2-4989\2019

56RS0018-01-2019-005365-31

Решение

Именем Российской Федерации

г. Оренбург 30 августа 2019 года

Ленинский районный суд г. Оренбурга в составе:

Председательствующего судьи Харченко Н.А.

При секретаре Белой И.С.

С участием истца ФИО1, представителя управления Министерства Юстиции по Оренбургской области ФИО2, представителя ответчика ФСИН России и УФСИН России по Оренбургской области ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств ВКС гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству юстиции РФ, управлению Министерства юстиции РФ по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказания РФ, управлению Федеральной службы исполнения наказаний РФ в Оренбургской области, федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 6» управления Федеральной службы исполнения наказаний РФ в Оренбургской области о признании незаконными действий и компенсации морального вреда,

Установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов РФ, Министерству связи и массовых коммуникаций РФ, федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, Министерству юстиции РФ, управлению Министерства юстиции РФ по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказания РФ, управлению Федеральной службы исполнения наказаний РФ в Оренбургской области, в котором просил о компенсации морального вреда, причиненного в результате запрета самостоятельно выбирать для просмотра телеканалы, из 20 общероссийских общедоступных телеканалов.

В обоснование заявленных требований указал, что осужден к пожизненному лишению свободы, с ... отбывает наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН по Оренбургской области. С .... лишен возможности самостоятельно выбрать для просмотра передачу и канал из 20 общероссийских общедоступных каналов, т.к. с этого времени на все телевизоры в ФКУ ИК-6 транслируется одна и та же передача по выбору сотрудников колонии. В связи с чем, истец лишен возможности получать новостную информацию о ситуации в мире и стране, иную информацию для культурного, нравственного и духовного развития, просмотра российских фильмов, обеспечивающих духовную потребность в патриотизме, что причиняет нравственные страдания. 

В связи с чем, просил о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда в сумме N руб.. 

В ходе судебного разбирательства истец отказался от требований Министерству финансов РФ, Министерству связи и массовых коммуникаций РФ, федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, производство по делу в отношении указанных ответчиков прекращено; уточнил заявленные требования в отношении остальных ответчиков и окончательно просил суд признать незаконными действия ответчиков в части запрета иметь доступ к пакету из 20 общероссийских обязательных общедоступных телеканалов и радиоканалов и самостоятельно выбирать один из них для просмотра и прослушивания и компенсировать причиненный такими действиями моральный вред в сумме N руб..

В качестве соответчика к участию в деле привлечено ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области.

Министерство юстиции РФ, ФКУ ИК-6 своего представителя в суд не направили, предоставив письменные отзывы об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ с учетом мнения присутствовавших в судебном заседании лиц суд рассмотрел дело в отсутствии неявившихся лиц.

В судебном заседании истец ФИО1 полностью поддержал доводы искового заявления с учетом уточнений и просил об их удовлетворении.

Представитель ответчика управления Министерства юстиции РФ по Оренбургской области ФИО2 с исковыми требованиями не согласилась по изложенным в письменном отзыве доводам, полагает, что Управление является ненадлежащим ответчиком, прав истца не нарушало.

Представитель ответчиков Федеральной службе исполнения наказания РФ, управления Федеральной службы исполнения наказаний РФ в Оренбургской области ФИО3 также не согласилась с требованиями истца, изложив доводы в письменном отзыве и поддержав их в судебном заседании, указывая на отсутствие нарушений со стороны ответчика.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, проанализировав и оценив в совокупности представленные доказательства в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Истец просит о компенсации морального вреда в связи с действиями ответчиков, ограничивающих его доступ к самостоятельному выбору телеканалов и радиоканалов, которые считает незаконными.

В силу п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению; вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 названной выше статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 данного Кодекса; вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (пункт 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Таким образом, возмещение морального вреда закон связывает с нарушением личных неимущественных прав гражданина, а также ссылается на случаи, предусмотренные законом.

В соответствии с действующим законодательством одними из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя, неправомерное действие (бездействие) причинителя вреда, умаляющее принадлежащие ему нематериальные блага или создающие угрозу такого умаления, причинная связь между неправомерным действием и моральным вредом

Перечень нематериальных благ приведен в ст. 150 ГК РФ, к ним законом отнесены: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемые и непередаваемые иным способом.

Из разъяснений, содержащихся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12. 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно п. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания заявленных требований и возражений.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 отбывает наказание в виде пожизненного лишения свободы в ФКУ ИК-6. 

Общим распорядком дня для осужденных к ПЛС, утвержденным приказом от 30.01.2019 г. № 20-ос ФКУ ИК-6, предусмотрен ежедневный просмотр телепередач в соответствии с утверждаемой еженедельно программой трансляций. При этом в данную программу включены как информационные программы («Вести», «О самом главном» и др.), так и познавательные («Планета для двоих. Алтай», «История водолазного дела», «История десанта» и др.), развлекательные («Орел и решка», «Вечер с Малаховым» и др.), а также художественные фильмы. 

Трансляция радиопередач производится ежедневно по графику с 06.10. до 21.45.. 

Истцом расценивается как незаконные действия ответчиков невозможность самостоятельно выбрать телепрограммы, радиопередачи для просмотра и прослушивания, а также ограничение во времени на просмотр телепередач, что, по его мнению, является нарушением положений Конституции Российской Федерации (в том числе статьи 29).

Однако данная позиция истца основана на неправильном понимании и толковании закона. 

Согласно ч. 2 ст. 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации.

Частями 1 и 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). Осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов, выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ст. 11 УИК РФ).

Как установлено ч. 1 ст. 82 УИК РФ режим в исправительных учреждениях представляет собой установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

В исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (ч. 3 ст. 82 УИК РФ), которым осужденные обязаны подчиняться.

В п.п. 5, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06. 2013 г. № 21 «О применении судами общей юрисдикции конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и Протоколов к ней» указано, что из положений Конвенции и Протоколов к ней в толковании Европейского Суда, под ограничением прав и свобод человека (вмешательством в права и свободы человека) понимаются любые решения, действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также иных лиц, вследствие принятия или осуществления (неосуществления) которых в отношении лица, заявляющего о предполагаемом нарушении его прав и свобод, созданы препятствия для реализации его прав и свобод.

При этом в силу ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, положений Конвенции и Протоколов к ней любое ограничение прав и свобод человека должно быть основано на федеральном законе; преследовать социально значимую, законную цель (например, обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц); являться необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели).

Несоблюдение одного из этих критериев ограничения представляет собой нарушение прав и свобод человека, которые подлежат судебной защите в установленном законом порядке.

Как указывалось Конституционным Судом РФ в определениях от 16 февраля 2006 года № 63-О, от 20 марта 2008 года № 162-О-О, от 23 марта 2010 года № 369-О-О, от 19 октября 2010 года № 1393-О-О и от 23 апреля 2013 года № 688-О, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имеет целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. В любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, т.е. такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения.

Неудобства, которые претерпевает истец, неразрывно связаны с привлечением его к уголовной ответственности за совершение уголовного преступления с учетом режима отбывания наказания назначенного ФИО1. 

В ходе судебного заседания достоверно установлено, что доступ ФИО4 к получению информации не ограничивается ответчиками. 

Как объяснил истец, в его камере установлен телевизор, через который ежедневно транслируются программы, передачи, фильмы. Также имеется радиоточка, через которую ежедневно осуществляется вещание радиопрограмм. Кроме того, не ограничен доступ ФИО4 к печатным изданиям, в т.ч. газетам.

Таким образом, в ходе судебного заседания не установлено ограничений истца в получении необходимой информации через средства телевещания и радиовещания с учетом установленных в отношении него уголовно-исполнительным законодательством запретов.

Кроме того, истец указывает на невозможность самостоятельно выбирать и просматривать один из 20 общероссийских обязательных общедоступных телеканалов. Тогда как в Перечень, утвержденный Указом Президента Российской Федерации от 24.06.2009 г. № 715 «Об общероссийских обязательных общедоступных телеканалах и радиоканалах» (в ред. Указа Президента РФ от 15.07.2015 г. № 365), включено 10 телеканалов, в том числе «Первый канал», «Россия 1», «Петербург-5 канал», «Россия 24», передачи которых включены в программу трансляций на территории ФКУ ИК-6. 

Это не свидетельствует о несоблюдении надлежащих условий содержания в исправительном учреждении и нарушении в связи с этим личных неимущественных прав истца, повлекших причинение ему морального вреда.

Какие-либо доказательства об отсутствии информирования в исправительном учреждении по телевидению, радио о социальных, политических, экономических, иных событиях с учетом особенностей условий отбывания наказания истцом не представлены, в связи с чем, суд приходит к выводу о недоказанности истцом этих обстоятельств.

Имеющиеся у истца ограничения, в том числе в самостоятельном выборе телеканалов и радиоканалов, предусмотрены законодательством Российской Федерации, обусловлены необходимостью обеспечения порядка в исправительных учреждениях и различных условий отбывания наказания, то есть соответствуют тем целям, которые названы в части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, и отвечают критерию необходимости в демократическом обществе.

Также не предоставлено в судебном заседании доказательств ограничений в получении информации через радиоточку.

В ходе судебного заседания ФИО1 указал, что в камере, где он находится, имеется общая радиоточка, через которую осуществляется вещание радиопрограмм.

Ссылка истца на запрет пользоваться радиоприемником не состоятельна, доказательствами не подтверждена.

Кроме того, в силу п. 17 приложения № 1 к Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений осужденным запрещается изготавливать, иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать фотоаппараты, фотоматериалы, химикаты, кинокамеры, видео-, аудиотехнику (кроме телевизионных приемников, радиоприемников общего пользования), телевизионные приемники с выходом в информационно-телекоммуникационную сеть "Интернет" и с встроенными медиаплеерами, электронные носители и накопители информации, средства мобильной связи и коммуникации либо комплектующие к ним, обеспечивающие их работу.

Таким образом, истец имеет ограничение в использовании личной аудиотехники, не предназначенной для общего пользования, при наличии в камере общей радиоточки.

Также, ни в исковом заявлении (с учетом уточнений), ни в ходе судебного заседания истец не указал какие действия ответчиков Министерства юстиции РФ, управления Министерства юстиции РФ по Оренбургской области, Федеральной службы исполнения наказания РФ, управления Федеральной службы исполнения наказаний РФ в Оренбургской области он считает незаконными, не добыто в судебном заседании доказательств совершения указанными ответчиками действий, ограничивающих права истца. 

При таких обстоятельствах, ФИО1 не представил суду доказательств причинения ему нравственных или физических страданий действиями ответчиков, их незаконности, не указал на наличие причинно-следственной связи между их действиями и наступлением вреда в виде каких-либо нравственных или физических страданий.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к Министерству юстиции РФ, управлению министерства юстиции РФ по Оренбургской области, федеральной службе исполнения наказания РФ, управлению федеральной службы исполнения наказаний РФ в Оренбургской области, федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 6» управления Федеральной службы исполнения наказаний РФ в Оренбургской области о признании незаконными действий и компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г. Оренбурга в течении месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Харченко Н.А.

В окончательной форме решение принято 04.09.2019 г..

Судья: Харченко Н.А.