Дело № 12-51/2019 

РЕШЕНИЕ

г. Кингисепп 15 августа 2019 года

Судья Кингисеппского городского суда Ленинградской области Жукова Л.В.

с участием заявителя ФИО3,

защитников Баркевича А.В. и Шевцова Н.В., действующих по доверенности № от 21.09.2018,

главных государственных инспекторов отдела по надзору за взрывоопасными и химически опасными объектами в химической, нефтехимической, нефтеперерабатывающей и металлургической промышленности Северо-Западного управления Ростехнадзора ФИО5 и ФИО7,

начальника отдела по надзору за взрывоопасными и химически опасными объектами в химической, нефтехимической, нефтеперерабатывающей и металлургической промышленности Северо-Западного управления РостехнадзораФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке ст. 30.6 КоАП РФ жалобу должностного лица 

<

данные изъяты>

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, заместителя 

<

данные изъяты> зарегистрированной по адресу: 

<

адрес>, проживающей по адресу: 

<

адрес>, 

на постановление государственного инспектора отдела по надзору за взрывоопасными и химически опасными объектами в химической, нефтехимической, нефтеперерабатывающей и металлургической промышленности Северо-Западного управления РостехнадзораФИО7 № от 22 октября 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 9.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), и решение начальника отдела по надзору за взрывоопаснымии химически опасными объектами в химической, нефтехимической, нефтеперерабатывающей и металлургической промышленности Северо-Западного управления РостехнадзораФИО6№ от 10 декабря 2018 года, вынесенное по жалобе на названное постановление, 

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением государственного инспектора отдела по надзору за взрывоопасными и химически опасными объектами в химической, нефтехимической, нефтеперерабатывающей и металлургической промышленности Северо-Западного управления РостехнадзораФИО7 от 22 октября 2018 года 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО3 за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 ст. 9.1 КоАП РФ, назначено наказание ввидеадминистративного штрафа в размере 20 000 рублей.

Решением начальника отдела по надзору за взрывоопасными и химически опасными объектами в химической, нефтехимической, нефтеперерабатывающей и металлургической промышленности Северо-Западного управления РостехнадзораФИО6от 10 декабря 2018 года названное постановление оставлено без изменения, а жалоба ФИО3 – без удовлетворения.

В жалобе, поступившей в Кингисеппский городской суд Ленинградской области, ФИО3 выражает несогласие с принятыми по делу решениями, просит признать их незаконными и отменить, производство по делу прекратить.

В ходе судебного разбирательства ФИО3 и ее защитники поддержали доводы жалобы, просили ее удовлетворить, постановление и решение по делу об административном правонарушении отменить ввиду отсутствия события и состава административного правонарушения в действиях ФИО3, недоказанности обстоятельств, на основании которых вынесены постановление и решение.

Обращали внимание на то, что Арбитражным судом признаны недействительными некоторые пункты предписания об устранении нарушений требований промышленной безопасности, вмененные в вину ФИО3 

Участвующие в судебном заседании главные государственные инспекторы Северо-Западного управления Ростехнадзора ФИО5 и ФИО7 полагали, что постановление и решение по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3 являются законными и обоснованными? просили оставить их без изменения, а жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, изучив материалы дела об административном правонарушении и документы, представленные защитниками, суд пришел к выводу о наличии оснований для изменения обжалованных решений должностных лиц Ростехнадзора по делу об административном правонарушении.

Частью 1 ст. 9.1 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за нарушение требований промышленной безопасности или условий лицензий на осуществление видов деятельности в области промышленной безопасности опасных производственных объектов.

Из материалов дела следует, что 31 августа 2018 года в 15:00 при проведении мероприятий по контролю (надзору) на объекте «Площадка нефтебазы по хранению и перевалке нефти и нефтепродуктов», № от 04.07.2012 (1 класс опасности), расположенном по адресу: 

<

адрес> выявлены нарушения обязательных норм и правил промышленной безопасности, предусмотренныхстатьей 1, пунктом 1 статьи 9, пунктом 1 статьи 10, статьей 11, статьей 14 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее – Федеральный закон от 21.07.1997 № 116-ФЗ); пунктами 6, 21, 22 Порядка оформления декларации безопасности опасного производственного объекта и перечня включаемых в нее сведений, утвержденного приказом Ростехнадзора от 29.11.2005 № 893; пунктами12, 19 Положения об организации работы по подготовке и аттестации специалистов организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного Приказом Ростехнадзора от 29.01.2007 № 37; пунктами 3, 20, 26 Положения об организации обучения и проверки знаний рабочих организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного Приказом Ростехнадзора от 29.01.2007 № 37;статьей 12 Федерального закона от 22.08.1995 № 151-ФЗ «Об аварийно-спасательных службах и статусе спасателей»; пунктами4, 7, 10 Требований к документационному обеспечению систем управления промышленной безопасностью, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2013 № 536;пунктом 3 Постановления Правительства Российской Федерации от 10.03.1999 № 263 «Об организации и осуществлении производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте»;пунктами 6, 35 Порядка проведения технического расследования причин аварий, инцидентов и случаев утраты взрывчатых материалов промышленного назначения на объектах, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного приказом Ростехнадзора от 19.08.2011 № 480; пунктом 5.11 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 № 461; пунктом 2.4 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11.03.2013 № 96. 

Установленные обстоятельства явились основанием к составлению 08 октября 2018 года протокола об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 ст. 9.1 КоАП РФ, в отношении 

<

данные изъяты> ФИО3 и вынесения 22 октября 2018 года обжалованного постановления. 

Признавая ФИО3 виновной в нарушении всех указанных выше требований промышленной безопасности, должностное лицо Управления Ростехнадзора сослалось на имеющиеся в деле доказательства: распоряжение № о проведении плановой выездной проверки в отношении 

<

данные изъяты>» от 20.06.2018 (т. 1 л.д. 93-103); акт проверки № от 31.08.2018 (т. 1 л.д. 105-156); протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 ст. 9.1 КоАП РФ, в отношении ФИО3 от 08.10.2018 (т. 1 л.д. 166-173); Положение об отделе промышленной безопасности, охраны труда, ГО и ЧС 

<

данные изъяты>» (т. 1 л.д. 174-181).

Между тем с указанными выводами полностью согласиться нельзя.

В соответствии со статьей 24.1 КоАП РФ производство по делам об административных правонарушениях производится при всестороннем, полном, объективном выяснении всех обстоятельств дела, разрешении его в соответствии с законом.

Согласно положениям статей 26.2, 26.11 КоАП РФ судья, должностное лицо, осуществляющие производство по делу об административном правонарушении, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности на основании доказательств, оценка которых производится на основании всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела в совокупности.

В пункте 1 постановления по делу об административном правонарушении указано, что в нарушение пункта 1 статьи 9, ст. 14 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пунктов 6, 21, 22 Порядка оформления декларации безопасности опасного производственного объекта и перечня включаемых в нее сведений, утвержденного приказом Ростехнадзора от 29.11.2005 № 893 (далее – Приказ Ростехнадзора от 29.11.2005 № 893), декларация промышленной безопасности площадки нефтебазы по хранению и перевалке нефти и нефтепродуктов 

<

данные изъяты> рег. №, разработана в отсутствие всесторонней оценки риска аварии и связанной с нею угрозы, без анализа достаточности принятых мер по предупреждению аварий, по обеспечению готовности организации к эксплуатации опасного производственного объекта в соответствии с требованиями промышленной безопасности, а также к локализации и ликвидации последствий аварии на опасном производственном объекте; разработку мероприятий, направленных на снижение, а именно: 

- не учтено взаимовлияние соседних опасных производственных объектов, находящихся на расстоянии менее 500 метров – ОПО «Площадка установки по переработки стабильного газового конденсата с промежуточным складом сжиженных углеводородных газов», рег. №, и «База товарно-сырьевая», рег. № № АО «

<

данные изъяты>», ОПО «Площадка комплекса по перевалке нефти», рег. № ООО «

<

данные изъяты>»; 

- не учтены трубопроводы термального масла с котельной до железнодорожных эстакад слива мазутов и высоковязких нефтепродуктов.

ФИО3 и ее защитники утверждали, что декларация промышленной безопасности полностью соответствовала требованиям, установленным приказом Ростехнадзора от 29.11.2005 №, прошла экспертизу промышленной безопасности, заключение экспертизы внесено в реестр ЦАП Ростехнадзора без замечаний

Доказательства, опровергающие доводы жалобы ФИО3, в материалах дела отсутствуют.

Имеющееся в постановление утверждение о нарушении ФИО3 требований пунктов 6, 21 и 22 Приказа от 29.11.2005 № суд находит необоснованным, поскольку в указанных пунктах приказа не содержится требований по суммарному учету опасных веществ одного вида разных организаций.

Необоснованным является и утверждение Ростехнадзора о вине ФИО3 в том, что в декларации не учтен трубопровод термального масла с котельной до железнодорожных эстакад слива мазутов и высоковязких нефтепродуктов. Как следует из представленных заявителем документов, трубопровод термального масла входит в состав котельной, вместе с ней относится к объекту промышленной опасности 3 класса и в связи с этим не подлежит учету в декларации промышленной безопасности (т.1 л.д. 30-36).

В пункте 5 постановления по делу об административном правонарушении содержится указание на нарушение пункта 1 статьи 9, пункта 5 ст. 11 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пункта 7 Требований к документационному обеспечению систем управления промышленной безопасностью, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2013 № 536, выразившееся в том, что Положение о системе управления промышленной безопасностью 

<

данные изъяты>», утвержденное приказом заместителя генерального директора – исполнительного директора АО «

<

данные изъяты>» ФИО8 от 22.02.2017 №, не содержит: 

описания структуры системы управления промышленной безопасностью и ее места в общей системе управления эксплуатирующей организации; функции и права руководителя эксплуатирующей организации, его заместителей, работников в области промышленной безопасности, в перечне заместителей генерального директора АО «

<

данные изъяты>» указана должность заместителя главного инженера по строительству, не предусмотренная действующим штатным расписанием; 

сведений об организации материального и финансового обеспечения мероприятий, осуществляемых в рамках системы управления промышленной безопасностью.

Заявитель ФИО3 не признала вину в нарушение данного пункта, пояснила, что Положение о системе управления промышленной безопасностью АО «

<

данные изъяты> содержит все требуемые Ростехнадзоромсведения, в частности, описание структуры системы управления промышленной безопасности (раздел 2), функции и права руководителей эксплуатирующей организации (раздел 4), сведения по организации финансирования (раздел 6).

Положение в иной редакции в материалах дела отсутствует, равно как и копия штатного расписания, не содержащая должность заместителя главного инженера. Напротив, из акта проверки следует, что заместитель главного инженера прошел аттестацию в области промышленной безопасности в 2017 году (т. 1л.д. 114).

Учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что доводы заявителя ФИО3 о соответствии Положения требованиям действующего законодательства, не опровергнуты.

В пункте 6 постановления по делу об административном правонарушении указано, что в нарушение пункта 1 статьи 9, пункта 5 ст. 11 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пункта 4 Требований к документационному обеспечению систем управления промышленной безопасностью, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2013 № 536, пункта 26 Положения об организации обучения и проверки знаний рабочих организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного Приказом Ростехнадзора от 29.01.2007 № 37, не реализовано документационное обеспечение системы управления промышленной безопасностью АО «

<

данные изъяты>», а именно: 

отсутствуют производственные инструкции, которые должны быть разработаны на основании квалификационных требований, указанных в квалификационных справочниках, и /или профессиональных стандартах по соответствующим профессиям рабочих, наличие которых предусмотрено п. 11.1.11 Положения о системе управления промышленной безопасностью АО «

<

данные изъяты>», и проверка знаний которых предусмотрена приказом заместителя генерального директора – исполнительного директора ФИО8 от 04.12.2017 №.

Между тем, в постановлении не указано, какие именно производственные инструкции (каких рабочих) не разработаны в АО «

<

данные изъяты>». Имеющаяся в процессуальных документах неопределенность не позволяет суду сделать вывод о вине ФИО3 в нарушении требований промышленной безопасности, указанных в пункте 6 постановления.

Пункт 7 постановления содержит указание на нарушение пункта 1 статьи 9, ст. 11 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пункта 10 Требований к документационному обеспечению систем управления промышленной безопасностью, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2013 № 536, пункта 3 Постановления Правительства Российской Федерации от 10.03.1999 № 263 «Об организации и осуществлении производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте», выразившееся в том, что в Положении «Об организации и осуществлении производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности на опасных производственных объектах АО «

<

данные изъяты>», утвержденном и введенном в действие приказом генерального директора АО «

<

данные изъяты>» от 15.02.2017 №, не указаны: 

порядок планирования и проведения внутренних проверок соблюдения требований промышленной безопасности, а также подготовки и регистрации отчетов об их результатах в отношении оперативных проверок; 

порядок обмена информацией о состоянии промышленной безопасности между структурными подразделениями эксплуатирующей организации и доведения ее до работников, занятых на опасных производственных объектах; 

порядок принятия и реализации решений о диагностике, испытаниях, освидетельствовании сооружений и технических устройств, применяемых на опасных производственных объектах; 

порядок принятия и реализации решений о проведении экспертизы промышленной безопасности.

Требования к проведению производственного контроля установлены Постановления Правительства Российской Федерации от 10.03.1999 № 263 «Об организации и осуществлении производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте».

В акте проверки указано, что Положением определен порядок планирования и проведения внутренних проверок соблюдения требований промышленной безопасности, порядок оформления их результатов, назначено ответственное лицо.

При этом в названном постановлении Правительства Российской Федерации от 10.03.1999 № 263 не содержится требований к проведению оперативных проверок. Следовательно, отсутствие в Положении порядка подготовки оперативных проверок и регистрации отчетов об их результатах не может быть вменено в вину ФИО3

ФИО3 пояснила, что Положение «Об организации и осуществлении производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности на опасных производственных объектах АО «

<

данные изъяты>» полностью соответствует требованиям действующего законодательства. Порядок обмена информацией о состоянии промышленной безопасности между структурными подразделениями эксплуатирующей организации и доведения ее до работников, занятых на опасных производственных объектах, указан в разделе 4 Положения; порядок принятия и реализации решений о диагностике, испытаниях, освидетельствовании сооружений и технических устройств, применяемых на опасных производственных объектах – в разделе 6 Положения, порядок принятия и реализации решений о проведении экспертизы промышленной безопасности – в разделе 10 Положения. 

Доводы ФИО3 не опровергнуты материалами дела, в связи с чем суд находит необоснованным выводы должностного лица Ростехнадзора о вине ФИО3 в нарушение правил промышленной безопасности, указанных в пункте 7 постановления.

В пункте 8 постановления по делу об административном правонарушении указано, что в нарушение статьи 1, пункта 1 статьи 9, ст. 11 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пунктов 6, 35 Порядка проведения технического расследования причин аварий, инцидентов и случаев утраты взрывчатых материалов промышленного назначения на объектах, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного приказом Ростехнадзора от 19.08.2011 № 480, не зарегистрированы и не расследованы в установленном порядке инциденты (отклонение от норм технического режима, зафиксированные в ходе проверки и указанные в пункте 39 Акта проверки). Информация об инцидентах в течение 24 часов не передана в Северо-Западное управление Ростехнадзора. Не направляется информация о произошедших инцидентах, в которой указывается: количество инцидентов, характер инцидентов, анализ причин возникновения инцидентов, принятые меры по устранению причин возникновения инцидентов не реже одного раза в квартал в Северо-Западное управление Ростехнадзора.

Между тем, в технологическом регламенте железнодорожных эстакад для слива мазута № и № и железнодорожной эстакады слива высоковязких нефтепродуктов №, утвержденном главным инженером АО «

<

данные изъяты>» ФИО9 07.07.2016, указано на возможность кратковременного незначительного превышения значения температуры во время переходного периода после запуска/остановки насоса Н4-02, что не влияет на безопасность технологического процесса по причине невозможности образования взрывоопасной смеси внутри теплообменного аппарата. Следовательно, отклонение от норм технического режима, зафиксированное в ходе проверки в пункте 39 Акта не является инцидентом. Таким образом, у ФИО3 отсутствовала обязанность регистрировать и расследовать установленное Ростехнадзором отклонение от норм технического режима, зафиксированное в ходе проверки и указанные в пункте 39 Акта проверки, и передавать о нем информацию в течение 24 часов в Северо-Западное управление Ростехнадзора.

В протоколе не указано, в какой период в Северо-Западное управление Ростехнадзора не направлялась информация о произошедших инцидентах. Из акта проверки следует, что аварий и инцидентов с 21.07.2016 в АО «

<

данные изъяты>» не зарегистрировано.

Аналогичная позиция по данному пункту содержится в решении заместителя руководителя Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору ФИО10 от 29.01.2019, вынесенного по жалобе АО «

<

данные изъяты>» на постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 9.1 КоАП РФ, в отношении АО «

<

данные изъяты>».

В пункте 9 постановления по делу об административном правонарушении содержится указание на нарушение пункта 1 статьи 9, ст. 11 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пункта 5.11 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 № 461, выразившееся в том, что на территории опасного производственного объекта не организовано одностороннее движение транспорта с указанием направления движения на схеме организации движения, вывешенной у контрольно-пропускного пункта.

ФИО3 пояснила, что организация движения транспорта на опасном объекте в ее должностные обязанности не входит.

Указанные доводы материалами дела не опровергнуты.

В пункте 10 постановления по делу об административном правонарушении указано, что в нарушение пункта 1 статьи 9, ст. 11 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пункта 2.4 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11.03.2013 № 96, при наличии втехнологическом оборудовании опасного вещества – термального масла, не разработаны необходимые меры защиты персонала железнодорожных эстакад слива мазута №, № и сливной железнодорожной эстакады № для высоковязких нефтепродуктов от воздействия термального масла при взрывах, пожарах и других авариях, в том числе: 

в декларации промышленной безопасности площадки нефтебазы по хранению и перевалке нефти и нефтепродуктов АО «

<

данные изъяты>», рег. № и в Плане мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий меры защиты не указаны.

Из объяснений ФИО3 следует, что в пункте 10 Плана мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий указаны меры защиты персонала железнодорожных эстакад слива мазута № и № и сливной железнодорожной эстакады №. 

Указанные доводы материалами дела не опровергнуты. Действующим законодательством не предусмотрена обязанность отдельно прописывать в Плане мероприятий меры защиты персонала от воздействия термального масла при авариях.

Кроме того, согласно пункту 1.2,Федеральные нормы и правила в области промышленной безопасности «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11.03.2013 № 96 (далее - Общие правила от 11.03.2013 № 96), устанавливают требования, направленные на обеспечение промышленной безопасности, предупреждение аварий и инцидентов на опасных производственных объектах (далее ОПО) химических, нефтехимических и нефтегазоперерабатывающих производств, на которых получаются, используются, перерабатываются, образуются, хранятся, транспортируются, уничтожаются опасные вещества, указанные в пункте 1 приложения 1 к Федеральному закону от 21 июля 1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», в том числе способные образовывать паро-газо- и пылевоздушные взрывопожароопасные смеси, кроме конденсированных взрывчатых веществ, включая ОПО хранения нефти, нефтепродуктов, сжиженных горючих газов, легковоспламеняющихся и горючих жидкостей.

В соответствие с пунктом 1.4, Общие правила от 11.03.2013 № 96устанавливают требования промышленной безопасности к видам деятельности в области промышленной безопасности, к которым относятся проектирование, строительство, эксплуатация, реконструкция, техническое перевооружение, капитальный ремонт, консервация и ликвидация ОПО, указанных в пункте 1.2 Общих правил № 96 от 11.03.2013.

Согласно Уставу, АО «

<

данные изъяты>» осуществляет деятельность по перевалке, перегрузке, бункеровке, хранению различных видов нефтепродуктов, масел и иных видов грузов и не является предприятием, осуществляющим химическое, нефтехимическое и нефтеперерабатывающее производство.

Следовательно, Общие правила от 11.03.2013 №, в том числе пункт 2.4, указанный в постановлении, не подлежат применению по отношению к АО «

<

данные изъяты>», и их нарушение не может быть вменено в вину должностным лицам названного Общества.

Пункт 11 содержит указание на нарушение пункта 1 статьи 9, пункта 3 ст. 11 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пункта 7 Требований к документационному обеспечению систем управления промышленной безопасностью, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2013 № 536, пунктов 3, 20 Положения об организации обучения и проверки знаний рабочих организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного ПриказомРостехнадзора от 29.01.2007 № 37, выразившееся в том, что на опасном объекте к выполнению газоопасных работ привлекаются специалисты подрядных организаций, не аттестованные в области промышленной безопасности по газоопасным работам (область аттестации Б1.19), а именно, для проведения работ повышенной опасности (газоопасные работы) по зачистке резервуаров РВСП – 30000 на объекте АО «Усть

<

данные изъяты>» назначен коммерческий директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1, не аттестованный по Б 1.19 (приказ от 28.05.2018 №).

В постановлении не конкретизирована дата допуска к проведению газоопасных работ специалиста, не аттестованного в области промышленной безопасности по газоопасным работам. Имеющиеся в материалах дела документы, свидетельствуют о том, что по наряду-допуску № от 29.05.2018 ответственным за проведение газоопасных работ назначен технический директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО11, а не ФИО1, как это указано в постановлении. Наличие в АО «

<

данные изъяты>» приказа ООО «

<

данные изъяты>» о назначении ответственным за эти работы коммерческого директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1, не аттестованный по Б 1.19, не свидетельствует о вине ФИО3 в нарушении правил промышленной безопасности.

В силу положений частей 1 и 4 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Достоверных доказательств, подтверждающих вину ФИО3 в нарушении названных выше требований промышленной безопасности материалы дела не содержат, они подлежат исключению из постановления по делу об административном правонарушении.

Принимая решение об исключении из обвинения ФИО3 данных нарушений требований промышленной безопасности, суд учитывает и тот факт, что решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области пункты предписания, внесенного в адрес АО «

<

данные изъяты>» по результатам проведенной проверки, в которых указаны данные нарушения (по пунктам 1,5,6,7,10), признаны недействительными (резолютивная часть решения по делу № от 24.05.2019, резолютивная часть решения по делу № от 24.05.2019).

Вместе с тем суд находит, что нарушение требований, указанных в пунктах 2, 3 и 4 постановления по делу об административном правонарушении подтверждаются материалами дела и свидетельствуют о вине ФИО3 в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 ст. 9.1 КоАП РФ.

В пункте 2 постановления указано, что в нарушение пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пункта 19 Положения об организации работы по подготовке и аттестации специалистов организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного Приказом Ростехнадзора от 29.01.2007 № 37, график аттестации руководителей и специалистов АО «

<

данные изъяты>» в территориальной аттестационной комиссии Северо-Западного управления Ростехнадзора на 2018 год, утвержденный заместителем генерального директора - главным инженером ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, не направлен в Северо-Западное управление Ростехнадзора.

В пункте 3 постановления указано, что в нарушение пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, пункта 12 Положения об организации работы по подготовке и аттестации специалистов организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного Приказом Ростехнадзора от 29.01.2007 № 37, не проведена первичная аттестация специалистов товарной службы не позднее одного месяца со дня назначения на должность инженера-технолога ФИО12 (приказ о приеме на работу от 02.07.2018 № со дня перевода на другую работу мастера технологических операций ФИО13 (приказ от 26.06.2018 №).

Согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, организация, эксплуатирующая опасный объект, обязана обеспечивать проведение подготовки и аттестации работников в области промышленной безопасности в случаях, установленных настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 12 Положения об организации работы по подготовке и аттестации специалистов организаций, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного Приказом Ростехнадзора от 29.01.2007 № 37, первичная аттестация специалистов проводится не позднее одного месяца:при назначении на должность;при переводе на другую работу, если при осуществлении должностных обязанностей на этой работе требуется проведение аттестации по другим областям аттестации;при переходе из одной организации в другую, если при осуществлении должностных обязанностей на работе в данной организации требуется проведение аттестации по другим областям аттестации.

В случае изменения учредительных документов и/или штатного расписания организации ранее аттестованные специалисты, должностные обязанности которых не изменились, первичной аттестации не подлежат.

В силу пункта 19 названного Положения, аттестация специалистов по вопросам безопасности в организациях осуществляется по графику, утверждаемому руководителем организации. Лица, подлежащие аттестации, должны быть ознакомлены с графиком и местом проведения аттестации. График аттестации направляется в соответствующие территориальные органы Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в порядке информирования.

Как следует из акта проверки, руководители и специалисты АО «

<

данные изъяты>» проходят аттестацию по вопросам безопасности в территориальной аттестационной комиссии Северо-Западного управления Ростехнадзора. В обществе имеется график аттестации руководителей и специалистов АО «

<

данные изъяты>» в территориальной аттестационной комиссии Северо-Западного управления Ростехнадзора на 2018 год, утвержденный заместителем генерального директора - главным инженером ФИО9 от 11.12.2017. Однако, указанный график не направлен в Северо-Западное управление Ростехнадзора (т. 1 л.д. 113).

Доводы ФИО2 об отсутствии обязанности направлять данный график в территориальный органРостехнадзора не соответствует действующему законодательству.

В представленных контролирующему органу документах отсутствуют сведения об аттестации специалистов товарной службы ФИО12 при приеме на работу и ФИО13 при переводе на другую работу. Данный факт зафиксирован в акте проверки от 31.08.2018.

Доводы ФИО3 об отсутствии возможности в установленные законом сроки провести подготовку и аттестацию работников в области промышленной безопасности, свидетельствуют о ненадлежащем исполнении ею своих должностных обязанностей.

В пункте 4 постановления по делу об административном правонарушении указано, что в нарушение пункта 1 статьи 10 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, ст. 12 Федерального закона от 22.08.1995 № 151-ФЗ «Об аварийно-спасательных службах и статусе спасателей» в АО «

<

данные изъяты>» не аттестовано на проведение аварийно-спасательных работ нештатное аварийно-спасательное формирование, созданное приказом исполнительного директора АО «

<

данные изъяты>» ФИО8 «О создании НАСФ» от 04.08.2016 №.

Согласно пункту 1 статьи 10 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ, в целях обеспечения готовности к действиям по локализации и ликвидации последствий аварии организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана, в том числе заключать с профессиональными аварийно-спасательными службами или с профессиональными аварийно-спасательными формированиями договоры на обслуживание, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, создавать собственные профессиональные аварийно-спасательные службы или профессиональные аварийно-спасательные формирования, а также нештатные аварийно-спасательные формирования из числа работников.

В силу ст. 12 Федерального закона от 22.08.1995 № 151-ФЗ «Об аварийно-спасательных службах и статусе спасателей», все аварийно-спасательные службы, аварийно-спасательные формирования подлежат аттестации в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Аварийно-спасательные службы, аварийно-спасательные формирования, не прошедшие аттестацию или не подтвердившие в ходе проверок свою готовность к реагированию на чрезвычайные ситуации и проведению работ по их ликвидации, к обслуживанию организаций по договору не допускаются и к проведению аварийно-спасательных работ не привлекаются.

Приостанавливается в установленном законом порядке полностью или частично деятельность организаций в случае, если подготовка и состояние профессиональных аварийно-спасательных служб, профессиональных аварийно-спасательных формирований, созданных указанными организациями или обслуживающих их по договорам, не отвечают требованиям, установленным законодательством Российской Федерации.

Как следует из представленных материалов дела, нештатное аварийно-спасательное формирование (далее - НАСФ) АО «

<

данные изъяты>» создано приказом исполнительного директора АО «

<

данные изъяты>» ФИО8 от 04.08.2016 №.

ФИО3 в жалобе и в ходе судебного разбирательства поясняла, что задачами НАСФ АО «

<

данные изъяты>» является выполнение аварийно-восстановительных работ, мероприятий, направленных на восстановление функционирования объектов АО «

<

данные изъяты>», ремонт и восстановление поврежденных и разрушенных линий связи, коммуникаций, сетей. По мнению заявителя, данные работы не относятся к аварийно-спасательным и не подлежат аттестации 

Между тем из приведенных выше правовых норм следует, что аттестации подлежат все аварийно-спасательные службы, аварийно-спасательные формирования, в том числе нештатные. 

Отсутствие аттестации созданного аварийно-спасательного формирования АО «

<

данные изъяты>» свидетельствует о нарушении требований промышленной безопасности.

Статьей 2.4 КоАП РФ предусмотрено, что административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей.

Согласно п. 2.8 Положения об отделе промышленной безопасности, охране труда, ГО и ЧС АО «

<

данные изъяты>», пунктам 2.2., 3.2.2. должностной инструкции заместителя начальника отдела промышленной безопасности, охране труда, ГО и ЧС АО «

<

данные изъяты>», в обязанность ФИО3 входит организация и контроль обучения, аттестации в области охраны труда, промышленной, пожарной безопасности, ГО и ЧС работников общества;контроль подготовки и аттестации работников общества в области промышленной безопасности, контроль сроков и периодичности обучения и предаттестационной подготовки, проверки знаний и аттестации работников Общества в области промышленной безопасности. Как заместитель руководителя отдела, ФИО3 обязана составлять и согласовывать графики аттестации и проверки знаний руководителей, специалистов и работников Общества в области промышленной, пожарной безопасности, охраны труда, ГО и ЧС.

Заместитель начальника отдела промышленной безопасности, охране труда, ГО и ЧС АО «

<

данные изъяты>» ФИО3 ненадлежащим образом исполнила свои обязанности, допустила нарушение требований промышленной безопасности, указанные в пунктах 2, 3 и 4 постановления по делу об административном правонарушении. В связи с этим выводы должностного лица управления Ростехнадзора о вине ФИО3 в совершении правонарушения, предусмотренного частью 1 ст. 9.1 КоАП РФ являются правильными.

Назначенное ФИО3 наказание соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного правонарушения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, суд

р е ш и л:

Постановление государственного инспектора отдела по надзору за взрывоопасными и химически опасными объектами в химической, нефтехимической, нефтеперерабатывающей и металлургической промышленности Северо-Западного управления РостехнадзораФИО7 № от 22 октября 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 9.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении должностного лица, начальника отдела промышленной безопасности, охраны труда, ГО и ЧС ФИО3 и решение начальника отдела по надзору за взрывоопасными и химически опасными объектами в химической, нефтехимической, нефтеперерабатывающей и металлургической промышленности Северо-Западного управления РостехнадзораФИО6 № от 10 декабря 2018 года, вынесенное по жалобе на названное постановление, - изменить.

Исключить из мотивировочной части постановления указание на нарушение требований промышленной безопасности, указанных в пунктах 1,5,6,7,8,9,10, 11 постановления, в остальной части постановление и решение по делу об административном правонарушении оставить без изменения, а жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение 10 суток со дня вручения копии решения. 

Судья