Дело №2-199/21

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03.06.2021 

город Анадырь 

Анадырский городской суд Чукотского автономного округа

в составе председательствующего судьи Бугаевой Н.О.,

при помощнике судьи Коновалове Ю.А.,

с участием

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика УМВД России по Чукотскому автономному округу – ФИО1, действующего на основании доверенности №1/14 от 15.03.2021,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика прокуратуры ЧАО - ФИО2, действующей на основании доверенности №3 от 26.04.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по ЧАО о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

установил:

в Анадырский городской суд обратился ФИО3 с исковым заявлением к Минфину РФ в лице Управления федерального казначейства по ЧАО о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. В обоснование своих требований указал следующее. В период с 28.11.2019 по 17.04.2020 в производстве СО МОМВД России «Анадырский» находилось уголовное дело №11901770001000182, возбужденное по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, в отношении ФИО5 и ФИО3 В связи с отсутствием в действиях ФИО3 признаков состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, то есть по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, производство по делу в отношении ФИО3 прекращено. За ФИО3 признано право на реабилитацию. В результате уголовного преследования истец был вынужден уволиться с работы, испытывал нравственные страдания перед окружающими и знакомыми. Кроме того, в результате необоснованного привлечения к уголовной ответственности распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что умалило его деловую репутацию, честь, достоинство, доброе имя. Истец, находясь в непривычных для себя условиях уголовного преследования, испытывал стрессовое состояние от постоянного умаления его профессиональных способностей, испытал крайне негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на психологическом и физическом здоровье истца. Результатом незаконных действий правоохранительных органов стала утрата физического благополучия истца. С учетом изложенного, ФИО3 просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по ЧАО компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Определением Анадырского городского суда от 25.03.2021 исковое заявление принято к производству суда, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, на стороне ответчика привлечены УМВД России по ЧАО, прокуратура Чукотского автономного округа.

В возражениях на исковое заявление УМВД России по ЧАО указало на несогласие с заявленными требованиями, поскольку истцу обвинение не предъявлялось, мера пресечения в отношении него не избиралась, возражений или жалоб на действия следователя истец не подавал. Сам факт уголовного преследования не мог явиться основанием к увольнению истца, истец самостоятельно принял такое решение. Доказательств, подтверждающих степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, ФИО3 суду не представил. С учетом изложенного, полагает чрезмерным заявленный в иске размер компенсации морального вреда.

В отзыве на исковое заявление прокуратура ЧАО указала, что требования истца носят явно завышенный характер, не соответствуют степени тяжести причиненного вреда, в связи с чем подлежат уменьшению. Срок предварительного следствия составил 4 месяца 20 дней. В указанный период с ФИО3 проведено незначительное количество следственных действий, при этом большинство их них проведены в один день. Истцом не представлено доказательств нанесения какого-либо ущерба деловой репутации, увольнения в связи с наличием возбужденного в отношении него уголовного дела, распространения порочащих сведений о его якобы преступной деятельности. Мера пресечения в отношении него не избиралась, обвинение не предъявлялось. Не представлено и доказательств того, что подозрение истца в совершении преступления привело к ухудшению его физического и психического здоровья. Полагает возможным снизить размер компенсации морального вреда до 5 000 рублей.

В отзыве на исковое заявление УФК по ЧАО просило отказать в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в связи с недоказанностью доводов истца.

Выслушав представителей прокуратуры Чукотского автономного округа, УМВД России по ЧАО, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда.

Под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 133 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно п.3 ч.2 ст.133 УПК РФ лицо, в отношении которого уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 24 УПК РФ, имеет право на реабилитацию, в том числе и право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

В силу части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Исходя из содержания данных статей, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).

На основании пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину, в результате, в том числе, незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации, в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с положениями части 1 статьи 1100 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате, в том числе, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с абзацем 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 28.11.2019 возбуждено уголовное дело №11901770001000182 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, в отношении ФИО5 и ФИО3

Согласно протоколу от 28.01.2020 подозреваемый ФИО3 допрошен 28.01.2020.

На основании постановления от 28.01.2020 в соответствии с протоколом от 28.01.2020г. у подозреваемого ФИО3 получены экспериментальные образцы оттисков печати ООО «ЭСЭР».

На основании постановления от 28.01.2020 в соответствии с протоколом от 28.01.2020 получены экспериментальные образцы подписи подозреваемого ФИО3

На основании постановления от 03.03.2020 в соответствии с протоколом от 03.03.2020г. у подозреваемого ФИО3 произведена выемка печати ООО «ЭСЭР».

08.04.2012. подозреваемый ФИО3 ознакомлен с заключением эксперта №104э от 07.04.2020 по уголовному делу №№11901770001000182, что подтверждено протоколом от 08.04.2020.

Согласно протоколу от 12.03.2020 подозреваемый ФИО3 ознакомлен с постановлением от 04.03.2020 о назначении технико-криминалистической судебной экспертизы по уголовному делу №11901770001000182.

12.03.2020 подозреваемый ФИО3 ознакомлен с постановлением от 04.03.2020 о назначении почерковедческой судебной экспертизы, что подтверждено протоколом от 12.03.2020 по уголовному делу №11901770001000182.

Как следует из протокола от 17.04.2020, подозреваемый ФИО3 08.04.2012 ознакомлен с заключением эксперта №105э от 11.04.2020 по уголовному делу №11901770001000182.

17.04.2020 уголовное преследование в отношении ФИО3 прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ. За ФИО3 признано право на реабилитацию.

Таким образом, срок уголовного преследования в отношении ФИО3 - с 28.11.2019 по 17.04.2020, что составляет 4 месяца 20 дней.

При таких обстоятельствах, поскольку уголовное преследование в отношении ФИО3 прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, требование истца о взыскании компенсации морального вреда основано на законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе, продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В обоснование нравственных, физических страданий, претерпеваемых в результате незаконного уголовного преследования, ФИО3 указал, что был вынужден уволиться с работы, испытывал нравственные страдания перед окружающими и знакомыми, в результате необоснованного привлечения к уголовной ответственности распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что умалило его деловую репутацию, честь, достоинство, доброе имя, испытывал стрессовое состояние от постоянного умаления его профессиональных способностей, испытал крайне негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на психологическом и физическом здоровье истца.

Однако, какие-либо доказательства, свидетельствующие об увольнении истца с работы, в материалы дела не представлены, как и не представлены доказательства вынужденного характера увольнения, обусловленного уголовным преследованием, невозможностью осуществлять трудовую деятельность в связи с возбуждением в отношении истца уголовного дела.

Между тем, в соответствии с нормами трудового законодательства факт уголовного преследования не является основанием к расторжению трудового договора.

Доводы истца о том, что во время уголовного преследования он испытал крайне негативное отношение к себе, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина, постоянное умаление его профессиональных способностей, суд находит несостоятельными.

В материалах дела представлены заявления и жалобы истца, поданные им в УМВД России по ЧАО и МОМВД России «Анадырский» как в ходе уголовного преследования, осуществляемого в отношении истца, так и после его прекращения.

Данные жалобы не содержат сведений об умалении его профессиональных способностей, негативном или пренебрежительном, унижающем достоинство отношении к ФИО3 со стороны сотрудников и должностных лиц УМВД России по ЧАО и МОМВД России «Анадырский» во время осуществления уголовного преследования.

Тогда как сама по себе неоднократная подача жалоб истцом в ходе предварительного следствия не свидетельствует о каком-либо личном негативном отношении к подозреваемому должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование.

При этом, наличие у указанных должностных лиц правовой позиции, не совпадающей с мнением подозреваемого, исполнение данными лицами должностных и процессуальных обязанностей, с которыми не согласно лицо, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, не могут расцениваться как унижение или пренебрежительное отношение к подозреваемому.

Иные доказательства негативного отношения сотрудников и должностных лиц УМВД России по ЧАО и МОМВД России «Анадырский» к ФИО3 суду не представлены.

Не находит подтверждения в ходе судебного разбирательства и довод ФИО3 о распространении порочащих сведений о его преступной деятельности, умаливших его деловую репутацию, честь, достоинство, доброе имя, повлекших нравственные страдания истца.

В материалах дела отсутствуют доказательства распространения порочащих сведений о преступной деятельности ФИО3

Таким образом, доводы истца о вынужденном характере его увольнения с работы, распространении в отношении него порочащих сведений о преступной деятельности, постоянном умалении его профессиональных способностей, крайне негативном отношении к нему со стороны сотрудников правоохранительных органов в ходе осуществления уголовного преследования подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.

Вместе с тем, непредставление доказательств наступления каких-либо неблагоприятных последствий не исключает наступления гражданской правовой ответственности на основании ст.1070 ГК РФ.

Не требует доказывания тот факт, что придание гражданину статуса подозреваемого влечет для такого лица возможность применения уголовного наказания, иные неблагоприятные последствия, что причиняет нравственные страдания.

Суд признает, что наличие статуса подозреваемого в любом случае вынуждало истца учитывать необходимость проведения в отношении него процессуальных действий в ходе производства по уголовному делу, согласовывать свои жизненные планы с компетентными органами, что не могло не изменить привычного образа жизни истца в указанный период.

Вместе с тем, срок осуществления уголовного преследования в отношении истца, неизбрание следственным органом в отношении ФИО3 какой-либо меры пресечения, небольшие количество и объем произведенных в отношении него и с его участием процессуальных действий свидетельствуют о незначительной степени ограничении личной свободы ФИО3

Суд учитывает, что при незаконном уголовном преследовании каждый человек испытывает как нравственные, так и физические страдания. Это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу части 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Соответственно, размер причиненного морального вреда по делам, связанным с незаконным уголовным преследованием, в частности в связи с причинением физических страданий, не должен в обязательном порядке подтверждаться документами о нетрудоспособности, приобретении лекарств.

С учетом изложенного, суд находит убедительными доводы ФИО3 о нахождении в состоянии стресса, перенесении им нравственных и физических страданий от осознания того, что в отношении него осуществляется уголовное преследование.

При определении степени нравственных страданий ФИО3 суд также учитывает характер, тяжесть преступления, в совершении которого истец подозревался, фактические обстоятельства дела, возраст истца, его бывшее должностное положение, степень, глубину его нравственных переживаний, объем возникших для него негативных последствий в связи с незаконным уголовным преследованием.

Кроме того, незаконное уголовное преследование не могло не повлиять на деловую репутацию истца, поскольку на момент производства по уголовному делу, возбужденному в отношении ФИО3 по факту покушения на хищение путем обмана денежных средств УФПС ЧАО – филиала ФГУП «Почта России», последний работал в должности генерального директора ООО «Энергосервис».

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения статьи 1101 ГК РФ, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Поскольку истец не представил доказательства, подтверждающие распространение в отношении него порочащих его сведений, факт увольнения с работы в связи с уголовным преследованием, распространение в отношении него порочащих сведений о преступной деятельности, постоянное умаление его профессиональных способностей, крайне негативное отношение к нему, граничащее с унижением личности, достоинства гражданина, руководствуясь принципами справедливости, приоритета прав и свобод человека и гражданина, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела, суд признает заявленный истцом размер компенсации в сумме 1 000 000 рублей завышенным и определяет ко взысканию с Министерства финансов РФ компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Реабилитированный освобождается от уплаты государственной пошлины (подпункт 10 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).

Согласно подпункту 19 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются государственные органы, выступающие по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, в качестве истцов или ответчиков.

Таким образом, Министерство финансов Российской Федерации освобождено от уплаты судебных расходов в доход бюджета и не относится к числу субъектов, являющихся в установленном порядке плательщиками государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ,

решил:

исковое заявление ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по ЧАО о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 1 000 000 рублей – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 30 000 рублей, в удовлетворении остальной части искового требования – отказать.

Решение суда может быть обжаловано путем подачи на него апелляционной жалобы в суд Чукотского автономного округа через Анадырский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья 

(подпись) 

Н.О. Бугаева 

Копия верна:

Судья 

Н.О. Бугаева 

Мотивированное решение изготовлено 10.06.2021.

Судья 

Н.О. Бугаева