КОПИЯ

Дело №2-312/2018

Решение

именем Российской Федерации

Приаргунский районный суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Кустовой Н.И.,

при секретаре Ивановой А.М., 

с участием истца индивидуального предпринимателя ФИО4,

представителя истца ФИО5, 

ответчика ФИО6, 

рассмотрел в открытом судебном заседании в п. Приаргунск 18 октября 2018 года гражданское дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО4 к ФИО6, ФИО7, ФИО8 о взыскании с работников материального ущерба, судебных расходов,

установил:

Индивидуальный предприниматель без образования юридического лица ФИО4 обратился в суд с вышеназванным иском, обосновав его следующим. Ответчики ФИО6 с 09. 01 2018 года, ФИО7 с 01. 12. 2016 года, ФИО8 с 1.02.2016 года работали у него в должности продавцов магазина «

<

данные изъяты> С ответчиками был заключён договор о полной материальной ответственности, согласно которого они приняли на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного имущества, ознакомлены с должностной инструкцией под роспись, однако возложенные на себя обязанности не исполняли. 29 июня 2018 года была проведена инвентаризация, в результате которой была обнаружена недостача материальных ценностей в размере 477 792 рубля 90 копеек, в чём с ответчиков были взяты объяснения. 30 июня 2018 года ответчики написали заявления об увольнении с работы. Бездействие ответчиков, выразившиеся в неисполнение своих обязанностей, стало причиной возникновения ущерба. Размер ущерба подтверждается товарными отчётами с 16 марта по 01 июля 2018 года, описями фактических остатков товаров от 28 июня 2018 года. Просит суд взыскать с ответчиков в его пользу причинённый материальный ущерб в сумме 477 792 рублей 90 копеек, уплаченную государственную пошлину в размере 7977 рублей.

В судебном заседании истец поддержал изложенные в исковом заявлении требования, просит суд удовлетворить их. Пояснил о том, что продавцы ФИО9, Орловский, Соломин работали у него магазине «

<

данные изъяты> по скользящему графику, реализовывали электротовары, мобильные телефоны, компьютеры, планшеты, канцелярские товары. При поступлении товара принимали его по накладным, выручку он забирал ежедневно сам в конце рабочего дня, записывали в тетрадь, ключи от магазина находились у продавцов. Он не разрешал продавцам отпускать товар покупателям в долг. Несмотря на этот запрет ответчики отдавали товар в долг, что было обнаружено во время инвентаризации. Старшим продавцом был ФИО7, он составлял ежемесячные отчёты по магазину, всю программу учёта проданных товаров, которую после проведения инвентаризации удалил из компьютера. Во время проведения инвентаризации он случайно нашёл у них на столе товарные чеки на продажу в долг телефонов, велосипеда на 20 000 руб. ФИО7 вовремя недостачи предъявил перечень товаров на сумму 151 320 рублей, находящихся якобы в «Предторг» на гарантийном ремонте, фактически указанного товара не оказалось ни в магазине, ни в «Предторг». На его вопрос, зачем он это сделал, ФИО7 ответил: «На всякий случай». Указывая на недобросовестное отношение к своим должностным обязанностям, пояснил о том, что уже после проведения инвентаризации, была обнаружена пустая коробка из-под телефона, в которой лежал лишь товарный чек, оформленный ФИО7 на продажу телефона по цене 14 050 рублей. Телефон был им продан 21 ноября 2017 года, получено 3000 рублей, 11 050 рублей был долг.

Представитель истца ФИО5 поддержала исковые требования, просит суд удовлетворить их. Пояснила о том, что продавцы магазина «

<

данные изъяты>» ФИО6, ФИО7, ФИО8 были за неделю предупреждены о том, что 28 июня 2018 года будет проводиться инвентаризация. С 28 июня по 29 июня 2018 года она, бухгалтер ФИО10 и ФИО11 в присутствии всех трёх продавцов провели инвентаризацию ценностей, находящихся в подотчёте ответчиков, была выявлена недостача в сумме 477 792 рубля 90 копеек, причину которой продавцы объяснить не смогли. Было установлено, что продавцы отпускали товар в долг, на время инвентаризации его не собрали. Также в наличии не оказалось товара на 151 320 рублей, который ФИО7 якобы отправил на гарантийный ремонт, из всего указанного товара, на ремонте оказался жарочный шкаф по цене 5 600 руб. Пояснила о том, что за старшего продавца был ФИО7, он составлял ежемесячные отчёты по указанному магазину. 

Ответчик ФИО8 надлежащее оповещён о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явился, об уважительных причинах неявки не сообщил и не просил рассмотреть дело в его отсутствие, поэтому в силу части 4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело без его участия.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, судебная корреспонденция направлена по указанному в исковом заявлении адресу 

<

адрес>.

Согласно адресной справки Миграционного пункта МО МВД России «Приаргунский» ФИО7 зарегистрирован по адресу 

<

адрес>, был извещен о времени и месте судебного заседания путем вручения судебной повестки матери ФИО3

В соответствии ч. 2 ст. 116 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, доставляющее судебную повестку, не застанет вызываемого в суд гражданина по месту его жительства, повестка вручается кому-либо из проживающих совместно с ним взрослых членов семьи с их согласия для последующего вручения адресату.

Поэтому суд полагает, что ФИО7 надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания в судебное заседание не явился, об уважительных причинах неявки не сообщил и не просил о рассмотрении дела в его отсутствие, на основании части 4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело без его участия. 

Ответчик ФИО6 иск признал, при этом пояснил о том, что с 9 января 2018 года он работал у индивидуального предпринимателя ФИО4 в магазине «

<

данные изъяты>» продавцом, до его прихода в магазине продавцами уже работали ФИО8 и ФИО7, который был старшим у них, составлял отчёты за месяц, учитывая какой товар продали. С ними был заключён договор о полной бригадной ответственности, они были согласны с договором, подписали его. Перед инвентаризацией их предупредили об этом за несколько дней. Они пытались собрать долг за товар, который отдали в долг. Он во время ревизии забрал у продавца из «

<

данные изъяты>» 1400 рублей, которой отдавал детский велосипед в долг, и вложил в кассу. Они все трое отдавали в долг товар, в основном, смартфоны. На кассе тоже работали все трое, продавали товар, оформляли товарные чеки. Если отдавали товар в долг, товарные чеки покупателю не отдавали, оставляли их в магазине до полного расчёта. Учёта по товару, отданному в долг, не вели. Выручку сдавали ежедневно ФИО4, вели тетрадь, в которой расписывались продавцы, ФИО4, указывали, какую сумму сдали.

Выслушав истца, представителя истца ФИО5, ответчика ФИО6, свидетелей ФИО10, ФИО1, ФИО2, исследовав имеющиеся материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Судом установлено, что ФИО4 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с ДД.ММ.ГГГГ.

В силу части 1 статьи 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно статье 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации в случае недостачи ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора, на него возлагается материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба.

Такими специальными письменными договорами, в соответствии со ст. 244 ТК РФ, должны быть письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, заключаемые по типовым формам (договорам), утвержденные Постановление Минтруда России от 31.12.2002 года №85, принятие по исполнение Постановлением Правительства Российской Федерации от 14.11.2002 года №823 « «О порядке утверждения перечней должностей и работы, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключить письменные договоры о полной индивидуальной коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности».

Согласно части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность установить размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения.

Целью проверки выявление наличия имущества работодателя, а также установление его соответствие ведомостям учета материальных ценностей. Работодателю необходимо провести служебное расследование для установления причины возникновения ущерба. Для этого работодатель вправе создать комиссию, включив в неё соответствующих специалистов (ч. 1 ст. 247 ТК РФ), комиссия должна установить отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, противоправность поведения работника, причинившего вред имуществу работодателя, вину работника в причинении ущерба, причинную связь между поведением работника с наступившим ущербом, наличие прямого действительного ущерба работодателя.

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11. 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», разъяснено, что при разрешении данного спора к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела, обязанность доказать, которые возлагаются на работодателя, относятся: противоправность поведения (действие или бездействие) ответчиков; причинная связь между поведением ответчиков и наступившим ущербом, наличие прямого действительного ущерба, размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договоров о полной индивидуальной и (или) коллективной (бригадной) материальной ответственности.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.

В ходе судебного заседания установлено, что ответчики состояли в трудовых отношениях с индивидуальным предпринимателем ФИО4, что подтверждается трудовыми договорами, приказами о принятии на работу. 

Согласно трудового договора № от 9 января 2018 года, заключённому между индивидуальным предпринимателем ФИО4, а также приказу руководителя организации и ИП ФИО4 от 9 января 2018 года № ФИО6 принят на работу продавцом в магазин «

<

данные изъяты>». Приказом руководителя ФИО4 от 30 июня 2018 года №-Л ФИО6 уволен с должности продавца магазина «

<

данные изъяты> по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работодателя).

Согласно Трудовому договору № от 1 декабря 2016 года, заключённому между ИП ФИО4 и ФИО7, а также приказа № от 01.12.2016 г. ФИО7 принят на работу продавцом в магазин «

<

данные изъяты> Приказом №-Л от 30 июня 2018 года ФИО3 уволен с должности продавца магазина «

<

данные изъяты>» по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника). 

Согласно трудовому договору № от 1 февраля 2016 года, заключённого между ИП ФИО4 и ФИО8, а также приказу руководителя организации ИП ФИО4 № от 01.02.2016 года ФИО8 принят на работу в должности продавца магазина «

<

данные изъяты> Приказом руководителя организации №-Л от 30 июня 2018 года ФИО8 уволен с должности продавца магазина «

<

данные изъяты>» по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника).

Условиями заключённых с ФИО6, ФИО7, ФИО8 трудовых договоров было предусмотрено, что права и обязанности работника и работодателя устанавливаются трудовым законодательством и иными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным трудовым договором, правилами внутреннего трудового распорядка, действующими у работодателя (пункт 4 договора).

Согласно договора «О полной коллективной (бригадной) материальной ответственности», заключённым между ИП ФИО4 и ФИО7 на основании распоряжения ИП ФИО4 от 10.01.2018 года об установлении полной коллективной (бригадной) ответственности продавцам магазина «

<

данные изъяты>» ФИО12, ФИО6, ФИО7 коллектив (бригада) принимает на себя коллективную (бригадную) материальную ответственность за обеспечение сохранности имущества, вверенного им для продажи, хранения. Работодатель обязуется создать коллективу (бригаде) условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по настоящему договору (п.1). Основанием для привлечения членов коллектива (бригады) к материальной ответственности является прямой, действенный ущерб, непосредственно причинённый коллективом (бригадой) (п. 4 Договора). Указанный договор о полной коллективной(бригадной) ответственности подписан руководителем коллектива ФИО7, членами коллектива ФИО8, Таскаемым В.И.

Правилами внутреннего распорядка дня работников ИП ФИО4 установлены, в частности, основные обязанности работника, одной из которых является добросовестное выполнение своих трудовых обязанностей, бережно относиться к имуществу работодателя.

В период с 28 июня 2018 года по 29 июня 2018 года в магазине «

<

данные изъяты> была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей за период с 16 марта 2018 года по 28 июня 2018 года, о проведении которой продавцы ФИО7, ФИО8., ФИО6 были уведомлены за несколько дней до начала проведения инвентаризации. В результате приведённой инвентаризации была выявлена недостача в сумме 477 792 рубля 90 копеек. В материалах дела имеются объяснительные ответчиков, в которых они не смогли объяснить причину выявленной недостачи, указали, что в указанный выше период фактов кражи не было. Хотя ФИО8 указал, что с документами по отчёту не знакомился, такое право у него было (п. «в» ч. 3 договора о полной материальной ответственности).

Факт недостачи товарно-материальных ценностей продавцами подтверждается актом инвентаризации товарно-материальных ценностей в магазине «

<

данные изъяты>» от 29 июня 2018 года, согласно которого выявлена недостача в сумме 477 792 рубля 90 копеек. Акт подписан членами инвентаризационной комиссии и продавцами ФИО6, ФИО8, ФИО7 

Установлено, что при проведении инвентаризации были установлены факты недобросовестного отношения продавцов ФИО6, ФИО7, ФИО8 к исполнению своих должностных обязанностей по сохранности вверенного им имущества работодателя. Несмотря на запреты работодателя на продажу товара покупателем в долг, отпускали товар в долг, при этом надлежащего учёта не вели.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО1 пояснила том, что она работает продавцом у ИП ФИО4 в магазине «

<

данные изъяты>». 28 мая 2018 года продавец магазина «

<

данные изъяты> ФИО7 отдал ей в долг телефон стоимостью 

<

***> рублей, договорились, что она рассчитается за 2-3 месяца, товарный чек Орловский не передавал.

По ходатайству истца в качестве свидетеля допрошена ФИО2, которая пояснила суду о том, что она с августа 2017 года работает продавцом у ИП ФИО4. 22 мая 2018 года она договорилась с продавцом магазина «

<

данные изъяты>» ФИО14 и он отдал ей в долг сотовый телефон и наушники, всего на 5080 рублей, она должна была рассчитаться за 2 месяца. Товарный чек ФИО9 и ей не передавал.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО10 пояснила о том, что она с ДД.ММ.ГГГГ работает бухгалтером у индивидуального предпринимателя ФИО4 28 июня - 29 июня 2018 года она, экономист ФИО5 и оператор ФИО11, с участием продавцов ФИО9, ФИО13, Орловского проводили инвентаризацию товарно- материальных ценностей за период 16 марта 2018 года по 28 июня 2016 года. В наличии в магазине оказалось товаров на сумму 9003898 рублей 10 копеек, к зачёту приняли 50 650 рублей, на эту сумму был продан товар по договорам рассрочки, также из магазина «

<

данные изъяты> ФИО14 принёс 1400 рублей за проданный им в долг детский велосипед. При проведении ревизии ФИО7 предъявил список товара из 16 наименований находящегося якобы на гарантийном ремонте в «Предторг» на общую сумму 151 320 рублей. Из всех товаров, указанных в этом списке из магазина на гарантийный ремонт был направлен один жарочный шкаф по цене 5200 рублей, который также был принят к зачёту. Орловский не смог пояснить, зачем составил этот документ, товара перечисленного в нём, не оказалось ни в магазине, ни на гарантийном ремонте. По результатам инвентаризации была выявлена недостача в сумме 477792 рубля 90 копеек. Ежемесячные отчёты по этому магазину составлял ФИО7. На кассе работали все продавцы.

Установлено, что ответчики отпускали товарно-материальные ценности в долг, учёт не вели, оттиски о суммах долга делали на товарных чеках, которые покупателям не передавали. 

Суд приходит к выводу, что вина работников в причинении материального ущерба истцом доказана.

В свою очередь ответчиками отсутствие их вины в причинении ущерба не представлено.

Частями 1 и 2 статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации определено, при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

Такой договор заключается на принципе добросовестности.

Установлено, что между работодателем и работниками такой договор заключён.

Согласно разъяснениям содержащимися в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", если иск о возмещении ущерба заявлен по основаниям, предусмотренным статьей 245 ТК РФ (коллективная (бригадная) материальная ответственность за причинение ущерба), суду необходимо проверить, соблюдены ли работодателем предусмотренные законом правила установления коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также ко всем ли членам коллектива (бригады), работавшим в период возникновения ущерба, предъявлен иск. Если иск предъявлен не ко всем членам коллектива (бригады), суд, исходя из статьи 43 ГПК РФ, вправе по своей инициативе привлечь их к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, поскольку от этого зависит правильное определение индивидуальной ответственности каждого члена коллектива (бригады).

Определяя размер ущерба, подлежащего возмещению каждым из работников, суду необходимо учитывать степень вины каждого члена коллектива (бригады), размер месячной тарифной ставки (должностного оклада) каждого лица, время, которое он фактически проработал в составе коллектива (бригады) за период от последней инвентаризации до дня обнаружения ущерба.

Исходя из изложенного, приведённых разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, коллективная (бригадная) материальная ответственность за причинение ущерба может вводиться только при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой применением или использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере.

Учитывая, что в период возникновения материального ущерба ответчики работали все, они работали по скользящему графику, без передачи товарно-материальных ценностей на выходные дни, суд считает необходимым взыскать причинённый работодателю материальный ущерб с них в долевом порядке, поскольку нормами Трудового кодекса Российской Федерации не предусмотрено взыскание материального ущерба в солидарном порядке.

Определяя размер ущерба, подлежащего возмещению каждым работником, суд учитывает степень вины каждого по установленным судом и выше указанным фактам размер должностных окладов, время, которое каждый из них фактически проработал в составе коллектива за период с последней инвентаризации (с 16 марта 2018 года) до дня обнаружения ущерба и устанавливает следующий размер долей материального ущерба: ФИО14 149 264 рубля 30 копеек, ФИО7 169 264 рубля 30 копеек, ФИО8 159 264 рубля 30 копеек.

В соответствии с частью 1 статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации суд может с учётом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм подлежащих взысканию, но не в праве полностью освободить от такой обязанности. 

Учитывая, что у ФИО6 стаж работы в должности продавца составлял 6 месяцев, им были приняты меры по возмещению ущерба путём внесения в кассу магазина денежных средств за проданный в долг велосипед, суд считает возможным уменьшить определённую к взысканию с него долю до 140 500 (Сто сорок тысяч) рублей, ФИО7 не работает, ФИО8 трудоустроен с ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> на должность 

<

данные изъяты> с учётом их материального положения суд считает возможным уменьшение определённых к взысканию долей: ФИО7 до 160 246 рублей, ФИО8 до 155 264 рублей. В остальной части исковых требований отказать.

Согласно статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Требования истца в части взыскания судебных расходов в размере 7977 рублей 92 копейки подлежат частичному удовлетворению, суд взыскивает в его пользу судебные расходы в следующих размерах: с ФИО6 в размере 2 383 рублей 75 копеек, с ФИО8 в размере 2 649 рублей 85 копеек, с ФИО7 в размере 2 728 рублей 48 копеек, в остальной части следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление удовлетворить частично. 

Взыскать в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 в возмещении материального ущерба с ФИО6 140000 (сто сорок тысяч) рублей, с ФИО7 160264 (сто шестьдесят тысяч двести сорок шесть) рублей, с ФИО8 155264 (сто пятьдесят пять тысяч двести шестьдесят четыре) рубля. 

В остальной части иска отказать.

Взыскать в пользу ФИО4 судебные расходы с ФИО6 в размере 2383 рублей 45 копеек, с ФИО8 в размере 2643 рубля 35 копеек, с ФИО7 в размере 2 728 рублей 48 копеек.

В остальной части взыскания судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы в Приаргунский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий-подпись. 

Решение в окончательной форме принято 23 октября 2018 года.

Решение не вступило в законную силу.

Подлинник документа подшит в гражданском деле 

№ 2-312/2018 Приаргунского районного суда.

Согласовано судья-Н.ФИО15.