Дело № 2-912/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе

председательствующего судьи Фисуна Д.П.,

при секретаре Ананиной Т.П.,

с участием помощника прокурора г. Мыски Скоковой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Мыски Кемеровской области 05 октября 2017 года

гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Междуречье» о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда работнику, предусмотренной коллективным договором,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к Акционерному обществу «Междуречье», просит суд взыскать с ответчика в свою пользу: единовременную выплату в счет компенсации морального вреда, предусмотренную пунктом 18 коллективного договора ОАО «Междуречье» на 2013-2015 годы в сумме 15597,57 рублей; компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей.

Исковые требования обосновывает тем, что он повредил свое здоровье, работая на предприятиях занятых транспортировкой угля и горной массы, вследствие профессионального заболевания – 

<

данные изъяты> в профессии - водитель.

Общий стаж работы с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту составляет 32 года 5 месяцев.

Из Заключения Комиссии по расследованию профессионального заболевания следует, что расследуемое заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия вредных производственных факторов. А именно отсутствия безопасных режимов труда и отдыха в профессиях, несовершенство технологического автотранспорта. Непосредственной причиной заболевания послужила локальная и общая вибрация. Его вина в возникновении профессионального заболевания отсутствует.

Наличие профессионального заболевания впервые диагностировано Клиникой НИИ КПГПЗ СО РАМН г. Новокузнецк 04 июня 2009 года. В дальнейшем он проходил ежегодные дообследования и наблюдения в Клинике НИИ КПГПЗ СО РАМН.

Заключением врачебной экспертной комиссии по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профзаболеванием от 11 сентября 2014 года № 226 определена степень вины предприятий согласно стажу в возникновении и прогрессии заболевания: Сибиргинская автобаза – степень вины 22,4%; Мысковская автобаза – степень вины – 16,2%; АО «Ольжерас» - степень вины 4,1%; АО «Томусинская автобаза» - степень вины 12,8%; ОАО «Ольжерас» - степень вины 20,0%; Филиал ОАО «Южный Кузбасс» «Томусинское автотранспортное управление»- степень вины 24,5%. 

Ответчик АО «Междуречье» является правопреемником Сибиргинской автобазы. 

21 января 2015 года он обратился к ответчику с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, на которое им был получен отказ. Отказ мотивирован тем, что на момент обращения с указанным заявлением он не состоит в трудовых отношениях с ОАО «Междуречье». Кроме того в период его работы в Сибиргинской автобазе (декабрь 1981 года по март 1989 года) законодательством не была предусмотрена компенсация морального вреда вследствие профзаболевания.

Трудовые отношения между ним и работодателем «Сибиргинской автобазой», правопреемником которой является ответчик, были прекращены 01 марта 1989 года в связи с переводом к другому работодателю.

21 марта 2017 года он обратился в Мысковский городской суд с иском к АО «Междуречье» о возмещении вреда причиненного повреждением здоровья. Исковые требования были удовлетворены частично.

Истец считает, что право на получение единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда, предусмотренную коллективным договором, имеют и те работники, которые на момент обращения не состоят в трудовых отношениях с АО «Междуречеье».

28 августа 2017 года он обратился в АО «Междуречье» с заявлением о выплате ему единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда, предусмотренной п. 18 коллективного договора ОАО «Междуречье» на 2013-2015 годы, но до настоящего времени ответ им не получен. 

Подобная несправедливость и пренебрежительность ответчика привели к тому, что у него возникла склонность к эмоциональным вспышкам, раздражительность, возбудимость, беспокойство, нарушение сна. 

По убеждению истца, с учетом степени вины ответчика, взыскания компенсации морального вреда в размере 5000 рублей будет являться разумным и справедливым.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, просил дело рассмотреть в его отсутствие с участием его представителя, о чем указал в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании нотариальной доверенности от 04 мая 2017 года, исковые требования поддержала в полном объеме и настаивала на их удовлетворении, при этом привела доводы, аналогичные изложенным в описательной части решения суда.

Представитель ответчика АО «Междуречье» ФИО3, действующая на основании нотариальной доверенности от 15 января 2016 года, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась. Просила суд производство по делу прекратить по причине того, что ранее истец обращался в суд о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с установлением профзаболевания по тем же основаниям.

Выслушав представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего в удовлетворении заявленных требований отказать, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Частью 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996 г. N 81-ФЗ "О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности" предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 1 апреля 2013 г. утверждено Отраслевое соглашение по угольной промышленности Российской Федерации на период с 1 апреля 2013 г. по 31 марта 2016 г., срок действия которого продлен до 31 декабря 2018 г. соглашением от 26 октября 2015 г.

Согласно ст. 45 Трудового кодекса РФ, соглашение - это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

Пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, осуществляющих деятельность в угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (пункт 1.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности).

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

По смыслу приведенных выше положений нормативных правовых актов Российской Федерации и Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в данном случае угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре, в том числе выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

Как следует из материалов дела и установлено судом, АО «Междуречье» является организацией, технологически связанной с организациями по добыче и переработке угля и, в силу прямого указания на это в примечании к п. 1.1 ФОС, относится к предприятиям угольной промышленности.

В коллективном договоре ОАО «Междуречье» на 2013 - 2015 годы предусмотрен порядок выплаты спорного пособия при установлении утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания.

Согласно записями трудовой книжки истца (л.д. 10-13) ФИО1 11 июня 1981 года был трудоустроен в Мысковское автотранспортное предприятие на должность шофера 3 класса, уволен 10 декабря 1981 года по собственному желанию (ст. 31 КЗоТ). 

23 декабря 1981 года ФИО1 принят на работу в Сибиргинскую автобазу объединение «Кемеровоуголь» на должность водителя автобуса 3 класса на Белаз-540, 01 февраля 1984 года присвоен второй класс водителя, 01 июля 1985 года присвоен первый класс водителя, откуда был уволен 01 марта 1989 года переводом в другую организацию (п. 5 ст. 29 КЗоТ).

01 марта 1989 года ФИО1 был принят переводом из Сибиргинской автобазы объединение «Кемеровоуголь» на должность водителя Белаза -75211 по вывозу угля и породы в разрезах Мысковской автобазы п/о «Кемеровоуголь», откуда уволен по собственному желанию 30 июня 1994 года.

В последующем ФИО1 работал на должности водителя Белаза в иных организациях.

Как следует из справки № 301 от 21 ноября 2014 года (л.д. 14) ФИО1 работал в Сибиргинской автобазе производственного объединения «Кемеровоуголь» водителем автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе в размере по добыче угля открытым способом полный рабочий день с 23 декабря 1981 года по 28 февраля 1989 года. В Мысковской автобазе производственного объединения «Кемеровоуголь» водителем автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе в размере по добыче угля открытым способом полный рабочий день с 01 марта 1981 года по 30 июня 1994 года.

Согласно Акту о случае профессионального заболевания № 174 от 14 июля 2009 года (л.д. 15-16) у ФИО1 установлено профессиональное заболевание «

<

данные изъяты>», которое возникло в результате работы истца в течение 28 лет 3 месяцев. Профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия на организм локальной и общей вибрации в связи с несовершенством технологического транспорта при отсутствии безопасных режимов труда и отдыха. Вины ФИО1 в возникновении данного заболевания комиссией не установлено, в результате расследования установлено, что заболевание ФИО1 является профессиональным.

Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 17 ноября 2008 года № 7548-7ГТ (л.д. 17-18) труд ФИО1 в профессии водителя в зависимости от уровня вибрации относится к 3 классу 1 степени на Белаз 540, к 3 классу 2 степени на Белаз 75211, согласно Р.2.2.2206-05. По данным СГХ № 63 от 01 июля 2008 года ТО Управления Роспотребнадзора в Кемеровской области в г. мыски условия труда ФИО1 по фактору локальная вибрация квалифицируется как вредные 3 класса (1 степени), общей вибрации как вредные 3 класса (1 степени).

Как следует из медицинского заключения НИИ КПГПЗ СО РАМН г. Новокузнецк от 04 сентября 2009 года (л.д. 20) диагноз: 

<

данные изъяты>. Заболевание профессиональное, установлено впервые, что также подтверждается медицинскими справками. Заключение: 28-летний стаж работы с общей вибрацией выше ПДУ, локальной вибрацией выше и не выше ПДУ тяжестью труда класс 3.2 развитие типичной клиники, развитие типичной клиники полинейропатии, при отсутствии общих причин в пользу профессионального генеза.

Как следует из п. 18 данного коллективного договора в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования РФ). Если утрата трудоспособности имела место вследствие вины нескольких предприятий, то выплачивается часть единовременной выплаты, рассчитанная пропорционально проценту вины ОАО «Междуречье», установленному соответствующими документами. В случае установления вины работника размер единовременной компенсации, выплачиваемой работодателем, уменьшается пропорционально степени вины работника. Степень вины работника устанавливается комиссией, проводившей расследование несчастного случая на производстве, в процентах и указывается в акте о несчастном случае на производстве. Выплата производится только один раз на момент обращения к работодателю при установлении впервые размера (степени) утраты профессиональной трудоспособности на основании заключенного между работником и работодателем соглашения (ст. 237 ТК РФ) и носит заявительный характер. К заявлению должны быть приложены приказы ФСС РФ о назначении единовременной страховой выплаты, медицинская экспертиза, определяющая процент вины работодателя в причинении вреда здоровью (в случае профессионального заболевания), копия справки МСЭ об установлении степени (размера)утраты трудоспособности впервые, иные документы при необходимости. Если утрата трудоспособности наступила после окончания срока действия трудового договора с ОАО «Междуречье», то для расчета единовременной выплаты в чет компенсации морального вреда принимается средний заработок, исчисленный за 12 месяцев до окончания срока действия указанного трудового договора. При невозможности получения документа о размере среднего заработка работника сумма единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда рассчитывается исходя из тарифной ставки (оклада) должностного оклада, установленных у работодателя для данной профессии и сходных условий труда.

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии ФГБУ НИИ Комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» № 226 от 11 сентября 2014 года (л.д. 21) причиной профессионального заболевания у истца явилась работа в условиях локальной и общей вибрации выше предельно допустимого уровня в профессии водитель. Степень вины работодателей пропорционально стажу: Сибиргинская автобаза –22,4%; Мысковская автобаза –16,2%; АО «Ольжерас» - 4,1%; АО «Томусинская автобаза» - 12,8%; ОАО «Ольжерас» - 20,0%; Филиал ОАО «Южный Кузбасс» «Томусинское автотранспортное управление»- 24,5%.

Согласно приказа ФСС РФ Филиала № 9 ГУ- КРОФСС РФ от 11 сентября 2014 года № 8376-В (л.д. 36) в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях» ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в сумме 31408,57 рублей.

На основании приказа от 30 сентября 2014 года № Пр/ЮК-ТАУ/1449ОРГ Южный Кузбасс Томусинское автотранспортное управление выплатило ФИО1 единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 211668,44 рублей (л.д. 37).

Как следует из справки АО «Междуречье» № 890 от 12 апреля 2017 года (л.д. 40) проиндексированная заработная плата ФИО1 за период работы в Сибиргинской автобазе с марта 1988 года по февраль 1989 года составляет 16480,09 рублей.

Согласно представленного истцом расчета сумму компенсации необходимо производить по формуле (средний месячный заработок *20%*30 – размер единовременной страховой выплаты ФСС) * % вины предприятия. Таким образом, единовременная выплата в счет компенсации морального вреда составит: (16840,09 руб. *20%*30 - 31408,57 руб.)*22,4% = 15597, 57 рублей

Разрешая спор по существу, суд исходит из того, что условия для выплаты спорного пособия соблюдены, истцу впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы у ответчика, в связи с чем размер единовременного пособия по п. 18 коллективного договора ОАО «Междуречье», причитающегося истцу, с учетом степени вины работодателя, составляет 15597,57 рублей. Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворении исковых требований, поскольку вступившим в законную силу судебным решением с ответчика в пользу истца уже взыскана в счет компенсации морального вреда, причиненного по вине АО «Междуречье», единовременная выплата в размере 89600 рублей.

Как установлено судом, 21 января 2015 года ФИО1 обратился к ответчику с заявлением о выплате единовременного пособия в счет компенсации морального вреда. Ответчик АО «Междуречье» в бесспорном порядке отказался произвести выплату единовременного пособия в счет компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания. Данное обстоятельство послужило основанием для обращения ФИО1 в суд с исковыми требованиями о взыскании с АО «Междуречье» компенсации морального вреда в сумме 95392 рубля, а также дополнительно понесенных расходов на лечение в сумме 22896 рублей.

Решением Мысковского городского суда Кемеровской области 26 апреля 2017 года исковые требования ФИО1 к АО «Междуречье» были удовлетворены частично. С Акционерного общества «Междуречье» в пользу ФИО1 взыскана единовременная выплата в счет компенсации морального вреда в сумме 15 597,34 рублей. В остальной части о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда – отказано. Отказано в удовлетворении исковых требований о взыскании с Акционерного общества «Междуречье» в пользу ФИО1 в счет возмещения вреда здоровью дополнительно понесенные расходы в сумме 22 896 (двадцать две тысячи восемьсот девяносто шесть) рублей 16 копеек.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 01 августа 2017 года решение Мысковского городского суда Кемеровской области от 26 апреля 2017 года изменено в части вопроса о взыскании морального вреда. Взыскано с АО «Междуречье» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 89600 рублей. Решение Мысковского городского суда Кемеровской области от 26 апреля 2017 года отменено в части определения отказа во взыскании расходов по определению степени вины предприятий и в отмененной части принято новое решение. Взыскать с АО «Междуречье» в пользу ФИО1 расходы по определению степени вины предприятий в сумме 672 рубля. В остальной части обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Из описательно-мотивировочной части апелляционного определения следует, что принимая решение об увеличении компенсации в счет возмещения причиненного морального вреда, судебная коллегия исходила из следующего. Поскольку ответчиком в производстве выплаты компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием истцу было отказано, то в бесспорном порядке на основании Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2013-2016 годы и коллективного договора АО «Междуречье» на 2013-2015 годы отсутствовала возможность по соглашению сторон трудового договора определить размер компенсации морального вреда. По мнению судебной коллегии, в таком случае суд сам должен был определить размер компенсации морального вреда с учетом положений действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения сторон, а не исходить из формулы определенной Федеральным отраслевым соглашением и коллективным договором. В связи с чем, решение Мысковского городского суда Кемеровской области от 26 апреля 2017 года в части морального вреда было изменено и с АО «Междуречье» в пользу ФИО1 взыскана единовременная выплата в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 89600 рублей. При этом размер компенсации морального вреда был определен пропорционально степени вины ответчика в формировании профессионального заболевания – 22,4 % от общей суммы компенсации морального вреда, причиненного утратой профессиональной трудоспособности. 

Таким образом, компенсация морального вреда, причиненного ФИО1 по вине работодателя, была установлена судом и взыскана с АО «Междуречье» в пользу потерпевшего, пропорционально вине ответчика. 

Таким образом, обращаясь в суд с иском о взыскании с ответчика единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда работнику в размере 15597,57 рублей истцом допущено неверное толкование положений п. 18 коллективного договора ОАО «Междуречье».

По соглашению с полномочными представителями работников угольных предприятий работодатель определил конкретный размер компенсации морального вреда для случаев, когда работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

При этом в силу п. 18 коллективного договора установленная данной нормой единовременная выплата по своей сути является именно компенсацией морального вреда, обязанность выплаты которой установлена федеральным законодательством. При этом указанный коллективный договор, в соответствии с ст. 237 ТК РФ является по своей сути соглашением между работодателем и работниками, установлены размер и порядок выплаты компенсации морального вреда.

Лишь в случае, если между работником и работодателем возникает спор о размере компенсации морального вреда, его размер устанавливается решением суда.

Указанная ситуация имела место в при изменении решения Мысковского городского суда Кемеровской области от 26 апреля 2017 года судом апелляционной инстанции, изложенным в апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 01 августа 2017 года, когда с ответчика была взыскана компенсация морального вреда в размере 89600 рублей, которая фактически включала в себя минимальный размер компенсации морального вреда, который был согласован между работником и работодателем в п. 18 коллективного договора, а также п. 5.4 ФОС на 2013-2015 годы. 

В связи с этим согласованная между работником и работодателем в п. 18 коллективного договора АО «Междуречье» на 2013-2015 годы единовременная выплата в счет компенсации морального вреда, не может быть взыскан повторно либо дополнительно к уже взысканной компенсации морального вреда, определенной решением суда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Междуречье» о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда работнику в случае установления впервые утраты профессиональной трудоспособности, предусмотренной п.18 Коллективного договора на 2013-2015 годы, а также компенсации морального вреда – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течении месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

В окончательной форме решение суда изготовлено 10 октября 2017 года. 

Председательствующий: Фисун Д.П.

11