Дело № 2-1387/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Кемерово 27 сентября 2017 года

Ленинский районный суд г. Кемерово в составе:

председательствующего судьи Курпас К.С.,

при секретаре Красниковой М.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело 

по иску ФИО1 к ПАО «Сбербанк России» о защите прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО «Сбербанк России» о защите прав потребителей, с учетом уточнений исковых требований, выполненных в ходе рассмотрения дела (лд.154-159), просит применить последствия ничтожности сделки и признать недействительными условия агентского договора, заключенного им на основании заявления на страхование по добровольному страхованию жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика от **.**,** года с ПАО «Сбербанк» и взыскать с ПАО «Сбербанк» в его пользу сумму в размере - 

<

данные изъяты> рублей; взыскать с ПАО «Сбербанк» убытки в виде незаконно начисленных и уплаченных процентов по кредиту в сумме – 

<

данные изъяты> рублей; пеню в связи с незаконным отказом от добровольного исполнения требования по претензии от 05.07.17 года в соответствии со ст.23 Закона РФ «О защите прав потребителей» в размере 1% от суммы задолженности на день вынесения решения, проценты за незаконное пользование чужими денежными средствами за период с **.**,** года в сумме 7 983,05 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы.

Требования мотивированы тем, **.**,** года между истцом и ПАО «Сбербанк России» был заключен кредитный договор № **, согласно которому ему были предоставлены денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей на срок на 

<

данные изъяты> месяцев. Кредит в указной сумме он получил в день заключения договора. В связи с досрочным гашением кредита фактическое пользование суммой кредита составило 

<

данные изъяты> дней (с **.**,** по **.**,**), за этот период им были оплачены проценты в размере 

<

данные изъяты> рублей.

При досрочном гашении кредита в июне 2017 года ему стало известно, что сумма кредита составляет 

<

данные изъяты> рублей и включает в себя 

<

данные изъяты> рублей выданного кредита и плату за подключение к программе страхования заемщиков в размере 56 250 рублей, которая не была оговорена условиями предоставления кредита.

20.06.2017 года он обратился к ответчику с письменной претензией и требованием о возврате суммы страховой выплаты пропорционально фактическому сроку кредита, в связи с отказом от исполнения договора страхования.

04.07.2017 года истец получил ответ об отказе в удовлетворении своих требований.

Считает, что договор страхования является ничтожным, указывая, что при заключении кредитного договора ему была навязана дополнительная, обуславливающая получение кредита услуга – подключение к программе страхования жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы. При этом при заключении кредитного договора и подписании заявления на страхование он был лишен возможности влиять на условия кредитного договора, условия страхования и самостоятельно выбирать страховщика, поскольку условиями договора не предусмотрена иная страховая компания.

Плата за подключение к программе страхования фактически является комиссией – платой за пользование кредитом (скрытыми процентами), поскольку банк, увеличивая сумму предоставляемого кредита на сумму комиссии за подключение к программе страхования, учитывает сумму комиссии в составе аннуитетного платежа, не устанавливая при этом в кредитном договоре возможность прекращения оказания услуги, за которую взимается данная комиссия, в случае досрочного исполнения заемщиком обязательств по возврату кредита. Таким образом, указанная комиссия искусственно увеличивает размер задолженности и приобретает характер обязательной платы за пользование заемными денежными средствами. Поскольку скрытые проценты не отражены в полной стоимости кредита, ни в одном документе не указана стоимость услуг агента ПАО «Сбербанк» по присоединению клиентов к программе страхования, считает, что были нарушены права истца как потребителя на получение полной и достоверной информации о товарах (работах, услугах).

Кроме того, указывает, что соглашение об условиях и порядке страхования от 12.05.2015 года, заключенное между ООО СК «Сбербанк страхование жизни» и ОАО «Сбербанк России», фактически является агентским договором по привлечению страхователей к заключению договоров добровольного страхования. В связи с этим, обстоятельства по подключению истца к программе страхования можно расценить как притворную сделку, поскольку на самом деле стороны имели в виду агентский договор, и ПАО «Сбербанк» при заключении кредитного договора с условием о подключении к программе страхования действовал как агент страховщика – ООО СК «Сбербанк страхование жизни». При этом согласно Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховой агент не может указывать себя в качестве выгодоприобретателя по договорам страхования, заключаемым ими в пользу третьих лиц. Однако, по договору страхования выгодоприобретателем указан именно ПАО «Сбербанк». В соответствии с законом страховые агенты должны предоставлять страхователям информацию о своих наименовании, полномочиях и деятельности, включая контактные телефоны, режим работы, место нахождения, перечень оказываемых услуг и их стоимость, а также размер своего вознаграждения. При этом в единственном документе, который свидетельствует о заключении договора страхования - заявлении на страхование от **.**,** года отсутствуют обязательные для предоставления страхователю данные.

Кроме того указывает, что согласно ч.2 ст.940 ГК РФ договор страхования может быть заключен путем оставления одного документа либо вручения страховщиком страхователю страхового полиса. Однако после подписания заявления на страхование и оплаты ПАО «Сбербанк» услуг агента, последний не оформил страховой полис, что влечет недействительность договора страхования. Следовательно, услуга страхования истцу оказана не была, и денежные средства в размере 56 250 рублей ответчик получил необоснованно.

В связи с тем, что при заключении договора страхования были нарушены права истца, как потребителя, предусмотренные ст.10, ст.16 Закона «О защите прав потребителей», считает, что договор страхования является недействительным, в связи с чем с ответчика подлежат взысканию уплаченные им денежные средства за подключение к программе страхования в размере 56 250 рублей, убытки, неустойка за невыполнение законного требования потребителя, проценты за пользование чужими денежными средствами, а также компенсация морального вреда и штраф.

Определением Ленинского районного суда г.Кемерово от 22.08.2017 года к участию в деле в качестве соответчика было привлечено ООО СК «Сбербанк страхование жизни» (л.д.84).

Определением Ленинского районного суда г.Кемерово от 27.09.2017 года производство по делу в части исковых требований к ООО СК «Сбербанк страхование жизни» прекращено в связи с отказом истца ФИО1 от исковых требований к указанному ответчику.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования по изложенным основаниям.

Представители ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО2, действующий на основании доверенности № 252-Д от 13.03.2017 года, и ФИО3, действующая на основании доверенности № 221-Д от 10.03.2017 года, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, представили письменные возражения на иск (л.д.47, 49, 186-189).

Представитель третьего лица – Управления Роспотребнадзора по Кемеровской области ФИО4, действующая на основании доверенности № 28-АС/2017 от 09.01.2017 года, в судебном заседании считала, что исковые требования ФИО1 являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Заслушав пояснения истца, представителей ответчика, представителя третьего лица, изучив письменные материалы дела, суд считает, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно п.1 ст.166 сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п.1 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно

Согласно ст.168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с ч.1 ст.819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В соответствии со ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор (часть 1).

Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. Договор личного страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным лицом, в том числе в пользу не являющегося застрахованным лицом страхователя, может быть заключен лишь с письменного согласия застрахованного лица (часть 2).

Согласно п.2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 28.06.2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений статьи 39 Закона «О защите прав потребителей» к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (статьи 8 - 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13), о возмещении вреда (статья 14), о компенсации морального вреда (статья 15), об альтернативной подсудности (пункт 2 статьи 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (пункт 3 статьи 17) в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что **.**,** между ФИО1 и ПАО «Сбербанк России» был заключен кредитный договор № **, согласно которому банк предоставил ФИО1 кредит в размере 

<

данные изъяты> рублей на срок 

<

данные изъяты> месяцев под 

<

данные изъяты>% годовых. Возврат кредита предусмотрен ежемесячными аннуитетными платежами в размере 

<

данные изъяты> рублей, что подтверждается заявлением-анкетой на получение потребительского кредита (л.д.190-193), решением о предоставлении кредита (л.д.193 оборот - 194), индивидуальными условиями «Потребительского кредита (л.д.9-10), графиком платежей (л.д.8), информацией об условиях предоставления, использования и возврата кредита «Потребительский кредит» (л.д.11-12).

В этот же день **.**,** ФИО1 было подписано заявление на страхование по добровольному страхованию жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика № 1101713523, в соответствии с которым ФИО1 выразил свое согласие быть застрахованным в ООО «СК «Сбербанк страхование жизни» и просил ОАО «Сбербанк России» заключить в отношении него договор страхования по программе добровольного страхования жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика в соответствии с условиями, изложенными в заявлении и условиями участия в программе добровольного страхования жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика (л.д.13,14-17,136-138).

Согласно поручению от **.**,** ФИО1 дал согласие на перечисление денежных средств за подключение к программе страхования по кредитному договору № ** от **.**,** в сумме 56249,38 рублей (л.д.19).

Истец ссылается, что участие в Программе страхования было для него навязанной услугой, потому что его воля на подписание заявления об участии в программе страхования отсутствовала и что ему не была доведена полная и необходимая информация по данной услуге.

Однако суд не может согласиться с указанными доводами истца.

Согласно п.1 ст. 10 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Согласно ст.12 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

В силу п.1 ст.16 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Согласно п.2 ст.16 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме.

Согласно п.2.1. Условий участия в программе добровольного страхования жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика, участие в программе страхования является добровольным. Отказ от участия не является основанием для отказа в выдаче кредита и предоставления иных банковских услуг (л.д. 14-17).

При подписании заявления на страхование ФИО1 подтвердил, что ему предоставлена вся необходимая и существенная информация о страховщике и страховой услуге, в том числе связанная с заключением и исполнением договора страхования, что он уведомлен, что участие в Программе страхования является добровольным и его отказ от участия в Программе страхования не повлечет отказа в предоставлении банковских услуг и не является основанием для отказа в выдаче кредита (п.2.1;5.2), при этом истцом дано личное согласие на списание денежных средств в качестве платы за подключение к программе добровольного страхования по кредитному договору № ** от **.**,**. Кроме того, в указанном заявлении ФИО1 выразил свое согласие на оплату суммы за подключение к программе страхования в размере 56249,38 рублей за весь срок страхования.

При проверке доводов истца о навязывании указанной услуги должен быть установлен факт невозможности заключения потребителем кредитного договора без подключения к программе страхования. 

Однако как следует из материалов дела, в индивидуальных условиях потребительского кредита, заключенного с ФИО1, обязательное условие о понуждении потребителя внести плату за подключение к Программе страхования отсутствует.

Индивидуальные условия кредитования не содержат обязательство заемщика оплатить банку услугу по подключению к Программе страхования равно как и условия, обуславливающие предоставление кредита приобретением услуги по подключению к Программе страхования.Как следует из материалов дела, вся сумма кредита, обусловленная кредитным договором, в размере 

<

данные изъяты> рублей, была перечислена банком на счет заемщика и он мог ее расходовать в полном объеме по своему усмотрению. Правоотношения по страхованию жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика возникли на основании заявления ФИО1 о подключении к Программе страхования от **.**,** (лд.13). При этом, поскольку ФИО1 выразил свое согласие на оплату суммы за подключение к программе страхования в размере 56249,38 рублей за весь срок страхования, то именно эта сумма и была списана в качестве платы за подключение к программе добровольного страхования по кредитному договору № ** от **.**,** (лд.169).

Таким образом, ФИО1 была предоставлена вся необходимая информация по кредитному договору и по услуге по подключению к Программе страхования, в том числе ее полная стоимость, сведения о сроке страхования, о выгодоприобретателе и т.д., позволяющая клиенту принять решение о получении или отказе от предлагаемой услуге. ФИО1, ознакомившись с Условиями участия в Программе страхования, если не усматривал в них ценности для себя, мог их не принимать и не подключаться к Программе страхования, а также не оплачивать данную услугу. Более того, даже подключившись к этой услуге, ФИО1, пересмотрев в будущем свое решение о подключении к Программе страхования, мог выйти из Программы, вернув себе денежные средства, поскольку п. 5.1. Условий участия в программе добровольного страхования жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика, предусмотрено, что участие физического лица в программе страхования может быть прекращено досрочно на основании его письменного заявления. При этом возврат денежных средств, внесенных физическим лицом в качестве платы за подключение к программе страхования, производится Банком в случае отказа физического лица от страхования в следующих условиях: подачи физическим лицом в банк соответствующего заявления в течение 14 календарных дней с даты подачи заявления, предусмотренного п. 2.2. условий, независимо от того, был ли договор страхования в отношении такого лица заключен; а также подачи физическим лицом в банк соответствующего заявления по истечении 14 календарных дней, с даты подачи заявления, предусмотренного п. 2.2. условий в случае, если договор страхования в отношении такого лица не был заключен.

Таким образом, клиенту предоставляется льготный период в 14 календарных дней, в течение которых он может передумать и отказаться от Программы страхования, вернув себе денежные средства.

Гражданское законодательство исходит из презумпции разумности и добросовестности действий субъектов гражданских правоотношений (п.5 ст.10 ГК РФ).

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 располагал сведениями о добровольности услуги по подключению к Программе страхования, стоимости данной услуги банка и был заинтересован в получении услуги по подключению к Программе страхования.

При этом отношения между банком и заемщиком по подключению к Программе страхования не могут рассматриваться как отношения из договора страхования, поскольку заемщик в результате подключения к Программе страхования не становится ни одной из сторон договора страхования – ни страхователем, ни страховщиком, а становится лишь застрахованным лицом. Подключение к Программе страхования в данном случае выступает самостоятельной финансовой услугой, оказываемой банком, что не противоречит принципу свободы договора, установленному ст.421 ГК РФ.

По своей правовой природе подключение к Программе страхования представляет собой заключение договора прямо не поименованного в ГК РФ, но возможность заключения которого прямо предусмотрена ГК РФ (ч.2 ст.421 ГК РФ). Таким образом, при предоставлении кредитов банки не вправе самостоятельно страховать риски заемщиков, однако это не препятствует банкам заключать соответствующие договоры страхования от своего имени в интересах и с добровольного согласия заемщиков.

Учитывая положения пункта 3 статьи 423, статьи 972 ГК РФ, Банк за оказываемые услуги взимает плату.

Истец утверждая, что Банк страхует собственные риски невозврата ему кредита, не учитывает, что по договору страхования, заключаемому Банком в рамках Программы страхования, страховой интерес совершенно иной, чем риск невозврата кредита.

В соответствии со статьей 929 ГК РФ риск убытков от предпринимательской деятельности, чем по своей сути и является риск невозврата кредита, является страховым интересом исключительно в договоре имущественного страхования. В то же время в рамках реализации Программы страхования происходит страхование жизни и здоровья заемщика, что в соответствии со статьей 934 ГК РФ является самостоятельным страховым интересом, отличным от риска невозврата кредита.

Как следует из материалов дела, между ООО «СК «Сбербанк страхование жизни» (Страховщик) и ОАО «Сбербанк России» (Страхователь) заключено Соглашение об условиях и порядке страхования №ДСЖ-3 от 12.05.2015 года. Объектами страхования являются имущественные интересы, связанные с наступлением в жизни застрахованных лиц событий, предусмотренных договором страхования из числа указанных в п.4.6. Соглашения, а также их смертью (л.д.56-73).

В рамках этого Соглашения реализуется Программа коллективного добровольного страхования жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика.

Данная Программа направлена на защиту финансовых интересов заемщика на случай стечения тяжелых жизненных обстоятельств, вызванных утратой здоровья, жизни или недобровольной потерей работы, при наступлении которых погашение кредита перед банком будет произведено за заемщика страховой компанией, сняв долговое бремя с заемщика, его родственников, поручителей и т.д. При этом финансовая защита особенно актуальна в сложной экономической ситуации и позволяет заемщику более спокойно воспринимать долговое бремя и рассчитывать на стабильность в делах и качество жизни.

В программе страхования банк выступает страхователем, т.е. стороной заключаемого в отношении заемщика (застрахованного лица) договора страхования и, именно банк за свой счет, а не заемщик, осуществляет перечисление страховой премии страховщику. При этом заемщиком банку уплачивается не страховая премия, поскольку ПАО «Сбербанк России» не является страховой компанией», а стоимость услуги, в которую входила компенсация расходов банка, поскольку услуга по подключению к Программе страхования имеет самостоятельную потребительскую ценность и осуществляется в интересах клиента, в данном случае истца.

С учетом изложенного, суд находит необоснованными с правовой точки зрения и ошибочными доводы истца о том, что услуга Банка не является самостоятельной, а плата за её предоставление является лишь комиссией банка за перечисление платежа. 

Нельзя согласиться и с доводами истца в той части, что соглашение об условиях и порядке страхования от 12.05.2015 года, заключенное между ООО СК «Сбербанк страхование жизни» и ОАО «Сбербанк России», фактически является агентским договором по привлечению страхователей к заключению договоров добровольного страхования. В связи с этим, обстоятельства по подключению истца к программе страхования можно расценить как притворную сделку.

Квалификация отношений, возникающих в связи с подключением заёмщика к программе страхования, в качестве агентских по мнению суда ошибочна. Предмет агентского договора определён в ст. 1005 ГК РФ, в соответствии с которой по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

Предмет агентского договора определён общим образом, в качестве общих правил, применяемых в случаях, когда договор предусматривает совершение тех или иных действий одной стороной за счёт и в интересах другой стороны и когда предмет соответствующего договора не подпадает под специальное регулирование.

В силу ст. 1011 ГК РФ к агентским отношениям применяются в соответствующих случаях нормы о договоре поручения и нормы о договоре комиссии, но не нормы о страховании.

Таким образом, к действиям Банка по подключению заёмщиков к программам страхования нормы об агентских отношениях неприменимы. Банк, подключая заёмщиков к программам страхования, выступает не как страховой агент, а как страхователь. При этом, подключение заемщика к Программе страхования было осуществлено по поручению и на основании заявления заемщика, а не страховой компанией, и плата за оказание этой услуги производилась самими заемщиком, а не страховщиком.

Соответственно действия Банка по присоединению заемщика к договору страхования не являются агентской услугой и не относятся к деятельности страхового агента.

Не состоятельными являются и доводы истца, что его права как потребителя нарушены, поскольку ему не предоставлен выбор страховой компании. Как было указано выше, истец воспользовался услугой Банка по подключению к программе страхования, в рамках которой Банк заключил со страховой компанией в отношении заемщика (застрахованное лицо) договор страхования по определенным видам рисков, где Банк является стороной (страхователь) и выгодоприобретателем по договору страхования. Заемщик же не является стороной договора страхования, а является лишь застрахованным лицом (пункт 1 статьи 927, статья 934 ГК РФ), соответственно, заведомо не может быть признано ограничением права заемщика как в выборе стороны в договоре страхования, так и в заключении самого договора страхования (пункт 1 статья 420, статьи 421, пункт 1 статьи 422 ГК РФ).

Таким образом, судом бесспорно установлено, что подключение ФИО1 к Программе страхования было произведено исключительно с его согласия.

Обстоятельства, связанные с подключением ФИО1 к Программе страхования жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика нашли свое подтверждение, в частности, согласно справке ООО СК «Сбербанк страхование жизни» от **.**,**, выписке из реестра застрахованных лиц ФИО1 подключен к Программе добровольного страхования жизни и здоровья и в связи с недобровольной потерей работы и является застрахованным лицом, период страхования - с **.**,** по **.**,**; страховая премия в полном объеме перечислена страхователем (л.д.74, 75).

В соответствии с п. 5.1. Условий участия в программе добровольного страхования жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика, предусмотрено, что участие физического лица в программе страхования может быть прекращено досрочно на основании его письменного заявления. При этом возврат денежных средств, внесенных физическим лицом в качестве платы за подключение к программе страхования, производится Банком в случае отказа физического лица от страхования в следующих условиях: подачи физическим лицом в банк соответствующего заявления в течение 14 календарных дней с даты подачи заявления, предусмотренного п. 2.2. условий, независимо от того, был ли договор страхования в отношении такого лица заключен; а также подачи физическим лицом в банк соответствующего заявления по истечении 14 календарных дней, с даты подачи заявления, предусмотренного п. 2.2. условий в случае, если договор страхования в отношении такого лица не был заключен.

Как было указано выше, ФИО1 подключен к Программе добровольного страхования жизни и здоровья и в связи с недобровольной потерей работы и является застрахованным лицом. С учетом этого обстоятельства, ФИО1 мог воспользоваться правом отказа от страхования в течение 14 календарных дней с даты подачи заявления, т.е. с **.**,**. Однако этим правом он не воспользовался.

**.**,** ФИО1 было произведено полное досрочное гашение кредита (л.д.23- данные заявления о досрочном погашении кредита, л.д. 22 – график платежей) и **.**,** ФИО1 обратился в ПАО «Сбербанк России» с претензией, в котором просил осуществить возврат суммы страховой выплаты пропорционально фактическому сроку кредитования, в связи с отказом от исполнения договора страхования (л.д.24, 25). Однако в удовлетворении претензии ответчиком было отказано (л.д.26).

Данные действия банка, суд находит обоснованными по следующим обстоятельствам. 

Возможность досрочного прекращения договора страхования регламентирована положениями статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч.1,3 ст.958 ГК РФ договор страхования прекращается до наступления срока, на который он был заключен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай. К таким обстоятельствам, в частности, относятся: гибель застрахованного имущества по причинам иным, чем наступление страхового случая; прекращение в установленном порядке предпринимательской деятельности лицом, застраховавшим предпринимательский риск или риск гражданской ответственности, связанной с этой деятельностью.

При досрочном прекращении договора страхования по обстоятельствам, указанным в пункте 1 настоящей статьи, страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование. При досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если договором не предусмотрено иное.

Досрочное гашение кредита заемщиком не указано в ст.958 ГК РФ в качестве основания для досрочного прекращения договора страхования. Досрочное гашение кредита не свидетельствует о том, что возможность наступления страхового случая отпала, и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай. Следовательно, досрочное гашение кредита заемщиком не влечет досрочного прекращения договора страхования и последствий в виде возврата застрахованному лицу денежных сумм за неистекший период страхования.

Кроме того, как было указано выше, ФИО1, будучи застрахованным лицом на основании своего заявления и имея право на досрочное прекращение участия в Программе страхования в соответствии с п. 5.1. Условий в течение 14 календарных дней с даты подачи заявления, не воспользовался этим правом. Впервые с заявлением о возврате денежных средств ФИО1 обратился 20.06.2017 года, т.е. за пределами 14 календарных дней.

Других оснований, которые бы позволяли ФИО1 досрочно прекратить свое участие в Программе страхования, Условия страхования (договор) не содержат. Таким образом, ни в силу закона, ни в силу условий страхования досрочное гашение кредита не является основанием для досрочного прекращения договора страхования.

С учетом изложенного, суд полагает, что исковые требования истца о применении последствий ничтожности сделки и признании недействительными условия агентского договора, заключенного им на основании заявления на страхование по добровольному страхованию жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика от **.**,** года с ПАО «Сбербанк» и взыскании с ПАО «Сбербанк» в его пользу суммы в размере - 56 250 рублей не нашли своего подтверждения в судебном заседании, в связи с чем не могут быть удовлетворены.

В связи с отказом истцу в удовлетворении основных требований, суд не находит оснований для удовлетворения требований и в остальной части, а именно: о взыскании с ПАО «Сбербанк» убытков в виде незаконно начисленных и уплаченных процентов по кредиту в сумме – 9 528,83 рублей; пени в связи с незаконным отказом от добровольного исполнения требования по претензии от 05.07.17 года в соответствии со ст.23 Закона РФ «О защите прав потребителей» в размере 1% от суммы задолженности на день вынесения решения, процентов за незаконное пользование чужими денежными средствами за период с **.**,** года по **.**,** года в сумме 7 983,05 рублей, компенсации морального вреда в сумме 100 000 рублей, штрафа в размере 50% от присужденной судом суммы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО «Сбербанк России» о применении последствий ничтожности сделки и признании недействительными условий агентского договора, заключенного ФИО1 на основании заявления на страхование по добровольному страхованию жизни, здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика от **.**,**, с ПАО «Сбербанк России», взыскании денежных средств, убытков, неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, в месячный срок с момента вынесения решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в суд, постановивший решение.

Председательствующий: Курпас К.С.

Мотивированное решение изготовлено: 29 сентября 2017 года.