Дело № 2-38/17

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 апреля 2017 года г.Ростов-на-Дону

Советский районный суд г. Ростова-на-Дону

в составе председательствующего судьи Мищенко П.Н., 

при секретаре Шахове О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску ФИО1 и Ш.А.В. к ФИО2 и ФИО3 о взыскании суммы долга,-

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились в суд с исковыми требованиями о взыскании долга, в обоснование указав, что являются наследниками по 

<

данные изъяты> доли в наследстве Ш.В,Ф., умершего ДД.ММ.ГГГГ. Ответчики являются мужем и женой в связи с чем истцы считают все займы Ч-вых семейными займами. ДД.ММ.ГГГГ Ш.В.Ф. передал взаймы ФИО2 денежную сумму в размере 50000 долларов США без указания срока возврата, что подтверждается его распиской. ДД.ММ.ГГГГ Ш.В.Ф. передал взаймы ФИО2 денежную сумму в размере 60000 долларов США без указания срока возврата, что подтверждается его распиской, сделанной на расписке от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ Ш.В.Ф. передал взаймы ФИО2 денежную сумму в размере 22000 долларов США без указания срока возврата, что подтверждается его распиской. ДД.ММ.ГГГГ Ш.В.Ф. передал взаймы ФИО2 денежную сумму в размере 200000 долларов США без указания срока возврата, что подтверждается его распиской. ДД.ММ.ГГГГ Ш.В.Ф. перечислил ФИО3 в счет займа двумя платежными поручениями денежную сумму в размере 450000 рублей и 250000 рублей без указания срока возврата. ДД.ММ.ГГГГ истцы направили ответчикам требование о возврате долга. ДД.ММ.ГГГГ по указанному в претензии адресу ответчики отказались от получения требования. Денежные суммы до настоящего времени ответчиками не возвращены. В соответствии со ст.ст.196, 200 ГК РФ Постановления КС РФ №3-П от 15.02.2016г., ограничение срока исковой давности десятью годами с момента возникновения обязательства, введенное в ст.200 ГК РФ с 01 сентября 2013 года, не подлежит применению к обязательствам, возникшим до 01 сентября 2013 года, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, и по заемным обязательствам ответчиков срок исковой давности начинается течь с момента нарушения установленного законом срока на возврат долга после предъявления требования. Из абз.2 п.1 ст.810 ГК РФ, поскольку расписки не содержали срок возврата долга, то возврат должен был быть произведен в течение тридцати дней с момента предъявления требования. Требование было заявлено ДД.ММ.ГГГГ. Досудебный порядок урегулирования спора не установлен. Защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе, присуждения к исполнению обязанности в натуре. Истцы приобрели право требования в порядке наследования. Приняв наследство, истцы приняли, в том числе, и имущественные права умершего Ш.В.Ф. в части требования возврата долга. Ответчики обязаны вернуть сумму займа, выплатить проценты на сумму займа(п.1 ст. 809 ГК РФ), по ставке рефинансирования Центрального банка РФ. Расчет произведен на день направления требования о возврате долга - ДД.ММ.ГГГГ. Задолженность ФИО2 по основному долгу, согласно расчету истцов, составляет 21330601руб. 60коп., проценты 28475278руб. 20коп. Задолженность ФИО3 700000руб., проценты 665336руб. 54коп. По иску оплачена госпошлина 60000руб. Истцы просят взыскать с ответчика ФИО2 сумму основного долга по займу 21330601руб. 60коп., проценты 28475278руб. 20коп., с ответчика ФИО3 сумму основного долга по займу 700000руб., проценты 665336руб. 54коп. 

Сторона ответчиков представила письменные возражения на иск, согласно которым: - из расписок и платежных поручений не вытекает, что они выданы в подтверждение займа; - все суммы являются для ответчиков неосновательным обогащением, сроки исковой давности по которым истекли.

Истец ФИО1 и законный представитель малолетнего Ш.А.В. (ДД.ММ.ГГГГ.) – ФИО4, в суд не явились, извещены надлежащим образом, направили представителей.

Представитель истцов ФИО1 и ФИО4 в интересах малолетнего Ш.А.В. – ФИО5, действующий на основании соответствующих доверенностей, в судебное заседание явился, на иске настаивал, дал пояснения, аналогичные содержащимся в исковом заявлении, также в обоснование иска пояснил следующее. В силу распределения бремени доказывания ответчики обязаны доказать иную природу расписок и платежных поручений, если полагают, что они выданы не по займам, а по иному основанию. На ст.56 ГПК РФ ссылаются и ответчики, говоря об обязанности истцов доказывать наличие заемных обязательств. Эта норма относится к обеим сторонам. Утверждение, что денежные средства, перечисленные Ш.В.Ф. на расчетный счет ФИО3, не являются заемными, а денежные средства, полученные от Ш.В.Ф. ФИО2 по распискам, не являются предметом займа, предполагает обязанность доказывать иную природу отношений. Денежные средства, выплаченные Ш.В.Ф. ответчикам, не могут быть признаны неосновательным обогащением. Согласно ГК РФ, позиции ВС РФ, обогащение может быть признано неосновательным в случае, когда отсутствуют предусмотренные законом правовые основания на приобретение или сбережение имущества. Такими основаниями в силу ст.8 ГК РФ могут быть акты государственных органов, органов местного самоуправления, сделки и иные юридические факты. В случае с ФИО3 не простое перечисление денег, а с указанием основания платежа, что денежные средства перечисляются по договору займа. Денежные средства поступили на расчетный счет ФИО3 В случае с ФИО2, тот не просто брал денежные средства, а собственноручно под каждое получение денег писал расписки. Эти расписки в свою очередь и свидетельствуют о наличии между Ш.В.Ф. и ФИО2 определенного рода правоотношений. Платежные поручения являются надлежащим доказательством наличия заемных отношений. Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств именно на условиях договора займа, то в случае спора, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа. При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта. В соответствии с ч.2 ст.71 ГПК РФ, при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии, вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы. К таким доказательствам может относиться платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне. Из назначения платежа, денежные средства перечислены по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ В силу распределения бремени доказывания, отрицая заемную природу перечисленных денежных средств, ФИО3 обязана доказать иную природу перечисления. По мнению истцовой стороны, ответчики предоставили сфальсифицированное требование от ДД.ММ.ГГГГ составленное от имени Ш.В.Ф., на основании ст.186 ГПК РФ заявляют о подложности документа. Единственным существенным условием договора займа является предмет договора. Представитель ответчиков утверждает, что содержание расписок свидетельствует об отсутствии между ответчиками и Ш.В.Ф. заемных отношений. По мнению ответчиков, фраза "взял" или "взял в долг" означает наличие денежного долга, но не означает займа. Однако, в отношении договора займа каких-либо дополнительных существенных условий ни ГК РФ, ни иные законы не предусматривают. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Тексты расписок свидетельствуют исключительно о заемной природе отношений между Ш.В.Ф. и ФИО2 Во всех расписках ФИО2 пишет, что он взял денежные средства. Долг возник не из отношений купли-продажи, аренды, услуг, подряда, деликта, ФИО2 просто брал денежные средства у Ш.В.Ф. Все расписки составлены лично ФИО2 и во всех расписках он использует одно слово - "взял". Слово "взял" является юридически ключевым. Исходя из презумпции добросовестности поведения субъектов гражданского права, следует учитывать, что если человек признает свой долг перед другим человеком, возникший не из займа, то он никогда не укажет, что он взял денежные средства. Из расписки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 взял в долг, долг считается погашенным при отсутствии расписки. Расписка от ДД.ММ.ГГГГ полностью отражает суть всех заемных отношений, возникших между Ш.В.Ф, и ФИО2 В расписке от ДД.ММ.ГГГГ указано, что ФИО2 взял в долг, что свидетельствует о заемной природе отношений. В расписках от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 указывает, что он взял денежные средства. Употребляя слово "взял", ФИО2 описывает получение займа. Кроме того, в обеих расписках указано, что ФИО2 "взял с такой-то даты", указывает начало отсчета, с которого начинается исчисляться долг. По мнению истцов, заключение эксперта по делу выполнено с грубыми нарушениями и не может быть положено в основу решения. Представитель истцов обратился к признанным специалистам – экспертам, те сделали рецензии на проведенную экспертизу, выявив огромное количество грубых недостатков и недочетов выполненного по делу заключения экспертов. 

Представитель истца ФИО4 в интересах малолетнего Ш.А.В. – ФИО6, действующий на основании соответствующей доверенности, в суд явился и пояснил, что позиция ответчиков надуманная и немотивированная, расписки однозначно подтверждают наличие заемных обязательств, факты передачи денег, а расписки находятся у истцовой стороны, значит долг по договорам займа не погашен. Эксперт упустил отличительные признаки подписей, экспертное заключение выполнено с грубыми нарушениями, по одним вопросам выводы вероятностные, по другим – однозначные, что вызывает сомнения в квалификации эксперта. Эксперт использовал и повредил объекты исследования, что мог сделать только с разрешения суда. Обращает внимание, что исходя из показаний эксперта в суде, требование о возврате денег могло быть выполнено и в 

<

данные изъяты> году, поскольку признаки старения выявляются по методике, ориентировочно, за последние 1,5 года, то есть уже после смерти Ш.В.Ф., когда другая сторона ожидала требования вернуть долг от наследников. 

В судебное заседание ответчики ФИО2 и ФИО3 не явились, извещены надлежащим образом, направили в суд представителя по доверенностям.

Представитель ответчиков ФИО2 и ФИО3 – ФИО7, действующий на основании доверенностей, в судебное заседание явился, исковые требования не признал полностью, и в обоснование возражений на иск пояснил, что материалах дела отсутствует договор займа, на который имеется ссылка в платёжных поручениях №№, № от ДД.ММ.ГГГГ Документы составлены плательщиком в одностороннем порядке, в отсутствие письменных доказательств согласования воли двух сторон, направленной на возникновение правоотношений, регулируемых нормами гражданского законодательства о займе. Требования о взыскании с ФИО3 суммы займа и процентов являются безосновательными. Ввиду отсутствия основания для совершения Ш.В.Ф. платежа в адрес ФИО3, фактически возникшие правоотношения регулируются нормами гражданского законодательства о неосновательном обогащении (глава 60 ГК РФ). По смыслу ст.ст.195-196, 200-201, 1102 ГК РФ, к требованию о взыскании неосновательного обогащения применим общий срок исковой давности, составляющий три года, и перемена лиц в обязательстве не влечёт изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. Течение исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения началось ДД.ММ.ГГГГ и завершилось ДД.ММ.ГГГГ Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Ответчик ФИО8, в лице представителя, заявляет об истечении срока исковой давности к требованиям, связанным с получением денежных средств от Ш.В.Ф., а равно любым иным требованиям, вытекающим из получения денежных средств от данного физического лица. По ФИО2, - содержание представленных копий расписок свидетельствует об отсутствии между ответчиком и правопредшественником истцов правоотношений займа, поскольку фрагменты текста, позволяют заключить лишь о наличии денежного долга. Какие-либо записи о том, что средства получены в качестве займа, отсутствуют. Согласно практике судов общей юрисдикции, для признания возникновения отношений займа необходимо, чтобы расписка определённо содержала указание на то, что денежные средства получены в качестве займа, обязательство заёмщика возвратить сумму займа. Долг может возникать из различных обязательств, содержание и характер которых должен доказать кредитор при заявлении им соответствующих требований. Поскольку не предоставлено доказательств основания возникновения обязательств, постольку представленные расписки рассматриваются лишь как вероятное подтверждение получения денежных средств в определённом размере и определённое время и, как следствие, порождают обязательство приобретателя по возврату потерпевшему неосновательно полученных денежных средств (кондикционное обязательство) в пределах сроков исковой давности. При таких обстоятельствах, на основании статьи 1102 ГК РФ, у приобретателя возникает обязательство, а у правопреемников потерпевшего, с учётом сроков исковой давности, - право требования возврата неосновательно полученного. Течение исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения началось со дня выдачи последней из расписок, которая составлена ДД.ММ.ГГГГ в связи с чем, срок исковой давности по требованиям о возврате всех денежных средств истёк до ДД.ММ.ГГГГ с учётом того, что в отношении требований о возврате средств, полученных ранее, он истек до наступления этой даты. При таких обстоятельствах, действия истцов, направленные на изменение квалификации отношений, возникших между ФИО2, ФИО3 и Ш.В.Ф. с кондикционных на заёмные (с возвратом суммы займа, определённым моментом востребования), являются, по существу, попыткой посредством такой переквалификации избежать постановки вопроса о невозможности удовлетворения иска о взыскании долга и процентов в связи с истечением срока исковой давности. Ответчик ФИО2, в лице своего представителя, заявляет об истечении срока исковой давности и его применении к требованиям, связанным с получением денежных средств от Ш.В.Ф., а равно любым иным требованиям (взыскание процентов и т.п.), вытекающим из получения денежных средств от данного физического лица. Из представленных копий расписок видно, что приложения №№ (расписки, содержащие перечеркнутые записи о получении 50000 долларов США, в связи с получением денежной суммы 60000 долларов США) являются тождественными по содержанию и расположению текста. В соответствующих расписках отсутствует указание на возникновение денежного обязательства перед Ш.В.Ф. В связи с этим, постановку вопроса о дополнительном взыскании с ФИО2 денежной суммы долга в рублях (по курсу Банка России на 11.06.2016г.), эквивалентной 50000 долларам США (по расписке, представленной в качестве приложения № к исковому заявлению), что составляет 3212440руб. и начисленных на неё процентов в размере 5181912руб. 83коп., а равно долга по расписке, в которой указана денежная сумма, эквивалентная 60000 долларов США, является неосновательным, вне зависимости от ранее представленных возражений. Ш.В.Ф. неоднократно получал от ФИО2 денежные средства. В частности, из расписки от ДД.ММ.ГГГГ., составленной правопредшественником истцов, следует, что им получена денежная сумма в размере 1000000руб., что составляет 32637 долларов США (по курсу Банка России на ДД.ММ.ГГГГ). На счет Ш.В.Ф., открытый в КБ «Юниаструм банк» (ООО), в период 

<

данные изъяты>. ФИО2 вносились денежные средства. В письменном требовании Ш.В.Ф. от ДД.ММ.ГГГГ содержится указание на необходимость возврата всех ранее полученных денежных средств ФИО2 до ДД.ММ.ГГГГ Отсутствие каких-либо указаний на необходимость возврата полученных денежных средств, равно как и отсутствие указаний на необходимость возврата процентов, начисленных на сумму займа, дополнительно подтверждает, что между сторонами отсутствовал договор займа. После получения требования, ФИО2 неоднократно осуществлялись платежи Ш.В.Ф., что подтверждается его распиской от ДД.ММ.ГГГГ о получении 1000000руб., а также получении денежных средств через КБ «Юниаструм банк» (ООО). Кроме того, в случае, если бы между ответчиками и правопредшественником истцов существовал денежный заём, возврат которого определён моментом востребования (статьи 807, 810 ГК РФ), размер основного долга, процентов по нему, определялся бы по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (23руб. 76коп. за 1 доллар США по курсу Банка России), при этом, ко дню подачи искового заявления в суд, срок исковой давности по требованию о взыскании денежных средств истёк. Сторона ответчиков в любом случае возражает против двойного определения размера долга и процентов, основанных на расписках, представленных в качестве указанных приложений, поскольку указание в тексте одной расписки на получение 50000 долларов США является исключённым, путём зачёркивания и оставления в тексте единственной записи о получении 60000 долларов США ДД.ММ.ГГГГ Текст копий расписок о получении денежных средств, предоставленных заявителями требований, не содержит наличия в них слова «заём», а равно не устанавливает обязанности ответчиков выплачивать какие-либо суммы за пользование предоставленными денежными средствами. В этой связи, при отсутствии договора займа, обязанность предоставления которого возложена на истца, перечисление денежных средств ФИО3 не может рассматриваться в качестве исполнения Ш.В.Ф. обязательства заимодавца, поскольку основание такого платежа отсутствует, а односторонне составленный документ (платёжное поручение) не подменяет собой письменное доказательство согласования воли сторон на заключения договора займа. Ссылаясь на определение ВС РФ от 30.05.2016 № 170-ПЭК, которым отказано в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании президиума Верховного суда РФ, истцы приводят цитату, касающуюся определения неосновательного обогащения: «отсутствие правовых оснований, то есть если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счёт другого не основано на законе, иных правовых актах, сделке». Однако в указанном судебном определении приведённая цитата отсутствует. Вместо неё содержится правовая позиция, свидетельствующая об обоснованности и правомерности позиции ФИО2 и ФИО3, поскольку из определения следует согласие с тем, что пользование имуществом без внесения платы и основания её внесения является неосновательным обогащением. Определение от 26.01.2010 № 71-В09-15 судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ, на которое ссылаются истцы, также служит в поддержку обоснованности возражений ответчиков, поскольку отсутствие доказательств какого-либо основания платежа, наряду с нахождением денежных средств у приобретателя, является доказательством наличия кондикционного обязательства. Наличие оснований до настоящего времени заинтересованной стороной не доказано, а односторонним образом составленные платёжные документы не подменяют необходимость взаимной согласованности воли сторон. Из ответа на вопрос №10 Обзора практики ВС РФ №3 (2015), утверждённого постановлением Президиума от 25.11.2015г., - при наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства, следует исходить из того, что заимодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нём лежит риск недоказанности соответствующего факта. Позиция ВС РФ указывает, что платёжное поручение является лишь одним неисключительным средством доказывания и подлежит оценке в совокупности с другими, а указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении договора займа в качестве основания платежа само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заёмных обязательств. Истцы не представили доказательств, которые не были бы сформированы односторонней волей заинтересованного лица. Равным образом, копия расписки, выданной ФИО3 о том, что она обязуется до ДД.ММ.ГГГГ вернуть денежную сумму, взятую у Ш.В.Ф., не относится к доказательству, относящемуся к рассматриваемому делу, а свидетельствует лишь о том, что при наличии заёмных отношений стороны оформляли их способом, позволяющим установить назначение, сроки возврата денежных средств, а также соблюсти надлежащую форму, опосредующую оформление факта их передачи. В соответствии с выводами, содержащимися в заключении эксперта от ДД.ММ.ГГГГ. №(т

<

данные изъяты>), является установленной принадлежность ФИО2 исследуемых расписок. Вместе с тем, требование о возврате денежных средств до ДД.ММ.ГГГГ выполнено Ш.В.Ф., в отношении соответствующего документа отсутствуют какие-либо признаки искусственного старения, а его давность соответствует времени, указанному при его подписании. Это свидетельствует о полной необоснованности требований, заявленных к ФИО2, вне зависимости от квалификации отношений. В случае рассмотрения отношений как заёмных, обязательство по возврату суммы займа надлежало исполнить до ДД.ММ.ГГГГ., установленного в требовании Ш.В.Ф. от ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с п.2 ст.809 ГК РФ, при отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа. Таким образом, якобы возникшее, по мнению истцов, обязательство по выплате, наряду с возвратом суммы займа, процентов по договору займа, должно было исполняться до ДД.ММ.ГГГГ. Даже при таких обстоятельствах, срок исковой давности по требованиям о взыскании суммы займа и процентов по нему истек ДД.ММ.ГГГГ при жизни Ш.В.Ф. (правопредшественника истцов) и задолго до обращения в суд. В условиях отрицания ФИО3 наличия какого-нибудь договора займа, заключённого между ней и Ш.В.Ф. на сумму 700000 рублей, во исполнение которого могли бы предоставляться соответствующие денежные средства, а также неисполнения истцами обязанности по доказыванию обоснованности своих требований (в данном случае, якобы существующего договора займа от ДД.ММ.ГГГГ., на который имеется ссылка в платёжных поручениях) возврат полученных денежных средств ФИО3 должен был осуществляться не позднее дня получения (зачисления) на счёт либо следующего операционного дня. Из содержания требования Ш.В.Ф. (от ДД.ММ.ГГГГ) не следует, что в них идёт речь о возврате займов либо иного подобного возмездного предоставления, что дополнительно свидетельствует об отсутствии между Ш.В.Ф. и ФИО2, отношений, регулируемых нормами о займе. Просят в полном объёме отказать в удовлетворении исковых требований.

Суд считает установленным исследованными по делу доказательствами следующее. 

На небольших фрагментах листов бумаги ФИО2 собственноручно выполнил записи о том, что взял денежную сумму в размере 50000 долларов США ДД.ММ.ГГГГ; - ДД.ММ.ГГГГ - 60000 долларов США, (расписка сделана на расписке от ДД.ММ.ГГГГ.); - ДД.ММ.ГГГГ - 22000 долларов США; - ДД.ММ.ГГГГ - 200000 долларов США. 

Согласно Заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ., подписи от имени ФИО2 и рукописные тексты в вышеуказанных расписках выполнены ФИО2 

При этом суд установил из пояснений сторон, что Ш.В.Ф., и ФИО2 длительное время успешно занимались предпринимательской деятельностью, знали основные требования законодательства РФ, пользовались при необходимости помощью адвокатов\юристов, знали о требованиях к оформлению договоров(расписок) и применяли их.

Между семьями Ш.В.Ф. и Ч-вых существовали длительные доверительные отношения, в том числе Ч-вы участвовали в обряде крещения ребенка Ш.В.Ф.

Исходя из вышеизложенного, суд сделал следующий вывод по взаимоотношениям Ш.В.Ф. и ФИО2 о фактах передачи денежных средств в иностранной валюте – в долларах США.

Ст.4 Закона РФ от 09.10.1992 N 3615-1 (ред. от 05.07.1999) "О валютном регулировании и валютном контроле" закрепляла, что резиденты имеют право покупать иностранную валюту на внутреннем валютном рынке Российской Федерации в порядке и на цели, определяемые Центральным банком Российской Федерации. Покупка и продажа иностранной валюты в Российской Федерации производятся через уполномоченные банки в порядке, устанавливаемом Центральным банком Российской Федерации. Сделки купли - продажи иностранной валюты могут осуществляться непосредственно между уполномоченными банками, а также через валютные биржи, действующие в порядке и на условиях, устанавливаемых Центральным банком Российской Федерации. Покупка и продажа иностранной валюты минуя уполномоченные банки не допускается. Заключенные в нарушение положений пунктов 1 и 2 настоящей статьи сделки купли - продажи иностранной валюты являются недействительными. 

Эта позиция сохраняется во всех редакциях указанного закона, в том числе, в редакции от 10.12.2003 года, Закона РФ от 09.10.1992 N 3615-1 "О валютном регулировании и валютном контроле", ст.4 закрепляла, что резиденты имеют право покупать иностранную валюту на внутреннем валютном рынке Российской Федерации в порядке и на цели, определяемые Центральным банком Российской Федерации. Покупка и продажа иностранной валюты в Российской Федерации производятся через уполномоченные банки в порядке, устанавливаемом Центральным банком Российской Федерации. Сделки купли-продажи иностранной валюты могут осуществляться непосредственно между уполномоченными банками, а также через валютные биржи, действующие в порядке и на условиях, устанавливаемых Центральным банком Российской Федерации. Покупка и продажа иностранной валюты минуя уполномоченные банки не допускается. Заключенные в нарушение положений пунктов 1 и 2 настоящей статьи сделки купли-продажи иностранной валюты являются недействительными. 

Закон РФ от 09.10.1992 N 3615-1 "О валютном регулировании и валютном контроле" утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле".

Однако, и в ст.9 Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" (во всех тридцати трех редакциях закона на день вынесения решения) указано, что валютные операции между резидентами запрещены, за исключением узкого перечня случаев, к делу отношения не имеющих.

Из ч.2 ст.807 ГК РФ, - иностранная валюта и валютные ценности могут быть предметом договора займа на территории Российской Федерации с соблюдением правил статей 140, 141 и 317 настоящего Кодекса.

Ст.317 ГК РФ закрепляет, что денежные обязательства должны быть выражены в рублях (статья 140). В денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон. Использование иностранной валюты, а также платежных документов в иностранной валюте при осуществлении расчетов на территории Российской Федерации по обязательствам допускается в случаях, в порядке и на условиях, определенных законом или в установленном им порядке.

Отсюда следует вывод, что иностранная валюта не может быть объектом договора займа (купли-продажи, иных) между резидентами РФ, поскольку это противоречит валютному законодательству. Поэтому и не было у Ш.В.Ф. договоров и соответствующих закону расписок на значительные суммы, что стороны понимали незаконность своих действий, а клочки бумаги с записками являются черновыми записями, с учетом имевшихся доверительных отношений, для внутренних взаимоотношений. В каждой расписке однозначно указано «взял … долларов США», ссылок на эквивалент или условные единицы нет. 

Стороны в ходе всего судебного разбирательства настаивали на буквальном толковании расписок как выражении воли лица, их написавшего.

В соответствии со ст.168 ГК РФ, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно ст.167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ч.1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ч.2).

В соответствии со ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (ч.1)

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (ч.2).

Исходя из смысла разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» прерогативой суда является определение норм, подлежащих применению в конкретном деле, вне зависимости от правовой квалификации отношений, предлагаемой сторонами.

Статьёй 201 ГК РФ предусмотрено, что перемена лиц в обязательстве не влечёт изменения срока исковой давности и порядка его исчисления, в связи с чем срок исковой давности для заявленных требований, рассматриваемых в настоящем деле, течёт со дня, когда первоначальный обладатель (правопредшественник) права узнал либо должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Из ст.181 ГК РФ, - срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Ответчик ФИО2, в лице представителя, неоднократно заявлял в судебных заседаниях, в том числе и письменно, об истечении срока исковой давности к требованиям, связанным с получением денежных средств от Ш.В.Ф., а равно любым иным требованиям, вытекающим из получения денежных средств от данного физического лица.

Таким образом, в иске ФИО1 и Ш.А.В. к ФИО2 необходимо отказать полностью в связи с пропуском срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

ДД.ММ.ГГГГ Ш.В.Ф. перечислил ФИО3 двумя платежными поручениями № денежную сумму в размере 450000 рублей и 250000 рублей с указанием основания платежа «оплата по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ

В материалах дела отсутствует договор займа, на который имеется ссылка в указанных платёжных поручениях.

В соответствии с ч. 2 ст. 71 ГПК РФ, ч. 8 ст. 75 АПК РФ при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы.

Из указанных платежных поручений, даже если предположить, что действительно был заключен договор займа, невозможно сделать вывод, какое именно действие совершил ИП Ш.В.Ф. – передал денежные средства заемщику или вернул денежные средства, ранее полученные им по договору займа.

Буквальная трактовка назначения «Оплата по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ.» не является однозначной, позволяет предположить различные варианты, а предположения не могут быть положены в основу решения суда.

Также истцовой стороной не опровергнута версия стороны ответчиков о том, что банк не пропустил бы безвозмездный платеж индивидуального предпринимателя, и отметка «Оплата по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ.» была сделана формально.

Иных доказательств существования договора займа от ДД.ММ.ГГГГ. у стороны истцов нет, а в связи со смертью Ш.В.Ф., получить новые объективные доказательства по данному вопросу невозможно.

Требования о взыскании с ФИО3 суммы займа и процентов являются безосновательными. В этой связи, при отсутствии договора займа, обязанность предоставления которого возложена на истца, перечисление денежных средств ФИО3 не может рассматриваться в качестве исполнения Ш.В.Ф. обязательства заимодавца, поскольку основание такого платежа отсутствует, а односторонне составленный документ (платёжное поручение) не подменяет собой письменное доказательство согласования воли сторон на заключения договора займа. Ввиду отсутствия основания для совершения Ш.В.Ф. платежа в адрес ФИО3, фактически возникшие правоотношения регулируются нормами гражданского законодательства о неосновательном обогащении (глава 60 ГК РФ). 

Из ответа на вопрос №10 Обзора практики ВС РФ № 3 (2015), утверждённого постановлением Президиума от 25.11.2015г., - при наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что заимодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нём лежит риск недоказанности соответствующего факта. 

Согласно ст.1102 ГК РФ, - денежное обязательство должника по возврату или возмещению стоимости неосновательного обогащения считается возникшим с момента фактического неосновательного приобретения или сбережения имущества должником за счёт кредитора.

В соответствии со ст.195 ГК РФ, исковой давностью признаётся срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п.1 ст.196 ГК РФ, к требованию о взыскании неосновательного обогащения применим общий срок исковой давности, составляющий три года, отсчитываемый с момента, когда лицо узнало либо должно было узнать о нарушении своего права и том, кто является ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Статьёй 201 ГК РФ предусмотрено, что перемена лиц в обязательстве не влечёт изменения срока исковой давности и порядка его исчисления, в связи с чем срок исковой давности для заявленных требований, рассматриваемых в настоящем деле, течёт со дня, когда первоначальный обладатель (правопредшественник) права узнал либо должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

По смыслу ст.ст.195-196, 200-201, 1102 ГК РФ, к требованию о взыскании неосновательного обогащения применим общий срок исковой давности, составляющий три года, и перемена лиц в обязательстве не влечёт изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. Течение исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения началось ДД.ММ.ГГГГ. и завершилось ДД.ММ.ГГГГ 

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Ответчик ФИО3, в лице представителя, заявила об истечении срока исковой давности к требованиям, связанным с получением денежных средств от Ш.В.Ф., а равно любым иным требованиям, вытекающим из получения денежных средств от данного физического лица. 

Таким образом, в иске ФИО1 и Ш.А.В. к ФИО3 необходимо отказать полностью в связи с пропуском срока исковой давности.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд, -

Р Е Ш И Л:

В иске ФИО1 и Ш.А.В. к ФИО2 и ФИО3 о взыскании суммы долга, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда через Советский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено20 апреля 2017 года.

Судья: