Председательствующий: Кайлачакова О.В. Дело №22-34/2021(22-1592/2020)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 26 января 2021 года 

Верховный Суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Прилепова Д.Е.,

при секретаре Свищевой Н.П.,

с участием 

прокурора отдела прокуратуры РХ Новиченко А.М.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Аширова А.О.,

представителя потерпевшего – адвоката ККВ,

рассмотрел в открытом судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи апелляционные жалобы осужденного ФИО1 на постановления Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 30 ноября 2020 года, 17 декабря 2020 года о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания, апелляционные жалобы (основную и дополнительные) осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Аширова А.О. на приговор Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 16 ноября 2020 года, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты> судимый:

- 27 апреля 2017 года 

<

данные изъяты> 

<

адрес> по ч. 2 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год, с отбыванием наказания в колонии-поселении,

- 05 сентября 2017 года 

<

данные изъяты> 

<

адрес> по ч. 3 ст. 159 УК РФ, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 27 апреля 2017 года) к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Освобожден ДД.ММ.ГГГГ по отбытию срока,

осужден по ч. 2 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года, по ч. 2 ст. 160 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 8 месяцев. В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказания окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано с ФИО1 в доход федерального бюджета РФ процессуальные издержки, связанные с участием адвоката, в размере 21760 рублей.

В удовлетворении исковых требований потерпевшего ВНГ к ФИО1 на сумму 

<

данные изъяты> отказано. 

Изучив обстоятельства дела, доводы апелляционных жалоб, возражения на них, выслушав участников процесса, суд 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за совершение хищения чужого имущества путем злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба гражданину, а также за хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступления совершены на территории 

<

адрес> при обстоятельствах, указанных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Аширов А.О. в интересах осужденного ФИО1 указывает, что в отношении эпизода с потерпевшей РЕВ все юридические факты установлены, ФИО1 полностью признал вину, возместил причиненный ущерб, примирился с потерпевшей. Защита считает, что по данному преступлению при назначении наказания суд не в полной мере учел искреннее раскаяние ФИО1, полное возмещение вреда в ходе следствия, наличие постоянного места жительства и работы, мнение о наказании потерпевшей стороны. В данном случае у суда были все основания назначить подсудимому наказание, не связанное с реальным лишением свободы, с применением ст. 73 УК РФ.

В отношении вменяемого ФИО1 совершения преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, - хищения имущества ВНГ путем злоупотребления доверием с причинением значительного ущерба, то защита утверждает, что в данном случае нет ни только состава, но и события преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ. Апеллянт считает, что юридические факты подменены в приговоре домыслами без указания на существование каких-либо доказательств того, что, заключая договор займа с ВНГ подсудимый ФИО1 задумал его обмануть, а потерпевший, только после вступления в дело адвоката на его стороне, начал употреблять такие выражения как «лизинг» и «аренда с последующим выкупом», хотя защита не понимает, как можно обмануть договор займа, в подтверждение заключения которого от подсудимого требовали подписать расписку при передаче автомашины. Вопреки доводам суда, не ФИО1 достигал цели достичь легитимности своих незаконных действий путем выдачи расписки, а именно потерпевший ВНГ потребовал от ФИО1 расписку о возврате долга в сумме 

<

данные изъяты> рублей в обмен на документы от автомашины 

<

данные изъяты> стоимостью 

<

данные изъяты> рублей. Как указывают материалы уголовного дела, потерпевший ВНГ после получения расписки от подсудимого на сумму 

<

данные изъяты> рублей, куда была включена полная стоимость автомобиля в размере 

<

данные изъяты> 000 рублей и планируемый доход в виде арендной платы 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> рублей в месяц, так же в сумме 

<

данные изъяты> рублей, попытался после совершения сделки (договора займа на указанную сумму), оформить автомобиль в свою собственность путем постановки на учет в ГИБДД на свое имя. Продажа имущества по расписке, путем заключения займа на стоимость передаваемого имущества, законом приравнена к продаже имущества за наличный расчет и, как объясняет Верховный Суд РФ, в данном случае прекращается обязанность расчетов за приобретаемое имущество и возникает новое обязательство, вытекающее из договора займа. Если договор не предусматривает залог продаваемого имущества, то такое имущества считается законной собственностью покупателя, оформившего свои обязательства по расчету за имущество договором займа, который может полностью им распоряжаться, вплоть до его нового отчуждения. Апеллянт считает, что все обвинение в отношении ФИО1 по факту хищения имущества ВНГ построено на бездоказательных предположениях о том, что ФИО1 точно хотел не рассчитываться за автомобиль по расписке, срок исполнения которой еще не наступил. Единственное доказательство - после ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не производил платежей по расписке, но такие платежи не предусмотрены письменным документом, соответствующим требованиям ГК РФ. Обязательство по расчету за автомашину ВНГ должно быть исполнено ФИО1 до ДД.ММ.ГГГГ, каких либо промежуточных платежей договором не предусмотрено, ФИО1 представил суду письменные доказательства, что в момент задержания имел хорошо оплачиваемую работу, которая позволяла ему исполнить взятое на себя обязательство. Апеллянт указывает, что ссылки стороны обвинения, полностью поддержанные судом, о существовании каких-то устных договоренностей со слов потерпевшего ВНГ идут вразрез с письменными доказательствами и правовыми принципами Российского гражданского общества. Несоблюдение письменной формы любого такого устного соглашения с ценой имущества 

<

данные изъяты> рублей влечет его ничтожность в силу п. 2 ст. 162, п. 2 ст. 168 ГК РФ. Потерпевший, вложивший в свой «бизнес проект» денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей, в ходе предварительного следствия от требований по договору займа не отказывался, признавать его недействительным и безденежным так же не пожелал, а пожелал с помощью уголовного процесса, без заявления надлежащего иска, признать за собой право собственности на автомашину 

<

данные изъяты> и получить ее в свою собственность без подписания договора купли-продажи, о чем суду поведал его представитель, объясняя отказ потерпевшего от рассмотрения заявленного гражданского иска. Защита указывала суду, что право собственности на автомобиль может возникнуть только из договора, но договор купли-продажи автомашины 

<

данные изъяты> между собственником ЛИА и покупателем ВНГ составлялся самим ВНГ и подписывался вместо собственника гражданином ИАВ, не имеющим установленных законом полномочий на подписание. Кроме того, апеллянт указывает, что свидетель ЛИА, будучи предупрежден судом об уголовной ответственности, лгал суду о том, что именно он подписывал спорный договор купли-продажи с потерпевшим ВНГ, но суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защиты о запросе нахождения свидетеля ЛИА на рабочем месте в ОАО «

<

данные изъяты>» и о назначении судебной почерковедческой экспертизы подписи продавца автомашины «

<

данные изъяты> При этом, надлежащим доказательством приобретения потерпевшим автомобиля 

<

данные изъяты> у собственника суд посчитал передачу ВНГ денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> рублей гражданину ИАВ, который собственником автомобиля не являлся. Таким образом, суд, не имея полномочий выхода за рамки гражданского иска в уголовном процессе, в ходе разрешения вопроса о вещественных доказательствах, при наличии другого законного собственника, без привлечения этого лица (законного собственника) к участию в деле, фактически рассмотрел вопрос о праве собственности на спорный автомобиль 

<

данные изъяты> и передал его потерпевшему ВНГ 

Просит приговор Саяногорского городского суда РХ от ДД.ММ.ГГГГ в части совершения ФИО1 преступления в отношении имущества ВНГ отменить, прекратить уголовное дело в указанной части по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительных) осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда. 

Апеллянт указывает, что по эпизоду в отношении потерпевшей РЕВ он вину признал полностью, искренне раскаялся, возместил причиненный ущерб полностью, примирился с потерпевшей. Считает, что суд при назначении наказания не учел указанные выше смягчающие обстоятельства, а также наличие постоянного места жительства и официальной работы, положительные характеристики с нее, наличие несовершеннолетнего ребенка на иждивении, наличие болезни у него и его родителей. Апеллянт считает, что судом не было учтено полное возмещение ущерба потерпевшей РЕВ и ее мнение, которым она просила строго его не наказывать, не лишать свободы.

По эпизоду в отношении потерпевшего ВНГ считает, что нет ни состава, ни события преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ. Указывает, что приговор суда основан на догадках и полностью постановлен на недопустимых доказательствах. Апеллянт указывает, что свидетель ЛИА, подписав подписку по ст. 306 УК РФ, лгал при даче показаний в судебном заседании в части того, что подписал два договора купли-продажи автомобиля «

<

данные изъяты> которые ему ДД.ММ.ГГГГ привез свидетель ИАВ Однако свидетель ИАВ указывал, что договор составлялся без даты, а подпись от лица ЛИА в договоре поставил именно он, второго договора не составлялось, он сделал копию путем фотографирования на свой сотовый телефон. Считает, что оснований не доверять показаниям ИАВ в этой части не имеется. Просит учесть разногласие в показаниях свидетеля ЛИА, который в одном судебном заседании говорит, что ИАВ привез ему договоры, и тут же указывает, что не помнит, кто это сделал. Также апеллянт просит обратить внимание на договоры, находящиеся в уголовном деле 

<

данные изъяты> они не являются копиями друг друга, написаны на разных бланках, имеют другой почерк и шрифт, подпись ВНГ подделана. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защиты о проведении почерковедческой экспертизы договоров, мотивировав тем, что данное не относится к тому, что рассматривается в суде. Апеллянт не соглашается с выводом суда, так как эти договоры являются доказательствами права собственности автомобиля, но поскольку оба подделаны, то не имеют юридической силы. Просит признать их недействительными. Апеллянт просит отнестись к показаниям ЛИА критически, так как показаниями других свидетелей доказано о его лжи. Кроме того, апеллянт считает выводы суда о том, что преступление совершено путем злоупотребления доверием, необоснованными, так как они не нашли своего подтверждения и полностью опровергнуты в ходе судебного следствия. Апеллянт указывает, о каком доверии может идти речь, если потерпевший передал ему автомобиль только после того, как он написал расписку на полную стоимость автомобиля. Потерпевший говорил, что взял расписку для страховки, значит, о доверительных отношениях не может быть речи и, в том числе, о злоупотреблении ими. Также апеллянт считает не состоятельными выводы суда, указанные в приговоре, о том, что он не имел стабильного источника дохода, имел большую задолженность по исполнительному производству, препятствовал постановке автомобиля не учет. Указывает, что он официально работал в ООО «

<

данные изъяты>» торговым представителем, в ООО «

<

данные изъяты>, где работал как на автомобиле «

<

данные изъяты>», так и на автомобиле 

<

данные изъяты> Также указывает, что у него действительно имеется задолженность по исполнительному производству, он ее платит, от нее не отказывается, но она возникла 

<

данные изъяты>, а преступное деяние было совершено в 

<

данные изъяты>, когда задолженности не было. Апеллянт просит учесть, что суд не принимает во внимание доказательство его невиновности в инкриминируемом деянии – долговую расписку на 

<

данные изъяты>, указывая, что она не имеет отношения к автомобилю 

<

данные изъяты> так как не доказано, что она написана именно за этот автомобиль. Данный вывод суда опровергается показаниями потерпевшего ВНГ, который на протяжении всего следствия пояснял, что автомобиль 

<

данные изъяты> ему был передан вместе с ПТС только после написания расписки на сумму 

<

данные изъяты> рублей, в которую входила стоимость автомобиля 

<

данные изъяты> рублей и аренда за него 

<

данные изъяты> рублей. Также на вопрос защитника потерпевший пояснил, что преступлением ему был причинен ущерб в сумме 

<

данные изъяты> рублей. Его отец САГ предлагал ВНГ в качестве возмещения ущерба 

<

данные изъяты> рублей, который отказался, поясняя, что ущерб по расписке причинен на сумму 

<

данные изъяты> рублей. Суд признал доводы защиты о том, что ФИО1 не намеревался похищать автомобиль, приобрел его по расписке у ВНГ, опровергающимися показаниями потерпевшего, с чем он не согласен, так как доводы защиты, наоборот, подтверждаются показаниями потерпевшего. Кроме того, апеллянт просит учесть, что сначала суд признает расписку, написанной не за автомобиль 

<

данные изъяты> так как этого в ней не указано, а потом утверждает, что расписка написана все-таки за этот автомобиль с целью признания легитимности незаконным действиям, заведомо не намереваясь возвращать деньги за автомобиль. Однако, не смотря на то, что в расписке указан полный расчет до ДД.ММ.ГГГГ, он начал частями выплачивать долг, что подтверждается скриншотами переписки и показаниями потерпевшего. Апеллянт считает, что выводы суда о том, что он не намеревался выплачивать задолженность по долговой расписке, ничем не подтверждены, так как срок по расписке не подошел. Апеллянт просит обратить внимание на показания потерпевшего ВНГ, который постоянно их меняет, теряется, лжесвидетельствует. Кроме того, судом в качестве доказательства указывается страховой полис на автомобиль 

<

данные изъяты> страхователем является ВНГ Однако данная страховка им была расторгнута 

<

данные изъяты> года, что подтверждается скриншотами переписки, представленными суду 

<

данные изъяты> так как ВНГ, зная, что автомобиль им продан, предложил расторгнуть страховку, получить деньги и ему (Семиградскому) будет меньше платить. Однако эти показания идут вразрез с показаниями ВНГ, где он говорит, что узнал о продаже автомобиля от свидетеля ИАВ 

<

данные изъяты>. Кроме того, суд не заинтересовало, зачем ВНГ понадобился новый договор купли-продажи автомобиля, написанный задним числом, о котором он просил ИАВ Свидетельством того, что число на договоре не ставилось, являются показания свидетеля ИАВ, а также копия договор, направленная ему потерпевшим ВНГ путем мессенджера «

<

данные изъяты>». Судом это не было принято во внимание. Апеллянт указывает, что все выводы суда, доказательства его вины, на которых было основано обвинение, были полностью опровергнуты в судебном заседании показаниями свидетелей, потерпевшего, материалами дела, и оказались предположениями. Об отсутствии состава преступления и его события свидетельствует то, что между ним и ВНГ сложились гражданско-правовые отношение, которые были скреплены долговой распиской. От обязательств по расписке он не отказывается, а ВНГ о признании ее недействительной в суд не обращался. По условиям займа никаких обременений на автомобиль не накладывалось, на данный момент расписка имеет юридическую силу, от своих обязательств он не отказывается и намерен выполнить вовремя. Просит учесть, что изначально уголовное дело было возбуждено по ч. 2 ст. 160 УК РФ и до ДД.ММ.ГГГГ следствие пыталось доказать вину по этому составу, однако, не прекратив уголовное преследование в этой части, следователь предъявила обвинение по ч. 2 ст. 159 УК РФ и закрыла дело, что, по мнению апеллянта, является незаконным. Апеллянт считает, что при постановлении обвинительного приговора органы следствия, государственный обвинитель и суд пользовались убеждением, что он имеет непогашенную судимость, значит, виноват, иначе, зачем закрывать глаза на серьезные нарушения уголовного закона и постановлять приговор лишь на предположениях. В связи с чем, просит приговор суда отменить.

Кроме того, апеллянт указывает, что следователь ВАА заявила свидетелем обвинения КРН, чьи показания были оглашены в судебном заседании, который пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ от ЛИА поступило заявление о прекращении регистрации транспортного средства 

<

данные изъяты> прилагался договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, который впоследствии приобщен к материалам уголовного дела. Апеллянт считает, что данный договор нельзя признать действительным, так как подпись ВНГ подделана ЛИА Показания ЛИА нужно расценивать критически, так как он, будучи предупрежден об уголовной ответственности, лжесвидетельствовал в суде, что доказано показаниями свидетеля ИАВ и потерпевшего ВНГ Кроме того, просит обратить внимание, что следственными органами были признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств три договора купли-продажи транспортного средства, ни одни из которых не был признан недействительным, ни по одному их них не была проведена почерковедческая экспертиза. Договор № 

<

данные изъяты> заключен между ЛИА и ВНГ, составлен полностью потерпевшим ВНГ, подпись за продавца ЛИА поставил ИАВ, не имея нотариальной доверенности, дата в договоре в день подписания не ставилась, ее позже поставил ВНГ Договор № 

<

данные изъяты> составлен свидетелем ЛИА, подпись ВНГ подделана. Договор № 

<

данные изъяты> заключен ДД.ММ.ГГГГ между ЛИА и ФИО1, при его заключении присутствовали обе стороны, оба его подписали. Апеллянт считает, что только договор № является единственно верным, имеющим юридическую силу. Более того, согласно копии ПТС транспортного средства 

<

данные изъяты> куда вписан новый собственник транспортного средства ФИО1 стоят подписи обеих сторон, что в свою очередь доказывает о том, что настоящим договором является заключенный между ФИО1 и ЛИА Кроме того, расписка, написанная ЛИА о том, что он продал свой автомобиль ФИО1 

<

данные изъяты> не признана не действительной, имеет юридическую силу и является доказательством того, что договор между ФИО1 и ЛИА является настоящим. Кроме того, из показаний ИАВ следует, что он продал им автомобиль вместе с запчастями, которые передал ему потерпевший ВНГ Тогда о какой аренде может идти речь, если человек дает автомобиль, запчасти, документы к нему, не заключает никаких договоров, получает только долговую расписку на сумму стоимости автомобиля. Из этого следует, что ВНГ продал ему автомобиль «

<

данные изъяты> по долговой расписке на сумму 

<

данные изъяты> рублей, в которую входит стоимость автомобиля 

<

данные изъяты> рублей и процент за пользование рассрочкой 

<

данные изъяты> рублей, окончательная дата полного расчета ДД.ММ.ГГГГ. Потерпевший ВНГ ни в ходе предварительного, ни судебного следствия не заявлял о признании расписки недействительной, более того, говорил о ее состоятельности. Таким образом, в материалах уголовного дела имеются доказательства об отсутствии как состава, так и события преступления. 

Кроме того, апеллянт указывает, что судом не было учтено в качестве смягчающего наказание обстоятельства частичное возмещение потерпевшему ВНГ материального ущерба, так как 

<

данные изъяты> ему было переведено 

<

данные изъяты> рублей.

Апеллянт полагает, что с учетом наличия большого количества смягчающих и одного отягчающего наказание обстоятельств назначенное наказание является чрезмерно суровым и подлежащим пересмотру. Просит приговор суда отменить.

Кроме того, апеллянт выражает несогласие с возражением государственного обвинителя Бондаревой Д.А. на его апелляционные жалобы, считает доводы государственного обвинителя необоснованными и опровергающимися материалами дела, также полагает, что прокуратура также, как и суд закрыли глаза на нарушение уголовного закона при расследовании уголовного дела.

Кроме того, апеллянт обжалует постановление Саяногорского городского суда от 30 ноября 2020 года, которым отказано в удовлетворении его замечаний на протокол судебного заседания. Указывает, что в постановлении не указано, замечания на протокол от какой даты суд решает отклонить. Также указывает, что он отчетливо слышал, что потерпевший ответил: «для страховки, вдруг ФИО1 реализует автомобиль, разобьет и т.д.», что также говорилось и представителем потерпевшего. Апеллянт указывает, что помощник прокурора 

<

адрес> Бондарева Д.А. в своем возражении подтвердила его замечания. Просит постановление отменить, провести проверку его замечаний на протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ и протокол предварительного слушания от ДД.ММ.ГГГГ и удовлетворить его замечания в полном объеме.

Также осужденным обжалуется постановление Саяногорского городского суда от 17 декабря 2020 года об отклонении замечаний на протокол судебного заседания. Апеллянт указывает несогласие с постановлением суда, так как в дополнении к апелляционной жалобе на приговор им были указаны не замечания на протокол, а факты, то есть выдержки из протоколов допроса свидетелей обвинения. Данные факты к замечаниям не имеют никакого отношения, они были приведены, как доказательства нарушений, допущенных Саяногорским городским судом. Просит постановление суда отменить.

В возражении на апелляционные жалобы государственный обвинитель Бондарева Д.А. считает приговор законным и обоснованным, назначенное наказание справедливым, а доводы жалоб – не подлежащими удовлетворению.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1, его защитник – адвокат Аширов А.О. поддержали доводы апелляционных жалоб, просили приговор суда отменить. Кроме того, указали о незаконности постановлений суда о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания.

Представитель потерпевшего – адвокат ККВ считает приговор законным и обоснованным.

Прокурор Новиченко А.М. полагала необходимым приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах (основной и дополнительных), возражении на них, доводы сторон, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с нормами УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со ст.ст. 389.15, 389.17 УПК РФ основаниями для отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

По настоящему уголовному делу такие нарушения выявлены судом апелляционной инстанции.

Из материалов уголовного дела следует, что между потерпевшим ВНГ и осужденным ФИО1 возникает устная договоренность об аренде автомобиля с его последующим выкупом, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ потерпевший передает автомобиль марки 

<

данные изъяты> ФИО1 с установленной устной договоренностью о внесении последним ежемесячной арендной платы до даты выкупа автомобиля.

После передачи автомобиля, ФИО1, по настоянию ВНГ, пишется расписка о наличии у него задолженности перед потерпевшим в сумме 

<

данные изъяты> рублей со сроком оплаты до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по факту присвоения автомобиля ВНГ 

Судом первой инстанции установлено совершение ФИО1 мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба гражданину, его действия квалифицированы по ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Однако, как следует из приговора, судом не дано должной оценки наличию в материалах дела расписки, подразумевающей гражданско-правовые отношения между ВНГ и ФИО1, и привлечению последнего к уголовной ответственности до истечения срока действия данной расписки. Судом не дана оценка доводам о наличии стабильного заработка и намерении исполнять взятые на себя обязательства. Ссылка суда о неплатежеспособности ФИО1 и наличия исполнительного производства на момент совершения преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, противоречит материалам уголовного дела. 

Кроме того, как отражено в приговоре, ФИО1, имея умысел на совершение растраты, то есть хищения чужого имущества, вверенного виновному, - автомобиля 

<

данные изъяты> принадлежащего РЕВ, против воли собственника продал третьим лицам.

Как следует из показаний свидетеля РАЮ, подсудимого ФИО1, автомобиль был передан последнему на основании договора купли-продажи.

Судом первой инстанции действия ФИО1 квалифицированы по ч. 2 ст. 160 УК РФ, как растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, с причинением значительного ущерба гражданину.

Согласно ст. 8 УК РФ основанием уголовной ответственности выступает совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом. Следовательно, обязательно установление как объективных, так и субъективных признаков состава преступления при квалификации содеянного по ст. 160 УК РФ, которая предусматривает ответственность лишь за такое деяние, причиняющее ущерб собственнику, которое совершается с корыстной целью и умыслом, направленным на его присвоение или растрату. Противоправное безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу, причинившее ущерб собственнику этого имущества, должно квалифицироваться как присвоение или растрата при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества (определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 851-О-О, от 28 мая 2013 года N 707-О, от 23 декабря 2014 года N 2829-О, от 29 марта 2016 года N 640-О и др.).

Под «вверенным» понимается имущество, в отношении которого виновное лицо в силу должностных обязанностей или договорных отношений осуществляет определенные полномочия по распоряжению, управлению, хранению. Такие правомочия могут быть переданы собственником имущества другому гражданину на основании гражданско-правовых договоров подряда, аренды, комиссии, проката и т.д. 

Для того чтобы признать имущество вверенным необходимо наличие у субъекта правомочий в отношении этого имущества. Не является вверенным имущество, переданное на основании договора купли-продажи.

Договор купли-продажи подразумевает в себе, когда одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), то есть происходит переход права собственности имущества, а не оформление договорных отношений по его хранению, распоряжению и управлению им.

Судом первой инстанции сделаны неверные выводы о форме передачи автомобиля РАЮ ФИО1, не указано, каким образом имущество было вверено ФИО1, что является обязательным условием для квалификации по ст. 160 УК РФ.

Таким образом, суд первой инстанции не дал должной оценки юридически значимым обстоятельствам, которые имеют существенное значение, поскольку касаются объективных признаков преступлений и влияют на квалификацию содеянного, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неустранимым в суде апелляционной инстанции, влекущим в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 389.17, ст. 389.22 УПК РФ безусловную отмену состоявшегося судебного решения с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, по результатам которого с учетом всех доводов сторон, в том числе изложенных в апелляционных жалобах, следует принять решение, соответствующее требованиям ч. 4 ст.7 УПК РФ.

С учетом того, что ФИО1 имеет постоянное место работы и жительства, суд апелляционной инстанции считает необходимым ранее избранную меру в виде заключения под стражу отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.17, 389.19, 389.20 389.22 и 389.28 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 16 ноября 2020 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии назначения дела к слушанию.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 отменить. 

Избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий сроком на 02 месяца, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Запретить ФИО1:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Обязать ФИО1 своевременно являться по вызовам в суд.

<

данные изъяты>

Освободить ФИО1 из-под стражи немедленно.

Председательствующий Д.Е. Прилепов

<

данные изъяты>