Дело № 1-390/2019

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Томск 14 августа 2019 года

Советский районный суд г. Томска в составе

председательствующего судьи Кайгородова А.А.

при секретаре Петкунове С.Е., 

с участием государственного обвинителя –

ст. помощника прокурора Советского района г. Томска Ольховой Е.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника Мустафаева О.С.о.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ..., несудимого, содержащегося под стражей с 29 апреля 2019 года, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 Уголовного кодекса РФ (далее - УК РФ),

у с т а н о в и л :

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, что повлекло по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

Так, он в период с 16.00 часов 28 апреля 2019 года до 09.07 часов 29 апреля 2019 года в помещении квартиры , будучи в состоянии алкогольного опьянения, в ходе совместного употребления алкогольных напитков с А., на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений и ссоры, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, осознавая, что своими действиями может причинить такой вред и желая его наступления, относясь при этом неосторожно к последствиям своих действий и не предвидя возможности наступления смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог это предвидеть, удерживая А. левой рукой за шею, кулаком правой руки нанес ему не менее десяти ударов в область головы, лица, шеи, туловища, от которых А. упал на пол, ударившись головой и телом о пол и находящиеся на нем предметы, при этом подсудимый, продолжая свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью А., коленом левой ноги надавил на грудь последнего, придавив, таким образом, А. к полу, и удерживая его левой рукой за шею, кулаком правой руки нанес потерпевшему не менее десяти ударов в область головы, лица, шеи и туловища. В результате своих действий подсудимый причинил потерпевшему А. следующие телесные повреждения: 

*разрыв наружной, частично верхней и нижней стенок капсулы правого и левого сустава подъязычной кости, полный поперечный разгибательный перелом левой пластины щитовидного хряща, неполный атипичный косопоперечный конструкционный перелом дуги перстневидного хряща с кровоизлиянием в мягкие ткани, - в совокупности составляющие закрытую травму шеи, так как представляют единый комплекс повреждений, взаимно отягощающих друг друга, которые в этой связи оцениваются по тяжести вреда здоровью в совокупности, квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни, находящийся в прямой причинной связи с наступлением смерти;

*диффузное субарахноидальное кровоизлияние больших полушарий головного мозга с прорывом крови в боковые желудочки мозга, кровоизлияние в мягкие ткани левой височной области (1), сквозные рвано-ушибленные раны нижней губы (2) с кровоизлиянием в слизистую, кровоподтеки: век левого глаза, щечно-скуловой области слева (1), носа (1), левой ушной раковины (1), ссадины: левой щечно-скуловой области, носа (1), правой щечной области (1), нижнего века правого глаза (1) с кровоизлияниями в мягкие ткани; оскольчатый перелом костей носа, - в совокупности составляющие закрытую черепно-мозговую травму, так как представляют единый комплекс повреждений, взаимно отягощающих друг друга, которые в этой связи оцениваются по тяжести вреда здоровью в совокупности, квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни, находящийся в прямой причинной связи с наступлением смерти,

*а также иные телесные повреждения, не причинившие вред здоровью человека. 

От причиненных А. в результате действий подсудимого конкурирующих травм: закрытой черепно-мозговой травмы, вызвавшей осложнения (непосредственно причина смерти): отек – набухание головного мозга с развитием вторичных кровоизлияний в ствол мозга, аспирацию кровью, закрытой травмы шеи, осложнившейся отеком тканей надгортанника и голосовой связки (непосредственно причина смерти), как в отдельности каждой, так и через свои осложнения, утяжеляя состояние потерпевшего, 28 апреля 2019 года по наступила смерть А.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении данного преступления признал полностью, и, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ, от дачи показаний отказался.

Будучи допрошенным на предварительном следствии в качестве подозреваемого 30.04.2019 и обвиняемого 01.05.2019 и 27.06.2019, ФИО1 показал, что до случившегося он с согласия А., с которым познакомился в марте или апреле 2018 года, стал проживать у него в квартире по пер. Смоленскому, 29-3, где примерно с марта 2019 года стал снимать комнату за 5000 рублей. За время совместного проживания с А. у них сложились дружеские отношения, совместно употребляли спиртные напитки. 28.04.2019 около 15.00 часов он дал 50 рублей А. на приобретение спирта. После того как тот ушел за спиртом, он за креслом возле стола в зале нашел пластмассовую бутылку объемом 0,5 литра со спиртом. Разбавив его водой, он полностью выпил спирт и стал ожидать А., который около 21.00 часа вернулся домой также в состоянии алкогольного опьянения, принес около 100 мл спирта вместо 250 мл. Он (ФИО1) сильно разозлился на А. из-за того, что тот прятал от него спирт, поздно вернулся домой и принес мало спирта. В ответ А. стал выгонять его из квартиры. Он (ФИО1) возражал, поскольку заплатил за съем квартиры. В это время А. пошел в свою комнату и лег на диване-кровати головой к балкону, ногами к выходу из комнаты, при этом что-то говорил в его адрес, как ему показалось, выражался в его адрес нецензурной бранью. Данное поведение А. еще больше его разозлило, и он подошел к нему. Тот, увидев его возбуждённое состояние, сел на диван и попытался встать. Тогда он левой рукой несильно схватил А. за горло, при этом душить его не хотел, лишь удерживал, а кулаком правой руки нанес около 10 ударов по лицу и голове. От полученных ударов А. упал на пол, после чего он коленом левой ноги встал на грудь А., придавив его к полу. Затем снова схватил А. за горло, удерживая, продолжил наносить кулаком правой руки удары по его лицу и голове. Сколько именно ударов нанес, не помнит, потому что находился в состоянии ярости и алкогольного опьянения. От полученных ударов А. захрипел. Ему показалось, что тот уснул, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Оставив его лежащим на полу головой в сторону балкона, а ногами к выходу из его комнаты, пошел на балкон, откуда спросил, сможет ли он доползти до балкона или ему необходима помощь, однако тот не отвечал. Решив, что А. спит, пошел к себе в комнату. На следующий день, 29.04.2019 он взял бутылку со спиртом и зашел к А., чтобы помириться с ним и похмелиться. Однако тот уже не подавал признаков жизни. После чего он пошел в соседнюю квартиру, расположенную слева от входа в квартиру А., и сообщил соседям, что А. умер, попросил вызвать сотрудников полиции и скорую медицинскую помощь. Соседка выслушала его и закрыла дверь. Затем он вышел на улицу и о случившемся сообщил сотруднику полиции. Причинить А. смерть не желал, хотел причинить физическую боль, поскольку разозлился на него. Будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения и эмоционально-расстроенном состоянии не понимал, что наносит удары в жизненно важные органы. В содеянном раскаивается, о случившемся немедленно рассказал сотрудникам полиции и собственноручно написал явку с повинной в присутствии адвоката (т.1 л.д.204-207, 220-222, 234-237).

Отвечая в суде на вопросы сторон и суда, подсудимый ФИО1 данные показания подтвердил в полном объеме, указав на то, что главной причиной совершения преступления явилось нахождение его в состоянии сильного алкогольного опьянения, был бы трезвым – не совершил. Кроме того он боялся потерпевшего, который ранее отбывал лишение свободы и мог причинить ему увечья.

Кроме признательных показаний подсудимого его виновность в совершении установленного судом преступления подтверждается показаниями потерпевшей и свидетелей, исследованных в ходе судебного следствия.

Так, потерпевшая Ж. на предварительном следствии показала, что в конце марта – начале апреля 2019 года в ходе телефонного разговора с отцом А. стало известно, что последний сдает комнату в квартире мужчине по имени Вячеслав. 29.04.2019 утром от соседей отца, а затем и от сотрудников полиции ей стало известно о том, что его убил данный мужчина. Отца характеризует с положительной стороны, однако он злоупотреблял спиртными напитками (т.1 л.д.128-131).

Свидетель З. в судебном заседании и на предварительном следствии (т.1 л.д.164-168), показания откуда частично оглашались и были подтверждены ею в суде, показала, что проживает по . По соседству через стену в квартире № проживал А., который часто употреблял спиртные напитки. Подсудимый приходил к нему в гости и на протяжении последних двух-трех месяцев проживал в его квартире, совместно распивая спиртные напитки. Лично видела А. 28.04.2019 около 16.00 часов возле подъезда, видимых телесных повреждений на нем не заметила. Последний был в состоянии легкого алкогольного опьянения. В этот же день около 21.00 часа находилась у себя в квартире и услышала звуки из квартиры А., похожие на удары головой о стену. Данные звуки доносились с небольшими перерывами около 30 минут, другого шума, криков не было. Затем звуки прекратились. Утром на работу к ней приехали сотрудники полиции и сообщили о случившемся. От соседа из квартиры № стало известно, что ФИО1 заходил к нему и просил вызвать скорую помощь.

Свидетель Б. на предварительном следствии показала, что проживает по , по соседству в квартире № проживал А., который не работал, злоупотреблял спиртными напитками и приводил к себе в квартиру своих знакомых для употребления спиртного. Примерно в конце февраля - начале марта 2019 года он пустил к себе в квартиру мужчину, как стало известно позже – ФИО1, который также злоупотреблял спиртными напитками. 28.04.2019 около 22.00 часов она вышла на балкон, где услышала мужской голос из квартиры А., как ей показалось, это был голос ФИО1, однако не уверена, потому что редко слышала его голос до этого. Этот мужской голос несколько раз грубо спросил: «Ты доползёшь на балкон покурить или помочь тебе?», - но ответа не последовало. Как она поняла, ФИО1 звал А. на балкон курить, а тот не отвечал ему. В этот вечер других голосов, ссор и конфликта из квартиры А. не слышала. 29.04.2019 около 09.00 часов от соседей узнала о смерти А. (т.1 л.д.146-149).

Свидетель В., проживающий по , на предварительном следствии в части проживания А., его образа жизни и проживания с ним ФИО1 дал показания, схожие с показаниями свидетеля Б., дополнив следующее. Замечал за период совместного проживания А. с ФИО1, что те часто ругались и из их квартиры часто доносились шумы и крики ругани. 29.04.2019 около 07.00 часов ФИО1 сообщил ему о смерти А., попросил его вызвать скорую помощь и полицию. Тогда он позвонил участковому уполномоченному полиции Д., который в свою очередь, убедившись, что А. убит, позвонил в скорую помощь и полицию. От сотрудников полиции стало известно, что ФИО1 признался в том, что он избил А. из-за того, что тот принес для него мало спирта (т.1 л.д.157-162).

Свидетель Г. – дочь В. на предварительном следствии дала показания, схожие с показаниями последнего в известной ей части, уточнив, что о произошедшем ей известно именно со слов отца (т.1 л.д.151-155). 

Свидетель Д. – старший участковый уполномоченный полиции ОУУП и ПДН ОМВД России по Советскому району г. Томска на предварительном следствии показал, что 29.04.2019 около 06.30 часов ему позвонил В. и сообщил, что к нему в квартиру пришел «сожитель» А., проживающего в квартире , - ФИО1 и сообщил о смерти А. Придя в указанную квартиру около 08.00 часов, обратил внимание, что у ФИО1 на правой руке свежие потертости в виде ссадин и ударов. В квартире увидел на полу головой к балкону, а ногами к выходу из зала лежащего А. При этом его лицо было обильно испачкано кровью. Убедившись, что А. мертв, позвонил в дежурную часть и скорую медицинскую помощь. Выйдя в подъезд, попросил ФИО1 показать ему свои руки и рассказать о случившемся. ФИО1 показал ему свои руки, на его правом кулаке имелись свежие повреждения в виде ссадин. ФИО1 пояснил, что А. избили малолетние, при этом заметно волновался, на вопросы давал противоречивые пояснения. В отделе полиции ФИО1 признался в том, что избил А. в его квартире из-за того, что тот на деньги ФИО1 принес мало спирта (т.1 л.д.170-174).

Виновность подсудимого ФИО1 в совершении данного преступления также подтверждается следующими письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании:

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 29.04.2019, согласно которому 29.04.2019 в 09.10 часов в СО по Советскому району г. Томск СУ СК РФ по Томской области поступило сообщение об обнаружении трупа А., ДД.ММ.ГГГГ г.р., в квартире , с телесными повреждениями (т.1 л.д.13); 

- протоколом осмотра места происшествия (с фототаблицей и схемой), закрепляющего обстановку совершенного преступления, - , в ходе чего был осмотрен труп А. с внешними признаками насильственной смерти, изъяты следы папиллярных узоров рук на ленте-скотч со стакана на столе, с балконной двери, вещество бурого цвета со стены в коридоре, с двери в ванную комнату, с двери шкафа в комнате № 2, с топора в комнате № 2, с окна в комнате № 2. Осмотр проведен 29.04.2019 в период с 10.10 до 12.30 часов (т.1 л.д.14-30);

- заключением судебно-медицинской экспертизы № 1000 от 25.06.2019, согласно которому причиной смерти А. явились конкурирующие травмы: она могла наступить как от закрытой черепно-мозговой травмы в виде субарахноидального кровоизлияния больших полушарий головного мозга, переломов костей носа, рвано-ушибленных ран, кровоподтеков и ссадин лица, вызвавшей осложнения (непосредственная причина смерти): отек - набухание головного мозга с развитием вторичных кровоизлияний в ствол мозга, аспирация крови, так и от закрытой травмы шеи: разрывов наружной, частично верхней и нижней стенок капсулы правого и левого сустава подъязычной кости, переломов левой пластины щитовидного хряща, дуги перстневидного хряща с кровоизлиянием в мягкие ткани, осложнившейся отеком тканей надгортанника и голосовой связки (непосредственная причина смерти), что подтверждается морфологическими признаками, обнаруженными при исследовании трупа и судебно-гистологическом исследовании препаратов внутренних органов. Указанные выше закрытая черепно-мозговая травма и закрытая травма шеи, каждое в отдельности, сама по себе, или через свои осложнения, могли привести к смерти. Сочетаясь по времени и, поэтому, утяжеляя состояние потерпевшего, они ускорили наступление смерти. Степень выраженности трупных явлений на момент осмотра трупа на месте его обнаружения позволяют предположить, что смерть А. могла наступить около 12-14 часов до момента осмотра трупа на месте его обнаружения.

При судебно-медицинской экспертизе трупа А. обнаружены следующие телесные повреждения:

1. Разрыв наружной, частично верхней и нижней стенок капсулы правого и левого сустава подъязычной кости, полный поперечный разгибательный перелом левой пластины щитовидного хряща, неполный атипичный косопоперечный конструкционный перелом дуги перстневидного хряща с кровоизлиянием в мягкие ткани, в совокупности составляющие закрытую травму шеи, которая причинена действием тупого твердого предмета на область шеи в направлении спереди назад и слева направо. В механизме имел место удар, сдавление. 

Отсутствие выраженных реактивных изменений в области повреждений позволяет высказаться, что давность травмы может составлять не менее 10-40 минут и не более 1-2 часов до момента наступления смерти.

Данная травма шеи составляет единый комплекс повреждений, взаимно отягощающих друг друга, которые в этой связи оцениваются по тяжести вреда здоровью в совокупности, квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, находится в прямой причинной связи с наступлением смерти.

2. Диффузное субарахноидальное кровоизлияние больших полушарий головного мозга с прорывом крови в боковые желудочки мозга, кровоизлияние в мягкие ткани левой височной области (1), сквозные рвано-ушибленные раны нижней губы (2) с кровоизлиянием в слизистую, кровоподтеки: век левого глаза, щечно-скуловой области слева (1), носа (1), левой ушной раковины (1), ссадины: левой щечно-скуловой области, носа (1), правой щечной области (1), нижнего века правого глаза (1) с кровоизлияниями в мягкие ткани; оскольчатый перелом костей носа, в совокупности составляющие закрытую черепно-мозговую травму, которая причинена неоднократным действием тупых твердых предметов в область лица, в том числе с ограниченной контактирующей поверхностью. В механизме имели место удар и скольжение (трение).

Минимально выраженные реактивные изменения в области повреждений позволяет высказаться, что давность травмы составляет не менее 1-2 часов и не более 6 часов до момента наступления смерти.

Данная черепно-мозговая травма составляет единый комплекс повреждений, взаимно отягощающих друг друга, которые в этой связи оцениваются по тяжести вреда здоровья в совокупности, квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, находится в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Как закрытая черепно-мозговая травма, так и закрытая травма шеи, как каждое в отдельности, так и в совокупности, явились причиной смерти.

3. Кровоизлияния в мягкие ткани: левой ключицы (1), спины (1) – могли быть причинены как минимум двукратным действием тупого твердого предмета, равно как при ударе о таковой (таковые).

Минимально выраженные реактивные изменения в области повреждений позволяют высказаться, что их давность может составлять не менее 1-2 часов и не более 6 часов до момента наступления смерти, при жизни, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, к причине смерти отношения не имеют.

Все телесные повреждения, обнаруженные на теле трупа А., прижизненны.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа А. обнаружен этиловый спирт в концентрации в крови 9,290 г/л, в моче 8,866 г/л, что при жизни могло соответствовать тяжелой степени алкогольного опьянения (т.1 л.д.34-45)

- заключением судебно-медицинской экспертизы № 32-1000-19-Д от 26.06.2019, согласно которому закрытая травма шеи у А. могла образоваться в результате сдавливающего воздействия на область шеи спереди назад и слева направо при обстоятельствах, указанных в протоколах допроса ФИО1 («…левой рукой схватил Анатолия за горло, а кулаком правой руки нанес около 10 ударов по лицу и голове, от полученных ударов ФИО2 упал на пол, я присел рядом, и коленом левой ноги встал на грудь, придавив его к полу, я снова схватил его за горло…»). Не исключается образование травмы в результате сдавливающего воздействия другим твердым предметом, каким могло быть колено.

Закрытая черепно-мозговая травма могла образоваться при обстоятельствах, указанных ФИО1 в протоколах допросов, а именно: в результате неоднократных ударов в область лица («…кулаком правой руки нанес около 10 ударов по лицу и голове…»).

Таким образом, образование телесных повреждений, обнаруженных на теле трупа А. и повлекших за собой смерть, при обстоятельствах, указанных ФИО1, не исключается (т.1 л.д.59-68);

- заключением судебно-медицинской экспертизы № 842 от 29.04.2019, согласно которому на момент осмотра от 29.04.2019 у ФИО1 обнаружены ссадины на правой кисти, которые могли быть причинены действием тупых твердых предметов, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Давность их причинения не более 3 суток от момента объективного осмотра от 29.04.2019 (т.1 л.д.75-78);

- заключением судебно-дактилоскопической экспертизы № 5512 от 20.05.2019, согласно которому след пальца руки с максимальными размерами 11х10 мм, следы пальца руки с максимальными размерами 16х15 мм и 10х8 мм, след пальца руки с максимальными размерами 34х20 мм, имеющиеся на отрезках ленты-скотч, изъятых в ходе осмотра места происшествия, - принадлежат соответственно среднему пальцу левой руки и указательному пальцу левой руки ФИО1, а также большому пальцу левой руки потерпевшего А. (т.1 л.д.85-95);

- протоколом собирания доказательств (актом изъятия) от 29.04.2019, согласно которому оперуполномоченный ОУР ОМВД России по Советскому району г. Томска Е. в кабинете № 404 ОМВД России по Советскому району г. Томска изъял у ФИО1 одежду с пятнами бурого цвета, в которой он, с его слов, находился на момент совершения преступления (рубашку черного цвета и штаны темного цвета) (т.1 л.д.12);

- протоколом выемки у оперуполномоченного ОУР ОМВД России по Советскому району г. Томска Е. изъятой им одежды (т.1 л.д.181-182);

- протоколом выемки в ОГБУЗ «БСМЭ ТО» образца крови, предметов одежды и обуви с трупа А. (т.1 л.д.186-187); 

- заключением судебно-генотипической экспертизы № 609 от 27.06.2019, согласно которому на смывах со стены в коридоре, с двери в ванной комнате, с двери шкафа в комнате № 2, с топора в комнате № 2, с окна в комнате № 2, на рубашке и брюках ФИО1, на фрагментах ногтевых пластин с правой руки А. обнаружена кровь А. (т.1 л.д.102-106);

- копией карты вызова скорой медицинской помощи от 29.04.2019, согласно которой вызов к А. был принят в 08.42 ч., по прибытию на адрес: , - зафиксирована биологическая смерть А. (т.1 л.д.176-179);

- протоколом осмотра изъятых предметов и одежды (т.1 л.д.189-190);

- протоколом явки с повинной ФИО1, в котором он в присутствии адвоката сообщил об избиении им А. (т.1 л.д.196-197);

- протоколом проверки показаний на месте, согласно которому ФИО1 твердо и уверенно показал, где, когда и при каких обстоятельствах было совершено им указанное преступление (т.1 л.д.209-214).

Согласно заключению комиссионной амбулаторной психолого-психиатрической экспертизы № 1001 от 21.06.2019, ФИО1 страдал в прошлом и страдает в настоящее время двумя хроническими психическими расстройствами: «Эмоционально неустойчивое расстройство личности, импульсивный тип» и «Синдром зависимости, вызванный употреблением алкоголя. Систематическое (постоянное) употребление. Средняя (вторая) стадия зависимости». Кроме того во время инкриминируемого ему деяния он страдал временным психическим расстройством «Алкогольное опьянение неосложненное средней степени», которое закончилось полным выздоровлением в связи с протрезвлением не позднее вечернего времени 29.04.2019. Все вышеуказанные нарушения психики ФИО1 не относятся к психотическим, то есть не формируют состояние психоза в виде явно выраженного нарушения психической деятельности, при котором психические реакции грубо противоречат реальной ситуации, что отражается в расстройстве восприятия реального мира и дезорганизации поведения. Не относятся вышеописанные нарушения психики ФИО1 и к грубым дефицитарным, при которых, в силу интеллектуального и эмоционально-волевого снижения, происходит утрата способности человека понимать значение своих действий, предвидеть их последствия и руководить ими. С учетом изложенного ФИО1 во время инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действия и руководить ими. Каких-либо других психических расстройств, в том числе и временных, в силу которых ФИО1 не мог бы в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими во время инкриминируемого деяния, у него не выявлено. После совершения преступления у ФИО1 не наступило психическое расстройство, которое лишало бы его в настоящее время способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. Индивидуально-психологические особенности ФИО1 не ограничивали его способности осознавать фактических характер своих действий и руководить ими и не могли оказать существенное влияние на его поведение во время совершения инкриминируемого деяния. ФИО1 в период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, в состоянии сильного душевного волнения (аффекта) не находился (т.1 л.д.115-122). 

Таким образом, с учетом данных о личности и заключения указанной экспертизы суд признает ФИО1 вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния.

Оценивая собранные по уголовному делу доказательства в их совокупности, суд находит их допустимыми и достаточными, а виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления, указанного в установочной части приговора, доказанной, при этом считает необходимым положить в основу приговора его признательные показания, поскольку они в целом согласуются с показаниями других участников процесса, письменными материалами дела, включая протоколы осмотра места происшествия, явки с повинной, проверки показаний на месте, заключения экспертиз.

При этом к указанию подсудимым в суде на то, что он боялся потерпевшего, который ранее отбывал лишение свободы и мог причинить ему увечья, суд относится критически и расценивает такую позицию подсудимого как попытку смягчить себе объем ответственности за содеянное, поскольку, как следует из его же показаний, данных на предварительном следствии в ходе допросов, которые он подтвердил в судебном заседании, а также при проведении проверки его показаний на месте, до начала избиения им потерпевшего А. последний для подсудимого какой-либо угрозы не представлял, будучи в состоянии алкогольного опьянения, лег на диван-кровать, а причиной совершения преступления послужили иные обстоятельства (А. спрятал от него спирт, поздно вернулся домой и принес мало спиртного, после чего начал выгонять его из своей квартиры), что также подтверждается показаниями свидетелей В. и Д., которым подсудимый сообщил о причинах избиения им потерпевшего.

Оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми, в том числе данных на предварительном следствии показаний подсудимого, суд не усматривает.

Наличие у А. телесных повреждений, относящихся к категории тяжкого вреда здоровью и указанных в заключении судебно-медицинской экспертизы № 1000 от 26.06.2019, их локализация, механизм образования в полной мере соответствуют установленным в ходе судебного следствия обстоятельствам.

С учетом изложенного суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Локализация и характер телесных повреждений свидетельствует о наличии умысла на причинение тяжкого вреда здоровью. ФИО1, удерживая А. левой рукой за шею и нанося правой рукой множественные удары в область головы, лица, шеи и туловища А. – жизненно важных органов человека, не мог не осознавать опасности своих действий и наступления тяжких последствий, при этом он сознательно допускал их либо относился к ним безразлично, умышленно причинил А. тяжкий вред здоровью, находящийся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями – его смертью, которая охватывается неосторожной формой вины подсудимого. Мотивом совершенного преступления явилась личная неприязнь к потерпевшему и ссора с ним, явившиеся следствием незначительного повода, о чем указано выше.

Обсуждая вопрос о виде и мере наказания подсудимого, суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на его исправление.

Так, ФИО1 вину признал, в содеянном раскаялся, не судим, на учете у психиатра не состоит, согласно характеристики от участкового по месту жительства с потерпевшим с соседями не конфликтовал.

Обстоятельствами, смягчающими его наказание, суд в силу п.п. «и, к» ч.1 ст.61 УК РФ признает явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а также вызов скорой помощи и полиции как действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, поскольку в ходе предварительного следствия давал полные и последовательные показания, которые способствовали более оперативному расследованию дела, после совершенного преступления принял меры к вызову скорой помощи и полиции.

Вместе с тем ФИО1 совершил особо тяжкое преступление против жизни и здоровья, состоит на учете у ... с диагнозом ... неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка, по месту жительства (где проживал с потерпевшим) характеризуется как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, в силу ч.1.1 ст.63 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимого, его характеристики суд считает необходимым признать совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Так, факт совершения ФИО1 преступления в состоянии опьянения подтверждается исследованными в ходе судебного заседания доказательствами, в том числе показаниями самого подсудимого, указавшим на то, что такое состояние и послужило главной причиной нанесения им телесных повреждений А., от которых наступила его смерть.

В связи с наличием в действиях подсудимого отягчающего наказание обстоятельства основания для изменения категории совершенного им преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ отсутствуют.

Учитывая изложенные обстоятельства в совокупности с данными, характеризующими личность подсудимого, характер и степень его общественной опасности совершенного преступления, его тяжесть, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы с его реальным отбыванием, поскольку его исправление возможно только в условиях изоляции от общества, не усмотрев, тем самым, оснований для применения положений ст.73 УК РФ об условном осуждении.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного им, по делу не имеется, а, следовательно, основания для применения ст.64 УК РФ отсутствуют. Принимая во внимание отсутствие у подсудимого постоянного места жительства на территории РФ, суд считает возможным не назначать ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

При назначении наказания суд руководствуется положениями ст. ст.6, 43, 60 УК РФ.

В силу п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ ФИО1 надлежит отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима.

Принимая во внимание личность ФИО1, учитывая вид назначенного наказания, суд в целях надлежащего исполнения наказания и достижения его целей, предусмотренных ст.43 УК РФ, считает необходимым оставить ему без изменения меру пресечения в виде заключения под стражей с содержанием до вступления приговора в законную силу в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.

В силу п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок наказания из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вещественные доказательства, приобщенные к материалам уголовного дела и хранящиеся в камере хранения СО по Советскому району г. Томск СУ СК России по Томской области:

- следы папиллярных узоров рук на ленте-скотч, вещество бурого цвета, изъятые в ходе осмотра места происшествия, футболка черного цвета, джинсы синего цвета, трусы голубого цвета, образец крови А., - подлежат уничтожению;

- одежда ФИО1: рубашка черного цвета, штаны темного цвета, - подлежат возврату ФИО1 как ему принадлежащие.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.299, 303-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса РФ, суд

п р и г о в о р и л :

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 10 (Десяти) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 14 августа 2019 года. Зачесть в срок отбытого наказания время содержания ФИО1 под стражей с 29 апреля 2019 года по 13 августа 2019 года включительно.

Время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражей оставить без изменения, до вступления приговора в законную силу содержать в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.

Вещественные доказательства, приобщенные к материалам уголовного дела и хранящиеся в камере хранения СО по Советскому району г. Томск СУ СК России по Томской области:

- следы папиллярных узоров рук на ленте-скотч, вещество бурого цвета, изъятые в ходе осмотра места происшествия, футболку черного цвета, джинсы синего цвета, трусы голубого цвета, образец крови А., - уничтожить;

- одежду ФИО1: рубашку черного цвета, штаны темного цвета, - вернуть ФИО1

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Томский областной суд через Советский районный суд г. Томска в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему его копии. 

Приговор может быть также обжалован в кассационном порядке непосредственно в президиум Томского областного суда.

В случае подачи апелляционной или кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом вышестоящей инстанции.

Председательствующий: /подпись/

Приговор вступил в законную силу 23.09.2019. Опубликовать 07.10.2019.