Дело № 2-2408/2019

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 12 июля 2019 года.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июля 2019 года г. Екатеринбург

Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Вдовиченко И.М.,

при секретаре Сергеевой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, о возложении обязанности заключить трудовой договор, внесении записи в трудовую книжку, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за время вынужденного прогула, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, о возложении обязанности заключить трудовой договор, внесении записи в трудовую книжку, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за время вынужденного прогула, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, компенсации морального вреда. 

В обоснование заявленных исковых требований указано, что 04 февраля 2019 года истец была принята ответчиком на должность продавца-кассира в магазин-кулинарию «Бисквитный двор», находящийся по адресу: г. Екатеринбург, мкр-н Светлый, д. 2. При трудоустройстве директору данного магазина по имени ФИО12, точной фамилии не помнит, были переданы трудовая книжка истца, санитарная книжка, прививочный сертификат, реквизиты карточного счета в банке. Относительно размера заработной платы в сумме 22 000 рублей, или 140 рублей в час, с ответчиком была достигнута договоренность. На работу истец была принята с учетом прохождения стажировки в период с 04 по 08 февраля 2019 года по два часа в день. В дальнейшем истец отработала полных 9 смен: 11, 12, 13, 17, 18, 19, 23, 24, 25 февраля 2019 года, продолжительность смены составляла 13 часов. Для выполнения трудовых обязанностей истцу была выдана униформа. Директор магазина 26 февраля 2019 года выплатила истцу 5 000 рублей за отработанное время. В период прохождения медицинской комиссии установлена беременность истца, о чем было сообщено работодателю, который отстранил ее от работы с 26 февраля 2019 года. Невыплаченной осталась заработная плата в размере 10 468 рублей 60 копеек (5 дней стажировки х 2 часа х 140 рублей) + (9 смен х 13 часов х 140 рублей) – 13% НДФЛ). В соответствии со ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата за время вынужденного прогула составляет 34 834 рубля 80 копеек. Задержка выплаты заработной платы в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации является основанием для взыскания с ответчика компенсации. Неправомерными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, размер которого оценивается в сумме 10 000 рублей.

Просит с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации:

- признать отношения между истом и ответчиком трудовыми;

- возложить на ответчика обязанность заключить с истцом трудовой договор о выполнении обязанностей продавца-кассира с окладом 22 000 рублей в месяц (с учетом удержания НДФЛ) с 04 февраля 2019 года и внести запись в трудовую книжку;

- взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату в размере 10 468 рублей 60 копеек, заработную плату за время вынужденного прогула в сумме 34 834 рубля 80 копеек, компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 219 рублей 84 копейки, морального вреда в сумме 10 000 рублей.

В судебном заседании истец, подтвердив обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, на удовлетворении исковых требований настаивала в полном объеме.

Представитель истца по устному ходатайству ФИО3 заявленные исковые требования поддержал, считая их законными и обоснованными.

Ответчик в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлена в срок и надлежащим образом, с ходатайством об отложении слушания дела не обратилась.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности от 04 июня 2019 года, сроком действия до 31 декабря 2019 года, представила письменные возражения на исковое заявление. В судебном заседании исковые требования находит незаконными и необоснованными. В феврале 2019 года ответчик, осуществляющая розничную торговлю хлебобулочными и кондитерскими изделиями в магазине-кулинарии «Бисквитный двор» по адресу: г. Екатеринбург, мкр-н Светлый, д. 2, в феврале 2019 года в сети Интернет разместила вакансию на должность продавца-кассира, на которую откликнулась истец и в дальнейшем успешно прошла собеседование. Истцу было выдано направление на прохождение медицинской комиссии, после которой она на трудоустройство не явилась. Истцом не представлено доказательств допуска ее к работе с ведома и по поручению ответчика. Администратор ФИО13, на которую ссылается истец, как на лица, принявшее ее на работу, не является уполномоченным лицом для решения кадровых вопросов. Представленная истцом униформа не может служить допустимым доказательством принятия истца на работу. Кроме того, в кассовых чеках информация об истце отсутствует. Просит в удовлетворении иска отказать.

Суд считает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело при установленной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В силу ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

Согласно разъяснениям, данным в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Исходя из содержания ст.ст. 15, 56 Трудового кодекса Российской Федерации, характеризующими признаками трудовых отношений являются личное выполнение работником за плату конкретной трудовой функции, подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, обеспечение работодателем для работника определенных условий труда и выплата ему заработной платы.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказывания факта наличия соглашения между сторонами о выполнении работы, а также того, что работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя лежит на лице, заявившем требования о признании отношений трудовыми.

В соответствии со ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 19 мая 2009 года № 597-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Р. на нарушение ее конституционных прав статьями 11, 15, 16, 22 и 64 Трудового кодекса Российской Федерации», суды общей юрисдикции, разрешая споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», разъяснено, что применимой, в том числе, при разрешении споров с работодателями, не отнесенными к названным категориям, так как правовое регулирование вопросов допуска к работе, возникновения трудовых отношений является сходным как для случаев работы у субъектов малого предпринимательства, так и для случаев работы в иных организациях (ст.ст. 15ст.ст. 15, 56 Трудового кодекса Российской Федерации) если работник, с которым трудовой договор не оформлен, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 заявление о приеме на работу к ответчику не писала, трудовой договор в письменной форме не заключался, приказ о приеме ее на работу не издавался, в трудовую книжку истца запись о работе у ответчика не вносилась.

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, ответчик осуществляет свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, в перечень которой входит, в том числе розничная торговля хлебом и хлебобулочными изделиями и кондитерскими изделиями в специализированных магазинах. Данная деятельность осуществляется ответчиком по адресу: г. Екатеринбург, мкр-н Светлый, д. 2, где расположен магазин-кулинария «Бисквитный двор».

Из пояснений ответчика следует, что в сети Интернет в феврале 2019 года была размещена вакансия продавца-кассира в указанный магазин-кулинарию. После размещения сведений о вакансии откликнулась истец, успешно прошедшая собеседование.

Последовательность изложенных стороной ответчика событий согласуется с пояснениями истца, указавшей, что собеседование с ней проводила директор магазина по имени ФИО15 Представитель ответчика уточнила, что в данном магазине должность администратора занимает ФИО5, которая в силу должностных обязанностей имеет право проводить собеседования с кандидатами на рядовые должности. 

Доводы представителя ответчика о том, что администратор ФИО14 является неуполномоченным от имени ответчика лицом по приему на работу сотрудников организации, в том числе продавца-кассира, что исключает факт признания отношений с ФИО1 трудовыми, суд находит несостоятельными. 

Согласно ст. 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу). 

В данном случае, поскольку истцу по итогам проведенного собеседования, как следует из пояснений сторон, было выдано направление на прохождение медицинского осмотра, суд приходит к выводу, что ответчик имел намерение принять ФИО1 на должность продавца-кассира. 

В судебном заседании ответчик в опровержение факта трудовых отношений ссылается на доказательства в виде Журнала здоровья, Журнала осмотра рук и открытых частей тела на наличие гнойничковых заболеваний, других нарушений целостного кожного покрова, а также острых респираторных заболеваний, Журнала учета рабочего времени, в которых отсутствует имя истца как работника.

Названные документы не являются подтверждением факта отсутствия между сторонами трудовых отношений, а свидетельствуют лишь о факте ненадлежащего оформления с истцом трудовых отношений. 

Ссылка стороны ответчика на кассовые чеки, в которых не указано имя истца, как продавца-кассира, суд находит несостоятельными, поскольку в данных документах вообще отсутствует указание на лицо, проводившее операцию по продаже товара.

Согласно пояснениям истца, в ее трудовые обязанности входило кассовое обслуживание покупателей. Данная работа выполнялась в форменной одежде, оставшейся у нее после отстранения от работы.

Представитель ответчика, не отрицая факт выполнения сотрудниками магазина-кулинарии «Бисквитный двор» трудовых обязанностей в униформе, не могла пояснить, как данная одежда в отсутствие каких-либо отношений с истцом, в том числе трудовых, оказалась у последней. 

Суд принимает во внимание пояснения истца, данные в судебном заседании, которые в силу ч. 1 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются одним из доказательств, поскольку они последовательны и не противоречат письменным доказательствам. 

Разрешая заявленные исковые требования в части установления факта трудовых отношений с ответчиком, суд приходит к выводу, что выполнение работы продавца-кассира истцом осуществлялось в условиях подчинения правилам внутреннего трудового распорядка, режиму рабочего времени, установленному работодателем, признанием прав работника в виде предоставления выходных дней. Такое взаимодействие, основанное на постоянном выполнении истцом по заданию однородной трудовой функции, свидетельствует об устойчивом и стабильном характере отношений, что свойственно трудовым отношениям. Кроме того, о данном факте свидетельствует и то, что истец выполняла работу, используя униформу, выданную ответчиком. 

Невыполнение работодателем своих обязанностей по оформлению трудовых отношений с ФИО1, фактически допущенной к работе, не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений как таковых и не должно приводить к отрицательным последствиям для данного работника, выполнявшего работу без надлежащего оформления трудовых отношений.

Оценив в совокупности все вышеизложенные обстоятельства и подтверждающие их доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии между истцом и ответчиком трудовых правоотношений с 12 января 2018 года по выполнению ФИО6 обязанностей маляра у индивидуального предпринимателя ФИО7 

Поскольку трудовой договор с истцом не заключался, отсутствует приказ о его приеме на работу, заработная плата истцу не установлена.

Согласно ст. 130 Трудового кодекса Российской Федерации, в систему основных государственных гарантий по оплате труда работников включаются, в том числе величина минимального размера оплаты труда в Российской Федерации.

В силу ч. 3 ст. 133 Трудового кодекса Российской Федерации, месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Поскольку в судебном заседании установлен факт трудовых отношений между истцом и ответчиком, то в соответствии с вышеприведенными нормами действующего трудового законодательства с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за февраль 2019 года.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, ст. 133.1 ТК Российской Федерации, п. 4 ст. 1086 ГК Российской Федерации).

Истец не представила суду допустимых, достоверных и достаточных доказательств в подтверждение того, что по соглашению с работодателем заработная плата была установлена и выплачивалась ей из расчета тарифной ставки 22 000 рублей в месяц, или 140 рублей в час. Ответчик наличие такого соглашения отрицает.

В материалы дела ответчиком представлено штатное расписание, согласно которому тарифная ставка для продавца продовольственных товаров установлена в размере 18 200 рублей, уральский коэффициент в сумме 2 730 рублей. 

При таком положении суд полагает возможным при расчете заработной платы исходить из тарифной ставки, определенной ответчиком для данной категории работников. В этой связи, а также, учитывая произведенную ответчиком частичную выплату в сумме 5 000 рублей, подлежащая взысканию в пользу истца заработная плата за февраль 2019 года составит 13 209 рублей 10 копеек.

Истцом заявлено о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате в сумме 10 468 рублей 60 копеек.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

На основании изложенного суд приходит к выводу об удовлетворении заявленного истцом требования о взыскании задолженности по заработной плате за февраль 2019 года в размере 10 468 рублей 60 копеек.

В соответствии со ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев подлежит немедленному исполнению. 

Суд считает необходимым решение в части взыскания заработной платы обратить к немедленному исполнению.

В соответствии с ч. 3 ст. 72.2 Трудового кодекса Российской Федерации под простоем понимается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера. При этом обязанность доказать наличие указанных обстоятельств возлагается на работодателя (пункт 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Согласно положениям ст.ст. 22, 56 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, выплачивать работнику заработную плату за выполненную им работу в полном размере.

Согласно ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться.

В силу ч. 1 ст. 155 Трудового кодекса Российской Федерации при невыполнении норм труда, неисполнении трудовых (должностных) обязанностей по вине работодателя оплата труда производится в размере не ниже средней заработной платы работника, рассчитанной пропорционально фактически отработанному времени.

С учетом изложенного, положений ст.ст. 155, 234 Трудового кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца средней заработной платы за период, когда истец фактически не работала с 26 февраля 2019 года по 05 апреля 2019 года в размере 34 834 рубля 80 копеек.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит средний заработок в сумме 34 834 рубля 80 копеек.

Как было отмечено выше, обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В соответствии с абз. 1 ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Согласно требованиям ч. 3 ст. 66 названного Кодекса, работодатель ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

В этой связи требование истца о возложении на индивидуального предпринимателя ФИО8 обязанность оформить с ФИО1 трудовой договор на период работы, начиная с 04 февраля 2019 года, а также о внесении записи в трудовую книжку, подлежит удовлетворению.

Согласно ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию за задержку выплаты заработной платы на основании представленного ею расчета за период с 08 марта 2019 года по 05 апреля 2019 года в размере 219 рублей 84 копейки (10 468 рублей 60 копеек х 7,75% х 1/150 х 29 дней (с 08.03.2019 по 05.04.2019) + (11 083 рубля 80 копеек х 7,75% х 1/150 х х 11 дней (с 26.03.2019 по 05.04.2019).

Ответчик расчет суммы компенсации за задержку выплаты заработной платы, а также возражений относительно указанного порядка расчета компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, не представил.

На основании изложенного, требование истца к ответчику о взыскании процентов в соответствии с положениями ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации подлежит удовлетворению в размере 219 рублей 84 копейки.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. 

Как следует из искового заявления, истец связывает причинение морального вреда с возникшим тяжелым материальным положением в результате незаконных действий ответчика, от чего она испытывала нравственные переживания. 

Исходя из конкретных обстоятельств данного дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимание обстоятельств, а также требований разумности и справедливости суд считает, что подлежит взысканию с ответчика в пользу истца компенсация морального вреда в заявленном размере 5 000 рублей. 

Согласно положениям ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 865 рублей 70 копеек в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, о возложении обязанности заключить трудовой договор, внесении записи в трудовую книжку, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за время вынужденного прогула, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать установленным факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО1 о выполнении с 04 февраля 2019 года обязанностей продавца в магазине-кулинарии «Бисквитный двор».

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность оформить с ФИО1 трудовой договор на период работы, начиная с 04 февраля 2019 года.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за февраль 2019 года в сумме 10 468 рублей 60 копеек, средний заработок за период с 26 февраля 2019 года по 05 апреля 2019 года в размере 34 834 рубля 80 копеек, компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы в сумме 219 рублей 84 копейки, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу.

В остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 865 рублей 70 копеек.

Решение суда в части взыскания заработной платы обратить к немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья И.М. Вдовиченко