Судья С.Г. Горшунов Дело № 33-12013/2017

Учёт №050г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 июля 2017 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи А.И. Муртазина,

судей Г.А. Сахиповой, Л.Р. Субботиной,

при секретаре судебного заседания Л.Р. Маметовой,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи А.И. Муртазина гражданское дело по апелляционной жалобе Майорова Николая Константиновича на решение Заинского городского суда Республики Татарстан от 10 мая 2017 года, которым постановлено:

Исковые требования Государственного казенного учреждения Республики Татарстан «Пожарная охрана Республики Татарстан» к Майорову Николаю Константиновичу о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей – удовлетворить.

Взыскать с Майорова Николая Константиновича в пользу Государственного казенного учреждения Республики Татарстан «Пожарная охрана Республики Татарстан» в счет возмещения ущерба, причиненного работником 14 085 (четырнадцать тысяч восемьдесят пять) рублей 93 копейки и возврат государственной пошлины в размере 563 (пятьсот шестьдесят три) рубля 44 копейки

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения Н.К. Майорова, поддержавшего доводы жалобы, представителя ГКУ «Пожарная охрана РТ» – Т.Ш. Шагеева, возражавшего против доводов жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ГКУ «Пожарная охрана Республики Татарстан» обратилось в суд с исковым заявлением к Н.К. Майорову о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, в обоснование указав, что ответчик был принят на должность начальника отдельного поста (далее – ОП) по охране села Бухарай Заинского муниципального района Нижнекамского отряда противопожарной службы ГКУ «Пожарная охрана Республики Татарстан» 29.03.2016. С работником был заключен трудовой договор №.... от 29.03.2016 и договор о полной индивидуальной материальной ответственности от 01.04.2016, в соответствии с которым Н.К. Майоров, являясь непосредственным начальником ОП с. Бухарай, принял на себя обязательство бережно относиться к вверенному ему имуществу и предпринимать меры по предотвращению ущерба имуществу, а также принял на себя полную индивидуальную материальную ответственность за недостачу вверенного учреждением имущества, принятого в ОП с. Бухарай. Ответственность за сохранность переданного в пользование ОП с. Бухарай имущества и материальных ценностей ответчику также указана в должностной инструкции начальника отдельного поста с. Бухарай Заинского муниципального района Нижнекамского отряда противопожарной службы ГКУ «Пожарная охрана Республики Татарстан», с которой ответчик был ознакомлен под роспись 30.03.2016.

03.10.2016 комиссией проведена инвентаризация имущества ОП с. Бухарай, где ответчик, являясь материально ответственным лицом, личной подписью подтвердил наличие и остатки материальных ценностей и претензий к инвентаризационной описи не имел. 

В соответствии с п.5 ч.1 ст.81 ТК РФ, за неоднократное неисполнение работником без уважительной причины трудовых обязанностей, на основании приказа №.... от 17.01.2017 года Н.К. Майоров был уволен с должности начальника отдельного поста охраны с. Бухарай Заинского муниципального района РТ. В связи с увольнением, ответчик обязан был в составе комиссии передать всю имеющуюся документацию и все материальные ценности ОП с. Бухарай по акту приема- передачи начальнику Нижнекамского отряда противопожарной службы ГКУ РТ «Пожарная охрана республики Татарстан» Д.Р. Ашрафуллину. От сдачи документации и материальных ценностей ответчик оказался, покинул здание пожарного депо, о чем комиссией 18.01.2017 был составлен соответствующий акт.

В ходе проведения приема-передачи материальных ценностей была обнаружена недостача материальных ценностей на общую сумму 42 049,19 руб. 

Ответчику была направлена претензия с требованием вернуть данное имущество Учреждению в срок до 10.02.2017. По устному предложению истца ответчик решил в добровольном порядке вернуть имущество учреждения, для чего повторно была создана комиссия.

14.02.2017 была проведена прием-передача материальных ценностей у Н.К. Майорова, и часть имущества им была возвращена. Вместе с тем, в ходе проведения приема-передачи обнаружена недостача материальных ценностей на общую сумму 14 085,93 руб., о чем комиссией был составлен акт от 14.02.2017. От подписания акта Н.К. Майоров отказался.

На основании изложенного, ГКУ «Пожарная охрана РТ» просит взыскать с Н.К. Майорова материальный ущерб в размере 14 085,93 руб. и возврат государственной пошлины в размере 563,44 руб. 

В судебном заседании представители истца – Т.Ш. Шагеев и Д.Р. Ашрафуллин исковые требования поддержали в полном объеме 

Ответчик Н.К. Майоров иск не признал.

Суд иск удовлетворил.

В апелляционной жалобе Н.К. Майоров просит решение суда отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении иска. В обоснование жалобы указано, что инвентаризация была проведена с нарушениями, а именно, члены комиссии 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, а также материально ответственное лицо (сдающий) 

<

данные изъяты> при инвентаризации 01 апреля 2016 года не участвовали, подписали акты «задним числом» у себя на рабочем месте. 3 октября 2016 года инвентаризация проводилась комиссией отряда в составе И.Н. Насирова, Л.З. Музафаровой, Р.С. Тимофеевой, но в инвентаризационных описях председателем комиссии указана гл. бухгалтер И.Г. Калмыкова, которая в данный момент в организации не работала. 18 января 2017 года прием-передача также осуществлена формально, без соответствующей инвентаризации с участием материально-ответственного лица, хотя у работодателя имелась возможность провести инвентаризацию в рабочее время. Работодателем не была проведена соответствующая проверка по установлению размера причиненного ущерба и причин его возникновения, не истребовано у него письменное объяснение, с материалами проверки по установлению причин и размера ущерба ответчик не ознакомлен. Ссылается на то, что его должности начальника отдельного поста нет в постановлении Министерства труда и социального развития РФ № 85 от 31.12.2002, и заключение с ним договора о полной материальной ответственности незаконно. Также указывает, что виновным в образовавшейся недостаче себя не считает, поскольку она образовалась намного раньше, до его трудоустройства. Также полагает, что указанная истцом недостающая спецодежда, бывшая в употреблении, подлежит списанию.

От представителя истца поступили возражения на апелляционную жалобу, согласно которым ГКУ «Пожарная охрана Республики Татарстан» считает апелляционную жалобу необоснованной и не подлежащей удовлетворению. На основании акта от 01.04.2016 Н.К. Майорову как материально ответственному лицу были переданы материальные ценности, которые также передавались ему в течение 2016 года, о чем свидетельствуют его росписи в накладных и актах приема-передачи. Ответчик личной подписью подтвердил наличие и остатки материальных ценностей в ОП с. Бухарай, претензий к инвентаризационной описи не имел. После увольнения ответчик обязан был передать всю имеющуюся документацию и материальные ценности по акту приема-передачи, однако от сдачи документации и материальных ценностей ответчик отказался, покинул здание пожарного депо, о чем комиссией 18.01.2017 был составлен акт. В ходе проведения приема-передачи была обнаружена недостача материальных ценностей на общую сумму 42 049, 19 рублей. Комиссия приступила к работе в рабочее время в 16 часов 35 минут, после того, как ответчику был зачитан приказ о его увольнении. Ответчик покинул пост демонстративно и отказался участвовать в приеме-передаче, вследствие чего инвентаризация была проведена в его отсутствие. 14.02.2017 была проведена прием-передача материальный ценностей у Н.К. Майорова, и часть имущества была возвращена, сумма недостачи составила 14 085, 93 рублей, о чем также был составлен акт. От подписания акта от 14.02.2017 ответчик отказался. Ссылка ответчика на отсутствие его должности в постановлении Министерства труда и социального развития РФ от 31.12.2002 безосновательна, поскольку в приложении № 1 к данному постановлению в перечень должностей и работ включены: «и другие работники, осуществляющие получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей», то есть заключение с ответчиком договора о полной материальной ответственности законно. В отношении доводов апелляционной жалобы о списании имущества по срокам носки указывает, что порядок списания утвержден приказом МЧС РТ от 09.09.2013 № 366, где прописаны сроки носки одежды. Имущество также списывается после увольнения работников, имущество уволенных работников списано. При устройстве на работу ответчик не имел претензий к инвентаризационной описи и личной подписью подтвердил это. Вина ответчика в образовавшейся недостаче, размер причиненного ущерба полностью доказаны при рассмотрении дела в суде первой инстанции, на основании чего просит решение суда оставить без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции Н.К. Майоров поддержал жалобу, пояснив, что указанная недостача возникла не по его вине, образовалась ранее, до его трудоустройства, при приеме на работу его уверили, что недостача за ним числиться не будет.

Представитель истца в суде апелляционной инстанции с доводами жалобы не согласился, пояснив, что при трудоустройстве ответчиком был подписан акт приема-передачи, в соответствии с которым ему были вверены материальные ценности, каких-либо претензий к инвентаризационной описи он не имел. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов, изложенных в жалобе (ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Согласно статье 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизироваться материальная ответственность сторон этого договора. При этом договорная ответственность работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем - выше, чем это предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии со статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации (далее -ТК РФ) работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии со статьей 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно статьи 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в том числе в случае: когда в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.

Статьей 244 ТК РФ установлено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

В соответствии со статьей 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Из разъяснений, содержащихся в п. 4 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что истец должен представить доказательства, подтверждающие наличие прямого действительного ущерба, размер причиненного ущерба, вину работников в причинении ущерба, причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом.

Из материалов дела следует, что 29 марта 2016 года между истцом и Н.К. Майоровым был заключен трудовой договор № 81, на основании которого ответчик был принят на должность начальника отдельного поста по охране с. Бухарай Заинского муниципального района Нижнекамского отряда противопожарной службы государственного казенного учреждения Республики Татарстан «Пожарная охрана Республики Татарстан».

Согласно пункту 9.1 указанного договора, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения работником своих обязанностей, указанных в настоящем договоре, нарушения трудового законодательства, Правил внутреннего трудового распорядка Учреждения, иных локальных нормативных актов работодателя, а также причинения работодателю материального ущерба, он несет дисциплинарную, материальную и иную ответственность, согласно трудовому законодательству РФ 

Также с ответчиком был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности от 01 апреля 2016 года.

Исходя из пояснений представителя истца, полная материальная ответственность на начальника отдельного поста введена в целях сохранности государственного имущества, вверенного для уставной деятельности ГКУ РТ» Пожарная охрана РТ», а также вследствие широкой сети и отдаленности отрядов и подразделений от аппарата управления учреждения.

В перечне должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденном постановлением Правительства РФ от 31.12.2002 № 85, указаны и другие работники, осуществляющие получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей. 

Таким образом, возложение полной индивидуальной материальной ответственности на Н.К. Майорова, замещающего должность начальника отдельного поста по охране с. Бухарай Заинского муниципального района Нижнекамского отряда противопожарной службы государственного казенного учреждения Республики Татарстан «Пожарная охрана Республики Татарстан», не противоречит нормам действующего законодательства.

Заключая договор о полной индивидуальной материальной ответственности, Н.К. Маайоров принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, и в связи с изложенным обязался бережно относиться к переданному ему для осуществления возложенных на него функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба; своевременно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему имущества; вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ему имущества; участвовать в проведении инвентаризации, ревизии, иной проверке сохранности и состояния вверенного ему имущества.

При принятии на работу ответчика была организована прием-передача основных и материальных ценностей Н.К Майорову По приему-передаче материальных ценностей назначена соответствующая комиссия в составе 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> (л.д.27). Согласно акту о приеме- передаче основных средств и материальных запасов от 01.04.2016, Н.К. Майоров принял указанные в акте ценности, о чем имеется его собственноручная подпись (л.д.28-35).

Приказом от 17.01.2017 Н.К. Майоров с занимаемой должности уволен 18.01.2017.

В связи с увольнением ответчика, 18.01.2017 проведена инвентаризация материально-производственных запасов и товаров (л.д. 76).

Согласно акту от 18.01.2017, Н.К. Майоров отказался передать документы и материальные ценности, отказался представить объяснения, так как самовольно покинул здание пожарного депо (л.д.77).

По результатам инвентаризации выявлена недостача материально-товарных ценностей на сумму 42 049,19 руб., что подтверждается соответствующим актом (л.д.78). В связи с принятием у Н.К. Майорова части недостающих материальных ценностей, остаток недостачи составил 14 085,93 руб., что подтверждается актом о недостаче материальных ценностей (л.д.83).

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции, установив данные обстоятельства, исходил из того, что на основании представленных по делу доказательств работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, при этом доказательств отсутствия своей вины в причинении ущерба работодателю ответчик Н.К. Майоров не представил.

Учитывая то обстоятельство, что Н.К. Майоров, являлась материально ответственным лицом, с которым был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, и то обстоятельство, что до настоящего времени причиненный работодателю ущерб в размере 14 085,93 руб. ответчиком не возмещен, пришел к выводу о необходимости удовлетворения заявленных требований.

Судебная коллегия находит эти выводы суда правильными, основанными на нормах материального права, подлежащих применению и соответствующими установленным судом обстоятельствам дела.

Доводы апелляционной жалобы о нарушениях порядка проведения процедуры инвентаризации, которые заключались в том, что при организации приема-передачи имущества 01.04.2016 не присутствовали члены комиссии А.М. Рахманова и Л.З. Музафарова, судебной коллегией отклоняются за несостоятельностью. Указанные лица были допрошены судом в качестве свидетелей и суду пояснили, что входили в состав комиссии, проводившей подсчет и прием-передачу материальных ценностей 01.04.2016. Оснований не доверять показаниям данных свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у суда первой инстанции не имелось, не вызывают они сомнений и у судебной коллегии. 

Из материалов дела следует, что Н.К. Майоров как материально-ответственное лицо непосредственно участвовал в инвентаризации 01.04.2016, с ее результатами был согласен, на какие-либо нарушения процедуры ее проведения не указывал.

Факт выявленной недостачи подтверждается инвентаризационными описями товарно-материальных ценностей, сличительными ведомостями, актами списания материальных запасов.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что причиной недостачи товарно-материальных ценностей на сумму 14 085,93 руб. явились действия иных лиц, ответчиком не представлено.

В целом доводы апелляционной жалобы повторяют позицию ответчика в суде первой инстанции, им судом дана надлежащая правовая оценка, оснований не согласиться с которой у судебной коллегии не имеется. Выводы суда в решении подробно мотивированы, основаны на всесторонней и полной оценке обстоятельств дела и предоставленных сторонами доказательств, и доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку установленных судом обстоятельств дела, не могут повлечь отмену обжалуемого судебного постановления

У суда апелляционной инстанции оснований считать выводы суда первой инстанции ошибочными и основанными на ненадлежащей оценке имеющихся в материалах дела доказательств, не имеется.

Исходя из изложенного, решение суда первой инстанции является обоснованным. Нарушений норм материального права, а также нарушений или неправильного применения норм процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному решению дела, судом не допущено. Оснований для отмены решения суда по доводам жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Заинского городского суда Республики Татарстан от 10 мая 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Майорова Николая Константиновича – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение шести месяцев в кассационном порядке.

Председательствующий

Судьи