.П. при регистрации в спорном доме в 2004 году достоверно было известно при совершении этой процедуры, что отец; является единоличным собственником спорного дома. Даже при неприменении срока давности с 1997 года. В 2004 году К.Ю.П., будучи совершеннолетней, достоверно знала, что не является собственником хотя утверждает, что обязана быть включена в договор приватизации. С 2004 года по настоящее время (2019 год) прошло около 15 лет. Срок К.Ю.П. о защите своего права пропущен, уважительных причин пропуска срока давности с 2004 по 2019 год она не представила. Доказательством по данному доводу являются: справка № (в которой указано что истец с 2004 года зарегистрирована в спорном доме; справка Бюро Технической Инвентаризации от 2014 года, полученная К.Ю.П. о правообладателе спорного дома, паспорт истца с отметкой о регистрации с 2004 года. Все вышеуказанные доказательства подтверждают пропуск срока давности: как с 2004 года оканчивается в 2007 году, так и с 2014 года, срок оканчивается в 2017 году.

Таким образом, истец имела возможность обратиться в суд в течение установленного срока и уважительности причины пропуска срока соответственно с 1997 года; с 2004 года; с 2014 года не представлено. В соответствии со ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации это является основанием для оставления иска без удовлетворения, поскольку ею заявлено о пропуске срока исковой давности.

Просит отказать в удовлетворении исковых требований К.Ю.П. связи с пропуском срока исковой давности по всем 3 требованиям, как с 1997 года, так и с 2004 года, и с 2014 года.

В ходе судебного разбирательства после обсуждения со сторонами Администрация Шалинского городского округа Свердловской области, указанная в исковом заявлении в качестве ответчика, по их письменному ходатайству была исключена из числа ответчиков, поскольку к ним каких-либо требований не было предъявлено и их прав, обязанностей и законных интересов не было затронуто. 

В судебном заседании истец К.Ю.П. заявленные исковые требования поддержала, указав, что на момент приватизации спорного жилого дома она являлась несовершеннолетней и проживала с отцом. О том, что право собственности на спорный дом приобретено отцом в порядке приватизации ей стало известно только в 2018 году, при ознакомлении с материалами гражданского дела по её иску к К.Н.Н. о признании составленного в пользу последней завещания на спорный жилой дом недействительным. Не включение её в договор приватизации нарушает её право на приватизацию.

Представитель истца К.Ю.П. по соглашению адвокат П. исковые требования своей доверительницы поддержал в полном объеме, пояснив, что отец его доверителя О.П.А. приобрёл в порядке приватизации по договору от ДД.ММ.ГГГГ жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Ранее данный жилой дом принадлежал Шамарскому леспромхозу. Это предприятие в настоящее время ликвидировано. На момент заключения данного договора приватизации К.Ю.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения являлась несовершеннолетней и подлежала обязательному включению в договор дарения, который должен быть передан в общую собственность О.П.А. и на то время несовершеннолетней К(О) Ю.В. по одной второй каждому. Поскольку этого не было сделано, были нарушены права его доверителя. О нарушении данного права К.Ю.П. стало известно в 2018 году в ходе рассмотрения ещё одного её иска к этому же ответчику при ознакомлении с договором приватизации, представленным нотариусом. До этого она с данным договором не была знакома и о нарушении своих прав не знала. Действительно, ДД.ММ.ГГГГ К.Ю.П. была получена справка в Бюро технической инвентаризации на спорный жилой дом, однако, в данной справке указано, что спорный жилой дом приобретён в собственность О.П.А. на основании договора купли-продажи. Поэтому его доверитель не предполагала, что данный жилой дом приобретён на основании договора приватизации. С учётом этого доводы ответчика о применении срока исковой давности являются необоснованными. То обстоятельство, что истица могла узнать о нарушении своего права в 2004 году при регистрации в паспортно-визовой службе как проживающая в спорном жилом доме, являются несостоятельными. Поскольку договор о приватизации предоставлялся самим собственником: О.П.А., а не его доверителем, то есть она также не могла узнать о нарушении своих прав. 

Просит суд исковые требования своего доверителя удовлетворить в полном объёме. 

Ответчик К.Н.Н. против удовлетворения исковых требований возражала. В письменном возражении на исковое заявление и в пояснениях в судебном заседании просила применить срок исковой давности, указав, что истцом срок исковой давности для предъявления иска пропущен, поскольку она узнала о том, что дом приватизирован единолично отцом О.П.А. ещё в 2004 году, когда регистрировалась в доме отца. Для оформления документов на регистрацию требовалось предъявить в администрации 

<

адрес> документ, подтверждающий право собственности на жилое помещение, в котором истец регистрировалась, то есть договор приватизации. Все эти документы, в том числе договор приватизации, домовую книгу, О.П.П. дал истице для оформления регистрации, и та могла с ними ознакомиться. Кроме того, истец в 2014 году получила справку в Бюро технической инвентаризации, для решения каких-то проблем. В данной справке также было указано, что дом единолично принадлежит её отцу. То есть истец пропустила установленный законом срок для подачи иска.

Выслушав истца, её представителя по соглашению, ответчика, свидетеля, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему. 

Согласно статье 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно свидетельства о рождении отцом О.Ю.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения является О.П.А.. (л.д.17).

Из свидетельства о заключении брака следует, что ДД.ММ.ГГГГ О.Ю.П. вступила в брак с К.О.Н., сменив фамилию на К.. (л.д.19).

Согласно свидетельства о расторжении брака ДД.ММ.ГГГГ К.Ю.П. расторгла брак с К.О.Н. После расторжения брака ей присвоена фамилия К.. (л.д.20). 

Как видно из договора купли-продажи (передачи) квартиры в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ без номера, Шамарский леспромхоз в лице К.М.А., действующей по доверенности передал безвозмездно в собственность О.П.А. недвижимое имущество: жилое помещение (жилой дом), находящийся по адресу 

<

адрес>. (л.д.14).

Согласно справки Шалинского бюро технической инвентаризации и регистрации недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, полученной К.Ю.П. жилой дом, находящийся по адресу 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ значится в собственности О.П.А. на основании договора купли-продажи квартиры в собственность граждан, выданного 

<

адрес> ЛПХ ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.15). 

Из домовой книги на указанный жилой дом, представленной ответчиком видно, что в спорном жилом помещении зарегистрированы: О.П.А.ётр А. с ДД.ММ.ГГГГ; К.Ю.П. с ДД.ММ.ГГГГ; К.Н.Н. с ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.43-44). 

Вместе с тем, согласно справки муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения Шалинского городского округа «

<

адрес> средняя общеобразовательная школа №» О.Ю.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения окончила 8 классов данной школы в 1993 году. Исключена из списков 9 «в» класса этой школы ДД.ММ.ГГГГ в связи с переездом в 

<

адрес>. (л.д.50). 

Из показаний допрошенных в качестве свидетелей У.О.Н. – классного руководителя, класса, в котором в свое время обучалась истица, а также Н.М.М. – соседки семьи О., следует, что истица после смерти матери до переезда в 

<

адрес> в январе 1994 года и последующего перевода в Горную общеобразовательную школу ДД.ММ.ГГГГ проживала совместно с отцом О.П.А. 

Таким образом, совокупность указанных доказательств подтверждает, что на момент заключения оспариваемого договора приватизации вышеназванного спорного жилого дома истец К. (на то время О.) Ю.П., являлась несовершеннолетней и проживала совместно со своим отцом О.П.А.

Данное обстоятельство ответчиком К.Н.Н. не оспаривается.

Согласно ч. 1 ст. 53 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшей на момент оспариваемого договора приватизации члены семьи нанимателя, проживающие совместно с ним, пользуются наравне с нанимателем всеми правами и несут все обязанности, вытекающие из договора найма жилого помещения. Совершеннолетние члены семьи несут солидарную с нанимателем имущественную ответственность по обязательствам, вытекающим из указанного договора.

При этом, часть 2 ст. 53 Жилищного кодекса РСФСР установлено, что к членам семьи нанимателя относятся супруг нанимателя, их дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях и иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя, если они проживают совместно с нанимателем и ведут с ним общее хозяйство.

Являясь дочерью О.П.А., и проживая совместно с ним на момент заключения оспариваемого договора приватизации, К(О) Ю.В.П. являлась членом его семьи, как нанимателя жилого помещения.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.08.1993 N 8, действовавшего на момент заключения оспариваемого договора приватизации. Поскольку несовершеннолетние лица, проживающие совместно с нанимателем и являющиеся членами его семьи либо бывшими членами семьи, согласно ст. 53 Жилищного кодекса РСФСР имеют равные права, вытекающие из договора найма, они в случае бесплатной приватизации занимаемого помещения наравне с совершеннолетними пользователями вправе стать участниками общей собственности на это помещение.

В этом же пункте данного Постановления указано, на то, что учитывая, что в соответствии со ст. 133 Кодекса о Браке и Семье РСФСР (действовавшем на время заключения оспариваемой сделки приватизации до 01.03.1996) то опекун не вправе без предварительного разрешения органов опеки и попечительства совершать сделки, выходящие за пределы бытовых, в частности, отказа от принадлежащих подопечному прав, а попечитель давать согласие на совершение таких сделок, отказ от участия в приватизации может быть осуществлен родителями и усыновителями несовершеннолетних, а также их опекунами и попечителями только при наличии разрешения указанных выше органов.

Данных о наличии таких разрешений на заключение оспариваемой сделки приватизации ответчиком К.Н.Н. не представлено, и ею отсутствие такого согласия на заключение этой сделки от органов опеки и попечительства не оспаривается.

Как отмечено выше, передача (продажа) Шамарским леспромхозом О.П.А. последним спорного жилого помещения – жилого дома была осуществлена в порядке, установленном Законом РСФСР "О приватизации жилищного фонда в РСФСР" и сменившим его Законом Российской Федерации от 04.07.1991 N 1541-1 (в редакции от 20.12.2017) "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации".

Согласно ст. 2 вышеуказанного Закона граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Исходя из этого, поскольку установлено, что К(О) Ю.В.П. проживала в спорном жилом доме совместно с отцом О.П.А. на основании договора социального найма данного жилого помещения, являясь членом семьи последнего, как квартиросъёмщика, они оба имели право на приватизацию данного жилого дома. При этом, согласно вышеназванным требованиям законодательства о приватизации жилых помещений, приватизация этой квартиры в единоличную собственность кого либо из них возможна только с согласия другого квартиросъёмщика, но поскольку на тот момент истец не достигла возраста 14-ти лет, отказ её от участия в приватизации был возможен только с согласия органа опеки и попечительства с отражением этого в договоре приватизации. 

Однако, как следует из оспариваемого договора приватизации жилого помещения по вышеназванному адресу, оно было передано безвозмездно в единоличную собственность О.П.А. без указания в данном договоре об отказе малолетней на то время К(О) Ю.В.П. от участия в приватизации при согласии на то органа опеки и попечительства. 

Это подтверждает доводы истца К.Ю.П. о нарушении её прав при заключении договора приватизации жилого дома по адресу 

<

адрес>, поскольку она имела право на участие в приватизации данного жилого дома, по вышеуказанным основаниям.

При оценке названного договора приватизации на жилое помещение по адресу: 

<

адрес> оспариваемой К.Ю.П. части суд исходит из следующего. 

Согласно ч. 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Поскольку, как отмечено выше, в силу ст. 2 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 N 1541-1, в соответствии с которой спорный жилой дом передан в собственность О.П.А., передача последнему этого жилого дома в единоличную собственность была возможна только с согласия другого пользователя спорным жилым помещением – К(О) Ю.В.П., а поскольку та являлась несовершеннолетней, только с согласия органа опеки и попечительства. Такого согласия, как это видно из текста договора и пояснений истицы в ходе судебного разбирательства, а также представленных доказательств при заключении оспариваемого договора не было получено. Поэтому данный договор в этой части составлен с нарушением вышеуказанных требований законодательства, а также с нарушением права К(О) Ю.В.П. на участие в приватизации спорного жилого помещения, закреплённого в вышеназванных положениях гражданского, семейного и жилищного законодательства. 

Таким образом, при заключении этого договора допущены указанные нарушения требований закона, посягающие на права и охраняемые законом интересы К(О) Ю.В.П., имеющей право на приватизацию одной второй доли в праве собственности на спорный жилой дом, что даёт основания для признания этой сделки в данной части ничтожной. В остальной части вышеуказанный договор требованиям закона не противоречит и подтверждает передачу балансодержателем О.П.А. права собственности на причитающуюся ему по закону одну вторую доли в праве собственности на спорный жилой дом по вышеуказанному адресу.

В силу ч. 1 ст. 166 Гражданский кодекс Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно разъяснений данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" - исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Поскольку гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права К.Ю.П. она вправе подать иск об оспаривании являющегося предметом спора по данному делу договора приватизации спорного жилого помещения.

Исходя из вышеуказанного, все заявленные требования К.Ю.П. являются обоснованными. 

При разрешении заявления ответчика о применении к предъявленному иску срока исковой давности суд исходит из следующего. 

Согласно ч. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Вместе с тем, согласно ст. 9 Федерального закона от 7 мая 2013 года N 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

С учётом этого десятилетний срок исковой давности к оспариваемой сделке, на истечение которого указывает ответчик, не истёк. 

Согласно ч. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Ответчик указывает несколько сроков, когда истец узнала либо должна была узнать о нарушении её прав оспариваемым договором приватизации. 

Первый - 1993 год, когда была заключена оспариваемая сделка. Однако, доказательств того, что в этот период истец узнала или должна была узнать о нарушении своего права оспариваемой сделкой приватизации спорного жилого помещения ответчиком не представлено.

Второй – 2004 год, когда истица регистрировалась в спорном жилом помещении, для чего, по утверждению ответчика, ей необходимо было воспользоваться договором приватизации спорного жилого помещения, предъявив его в администрацию 

<

адрес>. 

Согласно представленного истцом объявления из администрации 

<

адрес>, все виды справок выдаются при наличии договора, подтверждающего право на жилое помещение. (л.д.55).

По сообщению администрации 

<

адрес> документы по регистрации К.Ю.П. в спорном жилом помещении у них не сохранились. (л.д. 63).

Вместе с тем, допрошенный в судебном заседании свидетель С.С.И. показал, что был знаком с О.П.А. и присутствовал при передаче тем, в 2004 году, в зимнее время, своей дочери К(О) Ю.В. пакета документов, для регистрации («прописки») той в принадлежащем ему доме. Какие именно документы тот отдал дочери, он не видел, однако, в том же году он регистрировал в своём доме брата и знает, что для регистрации требовались паспорт, домовая книга и документ, подтверждающий право собственности владельца жилого помещение на помещение, в котором производится регистрация. Спустя некоторое время со слов О.П.А. он узнал, что тот зарегистрировал дочь Ю. в своем доме. 

Показания свидетеля С.С.И. подтверждают доводы ответчика о том, что истица должна была узнать об оспариваемой сделке ещё в 2004 году при регистрации на постоянное жительство в спорном жилом помещении, когда отцом ей были переданы необходимые для регистрации документы, в том числе требовавшийся для этого правоустанавливающий документ на дом. Оснований сомневаться в показаниях данного свидетеля у суда не имеется. 

Третий – 2014 год, когда истец получила в Бюро технической инвентаризации справку о праве собственности на спорное жилое помещение. 

Отрицая то обстоятельство, что ей стало известно об оспариваемой ею сделке приватизации квартиры при получении данной справки, истица ссылается на то, что в этой справке указано, что спорная квартира получена её отцом О.П.А. на основании договора – купли продажи. 

Вместе с тем, в данной справке в графе наименование и реквизиты правоустанавливающего документа дословно указано, что О.П.А. жилой по адресу 

<

адрес> получен на основании договора купли продажи квартиры в собственность граждан, выдан Шамарским ЛПХ ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.15)

В силу ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

При толковании содержания вышеназванной справки по аналогии закона, которая допускается гражданским законодательством суд, пришёл к выводу, что при буквальном толковании вышеуказанной справки из текста следует, что жилое помещение, указанное в справке как квартира, получено О.П.А. по договору приватизации. На это указывает фраза в справке о передаче квартиры «в собственность граждан», и о том, что договор «выдан Шамарским ЛПХ». При переходе права собственности на основании договора купли-продажи в такого рода справках указывается лишь это основание приобретения жилого помещения (договор купли-продажи) и дата заключения такого договора. 

Исходя из изложенного, суд находит несостоятельными доводы истицы о том, что она узнала о нарушении своего права на участие в приватизации её отцом О.П.А. жилого помещения только в 2018 году при рассмотрении её иска к К.Н.Н. о признании составленного в пользу последней О.П.А. завещания недействительным. 

Из представленных выше доказательств следует, что истица К.Ю.П. узнала и должна была узнать о нарушении оспариваемым ею частично договором приватизации жилого дома по адресу 

<

адрес> права на участие в приватизации этого жилого помещения ДД.ММ.ГГГГ при регистрации как проживающей в данном жилом помещении для чего ей наряду с другими документами следовало предъявить в местной администрации 

<

адрес>, занимавшейся на то время вопросами регистрации граждан, по месту постоянного проживания оспариваемый ею договор приватизации, а также ДД.ММ.ГГГГ после получения справки Бюро технической инвентаризации из буквального содержания текста которой следует, что вышеназванный дом был приобретён О.П.А. на основании договора приватизации: купли-продажи (передачи) жилого помещения в собственность граждан, оспариваемого истцом. 

Как отмечено выше, в соответствии с ч. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по ничтожным сделкам, к каковым относится оспариваемая истицей К.Ю.П. сделка, составляет три года. Поскольку исковое заявление об оспаривании этой сделки подано истицей ДД.ММ.ГГГГ истёк срок давности для подачи ею искового заявления об оспаривании данной сделки. Данный срок истёк соответственно ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

В силу ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку ответчиком К.Н.Н. было заявлено о применении исковой давности до вынесения судом решения, а срок исковой давности для оспаривания права на участие в приватизации жилого дома по адресу 

<

адрес> части договора бесплатной передачи данного жилого дома между Шамарским леспромхозом и О.П.А. от ДД.ММ.ГГГГ, как отмечено выше, был истцом пропущен, Её исковые требования о признании за нею права на приватизацию данного жилого помещения и признании недействительным вышеназванного договора о передаче в собственность граждан дома жилого помещения в части невключения в него истца подлежат оставлению без удовлетворения в связи с пропуском срока исковой давности.

В связи с этим подлежат оставлению без удовлетворения и вытекающие из вышеуказанных требований исковые требования о включении истца в число собственников жилого помещения по адресу 

<

адрес>, как владельца одной второй доли в праве обшей долевой собственности на это жилое помещение, а также о признании за истцом права собственности на одну вторую доли в праве обшей долевой собственности на жилое помещение по указанному адресу.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные издержки по делу подлежат отнесению на ответчика. 

Руководствуясь ст.ст. 194, 197, 198, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковое заявление К.Ю.П. к К.Н.Н. о признании за истцом права на приватизацию жилого помещения: жилого дома по адресу 

<

адрес>; о признании недействительным договора от ДД.ММ.ГГГГ между Шамарским леспромхозом и О.П.А. передачи в собственность граждан жилого помещения: дома по вышеуказанному адресу в части невключения в него истца; о включении истца в число собственников вышеназванного жилого помещения, как владельца одной второй доли в праве общей долевой собственности на него, а также о признании за истцом права собственности на одну вторую доли в праве обшей долевой собственности на спорное жилое помещение по адресу 

<

адрес> оставить без удовлетворения. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Свердловский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме 17.05.2019.

Председательствующий судья П.П.Сафонов