УИД 69RS0026-01-2020-000985-22

Дело № 1– 111/2020

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

о возвращении уголовного дела прокурору

21 июля 2020 года г. Ржев Тверской области

Судья Ржевский городского суда Тверской области Дурманов Б.А., при секретаре судебного заседания Беджанян А.А., с участием государственного обвинителя – прокурора Соцковой Н.А., обвиняемого ФИО3, защитника обвиняемого – адвоката Лайкова А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Органом предварительного следствия ФИО3 обвиняется в совершении хранения, перевозки в целях сбыта, сбыт продовольственных товаров без маркировки и нанесения информации, предусмотренной законодательством РФ, в случае, если нанесение такой информации обязательно, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере. 

В ходе рассмотрения дела, защитником подсудимого заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Данное ходатайство мотивировано следующим:

В ходе изучения материалов уголовного дела по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «а», «б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ и обвинительного заключения, стороной защиты выявлены существенные нарушения уголовно-процессуaльного закона, свидетельствующие об отсутствии возможности дальнейшего рассмотрения судом уголовного дела по существу, и наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения указанных нарушений, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Верховый Суд РФ разъяснил, что под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать нарушения, изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения. При вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурору суду надлежит исходить из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией РФ права обвиняемого на судебную защиту исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора. (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 05.03.2004 «О применении судами норм УПК РФ»).

Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, выраженной в Постановлении от 08.12.2003 N 18-П, из ст. 46-50, 52, 118, 120 и 123 Конституции РФ и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда РФ вытекает, что суд общей юрисдикции при осуществлении производства по уголовному делу может по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, когда в досудебном производстве допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, не устранимые в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия; при этом устранение допущенных нарушений предполагает осуществление необходимых для этого следственных и иных процессуальных действий.

Из статей 215, 220, 221, 225 и 226 УПК Российской Федерации, в соответствии с которыми обвинительное заключение или обвинительный акт как итоговые документы следствия или дознания, выносимые по их окончании, составляются, когда следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанных документов, вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованиями данного Кодекса.

При этом основанием для возвращения дела прокурору во всяком случае являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям данного Кодекса.

Придание иного смысла указанным положениям уголовно-процессуального закона неправомерно ограничивало бы права на судебную защиту, на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 46, части 1 и 2; статья 52, статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации), а также прерогативы суда по осуществлению правосудия и обеспечению им прав и свобод человека и гражданина (ст.18; ст. 118, ч.1 и 2, Конституции Российской Федерации).

Стороной защиты выявлены следующие существенные нарушения уголовно-процессуального закона, исключающие возможность постановления судом приговора или иного решения.

1. Нарушения при составлении и предъявлении постановления о привлечении ФИО3 в качестве обвиняемого.

Согласно п.3 ч.1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

В обвинительном заключении существо предъявленного ФИО3 обвинения изложено не в полном объеме. не раскрыты все необходимые составляющие объективной стороны состава преступления, в связи с чем устранение указанных недостатков в ходе судебного следствия по делу является невозможным, поскольку они касаются существа и объема предъявленного обвинения, а согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению; изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Так, в обвинительном заключении изложена формулировка предъявленного 18.11.2019 ФИО3 постановления о привлечении его в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а», «б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ.

По смыслу ч. 1 ст. 171 УПК РФ следователь имеет законное право вынести постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого только при условии наличия достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления.

Постановление о привлечении ФИО3 в качестве обвиняемого от 18.11.2019 вынесено с нарушением вышеуказанных требований закона, что препятствует реализации обвиняемым в полном объеме своих прав, предусмотренных ст. 47 УПК РФ, в связи с чем, является незаконным и подлежит отмене.

В указанном постановлении следователем изложены следующие, не соответствующие действительности, противоречащие друг другу и не подтвержденные материалами уголовного дела сведения:

1.1. В предъявленном обвинении содержится информация о действиях ФИО3, не образующих объективную сторону преступления, предусмотренного «а», «б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ.

Объективную сторону указанного преступления составляют умышленные действия, непосредственно направленные на совершение хранения, перевозки и сбыта продовольственных товаров без нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации, в случае, если нанесение такой информации обязательно.

Согласно материалам уголовного дела, обязательная для данного вида продовольственных товаров информация на продукцию, реализованную ООО «РРК» в ООО «СТК», содержалась на всех этикетках, нанесенных на каждую упаковку реализуемого товара. В ходе предварительного следствия выявлены лишь отдельные факты несоответствия указанной информации порядку ее нанесения, определенному Техническими регламентами и ГОСТом (отсутствие единицы измерения температуры, указание информации о расфасовщике без указании информации о производителе, ненадлежащий способ указания даты изготовления и даты упаковки, указание наименования продукта, содержащего географическую ссылку, указание срока годности).

Несоблюдение порядка нанесения такой информации и ее неполное несоответствие требованиям технических регламентов не является частью объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 171.1 УК РФ, однако, предусмотрено ст. 15.12. и 14.43. КоАП РФ.

1.2. Ссылка в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого на нарушение требований ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции» приведена необоснованно, т.к. согласно п. 3.1. решения комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 г. N 880 "О принятии технического регламента Таможенного союза "О безопасности пищевой продукции" (ТР ТС 021/2011) указанный Технический регламент вступил в силу с 1 июля 2013 года, за исключением требований к рыбе и рыбной продукции и связанным с ними процессам их производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации.

Технический регламент Евразийского экономического союза "О безопасности рыбы и рыбной продукции" (ТР ЕАЭС 040/2016), устанавливающий требования к рыбе и рыбной продукции и связанным с ними процессам их производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации, в отношении такой продукции и процессов ее производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации, вступил в силу лишь с 01.09.2017.

В действительности ФИО3 были приняты меры для сообщения потребителю предусмотренной законом информации о реализуемой 000 «РРК» продукции, однако, при этом указанная информация была нанесена на соответствующие этикетки с нарушением порядка изложения такой информации, определенного техническими регламентами и ГОСТами.

Таким образом, в действиях ФИО3 и возглавляемого им юридического лица могут усматриваться признаки административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.43 либо ст. 15.12 КоАП РФ, т.к. необоснованно инкриминируемые ФИО3 действия предусмотрены административным и не предусмотрены уголовным законодательством РФ.

С учетом изложенного, в предъявленном ФИО3 обвинении содержатся не подтвержденные материалами дела и противоречивые данные о наличии у моего подзащитного преступного умысла, а также о совершении им действий, составляющих объективную сторону инкриминируемого ему преступления.

В соответствии с требованиями п.4 ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если имеются предусмотренные статьей 153 УПК РФ, основания для соединения уголовных дел, за исключением случая, предусмотренного статьей 239.2 УПК РФ.

Согласно статьи 239.2 УПК РФ, суд при наличии оснований, предусмотренных УПК РФ и возникших после поступления уголовного дела в суд, вправе по ходатайству стороны принять решение о соединении уголовных дел в одно производство.

В соответствии с п.2 ч.1 ст. 153 УПК РФ, в одном производстве могут быть соединены уголовные дела в отношении одного лица, совершившего несколько преступлений.

В рамках подписания протокола после ознакомления с материалами уголовного дела от 07.02.2020 года, ФИО3 приобщено постановление о привлечении последнего в качестве обвиняемого по уголовному делу №, находящегося в производстве СУ по ЗАО ГСУ СК России по г. Москве. Обвинение ФИО3 предъявлено по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч.4 ст. 171.1 УК РФ, однако оценки этому обстоятельству в соответствии УПК РФ со стороны следствия и прокуратуры не дано, чем нарушены вышеуказанные требования УПК РФ.

Уголовное дело № по обвинению ФИО1 и ФИО3 в совершении преступления предусмотренного «а», «б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ, с обвинительным заключением направлено прокурору Западного административного округа г. Москвы 04.03.2020, и в настоящее время находится в вышеуказанной прокуратуре. Обвинительное заключение вручено ФИО3

Исходя из обвинительного заключения, ФИО3 обвиняется в совершении аналогичных действий, исключение составляет лишь вменяемый период времени с 15.08.2017 по 28.12.2018 года.

В соответствии с Определением Конституционного Суда РФ об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Республики Таджикистан ФИО4 на нарушение его конституционных прав положениями статей 153, 237 и 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 7 июня 2011 года, применение правил назначения наказания по нескольким приговорам ухудшит положение обвиняемого относительно правил назначения наказания по совокупности преступлений.

Соответственно, вывод о не противоречии Конституции Российской Федерации части первой статьи 237 УПК Российской Федерации в полной мере относится и к закрепленному в ней положению о допустимости возвращения судом уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если имеются предусмотренные статьей 153 данного кодекса основания для соединения уголовных дел (пункт 4 части первой): в силу ранее выраженных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации возвращение в подобных случаях уголовного дела прокурору возможно при условии, что оно не связано с восполнением неполноты проведенного дознания или предварительного следствия в отношении преступлений, вмененных подсудимому в соответствии с обвинительным заключением или обвинительным актом и являвшихся предметом судебного разбирательства.

Указанные нарушения, допущенные при составлении обвинительного заключения, повлекли существенное нарушение права обвиняемого на защиту его законных интересов, предусмотренных п. 1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, не могут быть устранены в суде, что исключает рассмотрение судом уголовного дела по существу и возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Вышеизложенные факты свидетельствуют о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, по основанию, предусмотренному п. 1,4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Подсудимый и защитник подсудимого поддержали данное ходатайство в судебном заседании. При этом защитник подсудимого указал, что обвинение строится на отсутствие маркировки продовольственных товаров, по двум аналогичным делам следствие не дало оценки, это длящиеся преступление или два различных, один состав или разный, хотя вменены аналогичные действия, только в разный период. В уголовных делах не содержится информации о том, что рассматривался вопрос о соединении уголовных дел, никто не предпринимал никаких мер и оценка данному факту не дана. В данный момент у ФИО3 два статуса, обвиняемый и подсудимый, в связи с тем, что дело находится в прокуратуре, оснований для соединения судом данных дел не имеется, а наличие двух статусов ухудшает положение ФИО3

Прокурор против возвращения уголовного дела возражал, указывая, что обвинительное заключение и обвинение составлено без нарушений, и не мешает суду рассмотреть дело и принять то или иное решение. Время и содержание обвинения по двум делам различны, соединение дел является правом, а не обязанностью следователя и суда.

Обсудив вопрос о возвращении уголовного дела прокурору, заслушав участников судебного разбирательства, суд считает, что уголовное дело по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. «а,б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ, подлежит возвращению прокурору по следующим основаниям.

Согласно ч.1 ст. 237 УПК РФ Судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, предусмотренных пунктами 1-6. В частности если: обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления; а также если имеются предусмотренные статьей 153 настоящего Кодекса основания для соединения уголовных дел, за исключением случая, предусмотренного статьей 239.2 настоящего Кодекса.

Согласно п. 19. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 N 51 "О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)" Если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в пунктах 1 - 6 части 1 статьи 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия. При установлении обстоятельств, указанных в части 1.2 статьи 237 УПК РФ, суд может возвратить уголовное дело прокурору только по ходатайству стороны.

Исходя из положений УПК РФ, по поступившим уголовным делам судам следует проверять, содержатся ли в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительном заключении сведения о том, какие конкретно нормы законодательства, действовавшего на момент совершения преступления, нарушены обвиняемым, каким образом был исчислен крупный или особо крупного размер. 

Если в обвинительном заключении отсутствуют указанные и другие сведения, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, суд в силу статьи 237 УПК РФ по ходатайству стороны или по собственной инициативе должен решить вопрос о возвращении дела прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению. ( Данная позиция отражена в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 48 "О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления", Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 N 19 (ред. от 11.06.2020) "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий")

Так в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении указано, что ФИО3 являясь директором ООО «РРК» допустил нарушение требований: Закона РФ от 07.02.1992 №200-1 «О защите прав потребителей», Гражданского кодекса Российской Федерации (часть четвертая) от 18.12.2006 г. № 230-ФЗ), Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 022/2011 «Пищевая продукция в части ее маркировки», ГОСТ Р 55486-2013 «Икра зернистая осетровых рыб. Технические условия», ГОСТ Р 51074-2003 «Продукты пищевые. Информация для потребителя. Общие требования». На продукции ООО «РРК» отсутствовала информация об изготовителе, сроке годности, температуре хранения, дате изготовления, номере смены (бригады), предусмотренной законодательством Российской Федерации для данного вида пищевой продукции, не указана обязательная информация на товаре на этикетках с поставляемой икрой. 

Технический регламент ТС "Пищевая продукция в части ее маркировки" (ТР ТС 022/2011) вступил в силу с 1.07.2013 года. (Решение Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 N 881 (ред. от 14.09.2018) "О принятии технического регламента Таможенного союза "Пищевая продукция в части ее маркировки" (вместе с "ТР ТС 022/2011. Технический регламент Таможенного союза. Пищевая продукция в части ее маркировки")

Технический регламент Таможенного союза "О безопасности пищевой продукции" (ТР ТС 021/2011) вступил в силу с 1 июля 2013 года, за исключением требований к рыбе и рыбной продукции и связанным с ними процессам их производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации. До дня вступления в силу технического регламента Таможенного союза, устанавливающего требования к рыбе и рыбной продукции и связанным с ними процессам их производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации, в отношении такой продукции и процессов ее производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации действуют положения нормативных правовых актов Таможенного союза или законодательства государства - члена Таможенного союза; (Решение Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 N 880 (ред. от 24.12.2019) "О принятии технического регламента Таможенного союза "О безопасности пищевой продукции" (вместе с "ТР ТС 021/2011. Технический регламент Таможенного союза. О безопасности пищевой продукции") (с изм. и доп., вступ. в силу с 11.07.2020)

Суд соглашается с доводами защиты о том, что требования ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции» приведены необоснованно, т.к. согласно п. 3.1. решения комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 г. N 880 "О принятии технического регламента Таможенного союза "О безопасности пищевой продукции" (ТР ТС 021/2011) указанный Технический регламент вступил в силу с 1 июля 2013 года, за исключением требований к рыбе и рыбной продукции и связанным с ними процессам их производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации.

Технический регламент Евразийского экономического союза "О безопасности рыбы и рыбной продукции" (ТР ЕАЭС 040/2016), устанавливающий требования к рыбе и рыбной продукции и связанным с ними процессам их производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации, в отношении такой продукции и процессов ее производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации, вступил в силу лишь с 01.09.2017.

Объективная сторона вмененного ФИО3 преступления составляет: «Производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или сбыт продовольственных товаров без маркировки и (или) нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации, в случае, если такая маркировка и (или) нанесение такой информации обязательны (за исключением продукции, указанной в части пятой настоящей статьи), совершенные в особо крупном размере» 

Соответственно Предметом преступления выступают продовольственные товары без маркировки и (или) нанесения информации, предусмотренной законодательством, в случае, если такая маркировка и (или) нанесение такой информации обязательны (ч. 3 - 4).

В обвинительном заключении, равно как и в предъявленном обвинении указано, в описании состава преступления в совершении которого обвиняется ФИО3: «о хранении, перевозки и сбыте продовольственных товаров без маркировки и нанесении иной информации, если нанесение такой информации обязательно». Однако отсутствует обязательный признак объективной стороны, что маркировка в товаре является обязательной. 

При этом, в обвинении имеется ссылка на Технический регламент ТС "Пищевая продукция в части ее маркировки" (ТР ТС 022/2011) и допускаются утверждения о том, что ООО «РРК» расфасовав в тару объемом 50,100, и 250 грамм с названием «икра Золото Каспия осетровая малосол» с маркировкой …

А также в обвинении указано «Маркировка пищевого продукта – икра зернистая осетровых пород рыб продукция аквакультуры изготовитель ООО «Ржевский рыбоводный комплекс» РФ 172386, Тверская область, г.Ржев, п.Восточный не соответствовала требованиям технического регламента Таможенного союза ТР ТС 022/2011 «Пищевая продукция в части ее маркировки» и технического регламента Таможенного союза ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции». Указание в маркировке в качестве изготовителя пищевого продукта ООО «Ржевский рыбоводный комплекс» являлось недостоверной информацией». 

Таким образом, обвинение приводит доводы о нарушении требований технического регламента Таможенного союза ТР ТС 022/2011 «Пищевая продукция в части ее маркировки», и обязательности её нанесения, но в фабуле инкриминируемого обвинения не указывает, что маркировка является обязательной.

И также утверждает, что нарушены требования технического регламента Таможенного союза ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции», однако данный нормативный акт во вменяемый подсудимому период не действовал. 

Как уже сказано выше: «До дня вступления в силу технического регламента Таможенного союза, устанавливающего требования к рыбе и рыбной продукции и связанным с ними процессам их производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации, в отношении такой продукции и процессов ее производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации действуют положения нормативных правовых актов Таможенного союза или законодательства государства - члена Таможенного союза»; положения нормативных актов Таможенного союза или законодательства – члена Таможенного союза действовавших в момент совершения преступления, которое вменяется ФИО3 в обвинении не указаны. 

Из предъявленного обвинения не возможно сделать вывод о том имелась ли на товаре маркировка или отсутствовала. Обязательна ли маркировка на товаре. 

ФИО3 согласно фабулы предъявленного обвинения, вменено совершение преступления, предметом которого являются «продовольственные товары без маркировки и нанесения информации, предусмотренной законодательством, в случае, если нанесение такой информации обязательно». 

Данная формулировка обвинения противоречит предмету и объективной стороне преступления, указанному в ст. 171.1 ч.4 УК РФ. Судом указанные недостатки устранены быть не могут, так как в случае установления судом, что нарушены требования ТР ТС 022/2011, которые обязательны для производителя, указание судом на данное нарушение повлечет увеличение обвинения, так как обвинение ФИО3 в части хранения, перевозки и сбыта продовольственных товаров без маркировки, в случае если нанесение маркировки обязательно ФИО3, не предъявлялось. 

Кроме того, в обвинении указано, что «отсутствовала информация об изготовителе, сроке годности, температуре хранения, дате изготовления, номере смены (бригады) предусмотренной законодательством РФ». Однако в подтверждении обязательности указанной информации приводятся положения: не только технического регламента Таможенного союза ТР ТС 022/2011 «Пищевая продукция в части ее маркировки», но и статьи ФЗ «О защите прав потребителей», Гражданского Кодекса, ГОСТ Р 55486-2013, 51074 2003, которые не являются обязательными, с точки зрения рассматриваемой статьи и приводит к не конкретики обвинения, тем самым к нарушению права на защиту подсудимого.

Суд отмечает, что в настоящее время обязательные требования к пищевой продукции и связанные с требованиями к пищевой продукции процессам производства (изготовления), хранения, перевозки (транспортирования), реализации и утилизации установлены Техническим Регламентом Таможенного Союза 021/2011 «О безопасности пищевой продукции», утвержденным решением Комиссии Таможенного Союза от 09.12.2011 г. №880. Указанный нормативный акт обеспечивает безопасность (включая санитарно-эпидемиологическую, гигиеническую и ветеринарную) товаров (работ, услуг) для жизни и здоровья потребителей, окружающей среды; предупреждение действий, вводящих потребителей в заблуждение; предотвращение причинения, вреда имуществу потребителей. Изготовители, продавцы и лица, выполняющие функции иностранных изготовителей пищевой продукции, обязаны осуществлять процессы ее производства (изготовления) хранения, перевозки (транспортирования) и реализации таким образом, чтобы продукция соответствовала требованиям, установленным ТР ТС 021/2011.Пищевая продукция, выпускаемая в обращение на рынке и соответствующая требованиям настоящего регламента, маркируется единым знаком обращения продукции на рынке государств-членов Таможенного союза- ЕАС.В качестве дополнительной информации на этикетке не запрещена ссылка на используемые при изготовлении продуктов стандарты (ТУ, ГОСТов), не противоречащие требованиям регламента. Согласно ст. 26 ФЗ «О стандартизации в РФ» применение национального стандарта является обязательным для изготовителя и (или) исполнителя в случае публичного заявления о соответствии продукции национальному стандарту, в том числе в случае применения обозначения национального стандарта в маркировке, в эксплуатационной или иной документации, и (или) маркировки продукции знаком национальной системы стандартизации. Соответственно, обвинение должно указать нормативный акт действовавший на момент совершения преступления, который обязателен для исполнения производителем. Указание в обвинении других нормативных актов не являющихся обязательными не основано на законе, так как фабула статьи содержит указание на обязательность таких требований закона и состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 171.1 УК РФ не образуют. Указание на требование нормативных актов РФ или члена таможенного союза, действовавших в момент совершения вмененного ФИО3 преступления, отсутствует в обвинении.

Кроме того, в обвинении указано, о том, что пищевая продукция без маркировки и информации, предусмотренной законодательством РФ, если такая информация обязательна была расфасована в тару 50,100,250 500 грамм и поставлена в адрес ООО «СТК» в рамках договора № 659 от 01.07.2016 года и покупатель перечислил ООО «РРК» денежные средства в размере 11 420 783,06 рублей.

Согласно примечания к ст. 171.1 УК РФ Крупным размером в частях третьей и четвертой настоящей статьи признается стоимость немаркированных продовольственных товаров, превышающая четыреста тысяч рублей, а особо крупным - один миллион пятьсот тысяч рублей.

Предметом преступления выступают, как уже отмечалось продовольственные товары без маркировки и (или) информации. В данном случае, единицей товара является тара 50 и т.д. грамм, на каждую тару в соответствии с нормативными документами должна быть нанесена маркировка или иная обязательная информация. Таким образом, в обвинении должно быть указано количество товара (банок) без маркировки и обязательной информации которое было поставлено покупателю. 

Однако в обвинении, лишь указано, что была поставлена продукция в таре 50,100 и 250, 500 грамм двух наименований, без указания их числа и количества. Только указано, что покупатель, ООО « СТК», перечислил ООО «РРК» денежные средства в размере 11 420 783,06 рублей. Данная формулировка обвинения не позволяет сделать вывод о количестве товара без маркировки и информации, поставленной ООО «РРК» в адрес покупателя. Соответственно сделать вывод о стоимости продовольственных товаров без маркировки и иной обязательной информации, вмененных ФИО3 не возможно. Данные нарушения суд находит существенными и не восполнимыми в судебном заседании.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 27 февраля 2018 года N 274-О, неустранимость в судебном производстве процессуальных нарушений, имевших место на этапе предварительного расследования, предполагает осуществление необходимых следственных и иных процессуальных действий, что превращает процедуру возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению, по существу, в особый порядок движения уголовного дела, не тождественный его возвращению для производства дополнительного расследования. Соответственно, в случае если допущенное органами предварительного расследования процессуальное нарушение является таким препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, исключая возможность постановления законного и обоснованного приговора, фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия, не важно, возвращает суд уголовное дело прокурору по собственной инициативе или по ходатайству стороны, поскольку, в таком случае, препятствие для рассмотрения уголовного дела самим судом устранено быть не может. Во всяком случае основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения.

Таким образом, в обвинительном заключении отсутствуют сведения о том, какие конкретно нормы законодательства, действовавшего на момент совершения преступления, нарушены обвиняемым, каким образом был исчислен крупный или особо крупного размер, предъявлено обвинение которое противоречит составу преступления, предусмотренного ч.4 ст. 171.1 УК РФ. Данные нарушения исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе обвинительного заключения, и суд в силу статьи 237 УПК РФ считает необходимым возвратить дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению.

В соответствии с требованиями п.4 ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если имеются предусмотренные статьей 153 УПК РФ, основания для соединения уголовных дел, за исключением случая, предусмотренного статьей 239.2 УПК РФ.

Согласно статьи 239.2 УПК РФ, суд при наличии оснований, предусмотренных УПК РФ и возникших после поступления уголовного дела в суд, вправе по ходатайству стороны принять решение о соединении уголовных дел в одно производство.

В соответствии с п.2 ч.1 ст. 153 УПК РФ, в одном производстве могут быть соединены уголовные дела в отношении одного лица, совершившего несколько преступлений.

Уголовное дело № по обвинению ФИО1 и ФИО3 в совершении преступления предусмотренного «а», «б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ, с обвинительным заключением направлено прокурору Западного административного округа г. Москвы 04.03.2020, и в настоящее время находится в вышеуказанной прокуратуре. Обвинительное заключение вручено ФИО3

Исходя из обвинительного заключения, ФИО3 обвиняется в совершении аналогичных действий, исключение составляет лишь вменяемый период времени с 15.08.2017 по 28.12.2018 года.

Суд учитывает, что при допросе свидетеля ФИО2, до ФИО3, работавшего в должности генерального директора ООО «РРК», ФИО2 заявил, что фактическими владельцами ООО «РРК» являлись ФИО1, и ФИО, но именно ФИО представил свидетелю анализы образцов икры из КНР, которые были плохого качества, последний увидев эти анализы, отказался работать с учредителями в таком формате. Фактически из-за нежелания работать таким образом ФИО2 уволился. Бренд «Золото Каспия» принадлежит ФИО1

В период с 01.01.2016 года по 16.09.2016 года и с 16.09.16 по 23.03.2017 года надоенная икра в ООО «РРК» была реализована, в том числе и ООО « Городской супермаркет» по договору поставки от 01.07.2016 года № 272

Из обвинительного заключения в отношении ФИО1, и ФИО3 следует, что не позднее 15.08.2017 года был заключен договор с ООО «Мастер брокер»» на поставку продовольственного товара – икры производства КНР, ФИО1 как генеральный директор ООО «ТД «Золото Каспия» подписал договор поставки № 1013 от 15.08.2017 года на поставку продовольственных товаров – икры осетровых пород выращенных на производственных мощностях ООО «РРК». ООО «РРК» уже поставляло ООО «Городской супермаркет» икру, но в значительно меньших размерах. Соответственно работники ООО «РРК» фасовали икру производства КНР под маркой «Золото Каспия» и данная продукция поставлялась с 15.08.2017 года по 28.12.2018 года в ООО «Городской супермаркет».

Как видно из предъявленного обвинения по двум делам, обвинения отличаются лишь временем и покупателем, при том, что ФИО1 и ФИО являясь владельцами ООО «РРК» «фактически разработали схему поставки икры производства КНР и фасовки под своей маркой», о чем пояснил в судебном заседании ФИО2, подтвердив данные полученные в ходе расследования уголовного дела, то есть известные следствию обстоятельства. Именно владельцы предприятия заинтересованы в получении прибыли, тогда как ФИО3 является только генеральным директором данной организации.

Учитывая, что уголовное дело в отношении ФИО1, и ФИО3 по обвинению обоих в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч.4 ст. 171.1 УК РФ находится в прокуратуре Западного административного округа г. Москвы, в связи с невручением обвинительного заключения ФИО1, и невозможности направления дела в суд, суд считает, что имеются основания соответствии с п.2 ч.1 ст. 153 УПК РФ, соединения уголовных дел в одном производстве в отношении одного лица, совершившего несколько преступлений. Так как, применение правил назначения наказания по нескольким приговорам ухудшит положение обвиняемого относительно правил назначения наказания по совокупности преступлений, согласно правовой позиции Конституционного суда.

При таких обстоятельствах суд считает, что имеются существенные нарушения закона не устранимые судом, в связи, с чем данное дело, подлежит направлению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Таким образом, суд пришел к выводу, что допущенные органами предварительного расследования процессуальные нарушения являются препятствием для рассмотрения дела, которые суд не может устранить самостоятельно и которые, исключат возможность постановления законного и обоснованного приговора и данное дело подлежит возвращению прокурору.

Согласно ч. 3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого. 

В ходе предварительного следствия мера пресечения ФИО3 не избиралась, применена мера процессуального принуждения обязательство о явке. Оснований для избрании меры пресечения суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь п.1,4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, ст. 256 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Уголовное дело по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «а,б» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ, возвратить Прокурору Тверской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения не избирать.

На постановление может быть подана апелляционная жалоба в Тверской областной суд через Ржевский городской суд Тверской области в течение 10 суток со дня его вынесения.

Судья Б.А. Дурманов

УИД 69RS0026-01-2020-000985-22

Дело № 1– 111/2020