Дело №2-560/2019

Решение

именем Российской Федерации

г. Няндома 29 июля 2019 г. 

Няндомский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего Волынской Н.В.,

при секретаре Поповой М.Г.,

с участием ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Няндомского районного суда Архангельской области гражданское дело по исковому заявлению государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, судебных расходов, 

установил:

государственное бюджетное учреждение здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (далее – ГБУЗ АО «БСМЭ») обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, судебных расходов, указав в обоснование, что ответчик работает у истца в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела судебно-медицинской экспертизы трупов. Решением Няндомского районного суда Архангельской области по делу № удовлетворен иск ФИО1 к ГБУЗ АО «БСМЭ» в лице Няндомского межрайонного отделения о взыскании компенсации морального вреда, с ГБУЗ АО «БСМЭ» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда взыскано 25000 рублей, судебные расходы на оказание юридических услуг 1500 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, всего взыскано 26800 рублей. Основанием для удовлетворения иска послужило пренебрежительное отношение ФИО2 к телу умершего ФИО6 ГБУЗ АО «БСМЭ» выплатило ФИО1 указанную сумму. Вина ответчика подтверждается решением суда. Единоличное решение ФИО2 и самовольный вынос трупа ФИО6 на улицу из помещения морга ГБУЗ АО «Няндомская ЦРБ» не входит в перечень должностных обязанностей ответчика. Ответчик отказался добровольно возместить причиненный ущерб. Просит взыскать с ответчика в пользу истца сумму, взысканную в пользу третьего лица, в размере 26800 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 1004 рублей.

Представитель истца ГБУЗ АО «БСМЭ» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с иском не согласился. Пояснил, что истец не привлекал его к дисциплинарной ответственности, полагая, что действия были им совершены в состоянии крайней необходимости. Решением суда от 06 декабря 2018 года его вина в причинении ущерба не установлена. Самим работодателем не созданы надлежащие условия для выполнения трудовых обязанностей, поскольку помещений для хранения гнилостно измененных трупов не имеется. В морге есть только два места в холодильной камере, которые были заняты с 15 по 17 июля 2018 года на основании договоров, заключенных с ГБУЗ АО «Няндомская ЦРБ». После подписи в журнале ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 о выдаче трупа бюро не несет ответственности за сохранность трупа и его хранение в морге не предусмотрено, а соответствующий договор она не заключала. Хранение гнилостно измененного трупа в помещении было невозможно ввиду того, что имелись и сохранные трупы, стоял невыносимый запах. Иных вариантов действий у него не было. Пренебрежительного отношения с его стороны к трупу ФИО6 не было, труп был упакован в специальный трупный пакет. Его вина не доказана. Просил отказать в удовлетворении иска.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя истца.

Выслушав пояснения ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части 1 статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 ТК РФ).

Согласно ст.247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 работает в ГБУЗ АО «БСМЭ» в должности врача судебно-медицинского эксперта отдела судебно-медицинской экспертизы трупов с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ, приказом о приеме на работу №-л, приказом о переводе №-л от ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Няндомского районного суда Архангельской области от 06 декабря 2018 года удовлетворены исковые требования ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» в лице Няндомского межрайонного отделения о взыскании компенсации морального вреда. С государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» в лице Няндомского межрайонного отделения в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда взыскано 25000 рублей, также взысканы судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 1500 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей, всего 26800 рублей.

Данным решением было установлено, что 15 июля 2018 года в помещение морга Няндомского межрайонного отделения ГБУЗ АО «БСМЭ» был доставлен труп ФИО6 в состоянии выраженных гнилостных изменений, для проведения судебно-медицинской экспертизы трупа на основании постановления следователя Няндомского МРСО ФИО17 ДД.ММ.ГГГГ заведующим Няндомского межрайонного отделения ГБУЗ АО «БСМЭ» ФИО7 была проведена судебно-медицинская экспертиза трупа ФИО6, после чего ДД.ММ.ГГГГ по инициативе врача судебно-медицинского эксперта ГБУЗ АО «БСМЭ» ФИО2, труп ФИО6 был помещен в специальный пластиковый мешок для трупов и размещен на прилегающей к моргу территории. Из объяснения ФИО2 от 28 августа 2018 года следует, что указанные действия были им предприняты в связи с физической невозможностью нахождения работников морга в указанном здании из-за трупного запаха, наличия мух в связи с нахождением трупа в морге, в целях защиты здоровья работников.

Сумма в размере 26800 рублей полностью выплачена ГБУЗ АО «БСМЭ» в пользу ФИО1, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями от ДД.ММ.ГГГГ. 

16 мая 2019 года истцом в адрес ответчика была направлена претензия о возмещении ущерба в размере 26800 рублей в срок 90 дней.

В ответ на данную претензию 17 мая 2019 года ФИО2 указал, что работодателем в рамках проверки, проводимой прокуратурой Няндомского района, было указано на действия в состоянии крайней необходимости, которые были вызваны ненадлежащими условиями работы и представляли угрозу здоровью работника. Указание судом на пренебрежительное отношение к телу ФИО14 является субъективной оценочной категорией и не влияет на форму вины. Действия в состоянии крайней необходимости исключают умышленную форму вину и не могут являться основанием для регрессивных требований. 

Согласно п.1 ст.1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Истец, усмотрев, что вышеуказанным решением суда установлена вина ответчика в причинении материального ущерба истцу, обратился в суд за возмещением материального ущерба с работника в порядке регресса.

В силу статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В силу ч. 2 ст. 209 этого же кодекса после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Аналогичные разъяснения даны в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении".

Вместе с тем решение Няндомского районного суда от 06 декабря 2018 года не содержит конкретных выводов о наличии вины ФИО2 в причинении ущерба ФИО1 Суд пришел к выводу, что работниками ГБУЗ АО «БСМЭ» были допущены нарушения порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз, после производства судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО6 Работники морга допустили вынос тела ФИО6 за пределы учреждения на улицу без разрешения его руководителя, допустив хранение трупа вне морозильной камеры в жарких погодных условиях, не обеспечив его надлежащей сохранности, что является недопустимым. Руководитель отделения обязан обеспечивать сохранность трупа в период его нахождения в морге, в том числе до его передачи работникам ритуальных служб, чего в данном случае не было сделано.

Таким образом решение суда от 06 декабря 2018 года не содержит выводов о виновности ФИО2 в причинении ущерба ФИО1, напротив суд указал на то, что обязанность по обеспечению сохранности трупа в период его нахождения в морге, в том числе до его передачи работникам ритуальных служб лежит на руководителе.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", государственными судебно-экспертными учреждениями являются специализированные учреждения федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, созданные для обеспечения исполнения полномочий судов, судей, органов дознания, лиц, производящих дознание, следователей посредством организации и производства судебной экспертизы. Организация и производство судебной экспертизы могут осуществляться также экспертными подразделениями, созданными федеральными органами исполнительной власти или органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации. В случаях, если производство судебной экспертизы поручается указанным экспертным подразделениям, они осуществляют функции, исполняют обязанности, имеют права и несут ответственность как государственные судебно-экспертные учреждения. Организация и производство судебной экспертизы в медицинских организациях или их подразделениях, не относящихся к ведению федерального органа исполнительной власти в сфере здравоохранения, осуществляются на основании нормативных правовых актов соответствующих федеральных органов исполнительной власти, принимаемых совместно с федеральным органом исполнительной власти в сфере здравоохранения.

В силу статьи 12 вышеуказанного федерального закона государственным судебным экспертом является аттестованный работник государственного судебно-экспертного учреждения, производящий судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей.

Руководитель государственного судебно-экспертного учреждения обязан обеспечить условия, необходимые для проведения исследований: наличие оборудования, приборов, материалов и средств информационного обеспечения; соблюдение правил техники безопасности и производственной санитарии; сохранность представленных объектов исследований и материалов дела (статья 13).

Эксперт обязан, в частности, обеспечить сохранность представленных объектов исследований и материалов дела (статья 16).

Согласно п. 36 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010 N 346н "Об утверждении Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации" хранение трупов в морге осуществляется в морозильных камерах при температуре +2 градуса препятствующего быстрому развитию гнилостных процессов.

Руководитель ГСЭУ или медицинского учреждения, в ведении которого находится морг, обеспечивает сохранность трупа и его частей, одежды и доставленных с ними предметов в течение всего периода пребывания их в морге (п. 54).

Объекты исследований и материалы дела, поступившие на экспертизу, хранят в условиях, исключающих их хищение, утрату, порчу или видоизменение: в опечатываемых сейфах, металлических шкафах экспертов, которым поручено их исследование, или специально предусмотренных охраняемых помещениях. Скоропортящиеся объекты хранятся в специальном запирающемся холодильнике (морозильнике) (п. 99).

Сотрудникам ГСЭУ запрещается оставлять объекты экспертиз и материалы дела на рабочих местах во время перерывов в работе без обеспечения их сохранности, а также выносить объекты и материалы дела за пределы ГСЭУ без разрешения его руководителя (п. 104).

Судебно-медицинскую экспертизу трупа ФИО6 проводил ФИО7 (заведующий отделением), а не ФИО2 Помимо ФИО2 на рабочем месте 16 и 17 июля 2018 года находились санитар ФИО8, заведующий отделением ФИО7, медсестры ФИО9, ФИО10, ФИО11, что подтверждается графиком работы отделения. 

Согласно п.п.2.19, 2.27 функциональных обязанностей заведующего отделением врача судебно-медицинского эксперта он обязан проводить работу по сохранности объектов, поступивших в отделение с целью надлежащего производства судебно-медицинских экспертиз; незамедлительно доводить до сведения начальника Бюро информацию обо всех чрезвычайных ситуациях, возникших во время осуществления трудовой деятельности. 

Пунктами 2.1.5, 2.1.13, 4.1.3 функциональных обязанностей врача судебно-медицинского эксперта он обязан обеспечить сохранность представленных объектов исследования; соблюдать надлежащий санитарно-гигиенический и противоэпидемический режим, а также правила техники безопасности; он несет ответственность за сохранность вещественных доказательств и иных материалов, поступивших к нему для экспертизы или исследования.

Согласно выписке из журнала регистрации трупов в период с 14 по 15 июля 2018 года в бюро поступило три трупа – ФИО12 (ДД.ММ.ГГГГ), ФИО6 с гнилостными изменениями (ДД.ММ.ГГГГ) и ФИО13 с гнилостными изменениями (ДД.ММ.ГГГГ). Согласно отметке в журнале ФИО1 получила труп ДД.ММ.ГГГГ, о чем имеется ее подпись. Договор на хранение трупа с ФИО1 не заключался. 

Согласно п.п.17, 20, 31, 49 Правил по устройству и эксплуатации помещений патологоанатомических отделений и моргов (патогистологических и судебно-гистологических лабораторий) лечебно-профилактических и судебно-медицинских учреждений, институтов и учебных заведений (утв. Минздравом СССР 20.03.1964 N 468-64) планировка помещения патологоанатомического отделения и морга должна соответствовать следующим требованиям: помещения, связанные с транспортировкой трупов внутри здания, проведением вскрытия, обработкой и хранением нефиксированного секционного и биопсийного материала, должны быть отделены тамбуром или коридором от гистологической лаборатории, помещения для врачей и обслуживающего персонала, музея, душевой и санитарного узла, а также других помещений, не предназначенных для указанных выше целей; секционная не должна граничить непосредственно с помещением выдачи трупов. В помещении для хранения трупов должна быть холодильная установка и лифт (если хранение трупов размещено не на одном этаже с секционной) для подачи трупов в секционную. Для трупов должны быть лежаки размером 1,8 х 0,6 или полки или особые сейфы. Все помещения патологоанатомического отделения и морга (лабораторий) должны быть оборудованы вытяжной вентиляцией с механическим побуждением. Трупы выдаются из патологоанатомического отделения и морга под расписку в специальной книге с указанием предъявленного документа и места захоронения.

В силу ст. 11 ТК РФ все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей.

Согласно п. 2 Постановления Правительства РФ от 27.12.2010 N 1160 "Об утверждении Положения о разработке, утверждении и изменении нормативных правовых актов, содержащих государственные нормативные требования охраны труда" к нормативным правовым актам, содержащим государственные нормативные требования охраны труда, относятся стандарты безопасности труда, правила и типовые инструкции по охране труда, государственные санитарно-эпидемиологические правила и нормативы (санитарные правила и нормы, санитарные нормы, санитарные правила и гигиенические нормативы, устанавливающие требования к факторам производственной среды и трудового процесса).

Пунктом 2 статьи 25 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" установлено, что индивидуальные предприниматели и юридические лица обязаны осуществлять санитарно-противоэпидемиологические (профилактические) мероприятия по обеспечению безопасных для человека условий труда и выполнению требований санитарных правил и иных нормативных правовых актов РФ к производственным процессам и технологическому оборудованию, организации рабочих мест, коллективным и индивидуальным средствам защиты работников, режиму труда, отдыха и бытовому обслуживанию работников в целях предупреждения травм, профессиональных заболеваний, инфекционных заболеваний и заболеваний (отравлений), связанных с условиями труда.

Вместе с тем судом установлено, что здание, расположенное по адресу: 

<

адрес> (ГБУЗ АО «БСМЭ» морг) не соответствует государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам, лицензии на медицинскую деятельность по судебно-медицинской экспертизе трупа (живого лица) не имеется. 

Согласно п.36 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010 N 346н "Об утверждении Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации" хранение трупов в морге осуществляют в холодильных камерах при температуре +2 °C, препятствующей быстрому развитию гнилостных процессов. В приложении №2 указан стандарт оснащения государственных судебно-экспертных учреждений и экспертных подразделений системы здравоохранения медицинскими приборами и оборудованием для проведения основных видов судебно-медицинских экспертизы, а именно для проведения судебно-медицинских экспертиз трупов стандарт составляет – не менее 10 холодильных камер для хранения трупов. 

Однако из материалов дела следует, что в морге ГБУЗ АО «БСМЭ» находится одна холодильная камера на 2 места. При этом в период с 15 по 17 июля 2018 года оба места в холодильной камере были заняты на основании заключенных договоров на хранение трупов. При этом с ФИО1 подобный договор не заключался. 

В соответствии со статьей 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Поскольку при взыскании с организации в пользу третьего лица вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей, организация в дальнейшем имеет право регрессного требования к работнику о взыскании данного материального ущерба на основании ст. 238 ТК РФ, согласно которой работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, необходимо установить, имелись ли обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника.

Статьей 239 ТК РФ предусмотрено, что материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п.4, 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается. 

Работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 ТК РФ). Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.

Трудовое законодательство не содержит понятия умысла. Вместе с тем, исходя из общего смысла закона, умысел работника в причинении ущерба работодателю состоит в том, что работник сознательно совершил действия, направленные на причинение работодателю прямого действительного ущерба, знал о наступлении таких последствий и желал их наступления либо относился к ним безразлично. При этом для привлечения к материальной ответственности необходимо наличие причинно-следственной связи между умышленными действиями работника и наступившими последствиями для работодателя. Закон рассматривает умышленное причинение ущерба как злостное и грубое нарушение трудовых обязанностей. Обязанность доказать умышленный характер причинения ущерба возлагается на работодателя.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истцом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не предоставлено бесспорных и достоверных доказательств, что ущерб причинен ему именно неправомерными умышленными действиями работника ФИО2, сознательно направленными на причинение ущерба.

Истцом не отрицалось то обстоятельство, что надлежащих условий для выполнения трудовых обязанностей врачом судебно-медицинским экспертом в ГБУЗ АО «БСМЭ» не создано. Напротив, в ответ на представление прокурора об устранении нарушений законодательства о погребении и похоронном деле и охране здоровья граждан от 16.08.2018 начальник ГБУЗ АО «БСМЭ» указал, что действия ФИО2 произведены в связи с возникшей опасностью для жизни и здоровья работников отделения, выразившейся в образовании в связи с давностью наступления смерти сильной стадии гниения, поздних трупных явлений, нахождения в них личинок и мух, сопутствующего запаха, связанного с выделением ядовитых газов. Кроме гнилостно измененных трупов ФИО14 и ФИО18 в помещении морга находились сохранные трупы, которые при отсутствии изолированных помещений могли подвергнуться ускоренному разложению из-за размножения гнилостных бактерий и развития личинок насекомых, что в дальнейшем могло привести к закономерным претензиям со стороны родственников умерших. Размещение гнилостно измененных трупов на прилегающей к моргу территории явилось следствием крайней необходимости, в которой находился ФИО2 и другие сотрудники отделений. Его действия были направлены на обеспечение трудовых прав на безопасные условия труда с целью устранения вредных факторов от исследованных гнилостно измененных трупов, по причине отсутствия отдельного помещения для хранения таких трупов, так как здание морга располагается в бывшем здании кочегарки. 

Трудовое законодательство также не содержит и понятие крайней необходимости, соответственно, поскольку иных разъяснений в сфере трудового законодательства не имеется, то при разрешении отдельных спорных ситуаций представляется возможным применить определение, приведенное в ст.2.7 КоАП РФ, где указано, что не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.

Привлечение к ответственности за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей при необеспечении условий для их надлежащего выполнения противоречит нормам трудового законодательства и заключенным между сторонами трудовому договору. 

То обстоятельство, что в решении суда указано на пренебрежительное отношение ФИО2 к трупу ФИО6 не является безусловным доказательством его вины в причинении ущерба. Его вина данным решением и материалами дела не установлена.

Таким образом, истцом не доказано наличие совокупности всех оснований, предусмотренных для наступления материальной ответственности для возмещения ущерба работодателю в порядке регресса. При этом истцом в отношении ФИО2 проверка для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения не проводилась, письменное объяснение для установления причины возникновения ущерба не истребовалось. 

На основании изложенного, суд полагает отказать в удовлетворении иска ГБУЗ Архангельской области «БСМЭ» к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, судебных расходов. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении искового заявления государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, судебных расходов отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Няндомский районный суд Архангельской области.

Председательствующий подпись Н.В. Волынская

Мотивированное решение составлено 05 августа 2019 года.