УИД: 11RS0005-01-2025-002380-32

Дело № 2а-1948/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Логинова С.С., 

при секретаре Кукиной С.М.,

административного истца ФИО2,

представителя административных ответчиков ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Ухте

11 июня 2025 года административное дело № 2а-1948/2025 по административному исковому заявлению ФИО2 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 24 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми», Федеральной службе исполнения наказаний, Министерству финансов Российской Федерации о признании незаконным действий (бездействия), связанных с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО2 обратился в суд с административным иском к ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми (далее по тексту - ФКУ ИК-24), ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, Министерству финансов РФ о признании незаконным действия (бездействия), выразившиеся в нарушение условий содержания в исправительном учреждении, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 3 000000 руб. В обоснование требований указав, что в период с 

<

...> г. по 

<

...> г. отбывал уголовное наказание в ФКУ ИК-24, где условия его содержания не соответствовали установленным законом требованиям, а именно: отсутствовало горячее водоснабжение, имелось нарушение норм жилой площади, отсутствовала приватность в санузле, отсутствовала необходимая мебель и т.п. Кроме того, в период содержания в исправительном учреждении ему не оказывалась надлежащим образом медицинская помощь по имеющемуся заболеванию Указанные нарушения причинили ему нравственные и психические страдания и переживания, требующие взыскания в его пользу денежной компенсации.

На стадии подготовки дела к судебному разбирательству определением суда от 

<

...> г. к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний (далее по тексту - ФИО1).

Определением суда от 

<

...> г. требования ФИО2 в части признания незаконным действий (бездействия), выразившихся в неоказании надлежащей медицинской помощи, и взыскании в связи с этим денежной компенсации оставлены без рассмотрения.

Административный истец ФИО2, выступая в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, на требованиях настаивал, доводы заявления поддержал.

Представитель административных ответчиков ФКУ ИК-24 и ФСИН России ФИО3 в судебном заседании требования административного истца не признала, по изложенным в отзыве основаниям.

Административный ответчик Министерство финансов РФ и заинтересованное лицо Ухтинская прокуратура по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, правом участия в суде не воспользовались. 

По правилам ч. 2 ст. 150, ч. 6 ст. 226 КАС РФ суд рассмотрел дело при имеющейся явке.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно положениям ст. 17 и ст. 21 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 ст. 55 Конституции РФ определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с положениями ст. 12.1 УИК РФ, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном КАС РФ, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (ч. 1).

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (ч. 2).

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со ст. 1069 и ст. 1070 Гражданского кодекса РФ. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении (ч. 3). 

Из указанной нормы следует, что денежная компенсация, взыскиваемая в порядке КАС РФ в случае нарушений условий содержания осужденного в исправительном учреждении, является своего рода, компенсацией за понесенные нравственные и физические страдания, так как в случае удовлетворения требований о взыскании указанной компенсации, в последующем осужденный теряет право на обращение в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда. Из указанных положений так же следует, что нарушением условий содержания в исправительном учреждении осужденному причиняются нравственные и/или физические страдания.

Соответственно юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения осужденному физических и нравственных страданий.

Механизм содержания под стражей или отбывания наказания урегулирован законодательно, реализуется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, и лиц, ответственных за их содержание.

С учетом изложенного и в силу общего признания допустимости государственного ограничения прав и свобод человека и гражданина при реализации в отношении него принудительных мероприятий по его исправлению и защите от него общества в силу совершения им общественно опасных деяний, содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью не только содержания в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом ограничение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения, при соблюдении установленного законом объема предоставления ограниченных прав.

В соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (ч. 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).

В соответствии с ч. 1 ст. 218, ч. 2 ст. 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (ч. 9 и ч. 11 ст. 226, ст. 62 КАС РФ).

Как следует из пояснений административного истца, справки по личному делу осужденного и представленного административным ответчиком отзыва, ФИО2 в период с 

<

...> г. по 

<

...> г. отбывал уголовное наказание в ФКУ ИК-24. 

По прибытию в исправительное учреждение ФИО2 был помещен в карантинное отделение, где находился 7 дней. В последующем был распределен в отряд ...., где содержался в камере ..... Кроме того, в период отбывания наказания в исправительном учреждении ФКУ ИК-24 ФИО2 за нарушение установленного порядка отбывания наказания дважды водворялся в одиночную камеру сроком на .... месяцев в обоих случаях: 

<

...> г. и 

<

...> г., содержался в камере .....

В административном иске ФИО2 просит признать ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении ФКУ ИК-24.

Административным истцом сделано утверждение о недостаточности жилой площади, приходящейся на 1 осужденного в карантинном отделении, отряде № 3 и одиночной камере.

В силу ч. 1 ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Согласно представленным административным ответчиком технических паспортов и копии отчетов о наполняемости спальных помещений, в исправительном учреждении функционируют две камеры карантинного отделения, площадь каждой из которой составляет по 16,35 кв.м. Каждая камера рассчитана на четырех осужденных, что исходя из количества спальных мест составляет не менее 2 кв.м на одного осужденного. 

Площадь камеры .... отряда .... имеет площадь .... кв. Из отчетов о наполняемости спальных помещений следует, что в период нахождения административного истца в указанной камере отряда совместно с ним проживало от 12 до 13 человек, что в расчете на одного осужденного составляло не менее 2 кв.м.

При этом вопреки доводам административного истца сведений о том, что количество осужденных в спорный период его пребывания в карантинном отделении и отряде .... превышало установленные нормы, материалы дела не содержат. По данному факту актов прокурорского реагирования принято не было.

Таким образом, при отсутствии сведений о внесении представлений специализированной прокуратурой в адрес учреждения по вопросу несоответствия нормы жилой площади в карантинном отделении и отряде .... в спорные периоды, при наличии справочной информации от представителя исправительного учреждения о площадях помещений и количестве осужденных суд приходит к выводу, что норма жилой площади соответствовала нормам действующего законодательства. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Согласно техническому паспорту на здание ПКТ с ШИЗО, жилая площадь одиночной камеры .... составляет ....

Следовательно, довод административного истца о несоответствии нормы жилой площади в одиночной камере .... (менее 2 м?), также не нашел своего подтверждения.

Рассматривая доводы административного истца о том, что в одиночной камере блока ШИЗО установленная мебель не соответствовала нормативным требованиям, суд исходит из следующего.

По смыслу ч. 3 ст. 99 УИК РФ минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Главой 4 п. 32 подп. 10 приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 04.09.2006 № 279 «Об утверждении наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» предусматривается, что в ПКТ и ШИЗО/ЕПКТ, одиночные камеры в исправительных колониях особого режима оборудуются откидными койками, закрываемыми в дневное время на замок, тумбами или скамейками для сидения (по числу содержащихся лиц) и столом, наглухо прикрепленными к полу.

Как следует из пункта 14.4.8 «СП 308.1325800.2017 Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)», утвержденного приказом Министерства строительства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр и приложения А к нему, в камерах ШИЗО следует предусматривать, откидные (одноярусные или двухъярусные) металлические койки, закрывающиеся на замок или фиксирующиеся в закрытом положении устройством, расположенным со стороны коридора; столы с числом посадочных мест по числу мест в камере из расчета периметра стола 0,4 пог. м на одного осужденного; тумбы для сидения по числу мест в камере; настенную полку для туалетных принадлежностей; раковину (умывальник); изолированную кабину с унитазом.

Приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512 утверждены номенклатура, норма обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. 

В разделе 2 главы II Приложения № 2 Приказа № 512 (нормы обеспечения мебелью, инвентарем и предметами хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, уголовно-исполнительной системы) указано, что в помещении штрафного изолятора предусмотрено следующее: откидная металлическая кровать с деревянным покрытием – 1 на человека; стол для приема пищи – 1; тумба для сидения - 1 на человека; умывальник (рукомойник) – 1 на камеру.

Из отзыва административного ответчика фотоматериалов следует, что мебель в одиночной камере блока ШИЗО ФКУ ИК-24 соответствует установленным стандартам и нормам. Камера оборудована койкой, столом и стулом, предусмотренными Каталогом «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», утвержденным приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 27.07.2017 № 407.

Таким образом, администрацией учреждения созданы условия для приема пищи и сна осужденному, содержащемуся в одиночной камере блока ШИЗО.

Указание истца на непригодность к использованию, имеющихся в камере стола для приема пищи, стула, тумбы не могут рассматриваться как отклонение от стандартов условий содержания.

В связи с вышеизложенным, основания для компенсации ФИО2 за ненадлежащие условия содержания в одиночной камере в связи с несоответствием спального места, стола и стульев нормам отсутствуют. 

Из пояснений стороны административного ответчика, письменного отзыва и фотографии также следует, что в ФКУ ИК-24 в одиночной камере имеется санузел, оборудованный чашей «генуя» и умывальником. 

Согласно приказу ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» камеры штрафного (дисциплинарного) изолятора, помещений камерного типа, следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м, и умывальник), окно - форточкой.

В соответствии с приложением А Свода правил в камерах ШИЗО, одиночных камерах, камерах ШИЗО следует предусматривать изолированную кабину с унитазом.

В данном случае установление чаши «генуя» не свидетельствует о нарушении прав осужденного, а также о наличии неудобств при её использовании, равно как и размещение в одном помещении умывальника, что в целом не позволяет возложить обязанность компенсировать административному истцу испытываемый дискомфорт. 

Доказательств того, что административный истец в силу физиологических возможностей либо по состоянию здоровья не мог пользоваться санитарным узлом, а также о ненадлежащем микроклимате в санитарном узле камеры, материалы дела не содержат. То обстоятельство, что санитарный узел не изолирован от основанной камеры также не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку в данной камере он содержится один.

Относительно доводов административного истца о ненадлежащем качестве холодного водоснабжения, суд полагает отметить следующее.

Как следует из материалов дела, поставку холодного водоснабжения в соответствии с заключаемыми государственными контрактами в исправительное учреждение осуществляет МУП «Ухтаводоканал». 

Согласно материалам административного дела ФКУ ИК-24 ежегодно заключает государственные контракты по обеспечению холодным водоснабжением и водоотведением с МУП «Ухтаводоканал», по которым поставщик обязан не допускать ухудшения качества питьевой воды ниже показателей, установленных законодательством РФ в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия пользователей.

Из представленных ФКУ ИК-24 сведений следует, что питьевая вода в помещениях исправительного учреждения ежеквартально проходит исследование бактериологической лаборатории ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России и производственный контроль в МУП «Ухтаводоканал». Нарушений качества воды в спорный период времени со стороны надзорных органов не выявлялись.

В компенсационном порядке осужденным, водворенным в одиночные камеры, предоставляется возможность получения по их обращениям к администрации учреждения холодной питьевой воды или горячей кипяченой воды. Кроме того, питьевая вода администрацией исправительного учреждения доставляется в камеры для осужденных три раза в день, а в столовой исправительной колонии имеется система для очистки воды. Согласно представленным результатам микробиологического анализа за период с 2018 по 2019 годы, вода в водопроводе в столовой (пищеблоке) соответствовала требованиям СанПиН 2.1.4.1074-01. 

Фактов не предоставления питьевой воды не установлено, в материалы дела доказательств обратного не представлено. В этой связи отсутствует необходимость употребления воды из центральных систем водоснабжения. Доказательств того, что у административного истца вследствие приема воды из центральных систем водоснабжения появились какие либо заболевания, материалы дела не содержат.

Кроме того, как следует из материалов дела, лицом, ответственным за обеспечение ФКУ ИК-24 холодной водой надлежащего качества является МУП «Ухтаводоканал».

Доводы ФИО2 о том, что имелись нарушения в части санитарно-эпидемиологического состояния в карантинном отделении, в камере .... отряда .... и в одиночной камере, в ходе рассмотрения дела также не подтвердились. 

Согласно представленным административным ответчиком журналу проверки санитарного состояния отряда ...., а также актам проверки филиала ЦГСЭК ФКУЗ МСЧ-11 за 

<

...> г. годы санитарное состояние карантинного отделения, отряда ...., камер, расположенных в блоке ШИЗО-ПКТ удовлетворительное. Ежегодно проводятся плановые косметические и текущие ремонты. 

Вопреки доводам административного истца, он содержался в карантинном помещении с сохранением всего объёма прав, положенных ему. Доказательств того, что он был ограничен в правах предусмотренных статьей 123 УИК РФ, суду не представлено. 

Так из представленных материалов следует, административному истцу была предоставлена прогулка в размере 1,5 часа, как того требует статья 123 УИК РФ. При этом свободное перемещение с выходом на улицу в условиях нахождения карантина, законом не предусмотрено. Тот факт, что камера карантина находится в блоке ШИЗО И ОК не является доказательством того, что административный истец находился в камере на условиях ШИЗО. В свою очередь наличие решеток на окнах, маленькие окна в помещении, обусловлено особенностями содержания осужденных в исправительном учреждении.

Ссылка административного истца о том, что в период содержания в исправительном учреждении он подвергался издевательствам, надругательствам, унижениям со стороны сотрудников исправительного учреждения, судом во внимание не принимается, поскольку доказательно ни чем не подтверждается. 

По делу административными ответчиками не оспаривается отсутствие горячего водоснабжения в исправительном учреждении в спорный период времени.

Вместе с тем, суд учитывает, что здания отрядов ФКУ ИК-24 построены и введены в эксплуатацию в 1968-1970 годах в соответствии с действовавшими на тот период строительными нормами и правилами, которые не предусматривали подвод горячей воды к умывальникам в отрядах, где проживают осужденные. 

Таким образом, отсутствие подводки горячей воды к имеющимся в отрядах умывальникам само по себе не свидетельствует о преднамеренном создании административным ответчиком ФКУ ИК-24 бесчеловечных условий содержания для осужденных, приводящих к излишним страданиям и унижениям.

При этом, как следует из представленных материалов, отсутствие горячего водоснабжения, компенсировалось наличием горячего водоснабжения в банно-прачечном комплексе учреждения, душевых комнатах и регулярной помывкой осужденных в БПК учреждения 2 раза в неделю. Ограничения по помывке в бане отсутствуют, доказательств обратного административным истцом не представлено. Кроме того, для осуществления гигиенических процедур у административного истца имелась возможность вскипятить воду при помощи электрокипятильника или электрического чайника, которыми осужденные обеспечиваются в исправительных учреждениях. Осужденным, содержащимся в камерах (ОСУОН, ШИЗО, карантин, одиночные камеры, безопасное место) горячая вода предоставлялась с утренним и вечерним приемом пищи (завтрак, ужин). Также в отрядах имелась электрическая плита общего пользования для подогрева воды. Жалоб от осужденных на недостаток горячей воды не поступало.

В этой связи суд отмечает, что в исправительном учреждении были приняты все необходимые компенсационные меры, в связи с отсутствием горячего водоснабжения, а потому суд не усматривает отклонения от стандартного, неизбежного, уровня страданий, при отбывании наказания административного истца в указанной части. 

Суд отмечает, что пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, поэтому не всякие ссылки административного истца на подобные лишения и ограничения объективируются в учреждение о том, что он подвергся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению со стороны государства. 

При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела. 

Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность (неоднократность) такого пребывания. 

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих оказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание. 

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные задания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения. 

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей и отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Кроме того, суд также полагает отметить, что административное исковое заявление подано в суд 

<

...> г. года, то есть по истечении более .... лет с начала событий, с которыми административный истец связывает нарушение своих прав. Такое поведение административного истца не может быть признано добросовестным.

В целом условия содержания административного истца соответствовали установленным действующим законодательством требованиям, каких-либо существенных нарушений, которые бы привели к нарушению предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания в исправительном учреждении, не установлено, права, свободы и законные интересы административного истца не нарушены, поэтому отсутствуют предусмотренные ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ правовые оснований для удовлетворения административного искового заявления.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО2 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 24 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми», Федеральной службе исполнения наказаний, Министерству финансов Российской Федерации о признании незаконным действий (бездействия), связанных с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме составлено 

<

...> г..

Судья С. С. Логинов