Дело № 2-416/2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Онега 24 сентября 2024 года 

Онежский городской суд Архангельской области в составе:

председательствующего судьи Карелиной С.Ю.,

при секретаре судебного заседания Ильиной А.С., 

с участием помощника Онежского межрайонного прокурора Попова И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, проведенном посредством системы видеоконференц-связи гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, Государственному автономному учреждению Архангельской области «Единый лесопожарный центр», Министерству природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб.

В обосновании требований указала, что согласно приговора Онежского городского суда Архангельской области от 

<

Дата> по уголовному делу ... ФИО3 

<

Дата> управляя транспортным средством УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак ... совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате которого ее дочь ФИО5 получила множество телесных повреждений, после которых погибла. ФИО3 признан виновным в совершении преступления предусмотренного п. «а» ч. 6 ст. 264 УК РФ. Утрата дочери причинила ей глубокие нравственные переживания, несмотря на то, что они не проживали вместе, постоянно общались и поддерживали родственные отношения. Кроме того данное событие явилось причиной смерти 

<

Дата> ее матери. 

Определением суда к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Государственное автономное учреждение Архангельской области «Единый лесопожарный центр» (далее - ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ»), Министерство природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области (далее – Минлеспром) АО, третьим лицом Министерство имущественных отношений Архангельской области (далее – Минимущество АО).

В судебное заседание истец ФИО4 не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

Ответчик ФИО6 в судебном заседании не оспаривая своей вины в смерти ФИО8 просил уменьшить размер компенсации морального вреда, полагая, что надлежащим ответчиком по делу является именно он.

ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» в судебное заседание своего представителя не направил, согласно возражениям на иск полагают, что являются ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку ФИО3 ДТП было совершено в выходной день, в нерабочее время, на транспортном средстве которое он самовольно использовал в личных целях. 

Ответчик Министерство природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области, третье лицо Министерство имущественных отношений Архангельской области своих представителей в суд не направили, извещены надлежащим образом.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд находит возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав ответчика ФИО6, помощник прокурора полагавшего удовлетворить исковые требования к Государственному автономному учреждению Архангельской области «Единый лесопожарный центр», Министерству природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33), обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 закреплено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 указано, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ и разъяснениям, содержащимся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

В судебном заседании установлено и это подтверждается материалами дела, что вступившим в законную силу приговором Онежского городского суда Архангельской области от 

<

Дата> по уголовному делу ... ФИО3 признан виновным в совершении преступления предусмотренного п. «а» ч. 6 ст. 264 УК РФ. 

Приговором суда установлено, что 

<

Дата> в период времени с 

<

Адрес> минут, ФИО3 являясь участником дорожного движения – водителем, управляя технически исправным автомобилем марки «УАЗ Патриот» с государственным регистрационным знаком 

<

Адрес> регион, принадлежащим государственному автономному учреждению 

<

Адрес> «Единый лесопожарный центр», находясь при этом в состоянии алкогольного опьянения, нарушив тем самым требования пункта 2.7 Правил Дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 

<

Дата> ... (в редакции Постановления Правительства РФ от 

<

Дата> ..., далее по тексту – Правила дорожного движения РФ), запрещающего водителю управлять транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, осуществляя движение на указанном автомобиле по проезжей части асфальтированной автодороги сообщением Онега-Тамица-Кянда со стороны села 

<

Адрес> в направлении 

<

Адрес>, двигаясь по правой полосе на стороне проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, на 18 километре данной автодороги от Хайнозерской технологической автодороги в направлении села 

<

Адрес> в условиях светлого времени суток и солнечной погоды, на прямом участке дороги выбрал скорость управляемого им автомобиля без учета дорожных и метеорологических условий, интенсивности движения, особенностей транспортного средства, загруженности автомобиля и возможности постоянного контроля за его движением, нарушив тем самым требования пункта 10.1 Правил Дорожного движения РФ, в соответствии с которым «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», имея реальную техническую возможность для выполнения требований Правил Дорожного движения РФ, не убедился в безопасности своего движения, не справился с управлением, потерял контроль над управлением транспортного средства и его расположением на проезжей части, выехал на правую обочину по ходу своего движения, затем выехал на встречную полосу движения и на левую обочину по ходу своего движения, создал опасность для движущегося во встречном направлении транспортного средства и допустил столкновение с движущимся во встречном направлении автобусом марки «

<

Адрес> с государственным регистрационным знаком 

<

Адрес> регион под управлением ФИО7, принадлежащим 

<

Адрес>», нарушив тем самым требования пункта 1.3 Правил Дорожного движения РФ, в соответствии с которым участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил Дорожного движения РФ, требования пункта 1.4 Правил Дорожного движения РФ, в соответствии с которым на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств, требования пункта 1.5 Правил Дорожного движения РФ, в соответствии с которым участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, требования пункта 9.1. Правил Дорожного движения РФ, в соответствии с которым количество полос движения для безрельсовых транспортных средств при отсутствии разметки и дорожных знаков определяется самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними, при этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, требования пункта 9.9 Правил дорожного движения РФ, в соответствии с которым запрещается движение транспортных средств по разделительным полосам и обочинам, что повлекло по неосторожности причинение пассажиру управляемого им (ФИО2) автомобиля ФИО5 телесных повреждений 

<

Адрес>

ФИО3 на момент совершения указанного преступления состоял в трудовых отношениях с ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ», согласно трудовому договору от 

<

Дата> работал в должности руководителя Онежского подразделения ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ».

Транспортное средство УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***> принадлежит ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» на праве оперативного управления.

Согласно акта служебного расследования от 

<

Дата> автомобиль УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

Адрес> передан ФИО3 

<

Дата> для решения служебных вопросов, он получил путевой лист, прошел предрейсовый медосмотр, однако не поставил подпись в журнале учета выдачи путевых листов. После выполнения служебных вопросов прошел послерейсовый медосмотр в 

<

Адрес> в МУП «Онегаавтотранс», однако автомобиль на территорию Онежского подразделения не вернул, путевой лист не предоставил. Инженер – механик ФИО10 

<

Дата> не дождался возвращения ФИО3, поскольку рабочий день уже завершился, о невозврате путевого листа руководству учреждения было сообщено 

<

Дата>. 

<

Дата> в районе ... на дороге Онега-Тамица произошло ДТП с участием вышеуказанного транспортного средства под управлением ФИО3, в указанный день ответчик не привлекался к работе, следовательно, в нарушении п. 1.3 должностной инструкции руководителя Онежского подразделения, п. 6.3 Правил внутреннего трудового распорядка ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» ФИО3 использовал технику работодателя в личных целях. 

Вместе с тем, поскольку ФИО3 получил транспортное средство на основании путевого листа, прошел предрейсовый медицинский осмотр, по окончании рабочего дня 

<

Дата> транспортное средство на территорию ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» не вернул, что не было надлежащим образом проконтролировано работниками ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ», следовательно, суд приходит к выводу, что он управлял указанным автомобилем, выполняя трудовые обязанности.

Доказательства того, что ФИО3 завладел транспортным средством противоправно, то есть помимо воли собственника или иного законного владельца, материалы дела не содержат, в полицию с заявлением о неправомерном завладении ФИО3 транспортным средством (угоне) ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» не обращалось.

Автомобиль находился в оперативном управлении у ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ», в связи с чем ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» являлось 

<

Дата> владельцем источника повышенной опасности.

Доводы ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» о том, что ФИО3 нарушены должностные обязанности в части невозвращения транспортного средства в Учреждение, необеспечение его сохранности, не является основанием для освобождения ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» от ответственности за причинение вреда при использовании данного транспортного средства, а свидетельствует о том, что к ФИО3 могли быть применены меры дисциплинарного воздействия, установленные ТК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац 2 пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В пункте 19 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм материального права и разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 ГК РФ и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Суд, оценивая доказательства, представленные сторонами, по правилам ст. 67 ГПК РФ, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, проанализировав приведенные выше нормы права, приходит к выводу, что ФИО3 управлявший в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем не является в силу закона владельцем источника повышенной опасности, противоправно автомобиль из владения ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» не выбывал, соответственно, в силу положений статей 1068, 1079, 1099, 1100 ГК РФ гражданско-правовая ответственность в виде компенсации морального вреда в данном случае должна быть возложена на ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ», а не на водителя ФИО3, который несет обязанность перед работодателем по возмещению вреда в порядке регресса в соответствии со статей 1081 ГК РФ. 

При изложенных обстоятельствах доводы ответчика ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» об отсутствии вины в дорожно-транспортном происшествии не являются основанием для освобождения его от возмещения истцу морального вреда. 

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потерпевшим убытков. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает вышеизложенные нормы материального права, разъяснения Верховного Суда Российской Федерации; принимает во внимание конкретные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, в результате которого наступила гибель дочери истца - ФИО5, возраст (

<

Адрес>) и индивидуальные особенности личности истца, ее нуждаемость в заботе со стороны дочери, принимает во внимание необратимые обстоятельства, нарушающие психологическое благополучие истца, что истец, несомненно, испытывает на протяжении длительного периода физические и нравственные страдания, переживала и переживает по поводу произошедшего. При этом, достаточных доказательств того, что смерть матери истца – ФИО9 наступила только в связи со смертью ее внучки - ФИО5 суду не представлено.

При изложенных обстоятельствах, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ГАУ Архангельской области «ЕЛЦ» в пользу ФИО4 компенсации морального вреда в общем размере 1 000 000 рублей.

При этом суд отмечает, что юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 ГК РФ).

Федеральный закон от 12 января 1996 года № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» регламентирует особенности правового статуса бюджетного учреждения, которое, имея специальную правоспособность, обладает имущественными правами для решения задач, поставленных перед ним учредителем – публичным собственником, участвует в гражданском обороте в очерченных законом границах и сообразно целям своей деятельности, выступая в гражданских правоотношениях от своего имени и неся, по общему правилу, самостоятельную имущественную ответственность по своим обязательствам.

В абзаце первом пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретённым за счёт доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закреплённого за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретённого бюджетным учреждением за счёт средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счёт каких средств оно приобретено.

Как указано в абзаце втором пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации, по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несёт собственник имущества бюджетного учреждения. 

Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью третьей статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом необходимо учитывать, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 3 статьи 158, пунктом 3 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации и разъяснениями, данными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетной системы Российской Федерации», к участию в деле необходимо привлекать главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности.

При разрешении судом исковых требований о взыскании денежных средств с бюджетного учреждения, вопрос о необходимости возложения субсидиарной ответственности на собственника имущества бюджетного учреждения должен учитываться в силу прямого указания закона.

Из пунктов 5.1, 5.4 Устава ГАУ АО «ЕЛЦ», имущество Учреждения является государственной собственностью Архангельской области и находится у него на праве оперативного управления. Полномочия собственника имущества Учреждения в части распоряжения им осуществляет Министерство имущественных отношений Архангельской области.

В соответствии с п. 1.3 Устава, учредителем Учреждения является Архангельская область в лице Министерства природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области. 

Согласно Положению о министерстве природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области, Министерство является уполномоченным исполнительным органом государственной власти Архангельской области в сфере, в том числе лесных отношений и лесопромышленного комплекса. Минлеспром Архангельской области осуществляет функции и полномочия учредителя подведомственных государственных учреждений Архангельской области (пп. 6 п. 13 Положения); осуществляет полномочия главного администратора доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, главного администратора источников финансирования дефицита областного бюджета, главного распорядителя и получателя средств областного бюджета, предусмотренных на содержание министерства и реализацию его компетенции, в случаях и в порядке, которые предусмотрены бюджетным законодательством Российской Федерации (пп.5 п. 13 Положения).

Поскольку на Минлеспром Архангельской области возложены полномочия главного администратора доходов областного бюджетов, главного распорядителя и получателя бюджетных средств областного бюджета в подведомственной сфере, в рассматриваемом споре именно Минлеспром Архангельской области отвечает соответственно от имени Архангельской области по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств, в связи с чем, на Минлеспром АО возлагается субсидиарная ответственность по обязательствам ГАУ АО «ЕЛЦ» при недостаточности имущества у учреждения.

На основании изложенного, моральный вред причиненный истцу должен быть компенсирован ответчиком ГАУ АО «ЕЛЦ», а при недостаточности имущества у данного учреждения субсидиарную ответственность несет Минлеспром АО.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО4 к ФИО3, Государственному автономному учреждению Архангельской области «Единый лесопожарный центр», Министерству природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения Архангельской области «Единый лесопожарный центр» (...) при недостаточности имущества у учреждения в порядке субсидиарной ответственности с Министерства природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области в пользу ФИО4 (...) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО3 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, представления через Онежский городской суд Архангельской области.

Председательствующий подпись С.Ю. Карелина

<

Адрес>

Мотивированное решение составлено 

<

Дата>.