Судья первой инстанции Лысенко Д.В. № 22-1761/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

8 июня 2021 года г. Иркутск 

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Серебренникова Е.В., помощника судьи Кузубова С.А., 

с участием прокурора Пашинцевой Е.А., 

обвиняемых ФИО36, ФИО37

защитников адвокатов Порягина В.В., Белотеловой Т.А., Герасимчик Е.С., Воробьев В.В., Ломухина А.А., Мальцева М.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционными жалобами обвиняемого ФИО38., защитника обвиняемого ФИО39 адвоката Порягина В.В., на постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 1 апреля 2021 года о возвращении уголовного дела по обвинению по ч. 3 ст. 162 УК РФ

ФИО40, (данные изъяты),

ФИО41, (данные изъяты),

ФИО42, (данные изъяты),

ФИО43, (данные изъяты),

ФИО45, (данные изъяты),

ФИО46, (данные изъяты),

возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, 

а также с апелляционным представлением прокурора Свердловского района г. Иркутска Ивановой Т.О. на частное постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 1 апреля 2021 года, 

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования ФИО47., ФИО48., ФИО49., ФИО50., ФИО51., ФИО52. обвиняются по ч. 3 ст. 162 УК РФ в разбое, то есть нападении в целях хищения чужого имущества, совершенном с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище. 

Постановлением суда уголовное дело в порядке ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору.

В обоснование своих выводов суд указал на то, что в ходе судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемых как более тяжкого преступления. Так, согласно показаниям подсудимых их умысел был направлен на хищение дорогостоящего браслета, стоимостью свыше 1 000 000 рублей. Это подтверждается тем, что осознав, хищение браслета стоимостью, не превышающей 7 000 рублей, они избавились от него. 

Кроме того, судом вынесено частное постановление в адрес руководителя СУ СК России по Иркутской области и прокурора Иркутской области по допущенным в ходе предварительного расследования нарушениям уголовно-процессуального закона, в том числе повлекших неоднократное возвращение уголовного дела прокурору.

В апелляционной жалобе обвиняемый ФИО53 с постановлением суда не согласен, считает, что возвращением уголовного дела прокурору нарушаются его права, гарантированные Конституцией РФ, поскольку преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 162 УК РФ он не совершал. Также судом нарушено его право на рассмотрение дела в разумные сроки, предусмотренное ст. 6.1 УПК РФ. Обращает внимание, что вину в совершении преступления он признал, давал признательные показания, что должно быть учтено при назначении ему наказания как смягчающие обстоятельства, предусмотренные ст. 61 УК РФ. Длительное не рассмотрение дела и не вынесение решения причиняет ему моральные страдания. 

Полагает, что вывод суда о том, что они хотели похитить браслет стоимостью 3 000 000 рублей, противоречит материалам уголовного дела. Так, в ходе допросов он пояснял, что они хотели похитить браслет стоимостью около 800 000 рублей. Он в это верил, сам браслет не видел, имел цель на хищение браслета его реальной, а не вымышленной стоимости. Кроме того, все обвиняемые дают разные показания о стоимости браслета, каждый его оценивал на свое усмотрение, не все его видели до хищения. Приводит разъяснения Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года в постановлении №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», полагает, что суду следует исходить из фактической стоимости похищенного имущества, и органами следствия нарушений закона при квалификации их действий не допущено, поскольку ими установлена стоимость похищенного браслета, которая не составляет ни крупного, ни особо крупного размера. Также полагает, что у обвиняемых отсутствовал прямой умысел на завладение имуществом в особо крупном размере, все по-разному оценивали браслет. Считает постановление суда попыткой объективного вменения. 

В связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, не соответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит постановление отменить, направит дело на новое рассмотрение в тот же суд. 

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО54. адвокат Порягин В.В. с постановлением суда не согласен. Указывает, что согласно материалам уголовного дела ФИО55 согласился на предложение ФИО56 подыскать двух человек для совершения преступления, о чем в свою очередь ФИО57 попросил ФИО58. Сам ФИО59 рассчитывал на денежное вознаграждение, размер которого не оговаривался, участие в преступлении принимать не собирался, цели завладения имуществом в особо крупном размере не преследовал. Согласно показаниям ФИО60 при встрече с иными обвиняемыми в разговоре ему было сказано, что необходимо похитить у девушки браслет стоимостью 800 000 рублей. При этом в телефоне показали фотографию браслета, под которым была указана данная цена. Исходя из показаний ФИО61, за совершение преступления ему была обещана сумма вознаграждения в размере 250 000 рублей. Таким образом, у обвиняемых не было цели хищения имущества в особо крупном размере, то есть стоимостью более 1 000 000 рублей, как об этом указано в постановлении. Просит его отменить. 

В апелляционном представлении прокурор Свердловского района г. Иркутска Иванова Т.О. оспаривает частное постановление, вынесенное по итогам рассмотрения уголовного дела, в адрес руководителя следственного управления СК России по Иркутской области и прокурора Иркутской области, считает его противоречащим положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и подлежащим отмене. Приводит положения ч. 4 ст. 29, ст. ст. 37, 38 УПК РФ, полагает, что выводы суда не основаны на уголовно-процессуальном законодательстве РФ. Так, исследованные доказательства, а именно, показания потерпевшей ФИО62., подсудимых ФИО63., ФИО64., ФИО65., ФИО66., ФИО67., ФИО68., содержание телефонных переговоров свидетельствуют о том, что каждый из подсудимых располагал разными сведениями относительно стоимости браслета – от 800 000 тысяч до 3 000 000 – 4 000 000 рублей. Сумма вознаграждения каждого из соучастников после хищения и реализации браслета варьировалась от 100 000 до 400 000 рублей, то есть корыстная цель и умысел были направлены на получение именно этой денежной суммы. ФИО69 участие в совершении преступления суду объяснил желанием помочь своим знакомым, без материальной заинтересованности. В связи с чем сторона обвинения возражала и не согласна с возвращением дела прокурору. Не согласна с выводом суда об обязательности проведения оценочной экспертизы браслета и экспертизы изъятого пистолета, поскольку данные виды экспертиз не приведены в ст. 196 УПК РФ. Необходимости в экспертной оценке браслета не имелось, так как известна его покупная стоимость, которую подтвердила специалист в этой области ФИО70 Орудие преступление – пистолет является игрушечным, подтверждать данный факт экспертным путем оснований не имелось. Также, в связи с наличием иных доказательств, не имелось необходимости в предъявлении для опознания подсудимым и потерпевшей указанных браслета и пистолета, которые могут быть исследованы в судебном заседании. Оспаривает указание суда о необходимости истребования сведений о содержании смс-сообщений подсудимой ФИО71 относящихся ко времени нападения. Полагает, что имеется совокупность иных доказательств, которыми установлены фактические обстоятельства дела. В части приобщения от потерпевшей ФИО72 письменных заявлений после ее возвращения в 

<

адрес изъят> 21 ноября 2019 года, без указания способа их получения, поясняет, что в материалах дела имеются доверенности ФИО73 иным лицам, проживающим в г. Иркутске, которые могли подписывать от ее имени любые заявления. Ссылку суда о том, что в обвинительном заключении указан адрес потерпевшей, где она фактически не проживает, также считает необоснованной, так как данный адрес указан в протоколе ее допроса. Не соглашается с указанием суда на то, что органы следствия обязаны письменно уведомлять потерпевшую об окончании предварительного следствия. Указывает, что права ФИО74 соблюдены, она устно извещена и отказалась знакомиться с делом, о чем имеется копия ее заявления. Приходит к выводу, что суд, перечислив в частном постановлении необходимые следственные действия, дает прямое указание об их выполнении, то есть возложил на себя несвойственную ему функцию стороны обвинения, что противоречит требованиям ст. 15 УПК РФ. Просит частное постановление отменить.

В заседании суда апелляционной инстанции прокурор Пашинцева Е.А. поддержала апелляционное представление прокурора, доводы апелляционных жалоб просила отклонить.

Обвиняемые ФИО75., ФИО76., защитники Порягин В.В., Белотелова Т.А., Герасимчик Е.С., Харченко Н.Б., Федорова О.К., Мальцев М.С. просили об удовлетворении апелляционных жалоб, отмене постановлений суда и направлении уголовного дела в Свердловский районный суд г. Иркутска для его рассмотрения по существу. 

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных представлении и жалобах, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если в ходе судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий подсудимых как более тяжкого преступления. 

Как следует из представленных материалов уголовного дела, в ходе судебного разбирательства были допрошены подсудимые ФИО77., ФИО78., ФИО79., ФИО80., ФИО81., а также оглашены их показания, и показания потерпевшей ФИО82, выяснено отношение подсудимого ФИО83 к предъявленному обвинению, исследованы письменные доказательства, из которых следует, что подсудимые, узнав о наличии у потерпевшей ФИО84 браслета, стоимостью около 3 000 000 рублей из корыстных целей решили его похитить. 

Согласно п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29 (ред. от 16.05.2017) "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" в случаях, когда лицо, совершившее разбойное нападение, имело цель завладеть имуществом в особо крупном размере, но фактически завладело имуществом, стоимость которого не превышает одного миллиона рублей, его действия надлежит квалифицировать, по пункту "б" части четвертой статьи 162 УК РФ как оконченный разбой, совершенный в особо крупном размере.

Исходя из приведенных обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что по делу установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий ФИО85., ФИО86., ФИО87., ФИО88, ФИО89., ФИО90. как более тяжкого преступления.

Суд апелляционной инстанции с данным решением соглашается, поскольку из проверенным материалов следует, что подсудимым предъявлено обвинение без учета их показаний о стоимости имущества, которое они намеревались похитить путем разбойного нападения, что с учетом приведенных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ препятствует постановлению законного решения. 

Доводы апелляционных жалоб стороны защиты в части оценки показаний обвиняемых о стоимости браслета, который стал предметом хищения, о единой цели обвиняемых, о невиновности, как и иные доводы о доказанности фактических обстоятельств по делу, не могут быть проверены на данной стадии уголовного судопроизводства и не имеют значения для проверки обоснованности принятого судом решения. 

В соответствии с ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого. При этом суд не вправе указывать статью Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также делать выводы об оценке доказательств, о виновности обвиняемого. 

Установление фактических обстоятельств дела, виновности подсудимых и квалификация их действий может быть дана только по итогам рассмотрения дела по существу. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о необходимости возвращения уголовного дела прокурору, поскольку допущенные органом предварительного расследования недостатки не позволяли суду вынести законное и обоснованное решение на основании имеющегося обвинительного заключения, поскольку ограничивали его в возможной квалификации действий обвиняемых по итогам судебного разбирательства. 

Свои выводы суд надлежаще мотивировал в постановлении, с указанием конкретных обстоятельств, подтверждающих принятое решение. Не согласиться с выводами суда первой инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. Судебное решение является обоснованным, мотивированным и принято судом с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса. 

Нарушений требований ст. 6.1 УПК РФ судом при возвращении дела прокурору не допущено, поскольку принятое решение направлено на обеспечение условий принятия справедливого решения судом, правильного применения уголовного закона и достижения целей уголовного судопроизводства, указанных в ст. 6 УПК РФ.

Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб по изложенным в них доводам, суд апелляционной инстанции не усматривает. Постановление суда соответствует ст. 7 УПК РФ и является законным, обоснованным и мотивированным. 

Обсуждая доводы представления прокурора о незаконности частного постановления, суд апелляционной инстанции признает их обоснованными в части указания суда на не проведение судебных экспертиз, процессуальных и следственных действий, о необоснованном приобщении к делу заявлений потерпевшей ФИО91., поскольку производство тех или иных следственных действий является полномочием стороны обвинения, к которым относится и следователь. Оценка достоверности приобщенных к делу от имени потерпевшей заявлений может стать предметом оценки суда при новом судебном разбирательстве. 

Вместе с тем, на недостатки, которые повлекли неоднократное возвращение дела прокурору, суд обоснованно обратил внимание руководителей органа предварительного расследования и прокуратуры Иркутской области. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 1 апреля 2021 года о возвращении в порядке ст. 237 УПК РФ прокурору уголовного дела по обвинению ФИО92, ФИО93, ФИО94, ФИО95, ФИО96, ФИО97 оставить без изменения, апелляционные жалобы обвиняемого ФИО98., защитника обвиняемого ФИО99 адвоката Порягина В.В. - без удовлетворения.

Частное постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 1 апреля 2021 года по данному уголовному делу изменить:

Исключить указания суда о необоснованном не проведении экспертиз, процессуальных и следственных действий, о необоснованном приобщении к делу заявлений потерпевшей ФИО100 

В остальной части данное постановление оставить без изменения, представление прокурора Свердловского района г. Иркутска апелляционное Ивановой Т.О. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово). 

В случае обжалования, обвиняемые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении своей жалобы судом кассационной инстанции. 

Председательствующий: Е.В. Серебренников