Дело № 2-114/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 сентября 2018 года село ФИО1

Завьяловский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Кожевникова Ю.А.,

при секретаре судебного заседания Липиной М.Н.,

с участием:

представителя истца ФИО2 – адвоката Пушина И.Ю.,

представителя ответчика ФИО3 – адвоката Голубевой Е.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании недействительными договора купли-продажи, расписки и применении последствий недействительности сделок,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 обратился в суд с указанным иском к ФИО3, с учетом изменения предмета иска, принятого судом к своему производству в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просил суд: 1) признать недействительным договор купли-продажи земельного участка с жилым домом от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО3; 2) признать недействительной расписку ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ о получении от ФИО4 денежных средств в сумме 11000000 рублей; 3) применить последствия недействительности сделки в виде: прекратить право собственности на земельный участок и расположенный на нем жилой дом по адресу: 

<

адрес> у ФИО3, и восстановить право собственности на земельный участок и жилой дом с постройками и пристройками, расположенные по адресу: 

<

адрес> у ФИО2

Исковые требования мотивированы следующим.

Между истцом ФИО2 и ответчиком ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор купли-продажи земельного участка с жилым домом. Переход права собственности зарегистрирован Управлением Росреестра по УР. В подтверждение факта оплаты по договору ФИО2 была выдана расписка о получении им денежных средств в размере 11000000 рублей. Расписка ФИО2 была выдана ФИО4, действующей на основании доверенности за ФИО3 Фактически денежные средства не передавались.

Указанные договор и расписка являются недействительными сделками.

В ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, ее супруг ФИО5 и ФИО6 ввели ФИО2 в заблуждение, сообщив ему, что его сын ФИО7 удерживается неизвестными лицами на территории 

<

адрес>, ему угрожает опасность жизни и здоровью. Указанные лица предложили помочь в разрешении данного вопроса, потребовав значительную сумму денег для внесения «выкупа». Поскольку у ФИО2 не было необходимой суммы денег, то они предложили ему переоформить принадлежащие ФИО2 жилой дом и земельный участок на подставное лицо – на период, пока ФИО2 не рассчитается с ними. После расчета ФИО2 с ФИО6 и ФИО5 дом и земельный участок должны были быть переоформлены обратно на ФИО2

ФИО2, учитывая его возраст и состояние здоровья, испытал глубокое нервное потрясение, не был способен адекватно воспринимать происходящее и анализировать свои действия.

Указанные обстоятельства ФИО2, опасаясь за жизнь и здоровье сына, воспринимал как угрозу и был вынужден пойти на заключение сделки.

ФИО2 никогда не видел ФИО3, лично не знаком с ним. ФИО3 и ФИО4 об обстоятельствах, сопутствовавших заключению сделки, знали.

Договор купли-продажи был заключен с целью прикрыть другую сделку, то есть является притворной сделкой. Договоренность между истцом и ответчиком предполагала заключение договора займа с залогом недвижимого имущества как способ обеспечения уплаты ФИО2 денежных средств в размере 11000000 рублей ФИО6 и ФИО5 за содействие в выкупе сына из незаконного удержания третьими лицами.

ФИО4 прибыла в дом истца с целью подписания договора и сдачи его на регистрацию. ФИО2 убедили, что расписка о получении денежных средств носит формальный характер, необходима только для сдачи документов на регистрацию и исключения возникновения залога недвижимого имущества в силу закона.

Ни покупатель ФИО3, ни его представитель ФИО4 до совершения сделки и после ее совершения не звонили истцу, не вели с ним переговоры, не осматривали жилой дом, не знакомились с его техническими характеристиками. После совершения сделки покупатель не требовал передачи ему технического паспорта, домовой книги, ключей от жилого дома, акты приема-передачи имущества не составлялись. Ответчик является формальным приобретателем жилого дома, вселиться в жилое помещение не пытался.

С момента заключения сделки стороны не приступали к исполнению договора купли-продажи, коммунальные платежи и содержание дома по-прежнему осуществляется истцом. Обе стороны при видимости совершения купли-продажи, имели цель оформить залог недвижимого имущества.

Цена договора купли-продажи многократно превышает кадастровую стоимость дома и земельного участка, оценка рыночной стоимости предварительно не производилась. Цена в договоре указана, исходя из размера фактической суммы требований ФИО6 и ФИО5 к ФИО2, то есть фактического долга ФИО2 Это указывает на экономическую нецелесообразность сделки для ФИО3

Фактически имущество (дом и земельный участок) не передавалось, акты приема-передачи не подписывались.

ФИО3 занимается предпринимательской консультационной деятельностью на территории 

<

адрес>, интересов в приобретении недвижимости в Удмуртской Республике не имеет.

Требование о выселении ФИО3 было направлено семье ФИО2 только после обращения последнего в правоохранительные органы.

В настоящее время по указанным обстоятельствам возбуждено уголовное дело по факту мошенничества в отношении ФИО2, истец признан потерпевшим, ему причинен крупный ущерб.

ФИО2 на фоне действий ответчика, злоупотребившего своим правом, не имел правильного представления о существе сделки и индивидуальной значимости ее последствий. Реального намерения передать в собственность ответчику единственное жилье он не имел.

Злоупотребление правом со стороны ответчика является самостоятельным основанием для признания сделки недействительной

С учетом указанного и в соответствии со статьями 1, 10, 12, 166-168, 170, 179, 334, 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации истец просил суд удовлетворить заявленные требования.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 – адвокат Пушин И.Ю. исковые требования поддержал в полном объеме, по существу дал объяснения, аналогичные изложенным в иске и письменных пояснениях.

Представитель ответчика ФИО3 – адвокат Голубева Е.П. в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в письменных возражениях ФИО3 Дополнительно пояснила, что форма договора купли-продажи была соблюдена. Истец является дееспособным лицом. Никакого давления и введения его в заблуждение не было. Из объяснений допрошенных по уголовному делу лиц, имеющихся в представленном материале, следует, что фактически ФИО2 вводил в заблуждение его сын ФИО7, иные лица не сообщали ФИО2 каких-либо недостоверных сведений, не угрожали ФИО2 По сути, ФИО2 действовал по просьбе своего сына ФИО7

Истец ФИО2, третьи лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике, ФИО7, ФИО4 в судебное заседание не явились, о дне и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

На основании статей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Ранее в судебных заседаниях истец ФИО2, третье лицо ФИО7 исковые требования поддержали, по существу дали объяснения, аналогичные изложенным в иске и письменных пояснениях стороны истца. Истец ФИО2 также поддержал объяснения, изложенные им в заявлении в полицию, в материале проверки и протоколе допроса по уголовному делу. Третье лицо ФИО7 также поддержал объяснения, изложенные им в материале проверки и протоколе допроса по уголовному делу.

Согласно письменным возражениям ФИО3 на исковое заявление ФИО2, о продаже дома с постройками и пристройками, земельного участка ФИО3 узнал из интернет-сайта Авито, где объявление было выставлено еще в ДД.ММ.ГГГГ. Поскольку он проживает в 

<

адрес>, от его имени выступала его знакомая ФИО4, проживающая в 

<

адрес>, которая ранее занималась риэлтерской деятельностью. У ФИО2 было много возможностей отказаться от сделки купли-продажи. Согласие супруги ФИО2 было оформлено заранее, до сделки. ФИО4 приехала к ФИО2 за день до сделки. Договор подписывался ФИО2 в МФЦ, в присутствии сотрудника МФЦ. До окончания срока государственной регистрации перехода права собственности ФИО2 также не обращался в МФЦ для приостановления сделки. Семья ФИО2 почти сразу снялись с регистрационного учета в указанном доме. ФИО2 вместо выселения обратился в полицию только ДД.ММ.ГГГГ. Истцом собственноручно написана расписка и именно он настаивал на передачу наличных денежных средств, а не на зачисление денежных средств на банковский счет. Просил отказать в удовлетворении требований в полном объеме.

Согласно письменным пояснениям третьего лица ФИО4, исковые требования ФИО2 полагала не подлежащими удовлетворению, ссылаясь на доводы, аналогичные изложенным в возражениях ФИО3 Дополнительно указала, что угроз ФИО2 она не высказывала, со сделкой его не торопила. Деньги отдала ФИО2 лично, о чем он написал ей расписку.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (Продавец) и ФИО4, действующей от имени и в интересах ФИО3 (Покупатель) на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной нотариусом 

<

адрес> и зарегистрированной в реестре за №, заключен договор купли-продажи земельного участка с жилым домом.

Согласно пункту 1 данного договора Продавец обязуется передать в собственность, а Покупатель принять в собственность и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора следующее недвижимое имущество:

- 

<

данные изъяты>

- 

<

данные изъяты>

Указанные Жилой дом и Земельный участок продаются по соглашению сторон за 11000000 рублей, из которых 2000000 рублей составляет стоимость Земельного участка, 9000000 рублей – стоимость Жилого дома, которые уплачиваются Покупателем Продавцу до подписания настоящего договора наличными денежными средствами (пункт 4 Договора).

Пунктом 7 Договора Продавец обязуется обеспечить снятие лиц, зарегистрированных в Жилом доме, с регистрационного учета в продаваемом по настоящему договору Жилого доме, фактически освободить Земельный участок и Жилой дом от личных вещей и выехать из Жилого дома до ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с пунктом 8 Договора до подписания настоящего договора Продавец передал, а Покупатель принял указанный Земельный участок и Жилой дом. Указанное недвижимое имущество передано и принято сторонами в исправном виде. По санитарно-гигиеническому состоянию Жилой дом пригоден для проживания. Обязательство Продавца передать, а Покупателя принять Земельный участок и Жилой дом считается исполненным с момента подписания сторонами настоящего договора. Отдельный документ о передаче Продавцом Покупателю отчуждаемого по настоящему договору Земельного участка и Жилого дома не составляется.

Покупатель приобретает право собственности на Земельный участок и Жилой дом с момента государственной регистрации перехода к нему прав собственности. Бремя оплаты коммунальных и (или) иных платежей, налогов, сборов и т.п., возникших (образовавшихся) до государственной регистрации перехода права собственности к Покупателю на Земельный участок и Жилой дом, лежит на Продавце (пункт 9 Договора).

Указанная сделка совершена ФИО2, в том числе, на основе согласия его супруги ФИО8, удостоверенного нотариусом нотариального округа «Завьяловский район» Удмуртской Республики ДД.ММ.ГГГГ и зарегистрированного в реестре за №. В соответствии с данным документом ФИО8 дает согласие своему супругу ФИО2 на продажу за цену и на условиях по его усмотрению приобретенных ими во время брака земельного участка и всех размещенных на нем объектов недвижимости (жилой дом) по адресу 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 составлена собственноручная расписка о получении от ФИО4, действующей в интересах ФИО9, денег с сумме 11000000 руб. в качестве оплаты за земельный участок 

<

данные изъяты> и жилой дом 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО4, действующей от имени и в интересах ФИО9, поданы документы для государственной регистрации перехода права собственности на указанное имущество в соответствии с заключенным договором купли-продажи.

ДД.ММ.ГГГГ Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике произведена государственная регистрация права собственности на жилой дом (номер регистрации №) и земельный участок (номер регистрации №).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в Отдел МВД России по Завьяловскому району Удмуртской Республики с заявлением о преступлении (КУСП №) по факту завладения земельным участком с расположенным на нем жилым домом.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя СО Отдела МВД России по Завьяловскому району Удмуртской Республики возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Одновременно следствием установлено, что в период с начала ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ неустановленное лицо путем обмана и злоупотребления доверием ФИО2 завладело земельным участком с домом, расположенными по адресу 

<

адрес>, чем причинило последнему материальный ущерб на сумму 11000000 рублей, что является особо крупным размером.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130) (пункт 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Пунктом 2 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части.

Если должник выдал кредитору в удостоверение обязательства долговой документ, то кредитор, принимая исполнение, должен вернуть этот документ, а при невозможности возвращения указать на это в выдаваемой им расписке. Расписка может быть заменена надписью на возвращаемом долговом документе. Нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Пунктом 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (пункт 4 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Исходя из указанных положений, судом отклоняются доводы истца о притворном характере оспариваемой сделки как основанные на ошибочном понимании норм материального права.

Истец ФИО2 в иске и письменных пояснениях в качестве оснований своих требований ссылается на введение его в заблуждение относительно обстоятельств и природы сделки, обман со стороны ответчика ФИО3, угрозу жизни и здоровью (применением насилия) к его сыну ФИО7

Данные обстоятельства указывают на отсутствие намерений ФИО2, его воли на добровольное и правомерное отчуждение принадлежащего ему имущества, а равно и на передачу его в обеспечение исполнения (залог) какого-либо денежного обязательства.

Суду не представлено надлежащих (допустимых, достоверных, достаточных) доказательств наличия согласованной сторонами – ФИО2 и ФИО3 – воли на возникновение между ними обязательств, основанных на займе и обеспеченных залогом спорного недвижимого имущества.

По материалам дела также не усматривается объективных данных относительно прикрытия оспариваемой сделкой каких-либо иных обязательств, основанных на сделках, сторон спора либо третьих лиц (независимо от характера их правомерности). Соответствующие сделки, их характер судом не оцениваются, как не входящие в предмет рассмотрения по настоящему делу.

При этом доводы истца ФИО2 относительно оценки фактических взаимоотношений сторон оспариваемой сделки, третьих лиц, не являющихся сторонами сделки, подлежат оценке и исследованию с точки зрения прочих оснований иска.

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

По смыслу приведенных выше положений добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. В связи с этим такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

По материалам дела суд приходит к выводу, что со стороны ответчика ФИО3 и его представителя ФИО10 при совершении (заключении) оспариваемых сделок имело место злоупотреблением правом.

Из объяснений ФИО2, представленных материалов уголовного дела по заявлению ФИО2 (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ) следует, что его сын, ФИО7 в ДД.ММ.ГГГГ уехал в 

<

адрес>, изредка выходил на связь, но конкретное место нахождения ФИО2 не знал. Примерно ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил ФИО5, который сообщил, что его сын находится в плену в 

<

адрес> и готов оказать помощь, посодействовать в возвращении сына. Для его освобождения необходим залог в сумме 11000000 руб. Находясь в сильном эмоциональном потрясении и имея серьезные нарушения здоровья, ФИО2 был не в состоянии правильно оценить ситуацию. В телефонном разговоре ФИО5 предложил ему отдать документы по купле-продаже дома в регпалату, но, не дожидаясь ее регистрации, приостановить регистрацию до того, как он окажет содействие, а в последующем, когда он поможет ему, ФИО2 выплатит ему определенную сумму и он заберет документы с регистрации обратно. Также ему пояснили, что компаньон ФИО5 – ФИО6 имеет возможность выяснить местонахождение его сына и помочь ему вернуться домой. После этого ФИО2 начали поступать телефонные звонки от ФИО6, который убеждал его оформить залог его дома в пользу неизвестного ему лица. ФИО5 пояснил ФИО2, что к нему домой подъедет доверенное лицо и оформит залог его имущества в соответствии с законом. ДД.ММ.ГГГГ к нему приехала ФИО4, у которой была доверенность на право предоставления интересов ФИО3, с которым заключили договор купли-продажи недвижимого имущества. ФИО11 пояснила ФИО2, что эта сделка будет являться залогом. Ему также пояснили, что необходимо оформить расписку, о том, что он якобы получил оплату по сделке. Не понимая истинных намерений ФИО4, ФИО2 собственноручно написал расписку, о том, что он получил по сделке деньги в сумме 11000000 рублей. После того, как документы были поданы для регистрации, ФИО4 пояснила ФИО2, что подаст заявление о приостановлении регистрации и сделка не будет совершена. Через некоторое время ФИО2 узнал об обмане, что целью сделки является не залог имущества, а переход права собственности имущества ФИО3 В последующем ФИО2 узнал, что с его сыном все в порядке и он проживает в 

<

адрес>. Все лица являются его знакомыми. В какие-либо подразделения и организации по факту удержания в плену его сына ФИО2 не обращался. Вся эта история выдумана с целью введения его в заблуждение.

Указанные сведения согласуются с объяснениями иных лиц, опрошенных по уголовному делу (ФИО7, ФИО12, ФИО13).

По указанным фактам возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО2 признан потерпевшим.

Таким образом, ФИО2 при совершении оспариваемых сделок был введен в заблуждение ФИО5, ФИО4 и ФИО3 относительно обстоятельств, указывающих на необходимость совершения сделки, реальной правовой природы совершаемых сделок, исходя из фактических договоренностей данных лиц, полагал наличие реальной угрозы жизни и здоровью своего сына ФИО7

Вместе с тем, суд полагает, что указанные действия ФИО3 и его представителя ФИО4 при совершении (заключении) оспариваемых сделок подлежат самостоятельной квалификации в соответствии с положениями статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

Признание договора незаключенным или недействительным само по себе не препятствует наступлению последствий, предусмотренных абзацем первым настоящего пункта.

Предусмотренная настоящей статьей ответственность наступает, если сторона, предоставившая недостоверные заверения, исходила из того, что другая сторона будет полагаться на них, или имела разумные основания исходить из такого предположения.

Пунктом 2 статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сторона, полагавшаяся на недостоверные заверения контрагента, имеющие для нее существенное значение, наряду с требованием о возмещении убытков или взыскании неустойки также вправе отказаться от договора, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Пунктом 3 статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что сторона, заключившая договор под влиянием обмана или существенного заблуждения, вызванного недостоверными заверениями, данными другой стороной, вправе вместо отказа от договора (пункт 2 настоящей статьи) требовать признания договора недействительным (статьи 179 и 178).

Статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает:

1. Сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

2. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

3. Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

4. Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 98-99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 1 статьи 179 ГК РФ). При этом закон не устанавливает, что насилие или угроза должны исходить исключительно от другой стороны сделки. Поэтому сделка может быть оспорена потерпевшим и в случае, когда насилие или угроза исходили от третьего лица, а другая сторона сделки знала об этом обстоятельстве.

Кроме того, угроза причинения личного или имущественного вреда близким лицам контрагента по сделке или применение насилия в отношении этих лиц также являются основанием для признания сделки недействительной.

Сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

По материалам дела суд полагает установленным факт наличия обмана ФИО2 со стороны ФИО5, ФИО4 и ФИО3 относительно обстоятельств необходимости совершения оспариваемой сделки, реальной правовой природы совершаемых сделок, исходя из фактических договоренностей данных лиц, заявленного ФИО5 факта наличия реальной угрозы жизни и здоровью сына ФИО2 – ФИО7, о котором знали ФИО4 и ФИО3

Данный вывод судом сделан на основе следующих данных:

нахождение ФИО7 в период совершения оспариваемых сделок (ДД.ММ.ГГГГ) в ситуации, исключающей возможность его связи с родственниками, в том числе с отцом ФИО2;

сообщение данного факта третьими лицами ФИО2 в контексте наличия реальной угрозы причинения вреда жизни и здоровью ФИО7;

использование данного факта третьими лицами как предлога для получения материальной выгоды за счет отчуждения ФИО2 принадлежащего ему имущества либо выплаты ФИО2 стоимости этого имущества, установленной договором, в случае расторжения такого договора об отчуждении имущества;

несоответствие рыночной стоимости жилого дома и земельного участка ФИО2 и цены оспариваемой сделки купли-продажи;

отсутствие объективных сведений, указывающих на экономическую возможность ФИО3 передать ФИО2 наличные денежные средства в размере 11000000 рублей (соответствующие доводы стороны ответчика о привлечении им заемных денежных средств при рассмотрении дела своего подтверждения не нашли), а соответственно и отсутствие объективных сведений фактической передачи указанной суммы денег;

отсутствие объективных сведений последующего распоряжения ФИО2 указанной суммой денежных средств;

отсутствие фактического перехода права собственности (титула владения спорным имуществом) от ФИО2 к ФИО3;

отсутствие реального интереса ФИО3 в приобретении и последующем использовании спорного имущества;

предоставление ФИО3 в соответствии с доверенностью от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной нотариусом нотариального округа 

<

адрес> и зарегистрированной в реестре за №, ФИО5 и ФИО4 полномочий приобрести (купить) спорное имущество (земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу 

<

адрес>), заключить и подписать договор купли-продажи, управлять и распоряжаться указанным имуществом любым предусмотренным законом способом, в том числе продать за цену и на условиях по своему усмотрению любому лицу, подписывать соответствующие договору, получать и передавать имущество, денежные средства и т.д. на срок три года (указанное обстоятельство указывает на то, что ФИО5 и ФИО4 фактически становились бенефициарами по оспариваемым сделкам).

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО3, выданная 30.03.2017 года во исполнение указанного договора расписка ФИО2 о получении им денежных средств в размере 11000000 рублей, являются недействительными сделками по основаниям, установленным статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данное обстоятельство является основанием для применения судом последствий недействительности указанных сделок и приведения их сторон в первоначальное состояние.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании недействительными договора купли-продажи, расписки и применении последствий недействительности сделки удовлетворить в полном объеме.

Признать недействительным договор купли-продажи земельного участка с жилым домом от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО3.

Признать недействительной расписку ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ о получении от ФИО4 денежных средств в сумме 11000000 рублей.

Применить последствия недействительности сделки.

Внести в Единый государственный реестр недвижимости запись о прекращении права собственности ФИО3 на земельный участок и расположенный на нем жилой дом по адресу 

<

адрес>

Внести в Единый государственный реестр недвижимости запись о праве собственности ФИО2 на земельный участок и жилой дом с постройками и пристройками, расположенные по адресу 

<

адрес>

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета Муниципального образования «Завьяловский район» Удмуртской Республики 1200 рублей государственной пошлины.

Меры по обеспечению иска, принятые определением суда от 24 ноября 2017 года, сохранить до вступления настоящего решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня его вынесения путём подачи апелляционной жалобы через Завьяловский районный суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение изготовлено судом 03 октября 2018 года.

Судья Ю.А. Кожевников