КОПИЯ

Дело № 2-104/2021

УИД 86RS0008-01-2020-002463-94

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 марта 2021 года г. Когалым

Когалымский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе председательствующего судьи Галкиной Н.Б.,

при секретаре Шакировой Г.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 к ООО «Системный буровой сервис» о взыскании заработной платы и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику и просит взыскать с него задолженность по заработной плате, компенсацию медосмотра, всего в размере 438 305,64 рублей, 150 000 рублей в счет компенсации морального вреда, в обоснование заявленных требований указал, что с 13.07.2018 по 12.05.2020 работал у ответчика по трудовому договору в должности инженера 2 категории. При увольнении ответчиком с ним, в нарушение ст. 140 ТК РФ, не был произведен полный расчет, а именно: не была начислена и выплачена премия в соответствии с п. 5.4 трудового договора, всего в размере 161 223,29 рубля; в связи с неверным расчетом пособия по временной нетрудоспособности - исходя из МРОТ 15 153,10 рубля, а не с учетом его среднего заработка за два предыдущих года, ему было недоплачено пособие за период его нетрудоспособности с 28.11.2019 по 02.04.2020 в размере 148 792,85 рубля; не была начислена и выплачена компенсация за неиспользованный отпуск за период с мая 2019 года по апрель 2020 года в размере 119 932,50 рубля; не компенсированы расходы за медкомиссию в размере 8 357 рублей. 

Истец ФИО1 в судебном заседании на заявленных требованиях настаивал, по доводам иска, дополнительно пояснил, что согласно трудовому договору размер его премии должен был составлять 50%, однако за ноябрь и декабрь 2018 года премию он не получил вообще, в сентябре и октябре 2018 года была отдыхающая вахта, в январе, феврале, марте 2019 года он не работал, за апрель, май, июнь, июль, сентябрь 2019 года премию выплатили только в размере 25%, в августе 2019 года была отдыхающая вахта, в октябре 2019 года - приказ на лишение премии с чем он согласен. С приказами о лишении его премии, либо об изменении размера премии он не знакомился. С размером выплаченной премии он не был согласен, но до увольнения никуда не обращался. Просил иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО2 предъявленные требования не признала по доводам возражения, просила применить к требованию о взыскании невыплаченной премии срок исковой давности, в удовлетворении иска отказать.

Из возражения ответчика на исковые требования следует, что истец состоял с ответчиком в трудовых отношениях, работал в должности бурового супервайзера. Пунктом п. 5.4 трудового договора истца предусмотрено, что работнику по результатам работы выплачивается премия в размере 50% от часовой тарифной ставки. В соответствии со ст.ст. 57, 129, 135, 191 ТК РФ, Положением об оплате труда работникам премия является стимулирующей, а не компенсационной выплатой, не входит в систему оплаты труда, определение ее размера является прерогативой руководства Общества и зависит от результатов работы не только конкретного человека, но и всего коллектива в целом. Одним из доказательств возможности обоснованности требований истца может служить издание руководителем организации приказов о премировании истца за период с июля 2018 года по май 2020 года и начисления указанной премии, однако таких приказов не имеется. При расчете истцу пособия по временной нетрудоспособности имелась ошибка, которая возникла из-за несвоевременного предоставления истцом полного пакета документов для расчета. После получения всех необходимых документов перерасчет был сделан, недоплата составила 17 338,82 рублей и была выплачена истцу. Затраты на прохождение предварительной медкомиссии и периодического обязательного медицинского осмотра истцу не были возмещены, поскольку истец не предоставил ответчику полный пакет документов: заявление, направление на медосмотр, кассовый чек об оплате услуг и заключение медкомиссии, в связи с чем данное требование подлежит оставлению без рассмотрения с разъяснением истцу возможности получения затраченной суммы, направив ответчику указанный пакет документов. Компенсация отпуска при увольнении истцу была начислена в полном объеме, однако при ее выплате удержаны затраты на обучение в размере 596,65 рублей (п. 4.2.10 трудового договора истца), подотчётные суммы в размере 33 457,90 рублей, ранее выданные истцу, на которые им не были представлены отчетные документы, 2 083,25 рубля за выданную для трудовой деятельности спецодежду, которую истец не сдал при увольнении. Моральный вред истцу компенсации не подлежит, поскольку трудовых прав истца ответчик не нарушал, ошибка при расчете пособия по временной нетрудоспособности связана с бездействием самого истца, поэтому сумма в размере 150 000 рублей является завышенной и подлежит уменьшению до 3 000 рублей. 

Суд, заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что истец работал у ответчика в должности инженера (бурового супервайзера) 2 категории с 13.07.2018 по 15.09.2019 и 1 категории с 16.09.2019 по 12.05.2020 вахтовым методом организации работ и с ним был заключен трудовой договор № от 13.07.2018 (далее – Трудовой договор). 

Обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, истец ссылается на то, что за ноябрь, декабрь 2018 года, за апрель, май, июнь, июль, сентябрь 2019 года ему была начислена и выплачена премия в меньшем размере, чем было предусмотрено его трудовым договором, в свою очередь ответчик заявил о применении срока исковой давности к заявленным требованиям.

Частью 2 ст. 392 ТК РФ предусмотрено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Пунктом п. 5.7 Трудового договора предусмотрено, что заработная плата выплачивается два раза в месяц: 25 числа текущего месяца; 10 числа последующего месяца. 

Согласно штампу на исковом заявлении, с рассматриваемыми требованиями истец обратился в суд 07.08.2020, то есть по истечении года с момента наступления срока для выплаты заработной платы за ноябрь, декабрь 2018 года, за апрель, май, июнь 2019 года.

С заявлением о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд с требованием о взыскании не начисленной и не выплаченной премии за ноябрь, декабрь 2018 года, за апрель, май, июнь 2019 года истец не обращался, уважительных причин пропуска срока не привел, в связи с чем, требование о взыскании не начисленной и не выплаченной премии за указанные месяцы удовлетворению не подлежит, в связи с пропуском установленного срока для обращения в суд. 

Из материалов дела следует, что с 19.07.2019 по 17.08.2019 истец находился в очередном отпуске, за указанный период ему были начислены и выплачены отпускные.

Из расчетного листка по заработной плате истца за июль 2019 года следует, что в июле 2019 года истец отработал 17 дней (187 часов) ему была начислена оплата по окладу в размере 23 692,99 рубля и премия в размере 5 923,25 рубля, то есть в размере 25 % от оклада. 

Из расчетного листка по заработной плате истца за сентябрь 2019 года следует, что в сентябре 2019 года истец отработал 25 дней (269 часов) ему была начислена оплата по окладу в размере 36 172,99 рубля (13 176,85 рублей + 22 996,14 рублей) и премия в размере 9 043,25 рубля (3 294,21 рубля + 5 749,04 рублей), то есть в размере 25 % от оклада. 

Согласно Трудовому договору, истцу, как работнику ответчика были установлены к заработной плате районный коэффициент в размере 70% (п. 5.2) и процентная надбавка за стаж работы в районе Крайнего Севера в размере 80% (п. 5.3).

Пунктом 5.4 Трудового договора установлено, что работнику по результатам работы (отсутствие замечаний со стороны заказчика, регионального представителя, нарушений трудовой дисциплины) выплачивается премия в размере 50% от часовой тарифной ставки.

Оспаривая требования истца о начислении и выплате ему премии за июль, сентябрь 2019 года в размере 50%, как установлено п. 5.4 Трудового договора, ответчик ссылается на то, что премия является стимулирующей выплатой, не входит в систему оплаты труда, ее размер определяется руководством Общества.

В обоснование возражений ответчиком представлен Приказ генерального директора ООО «Системный буровой сервис» № от 30.09.2019 «О премировании работников за 3 квартал 2019г.», из которого следует, что в связи с невыходом на устойчивые финансовые показатели и низкой рентабельностью, премию по результатам работы за июль, август, сентябрь 2019 года не выплачивать.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с ТК РФ.

В соответствии со ст. 56 ТК РФ трудовой договор это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном объеме выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Обязательными для включения в трудовой договор являются, среди прочих, условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты) (абз. 5 ч. 2 ст. 57 ТК РФ).

Право на вознаграждение за труд, без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, гарантировано Конституцией Российской Федерации (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации).

В силу ст. 2 ТК РФ основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ним отношений, в частности, признаются обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В силу положений ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

На основании ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами (часть 5 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

Таким образом, система оплаты труда применительно к ст. 135 ТК РФ включает: фиксированный размер оплаты труда (оклад, тарифные ставки) с учетом квалификации, сложности, количества и качества выполненной работы; доплаты, надбавки компенсационного характера; доплаты и надбавки стимулирующего характера.

Как видно из Трудового договора, в состав заработной платы истца входил оклад по занимаемой должности, компенсационные выплаты и стимулирующая выплата в виде премии в размере 50% от часовой тарифной ставки, которая выплачивалась по результатам работы - отсутствие замечаний со стороны заказчика, регионального представителя, нарушений трудовой дисциплины, иных условий для невыплаты премии или ее выплаты в меньшем размере, трудовой договор не содержит.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, ответчиком доказательств того, что за июль, сентябрь 2019 года к работе истца имелись замечания со стороны заказчика, регионального представителя, либо он нарушил трудовую дисциплину, не представлено, материалы дела их также не содержат, в связи с чем, суд приходит к выводу, что истцу ответчиком необоснованно за указанные месяцы была начислена и выплачена премия только в размере 25% и считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца премию за июль, сентябрь 2019 года в размере 32 552,03 рубля (5 923,25 рубля х 70% районный коэффициент х 80% северная надбавка - 13% НДФЛ = 12 883,07 рубля – июль 2019 года + 9 043,25 рубля х 70% районный коэффициент х 80% северная надбавка - 13% НДФЛ = 19 668,96 рублей – сентябрь 2019 года).

При этом ссылки ответчика в обоснование доводов об обоснованности выплаты истцу премии в меньшем размере, чем предусмотрено Трудовым договором, на Положение об оплате труда и Приказ № от 30.09.2019 судом отклоняются, поскольку ссылки на Положение об оплате труда в Трудовом договоре отсутствуют, доказательства, что истец с указанным Положением был ознакомлен, что в Трудовой договор в части начисления и выплаты премии вносились изменения, материалы дела не содержат, ответчиком их также не представлено, Приказ № предписывает премию за июль, август, сентябрь 2019 года вообще не выплачивать, однако за июль и сентябрь истцу была начислена и выплачена премия в размере 25%.

Также истец просит взыскать с ответчика недоплаченное пособие по временной нетрудоспособности.

В соответствии со ст. 183 ТК РФ при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральным законом. Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральным законом. Статьей 5 Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» предусмотрено, что обеспечение застрахованных лиц пособием по временной нетрудоспособности осуществляется, в частности, в случае утраты трудоспособности вследствие заболевания или травмы (ч. 1). Пособие по временной нетрудоспособности выплачивается застрахованным лицам при наступлении случаев, указанных в части 1 настоящей статьи, в период работы по трудовому договору, осуществления служебной или иной деятельности, в течение которого они подлежат обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, а также в случаях, когда заболевание или травма наступили в течение 30 календарных дней со дня прекращения указанной работы или деятельности либо в период со дня заключения трудового договора до дня его аннулирования (ч. 2). Согласно ч. 1 ст. 13 названного выше Федерального закона назначение и выплата пособия по временной нетрудоспособности осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица.

Из материалов дела следует, что истец с 28.11.2019 по 02.04.2020 был нетрудоспособен и ему ответчиком за указанный период было начислено и выплачено пособие по временной нетрудоспособности, исходя из МРОТ 15 153,10 рубля.

В ходе производства по делу ответчиком был произведен новый расчет пособия с учетом среднего заработка истца за два предыдущих года, с которым истец согласился.

Исходя из представленных ответчиком расчетов, за период с 28.11.2019 по 27.12.2019 истцу причиталось пособие в размере 45 046,80 рублей, из них 40 542,12 рубля за счет средств ФСС РФ, 4 504,68 рубля за счет средств работодателя, за период с 28.12.2019 по 07.02.2020 истцу причиталось пособие в размере 63 065,52 рублей, из них 58 560,84 рублей за счет средств ФСС РФ, 4 504,68 рубля за счет средств работодателя, за период с 08.02.2020 по 19.03.2020 истцу причиталось пособие в размере 61 563,96 рубля, из них вся сумма за счет средств ФСС РФ, за период с 20.03.2020 по 01.04.2020 истцу причиталось пособие в размере 21 021,84 рубль, из них вся сумма за счет средств ФСС РФ.

Таким образом, общая сумма начисленного истцу пособия составила 190 698,12 рублей, причитающаяся к выплате 165 907,12 рублей (без НДФЛ), из которых истцу было выплачено 15 153,10 рубля, что подтверждается справкой о безналичных зачислениях по счету истца и истцом не оспаривается.

Ответчик, в свою очередь утверждает, что пособие по временной нетрудоспособности истцу выплатил в полном объеме, предоставив в обоснование своих доводов уточненные расчетные листки по заработной плате за январь-май 2020 года, из которых следует, что 20.02.2020 истцу было выплачено 15 153,10 рубля и 08.04.2020 - 139 914,93 рублей.

Однако, сопоставив расчетные листки за предыдущие месяцы за период апрель-декабрь 2019 года, представленные истцом, которые ответчик не оспаривал, справку о безналичных зачислениях по счету истца, с представленными ответчиком уточненными расчетными листками, видно, что на 01.04.2019 долг за ответчиком перед истцом по заработной плате составлял 25 010,18 рублей, заработная плата истца за апрель 2019 года составила без НДФЛ 132 750,10 рублей + долг 25 101,18 рублей, итого 157 760,28 рублей, из которых 136 388,22 рублей было выплачено 17.05.2019 и долг на 01.05.2019 составил 21 372,06 рубля, за май 2019 года истцу к выплате (без НДФЛ) полагалась заработная плата в размере 67 805,28 рублей, которые истцу были выплачены двумя платежами 21.06.2019 в размере 60 974,43 рубля и 16.08.2019 в размере 6 830,85 рублей, долг ответчика перед истцом составил 21 372,06 рубля, за июнь 2019 году истцу к выплате (без НДФЛ) полагалась заработная плата в размере 111 171,60 рубль + долг в размере 21 372,06 рубля, итого 132 543,66 рубля, 22.08.2019 ответчиком истцу было выплачено 137 065 рублей и у истца сложился долг в размере 4 521,34 рубль. За июль-август 2019 года истцу к выплате (без НДФЛ) причиталось 142 531,09 рубль (заработная плата за июль 2019 года + отпускные за июль-август 2019 года) минус переплата 4 521,34 рубль, итого 138 009,75 рублей, за сентябрь 2019 года истцу к выплате (без НДФЛ) причиталось 140 059,91 рублей, за октябрь 2019 года истцу к выплате (без НДФЛ) причиталась заработная плата (без премии, поскольку, как пояснил истец, в октябре 2019 года он был лишен премии и это не оспаривал) 98 859,78 рублей, итого за июль-август 2019 года 376 929,44 рублей (138 009,75 рублей + 140 059,91 рублей + 98 859,78 рублей).

Из справки о безналичных зачислениях по счету истца следует, что после 22.08.2020 истцу, без учета выплаченного 21.02.2020 пособия по временной нетрудоспособности в размере 15 153,10 рублей и 139 914,93 рублей, выплаченных 08.04.2020 по утверждению ответчика в качестве пособия, ответчиком в счет заработной платы было выплачено 01.10.2019 70 000 рублей, 18.11.2019 42 367,70 рублей, 20.11.2019 50 000 рублей, и 20.12.2020 90 059,91 рублей, всего 252 427,61 рублей (70 000 рублей + 42 367,70 рублей + 50 000 рублей + 90 059,91 рублей).

Таким образом, на 01.01.2020 долг по зарплате составлял 124 501,83 рубль (376 929,44 рублей – 252 427,61 рублей). 

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что 139 914,93 рублей, выплаченные ответчиком истцу 20.04.2020, были выплачены в счет погашения задолженности по заработной плате.

Кроме того, пособие по временной нетрудоспособности ответчиком истцу было пересчитано только в ходе производства по данному делу, а именно, согласно справкам, 30.10.2020, то есть сумма в размере 139 914,93 рублей никак не могла быть перечислена истцу как пособие по временной нетрудоспособности. 

С учетом выплаченного пособия в размере 15 153,10 рублей и разницы между задолженностью по заплате в размере 124 501,83 рублей и выплаченных 139 914,93 рублей – 15 413,10 рублей, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца в счет пособия по временной нетрудоспособности 135 340,92 рублей (165 907,12 рублей – 15 153,10 рубля – 15 413,10 рублей). 

Доказательств выплаты пособия в большем размере, материалы дела не содержат, ответчиком их также не предоставлено. 

Также истец просит взыскать с ответчика не выплаченную компенсацию за дни неиспользованного отпуска при увольнении.

Исходя из ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Частью 1 ст. 140 ТК РФ предусмотрено, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Как следует из записки-расчета при прекращении трудового договора с работником № от 12.05.2020 и расчетного листка за май 2020 года, вопреки доводам истца, ему была начислена компенсация за неиспользованные отпуска - за 32 дня, рассчитанного с учетом того, что у истца был вахтовый метод организации работ, в размере 55 910,72 рублей, однако из нее были осуществлены удержания - НДФЛ 7 268 рублей, за обучение 596,65 рублей, неизрасходованные подотчётные суммы 33 457,90 рублей и за спецодежду 2 083,25 рубля, всего без НДФЛ 36 137,80 рублей, к выплате получилось 17 338,82 рублей, которые ответчиком истцу были перечислены 18.11.2020 в размере 17 339,82 рублей на основании платежного поручения № от 18.11.2020.

В соответствии с ч. 3 ст. 137 ТК РФ в случаях, предусмотренных абзацами вторым, третьим и четвертым части второй настоящей статьи, согласно которым удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (ч. 3 ст. 155 ТК РФ) или простое (ч. 3 ст. 157 ТК РФ), работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы работника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса, погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания.

Однако, как следует их материалов дела, решение об удержании неизрасходованных подотчётных сумм в размере 33 457,90 рублей, ответчиком было принято ДД.ММ.ГГГГ (виза на служебной записке), доказательств, что принимались решения об удержании других сумм, материалы дела не содержат, истца с данными решениями не знакомили, его мнение относительно основания и размера удержаний не учитывалось, тогда как в соответствии со ст. 137 ТК РФ удержание возможно произвести, при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания.

При таких обстоятельствах у ответчика отсутствовали законные основания для удержания указанных сумм из начисленной истцу при увольнении компенсации за неиспользованный отпуск.

Кроме того, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, ответчиком доказательств того, что удержанные денежные средства и спецодежда, за которую были удержаны денежные средства, выдавались или перечислялись истцу, материалы дела не содержат.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию невыплаченная при увольнении компенсация за неиспользованный отпуск в размере 36 137,80 рублей.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика понесенных им расходов за предварительный и периодический медицинский осмотры.

В соответствии с ч. 1 ст. 213 ТК РФ работники, занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (в том числе на подземных работах), а также на работах, связанных с движением транспорта, проходят обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (для лиц в возрасте до 21 года - ежегодные) медицинские осмотры для определения пригодности этих работников для выполнения поручаемой работы и предупреждения профессиональных заболеваний. В соответствии с медицинскими рекомендациями указанные работники проходят внеочередные медицинские осмотры.

В силу ч. 8 ст. 213 ТК РФ предварительный и периодический медицинские осмотры и психиатрические освидетельствования осуществляются за счет средств работодателя.

Из материалов дела – договоров на оказание платных медицинских услуг от 16.07.2018 и от 27.08.2019, следует и ответчиком не оспаривается, что истцом 16.07.2018 был пройден предварительный медицинский осмотр и понесены расходы за его проведение в размере 3 728 рублей (чек от 16.07.2018), 27.08.2019 пройден периодический медицинский осмотр и понесены расходы на его проведение в размере 4 629 рублей (3 658 рублей + 971 рубль – чеки от 27.08.2019), однако до настоящего времени указанные расходы ответчиком истцу не возмещены, в связи с чем, данное требование подлежит удовлетворению. Суд считает необходимым отметить, что все необходимые для оплаты документы истцом были приложены к исковому заявлению, при этом досудебный порядок урегулирования спора для данной категории не предусмотрен. Довод стороны ответчика, что ранее указанные документы истцом для возмещения понесенных расходов не представились, судом отклоняется, поскольку сам ответчик приложил их к своим возражениям на иск.

Истцом заявлено требование о компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, моральный вред возмещается в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что в ходе производства по делу установлено нарушение ответчиком трудовых прав истца, требование истца о компенсации ему морального вреда подлежит удовлетворению.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень нравственных страданий истца, срок задержки выплаты заработной платы и пособия, а равно требования разумности и справедливости и полагает возможным взыскать в возмещение морального вреда 5 000 рублей.

Также с ответчика в соответствии со ст. 103 ГПК РФ в доход бюджета муниципального образования ХМАО-Югры подлежит взысканию госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 5 623,88 рубля (5 323,88 рубля за требования материального характера и + 300 рублей за требование о компенсации морального вреда).

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ 

РЕШИЛ:

ФИО3 Альбиновича к ООО «Системный буровой сервис» о взыскании заработной платы и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Системный буровой сервис» в пользу ФИО1 невыплаченную заработную плату за октябрь 2019 года в размере 22 608 рублей, компенсацию за предварительный медицинский осмотр в размере 3 658 рублей, компенсацию за периодический медицинский осмотр в размере 3 658 рублей, компенсация за неиспользованный отпуск при увольнении в размере 31 303,90 рубля, невыплаченное пособие по временной нетрудоспособности в размере 158 206,20 рублей, а также в счет компенсации морального вреда 5 000 рублей. 

Взыскать с ООО «Системный буровой сервис» в доход бюджета МО ХМАО-Югры городской округ город Когалым 5 657,70 рублей.

В остальной части иска отказать. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме в Суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры через Когалымский городской суд ХМАО-Югры. 

Мотивированное решение будет составлено 22.03.2021. 

Судья: подпись Галкина Н.Б.

Копия верна, судья: 

Подлинный документ подшит в гражданском деле № 2-104/2021 Когалымского городского суда ХМАО-Югры