Дело № 2-67/2024

УИД 44RS0001-01-2023-000885-89

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июля 2024 года г. Кострома

Свердловский районный суд г. Костромы в составе

судьи Шершневой М.А.,

при секретаре Киселёвой А.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница г. Костромы», ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда за некачественное оказание медицинских услуг и смерть близкого человека. Свои требования мотивировала тем, что её сын ФИО2 

<

дата> упал дома, поскользнувшись на ламинате после мытья в ванной, ударился головой о ребро батареи, терял сознание, дважды была рвота. О случившемся сообщил ФИО1 сам по телефону, когда пришёл в сознание. Приезд бригады скорой помощи был через 45 минут после её вызова, в присутствии врача скорой медицинской помощи была кратковременная потеря сознания в связи с большой кровопотерей и резким падением артериального давления до 100/60. В течение 10 лет у ФИО2 была гипертоническая болезнь, в августе-сентябре 2021 года он перенес ишемический, затем геморрагический инсульт на фоне гипертонической болезни. Лечился в стационаре ОГБУЗ ОБ КО №1 в неврологическом отделении, затем в нейрохирургическом отделении областной больницы, около четырех месяцев был на больничном, постоянно получал гипотензивную терапию, статины. Машиной скорой медицинской помощи ФИО2 был доставлен в приемный покой ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», где был осмотрен врачом ФИО3, выполнена компьютерная томография головного мозга. После зашивания рубленой кровоточащей раны было предложено забрать его домой. Истец (ФИО1) отказалась, так как сын находился в тяжелом состоянии: кожные покровы бледные, артериальное давление низкое (100/60), пульс 110, сильная головная боль, жажда, сухость во рту, заторможенность. Никакой медицинской помощи в приёмном покое, кроме зашивания раны, ФИО2 не получил, анализ крови не был взят. Анализ крови был взят на следующий день (

<

дата>), по результатам анализа: эритроциты 2,7 х 1012 л, гемоглобин 95 г/л (результат анализа крови от 

<

дата> – эритроциты 4,0 х 1012 л, гемоглобин 133 г/л). Полагает, что врач ФИО3 не обратил внимания на клинику, не оценил риск возможных осложнений – таких как отёк головного мозга, кровоизлияние в мозг. По мнению истца, сотрясение головного мозга привело к выраженным функциональным отклонениям в работе центральной нервной системы - потере связи между различными отделами мозга и, как следствие этого, произошло изменение психики: перепады спутанности с раздражительностью и агрессией, больной неадекватно оценивает своё состояние, пытается вскочить, бежать, возможны и судорожные припадки. А при нарастающей клинике отёка мозга (именно это и явилось причиной смерти) развился психоз, характеризующийся расстройством восприятия, памяти, галлюцинациями и бредом, нарушением критики, дезориентацией. Указанные симптомы описаны в неврологическом статусе, когда врач ФИО3 направил ФИО2 через сутки после поступления в больницу в наркологическое отделение, расценив это состояние как алкогольный психоз, не выяснив у родственников, употреблял ли ФИО2 алкоголь. Истец категорически не согласна, что смерть ФИО2 наступила не в результате черепно-мозговой травмы с последующим осложнением в виде отёка головного мозга, а от заболевания – абстинентный синдром с дерилием, вызванный употреблением алкоголя на фоне хронической алкогольной интоксикации (из протокола патологоанатомического вскрытия). Полиорганные изменения, описанные в протоколе патологоанатомического вскрытия (увеличение печени, жировая инфильтрация печени, незначительное увеличение поджелудочной железы, участки очаговой бронхопневмонии, наличие ацетона в крови), полагает, могут иметь место при многих других состояниях, кроме алкогольной интоксикации. В частности, наличие ацетона в крови может быть следствием тяжёлой работы в саду. За последний 8 месяцев он очень похудел с 87 до 65 кг, мало ел из-за перенесённой тяжелой короновирусной инфекции с двусторонней пневмонией в 2021 году и отсутствия многих передних зубов. Занимался протезированием полости рта с февраля 2022 года. Считает, что в ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» ФИО2 своевременно не была оказана должная квалифицированная медицинская помощь, отсутствовало динамическое наблюдение, отсутствовала консультация невролога, не учтены возможные риски и осложнения, осуществлен перевод ФИО2 в другое медицинское учреждение, которое не занимается оказанием помощи при черепно-мозговых травмах. В период нахождения ФИО2 в ОГБУЗ «КОНД», полагает, в работе медицинского учреждения имелись следующие дефекты: отсутствие согласия на лечение в этом отделении и обработку персональных данных; неверно указана степень образования ФИО2; в дневниках ежегодного и почасового наблюдения не прослеживается динамики, записи однотипные (спутанность сознания, больше спит, дезориентирован), что является действием вводимых в больших количествах нейролептиков и транквилизаторов; ежедневно капельно вводилось 500-750 мл жидкости для снятия алкогольной интоксикации, в то время как при нарастающей картине отёка головного мозга нужна была дегидрация для купирования отёка головного мозга. Распространение отёка на ствол мозга привело к его сдавливанию, а там находятся жизненно важные центры кровообращения и дыхания. 

<

дата> в 6 часов реаниматолог зафиксировал остановку сердца и дыхания у ФИО2, отсутствие пульса на периферических и крупных сосудах, артериальное давление не определялось. В ходе реанимационных мероприятий, полагает, необходимо было не только проводить непрямой массаж сердца и в течение полчаса вводить адреналин внутривенно каждые 3-5 мин., но и использовать дефибриллятор, адреналин должен вводиться внутрисердечно. Считает, что смерть ФИО2 наступила в связи с неоказанием ему должной медицинской помощи как в ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», так и в ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер». В связи с такой тяжелой психологической травмой у истца и её мужа значительно ухудшилось состояние здоровья, оба лечились в условиях стационара и реабилитационного кардиологического отделения. В связи со смертью сына из-за ненадлежащего оказания ему медицинской помощи они претерпели нравственные страдания в виде чувства негодования, возмущения, бессилия, боли от утраты близкого человека. Просила взыскать в солидарном порядке с ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» компенсации морального вреда в размере 2000000 руб., по одному миллиону рублей с каждого из ответчиков, взыскать с ответчиков штраф за неудовлетворение законных требований потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО4 уточнила исковые требования, дополнительно просила взыскать с ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» в свою пользу расходы на ритуальные услуги (погребение) в размере 136940 руб.: по 68470 руб. с каждого ответчика. 

В судебном заседании истец ФИО1, её представитель по устному ходатайству ФИО5 исковые требования поддержали в полном объеме, по изложенным в нем основаниям, дополнительно просили учесть, что в истории болезни № ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы" подписи больного ФИО2 подделаны неизвестными лицами (заключение почерковедческой экспертизы № от 

<

дата>), что может указывать на то, что история болезни переписывалась специально для суда после смерти больного. В истории болезни № ОГБУЗ "Костромской областной наркологический диспансер", куда был переведен ФИО2, подпись его или членов его семьи отсутствовала не смотря на то, что во время поступления в стационар больного мы с мужем присутствовали в указанном учреждении. Вместо согласия больного на лечение значится решение врачебной комиссии, но дата, когда это решение принималось, не указана. Полагают, что медицинская карта переписывалась после смерти ФИО2 для суда.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» по доверенности ФИО6 исковые требования не признала, полагала, что в ходе лечения в ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» диагноз ФИО2 был выставлен правильно, своевременно и обоснованно. Диагностические, лечебные и профилактические мероприятия, сроки оказания медицинской помощи соответствовали установленному диагнозу, порядкам, стандартам оказания медицинской помощи, на основании клинических рекомендаций, а также соблюдения обязательных требований к обеспечению качества и безопасности медицинской деятельности. При поступлении в ОГБУЗ ГБ г. Костромы ФИО2 был осмотрен нейрохирургом ФИО3, при поступлении состояние пациента было оценено как средней тяжести, стабильное. Экстренно (в течение 15 минут) было выполнено КТ головного мозга и костей черепа, на момент осмотра данных за костно-травматические изменения не выявлено. После проведенного КТ головного мозга врачом ФИО3 незамедлительно была проведена хирургическая обработка ушибленных ран левой теменной области: в условиях операционной под местной анестезией выполнена ПХО ушибленных ран левой теменной области. Раны омыты 3% раствором перекиси водорода, 0,5 % раствором хлоргексидина, произведено ушивание раны узловыми швами, наложена асептическая повязка. После проведенных мероприятий врачом было предложено два варианта: госпитализация в нейрохирургическое отделение на курс консервативного лечения либо амбулаторное лечение у невролога по месту жительства. Пациентом и родственниками был выбран вариант госпитализации в нейрохирургическое отделение.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Костромской наркологический диспансер» ФИО7 полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению, ранее в письменном отзыве на исковое заявление указали, что в период нахождения пациента ФИО2 в наркологическом стационаре (круглосуточном) медицинская помощь оказывалась ему своевременно, в полном объеме и в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Представитель третьего лица Департамента здравоохранения Костромской области ФИО8 полагала требования не подлежащими удовлетворению.

Третье лицо АО «МАКС-М» явку представителя в судебном заседании участия не обеспечили, извещены надлежащим образом о времени и места рассмотрения дела, в письменном отзыве просили исковые требования удовлеторить в объеме, установленном на усмотрение суда.

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить требования частично и взыскать в пользу истца с ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Ст. 41 Конституции РФ предусматривает, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В ст. 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В п. 21 ст. 2 Федерального "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В силу положений ст. 37 упомянутого закона медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

3) на основе клинических рекомендаций;

4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Исходя из приведенных положений Конституции РФ и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 

<

дата> произошел несчастный случай, в результате которого ФИО2 госпитализирован в ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» с диагнозом: сотрясение головного мозга без открытой внутричерепной раны S06.00. Заключительный клинический диагноз: закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга. Ушибленные раны левой теменной области. Состояние после впервые выявленного генерализованного эпиприпадка. Сопутствующий диагноз: гипертоническая болезнь 3 степени, риск очень высокий. Последствия острого нарушения мозгового кровообращения по геморрагическому типу от августа 2021 года. Алкогольный абстинентный синдром с делирием. 

В ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» ФИО2 находился с 

<

дата> по 

<

дата> ввиду выраженного острого психотического синдрома, агрессивного поведения, с целью определения дальнейшей тактики лечения был произведен экстренный вызов психиатрической бригады и произведен совместный осмотр пациента нейрохирургом, заведующим нейрохирургического отделения и врачом-психиатром. В ходе осмотра принято решение о переводе ФИО2 в ОГБУЗ «Костромской наркологический диспансер» для лечения алкогольного абстинентного синдрома с делирием в соответствии с профилем данного Учреждения.

При поступлении ФИО2 

<

дата> в 11 часов 45 минут в ОГБУЗ "КОНД" клинический основной диагноз ему установлен как "Абстинентное состояние (синдром отмены) тяжелой степени тяжести, вызванное употреблением алкоголя c делирием и судорожными припадками F10.41". Сопутствующий диагноз: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушибленные раны левой теменной области головы и последствия ОНМК по геморрагическому типу, гипертоническая болезнь 3 ст.

<

дата> в 06 часов 30 минут ФИО2 скончался. 

С учетом имеющихся повреждений, в целях исключения подозрений на наличие признаков насильственной смерти, отравление суррогатами алкоголя, признаков потребления наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача в соответствии с порядком проведения судебно-медицинских экспертиз, утвержденным Министерством здравоохранения РФ, ч. 2 ст. 62 Федерального закона от 21.11.201 №323-ФЗ " Об основах охраны здоровья граждан в РФ" тело ФИО2 было направлено на судебно-медицинскую экспертизу для уточнения танатогенеза.

Согласно заключению эксперта №363 от 07.07.2022 ОГБУЗ "Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы" смерть ФИО2 наступила от заболевания - абстинентного состояния тяжелой степени с делирием и судорожным припадком, вызванное употреблением алкоголя на фоне хронической алкогольной интоксикации с полиорганными проявлениями, осложнившиеся в своём течении развитием острой лёгочно-сердечной недостаточности и отёка вещества головного мозга что и явилось непосредственной причиной смерти. Кроме следов от медицинских манипуляций обнаружены следующие телесные повреждения: а) легкая закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга. Данная черепно-мозговая травма опасности для жизни не имеет, причиняет легкий вред здоровью, так как вызывает кратковременное расстройство здоровья, в причинной связи со смертью не состоит. б) кровоподтек правого плеча, кровоподтеки (2) правого предплечья, кровоподтек правой кисти, кровоподтёки левого плеча, кровоподтёки (2) левого предплечья, кровоподтеки (4) левой кисти, кровоподтек правого колена, кровоподтек левого колена, которые опасности для жизни не имеют, вреда здоровью не причиняют

<

дата> следователем Фабричного межрайонного СО г. Костромы СУ СК РФ по Костромской области ФИО9 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО2 на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105, ч. 4 ст.111 УК РФ.

Полагая, что медицинская помощь ФИО2 оказана медицинскими учреждениями не в полном объеме, истец ФИО1 обратилась с заявлением в Медицинскую страховую компанию МАКС-М в г. Костроме для проведения экспертизы качества медицинской помощи её сыну.

Экспертом качества медицинской помощи Медицинской страховой компании МАКС-М в г. Костроме ФИО10 по данному заявлению была проведена проверка, в экспертном заключении (протоколе оценки качестве медицинской помощи) от 

<

дата> установлено, что первичный осмотр ФИО2 проведён не в полном объеме, диагноз не обоснован. У пациента после ЧМТ, общего судорожного припадка с высоким риском развития церебральных осложнений (гипертоническая болезнь, ОНМК в анамнезе, выраженные изменения свертывающей системы крови по данным коагулограммы, повышенным содержанием елка в ликворе 0,42 г/л), психомоторное возбуждение расценено как признак алкогольного делирия, не собран социальный анамнез. Пациент нуждался в динамическом наблюдении нейрохирурга реаниматолога, перевод пациента в наркодиспансер ошибочен, отсутствует КТ или МРТ диагностики в динамике. 

В связи с изложенным, Медицинской страховой компанией МАКС-М в г. Костроме в адрес ОГБУЗ ГБ г. Кострома выдано предписание об оплате штрафа за оказание медицинской помощи ненадлежащего качества в размере 4214 руб. 55 коп. 

Повести экспертизу качества медицинской помощи, оказанной ФИО2 в ОГБУЗ «КОНД», Медицинской страховой компанией МАКС-М в г. Костроме не представилось возможным, поскольку случаи оказания первично медико-санитарной и специализированной медицинской помощи, в том числе в части медицинской помощи при заболеваниях, относящихся к психическим расстройствам и расстройствам поведения, связанным в том числе с употреблением психоактивных веществ, оплачиваются за счет средств областного бюджета и не включены в базовую (территориальную) программу обязательного медицинского страхования (п. 24, п. 40 Постановления Администрации Костромской области от 27.12.2021 №639-а "О программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Костромской области на 2022 год и на плановый период 2023 и 2024 годов"). 

С целью достоверной оценки качества оказания медицинской помощи ФИО2 со стороны ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы" и ОГБУ "КОНД" определением суда от 

<

дата> назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению эксперта №, выполненному ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Ивановской области» дефектов или недостатков в оказании медицинской помощи ФИО2 в НХО ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», ПИТ ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» не имелось. Выявленные недостатки в оформлении медицинской документации не могли повлиять на возникновение, течение и исход основного заболевания. Диагноз «Алкогольный абстинентный синдром с делирием» был выставлен ФИО2 правильно, данное состояние послужило основание для перевода ФИО2 из ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» в ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» для оказания специализированной медицинской помощи по профилю психиатрия-наркология. Степень тяжести у пациента по профилю «Психиатрия-наркология» на момент перевода ФИО2 из ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» в ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» можно расценивать как тяжелое ввиду выраженной психотической сипмтоматики (дезориентация) и психомоторного возбуждения, тахикардии, повышенной температуры тела. Прямая причинно-следственная связь между черепно-мозговой травмой и наступлением смерти ФИО2 не установлена, ввиду того, что при первичной судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО2 очагов ушиба головного мозга не обнаружено, при этом установленное сотрясение головного мозга – это наиболее легкая форма черепно-мозговой травмы, без макроструктурных изменений, которая выраженным и диффузным отеком мозга не осложняется. При легко ЧМТ явления отека мозга не выражены, картины отека мозга не наблюдается и при проведении МСКТ. Клинические проявления в течение 5 дней обычно регрессируют полностью. К выполнению люмбальной пункции у пациента ФИО2 имелись медицинские показания и, в первую очередь, исключение гнойно-воспалительных изменений в ликворе. Люмбальная пункция с выведением минимального количества ликвора не может вызывать или усугубить отек головного мозга, поскольку при проведении люмбальной пункции внутричерепное давление уменьшается. Противопоказанием для люмбальной пункции и выведения значительного количества ликвора является лишь наличие окклюзии ликворопроводяющих путей. 

Судебная экспертиза проведена в соответствии со ст. ст. 79 - 84 ГПК РФ, заключение экспертов соответствуют требованиям ст. 86 ГПК РФ и Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Заключение ОБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы Ивановской области" 370/23 по результатам комиссионной судебно-медицинской экспертизы в судебном заседании содержат подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылки на использованную литературу. Ответы на поставленные судом вопросы являются ясными, полными, последовательным и не допускают неоднозначного толкования.

С учетом наличия заключения комиссии экспертов ОБУЗ «БСМЭ Ивановской области», эксперты которой были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, суд не может принять во внимание выводы экспертного заключения филиала АО «МАКС-М» в г. Костроме о наличии дефектов, выполненного единолично экспертом качества медицинской помощи, поскольку указанной проверки по обращению истца не является установление причинно-следственной связи между дефектами медицинской помощи и причиненным пациенту вредом, в то время как перед комиссией экспертов судом был поставлен ряд вопрос для разрешения, представлены собранные судом материалы дела, медицинская документация из различных медицинских учреждений, показания сторон и свидетелей по делу. 

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" при производстве судебной экспертизы эксперт независим, он не может находиться в какой-либо зависимости (служебной или иной) от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, что создает предпосылку для возможности дачи экспертом объективного, непредвзятого, независимого заключения, используемого в качестве доказательства по делу. Принцип независимости эксперта является важным элементом осуществления экспертной деятельности. Данный принцип опирается на отсутствие коммерческого, финансового интереса и иного давления, которое может оказать влияние на принимаемые решения, на свободу выбора методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с точки зрения эксперта, для изучения данных конкретных объектов экспертизы. 

Закрепленный законодателем принцип независимости эксперта при осуществлении государственной судебно-экспертной деятельности реализуется через определенные гарантии, к которым, в том числе относятся: процедура назначения и производства экспертизы, процессуальная самостоятельность эксперта, возможность отвода эксперта, установленная законом ответственность за оказание воздействия на эксперта. К числу гарантий, призванных укрепить независимость эксперта, относим и запрет для руководителей государственных судебно-экспертных учреждений самостоятельно без согласования с органом или лицом, назначившими судебную экспертизу, привлекать к ее производству лиц, не работающих в данном учреждении (часть 3 статьи 14 Федерального закона).

В ходе рассмотрения дела по инициативе истца был допрошен экспертов ФИО11, который подтвердил выводы, указанные в заключении комиссии экспертов. Дополнительно пояснил, что экспертами подробно исследовались все материалы, представленные судом на экспертизу, привлеченных экспертов было достаточно для дачи ответов на поставленные судом вопросы. Правовая оценка, определение подлинности представленных экспертам медицинских документов, оценка реанимационных мероприятий, а также установление факта употребления либо неупотребления алкоголя умершим, обстоятельств, при которых получены травмы, не входили в компетенцию комиссии экспертов. Эксперты оценивали состояние организма ФИО2, результаты лабораторных исследований, представленные медицинские документы, материалы гражданского дела в совокупности.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, изложенных в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из норм Конституции РФ, Семейного кодекса РФ, положений ст. ст. 150, 151 ГК РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу. 

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст. ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ. 

Согласно п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. 

Пункт 2 статьи 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). 

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. 

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п. 22). 

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26). 

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). 

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. 

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. п. 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч. ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). 

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. 

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. 

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. 

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи. 

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3, 4 абз. 3, 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1"О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина"). 

Оценив, представленные в материалы дела доказательства, суд приходит в выводу об отсутствии факта вины медицинского персонала ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы» и ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» в несвоевременном и ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО2

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств наличия причинной связи между действиями врачей и причиненным пациенту ФИО2 вредом, поскольку наступление смерти ФИО2 не состоит в причинной связи с оказанной ему медицинской помощью, обусловлено характером и тяжестью течения имевшегося у него заболевания.

Ответчиками медицинская помощь ФИО2 оказывалась ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» надлежащим образом, в полном объеме, своевременно, с соблюдением общепризнанных стандартов, методик, протоколов ведения больных, что подтверждается пояснениями допрошенных в суде в качестве свидетелей медицинских работников ФИО3, ФИО12, ФИО13, ФИО14, заключением комиссии экспертов №№, которое содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылки на используемую литературу, иными материалами дела, в связи с чем оснований для взыскания компенсации морального вреда в связи с оказанием ФИО2 медицинской помощи, повлекшей причинение ему смерти, с ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», ОГБУЗ «КОНД» не имеется.

Вместе с тем, в силу ст. 22 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Информация о состоянии здоровья предоставляется пациенту лично лечащим врачом или другими медицинскими работниками, принимающими непосредственное участие в медицинском обследовании и лечении.

Пациент либо его законный представитель имеет право непосредственно знакомиться с медицинской документацией, отражающей состояние его здоровья, в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, и получать на основании такой документации консультации у других специалистов.

Необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи (ч. 1 ст. 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии с ч. 7 ст. 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства содержится в медицинской документации гражданина и оформляется в том числе в виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином, одним из родителей или иным законным представителем, медицинским работником.

Заключением эксперта ФБУ «Ярославская ЛСЭ Минюста России» № от 

<

дата>, выполненном на основании определения суда, установлено, что подписи от имени ФИО2 в информированном добровольном согласии на отдельные виды медицинских вмешательств от 

<

дата> и согласие с общим планом лечения от 

<

дата> выполнены не ФИО2, а другим лицом. 

Таким образом, при оказании медицинской помощи ФИО2 медицинскими работниками ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы" были допущены дефекты ведения медицинской документации, при этом наступление смерти ФИО2 не находится в прямой причинно-следственной связи с лечением, назначенным и проводимым медицинскими работниками, однако данное обстоятельство не является основанием для освобождения ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы" от ответственности за допущенные дефекты при оказании медицинской помощи, в связи с чем, учитывая характер выявленных дефектов при оказании ФИО2 медицинской помощи, его состояние здоровья, характер допущенных нарушений, которые не повлеки причинение вреда здоровью ФИО2, его возраст, отдельное, самостоятельное проживание от матери, которая является истцом по настоящему делу, характер и степень нравственных страданий, причиненных истцу, обстоятельства настоящего дела, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу ФИО4 с ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы" компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.

Установив отсутствие в информированном добровольном согласии при поступлении ФИО2 в ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы" его подписи, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда с ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы", поскольку медицинская документация является доказательством при разрешении конфликтов между пациентом и врачом, пациентом и медицинской организацией. В ней аккумулируется информация о состоянии пациента, проведенных лечебно-диагностических мероприятиях. Именно медицинская документация позволяет ознакомиться с выполненными медицинскими вмешательствами, основаниями для их проведения (обоснование клинического диагноза, записи осмотров и консилиумов врачей-специалистов, показания и противопоказания к медицинскому вмешательству и др.), проанализировать процесс оказания медицинской помощи пациенту и соблюдение всех необходимых требований, поэтому за недостатки в оформлении вышеупомянутой медицинской документации, которые не привели к причинению вреда здоровью истца.

Определяя размер указанной компенсации в 30000 руб., суд исходит из необратимости и тяжести такого события как смерть близкого человека, но при этом принимает во внимание отсутствие причинно-следственной связи между лечением, проводимым ФИО2 в ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы", и его смертью. 

Поскольку между дефектами оформления медицинской документации ФИО2 и наступившей смертью причинно-следственная связь отсутствует, ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы" не является лицом, ответственным за вред, вызванный смертью ФИО2 

Следовательно, оснований для взыскания с данного ответчика расходов на погребение ФИО2, не имеется. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, с ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница г. Костромы» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в большем размере, а также предъявленных к ОГБУЗ «Костромской областной наркологический диспансер» отказать.

Взыскать с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница г. Костромы» в пользу бюджета городского округа г. Костромы 300 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца с момента изготовления полного текста решения суда в Костромской областной суд через Свердловский районный суд города Костромы.

Судья М.А. Шершнева

Мотивированный текст решения изготовлен 

<

дата>.