Дело № 2-102/2017 04 июля 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(извлечение для размещения на Интернет-сайте суда)

Калининский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи Савченко И.В.

При секретаре Громадском Г.А.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением и по иску ФИО2 к ФИО1 о признании договора купли-продажи недействительным, признании недействительной государственной регистрации права собственности, применении последствий недействительности ничтожной сделки,

У С Т А Н О В И Л:

Истица ФИО3 обратилась в Калининский районный суд Санкт-Петербурга с исковыми требованиями к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета в квартире Х.

В обоснование иска указала, что по договору купли-продажи от 28.10.2015 года приобрела у ответчика квартиру Х, договором купли-продажи установлено, что с момента государственной регистрации перехода права собственности лица, проживающие в квартире, являющейся предметом сделки освободят жилое помещение и снимутся с регистрационного учета по месту жительства.

Ответчик ФИО2 до настоящего времени зарегистрирована в квартире, фактически в квартире не проживает, отказывается сняться с регистрационного учета в квартире добровольно.

На основании п.2 ст. 292 ГК РФ, п.1 ст. 35 ЖК РФ истица просит признать ответчика утратившей право пользования жилым помещением.

Ответчик ФИО2 предъявила иск, в котором просит признать недействительным договор купли-продажи по основаниям п.2 ст. 179 ГК РФ.

В обоснование иска указывает, что квартира Х принадлежала ей на праве собственности, в марте 2016 года она обратилась в ГУ ЖА Калининского района для получения справки формы № 9 и тогда узнала о том, что с 28.10.2015 года собственником квартиры является ФИО1 О совершенной сделке не знает, воли на распоряжение имуществом не было, все правоустанавливающие документы на квартиру находятся у нее. Каким образом была заключена сделка купли-продажи ей не известно. Квартиру она продавать не собиралась, денежных средств за квартиру не получала. Полагает, что сделка является недействительной так как совершена под влиянием обмана.

Определением суда гражданские дела по иску ФИО1 и по иску ФИО2 объединены в одно производство.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 заявила ходатайство о назначении по делу судебной психологической экспертизы, в обоснование которого ссылается, на то, что в процессе рассмотрения дела судом ей стало известно о том, что она, находясь в январе 2016 года в многофункциональном центре для приема на работу в качестве Х подписала договор купли-продажи квартиры и расписку в получении денежных средств в сумме три миллиона рублей, ранее ни ФИО1 (покупателя), ни ее знакомого агента по недвижимости она не знала, по вопросу продажи своей квартиры никуда не обращалась, и если в дальнейшем и хотела поменять свое жилье на меньшее для обеспечения своей старости, то доверила бы это единственному человеку- М., риэлтору, которую давно знает.

Воли на распоряжение своим имуществом- продажу квартиры у нее не было, все правоустанавливающие документы на квартиру находятся у нее, к нотариусу для выдачи документов она не ходила и никаких денег за проданную квартиру не получала. Полагает, что ее обманули, ввели в заблуждение относительно того, что трудоустройство необходимо оформлять через МФЦ, всю свою жизнь она работала Х, и как сейчас нужно трудоустраиваться на работу не знала, пользоваться компьютером не умеет.

Первым подписанным ею документом в МФЦ действительно был трудовой договор, она сидела на диванчике в МФЦ, ей на подпись передали бумаги, на работу ей предложили устроится знакомые девушки, с которыми она ранее общалась, которые были к ней внимательны, заботливы, относились уважительно.

Если бы знала, что документы, которые она подписала в МФЦ, касаются квартиры, то никогда бы их не подписала.

Полагает, что сделка совершена с пороком воли.

В судебное заседание истица ФИО1 не явилась, ее представитель ФИО4 в судебное заседание явился, исковые требования истицы поддержал, против исковых требований ФИО2 возражал. Ответчик ФИО2 и ее представитель в судебное заседание явились, против иска ФИО1 возражают, поддерживают иск о признании договора недействительным.

3-е лицо- Отдел УФМС по Калининскому району Санкт-Петербурга о времени и месте судебного разбирательства извещен, в судебное заседание представитель не явился, возражений по искам не представил.

Суд, выслушав объяснения сторон, проверив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства, в обоснование которых ссылается в своих требованиях и возражениях.

Материалами дела установлено, что ФИО2 на основании договора купли-продажи от 15.03.2010 года являлась собственником квартиры Х, согласно справке о регистрации постоянно зарегистрирована в квартире.

28.10.2015 года между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, согласно которому ФИО2 продала ФИО1 вышеуказанную квартиру за 3000 000 рублей.

Договор заключен в простой письменной форме, право собственности зарегистрировано в управлении Росреестра 25.01.2016 года.

ФИО1 заявляя исковые требования, ссылается на то, что является собственником квартиры и регистрация ответчика в квартире, давшего обязательство освободить квартиру, нарушает ее права собственности.

Ответчик заявляя встречные исковые требования ссылается на то, что сделка была совершена под влиянием обмана, заблуждения, поскольку ее воля на совершении сделки отсутствовала, продавать квартиру она не собиралась, денежные средства не получала, а подписывая договор и расписку предполагала, что устраивается на работу.

В связи с доводами ответчика и по ее ходатайству определением суда от 06.02.2017 года по делу была назначена судебная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, согласно заключению которой от 29.06.2017 года, ФИО2 с большой долей вероятности ХХХ. ХХХХ.

ХХХХХ.

В момент заключения и подписания договора купли-продажи квартиры 28.10.2015 года и в момент подписания расписки в получении денежных средств 28.10.2015 года ФИО2 находилась в состоянии порока воли, ХХХХХ. 

Согласно ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Ч.4. ст. 179 ГК РФ предусмотрено, что если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

По смыслу названной нормы, обман представляет собой умышленное введение стороны в заблуждение с целью вступить в сделку, обман может относиться как к элементам самой сделки, так и к обстоятельствам, находящимся за ее пределами, в том числе к мотивам, если они имели значение для формирования воли участника сделки, обманные действия могут совершаться в активной форме или же состоять в бездействии (умышленное умолчание о фактах, могущих воспрепятствовать совершению сделки). При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли стороны сделки (потерпевшего) происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий другого лица (контрагента), заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного (искаженного) представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Согласно разъяснениям, данным в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Оценив собранные по делу доказательства, суд учитывает, что договор между истицей и ответчицей совершен в простой письменной форме, в нем отсутствуют сведения о разъяснении последствий заключения договора купли-продажи. Обстоятельства, предшествовавшие заключению договора и сдаче его на государственную регистрацию свидетельствуют о том, что сделка была совершена ответчиком с пороком воли, что нашло свое подтверждение в полученном судом заключении судебной экспертизы. 

При этом, в соответствии со ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ экспертное заключение является одним из важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Указанное экспертное заключение является понятным, основано на материалах дела и представленных сторонами медицинских документах, обоснованно, выводы комиссии экспертов являются категоричными и вероятностного толкования не допускают. Экспертное заключение допустимыми и достаточными доказательствами по делу не опровергнуто.

Каких-либо оснований не доверять экспертному заключению, а также оснований усомниться в компетенции комиссии экспертов, ни у суда первой инстанции, ни у суда апелляционной инстанции не имеется.

Эксперты перед началом производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что прямо следует из самих экспертных заключений.

Правовых оснований для исключения подобного доказательства по делу, отвечающего принципам относимости, допустимости и достоверности, не имеется.

Тот факт, что истица ФИО1 не согласна с заключением комиссии экспертов, не свидетельствует о его необоснованности и неправильности.

Оснований для назначения повторной экспертизы, предусмотренных ст. 87 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд не усматривает, поскольку никаких дополнительных доказательств, которые подлежат исследованию экспертами не представлено, заключение комиссии экспертов не содержит противоречий.

Поскольку эксперты при проведении судебной экспертизы пришли к однозначному выводу о том, что истец в момент подписания договора купли-продажи не мог понимать значение своих действий и руководить ими, то указанное обстоятельство свидетельствует о пороке воли при совершении сделки.

Кроме этого, суд также учитывает, что пояснения самой истицы ФИО1 и допрошенного судом свидетеля С. об обстоятельствах заключения договора являются противоречивыми, поскольку из их объяснений следовало, что в квартире до заключения договора никто не проживал, в ней не было имущества, в то время как представленными ответчиком доказательствами подтверждается, что квартира сдавалась в аренду, в ней проживала семья с несовершеннолетними детьми, и в квартире находилось их имущество. Противоречивыми являются и объяснения о факте передачи денежных средств за квартиру, поскольку сама ФИО1 пояснила, что деньги передавались наличными в машине до передачи документов в МФЦ, а после подачи документов были переданы ключи от квартиры, в то время как свидетель С. показала, что деньги передавались после подачи документов на регистрацию, ключи от квартиры переданы не были, квартиру вскрывали. Также ни сама покупатель ФИО1, ни ее агент- свидетель С. не смогли пояснить, кто и на основании каких документов подготовил сам договор купли-продажи, кто показывал квартиру до ее продажи. 

Таким образом, суд полагает, что ХХХ и вышеизложенные обстоятельства совершения спорного договора купли-продажи, свидетельствуют о принятии истцом решения о заключении спорного договора с пороком воли.

Доказательств, опровергающих изложенные ФИО2 обстоятельства заключения спорного договора купли-продажи, а также доказательств добровольного волеизъявления на отчуждение спорной квартиры, в материалы дела в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено. Доводы ФИО2 о заключении спорной сделки под влиянием обмана не опровергнуты, нашли подтверждение в ходе судебного разбирательства ХХХ и с учетом обстоятельств заключения договора купли-продажи.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что исковые требования о признании договора недействительным подлежат удовлетворению, а требования о признании ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением подлежащими отклонению в полном объеме.

Вместе с тем, суд полагает, что не имеется оснований для признания недействительной государственной регистрации права собственности, поскольку признание недействительной сделки не свидетельствует о недействительности государственной регистрации, в связи с чем суд полагает, что следует применить последствия недействительности сделки- прекратить право собственности ФИО1 на квартиру Х, отменив государственную регистрацию права собственности, произведенную 25.01.2016 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу.

В ходе судебного разбирательства представителем истца заявлялось ходатайство об отложении судебного заседания для подготовки ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы, которое судом отклонено, поскольку о времени и месте судебного заседания представитель истицы был извещен заблаговременно. Кроме этого, как уже указано выше оснований для назначения по делу повторной экспертизы у суда не имелось, поскольку никаких новых доказательств, подлежащих экспертному исследованию истцом не приведено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56,67,167,194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований отказать.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры Х, заключенный 28.10.2015 года между ФИО1 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки - прекратить право собственности ФИО1 на квартиру Х, отменив государственную регистрацию права собственности, произведенную 25.01.2016 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Калининский районный суд в апелляционном порядке в течение одного месяца.

Судья: