РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 февраля 2018 года Центральный районный суд г.Тольятти Самарской области в составе:

председательствующего судьи Германовой С.В.,

при секретаре ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «Тольяттинская городская клиническая больница № имени ФИО5», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «Тольяттинская станция скорой медицинской помощи» о компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО3 обратился в суд с иском к ответчикам Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «Тольяттинская городская клиническая больница № имени ФИО5» (далее ГБУЗ СО «ТГКБ №»), Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «Тольяттинская станция скорой медицинской помощи» (далее ГБУЗ СО «ТССМП») и, уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчиков в счет компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, - 5 100 000 руб. с каждого (л.д.114 т.1).

Свои требования мотивировал тем, что его мать ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ СО «ТССМП» была госпитализирована в ГБУЗ «ТГКБ №», где в ночь на ДД.ММ.ГГГГ скончалась. 

<

данные изъяты>

Истец полагает, что при поступлении ФИО2 в больницу было неверно диагностировано ее заболевание, несвоевременно оказана медицинская помощь, в связи с отказом ГБУЗ СО «ТССМП» ДД.ММ.ГГГГ в госпитализации, в виду чего было упущено время, что привело к ухудшению состояния и в итоге привело к смерти. Он, истец, испытывает нравственные и физические страдания.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО6 поддержал исковые требования, пояснил, что некачественность оказанных услуг выразилась в том, что пациенту был поставлен диагноз - острое нарушение мозгового кровообращения, тогда как умер он от ботулизма; применялись препараты, противопоказанные данной категории пациентов. Пациенту оказывались не те медицинские услуги, давали не те препараты, в результате чего наступила смерть.

Также представитель отметил, что выводы заключения судебной экспертизы противоречат акту экспертизы качества медицинской помощи (целевой) № от ДД.ММ.ГГГГ, составленному экспертом АО «

<

данные изъяты>», акту экспертизы качества № от ДД.ММ.ГГГГ медицинской помощи ФИО2 по оценке качества медицинской помощи, оказанной ГБУЗ СО «ТССМП» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, а также акту экспертизы качества медицинской помощи (целевой) №И-1 от ДД.ММ.ГГГГ по оценке качества медицинской помощи ФИО2 ГБУЗ СО «ТГКБ №» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Полагает, что состав комиссии при производстве судебной экспертизы был недостаточен, поскольку в нее не входил специалист по профилю «Скорая медицинская помощь», что вызывает сомнения в части выводов экспертов по оценке действий/бездействий скорой медицинской помощи – ГБУЗ СО «ТССМП». Судебными экспертами не дана оценка противоречиям в описании состояния больной ФИО2, содержащимся в медицинских картах больной, в том числе оформленной сотрудниками скорой медицинской помощью. Последние неполно собрали эпидемиологический анамнез. Таким образом, вызывают сомнения выводы судебной экспертизы об отсутствии дефектов оказания медицинской помощи ответчиком ГБУЗ СО «ТССМП». На основании изложенного, ходатайствовал о назначении повторной судебной экспертизы с целью устранения выявленных противоречий. Ответчик ГБУЗ СО «ТССМП» допустил следующие дефекты оказания медицинской помощи: 

- дефект диагностики – неполно собран анамнез ДД.ММ.ГГГГ, не установлены имевшиеся у больной клинические признаки ботулизма, одним из которых является «гастроинтестинальный синдром в виде тошноты и рвоты»;

- не осуществлена ДД.ММ.ГГГГ срочная госпитализация больной в инфекционный стационар при наличии признаков «гастроинтестинальный синдром в виде тошноты и рвоты»;

- дефект диагностики – неполно собран анамнез ДД.ММ.ГГГГ, не установлены имевшиеся у больной с обеда ДД.ММ.ГГГГ клинические признаки ботулизма, одним из которых является «гастроинтестинальный синдром в виде тошноты и рвоты»;

- дефект диагностики – неполно собран анамнез ДД.ММ.ГГГГ, не установлено в анамнезе «затруднение глотания», что является клиническим критерием диагностики ботулизма по признаку «Симметричного и двустороннего поражения ядер двигательных черепно-мозговых нервов»;

- не осуществлена ДД.ММ.ГГГГ срочная госпитализация больной в инфекционный стационар, при наличии признаков в анамнезе «затруднение глотания», что является клиническим критерием диагностики ботулизма по признаку «Симметричного и двустороннего поражения ядер двигательных черепно-мозговых нервов».

Таким образом, истец полагает, что экспертное заключение составлено необъективно и не всесторонне, заключение содержит противоречия. Проведенная экспертиза не отвечает требованиям ст.8 ФЗ от 31.05.2001 г. №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Кроме того, выводы экспертов относительно непредотвратимости летального исхода и отсутствия шансов у ФИО2на выздоровление, не мог быть предрешенным фактом, поскольку с момента появления первых симптомов заболевания (ДД.ММ.ГГГГ) и смертью (ДД.ММ.ГГГГ) прошло 4 дня, за которые, при условии качественно оказанной помощи, была возможность своевременно диагностировать ботулизм и начать показанное лечение в условиях инфекционного стационара. 

В рассматриваемом случае медицинская помощь ФИО2 была оказана некачественно, несвоевременно, при допущении дефектов диагностики, отсутствовало показанное лечение (своевременное введение противоботулинической сыворотки). Таким образом, указание на непредотвратимость летального исхода недопустимо при отсутствии показанного лечения.

Представители ответчика ГБУЗ СО «ТГКБ №» по доверенности ФИО7 и ФИО8 против удовлетворения исковых требований возражали, пояснили, что отсутствует причинно-следственная связь между действиями врачей и наступлением летального исхода. 

<

данные изъяты>

Представитель ответчика ГБУЗ СО «ТССМП» по доверенности ФИО9 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, в обоснование пояснила, что в ходе судебного разбирательства установлено отсутствие рвоты как признака ботулизма ДД.ММ.ГГГГ на момент выполнения вызова скорой медицинской помощи. Неотягощенный эпидемиологический анамнез в совокупности с жалобами пациента, данными осмотра и уровнем давления стали основой для постановки ДД.ММ.ГГГГ диагноза «

<

данные изъяты>». 

<

данные изъяты> Факт госпитализации подтверждает правильность принятого решения. Отсутствие дефектов оказания скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ подтверждено актом экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ №, а также выводами судебной экспертизы. 

Третье лицо АО «

<

данные изъяты>» о времени и месте слушания дела извещено надлежащим образом, представитель в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела в его отсутствии не просил, возражений не представил.

Изучив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив доводы сторон, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, находит иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям:

В силу ст. 41 Конституции РФ, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь; медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В соответствии со ст. 66 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан, в случаях причинения вреда здоровью граждан виновные обязаны возместить потерпевшим ущерб в объеме и порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Положения ч.3 Федерального закона от 21.11.2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» устанавливают, что вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещаются медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из смысла указанных норм права следует, что для применения предусмотренной ими ответственности необходимо наличие состава правонарушения, который включает в себя наличие вреда и доказанность его размера, противоправность действий и вину причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между действиями ответчика и возникшими у истца неблагоприятными последствиями.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные ст.1100 ГК РФ.

Из материалов дела видно, что ДД.ММ.ГГГГ родственниками ФИО2 был осуществлен вызов бригады «Скорой помощи», ФИО2 предъявляла жалобы на головокружение, дискомфорт в голове, пошатывание при ходьбе, ухудшение состояния в течение дня. Выставлен диагноз «

<

данные изъяты>». После оказанной медицинской помощи состояние больной улучшилось, артериальное давление снизилось, самочувствие улучшилось, в связи с чем госпитализация не потребовалась. Медицинским работником были даны рекомендации по наблюдению у участкового терапевта.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, почувствовав ухудшения самочувствия в виде нарушения речи, опущения век обоих глаз, головокружение, слабость во всем теле, бригадой скорой помощи после обследования и оказания необходимой помощи была доставлена в приемное отделение ГБУЗ СО «ТГКБ №» с диагнозом «

<

данные изъяты>». 

В ГБУЗ СО «ТГКБ №» ФИО2 обследовалась, проведены инструментальные исследования, лабораторные исследования, консультации специалистов.

ДД.ММ.ГГГГ во время проведения МРТ головного мозга у ФИО2 произошла остановка дыхания, проводились реанимационные мероприятия, после которых пациентка была доставлена в 

<

данные изъяты> в экстренном порядке.

ДД.ММ.ГГГГ после консультации инфекциониста установлено, что клиническая картина соответствует клинике ботулизма, учитывая тяжесть состояния больной, введение противоботулинистической сывовротки нецелесообразно. 

ДД.ММ.ГГГГ в 00.00 часов констатирована биологическая смерть пациента.

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ, основное заболевание умершей ФИО2 «

<

данные изъяты>» (л.д.16 т.1).

Истец, заявляя исковые требования о компенсации морального вреда, указал в обоснование требований на некачественное оказание медицинских услуг врачами ГБУЗ СО «ТГКБ №» и ГБУЗ СО «ТССМП», вследствие чего ФИО2 умерла.

В соответствии с картой вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 вызвана бригада «Скорой помощи» в связи с жалобами «внезапно парализовало». По прибытии скорой помощи на место вызова зафиксированы жалобы на головокружение, дискомфорт в голове, пошатывание при ходьбе, ухудшение в течение дня. Выставлен диагноз «

<

данные изъяты>». Оказана медицинская помощь и даны рекомендации наблюдения у участкового терапевта (л.д.32 т.1).

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 вызвана бригада «Скорой помощи» в связи с жалобами «внезапно парализовало». По прибытии скорой помощи на место вызова зафиксированы жалобы на нарушение речи, опущение век обоих глаз, головокружение, слабость во всем теле. Данная симптоматика появилась ДД.ММ.ГГГГ в 6.00 часов. Выставлен диагноз «

<

данные изъяты>». Оказана медицинская помощь и ФИО2 госпитализирована в ГБУЗ СО «ТГКБ №» (л.д.33 т.1).

Таким образом, жалобы на тошноту и рвоту у ФИО2 бригаде «Скорой помощи» отсутствовали.

Согласно протоколу ГБУЗ СО «ТГКБ №» совместного осмотра с заведующим отделением от ДД.ММ.ГГГГ в 08.44 час. пациента ФИО2 зафиксированы жалобы на невозможность открыть глаза, нечеткость зрения, нарушение речи, умеренную головную боль диффузного характера, тошноту и рвоту. Дата начала болезни ДД.ММ.ГГГГ Заболела остро, ДД.ММ.ГГГГ во второй половине дня, возникла головная боль, нечеткость зрения, рвота. Была осмотрена врачом БСМП на дому, оказана мед. Помощь по поводу повышения АД, затем оставлена дома. У больной была многократная рвота (как минимум 5 раз). На следующий день отметила невозможность самостоятельного открытия глаз, несколько раз повторилась рвота. Утром ДД.ММ.ГГГГ нарушилась речь, затруднение глотания. Доставлена в ГБ №, госпитализирована по экстренным показаниям. 

Эпидемиологический анамнез: в течение последних двух недель употребляла в питании продукты домашнего консервирования (кабачки, помидоры) вместе с мужем, нарушения органолептических свойств не отмечала. У мужа никаких проявлений заболевания нет.

Диагноз: 

<

данные изъяты>. Диагноз установлен на основании жалоб, анамнеза заболевания, данных физикального осмотра, данных лабораторных исследований, данных инструментальных исследований (л.д.43 т.1).

Из акта экспертизы качества медицинской помощи (целевой) № от ДД.ММ.ГГГГ, составленного экспертом качества медицинской помощи ФИО10 по поручению МСК Филиала АО «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>, следует, что ГБУЗ СО «ТГКБ №» допущены следующие дефекты медицинской помощи за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: недооценка динамики развития заболевания, цикличности появления типичных для ботулизма симптомов, эпиданамнеза, глазодвигательных и бульбарных расстройств при сохранении чувствительности и двигательной сферы, несоответствие клиники заболевания и данных КТ привели к постановке диагноза «

<

данные изъяты>»; отказ от введения сыворотки способствовал прогрессированию заболевания (л.д. 67, 68-71 т.1).

Врачебная комиссия ГБУЗ СО «ТГКБ №», не согласившись с вышеуказанным заключением, ходатайствовала перед ТФ ОМС 

<

адрес> о проведении экспертизы качества медицинской помощи с применением мультидисциплинарного подхода, привлечением в качестве экспертов качества медицинской помощи врача-инфекциониста и врача-невролога для объективизации значимости ошибок оказания медицинской помощи ФИО2 в ГБУЗ СО «ТГКБ №».

Из акта экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, составленного экспертом качества медицинской помощи ОАО «

<

данные изъяты>» ФИО11, следует, что дефектов оказания ГБУЗ СО «ТССМП» качества оказанной ДД.ММ.ГГГГ медицинской помощи не выявлено. Согласно экспертному заключению эксперта качества медицинской помощи ОАО «

<

данные изъяты>» ФИО11, ошибок в диагнозе, лечении, преемственности и их негативных последствий не выявлено, в связи с чем дано заключение, что диагноз «

<

данные изъяты>.» рубрифицирован и отражает ведущий патологический синдром. Оказание медицинской помощи соответствует стандарту оказания скорой медицинской помощи при повышенном кровяном давлении. Вызов обоснован. Состояние пациентки прямой явной угрозы жизни не представляло, после оказания помощи состояние улучшилось – артериальное давление снизилось. Медицинская эвакуация не требовалась. Преемственность соблюдена, передано сообщение для активного посещения участковым терапевтом в поликлинику по территориальности. Наиболее значимые ошибки, повлиявшие на исход заболевания, отсутствуют (л.д. 86, 87-88 т.1).

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного экспертом качества медицинской помощи ОАО «

<

данные изъяты>» ФИО11, дефектов оказания ГБУЗ СО «ТССМП» качества оказанной ДД.ММ.ГГГГ медицинской помощи не выявлено. Согласно экспертному заключению эксперта качества медицинской помощи ОАО «

<

данные изъяты>» ФИО11, ошибок в диагнозе, лечении, преемственности и их негативных последствий не выявлено, в связи с чем дано заключение, что диагноз «

<

данные изъяты>» рубрифицирован и отражает ведущий патологический синдром. Оказание медицинской помощи соответствует стандарту оказания скорой медицинской помощи при остром нарушении мозгового кровообращения. Вызов обоснован. Преемственность соблюдена, выполнена медицинская эвакуация на носилках в дежурное неврологическое отделение. Наиболее значимые ошибки, повлиявшие на исход заболевания, отсутствуют (л.д. 89, 90-91 т.1).

Из акта экспертизы качества медицинской помощи (целевой) №№ от ДД.ММ.ГГГГ, составленного экспертом АО «

<

данные изъяты>» ФИО12, следует, что выявлены следующие дефекты медицинской помощи ГБУЗ СО «ТГКБ №» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: пациентке, которой при поступлении высказали подозрение на ботулизм, миастению, не проведен консилиум, не вызваны терапевт, инфекционист. При подозрении на миастению не проведена прозериновая проба, с решением вопроса о назначении антихолиностеразных препаратов или наличии противопоказаний для такой терапии. Данные выводы согласуются с экспертным заключением эксперта качества медицинской помощи АО «

<

данные изъяты>» ФИО12, которым также установлено, что прогностически благоприятный прогноз сомнителен, т.к. пациентка поступила в тяжелом, практически терминальном состоянии (л.д.97, 98-99 т.1).

Судом в качестве свидетеля допрошена ФИО13 (соседка умершей ФИО2), в качестве специалистов - врач выездной бригады «скорой помощи» ФИО14 и фельдшер выездной бригады «скорой помощи» ФИО15, врач-невролог ГБУЗ СО «ТГКБ №» ФИО16 и заведующая неврологическим отделением ГБУЗ СО «ТГКБ №» ФИО17 (л.д. 117-122 т.1).

Свидетель ФИО13 пояснила, что ФИО2 пришла к ней ДД.ММ.ГГГГ в девятом часу вечера, точное время не помнит. 

<

данные изъяты> 

Также свидетель ФИО13 суду пояснила, что 

<

данные изъяты>

Специалист ФИО15 суду пояснила, что 

<

данные изъяты>

Также ФИО15 пояснила, что она понимала речь ФИО2, поскольку разговаривала непосредственно с ней. Пациентка была в сознании, контактна, отвечала на поставленные вопросы, речь была невнятная, ей было тяжело выговаривать слова, но она ее понимала. О том, что ФИО2 употребляла колбасу, ей не было сообщено. 

Специалист ФИО16 в судебном заседании пояснила, что она приняла пациентку ФИО2, которая с ней разговаривала самостоятельно, что также необходимо для оценки состояния больного. Пациентка ей сообщила, что ей плохо 3-ий день, у нее слабость, ДД.ММ.ГГГГ перестали открываться глаза. При этом, об отравлении, рвоте не сообщалось, при поступлении и нахождении ФИО2 в приемном покое рвота отсутствовала. Симптом –закрытый веки может проявляться как при ботулизме, так и при ишемии. После того как ФИО2 сделали КТ, ее подняли наверх, где ее встречал другой доктор.

Специалист ФИО17 суду пояснила, что 

<

данные изъяты> 

Между тем, ФИО17 пояснила, что беседовала с истцом трижды, о сообщении сведений об отравлении не помнит.

Согласно стенограмме фрагмента записи вызова скорой помощи ДД.ММ.ГГГГ в числе жалоб ФИО2 жалобы на рвоту, тошнот не озвучивались.

Согласно стенограмме фрагмента аудиозаписи вызова скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, вызов осуществлен супругом ФИО2, который в числе жалоб на состояние здоровья последней указывает на рвоту в неутвердительной форме и на отравление в форме предположения.

Таким образом, проанализировав вышеуказанные обстоятельства дела, учитывая пояснения свидетеля и специалистов, установлено, что непосредственно бригаде «скорой помощи» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ такие симптомы заболевания как тошнота и рвота больной ФИО2 и ее родственниками не заявлялись. Вместе с тем, в протоколе совместного осмотра с заведующим отделением от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.43 т.1), подписанного зав. отделением ФИО17, указано на жалобы пациента ФИО2, в том числе, ДД.ММ.ГГГГ – рвота, после оказания помощи БСМП – многократная рвота, тогда как ФИО17 в судебном заседании не смогла прояснить указанные обстоятельства. Кроме того, ФИО2 и ее родственниками не выполнены рекомендации от ДД.ММ.ГГГГ по наблюдению у участкового терапевта.

На основании изложенного, исходя из характера заявленных требований, предмета спора, в целях всестороннего и полного установления обстоятельств дела, устранения выявленных противоречий, судом по ходатайству стороны истца была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, которая была поручена ГБУЗ «

<

данные изъяты>» МЗ 

<

адрес>.

В силу ст.79 ГПК РФ суд назначает экспертизу при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла.

Согласно заключению эксперта №, производство которой выполнено в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, комиссия в соответствии с поставленными вопросами пришла к следующим выводам:

По данным представленных медицинских документов точную дату заражения ФИО2 ботулотоксином установить не представляется возможным. Впервые сведения об употреблении продуктов домашнего консервирования зафиксированы ДД.ММ.ГГГГ при поступлении в стационар, при этом указано, что употреблялись продукты в течение последних двух недель. Также из анамнеза не удалось установить при употреблении каких конкретно продуктов ФИО2 могла инфицироваться. 

Учитывая основной заключительный диагноз «Ботулизм, глазная и бульбарная форма, тяжелое течение», госпитализация ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ требовалась в инфекционный стационар, для лечения – введения максимально быстро сыворотки для нейтрализации циркулирующего токсина в крови и для проведения мероприятий, направленных на предотвращение возможности реализации токсинообразования in vivo (внутри организма), на максимально быстрое выведение токсина из организма. Однако, основных, «опорных» жалоб на рвоту не указано (есть только в исковом заявлении истца), нет также и указаний на употребление в пищу продуктов, которые могли указать на возможность возникновения ботулизма.

В представленной карте вызова № (№) от ДД.ММ.ГГГГ, медицинским работником обоснованно зафиксировано, что эпидемиологический анамнез не отягощен. К сожалению, правильная постановка диагноза на данном этапе была невозможна. Исходя из жалоб больной и ее окружающих, собранного анамнеза жизни, данных осмотра, измерения артериального давления, медицинский работник выставил правильный диагноз «

<

данные изъяты>». После оказанной медицинской помощи самочувствие ФИО2 улучшилось, артериальное давление снизилось, показаний для госпитализации на данном этапе оказания медицинской помощи не было.

Однако, медицинским работником были даны рекомендации по наблюдению у участкового терапевта, которые больная ФИО2 и ее родственники проигнорировали (в представленной амбулаторной карте последняя запись датирована ДД.ММ.ГГГГ, каких-либо записей обращений за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в амбулаторной медицинской карте нет).

Госпитализация ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ требовалась в инфекционный стационар (отделение, больницу) по причинам указанным выше (для оказания быстрой этиотропной, патогенетической и симптоматической помощи), но стала невозможной из-за трудностей диагностики, и опять же, при отсутствии указаний на продукты, которые указывают на возможность возникновения ботулизма. Как и в предыдущей карте вызова от ДД.ММ.ГГГГ отсутствовали жалобы на рвоту, не было также и указаний на употребление в пищу продуктов, которые могли указывать на возможность возникновения ботулизма. Медицинским работником было обоснованно зафиксировано, что эпидемиологический анамнез без особенностей. Учитывая имеющиеся неврологические симптомы: глазодвигательные и бульбарные расстройства, характерные для острого нарушения мозгового кровообращения в врертебробазилярном бассейне, ишемического поражения ствола головного мозга, отсутствие каких-либо жалоб и данных объективного обследования, указывающих на какую-либо инфекционную патологию, а также состояние больной, медицинским работником был обоснованно выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, а также было принято верное решение о госпитализации ФИО2 в неврологическое отделение ДД.ММ.ГГГГ 

В процентах и долях вероятность достоверности установления предварительного диагноза ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не устанавливается. Учитывать при оценке правильности осмотра и сбора анамнеза нужно не протокол лечения ботулизма, а именно тот предварительный диагноз, который был выставлен больной (по данным представленной медицинской документации). 

Дефектов оказания медицинской помощи на этапе оказания скорой медицинской помощи ГБУЗ «Тольяттинская станция скорой медицинской помощи» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ экспертной комиссией не выявлено.

Также эксперты по поставленным стороной истца вопросам пришли к следующим выводам:

При поступлении в стационар ФИО2, учитывая анамнез заболевания, общий осмотр, данные неврологического статуса, данные компьютерной томографии, был обоснованно выставлен диагноз острое нарушение мозгового кровообращения в вертебробазилярном бассейне по ишемическому типу от ДД.ММ.ГГГГ Глазодвигательные и бульбарные нарушения. Врачом было отмечено о необходимости дифференцировать выставленный диагноз с острым демиелинизирующим заболеванием, миастенией, ботулизмом.

При поступлении ботулизм был заподозрен, однако не было проведено достаточного обследования для проведения его диагностики.

При заподозренном ботулизме необходима была консультация врача-инфекциониста. В медицинских документах имеется запись от ДД.ММ.ГГГГ в 12.30 о том, что по телефону проведена консультация с инфекционистом. 

Наличие сообщенного эпидемиологического анамнеза, а именно употребления овощей домашнего консервирования совместно с мужем, который чувствует себя здоровым, не должно было исключать диагноз ботулизм на второй план, так как далеко не всегда заболевают все люди, принимавшие зараженную пищу.

Также не было проведено достаточно обследования для проведения дифференциальной диагностики с такими заболеваниями как миастения, демиелинизирующее заболевание (для диагностики демиелинизирующего заболевания необходимо было проведение МРТ (магнитно-резонансная томография) головного мозга при поступлении, чего сделано не было.

Для диагностирования миастении применяется электромиография, фармакологический и иммунологический тесты, компьютерная томография, с помощью которой исследуются органы переднего средостения). В представленной документации данных обследования нет.

Учитывая диагностически сложный случай, необходимо было провести консилиум специалистов при поступлении, для наиболее точного выбора тактики дальнейшей диагностики и лечения.

Таким образом, изучив все представленные документы, материалы гражданского дела, данные предоставленных результатов лечения, комиссия пришла к выводу, что в ходе оказания медицинской помощи ФИО2 на этапе стационарного лечения в ГБУЗ СО «ТГКБ № имени ФИО5» были допущены дефекты:

Обследование проведено не в полном объеме:

- отсутствует консультация врача-инфекциониста при поступлении, которая была необходима с целью исключения диагноза ботулизм. В медицинских документах имеется лишь запись от ДД.ММ.ГГГГ в 12.30 о том, что по телефону проведена консультация с инфекционистом.

- не в полном объеме проведены инструментальные методы обследования: проведение МРТ (магнитно-резонансной томографии) головного мозга необходимо было при поступлении для диагностики демиелинизирующего заболевания; не проведены: электромиография, фармакологического и иммунологический тест, компьютерная томография органов переднего средостения, которые необходимы для диагностирования миастении.

В представленной документации данных обследований нет.

Организационные дефекты:

- отсутствие консилиума специалистов при поступлении больной, который необходимо было провести, учитывая диагностически сложный случай;

- наблюдение и мониторинг состояния больных в отделении анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии необходимо проводить не реже 1 раза в 4 часа, согласно приказу Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 г. №928н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения» п.29. В БРИТ (блок реанимации и интенсивной терапии) неврологического отделения ФИО2 наблюдалась с 08.44 ДД.ММ.ГГГГ до 11.20 ДД.ММ.ГГГГ, когда в кабинет МРТ был вызван дежурный реаниматолог. Надо отметить, что находясь в БРИТ, наблюдение больной проводилось реже 1 раза в 4 часа, о чем свидетельствуют дневниковые записи (ДД.ММ.ГГГГ 13.30, 19.00, 01.00, 07.00).

В отделение анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии ФИО2 доставили ДД.ММ.ГГГГ в 11.30 в экстренном порядке, без сознания в коме III. Следующая запись датируется этим же числом в 15.00, далее в 18.00, и спустя пять с половиной часов в 23.30.

3. Дефекты оформления документации:

- не указано время проведения МРТ головного мозга ДД.ММ.ГГГГ;

- в записи от ДД.ММ.ГГГГ 12.30 при совместном осмотре с заведующим отделением отмечено, что сознание (оценка по ШКГ): 15 баллов – сознание ясное. Ранее же написано, что в 11.30 без сознания, в коме III ФИО2 была доставлена в ОАРИТ в экстренном порядке.

Выявленные дефекты оказания медицинской помощи на этапе стационарного лечения в ГБУЗ СО «ТГКБ № имени ФИО5», не повлияли на ухудшение здоровья ФИО2, приведшее к неблагоприятному исходу.

Особенностью случая является то, что поставить диагноз при появлении первых симптомов заболевания у данной пациентки не представлялось возможным, учитывая жалобы больной и ее окружающих, собранный анамнез и эпидемиологический анамнез, данные осмотра, измерения артериального давления. Также было упущено время в течение следующих суток (ДД.ММ.ГГГГ), когда состояние здоровья ФИО2 стремительно ухудшалось, ею и ее родственниками проигнорированы рекомендации медицинского работника по обращению к участковому терапевту. Хотя и на данном этапе, введение противоботулинической сыворотки не гарантировало благоприятный исход. Именно оказание специфической помощи ДД.ММ.ГГГГ – введение противоботулинической сыворотки, могло дать шанс на более благоприятный исход. Дальнейшие попытки введения противоботулинической сыворотки уже были бы неэффективными.

Соответственно всему вышесказанному, комиссия пришла к выводу, что диагноз ботулизм своевременно диагностирован не был, не проводилась его адекватная терапия, и случай имел непредотвратимый летальный исход. ФИО2 поступила в тяжелом, даже угрожаемом жизни состоянии, и введение противоботулинической сыворотки уже было бы неэффективным. 

Комиссией также отмечено, что даже в случае недопущения дефектов оказания медицинской помощи на этапе стационарного лечения в ГБУЗ СО «ТГКБ № имени ФИО5», учитывая тяжесть состояния ФИО2, шансов на благоприятный исход – ее выздоровление, не оставалось.

Исследование комиссией экспертом производилось при изучении и анализе следующих медицинских документов: карты вызова скорой медицинской помощи № (219905) от ДД.ММ.ГГГГ, карты вызова скорой медицинской помощи № (220697) от ДД.ММ.ГГГГ, медицинской карты № стационарного больного из ГБУЗ СО «ТГКБ №» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ 00.00 на имя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, медицинской карты амбулаторного больного ФИО2, протокола видеоселекторной конференции ДД.ММ.ГГГГ, протокола заседания врачебной комиссии по экспертизе качества и безопасности оказания медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, протокола клинико-анатомической конференции от ДД.ММ.ГГГГ, заключения комиссии по изучению летальных исходов от ДД.ММ.ГГГГ А также на основании материалов гражданского дела, в том числе с учетом пояснений лиц, участвующих в деле.

Не доверять заключению судебной экспертизы у суда оснований не имеется, поскольку данное экспертное заключение проверено судом, принимается во внимание в качестве надлежащего доказательства, поскольку оно является полным и мотивированным. Эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, ответы на постановленные вопросы являются последовательными и достаточно обоснованными. При этом обоснованные возражения относительно данного заключения сторонами не заявлены, доказательств неправомерности изложенных в нем выводов материалы дела не содержат. Заключение не противоречит пояснениям сторон в части фактических обстоятельств спора, согласуется с представленными письменными доказательствами по делу. Квалификация, опыт и профессиональная подготовка экспертов у суда сомнений не вызывают. Отводов экспертам сторонами не заявлялось. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение судебной медицинской экспертизы согласуется с иными доказательствами собранными по делу, объективными обстоятельствами дела.

Членами комиссии экспертов оценка полученной совокупности сведений проводилась с позиции относимости их к предмету исследования, достоверности и допустимости их использования, с объективной достаточности для ответов на поставленные вопросы и обоснования экспертных выводов.

Таким образом, доводы стороны истца об отсутствии в составе членов комиссии при производстве экспертизы отсутствовал специалист врач с сертификатом специалиста по профилю «Скорая медицинская помощь», суд признает несостоятельным.

При этом, ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения 

<

адрес> имеет лицензию на осуществление судебно-медицинской деятельности от ДД.ММ.ГГГГ № №.

Факт несогласия ответчика с результатами судебной автотехнической экспертизы не является установленным законом основанием для назначения повторной экспертизы.

Иных доказательств, позволяющих суду усомниться в правильности проведенного исследования и достоверности приведенных в заключении судебной экспертизы выводов, истец не представил.

При проведении экспертизы изучены все необходимые для ответов на поставленные вопросы материалы дела.

Сомнений в правильности и обоснованности заключения судебной экспертизы не вызывают, противоречий не содержат.

Оценка заключения экспертизы со стороны истца носит субъективный характер, не является профессиональной и потому не может быть принята во внимание судом, поскольку суд не обладает специальными знаниями в указанной выше сфере экспертной деятельности.

Кроме того, стороны не возражали относительно кандидатур данных экспертов, отвод им не заявили.

При этом, следует отметить, что дефекты оказания медицинской помощи ответчиком ГБУЗ СО «ТССМП» экспертами не выявлены, материалами дела не установлены.

Согласно ст.1095 ГК РФ вред, причиненный здоровью гражданина вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

Согласно ст.3 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Для признания факта некачественного оказания медицинских услуг должны быть представлены доказательства, не только подтверждающие наличие дефектов в оказании медицинской помощи пациенту и причинение медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных последствий, но и установление наличия прямой причинно-следственной связи между действиями работников медицинской организации по оказанию медицинской помощи пациенту и причинение вреда здоровья пациента (наступление смерти).

Граждане РФ на основании ст.6 Закона «О медицинском страховании граждан в Российской Федерации» имеют право на получение медицинских услуг, соответствующих по объему и качеству условиям договора медицинского страхования, который содержит перечень медицинских услуг, входящих в территориальную программу, а также на предъявление иска к учреждениям здравоохранения, в том числе и на материальное возмещение ущерба в случае причинения вреда здоровью вследствие ненадлежащего качества оказания медицинской и лекарственной помощи, а также условий предоставления медицинской и лекарственной помощи независимо от того, предусмотрено это или нет в договоре медицинского страхования.

Медицинские учреждения в соответствии с законодательством Российской Федерации и условиями договора несут ответственность за объем и качество предоставляемых медицинских услуг (ст.27 Закона «О медицинском страховании граждан в Российской Федерации»).

В соответствии со ст. 98 Федерального закона №323 от 21 ноября 2011 года «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из содержания приведенных выше правовых норм, обязательным условием наступления ответственности за нарушение медицинскими работниками прав граждан в области охраны здоровья являются факт причинения вреда и наличие причинной связи виновных действий с наступившими неблагоприятными последствиями.

Поскольку установлено, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи на этапе стационарного лечения в ГБУЗ СО «ТГКБ №», не повлияли на ухудшение здоровья ФИО2, приведшее к неблагоприятному исходу, а дефекты оказания медицинской помощи именно ГБУЗ СО «ТССМП» не выявлены, доводы стороны истца о своевременном доведении до ответчиков жалоб на рвоту и тошноту не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, суд приходит к выводу, что между действиями (бездействием) врачей ГБУЗ СО «ТССМП», ГБУЗ СО «ТГКБ №» и смертью ФИО2 причинно-следственная связь отсутствует, таких доказательств представлено не было.

Доводы стороны истца о назначении повторной экспертизы, суд считает необоснованными.

В соответствии с ч.2 ст.87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов, суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Поскольку заключение судебной медицинской экспертизы является полным и ясным, никаких сомнений в правильности или обоснованности данного заключения не возникло, противоречия в заключениях нескольких экспертов отсутствуют, основания для назначения повторной экспертизы отсутствуют.

На основании изложенного, оценив все доказательства по делу в их совокупности, в том числе заключение судебной медицинской экспертизы в соответствии с нормами ст.67 ГПК РФ, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «Тольяттинская городская клиническая больница № имени ФИО5», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «Тольяттинская станция скорой медицинской помощи» о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Центральный районный суд г.о.Тольятти в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья подпись С.В.Германова

Копия верна.

Судья